Читать книгу "Бывшая жена. Ты снова будешь моей"

Глава 3

– Мам, это было так круто! – Ульяна вбегает в домик, на ходу скидывает ярко-жёлтые сандалии, не обращая внимания, как они разлетаются в разные стороны. Мчится ко мне в комнату, делясь впечатлениями на ходу: – Сначала я просто гладила двух дельфичинков. Мам, они такие приятные! Просто класс!

Ульянка с разбегу запрыгивает ко мне на кровать, переползая, приближается к изголовью кровати и удобно устраивается рядышком со мной. Глаза у дочери ярко светятся искренней радостью. Широченная улыбка тянется от уха до уха. Я и сама начинаю улыбаться. Разве материнскому сердцу много нужно для счастья?

– А потом мы играли с мячиком. Они так забавно отбивали его носиками! Мам, они такие крутые, ты бы видела их. Это нечто! Наташа всё записала.

Дочка стремительно спрыгивает с кровати и с громким криком: «Наташ», бежит на поиски моей подруги. Уже через минуту возвращается с айфоном Наты, суёт мне телефон в руки, запуская видео. Восторженный голос дочери сразу наполняет комнату.

– Вот, смотри, мам, – дочка тыкает пальчиком в экран, – сейчас буду плавать вот с этим дельфинчиком.

На видео Уля подплывает к одному из дельфинов, и под наставления женщины-инструктора правильно цепляется за плавник. А дальше дельфин начинает кружить по бассейну.

– А ещё на его животе каталась. – Уля нетерпеливо отбирает телефон, находит следующее видео и снова отдаёт мне: – Вот! Смотри. Правда здорово, да?

Ульяшку настолько распирает от эмоций, что она немного подпрыгивает, сидя на кровати. Показывает мне всё новые видео и фотки. Ната хорошо поработала фото и видео оператором – с лихвой наделала памятных кадров.

Подругу, прислонившуюся к дверному косяку, не сразу замечаю. Скорее чувствую её вопросительный взгляд на себе. Поднимаю голову, приподнимая бровь. Ната правильно считывает мой немой вопрос, заходит в комнату и останавливается у собранного чемодана.

– Да вот, думаю, что это?

– Нам нужно вернутся домой.

– Но, мам!

Ульянка хмурится от возмущения и в этот момент так сильно напоминает Дениса. То же самое выражение лица я видела несколько часов назад. Я и раньше замечала их безумное сходство, но именно сейчас оно прошибает меня острыми иглами изнутри. Встреча с Денисом не прошла для меня бесследно.

– Ты обещала, что мы будем здесь до конца каникул!

– Солнышко, у меня возникли срочные дела на работе. Да и нога, – киваю на правую ногу с фиксатором, – вряд ли я куда-то смогу с ней выбраться.

– У тебя всегда работа! Я так радовалась, что наконец-то поехала куда-то с тобой, а не бабушкой.

Слова дочери острым ножом проходят по сердцу, оставляя после себя глубокие порезы. Как и любая мать для своего ребёнка, хочу всего самого лучшего. Я не экономила на отдыхе дочери. Отправляла со своей матерью в лучшие отели с детскими программами развлечений. Уля никогда не высказывалась против – так было всегда. С её малых лет.

Я же в это время работала. Допоздна просиживала в офисе. Ездила в командировки. Выжимала от предоставленной возможности по максимуму, чтобы, когда вернулась дочка, мне не приходилось засиживаться до ночи.

– Мам, мы можем никуда не ходить. Просто оставшийся отпуск побыть в домике, но давай останемся до конца?

– В конце концов, ты можешь поработать удалённо.

Вставляет свои пять копеек подруга, и я сдаюсь под их просительными взглядами.

– Хорошо. – Ульяшка кидается мне на шею, звонко целует в щёку. – Но нам и правда придётся провести остаток дней в домике.

Сейчас я рада, что так получилось с ногой. Иначе сложно было бы найти причину прятаться в домике.

– Ульяш, беги переодевайся, а потом закажем что-нибудь пообедать.

– На террасе?

– На террасе. – соглашаюсь с ней.

Дочь оставляет ещё один поцелуй на моей щеке, душит крепкими объятиями и убегает в свою комнату. На её место садится подруга, грозно складывает руки на груди, всем своим видом показывая, что настроена серьёзно.

– Рассказывай.

– Денис остановился в этом отеле со своей девушкой. И ты её знаешь – Сандра.

– Певица, что ли?

– Ага.

– У него отменный вкус на женщин, надо признать. Она, когда бывает в Питере, заходит в наш салон. Есть в ней что-то милое и наивное.

Кривлюсь от слов подруги, подтверждающие мои собственные наблюдения. Всё-таки мне было бы легче, если бы рядом с ним была какая-нибудь стерва. Вроде той, с которой он мне изменил – заслуженная карма для мерзавца.

– Я просто не хочу, чтобы он узнал об Ульяшке.

– Соф, прошло семь лет. Ты больше не вчерашняя студентка без права голоса.

– Но и того влияния, как у Дениса, у меня нет.

– Ты так уверена, что он захочет её отобрать?

Пожимаю плечами. Я была уверена, что наша любовь вечна. Мы всегда будем вместе, а потом я оказалась выставлена на улицу самым жестоким образом. Поэтому совершенно не знаю, чего ждать, узнай Левицкий о дочери.

– Перестраховываюсь.

Ната тяжело вздыхает, но не спорит.

– Ладно, пойду тоже переоденусь.

Ловлю руку подруги и сжимаю с благодарностью.

– Нат, спасибо.

Если бы не она, я не знаю, как сложилась моя жизнь. Именно Наташа помогла обустроиться в Питере. Именно она уговорила меня начать своё дело и даже помогла найти надёжного партнёра. Подруга и позже помогала мне советами. И по звонку всегда готова была примчаться на выручку. Вот и сейчас Наташа молча поддерживает меня, хотя я вижу, что она не согласна с моим решением.

– Ерунда, – отмахивается, как всегда, – ты же знаешь, что для меня вы с Ульяшкой самые близкие.

Я остаюсь одна, но ненадолго. Аккуратный стук в дверь заставляет подняться и доковылять до входа. Наверное, горничные пришли убраться в домике. Распахиваю дверь, готовая запустить работников отеля внутрь, но застываю, глядя во все глаза на Дениса с корзиной фруктов.

– Хотел убедиться, что ты в порядке.

– Убедился? Можешь идти обратно.

Закрываю дверь, но мужская рука успевает её поймать и остановить. Денис раскрывает её обратно и нагло проходит внутрь.

– Денис, я правда не понимаю, что тебе нужно. Ты на отдыхе с девушкой, но при этом зачем-то преследуешь меня. Насколько я знаю, нас больше ничего не связывает. Поэтому просто уйди, а это, – кивком указываю на корзину в его руках, – подаришь своей девушке.

– Сонь, всё совсем не так.

Истерический смешок вырывается из меня. Ну да. Что ещё в таких случаях говорят. Мы не вместе. Мы давно живём как соседи. Мы скоро разведёмся.

Денис хмурится, будто понимает, о чём именно сейчас думаю. Хочет ещё что-то сказать, но торопливый топот маленьких ножек прерывает его и привлекает ненужное внимание. Лицо и вся поза мужчины стремительно меняется – становится напряжённым.

Невольно делаю шаг назад.

– Мам, я совсем забыла тебе отдать.

Слишком быстро Ульяшка оказывается рядом со мной. Не даёт мне и надежды придумать, как выкрутится из приближающегося армагеддона.

Мы так и застывает все втроём каменными изваяниями. Нужно что-то сказать, сделать, но меня будто парализовало. Только и могу наблюдать, как лицо Левицкого меняется. Вся уверенность испаряется. Взгляд становится потерянным. Да и сам бывший муж бледнеет. Словно призрака увидел.

Левицкий первый отмирает. Делает шаг к нам и опускается на корточки. Протягивает руку в сторону Ули, но тут же её отдёргивает, боясь прикоснуться.

– Красивая девочка.

Денис пристально вглядывается в лицо дочери. Мне хочется закрыть её собой. Спрятать от изучающего взгляда, но уже слишком поздно. Всё, что надо, мужчина заметил и подметил.

– Как зовут тебя, малышка?

– Ульяна. – Дочка гордо задирает нос кверху. С вызовом смотрит в такие же, как у неё, светло-зелёные глаза. – И я не малышка, я уже взрослая!

Денис сглатывает ком в горле и переводит взгляд, пылающим праведным гневом на меня.

– Да, взрослая. И мне очень интересно, почему я не знал о тебе раньше.

Не ждёт ответа – переключается на дочь. И в этот раз всё-таки проводит по светлым волосам. Ласково, едва касаясь.

– Совсем как у мамы.

Ульяшка улыбается, с гордостью кивает. Что-что, а копну своих светлых волос Уля любит, крутится у зеркала и сравнивает с Рапунцель, а стричь упрямо не даёт.

– Зато в остальном – моя маленькая копия. Я твой папа, Ульяна.

Действует прямо, не оставляя путей к отступлению. Не заботится о реакции дочери. Возмущение снова одолевает меня, но ругаться при Ульяшке не хочется. Приобнимаю дочь и всё-таки чуть задвигаю за спину. Жест не остаётся незамеченным. Денис медленно выпрямляется, делает шаг ко мне. Нависает. Давит своей аурой и испепеляет взглядом.

– Мам? – Ульяна растерянно смотрит то на меня, то на отца, – это правда?

Левицкий выгибает бровь, в ожидании ответа. Думает, солгу? Так, смысла в этом нет.

– Да, Ульяш. Это твой папа.

– Он здесь живёт? На Кубе?

– Нет, я, как и вы, приехал в отпуск.

– Значит, мы ещё увидимся?

– В этом можешь не сомневаться.

Звучит как угроза, но дочь кивает и даже улыбается.

– Не уходи.

Дожидается ответного обещания от Дениса и срывается в комнату. Оставляя меня наедине с разгневанным мужчиной. Левицкий мёртвой хваткой вцепляется в мои плечи и чуть встряхивает, как безвольную куклу.

– Ничего не хочешь объяснить, Софа?

– Не забывайся, Денис, в любой момент может вернуться Уля.

Злой смех вырывается наружу, прямо мне в лицо.

– Серьёзно? То есть ты сейчас будешь прикрываться дочерью?! Ты мне лучше, Соф, скажи, какого хрена столько лет молчала?

– Я бы и дальше предпочла скрывать. Сам отказался от нас.

– Не строй из себя жертву. Твоей вины в случившемся не меньше.

– О чём ты?

– Память отшибло? Удобная позиция, Софья, только несерьёзная: чужие ошибки помню, свои – нет.

– Пап, смотри!

Денис резко отпускает меня, разворачивается к моей девочке. Как же быстро эмоции сменяются на его лице. Только что хотел убивать, а теперь смотрит на Ульяну с нежностью. Берёт протянутый магнит с фотографией из сегодняшнего дельфинария.

– Это тебе. У меня лишний остался. Один нам с мамой, другой бабушке, ещё Наташе, а этот…

Денис рассматривает магнитик, а потом стискивает в кулаке, как самую большую в мире драгоценность.

– Спасибо, малышка.

Дочь кривит носик и поправляет папу.

– Я взрослая.

– Извини.

Я не должна испытывать жалости. Не моя вина, что Дениса не было рядом, но и Ульяна не должна отдуваться за наши ошибки. Слова даются тяжело, но я всё равно выталкиваю их из себя.

– Мы собирались поужинать, если хочешь, можешь присоединиться.

Ульяна тут же с надеждой смотрит на отца, а я молюсь про себя, чтобы он согласился. Хотя для меня будет лучше услышать отказ.

– С удовольствием.

Левицкий отступает, захлопывает дверь, подтверждая своё намерение остаться. Не успеваю перевести дух, придумать, куда же пригласить незваного гостя: на кухню, террасу или гостиную, как мужчина сам делает выбор. Подхватывает на руки и несёт в сторону светлых диванчиков.

– У тебя нога.

Короткое объяснение вопиющей наглости, от которого мне хочется ещё больше возмутиться, но я напоминаю себе, что рядом дочь. Позже. Я обязательно всё выскажу позже.

– Оу, у нас гости.

Приподняв изящную бровь, Ната наблюдает, как меня сгружают на один из диванчиков.

– Ну хотя бы не на плече и в пещеру в этот раз.

– Наташ, это мой папа! – гордо заявляет дочь, но тут же сдувается, глядит исподлобья, смущённо на отца, – а как тебя зовут?

– Денис. Левицкий Денис Максимович.

– У меня в классе тоже есть Денис.

– Не обижает?

Встаёт в стойку папаша, готовый тут же сорваться в Питер и популярным языком объяснить, что его принцессу обижать нельзя. Только Левицкий заблуждается: скорее наша девочка обидит, чем наоборот.

– Не-е, – морщит носик, явно вспоминая что-то подтверждающее мои слова, – меня никто не обижает.

– Надо ужин заказать. Ульян, принеси меню, пожалуйста.

– Я принесу, – опережает её Ната, но в комнату возвращается не только с кожаными папками, а ещё со своей сумочкой, перекинутой через плечо. – Я прогуляюсь по пляжу. Пообедаю в одном из местных баров.

«Предательница!» – так и кричу взглядом ей вслед.

Глава 4

– Как всё прошло?

Кажется, это становится традицией – сидеть вот так поздно вечером на террасе и смотреть на безмятежную воду. Говорят, вода успокаивает, и наверное, так и есть, потому что бушующие пламя в груди начинает утихать.

В этот раз с нами лишь нарезанные фрукты, из той самой корзины, которую притащил Денис.

– Не пропадать же добру.

Согласилась. Глупо включать гордость и выкидывать фрукты. Тем более такие сочные и сладкие. В Питере и похожего ничего не найти, даже в лучших супермаркетах.

И вечеров у бассейна с откровенными беседами тоже будет не хватать.

– Нормально всё прошло.

Подруга вопросительно приподнимает бровь, на что я жму плечами. Мол, нечего рассказывать.

Денис в основном общался с дочерью. Я сливалась фоном. Дочь лишь изредка вспоминала обо мне, когда нужно было что-нибудь уточнить. И долгое время всё шло прекрасно, пока Уля не сболтнула о моей попытки бегства.

– Но мы с Наташей её отговорили, а потом ты нашёл нас!

– Срочные дела?

И смотрит со злой насмешкой, от которой тушуюсь.

– Работа.

– Ну да, ну да. И с нашей встречей это никак не связано.

– Ты слишком много возомнил о себе, Левицкий.

Денис не отвечает, но смотрит многообещающе. Взглядом говорит, что разговор состоит. Позже. Когда дочери рядом не будет. Вздёргиваю подбородок, показывая, что не боюсь его.

Нашу молчаливую перепалку прерывает Уля: даже не представляет, какую бомбу сейчас запускает.

– Мам, я хочу фамилию, как у папы. Ульяна Левицкая – красиво, да?

– Посмотрим.

– Будет, Ульяш.

Отвечаем одновременно и снова убиваем друг друга взглядом. После этого заявление дочери, напряжение между мной и Денисом только усиливается. Я всё чаще намекаю бывшему мужу, что ему пора, но он упрямо изображает глухого. До тех пор, пока его телефон не начинает разрываться от звонков.

– Мне нужно идти.

Дочь грустнеет на глазах.

– Ульяш, мы завтра увидимся.

Этого хватает, чтобы светло-зелёные глаза снова загорелись радостью, а на губах появилась улыбка. На прощание долго обнимает папу. Когда за Денисом закрывается дверь, Улю прорывает.

– Папа такой классный! Вот бы он меня забрал из школы.

Дальше она долго перечисляет достоинства папы. Вспоминает всё, что он говорил и обещал. И совершенно не хочет идти спать, когда возвращается Ната, всё идёт по второму кругу, пока Уля окончательно не выматывается и не засыпает.

– Ты же слышала Ульяшу.

– Её да, а хочется послушать тебя.

Снова беру паузу. Нахожу среди фруктов дольку красного апельсина. Мои любимые. Совпадение или Левицкий до сих пор об этом помнит? Трясу головой. Не хочу об этом думать.

– Уля сказала, что хочет его фамилию.

– Он, конечно же, не отказался.

Киваю.

– Ты же понимаешь, что он теперь не отстанет от вас.

– Понимаю, но вот что делать дальше не знаю, Нат. Запретить общаться с дочерью не могу. Никогда Уля узнала о нём. Было бы идеально, если бы они так и не познакомились. Но судьба решила за меня.

Снова нахожу дольку апельсина, медленно жую её. Наслаждаюсь сочным вкусом цитруса.

– С другой стороны, он живёт в другом городе. Вряд ли у него получится часто выбираться в Питер, а редкие встречи переживу. Главное, в эти два – избегать встреч. Может, завтра с утра на какую-нибудь экскурсию вас отправить?

Ната неодобрительно качает головой.

– Это тебе решать, но, мне кажется, ты перегибаешь палку.

Ни доводы разума, ни Наташа не могут меня отрезвить. Сразу, как только просыпаюсь, узнаю о свободных экскурсиях. Мне везёт. Находится один в заповедник Эль Ничо.

– Не хочу ехать, вдруг папа придёт?

Вместо поддержки от подруги ловлю её взгляд: «я же говорила».

– Смотри, как там красиво, – показываю фото, найденные в интернете, – а если папа так и не придёт, Ульяш? Зачем тебе весь день в отеле сидеть.

Дочка сомневается. Вижу, как сильно ей хочется остаться, но и ждать – не про неё.

– Ты в любом случае ещё увидишься с папой. Дома он найдёт тебя.

– Правда?

О да. В этом сомневаться не приходится. Со связями Левицкого он теперь нас хоть из-под земли достанет.

– Правда, Ульяш.

Дочь ещё немного сомневается. Смотрит красивые картинки на телефоне с заповедника, а потом кивает.

– Наташ, ты же сделаешь много фотографий со мной? Я потом папе покажу.

Папе. Не мне. Понимаю, что глупо ревновать. Я у дочери была всегда, а папа только появился. Но обида всё равно царапает изнутри. Провожаю своих девочек с тяжестью в сердце. Пытаюсь отвлечься проверенным способом – работой. Она всегда меня выручала, когда я оставалась одна. Но не сейчас. Я всё время жду подвоха.

Например, что заявится Денис и нам всё-таки придётся открыто поговорить. Время проходит, а в дверь так никто и не стучит.

– Он здесь с невестой, – напоминаю сама себе, – ему есть чем заняться, помимо того, как крутиться вокруг нас.

И к вечеру я всё-таки успокаиваюсь. Выдыхаю. Как оказалось, рано. Дверь в домик распахивается, и дочь с радостным криком вбегает, в этот раз даже забывает разуться.

– Мам, ты представляешь, с нами на экскурсии папа был! Сейчас фото покажу.

– Мы уже собирались отъезжать от отеля, когда остановился автобус, чтобы впустить опоздавшего туриста. – поясняет Ната. – Было бы странно, подорвись мы к выходу. Да и не пошёл бы кое-кто.

– Мам, у меня теперь есть фото с папой. Вот, смотри.

Дочь показывает снимки. На первом они с папой стоят в обнимку на фоне водопада. На следующем кадре они строят смешные рожицы, делая селфи. Ещё один кадр: Денис подкидывает Ульяшку на фоне сказочного тропического леса. Слишком похожие. Одинаково счастливые.

Мозг со всей жестокостью подкидывает картинки, в которых всё было бы иначе в нашей жизни. Если бы не та девушка в рубашке мужа и его слова, что могу проваливать на все четыре стороны. От горьких мыслей меня отвлекает Уля.

– Мам, папа такой сильный! Он пообещал, что сегодня снова придёт в гости.

Кидаю в подругу осуждающий взгляд, как она могла это допустить?! Ната спокойно выдерживает моё негодование, а потом медленно вздёргивает бровь кверху. Молча спрашивая, серьёзно ли я.

– Прости. Несёт меня. – выдавливаю из себя улыбку и обращаюсь к дочери: – Я рада, что поездка удалась. Беги переодевайся, Ульяш.

Дочка целует меня, убегает, но тут же возвращается за своим телефоном.

– Я обещала папе показать свою комнату.

– Он же придёт, вот и покажешь.

– Нее, мы договорились сразу.

Прикрыв глаза, с шумом выдыхаю. Мне придётся смириться с тем, что у дочери появился отец. Надеюсь, со временем буря Ульяшкиных эмоций утихнет, и пытка ежедневными разговорами о папе закончиться.

Ната присаживается рядом, успокаивающе гладит по плечу. Дежавю. Также было семь лет назад, только вместо роскошного гостиничного домика, была её просторная квартира с видом на залив.

– Сонь, мы завтра здесь последний день. Вернёмся домой, и всё встанет на свои места. Надо немного потерпеть.

– Знаю, просто… Просто я была не готова к нашей встрече. Зачем он подошёл ко мне? Почему, как все нормальные люди, не сделал вид, что мы даже не знакомы.

– Твой бывший меньше всего похож на человека, который пройдёт мимо опустив взгляд, лишь бы не здороваться.

– Нужно было замуж выходить за слесаря, как мама и хотела.

– И жила бы припеваючи в хрущёвке на окраине Москвы. Отдыхала бы не на Кубе, а на даче среди грядок. Не унывай, подруга, переживём этот ужин. Сегодня я с тобой.

Ужин и вправду проходит спокойно. С Денисом общаемся показательно вежливо, даже убийственными взглядами не обмениваемся. Я с ужасом боюсь, что он задержится, но нет, Левицкий уходит практически сразу. На прощание целует дочь, а мне достаётся сухое «пока» и взгляд, не сулящий ничего хорошего.

Ночь проходит без сна. Мучительно долго ворочусь из стороны в сторону, пока окончательно не сдаюсь и не сажусь за работу до самого утра. Следующий день проводим на террасе. Больше не пытаюсь отгородить Улю от общения с отцом – бесполезно. Он всё равно сделает по-своему. Не верю в совпадения, и что Денис изначально хотел ехать на эту экскурсию. Зато проведу последний день отпуска с дочерью.

Уляшка купается в бассейне, а мы с Натой чилим на шезлонгах. Идеальный день, если бы только не страх, что в любой момент раздастся стук в дверь. Весь день я прислушиваюсь к каждому шороху и вздрагиваю при каждом шуме. Подруга бросает на меня сочувственные взгляды, а я всё жду. Жду, когда он придёт.

В итоге не выдерживаю и интересуюсь у дочери о её отце.

– Он сегодня не придёт, – с грустью выдаёт Уля, а я с облегчением выдыхаю. – У его друга свадьба, но папа обещал, что мы очень скоро увидимся в Питере.

После этих слов я должна расслабиться, но нет. Дурное предчувствие не отпускает меня до позднего вечера.

– Сонь, хватит себя накручивать. – Ната пытается привести меня в чувства, когда мы традиционно сидим на террасе и любуемся красотой кубинской ночи. – Ну, будет приезжать по выходным. В первое время он, может, и помотается каждые выходные, но потом его затянут дела и будет нормальный, среднестатистический папаша выходного дня. Переведёт деньги и раз в месяц заявится в гости.

Киваю, успокаивая себя, что именно так и будет. Только долгожданный покой приходит, лишь когда самолёт приземляется в Питере. В сером, дождливом, но за последние года ставшим таким родным. Все сомнения окончательно уходят. Права Ната, никто не отберёт у меня дочь, а встречи с Денисом будут редкими.

Суета будних дней утягивает. Ульяна ходит в школу, вечерами переписывается или созванивается с папой. Я пропадаю на работе, так как Игорёк совершенно ничего не делал за прошедшую неделю.

– Ну, Сонь, все эти бумажки капец как скучно!

– У нас четыре дня не работал бассейн! Неужели нельзя было решить хотя бы этот вопрос?!

– Сонь, ты обычно этим вопросом занимаешься. Я позвонил в пару фирм, но в одной очередь, в другой – ценник грабительский.

– Мне мог позвонить!

Пожимает плечами, как нашкодивший ребёнок.

– Не хотел отвлекать от отпуска.

Тру переносицу. Порой мне хочется прибить Игоря. Для него наша сеть фитнес-центров – развлечение. В то время как для меня это буквально всё.

Семь лет назад маленький фитнес-центр спас меня от голода и боли, которая разрасталась в душе. Развивался фитнес-центр – росла вера в саму себя. Порой были сложности, но именно они заставляли меня двигаться дальше.

Сначала Игорь активно принимал участие в развитии, но через пару лет он наигрался и стал появляться в офисе по настроению. По факту я одна тянула всё на себе.

– Игорь, продай мне свою долю.

Нужно было давно выкупить у него долю, но я всё на что-то надеялась. А сейчас устала. Не могу больше работать за двоих.

– Не могу.

Компаньон виновато чешет затылок, смотрит взглядом побитой собаки. В другой ситуации я бы развеселилась от такого вида Игоря, но не сейчас.

– Я уже продал.