Читать книгу "Измена. Мне (не) надоело быть гордой!"

Измена. Мне (не) надоело быть гордой!

Пролог. Две полоски и поцелуй на кухне

Открываю глаза и уже заранее не то что идти, даже с кровати вставать не хочется.

Делаю усилие и поднимаюсь в вертикальное положение.

Мне нельзя болеть. Сегодня очень важный и ответственный день.

Наверное, впервые за всё время, что я работаю в нашем дворце культуры, будет проводиться мероприятие такого крутого масштаба.

Встаю на ноги и плетусь на кухню.

Терпеть не могу такое состояние. Слабость во всём теле, будто вирус какой-то подхватила.

Пью таблетки, которые врач одобрила, и иду в душ.

В кабинке всё ещё витает аромат геля для душа, которым моется Дан. Я слышала, как он вернулся ночью, но сделала вид, что сплю.

Недавно его компания выиграла очередной тендер на строительство. Теперь мы видимся даже не каждый день.

Стою под струями воды и не могу вспомнить, поздравила мужа с победой или нет ещё?

Пишу Дану сообщение о том, как сильно я им горжусь и не сомневаюсь, что у него всё получится. Ещё пишу, что очень соскучилась, но сегодня вернусь домой поздно. Отправляю.

Оставляю телефон на столе и готовлю себе омлет.

Ямпольский, скорее всего, занят и ответит не раньше, чем через час.

Выкладываю завтрак в тарелку и сажусь за стол. Аппетита нет от слова “совсем”. Но головой понимаю, что поесть надо.

“Спс тоже буду поздно”, – приходит сообщение от мужа.

Резкий запах тухлых яиц ударяет в нос, и я несусь по коридору в туалет. Меня выворачивает водой, которую я недавно пила.

Обычно я не такая чувствительная. Но всё равно не могу поверить, что наконец-то у нас получилось!

Вытаскиваю из своей тумбочки тест на беременность, которых напокупала целую кучу. Молю всех богов подряд, чтобы он через несколько минут оказался положительным. Мне нужны заветные две полоски.

Жду дольше, чем нужно, и не смотрю на тест заранее. Руки потеют и дрожат от дикого волнения.

И-и-и… Да! Да! Да! Есть!

Слёзы радости бегут по щекам.

Лёгкое головокружение напоминает, чтобы я бережнее относилась к себе.

Возвращаюсь в кухню и хватаюсь за телефон, но кладу обратно.

Не хочется сообщать Дану такую радостную новость по телефону.

Мне надо видеть его счастливые глаза в тот момент, когда он узнает, что скоро станет отцом. Для этого придётся подождать до вечера.

Улыбаюсь, вспоминая, как разозлилась на Ямпольского, когда увидела его “СПС” в сообщении. Подумала, что даже поблагодарить нормально не может. Теперь моё настроение резко взмыло вверх. А мой Дан просто очень занят. И всё же, он ведь ответил мне.

Уверена, что никто не в состоянии испортить мне настроение.

Готовлю себе овсяную кашу на молоке, и пусть весь мир подождёт, пока беременная я позавтракаю.

На репетицию опаздываю, потому что на улице идёт мокрый снег. На дорогах везде пробки. В этом году февраль на осадки не скупится.

– Варвара! Ты решила меня с ума свести?! – встречает меня в фойе Никита.

– Я весь текст и все фамилии уже наизусть выучила, – успокаиваю с улыбкой и разрешаю ему помочь снять с себя пуховик.

Награждение научных деятелей нашего города проходит на высоте.

– Пошли, нас зовут выпить шампанское, – зовёт меня наш вездесущий творческий руководитель.

– Слушай, Никита, я не пойду. Мне не очень хорошо что-то, – присаживаюсь я на ступеньку лестницы, по которой спускалась.

– Сиди здесь. Я воды принесу, – убегает куда-то.

Возвращается с поллитровой бутылкой и суёт мне в руки.

Некоторые девчонки говорят, что Никита влюбился в меня. Но я считаю, что он просто ценит незаменимую ведущую.

– Съела, чего-то не то? – хмурится.

– Устала просто, – отмахиваюсь. Про своё новое положение никому говорить не собираюсь, пока Дан не узнает. – Вызови мне такси, – прошу тихо.

– Никакого такси! Я сам тебя увезу, – командует, не принимая возражений.

Около пяти вечера Никита подвозит меня к нашему дому. По привычке заглядываю на последний этаж. Восьмой, он весь наш.

В кухонном окне горит свет и мне кажется, что я вижу в нём мужа.

Сердце сразу начинает колотиться, как ненормальное.

Конечно, мне самой ещё не верится, что желанная беременность наступила. Представляю, как Дан сейчас обрадуется. Дожидаюсь, пока мой начальник откроет дверцу с моей стороны, не подаю вида, что чувствую себя уже намного лучше.

– Спасибо, Никита, – вяло улыбаюсь и направляюсь к подъезду.

– Звони, если что, – доносится в спину и я, не поворачиваясь, машу ему рукой в кожаной перчатке.

Жду лифт и вспоминаю разговор со своей подругой, когда мы встретились пару дней назад в кафе.

***

– По твоему мужу половина офиса с ума сходит. Даже молоденькие девчонки в него сразу влюбляются, – Марина перегибается через весь стол и шепчет заговорческим голосом.

– Вообще-то, это нормально. Он же у меня красавчик. Но выбрал-то Дан меня, и у него кольцо на пальце, – беззаботно успокаиваю её. Это по моей просьбе муж устроил подругу в офис.

– Ну, да. Думаешь, кого-то остановит обручалка, – хмыкает и показательно закатывает глаза.

– И что ты предлагаешь мне? – хмурюсь, делая недовольное лицо.

– Ничего, просто предупреждаю, – невинно жмёт плечами.

***

Выхожу из лифта и достаю из сумочки ключи.

Хлопаю входной дверью громче, чем обычно. Но Дан не выходит встречать меня в прихожую, как обычно.

Снимаю пуховик и сапоги. Замечаю в стороне Маринины ботильоны на каблуках.

О, ну понятно! Значит, у нас гости. Ускоряюсь и иду на кухню. Мужу не нравится моя подруга, а тут он вынужден её развлекать, пока меня нет.

Останавливаюсь в дверном проёме, как вкопанная, и глазам своим не верю.

Дан с Мариной стоят посреди кухни и целуются. Её рука зарылась пальцами в тёмных волосах мужа. И он лапает её, шаря рукой под задранной блузкой.

– Что тут происходит? – спрашиваю потеряно, когда голос ко мне наконец-то возвращается.

– Варя?!! – поворачивается ко мне подруга. Теперь уже бывшая. В глазах коктейль из испуга и удивления.

Перевожу взгляд на Дана. Он молча вытирает губы рукавом и выходит из кухни.

– Я тебе сейчас всё.., – начинает что-то лепетать, будто это вернёт нашу дружбу.

– Пошла вон отсюда! – недослушивая, показываю рукой на выход и отхожу в сторону.

Боже! Как они могли!

Слышу хлопок входной двери, и выдержка тут же покидает меня. Слёзы льются по лицу ручьями. Капают на жакет и руки. Первое, что приходит мне в голову – это пойти собирать вещи. Я ни за что не останусь с Ямпольским после того, что увидела. И объяснения его мне даром не нужны.

Вытаскиваю из прихожки сумку на колёсах и направляюсь в спальню. Обида душит, и я всхлипываю.

– Куда собралась? – слышу его голос со стороны входа, но не поворачиваюсь. По ощущениям, Дана ни капли не мучает чувство вины.

– Не твоё дело! – огрызаюсь. Сомневаюсь, что придётся жалеть о сказанном, как раньше. И про свою беременность тоже говорить не стану.

Вытаскиваю джинсы и натягиваю, постепенно задирая юбку. Снимаю её, только когда брюки полностью застёгнуты.

С этой минуты мужчина, что стоит в дверях спальни, мне чужой. И он больше не увидит моих обнажённых ног и тем более не прикоснётся.

– Я подам на развод! Передай своим юристам, чтобы не напрягались! Мне от тебя ничего не нужно! – выхожу в прихожую.

– Варя, прекращай ломать комедию. Артистка из тебя так себе, – усмехается. Уверен, что я не уйду. Так ведь я раньше и не пыталась даже.

Молча прохожу мимо, и Дан хватает меня за руку.

– Не прикасайся ко мне! – выдёргиваю со психом. Хочется крикнуть, чтобы Марину шёл лапал, но я не опускаюсь так низко.

– Надоест быть гордой, звони. Я приеду, заберу тебя, – произносит снисходительно, наблюдая, как я натягиваю сапоги дрожащими руками.

Нащупываю ключи в кармане пуховика, когда вытаскиваю перчатки.

– Да пошёл ты! – кидаю связку на пол и выхожу в подъезд.

– Вернёшься! Куда ты денешься! – кричит мне вдогонку. Кажется, что он сам себя убеждает в этот момент.

Глава 1. Встреча с прошлым

СПУСТЯ ПОЛТОРА МЕСЯЦА.

Начало апреля, а снег ещё не везде растаял. В сельской местности всё происходит по-другому, чем в городе. Но я продолжаю убеждать себя, что люблю наш райцентр. Ведь я здесь родилась и выросла.

Вернувшись домой, про беременность маме не стала говорить. Она сразу бы нашла применение этой информации.

Её нисколько не смутил мой рассказ про то, как я застала Дана с Мариной, целующимися на нашей кухне.

Мать, вообще меня обвинила во всём случившемся. По её мнению, я мало уделяла мужу внимания. Ведь такому мужчине, как Даниил, нужно угождать.

Уже через неделю я стояла с вещами на пороге квартиры бабули.

Раньше у неё был деревянный дом с огородом и баней. Около пяти лет назад мать отца переселили в новую двушку.

На мудром лице бабушки я не заметила тогда удивления. Говорит, что знала, что мы с моей матерью долго не выдержим друг друга.

Я же к бабуле приезжала до этого.

В этой непривычной квартире мне уютно. Вещи и мебель знакомы с детства.

Кажется, эта пожилая женщина понимает меня без слов, поэтому ничего не спрашивает.

Сказала, что буду разводиться с Ямпольским, и она после долгого взгляда просто кивнула. То ли в знак правильности решения. То ли показывала, что делай, как знаешь.

Я озвучиваю своё желание жить с ней, и бабуля улыбнулась. Значит, рада мне.

Мысли про работу из головы не выходили. Я уже побывала в трёх местах, но везде был отказ.

Сейчас я работаю в банке уже три недели почти. Хотя добровольно бы ни за что сюда не устроилось. Это явно не моё. Но выбирать не приходится.

Странно, конечно, всё получается.

Замдиректора банка оказалась старшая сестра моего бывшего.

Я честно призналась Алёне, что беременная, но она всё равно взяла меня. Сказала, что работать у них совсем некому.

На каком-то инстинктивном уровне я ждала, что вот-вот появится Вова. Брат моей начальницы, с которым мы расстались, когда я ещё в универе училась. Но его не было нигде поблизости.

Зато Даниил звонил. Сначала через две недели, как я от него уехала. Тогда я просто трубку не взяла. А неделю назад я его номер в чёрный список внесла, когда Ямпольский начал названивать в наглую.

На развод я тоже подала заявление в ЗАГС. Дали месяц на раздумье. Скоро этот месяц закончится, и мне нужно будет ехать в город на суд.

Конечно же, мне плохо без него. Сама себе я могу в этом признаться. Но в разводе виноватой себя не чувствую.

Хотелось бы нажать на нужную кнопку и выключить эту боль внутри. Но увы это так не работает.

Заворачиваю к дому. Издалека вижу возле нашего подъезда пафосную бордовую иномарку. Рядом стоит высокий парень с букетом цветов.

Подхожу ближе и узнаю в нём Вову. Ну, вот и бывший объявился. Не зря же предчувствие было.

– Привет, Варя, – улыбается во всё лицо. Протягивает букет.

– Привет, – смотрю на него с подозрением. – Тебе чего, Вова? – не спешу принимать презент.

– Узнал, что ты вернулась, и захотел увидеть, – руку с букетом не убирает. – Бери, это тебе, – настаивает.

– Слушай, выкладывай сразу, чего хочешь, – опускаю красиво оформленные цветы вниз.

– Давай прокатимся, поговорим, – показывает на иномарку. Видимо, я должна купиться на крутое авто и тут же согласиться.

– Даже не думай, что я с тобой сяду в машину, – усмехаюсь. Бывший всё ещё рассчитывает на мою наивность.

– Варюха, ты боишься меня, что ли? – улыбается слишком добродушно. Понятия не имею, зачем ему это надо, но явно не просто так.

– Скорее не верю тебе, Вова, – отвечаю прямо. Его чувства щадить не собираюсь. – Скажи честно, тебе Алёна сказала, что я от мужа ушла? – сверлю бывшего взглядом. Уже заранее проклинаю свою начальницу.

– Эм-м, сестра со мной не общается, – признаётся приглушённо. – И я не знал, что ты сбежала от своего олигарха, – смотрит на меня удивлённо.

– Значит, тебя не смущает цветочки дарить замужней женщине? – продолжаю придираться ко всему подряд.

– Понимаю, Варь, что у тебя не самый лучший период в жизни. Но ты не представляешь, как я жалею, что мы с тобой расстались, – делает брови “домиком”, чем раздражает меня ещё сильней.

– А я жалею, что была с тобой знакома. И вообще, не надо ко мне больше приезжать! – разворачиваюсь, кладу цветы на его крутую машину и быстрым шагом направляюсь к подъезду.

– Зря ты так, Варя! Я раскаялся и исправился уже давно! – кричит мне вдогонку.

– Бабушка моя говорит, что горбатого могила исправит! – останавливаюсь, чтобы ещё раз показать своё отношение.

Не дожидаясь, пока бывший очухается, захожу в подъезд. Прислоняюсь к прохладной стене, чтобы отдышаться. Воспоминания тут же берут надо мной верх.

***

Познакомились мы с Вовой перед Новым годом, когда я в одиннадцатом классе училась.

У Марины был день рождения, ей восемнадцать исполнялось. Её старший брат Саша пришёл поздравить сестру с другом. Это был Вова.

Он тогда весь вечер от меня не отходил. Казался крутым до невозможности, ведь уже учился в городе.

С этим будущим айтишником было легко. Он всё понимал и поддерживал во всём. С ним рядом не было ничего невозможного.

Ожидаемо я влюбилась в Вову. Тогда я уверена была, что моя любовь никогда не пройдёт.

Не могла дождаться. когда тоже поеду в город учиться. Хотела быть рядом со своим парнем не только в выходные.

Папа тогда был ещё жив и отговорил меня поступать в музыкальное училище. Хотя я хотела петь, так же, как он. Отец объяснил, что в театральном вузе меня научат не только петь, и я согласилась.

Первый год в городе был просто сказочным. Мой Вова от меня практически не отходил. В универе хвалили.

Папа пополнял баланс моей банковской карты каждые три дня.

На второй год Пахомов уговорил меня вместе снимать квартиру. Рассказывал, как он найдёт крутую работу, и я согласилась, не раздумывая.

Все деньги, которые мне отправлял отец, начали уходить на оплату аренды квартиры.

Вова целыми днями сидел за компом, ничего не зарабатывая. дома был вечный бардак, который, предполагалось, должна была убирать я.

Старалась не ныть, а стойко выдерживала испытания, посланные нам.

От недосыпа и скудного питания мне однажды стало плохо на занятиях. меня отправили домой лечиться.

Дозвониться я тогда до Вовы не смогла и поехала сама.

Открыла дверь своим ключом и обалдела, когда зашла в комнату.

Пахомов кого-то трахал на нашем диване.

Вот так закончилась наша история любви. Я с облегчением вернулась в общежитие. Очень долго восстанавливалась и подтягивала учёбу.

***

Вздрагиваю, когда в подъезд кто-то заходит и тоже начинаю подниматься по лестнице.

Женщина обгоняет меня на лестничном пролёте. В руках у неё тот самый букет, который я вернула Пахомову.

Отвожу взгляд и заворачиваю в нашу квартиру.

Глава 2. Стук сердца и фото на память

– Со мной явно, что-то не так, раз все мужчины мне изменяют, – итожу свой рассказ про встречу с Вовой.

– Ох, Варвара, ты чужие грехи-то на себя не бери. Это ведь не ты на лево сходила, – отвечает бабуля, наблюдая за мной. – Самый главный человек сейчас, это который у тебя в животе, а остальное не принимай близко к сердцу, – советует с улыбкой.

Ополаскиваю за собой посуду и ухожу в комнату.

Не зная, чем заняться открываю ноут, чтобы перестать думать о недавней встрече с Пахомовым. Уже заранее предчувствую, что он так просто не отстанет.

Как только комп включается, в углу экрана появляется значок говорящий, что мне на электронную почту пришло письмо.

Открываю и сразу вижу, что оно из суда. Но в суть не могу вникнуть с первого раза.

Вообще-то я ожидаю, что меня вызовут на бракоразводный процесс, а тут, какая-то странная объяснительная.

Сообщают, что моё заявление с просьбой расторгнуть брак с Ямпольским было утеряно. Виновная секретарь Сидорова В.М. уволена за халатное отношение к документации.

И ещё напоминают, что я могу подать жалобу на судью Ситникова.

Также заявление у меня примут вторично, на тех же условиях.

От возмущения меня аж в жар бросает и лицо начинает гореть.

Сразу скачиваю бланк заявления на развод и снова заполняю его.

Жаловаться я естественно ни на кого не собираюсь. Не дура, понимаю, что у этого судьи даже неприятностей из-за меня не будет. Я же никто теперь. Обычный консультант в сельском банке.

Вот Ямпольский быстро бы решил эту проблему, но он в этом не заинтересован.

Припоминаю, что у мужа друг Богдан, как раз юрист. Фамилию его я не помню. Да и не похоже, что Даниил будет подстраивать потерю заявления. Это точно не в его духе.

Спать ложусь пораньше. Завтра нужно будет отпроситься у Алёны Владимировны, чтобы съездить в город к своему гинекологу.

У меня даже мысли ни разу не возникает, чтобы в местной больнице вставать на учёт по беременности. Всё село будет знать о моём положении уже на следующий день. Вдобавок сплетен ещё насочиняют.

Алёна отпускает меня без проблем. И я еду в город на рейсовом автобусе.

Эти поездки мне напоминают о том времени, когда я училась в универе. Тогда я по своему селу и правда скучала. В выходные ездила домой с замиранием сердца и в предвкушении долгожданных встреч с близкими.

В дороге никуда не торопишься и всегда есть время поразмышлять.

Смотрю в окошко, разглядывая не засеянные поля и уже зеленеющий лес вдалеке.

И вдруг вижу чёрный джип Ямпольского, который едет навстречу.

По привычке опускаю взгляд на номера, на агрессивной морде дорогущего внедорожника. Два ноля и единица, это точно его машина.

Быстро поднимаю взгляд на водителя и сердце, будто пропускает удар. Вижу Дана и перестаю дышать.

Сердце бешено долбится об рёбра и я забываю, о чём думала.

Я его почти два месяца не видела. Сейчас не могу сопротивляться тому, как сильно, оказывается, скучала по мужу. Слёзы льются по щекам, а я списываю на нестабильные гормоны.

– Боже, Дан, – шмыгаю носом и шепчу вслух, не сразу понимая это.

– Девушка, вам плохо? – спрашивает женщина с соседнего ряда.

– Нет. Спасибо, всё в порядке, – делаю над собой усилия, чтобы успокоиться. Напоминаю себе, что Ямпольский целовался с Мариной, и отворачиваюсь снова к окну. Скорее всего, их интрижка за моей спиной уже давно началась.

Какой же он двуличный. Мне говорил, что моя подруга его бесит. Просил даже не приводить её к нам домой.

Около одиннадцати утра я уже стою у стойки регистратуры платной клиники.

– Девушка, мне к Елизавете Николаевне нужно, – с улыбкой говорю, предвкушая встречу со своим врачом.

Сотрудница тут же звонит по внутреннему телефону, как только слышит фамилию Ямпольская. В этот момент мне хочется снова стать Шкляр и отказаться от всех регалий авторитетного мужа.

– Проходите, Варвара, в пятнадцатый кабинет, вас уже ждут, – говорит девушка с улыбкой через минуту.

С Елизаветой Николаевной мы уже четыре года знакомы. Она встаёт из-за стола и обнимает меня, как родную.

Все эти годы, пока мы женаты с Даном, я наблюдалась в этой платной клинике у самого лучшего врача. Мы никак не могли забеременеть, хотя причин и отклонений не обнаружилось.

Ямпольский тоже проверялся, и у него было всё в норме.

– Елизавета Николаевна, я беременна! – не выдерживаю и сообщаю радостную новость.

– Варечка! Ну наконец-то! – снова прижимает к себе. – Но давай мы всё-таки проверим, – показывает мне рукой за ширму, и я слушаюсь.

Выхожу, застёгивая брюки, и сажусь на стул.

– Срок у тебя уже больше восьми недель, – говорит она, поднимая взгляд от бумаг. – Сейчас пойдём на УЗИ, – предупреждает. – Даниила своего уже обрадовала? – спрашивает, когда мы выходим из кабинета.

– Нет, – кручу головой и опускаю взгляд в пол.

– Сомневалась? – оборачивается.

– Эм-м, мы с ним разводимся, – признаюсь.

– Как разводитесь! У вас ведь ребёнок будет, Варя, – Елизавета Николаевна останавливается и будто одуматься меня просит. Но ведь это он всё испортил.

– Скоро Ямпольский узнает, что станет папой, – отвечаю отстранённо.

Заходим в кабинет УЗИ и моя врач оставляет меня с медсестрой и мужчиной, сидящим за монитором. Намазывают гелем мой всё ещё плоский живот. Он водит какой-то штукой и диктует цифры.

– Включите звук, Валерий Михайлович, – просит с улыбкой медсестра, и я настораживаюсь.

Вдруг по всему кабинету разносится оглушительный и частый стук сердца. Я вопросительно смотрю на молодую женщину.

– Это стук сердца вашего малыша, – объясняет и сама, кажется, сейчас расплавится от няшности.

– О, Господи, – я прикрываю ладонью рот, и глаза начинает щипать от подступающих слёз. Я бы сейчас многое отдала, чтобы увидеть лицо непробиваемого Ямпольского. Он тоже должен был быть здесь.

– Фото делать? – спрашивает мужчина, чуть улыбаясь.

– Да-да, конечно, – торопливо соглашаюсь.

Возвращаюсь в кабинет к гинекологу.

– У нас уже одиннадцать недель, – озвучивает точный срок моей беременности. – Нам надо почаще теперь видеться и навёрстывать упущенное.

– К сожалению, я скоро не смогу оплачивать приёмы в вашей клинике, – предупреждаю приглушённо. Мне стыдно признаваться, что я не потяну такой материальный уровень сама.

– Подожди, Варя. Ты ведь скоро скажешь своему мужу, и он оплатит все счета, – выдаёт неожиданно. Думает, что так легко решить мою проблему.

Отмалчиваюсь, не хочу спорить с этой замечательной женщиной.

У меня язык не поворачивается сказать, что после предательства Даниила я у него даже копейки не возьму.

Договариваемся, что я буду приезжать к Елизавете Николаевне на приём. А с деньгами что-нибудь решим. За эти анализы мне пока есть чем заплатить.

Звоню Никите, как только выхожу из клиники. Договариваемся встретиться в кафе недалеко отсюда. Это заведение тоже уже дороговато для меня, но сегодня я всё же шикану в последний раз. Тряхну нищетой.

С моим бывшим творческим руководителем мы переписывались несколько раз. Заявление об увольнении я тоже отправляла по электронной почте.

Никита не скрывает, что очень рад нашей встрече. Я тоже, не сдерживаясь, улыбаюсь.

– Ты, Варвара, какая-то тусклая стала. Синяки под глазами. Это ваш чистый воздух на тебя так влияет, что ли? – спрашивает шутливым тоном, но видно, что в ответе моём заинтересован.

– Нормально всё с нашим воздухом, просто я беременная, – сразу сообщаю.

– О!! Поздравляю! А папашка-то в курсе? – спрашивает. – Он прибегал к нам во дворец где-то месяц назад. Вёл себя, как разъярённый Отелло. Из ноздрей аж пар валил, – кривляется Никита, а я впитываю каждое слово.