Текст книги "Утопая в звёздах"
![](/books_files/covers/thumbs_240/utopaya-v-zvezdah-270815.jpg)
Автор книги: Анастасия Дебра
Жанр: Современная зарубежная литература, Современная проза
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Глава 7
Пикси Рэй
Мы с мамой просмотрели счета, которые нужно оплатить, пока она будет в отъезде. Первая поездка должна была продлиться пять дней. Подходил срок оплаты аренды, поэтому мама выписала чек, а я потренировалась подписываться ее именем на случай чрезвычайной ситуации. Я могла подсунуть чек под дверь нашего арендодателя. Она повторила все, что мне нужно было знать, пока ее не будет. Правила вроде тех, что дверь всегда нужно закрывать, что я не должна гулять ночью и прочее. Все это я уже знала. Мы обсудили, как можно сэкономить на электричестве, потому что я не хотела выключать свет на ночь. Она предложила приобрести светящиеся в темноте наклейки. Но я знала, что это не сработает. Ночь уничтожала меня. Я видела всякое в темноте, и это приводило меня в ужас, хотя я знала, что все это – лишь мое воображение. Но в такие моменты было трудно убедить себя, что собственный разум меня обманывал.
И все же я сказала ей то, что она хотела слышать. По крайней мере, у меня рядом был Гейз. И лето было замечательным. Почти все время мы проводили вместе. Он называл меня болтушкой, потому что я любила поговорить, но всегда просил продолжать, ему нравилось слушать.
Мне бы хотелось, чтобы мама чаще бывала дома, но, как она сказала, нам обеим приходится идти на жертвы. На новой работе платили больше.
Я помогла ей собрать вещи, когда пришло время уезжать. Она немного поплакала, а я сдержалась, дождалась, пока она уйдет, и потом дала волю слезам. Вскоре пуля «Нерф» ударила в стену. Я села, подобрала ее и подошла к окну.
Гейз, улыбаясь, держал в руках мяч. Я кивнула. Нам больше не нужно было разговаривать, чтобы понять друг друга. Мы перекинули мяч почти тридцать раз, прежде чем он полетел вниз после моего броска. Новый рекорд.
Когда я вернулась в комнату и передала его Гейзу, он задержал его несколько дольше обычного.
– Мое окно всегда будет открыто.
Затем он бросил мяч.
Я знала, что это значит: он рядом, пока я здесь совсем одна. Это придало мне смелости. Мы дошли до тридцати пяти, прежде чем ему пришлось идти за мячом. Еще один новый рекорд.
Глава 8
Пикси Рэй
Следующим утром я шла домой из пекарни, неся два бейгла, и увидела отца Гейза, заснувшего у «Таппса». У него был синяк под глазом, и он храпел. Я не знала, что делать, но оставлять его там казалось неправильным. Я зашла в «Таппс», внутри было пусто, если не считать нескольких мужчин, сидевших за столом и игравших в карты.
– Извините, может, кто-нибудь из вас знает, почему отец моего друга спит у входа?
Я ждала ответа, раскачиваясь с носков на пятки.
– Брюс? Прошлой ночью он напился до одури, и его пришлось выгнать, когда он пытался подраться с каждым, кто попадал под руку.
– О, ясно. Но я не могу оставить его там, потому что он отец моего друга, а в одиночку мне его не поднять, он слишком тяжелый. Можете помочь?
– Оставь его. Пусть ведет себя как полагается, если не хочет, чтобы с ним обращались как с мусором.
Мужчина с седеющими каштановыми волосами указал мне на дверь.
Я пробурчала себе под нос:
– Не могу! – и фыркнула, прежде чем уйти.
Стоя около бара, я пыталась придумать, как заставить мистера Джонса хотя бы встать. Я потянула его за руку, но это не помогло. Я надавила ему на плечи, но он казался просто мешком мяса.
Прежде чем я успела попробовать что-нибудь еще, мужчины из бара вышли. Кто-то из них проворчал:
– Куда его нужно отвести?
– Спасибо! Берите его и пойдемте за мной. Он живет в доме через дорогу. Его сын знает, что делать.
Я шла впереди, мужчины тащили мистера Джонса, его ноги волочились по тротуару.
– Сколько лет его сыну? – спросил меня тот, что с сединой в волосах.
– Столько же, сколько и мне.
Я заметила, как они обменялись друг с другом взглядами. Неодобрительными. Мне это было знакомо. Взрослые делали так, когда не соглашались с тем, как кто-то воспитывает своего ребенка. Я видела, как учителя обменивались такими взглядами, когда у них возникали вопросы по поводу расписания моей матери. На самом деле я уже столько раз это наблюдала, что понимала: не стоит упоминать о том, что маме нужно часто уезжать. Наверняка я буду замечать еще больше подобных взглядов теперь, когда ее долго не будет дома.
Я указала на лестницу.
– Они живут на пятом этаже.
– Черт возьми, вот уж нет. Ральф, у тебя есть ключ от служебного лифта?
Блондин обошел мистера Джонса и порылся в карманах в поисках ключей.
Я даже не знала, что в доме Гейза есть лифт, но да, он здесь был, и Ральф жестом указал на двойные двери, которых я никогда раньше не замечала. Они затащили мистера Джонса в тесную кабину, я решила пойти пешком.
– Встречу вас на пятом этаже.
Когда я добралась до двери в квартиру Гейза, мужчины уже ушли. Должно быть, они спустились на лифте. Мистер Джонс прислонился к двери, я тихонько постучала. Гейз не открыл, я решила вернуться к себе и поговорить с ним из окна. Теперь Мистер Джонс был, по крайней мере, не на улице, а рядом со своей квартирой. И так как он опирался на дверь, Гейз мог просто открыть ее, чтобы отец ввалился внутрь.
Я добралась до своей комнаты и бросила мяч, он отбился от доски и влетел в комнату Гейза. Я услышала, как он ударился обо что-то и еще раз подпрыгнул, а затем Гейз выглянул из окна и уставился на меня.
– Твой отец у двери. Он…
В этот момент я увидела настоящего Гейза. Он выглядел так, будто боялся того, что я собиралась сказать. Помимо того, что привела его отца домой. Дело было в том, откуда я его привела. Мистер Джонс слишком часто бывал в «Таппсе». И теперь Гейзу предстояло весь день возиться с пьяным отцом.
– Спасибо.
Мяч был у него в руках. Он бросил его мне, и мы начали игру. Мне пришлось дважды спускаться за мячом, потому что я не могла сконцентрироваться. Но потом настала его очередь. Я ждала, пока он, замерев, смотрел на то, как мяч катится по переулку и останавливается.
Я не знала, что сказать. Предложить прийти и помочь ему с отцом? Но я догадывалась, что он этого не хотел. Его тело было напряжено.
Гейз все еще смотрел на мяч.
– Можешь закрыть свое окно? Ненадолго?
Он не хотел, чтобы я что-то увидела. Ему нужно было личное пространство. Гейз обещал мне, что никогда не закроет свое окно, и я сделала так, как он просил. Закрыла свое.
Я перешла в комнату мамы и посмотрела вниз, куда упал мяч. Гейза не было. И он не появился спустя несколько минут как обычно, что логично, ведь ему нужно было разобраться с отцом.
Я ждала. И ждала. Мяч по-прежнему лежал на том же месте. Мне не хотелось, чтобы его кто-нибудь забрал, поэтому я спустилась и схватила его. А потом услышала чей-то крик. Подняла взгляд на окно, которое выходило из квартиры Гейза. Звуки ударов эхом доносились до меня. Тихий плач. Снова крики. Удар кулаком.
Я побежала домой и оказалась у окна как раз в тот момент, когда отец затолкал Гейза в его комнату и захлопнул дверь. Такое случалось и у других соседей, они иногда ссорились. Но они были взрослыми. Я видела много драк в школе. Но ничто из этого не отзывалось во мне такой болью. Желудок скрутило, я была зла.
Когда я увидела Гейза в окне, то заметила, что по щеке у него расползался синяк. Я показала ему мяч, он кивнул и тут же поморщился.
Так я узнала, какой еще секрет хранил Гейз. Мой ему уже был известен. Я открыла окно, и мы продолжили играть, не обсуждая то, что произошло. Теперь я понимала, что Гейз не всегда был в безопасности. Я боялась темноты, но мама никогда бы не причинила мне вреда. Этим вечером за мячом всегда спускалась я, потому что не хотела, чтобы Гейзу снова пришлось столкнуться с отцом.
Я решила больше никогда никого не просить отвести мистера Джонса домой. Лучше бы он сгнил на том же месте, где валялся пьяным.
Глава 9
Гейз
В конце недели мисс Стоун должна была вернуться домой. Это хорошо, ведь я знал, как страдала Пикси, пытаясь не включать свет по ночам. Я даже оставлял одну из своих ламп включенной и направлял в ее комнату, пытаясь хоть немного помочь.
Я не боялся темноты. Но начинал бояться своего отца. Он бил меня и раньше, но не так, как в этот раз. Бар был слишком близко, так что я понимал, что рано или поздно это случится. Может быть, он попробовал еще кое-что, помимо алкоголя. И зная его, я понимал, что скоро станет только хуже.
Я высунул голову в окно, высматривая Пикси. Она танцевала под музыку и вселяла радость в мое сердце, словно лепила внутри меня снеговика из улыбок и смеха.
– Привет. – Я заметил, что она остановилась. Но не потому, что стеснялась, а потому, что ей было любопытно узнать, что я хотел сказать. – Готова к встрече с мамой?
– О да. Я собираюсь испечь печенье и навести порядок. – Она высунулась наружу и посмотрела по сторонам в поисках Толстого Засранца.
Толстым Засранцем был тот голубь, что повадился сидеть возле наших окон. В основном он держался особняком, но вырывал еду из рук как у Пикси, так и у меня. Отсюда и прозвище.
Сегодня он вел себя не как обычно: прихрамывал, топчась по цементному выступу, на который опиралась деревянная планка.
– Ему больно. – Пикси свела брови.
– Похоже на то, видимо, поранил лапку. К счастью, у него есть крылья. Так что все нормально. Может, перестанет отбирать у нас еду.
Я хотел немного поиграть в мяч, но внимание Пикси было приковано к птице.
– Нет. Посмотри. У него что-то привязано к ней. Кто-то специально это сделал. – Пикси нахмурилась.
Дерьмо. Мне было неприятно видеть ее в таком настроении.
– Хочешь, я кину в него мяч – и, может быть, эта штука отлетит?
– Нет! О боже мой, нет. Ты ударишь его, и он потеряет сознание. Бедняжка. Другие голуби могут его заклевать. Они жестоки.
Она начала взбираться на свой подоконник.
– Ладно, подожди.
Я не был уверен в том, что собираюсь сделать, но меня пугали ее действия.
Толстый Засранец спрыгнул с выступа и плюхнулся в центр доски. Она была права. Птица очень напугалась. Я посмотрел на Пикси. Мне не хотелось, чтобы кто-то умер у нее на глазах. Даже если это идиотский голубь.
Я был небольшого роста, но отлично умел держать равновесие. «Спортивный малый», – время от времени говорил папа, когда я ловко ловил мяч и все такое.
Усевшись на подоконник, я перекинул ноги и поставил их на доску.
– Слушай, сходи за хлебом или еще за чем-нибудь, чтобы привлечь его внимание.
Я все еще держался руками за подоконник. Доска казалась довольно устойчивой. Ветра не было. День был спокойным и, вероятно, неудачным для Толстого Засранца. Штука на лапе явно мешала ему.
Пикси снова появилась у окна. В руках у нее был пояс от розового халата и ломтик белого хлеба.
– Мне кажется, это глупая идея, – засомневалась она, пытаясь придумать что-нибудь другое.
Да, это было бессмысленно, но я хотел побыть для нее героем, хотя бы немного.
– Просто пусть смотрит на тебя. Это все, что мне нужно.
Я перенес свой вес с подоконника на доску. Она выдержала. Я немного продвинулся, мысль о высоте скрутила желудок, а по позвоночнику пробежал холодок. Она была права. Глупая идея. Я решил больше не смотреть вниз. Медленно опустился на колени и стал слегка подталкивать Засранца. Пикси бросила кусочек хлеба поближе к птице. Голубь был жадным, поэтому стал клевать, несмотря на то что ему было неудобно со связанной лапой. Я начал двигаться вперед. И услышал, как Пикси резко втянула воздух. Она боялась. И в этом моя вина. Адреналин зашкаливал. Я был очень сосредоточен, но посмотрел вниз, и у меня закружилась голова.
– Просто возвращайся. Забудь об этой птице. Я справлюсь с ней сама. – Ее голос звучал пискляво.
– Не думаю, что смогу.
Я попытался успокоиться. Оставалось только двигаться вперед.
– Ладно. Хорошо, я позвоню в полицию. Или в пожарную часть. Просто оставайся на месте.
Пикси скрылась за окном.
– Подожди! Подожди! Пикс, подожди. – Я поднял глаза, она появилась. – Твоя мама. Мы не можем рассказать им, что она надолго уезжает и ты остаешься одна. Я думаю, это незаконно.
Она прикусила нижнюю губу, а затем покачала головой.
– Нет. Но это не имеет значения. Я не хочу, чтобы ты упал.
И тогда я впервые солгал Пикси Рэй:
– Доска в любой момент может сломаться. Мне нужно срочно добраться до тебя.
Доска бы не сломалась. Она все еще казалась крепкой, но по мере того, как я продвигался дальше, было ощущение, что она слегка прогибается.
– Просто продолжай кормить Засранца.
Пикси поколебалась, но сделала как я просил. Птица, прихрамывая, прыгала за хлебом, который она бросала. К счастью, у нее была набита рука и она хорошо целилась. Я не стал говорить ей, что, если она промахнется, этот тупой голубь рванет вниз за едой, переворачиваясь, как блинчик на сковородке.
Я еще на шаг приблизился к Засранцу. Взглянул на его лапу. Веревка, завязанная узлом, обвивала обе его конечности, и на одной из них зацепила коготь. Кто-то пытался поймать его. А на самом-то деле все, что нужно было сделать, – просто накормить его, ведь прямо сейчас я был в нескольких дюймах от голубя, а он ничего не замечал. У него даже не хватило ума испугаться меня, хотя еще недавно кто-то пытался расправиться с ним.
Я осторожно опустился на корточки. Сделал глубокий вдох и схватил Засранца. Он взбесился. Я не рассчитывал на то, что он будет так биться, но он сильно брыкался. Я отвел голову назад, пытаясь увернуться от его клюва. Он начал впиваться ногтями в мои пальцы. Я зажал одной рукой его клюв, а другой схватил за шею.
Когда я пошевелился, доска приподнялась с одной стороны. От наших движений она раскачивалась, и мне было трудно снова поймать равновесие. Внезапно доска вновь стала устойчивой, потому что Пикси тоже встала на нее, удерживая своим весом, чтобы она не двигалась.
– Спасибо, – тяжело дыша, произнес я.
Засранец оправдывал свое имя. Но было неудобно снимать веревку с его ног, находясь посередине доски. Я встретился взглядом с Пикси, она выглядела окаменевшей. Вцепилась в подоконник с внутренней стороны, упершись ногами в доску.
– Пригнись.
Она смутилась.
– Что? А, нагнуться, поняла.
И слегка наклонилась вперед, оставляя небольшое пространство для птицы.
Я швырнул голубя, как бейсбольный мяч, прямо в открытое окно Пикси. Она выпрямилась и вскрикнула:
– Ай! – Засранец врезался ей в спину и отскочил обратно в комнату.
Движение, которое я совершил, чтобы бросить птицу, снова нарушило равновесие. И единственным моим инстинктом теперь было бежать. Я перемещался так быстро, как только мог, делая все возможное, чтобы поймать равновесие.
Когда я наконец добрался до Пикси, то ухватился за подоконник позади нее. Мы прижались друг к другу губами – таким стал наш первый поцелуй, но сердце бешено колотилось еще до того, как мы осознали, что произошло.
Поцелуй длился дольше, чем следовало, потому что мы оба были сосредоточены на сохранении равновесия. Когда я наконец отстранился, мои ноги твердо стояли на доске, а птица пронзительно кричала. Я выглянул из-за плеча Пикси: Толстый Засранец бесился в ее комнате.
Этим движением я снова нарушил равновесие. И почувствовал, как край доски сдвигается с выступа под моим окном. Еще секунда – и доска рухнет. Все было кончено.
Глава 10
Пикси Рэй
Я увидела, как доска зашаталась, и попятилась в комнату. Гейза я потянула на себя со всей силы, а затем обхватила его ногами. Мы ввалились внутрь. И я почувствовала, как бедро коснулось пола и как меня придавило весом Гейза. Доска рухнула вниз, и оглушительный стук эхом разнесся по комнате.
Гейз скатился с меня и лег на спину. Засранец голосил и натыкался на предметы. Гейз встал и выглянул в окно, прежде чем закрыть его.
– Ну, это было что-то! – Он предложил мне свою руку, чтобы я могла подняться. – Птица тут все испоганит. Нам нужно поймать его и развязать веревку на лапе.
Гейз лучше меня оправлялся после того, как чуть не умер. Я же все еще чувствовала слабость в коленях. Если бы мама, вернувшись домой, узнала о моей смерти – сошла бы с ума
Но Гейз уже искал, во что можно поймать Засранца, так что я выбросила эту мысль из головы и присоединилась к нему. Я закрыла дверь спальни, оставив там голубя.
Гейз нашел дуршлаг, кастрюлю и полотенце. Я повернулась и слегка приоткрыла дверь своей комнаты, чтобы Засранец не смог выбраться, мы протиснулись внутрь.
Он уже покакал в трех местах, но, к счастью, не на кровати. И уселся на подоконник. Мне было немного его жаль, несмотря на тот факт, что из-за него мы с Гейзом чуть не погибли. Зарсанец посмотрел на нас, а затем снова тоскливо уставился в окно. Еще бы! Какой-то урод связал его, так что вряд ли голубь очень уж любил людей. По крайней мере, так я предполагала.
– Он собирается выклевать нам глаза. И будет щипать за руки, – предупредил Гейз.
– Тогда давай оденемся. И приготовимся к этой битве.
Я подошла к шкафу и начала рыться в поисках зимних вещей. Нашла варежки и перчатки. В дополнение к этому мы обернули головы шарфами, сквозь которые все было видно.
Теперь порядок. Гейз взял дуршлаг и кастрюлю. Следующие полчаса мы гоняли птицу по комнате, прежде чем она оказалась в ловушке из кухонной утвари. Глаза у голубя были дикими, он и правда пытался клюнуть меня каждый раз, когда я хотела дотронуться до него. В итоге терпение Гейза лопнуло. Он сорвал с рук перчатки и смело схватил Засранца, зажав ему клюв.
– Сможешь снять с него эту штуку? Может, попробовать отрезать ее ножницами?
Было заметно, что Гейз с трудом удерживает птицу, мышцы на его шее напряглись.
Я быстро подошла к маленькому комоду и отыскала ножницы. Затем нагнулась, чтобы получше рассмотреть лапы голубя. Они были обвязаны грязной белой веревкой, еще и перекрученной. Я нашла узел, на котором все держалось, и осторожно обрезала его. Веревка ослабла на лапах Засранца, но потребовалось еще немного времени, чтобы снять ее.
– Готово!
Гейз поднес Засранца к окну, я открыла его. Он стал разжимать пальцы руки, которой держал птицу за тело, по одному, второй рукой Гейз все еще зажимал клюв голубя.
Когда он полностью отпустил его, мы сделали шаг назад. Засранец издал пронзительный вопль, поджал ранее связанную лапку и покакал, а затем вновь попробовал встать на обе лапы. Теперь все хорошо. Он снова мог свободно двигаться. Голубь закричал и спрыгнул. Мы с Гейзом подбежали к окну и посмотрели вниз. За секунду до того, как удариться о тротуар, Засранец взлетел, бросив на нас последний злой взгляд.
Сцепив руки за шеей, Гейз тихо присвистнул:
– Эта птица чуть не убила нас.
– Вообще-то, мне кажется, все выглядело бы так, будто мы покончили с собой. – Я пожала плечами и нахмурилась, глядя на сломанную доску. Больше не получится сыграть в мяч, как раньше. – Что ж, теперь здесь нужно прибраться. Но спасибо, что помог с голубем.
– Да. Без проблем. – Гейз начал помогать мне убираться, хотя и не должен был. Наверное, он избегал того, что поджидало его дома, раз решил, что лучше очищать пол от птичьего помета. – Твоя мама пойдет с тобой в школу в первый день начала занятий?
– Она говорила, что сможет. Мне нужно будет купить тетради и канцтовары, но я пока не хочу об этом думать. У нас есть еще две с половиной недели.
Я бросила грязные бумажные полотенца в старую сумку из CVS.
– Ну да. Как думаешь, ребята сегодня будут играть в баскетбол? – Гейз посмотрел в сторону парка, но я знала, что он не видел его отсюда.
– Да, Токс говорил, что сегодня вечером у них турнир. Он спрашивал, не хочешь ли ты быть запасным. Им можно взять одного.
Его лицо просияло, а глаза расширились от гордости.
– Черт возьми, да! Офигенно. Должно быть, я им и правда нравлюсь.
Я кивнула и решила не рассказывать про то, что у одного из их постоянных запасных была сломана лодыжка, а у другого появилась девушка, и она забеременела. Но Гейз был хорош в баскетболе. Я много раз видела, сидя под тем деревом, как парни играют, и у Гейза неплохо получалось. Он не отставал от них, несмотря на то, что был намного младше и ниже. Хотя именно поэтому он и смог пройти по доске между пятыми этажами домов, чтобы спасти птицу.
Мы закончили уборку и стали мыть руки. Гейз начал делать маленькие «снежки» из пены, и разразилась битва. Я сбегала в свою комнату и принесла пистолет для мыльных пузырей, чтобы было еще веселее. Мы кричали и смеялись, сражаясь. И в конце концов растянулись на ковре в гостиной, совмещенной с кухней.
– Ты ведь знаешь, что мы поцеловались, да? – Он повернул голову, и его волосы упали в сторону, открывая глаза цвета какао.
Я прищурилась.
– Имеешь в виду тот момент, когда мы пытались не умереть и единственное, что могли сделать, это прижаться друг к другу губами?
– Да. Называй это как хочешь, но это было то, что было. Первый поцелуй. Во всяком случае, для меня. Не уверен, со сколькими парнями ты обменивалась слюной. – Он поджал губы.
– Фу! И мы не обменивались слюной. Просто прикоснулись, к тому же мы чуть не умерли. Так что все это не считается. Вот когда у меня будет настоящий поцелуй… – Я замолчала. Не хотелось говорить о поцелуях с Гейзом. Это было просто… как-то неправильно.
– То что? Он точно не случится на высоте пяти этажей и пол не будет уходить у тебя из-под ног?
Он подмигнул, и я сорвалась. Шуточно ударила его, хотя и ударом это не назовешь.
– Серьезно, у меня будет огромный синяк вот здесь. – Я повела пальцем от плеча к бедру. – Спасала тебя от падения.
Гейз сел.
– Ты же понимаешь, что буквально повторила прием из «Мстителей»? Я был очень впечатлен. – Он пошевелил бровями.
– Ага. Не знаю, правда, чей прием это был.
Я тоже села.
– Черной вдовы. – Он встал и протянул мне руку. – Давай закажем пиццу. Ты ведь наверняка не захочешь сегодня вечером готовить?
– Ни за что. После всей этой уборки уж точно. Лучше съедим пиццу.
Я взяла ключи, а Гейз пошел закрывать окно. Вернувшись, он сказал, что с Толстым Засранцем все хорошо и он уже вернулся на свое обычное место.
– Теперь он снова будет выхватывать еду из наших рук, да?
Я придержала входную дверь открытой, пока Гейз выключал везде свет, чтобы сэкономить электричество.
– Готов поспорить, на это он и рассчитывает.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?