Читать книгу "Призрак"

– Ничего не изменилось, Эбс, – говорю тихо, с лёгкой усмешкой. – Со школы вообще ничего не поменялось.

– Джин… – начинает она, но я поднимаю ладонь, останавливая.

– Нет, правда, – продолжаю я. – Аксель не тот, кто тебе нужен. Он же… – я неопределённо обвожу пространство руками, словно пытаюсь очертить что-то хаотичное и плохо поддающееся форме. – Он ведь из тех людей, которые… «появился и исчез». Ты сама только что сказала, что мой брат меняет девушек чаще, чем я своё мнение о Драйдене.

Эби хмыкает, но взгляд у неё упрямый.

– Мне не нужны отношения, – пожимает она плечами. – Я просто…

– Просто что? – перебиваю я. – Просто смотришь? Просто думаешь? Эбс, ты не из тех, кому подходит «просто». Тебе нужны нормальные отношения. Чтобы без догадок, без ожиданий, без вечного «а вдруг».

Ловлю себя на том, что говорю слишком уверенно. Будто защищаю не только подругу, но и какую-то иллюзию порядка. Да, мне не хотелось бы, чтобы она и мой брат были вместе, ведь это… Я не знаю, как объяснить словами то, что происходит в мыслях. Мы выросли вместе, не только с Акселем, но и с Эби. Знали друг друга ещё тогда, когда дети не осознают себя… с пеленок? Наверное, да, с них. И для меня, что она, что он – родные люди. То есть Аксель, родной мне по крови, а Эби… Я никогда не представляла их вместе, это тоже самое было, что подумать о том, что брат будет встречаться с сестрой. Просто фу. Да, это только мои мысли.

– Говоришь как твоя мама, – фыркает Эби.

– Отлично, – отвечаю я. – Значит, взрослею. Или старею. Одно из двух.

– Да и ты видела вообще Акселя? Он и в школе был красавчиком, а сейчас… – Эби делает вид, что ей жарко и машет на себя рукой.

– Фу. Это же мой брат.

Эби заливается смехом и наконец отводит взгляд, отвлекаясь от своих мыслей.

– Ты невозможная, – говорит она.

– Знаю. Всё. Я готова.

– Тогда пойдем.

Сегодня мы собрались с ней вспомнить школьные времена. Даже составили план. Кино. Потом закусочная у трассы, та самая, куда мы бегали после школы, когда у нас было ровно ноль денег и бесконечное количество времени.

Ловлю себя на мысли о том, что мне этого не хватало… Эби рядом. Да, в университете у меня есть подруги. Хорошие, с которыми приятно пить кофе между парами и обсуждать преподавателей или планы на выходные. Но это не то же самое.

Глава 2

Вчера с Эбс мы решили не только день сделать девчачьим, но и вечер с ночью. Хоть девушка и живет на соседней улице, но всё равно осталась у меня с ночевкой, и мы устроили себе целый кинопросмотр глупых романтичных фильмов. На моментах, где нужно было плакать, мы смеялись, поэтому что-то пошло не по плану.

На полу до сих пор валяются пледы и пустые коробки от пиццы. Я закрываю чемодан с характерным щелчком.

– Джин, ты уверена, что едешь всего на несколько дней? – Эби стоит у зеркала и наносит блеск для губ. Её утренний ритуал после умывания. – Потому что выглядит так, будто ты собралась минимум на пару недель. Или сбежать из страны.

– Я просто люблю быть готовой, – отвечаю я, даже не поднимая взгляда. – Это не вещи, это… стратегия выживания.

– Стратегия выживания в поездке к парню.

– Во-первых, – поднимаю палец, – там не только поездка к парню. Во-вторых, – второй палец, – ты бы видела, как Райан собирается. Вот, где реальный повод для тревоги, Эбс.

Я снова открываю чемодан, пробегаюсь взглядом. Одежда. Аптечка. Фонарик. Потрёпанные походные ботинки, которые я так и не смогла выбросить. Куртка, в которой можно лазить куда угодно. И ещё одна на всякий случай. Специальная одежда, если вдруг придётся куда-то подниматься или идти далеко.

Хотя… это вряд ли. Райан не фанат походов, высот и идей по типу «давай свернём туда, потому что интересно». Он фанат маршрутов, заранее проложенных дорог и мест, где есть указатели.

– Ты выглядишь так, будто собираешься не в гости, а на экспедицию, – усмехается Эби.

– А вдруг, – пожимаю плечами. – Вдруг мы решим спонтанно залезть на гору.

– С Райаном? – она приподнимает бровь.

– Вот именно. Вдруг.

Я закрываю чемодан окончательно и выпрямляюсь, когда мы обе понимающе улыбаемся.

– Он должен быть здесь через полчаса, – говорю я. – А Акселя всё ещё нет.

Машинально тянусь к телефону, проверяю экран, и да, связи почти так и нет, звонок снова не проходит.

– Сегодня вообще со связью какая-то фигня, – Эби убирает блеск обратно в карман джинс и поворачивается ко мне. – Может, он просто застрял где-нибудь.

– Может, – киваю, но внутри всё равно появляется странное беспокойство.

Если мы с братом не успеем встретиться за оставшиеся полчаса, то после того, как я вернусь не увидимся. Он уже к этому времени уедет, поэтому в следующий раз удастся пересечься только на Рождество, а это слишком долго.

– Если я вдруг не увижусь с Акселем, то передай ему, что он засранец тот ещё. Пообещал и нарушил собственное обещание.

– Но не специально же, Джин.

– Всё равно. Передай.

Девушка качает головой на мои слова, но по итогу выдает кивок.

– Вот, возьми ещё и это, – она достает из кармана маленький флакон духов и кидает мне, когда я успеваю поймать его в последний момент.

– Эби! А если бы разбился?

– Тогда у тебя в комнате пахло бы твоим любимым ароматом.

– Моим любимым? – смотрю на название и правда. Мои любимые духи, которые у меня закончились ещё месяц назад, а новые я не успела купить. – Это подарок?

– Ага. Было бы романтично, если бы на моем месте был Райан, да?

Я закатываю глаза, а после делаю два пшика на кожу и попадаю на одежду.

– Было бы… подозрительно. Учитывая, что Райан максимум дарит мне книги и сертификаты. И то с чеком внутри, чтобы я смогла вернуть, если вдруг не понравится.

Эби смеётся, а я снова подношу флакон к запястью и делаю ещё один, уже осторожный пшик. Запах мягко раскрывается, не резко, не приторно. Тёплый, чуть древесный, с чем-то свежим, будто после дождя. Такой, который не кричит о себе, но остаётся. Мой. Я всегда думала, что именно так должен пахнуть дом… или возвращение.

Убираю флакон в боковой карман чемодана, туда, где всё самое нужное.

И именно в этот момент в коридоре раздаются шаги, думая, что это мама, то оборачиваюсь и замираю, когда приоткрытая дверь в комнату распахивается чуть шире.

На пороге стоит Аксель. С кривоватой улыбкой, в футболке, волосы чуть взъерошены, будто он только что куда-то бежал.

– Ну что? Соскучились? – переводит взгляд с меня на Эби и обратно.

Я издаю странный звук, больше напоминающий писк мыши и бегу к нему:

– Акс!

Секунда. И вот я уже буквально запрыгиваю, как в детстве. Брат подхватывает меня автоматически, крепко, привычно, будто мы так и не расставались.

– Чёрт… – брат кашляет, делая шаг назад. – Ты вообще в курсе, что если бы была в армии, то тебя бы уже давно записали в штурмовой отряд?

– Я скучала! – обхватываю его шею руками, смеясь.

– Я тоже, – тихо и с несвойственным для него спокойствием произносит он, а потом добавляет с усмешкой: – Но предупреждаю, Джинни, с таким напором ты бы спокойно завалила пару парней. Чисто случайно. Локтем.

Аксель показывал мне несколько своих армейских приемов, заставлял их запоминать, чтобы в случае чего я могла о себе позаботиться.

– Зависть плохое чувство, Акс, – парирую я и наконец спрыгиваю на пол.

Эби стоит чуть в стороне, скрестив руки и качая головой.

– Семейные сцены воссоединения, – протягивает она. – Я просто подожду, пока вы закончите.

– Не завидуй, – бросает Аксель ей. – Тебе тоже достанется. Моральная травма.

– Как и всегда, – закатывает глаза Эби.

Аксель выдает очередную кривую улыбку, а после подзывает ее к себе рукой, и вот они уже тоже обнимаются.

Сама замечаю маму, стоящую позади, которая тоже улыбается.

– Ну всё, – говорит она с той самой улыбкой, в которой всегда было больше тепла, чем слов. – Спускайтесь вниз. Чай уже заварился, пока вы тут устраивали акробатические номера.

– Я вообще-то был атакован без предупреждения, мам, – тут же отзывается Аксель. – Это считается за оправдание?

– Считается, – соглашается мама. – Как повод попить чай.

Мы спускаемся все вместе, и дом наполняется привычными звуками, такими как… скрип ступенек, чей-то смех, запах заварки и выпечки.

Мама никогда не признается, но после того, как мы закончили школу с братом и разъехались, то она осталась тут совершенно одна. Я знаю, что ей одиноко, что непривычно возвращаться в пустой дом и не слышать наших споров или простых разговоров с Акселем, поэтому предлагала хотя бы завести домашнее животное, чтобы было не так… грустно, но она отказалась.

У порога замечаю сумку Акселя, которая размером с мой чемодан.

– Я уже решила, что мы вообще сегодня не увидимся. Я тебе с утра звонила. Раз десять. Гудки шли, а потом тишина.

– Связь сегодня как моё терпение, – усмехается он и делает глоток чая, а после в один укус съедает целую половину пирожка! Чёрт, у него всегда был хороший аппетит. – То есть никакая. Телефон живёт своей жизнью.

– Отлично. Я тут уже морально попрощалась. Даже подготовила монолог о том, какой ты засранец.

– Вот это да, – брат прижимает ладонь к груди. – И всё это я мог пропустить?

– Не переживай, – вмешивается Эби, усаживаясь рядом. – Я обещала передать. Дословно.

Аксель бросает на неё взгляд со словом:

– Предательница.

– Реалистка, – пожимает плечами она.

Мама ставит на стол чашки, разливает чай.

Мои губы сами по себе растягиваются в тонкую улыбку, ведь ничего не меняется. Мы сидим так же, как всегда. Я напротив Акселя, Эби сбоку, мама между нами, будто связующее звено.

– Хорошо, что успел, Аксель, – отзывается мама и тоже делает глоток чая после. – Твоя сестра бы расстроилась, если бы вы разминулись.

– Скорее, мам, если бы я вдруг не успел, то Джин меня бы морально уничтожила.

– Эм, нет. Поправка, брат, я бы тебя воспитала.

Мама качает головой, когда Эби многозначительно смотрит на меня.

– Вижу, вы в форме, – улыбается мама. – И ты, Джин, как всегда, собралась так, будто едешь на край света.

– Вдруг там пригодится, – пожимаю плечами. – Я люблю быть готовой.

– Ты всегда такой была, – мягко говорит она. – В этом ты вся.

Я тоже откусываю кусочек пирога и закатываю глаза.

– Срань господня, как вкусно!

– Как и всегда, очень красочное описание, сестра.

– Ну, правда! Это просто охренительно, как вкусно! Согласишь же, Аксель?

– Да.

Мама вновь качает головой, а после встает и скрывается на несколько минут на кухне, после чего возвращается с небольшим пакетом в руках, который протягивает мне.

– Что это?

– Возьми.

– Надеюсь, там словарь, – тянет Аксель, прищурившись. – Желательно с пометкой, как выражать эмоции без уголовной ответственности.

Я медленно поворачиваюсь к нему, не отрывая взгляда, и демонстративно показываю средний палец, сопровождая это самой невинной улыбкой из возможных.

– Мультикультурный жест любви, – поясняю я, хотя тут все и так в курсе наших традиций с братом. – Семейная традиция.

Мама только усмехается, делая вид, что её это совершенно не касается, а я развязываю пакет и достаю оттуда небольшую коробочку. Лёгкую. Почти невесомую. Открываю.

Внутри находится тонкая цепочка и кулон в виде кометы. Небольшой, аккуратный, с тремя вытянутыми хвостами, будто застывшими в движении. Такой, который я рисовала с самого детства, даже на руке Акселя было дело, из-за чего брат несколько раздражался. Но терпел. Он всегда стойко терпел все мои выходки. Ну… как и я его.

– Мам…

– Это ещё лежит с твоего дня рождения, Джин, думала, что будет лежать до Рождества, но хорошо, что всё так получилось.

Мои губы в очередной раз растягиваются в искреннюю улыбку, когда я киваю и встаю, чтобы обнять её и поцеловать в щеку.

– Спасибо, спасибо! Мне очень и очень нравится! Правда!

Поднимаю цепочку, но пальцы вдруг кажутся слишком неуклюжими.

– Акс, – бросаю брату, не глядя. – Поможешь?

– Вот так всегда, – ворчит он, вставая. – Сначала локтями вырубаешь людей, потом не можешь застёжку застегнуть.

Я разворачиваюсь к нему спиной, приподнимая волосы, а Аксель аккуратно застёгивает цепочку, и кулон ложится мне на ключицы, холодя кожу.

– Ну всё, Джинни. Теперь ты официально космический объект.

– Я всегда им была.

– Опасный, – добавляет он. – С непредсказуемой траекторией.

Я ловлю своё отражение в стекле серванта. Комета на груди кажется… правильной, будто всегда была со мной.

Мама улыбается. Эби тянется за чашкой. Аксель снова усаживается напротив, как будто никуда и не исчезал.

Я тоже почти возвращаюсь на диван, но не успеваю сесть, когда раздается размеренный стук в дверь, и мой взгляд автоматически скользит к часам, что висят на стене.

Уже? Идеально. Минута в минуту.

Аксель отставляет чашку с половиной выпитого чая в сторону и точно также кидает взгляд на дверь.

– Я открою.

– Нет, я сама!

Он вскакивает со своего места, но так как я уже стояла, то оказываюсь быстрее и несусь в сторону двери, которую моментально распахиваю и улыбаюсь Райану, сдувая прядь волос с лица.

– Привет, – парень тоже улыбается, но его улыбка почти тут же едва дрожит, когда он переводит взгляд мне за плечо, а я кожей ощущаю, как рядом замирает Аксель. – Привет, Аксель.

– Привет, Ра-айан, – поворачиваю голову и замечаю, как на лице брата появляется кривая улыбка. Он всегда любил коверкать имя моего парня. И никогда не любил его. Даже не так, брат Райана сразу не принял. Ещё со школы. Слишком ровный, слишком правильный, слишком… гладкий. Как человек, у которого в жизни всегда есть план Б. Акселю такие не нравились. Он говорил, что Райан напоминает ему инструкцию… полезную, но скучную, и читать её хочется только в крайнем случае. Поэтому да, имя он коверкал принципиально.

– Проходи, – говорю я, отступая в сторону и жестом приглашая Райана в дом.

Тот кивает, делает шаг внутрь, но почти сразу бросает взгляд на часы на запястье.

– Джин, нам уже пора, – мягко говорит он. – Если выехать сейчас, то приедем с запасом в пятнадцать минут.

– Скучно звучит, – тут же отзывается Аксель, не меняя тона. – А если задержаться на пять минут, тогда начнётся апокалипсис? Было бы хоть какое-то разнообразие. Тем более, вы едете отдыхать, а туда, как правило не торопятся.

Райан криво улыбается, будто не до конца понимает, шутка это или нет.

– Я предпочитаю, когда разнообразие запланировано, – отвечает парень спокойно.

– Конечно, – кивает Аксель. – Я и не сомневался.

– Акс, – предупреждающе говорю я, бросив на него взгляд.

– Что? Я вежлив. Почти, – брат поднимает руки в примирительном жесте.

Мама появляется из-за угла, и Райан тут же здоровается с ней, а женщина улыбается в ответ, произнося:

– Ладно, мальчики хватит. Джин, тебе действительно пора, если хотите успеть приехать до темноты.

Да, в горах всегда темнеет значительно раньше.

– Хорошо, тогда пойду за чемоданом и можем ехать, – соглашаюсь и скрываюсь вскоре в комнате, по которой ещё раз пробегаюсь взглядом, чтобы понять ничего ли не забыла.

Как только беру чемодан, то он мне кажется значительно тяжелее, чем двадцать минут назад. Тащу его вниз. Райан тут же подходит, перехватывает ручку.

– Я понесу.

– Спасибо, – улыбаюсь я.

Он направляется к выходу, будто хочет быстрее уйти отсюда. Вероятно, из-за Акселя, который, не удивлюсь, что-то ему ещё и сказал.

Мы с братом переглядываемся, и я выгибаю бровь, складывая руки на груди.

– Что ты ему сказал?

– Ничего такого, сестра. Всё, как обычно. Чтоб вел себя прилично, хотя Райану вряд ли известно словосочетание «не прилично».

– Аксель, ты же понимаешь, что если он уедет отсюда с нервным тиком, мама обвинит в этом тебя.

– Пусть, – пожимает плечами брат. – Я привык быть семейным злодеем.

– Райан просто… нормальный. В этом и весь ужас, да?

– Вот именно, – кивает Аксель. – Подозрительно нормальный.

Он делает шаг ко мне и, как будто между делом, треплет меня по голове.

– Акс! – я тут же отбиваюсь, отступая на шаг. – Сколько раз я просила так не делать?!

– Сбился со счёта, – ухмыляется он, когда в глазах пляшут смешинки, а я тоже улыбаюсь. Ладно, это всегда было мило, хоть я никогда и не признаю этого. – Значит, недостаточно.

Рядом появляется Эби, которая смотрит на нас с той самой улыбкой, которая выражает «вы как всегда», и «мне будет вас не хватать». Я поворачиваюсь к ней, и мы обнимаемся крепко, по-настоящему.

– Хорошо отдохни, – говорит подруга мне на ухо. – И… просто будь осторожна. Ладно?

– Обещаю. Хотя ты же знаешь, с осторожностью у меня сложные отношения.

Она смеётся и отстраняется, а я тут же поворачиваюсь к брату:

– А ты присмотри за ней, пока меня нет.

Аксель закатывает глаза слишком демонстративно.

– На один день? – уточняет он. – Джин, я завтра утром уже уезжаю.

И вот тут внутри что-то мягко сжимается. Да, он должен был пробыть дольше. Да, если бы приехал раньше, у нас было бы больше времени. Но даже так… я всё равно рада. Рада, что увидела его. Что успели обняться. Что он здесь, пусть даже ненадолго.

– Всё равно, – упрямо говорю я. – Один день тоже считается.

– Ладно, – сдаётся он, усмехаясь. – Один день я переживу. И Эби тоже. Наверное.

– Эй! – возмущается Эби и легонько ударяет моего брата локтем в бок.

– Видишь? Уже работает, – кивает Аксель.

После ко мне подходит мама и целует в щеку, а я целую её в ответ.

– Позвони, как приедешь или напиши сообщение.

Как только отстраняюсь, то достаю телефон и смотрю на значок связи.

– Хорошо. Вроде бы пока всё появилось, но не факт, что там будет связь, мам. Так что не волнуйся. Всё будет нормально.

Женщина кивает, и я перевожу взгляд обратно на брата.

– Обнимемся?

– Не будешь меня душить в этот раз?

– Если только немного.

– Тогда ладно. Иди сюда.

Я прижимаюсь к нему крепче, чем собиралась и вдыхаю знакомый запах… что-то родное, смешанное с улицей и теплом, когда вдруг понимаю, как сильно мне этого не хватало. Не разговоров, не подколов даже, а вот этого ощущения, что он рядом, что мир на секунду снова на своих местах. Как было в детстве.

– Ты всё равно не забывай, – бормочу ему в плечо, – кто из нас старше, Акс.

– Всего на десять минут.

Я отстраняюсь, смотря на него снизу вверх:

– И что? Ты уже опоздал на десять минут, брат.

– Это был тактический ход. Я дал тебе фору с жизненным опытом.

– Не помогло. Я всё равно мудрее.

– Опасное заявление, Джинни, – Аксель прищуривается, когда я отступаю на шаг не в силах сдержать улыбку. – Я могу начать это проверять.

– Даже не думай, – с предупреждением тыкаю его пальцем в грудь. – Веди себя хорошо. И не забывай, что я всё ещё твоя старшая сестра.

– Да-да, – очередное закатывание глаз. – Моё вечное проклятие. Давай, не потеряйся, космический объект.

– Не переживай. У меня неплохая навигация. До Рождества?

– До Рождества, Джинни.

Смотрим друг на друга ещё буквально несколько секунд, после чего машу Эби, ловлю мамин взгляд и ещё одну её тёплую улыбку, чтобы затем развернуться и выйти из дома.

Райан уже убрал мой чемодан в багажник и сидит на водительском сиденье, поэтому я подхожу к его внедорожнику, открываю дверь и сажусь рядом.

– Всё? Едем?

– Да. едем.

Открываю окно со своей стороны, когда мы начинаем медленно трогаться, и машу рукой маме, Эби и Акселю, что стоят на пороге.

Глава 3

Если бы ехали просто по трассе, имею в виду по прямой дороге, то добрались бы часа за два, но так как мы направляемся в горы, то это время практически увеличивается вдвое из-за крутых поворотов.

– Если хочешь, могу сменить тебя.

– Не нужно, Джин. Я не устал.

Даже если Райан и устал, то ни за что не признается в этом. В плане того, что он не очень любит доверять кому-то свою машину.

Я киваю больше для вида и откидываюсь на спинку сиденья. Я знаю Райана. Если он сказал, что не нужно, значит, разговор закрыт. Машина для него почти продолжение тела. Руль, педали, зеркала, всё под контролем. Он доверяет себе, и только себе.

Иногда мне кажется, что это касается не только дороги.

Смотрю в окно. Асфальт уже не такой ровный, повороты становятся резче, и лес вокруг сгущается, будто мы въезжаем в другое пространство. Высокие тёмные деревья тянутся вверх, их верхушки теряются где-то в безоблачном небе. Хотя бы с погодой нам повезло. Солнечный свет пробивается между стволами полосами, мелькает и исчезает. Машин действительно становится всё меньше. Сначала они просто попадаются реже, потом вовсе пропадают, и дорога будто остаётся только для нас двоих.

Снова опускаю взгляд на телефон. Связь то появляется, то исчезает, значок прыгает, словно издеваясь. Пара уведомлений не загружаются, сообщения не отправляются. Хотя, когда мы были здесь в последний раз, то связь хоть какая-то, но была. Ладно, возможно, в доме что-то изменится.

Убираю телефон в карман.

Странно, но меня это не раздражает. Скорее… настораживает и одновременно успокаивает. Как будто мир постепенно отрезает всё лишнее, оставляя только дорогу, горы впереди и мерное движение машины.

Я перевожу взгляд на Райана. Он сосредоточен, смотрит вперёд, пальцы уверенно лежат на руле. Всё по плану. Всё под контролем.

Вскоре мы въезжаем в город, когда дорога просто сужается, лес отступает, и между деревьями начинают мелькать редкие дома. Низкие, такие, будто вросли в землю. Несколько улиц, один перекрёсток, пара вывесок. Мне кажется, что здесь живет не больше двухсот человек, но точное число не знаю, никогда не смотрела, хотя сейчас стало интересно.

Это тот самый городок, ближайший к дому Райана. Последний остров цивилизации перед тем, как дорога окончательно уйдёт в горы.

Парень сбрасывает скорость и сворачивает к заправке, которая выглядит так, будто стояла здесь целую вечность. И будет стоять ещё лет сто, даже если всё вокруг исчезнет.

– Я быстро заправлюсь, – говорит он, глуша двигатель. – Ты со мной или посидишь в машине?

Я смотрю на заправку, на выцветшую вывеску, на пару старых машин, припаркованных сбоку.

В прошлый раз мы просто проехали этот городок мимо, поэтому сейчас с удовольствием выйду. Хочу посмотреть, что здесь есть.

– Пойду с тобой.

Он кивает, выходит, и я следом.

Пока Райан берётся за пистолет и начинает заправлять машину, я толкаю дверь магазинчика. Она звякает колокольчиком… громко, резко, как будто предупреждает всех внутри, что пришёл кто-то новый.

Внутри пахнет кофе, бензином и чем-то сладким, липким, напоминающим запах старых конфет или карамели. Полки забиты всем подряд. Снеки, консервы, батарейки, дешёвые игрушки, странные сувениры, которые явно покупают раз в десять лет. Холодильники гудят, в одном из них стоят ряды газировки и воды. Отлично. Это мне и надо.

Я беру жвачку, потом думаю и добавляю пару пачек чипсов. После газировку. Мой любимый набор вредной пищи. Уверена, что Райан взял все только самое "здоровое", он следит за своим здоровьем, проходит ежемесячно всех врачей, а я… Я получаю от жизни максимум, хотя бы от еды.

Райан бы сейчас точно вздохнул. Не вслух, конечно. Он вообще редко что-то говорит прямо, если это касается моих маленьких слабостей. Он просто посмотрел бы так… оценивающе. С тем самым выражением лица, где читается… это не полезно, но я смирился.

Мысленно усмехаюсь.

Краем глаза замечаю мужчину у окна. Он стоит спиной ко мне, заправляя свой пикап, который был здесь ещё до нас. Высокий, широкоплечий, в потёртой куртке и джинсах, которые видели больше грязи, чем стиральной машины. Кепка низко надвинута на лоб. Местный. Легко понять не только по одежде, но и по тому, какие взгляды он кидает на Райана. Настороженные, в том числе и из-за машины моего парня, что вычищена до блеска в отличие от пикапа неизвестного.

Другой мужчина переговаривается с кассиром, пожилым мужчиной с сединой и очками на кончике носа. Они говорят негромко, словно продолжают разговор, начатый лет двадцать назад. Что-то про дорогу выше, про погоду. Кажется, пока я направляюсь к кассе, то уже тоже успеваю состариться на пару лет. Только задерживаюсь в последний момент у стойки с журналами и картами. Старые выпуски, потрёпанные обложки, туристические схемы, где маршруты отмечены цветными линиями. Некоторые карты выглядят так, будто их открывали сотни раз, складывали и снова расправляли, пока края не стали мягкими.

Провожу пальцем по одной из них, невольно прислушиваясь к голосам. Если мы вдруг пойдем с Райаном в горы, то что-то из этого может пригодиться. Не уверена, что с такой связью будут работать карты на телефоне, поэтому беру сразу две и уже с таким набором останавливаюсь у кассы, кладя всё это на прилавок.

В этот же самый момент раздается очередной звук колокольчика, и Райан останавливается рядом со мной.

Пожилой кассир поднимает взгляд, когда мы подходим ближе, и его чуть мутные глаза, такие, которые бывают в большинстве случаев у пожилых людей, цепляются сначала за меня, потом за Райана, и незнакомец чуть прищуривается, будто уже прикидывает, кто мы и зачем здесь.

Я посылаю ему вежливую улыбку.

– Добрый день.

– День, – отзывается он негромко.

Райан кивает и выкладывает на прилавок карту для оплаты, не задавая вопросов и не комментируя мой набор из жвачки, чипсов, газировки и карт. За что я мысленно говорю ему спасибо.

– И заправку тоже, – добавляет он спокойно.

Кассир пробивает покупки, смотрит на экран, потом снова на нас.

– В горы собрались? – спрашивает между делом.

Я и Райан переглядываемся. Интересно, это он как понял? По моему набору? Хотя он далеко не походный. Или по тому, что мы не местные, которые сюда приезжают только за одним – походом.

– Да, – отвечает парень. – На пару дней.

Старик качает головой.

– Тогда лучше завтра. Сегодня ещё ничего, а вот после погода испортится.

Райан хмурится.

– Странно. По прогнозу всё должно быть нормально.

Кассир усмехается краешком губ.

– Прогнозы… – он отмахивается рукой. – Мальчик, я здесь живу семьдесят лет. Я по воздуху понимаю, когда горы начинают капризничать.

Приподнимаю бровь и склоняю голову набок.

– По воздуху?

– Да, – он кивает. – Он сегодня слишком тихий.

– Звучит убедительно, – тихо говорю я, и Райан бросает на меня короткий взгляд, будто хочет понять, шучу я или нет.

– Мы учтём, – вежливо отвечает он кассиру.

– Учтите, – повторяет тот и протягивает чек. – В этих местах лучше слушать не экраны, а стариков.

Я забираю пакет с покупками.

– Спасибо за совет.

Он кивает, уже теряя к нам интерес, будто мы просто ещё одна пара, которая либо послушает, либо нет.

Как только разворачиваемся и уходим, то я слышу кашель этого старика такой надрывной, что даже оглядываюсь и вижу, как он качает головой тому мужчине, с которым разговаривал до этого. До слуха доносится его обрывок фразы:

– … где только простыть мог?

Выходим.

Райан убирает пистолет обратно, закрывает крышку бака и бросает взгляд в сторону гор.

– Думаешь, он прав, Джин?

Я пожимаю плечами.

– Думаю, он знает эти горы лучше любого приложения. Но если мы всё-таки пойдем с тобой в мини-поход, то и правда лучше сделать это завтра.

Райан усмехается, открывает мне дверь, и я забираюсь внутрь, шурша пакетом с чипсами.

Мотор заводится, и заправка остаётся позади, уменьшаясь в зеркале заднего вида, пока дорога снова не начинает уводить нас вверх, туда, где лес становится плотнее, повороты круче, а тишина ощутимее.

***

Открываю багажник, и Райан тут же берет вместо меня мой чемодан, а следом свою сумку, которую накидывает на плечо.

– Лопата, Райан? – выгибаю бровь, когда замечаю лопату в его багажнике. – Серьезно? Неожиданный поворот. Надеюсь, мы сюда приехали не чтобы ты меня убил, как в фильмах ужасов, а после где-нибудь под деревом закопал?

Райан замирает на секунду, потом медленно переводит на меня взгляд и качает головой.

– У тебя удивительный талант, Джин, – вздыхает он. – Любую бытовую деталь превращать в сценарий для триллера.

– Я стараюсь, – невинно улыбаюсь. – Просто хочу заранее прояснить жанр нашего уикенда.

– Отец брал машину вчера, видимо, забыла выложить.

– Разочаровываешь. Я уже начала волноваться, что меня ждёт сюжет с плохим концом.

– У тебя всегда плохие шутки, – бросает он, но уголок губ всё-таки дёргается.

Парень ставит чемодан, а я захлопываю багажник с глухим звуком и разворачиваюсь к дому, что стоит чуть в стороне от дороги, если это вообще можно назвать дорогой. Несколько миль назад мы свернули с более-менее нормального асфальта на единственный путь, что ведет сюда и который проходил в окружении леса.

Дом высокий, трёхэтажный, полностью из дерева. Тёмные балки, широкие окна, массивный каменный фундамент. Что-то между шале и загородной резиденцией людей, которые могут позволить себе построить дом там, где никого больше нет. Балконы с резными перилами, терраса, уходящая в сторону леса, и крыша, под которой спокойно поместилась бы ещё одна жизнь.

Красиво.

И вокруг ничего. Ни соседей, ни фонарей, ни других домов. Только лес, горы и тишина, которая давит на уши после дороги.

В очередной раз достаю телефон и убеждаюсь, что связи тут вообще нет. А я надеялась на другое. Никакие сообщения или звонки не пройдут, но хотя бы хорошо, что я предупредила маму.