Читать книгу "Измена. Мне (не) надоело быть гордой!"

Глава 3. Что нам стоит дом построить…

Принимаю звонок по мобильному.

– Здорово, Дан, – басит Волошин.

– И тебе не кашлять, – усмехаюсь в ответ.

– Тут у нас снова муниципальный заказ поступил из одного районного центра, – Андрей в городской Думе работает.

– О, ну я рад за вас, – сарказмирую. Уже предчувствую, что сельским строительством “запахло”, которое для моей фирмы вообще не выгодно.

– Да подожди, ты. Радуется он, – тормозит меня. – Заказ на две трёхэтажки из того же района, где ты строил уже, – напоминает, но я туплю жёстко. – Эм-м, где-то четыре-пять лет назад. Ну, вспоминай! – повышает голос от нетерпения.

– А, да! Точно! – наконец-то доходит до меня.

– Они снова хотят тебя, – угарает. – У тебя же вроде жена оттуда родом? – уточняет демонстрируя феноменальную память.

– Я согласен! – выдаю неожиданно. Умалчиваю естественно, что жена на развод подала.

– У меня сегодня явно удачный день, – не скрывает, что рад подсунуть мне этот морочный проект. – Когда приедешь за документами? – спрашивает осторожно, видимо боится, что передумаю.

– Завтра утром, – отвечаю. – Спасибо тебе, Андрюха! – не успеваю сдержать себя.

– Да ты в ударе сегодня, Дан. Это тебе спасибо. Должен буду, – смеётся в трубку и я тоже улыбаюсь, как придурок.

Впервые за два месяца, как Варя ушла, у меня появилась возможность увидеть её.

Никто, даже жена не скажет, что я бегаю за ней. Теперь у меня есть прикрытие. Я жилищный комплекс строю. Не подкопаешься, короче.

Вообще за четыре года я ни разу не заподозрил, что буду так с ума сходить по своей Варе.

У нас и началось-то всё не серьёзно.

Подсунули мне тогда эти трёхэтажки в райцентре строить. Это даже хуже, чем благотворительность. Там хотя бы определённую сумму отдал и свободен. А здесь часть своих специалистов в “рабство” отдавать надо. Но это я позже узнал. Опыт, мать его.

Тогда фирма после смерти отца только-только мне перешла. Тут ещё внезапная стройка в райцентре. Сроки поставили нереальные.

К юбилею района нужно было закончить. Прорабы вместе со строительными бригадами впахивали сутками практически. Всё успели за день до их “грандиозного праздника”.

В итоге меня ещё до кучи озадачили торжественно ключи вручать. Не всем, конечно, только старейшинам села.

Помню, как увидел Варю на сцене.

Ничего такого в её внешности не было. Точёная фигурка, как у большинства молодых девчонок такого же возраста. Обычное лицо с неумелым макияжем. Но я всё равно залипал, глаза сами искали эту громкоголосую ведущую.

Сразу заметил, что голос профессионально у неё поставлен. Не знал тогда ещё, что Варвара наш театральный универ закончила.

Сцена была сооружена на площадке возле местного клуба. Я встал внизу, чтобы никому не нужно было подниматься.

По окончанию этого “балагана-концерта” Варя начала спускаться по наспех сооружённых лестницам и каблук застрял в щели.

Успел поймать я эту “артистку” с волшебным голосом только потому, что глаз с неё не спускал.

Пробыла она в моих объятиях около минуты, но впечатления у меня остались незабываемые. Особенно в брюках. Ширинка тогда очень напряглась от волнения, видимо.

Вытаскивая туфлю из расщелины, я аж там чуть вслух не прикололся. Золушка, блин.

Помню, как мне нравились её порозовевшие щёки и робкий взгляд. От этого я себя чувствовал неимоверно крутым.

Потом я долго верил, что именно это меня тянуло к Варе.

Эти огромные глаза, когда я попросил у неё номер телефона. Она смотрела на меня так, типа я какое-то божество и не могу звонить простой смертной.

Назавтра, когда я уже подписал в администрации документы на строительство, мне звонит Богдан.

– У меня новости есть для тебя, можешь заехать? – спрашивает хмуро.

– Через полчаса нормально будет? – отвечаю вопросом и чувствую, как пульс долбит аж в ушах. Информация же будет про мою жену. Варвара всё ещё мне жена.

Подъезжаю к зданию суда даже раньше, чем обещал.

Усаживаюсь в кресло в кабинете друга и сжимаю челюсти от дикого напряжения.

– Ты был прав – Варвара не стала на меня жаловаться, – сообщает вместо приветствия. Улыбаюсь нервно от осознания, что я всё ещё могу предсказывать свою половинку. – Зато повторное заявление на развод от неё пришло через несколько минут, – усмехается Богдан и ждёт моей реакции.

– За месяц я по-любому успею договориться с Варей. Вот увидишь, никакого суда не будет, – заявляю слишком уверенно и заставляю себя верить в эти слова. – Она же любит меня, – усмехаюсь сам над собой и отвожу взгляд.

– Вообще, в твоём случае, Дан, это минус, – подмечает друг. – С женщиной проще договариваться, когда у неё нет эмоций. Любящая будет цепляться за свою обиду. Даже захочет отомстить, – говорит со знанием дела.

– Но это точно не моя Варя, – заверяю не очень уже настойчиво.

– Ну-ну, будем надеяться, – этот судья даже не пытается встать на мою сторону. Бесит. Ещё друг называется. Всё же рассказываю ему, что завтра уже поеду в этот райцентр, где Варя находится. Снова буду жилкомплекс там строить.

Естественно, можно было отправить туда юриста и инженера, но я еду лично.

Вместо администрации и осмотра будущего места строительства отправляюсь к Варе. По дороге покупаю букет. Ловлю себя на мысли, что я не дарил ей цветы уже давно.

Сомневаюсь, что мне это сейчас поможет, но с чего-то же надо начинать. От Надежды Ивановны узнаю, что Варвара не с ней живёт, а с бабушкой.

– Возьмите тогда, – протягиваю розы тёще.

– Ой, спасибо, Даниил, – улыбается. – Дочери, конечно же, не понравилось, что я сказала. Она сама виновата, – продолжает заискивать передо мной. – Но кто Варьке правду-то скажет кроме матери родной, – добавляет с умным видом. А я знаю, что человеческая тупизна именно так выглядит.

– Спасибо вам за поддержку, – берусь за ручку двери, чтобы уже уйти отсюда.

– Она в банк устроилась, – летит мне в догонку. – Мало ли пригодится, – добавляет с хитрой улыбкой. Снова благодарю и сваливаю из квартиры.

К Вариной бабке ехать у меня нет никакого желания.

Не сказать, что она меня недолюбливает, но там глупостью даже не пахнет. Представляю, как старушка меня будет сканировать и прощупывать цепким взглядом. Аж не по себе становится.

Решаю, что завтра встречусь с женой. В банке, например. Приглашу её на обед, и мы спокойно поговорим.

Глава 4. Всё изменилось

В кафе Никита сам платит за еду и напитки. Потом интересуется номером моей банковской карты и переводит туда деньги.

– Это премия тебе, за отличную работу, – улыбается, наблюдая за моим удивлённым лицом.

Не принимая, никаких возражений довозит меня до автовокзала.

На прощанье берёт с меня обещание, что если мне понадобится помощь, то я ему позвоню.

О встрече с бывшим руководителем я забываю через несколько минут. Зато про моего малыша думаю всю оставшуюся дорогу.

Несколько раз вытаскиваю фото с УЗИ и вожу по ней пальцем. Внутри в области груди расплывается что-то тёплое. И это придаёт В кмне сил. Своего ещё не родившегося ребёнка я буду защищать всеми способами.

Представляя нашу встречу с Даном, я вдруг решаю ничего пока ему не говорить про свою беременность. Для него-то это будет просто удачная причина, чтобы не разводиться.

С животом я для него стану намного удобней. А с младенцем на руках тем более. Тогда Ямпольский не будет себе ни в чём отказывать. Даже сможет Маринке предложить статус официальной любовницы.

Ненавижу их обоих!

В квартиру к бабушке уже вечером возвращаюсь. Дома пахнет чем-то умопомрачительно вкусным.

Прислушиваюсь к звукам.

– Баб, я дома! – кричу из прихожки. Проверяю одна она дома или, может, Дан здесь. Хотя машину его на парковке я бы заметила.

– У меня уже почти всё готово, – сообщает бабуля, выходя мне навстречу.

– Я как раз голоднющая, – иду в ванную мыть руки.

– Ну как там мой правнук себя чувствует? – спрашивает с улыбкой и ставит передо мной спагетти с обалденным сырным соусом.

Убегаю снова в прихожку и показываю ей фотографию с УЗИ.

– Ой ты, Господи! – умиляется.

– С чего ты взяла, что это правнук? – спрашиваю с улыбкой. Бабу Шуру не часто такой увидишь.

– Потому что на лицо ты совсем не изменилась, – отвечает, всё ещё рассматривая снимок. – Дочки-то, говорят, красоту мамкину забирают. С девчонками очень внешне меняются, – объясняет.

– Понятно, – сажусь за стол. Всё ещё жду, что бабушка скажет про Дана. Расскажет, что приезжал и меня спрашивал. Но она его не вспоминает. – Представляешь, мне давали послушать, как бьётся его сердечко. Я там на кушетке чуть не разревелась, – признаюсь.

– Ну, значит, всё с нашим парнишкой хорошо, – заверяет.

После ужина иду в душ. Всё никак не могу Ямпольского из головы выдернуть. Он ведь явно сюда ехал.

Может, по делам, а встречаться со мной не входило в его планы.

Мне вдруг обидно становится. Не ожидала, что Дан так быстро ко мне интерес потеряет.

Подставляю лицо под струи воды. Здесь можно плакать. Скажу, что шампунь в глаза попал.

С утра чувствую себя разбитой. Но отпрашиваться с работы второй день подряд не вариант.

Пересиливаю себя и плетусь в сторону банка.

Неосознанно рассматриваю машины на парковке возле гостиницы. Ритм сердца учащается, когда я натыкаюсь взглядом на знакомый чёрный джип.

Тут же возле машины появляется Дан, и моё дыхание резко сбивается. От неожиданности разворачиваюсь в другую сторону, лишь бы он меня не заметил.

Обхожу гостиницу окольными путями и ищу пешеходный переход. Мне нужно на другую сторону улицы.

Подхожу к “зебре” и в кармане начинает звонить телефон.

– Варя, ты сегодня выйдешь? – интересуется Алёна Владимировна.

– Да, конечно. Я уже иду, – успокаиваю начальницу.

Вижу боковым зрением, что авто остановилось, пропуская меня. Поднимаю глаза, а передо мной стоит джип Дана.

Кажется, что моё бедное сердце провалилось куда-то в желудок.

Он, обнимая руль, смотрит на меня в упор и я тоже не могу отвести взгляд. Меня будто загипнотизировали. За внедорожником уже скопилось три машины и кто-то сигналит, подгоняя. Ямпольский рукой показывает на сиденье рядом с собой.

Не успевая подумать, я залажу в его авто, чтобы никого не тормозить.

– Здравствуй, Варя, – Дан разворачивается и откровенно рассматривает меня.

– Здравствуй, и поехали. Мы людей задерживаем, – напоминаю, что мы посреди дороги стоим. – И откуда ты тут взялся? – интересуюсь, когда джип трогается с места. Чувствую, как ладони вспотели, и прячу их в карманы куртки.

– Приехал, чтобы снова здесь строить трёхэтажки, – смеётся, и я отворачиваюсь. Если продолжу наслаждаться его улыбками, то вряд ли смогу взять контроль над ситуацией. – Тебе Надежда Ивановна не сказала, что я приезжал к ней вчера? Думал, ты там, – не скрывает, что искал встречи со мной.

– Нет. Мы с ней поссорились. У нас немного разные представления о семейной жизни, – усмехаюсь и беру себя в руки. – Если тебе не сложно, довези меня до банка. Или остановись где-нибудь. Мне на работу надо, – произношу небрежно. Делаю вид, что наша внезапная встреча ни капли меня не волнует.

– Варь, нам поговорить надо, – сводит брови к переносице.

– О чём? – включаю непонимание.

– О нас, – выдаёт, как само собой разумеющееся.

– Нет больше никаких нас, – отвечаю, оскалившись вместо улыбки. Я в шоке от такой наглости. – Мне некогда! Я на работу опаздываю, – проговариваю, не скрывая злости. Вижу, как Дан заворачивает на нужную мне улицу.

– Давай я в обед за тобой заеду? Во сколько он у тебя начинается? – спрашивает, паркуясь возле банка.

– Посмотри, там написано на табличке возле двери, – выхожу из машины и хлопаю дверью со всей силы.

На работе сосредоточиться не получается.

Вспоминаю, как Ямпольский самоуверенно себя вёл. Меня аж на стуле потряхивает. Он ведь даже не сомневался, что я сейчас растаю перед ним.

В это мгновение вдруг до меня доходит, что он всегда такой был. Перемены только во мне произошли. А как же этот их поцелуй с Мариной. Муж ведёт себя, как ни в чём не бывало.

В его представлении я за два месяца должна была всё переварить и забыть, что ли? Да ни за что.

Хотя отношения выяснять мне совсем не хочется. Пусть идёт и целуется с кем вздумается.

Другие обиды всплывают тут же.

Например, когда его мать ко мне цеплялась, критикуя очередной мой “безвкусный наряд” или “деревенские повадки”, Дан не вмешивался. Или в форме шутки просил Виолетту Павловну оставить меня в покое.

После очередного официального приёма мы как правило ссорились. Но всё всегда заканчивалось жаркой близостью.

Но теперь всё по-другому. Это ведь не глупые придирки свекрови или его невнимание. Это настоящая измена! Неужели Ямпольский не понимает?

– Варвара, рассказывай! – слышу голос Алёны, но не отрываюсь от монитора компа. – Это твой, что ли, тебя сейчас на джипе привёз? – весело расспрашивает, будто забыла, что я с мужем развожусь.

– Даниил не мой! – поворачиваюсь с возмущением.

– Всё, я поняла, – поднимает руки вверх. – Если что, он красавчик! Мирись скорей, пока не увели, – говорит и выходит из кабинета.

Глава 5. Личный холоп, бусины и фальшивый жених

Время обеда приближается с бешеной скоростью. Хотя в обычные будни оно тянется очень медленно.

В окна не смотрю. Убеждаю себя, что мне не интересно, приехал Ямпольский, как говорил или передумал.

Выхожу из здания банка на пять минут раньше и останавливаюсь, как вкопанная.

Муж стоит, оперевшись на капот своего джипа, а в руках букет тюльпанов.

Он что, действительно надеется, что эта фишка с цветами сработает?

Ещё вчера вечером я расстроилась, что Дану на меня плевать. А теперь опять недовольна? Вон он стоит. Внимания хоть отбавляй.

Но я хочу, чтобы ему тоже было больно. Как мне, когда я увидела их с Мариной, целующимися на кухне.

– Это тебе, – протягивает букет и улыбается своей обольстительной улыбкой. Но на меня это не подействует. Зря старается. Забираю цветы и сразу залажу в машину.

Хочу поскорее уехать от любопытных глаз коллег. Уверена, что они наблюдаю за нами из окна.

– Не понравились тюльпаны? Это же твои любимые вроде? – спрашивает, не дождавшись моей благодарности.

– Поехали уже! Хватит тут показуху устраивать, – выдаю мужу совсем не то, что он ждёт. – Цветы красивые, но они никак не повлияют на моё решение развестись с тобой, – отвечаю с опозданием, когда мы наконец отъезжаем от банка.

В кафе Ямпольский зовёт администратора зала с видом хозяина жизни. Говорит снисходительно, чтобы тот принёс вазу с водой под цветы.

– Привет, Дим, – здороваюсь с парнем и улыбаюсь виновато. Это сын маминой подруги, который старше меня на год.

– Здравствуй, – отвечает отстранённо.

– Ты его знаешь? – спрашивает, глядя администратору в спину. Муж и правда похож сейчас на разъярённого Отелло. Хотя он же не учился в театральном. Раньше я за ним вообще такого не замечала.

– Я здесь многих знаю. Я же выросла в этом селе и школу тоже тут закончила, – напоминаю недовольно.

В итоге обслуживает нас тоже Дима вместо официанта. У нас в селе сервис под “барина” Ямпольского не подстроен. На своего знакомого я больше глаз не поднимаю. Муж разговаривает с ним, как с собственным холопом. Аппетит у меня пропадает совсем. Колупаюсь в салате, делая вид, что ем.

Кажется, на нас все смотрят. Народу, как назло, много. Не только у меня обеденный перерыв.

– Варь, может хватит уже изображать обиженку? Возвращайся домой. Я уже всё понял и больше такого не повторится, – сверлит меня тёмными глазами. Забывает при этом выключить свой снисходительный тон.

– Я дома, вообще-то. Что не так? – делаю удивлённый вид. – Выйти за тебя замуж была моя ошибка. Теперь я хочу её исправить, – нервно вытираю пальцы салфеткой и швыряю её в почти не тронутый салат.

Встаю, громко отодвигая стул, и иду к вешалке, где моя куртка висит. Пока одеваюсь, вижу, как Ямпольский рассчитывается за обед и кладёт в меню “чаевые”.

Перевожу взгляд на обескураженного Диму и мне от стыда сквозь землю хочется провалиться.

Дикость, конечно, но у нас в селе “чаевые” чуть ли не оскорблением считается. К тому же парень не официант.

Выбегаю на улицу и несусь в сторону банка. И тут же лёгкое головокружение напоминает о моём статусе беременной.

– Варя, стой! – слышу голос Даниила, но не оборачиваюсь. – Я вечером за тобой заеду, – добавляет и я выдыхаю, понимая, что он не собирается меня догонять.

По дороге захожу в маркет и покупаю расстегай с курицей. Помню, что голодать мне нельзя. Мой малыш это не оценит.

Девчонки-коллеги смотрят на меня с интересом, когда возвращаются с обеденного перерыва.

Добровольно рассказываю, как мы “пообедали” в кафе с мужем.

Там ведь куча народу было. Всё равно расскажут, ещё лишнего напридумывают.

Многие уже откровенно смеются, когда я дохожу до места с “чаевыми”. Тоже улыбаюсь. Немного успокоившись, мне всё это кажется комичным. Вечером отпрашиваюсь пораньше. Обещаю отработать завтра. Лишь бы Дана не дожидаться.

Два столкновения за день – это уже чересчур много общения с ним получается.

Дома бабушке рассказываю про встречу с Ямпольским. Подробности про Диму и кафе умалчиваю.

Иду в комнату и думаю, чем бы заняться, чтобы выбросить мысли о Данииле из головы.

Вспоминаю, как ещё в городе, до беременности, мне в интернете попалось очень интересное видео. Одна рукодельница показывала, как вышивать бусинами на замше.

Она необыкновенно красивые сумочки шьёт, украшенные узорами из бусин разного размера.

Тогда я загорелась желанием попробовать, но представила, как Дан надо мной посмеётся. Сразу раздумала. Критику я плохо переношу.

– Баб Шура, а тебе нужен этот кусок замши? – спрашиваю, возвращаясь на кухню. Недавно прибираясь в комоде, увидела отрезок замши цвета кофе с молоком. Снова загорелась идеей научиться шить эти невероятные сумки с узорами из бусин.

– Нет, забирай, если понадобился, – отвечает.

Тут же решаю показать видео с сумками. Бабушка точно не будет меня критиковать. Если идея не понравится, я это увижу.

– Ого, какая красота! – восторгается, не задумываясь. – Конечно, Варя, пробуй, – поддерживает мою задумку. – Ты же у нас творческая девочка, у тебя обязательно получится.

В этот вечер мы так увлекаемся подбором всего, что нужно для моего хобби, что я вообще про Ямпольского не вспоминаю.

Бабуля вытаскивает из своих коробочек нитки, иголки и даже бусы свои приносит в жертву моему новому увлечению. Из шкафа достаёт старую “подольскую” швейную машинку. Сама пробует прошить замшу. У неё получается качественная строчка.

Головой понимаю, что ещё много чего нужно купить, чтобы всё получилось. Но отступать не собираюсь.

Допоздна ищу нужные инструменты на маркетплейсе. Спать ложусь уставшая, но с отличным настроением. Замотивированная даже.

Утром по пути на работу оглядываюсь, чтобы снова нигде на Ямпольского не наткнуться. Зарекаюсь, что больше я к нему в машину не сяду ни за что.

Пусть хоть всё село сигналит или три офиса наблюдают за нами.

– Варя, ты сегодня пешком? – спрашивает Оля-кассир, выглядывая в окно.

– Как обычно, – натягиваю улыбку, не показывая раздражения. Даже жалею, что рассказала вчера про нашу с Даниилом поездку в кафе.

На обед не ухожу. Ем то, что с собой принесла, и продолжаю работать.

Вечером тоже никого не встречаю.

После ужина наконец пробую пришивать бусины к заветному куску замши.

У меня ничего не выходит, потому что нитка постоянно рвётся. Оказывается, нужна специальная леска, чтобы украшения держались крепко. Дозаказываю снова на маркетплейсе.

В выходные мы с бабушкой прибираемся. Потом вместе идём гулять. С ней мне как-то спокойней.

В понедельник, когда моя бдительность почти засыпает, снова вижу в нашем дворе машину Пахомова.

– Чего тебе, Вова? – спрашиваю, не думая даже скрывать своего недовольства. – Я очень устала, так что давай выкладывай короче, – поднимаю глаза к нашим окнам.

– Не видел тебя несколько дней и уже соскучился, – ныряет снова в своё авто и вытаскивает огромный букет пионов.

– Не нужны мне твои цветы, неужели не ясно! – убираю руки за спину и смотрю на бывшего исподлобья.

– Возьми, Варя. Они тебя ни к чему не обязывают, – уговаривает с улыбкой.

– Ладно, – неуверенно принимаю презент. Ведь цветы-то не виноваты. Тем более такие красивые. Может, так быстрее отстанет. У меня сегодня ругаться нет моральных сил.

Ловлю себя на мысли, что если бы был выбор, то я предпочла бы видеть здесь Ямпольского.

– На самом деле, у меня к тебе есть просьба. А точнее, мне помощь твоя нужна, – начинает откуда-то издалека. Я сразу себе напоминаю, что не собираюсь с Пахомовым связываться. И помогать не буду.

От скучного ожидания блуждаю взглядом по сторонам. Вдруг вздрагиваю, потому что вижу чёрный джип на въезде.

– Ну и? – подгоняю бывшего.

– Только не отказывайся сразу, Варя, – просит умоляюще. – Я без тебя уже не могу. Мне так плохо никогда не было. Поехали хотя бы в кафе съездим. Побудь со мной рядом немного, – Вова начинает выливать на меня фальшивые страдания. Он и раньше-то красноречием не отличался.

Я его не перебиваю и не останавливаю. Слышу, как дверца машины хлопает за спиной.

Жажда мести появляется из ниоткуда. Хочу, чтобы Дан услышал это и тоже испытывал боль. Хотя по сравнению с тем, что я увидела, этого недостаточно.

– А ты кто такой? – слышу за спиной угрожающий голос Ямпольского. Утыкаюсь лицом в цветы и вдыхаю нежный аромат. Со стороны наблюдаю за этими двоими.

– Никак олигарх пожаловал собственной персоной? – отвечает Вова вопросом с наглой улыбкой. А бывший, оказывается, рисковый. – Смирись уже и не путайся у нас под ногами, – продолжает изображать из себя смертника. Я даже на Ямпольского смотреть боюсь.

– Я не понял? Тебе жить, что ли, надоело? – откровенно рычит муж.

– Вали отсюда! Мы с Варей вместе. Как только она с тобой разведётся, мы поженимся, – нагло заявляет бывший. – Моя девочка беременна от меня! – неожиданно выдаёт Пахомов.