Читать книгу "Таир 2. Отпусти меня"

Охота на неё Таиру нравилась. Нравилось слышать её голос, когда она умоляет помочь. Когда зовёт его и ждёт. И проклятье… у него все тело напряглось. Просто от звука её плача. От понимания, что она ждёт его.

Дверь она открыла сразу же, словно сидела под ней и ждала. Заплаканная, искусанные в кровь губы. Неужели настолько её запугали? Зря он так, конечно…

Пока она варила кофе, он смотрел на неё и думал о том, как сильно хочет подчинить её себе, заставив забыть обо всех принципах. Именно сейчас, когда она так уязвима.

Она поставила на стол чашки с кофе, а он положил перед ней серёжки.

Самина захлопала ресницами, подняла на него потерянный взгляд.

– Серёжки… У меня их украли. Тот грабитель, что был в переходе.

– Не украли. Тебя ограбили и едва не утащили с собой.

– Откуда ты знаешь?

– Тебе стоило лишь позвонить мне. А ты вместо этого в самостоятельную играешь. В следующий раз могло не пронести.

Она медленно опустилась на стул, сжала обеими ладонями чашку. Бросила косой взгляд на серьги и облизнула губы.

– Ты так быстро нашёл грабителя?

– А ты сомневалась в моих возможностях?

– Нет, нооо…

– Достаточно, Самина. Ты попыталась стать самостоятельной. У тебя не вышло. Теперь ты станешь умнее и позволишь мне заботиться о себе, – не вопрос. Утверждение.

И пока девчонка переваривает информацию, подвинул ей серьги.

– Надень. Больше тебя никто не тронет.

ГЛАВА 8

Знаете что такое замкнутый круг? Это то место или ситуация, из которых нет выхода. Когда ты раз за разом попадаешь в ловушку и так бегаешь по кругу, не имея возможности вырваться.

Я попала в зависимость от мужчины. Я попала в ту самую ловушку, из которой нет выхода.

– Таир, как ты нашёл его? Человека, который на меня напал? Как? Даже полиция не обещала его поймать. А ты просто взял и принёс мне серьги? – я заглядывала в его глаза и не понимала. Не понимала ничего вообще.

– Это так важно? – откинулся он на спинку стула, взял свою чашку с кофе.

– Нет, но…

– У меня свои методы. Я не полиция, – усмехнулся, а мне показалось, что надо мной насмехается. Над глупой, ничего не понимающей дурочкой.

– Ты сказал, что я не справилась. Это не так. Я продолжаю обучение и…

– Ты не справилась, Самина. Не справилась, потому что без меня не могла справиться. И это вполне нормально. Мы с тобой забудем о прежних разногласиях и твоих отказах. Теперь всё иначе. Разумеется, если ты не планируешь подружиться с ублюдками из подъезда. Ты ведь не планируешь?

– Нет, – мотнула головой зачем-то и вдруг всё поняла. Это осознание ударило меня по голове и едва не лишило сознания. – Это ты… Ты их послал. Чтобы испугали меня и заставили позвонить тебе. Да? Это ты сделал. Ты приказал им.

Таир не отвечал. Просто смотрел на меня, потягивая кофе. Красивый… Безумно красивый. И не менее опасный. Жуткий даже.

– Они же… Они могли меня похитить! Навредить мне, покалечить! Меня бы никто не нашёл! – резко стало не хватать кислорода, и я начала задыхаться.

Он поймал меня за руку, сильно сжал запястье.

– Успокойся, Самина. Что бы я ни предпринял в отношении тебя – это лишь тебе на благо. Доверься мне. А теперь я допью кофе и уйду. У меня много дел. Приду завтра. И завтра ты встретишь меня по-другому. Как встречала раньше. Иначе то, что происходило с тобой до этой минуты, понравится тебе больше, чем то, что ждёт дальше. Ты ведь взрослая девочка, Самина. Я устал от игр.

Меня окатило льдом. Каким-то жутким холодом. Взгляд его остановился на моих губах.

– Ты не представляешь, насколько красива, Самина. Мужчины на многое способны ради такой красоты. Как в хорошем смысле, так и в плохом.

*****

Она дрожала. Дрожала, глядя на него, и нервно кусала губы. Ему тоже хотелось прикоснуться к этим губам, подчинить их себе. Эта девочка так расцвела от его заботы, что теперь просто обязана была принадлежать ему. Внутри все переворачивалось от глухого, нарастающего напряжения. Таир понимал, что это нездоровое помешательство опасно для него, но ничего поделать не мог. Уже не мог. Потому что увяз.

Увяз так, что больше не прельщали другие женщины. От них веяло пороком и фальшью. В отличие от нее. Самина пахла чистотой, юностью, свежестью. У невинности определенно есть свой аромат – аромат, который ему так хотелось присвоить. Именно ее невинности. К своей жене он не чувствовал ничего подобного, хотя та тоже была чиста до брака. Но у невинности Самины был особый запах. Особый вкус. И Таиру не терпелось его ощутить.

– Ты всё же меня заставишь? – она посмотрела в его глаза загнанно, что вызвало у Таира лишь снисходительную улыбку.

– Зачем мне заставлять тебя? Ты сама этого хочешь. Просто боишься почему-то.

Она боялась, да. Видимо, в ней всё еще жила память о строгом воспитании религиозных родителей и о тех суровых краях, где она выросла. Возможно, следовало бы проявить к ней больше мягкости, но он устал. Устал от отказов этой девчонки. Ему никогда не отказывали – даже самые роскошные, искушенные женщины. А тут эта… совсем еще юная девушка, привезенная из глуши, которая толком и жизни не видела.

– Я боюсь упасть в твоих глазах. Боюсь того, что стану…

– Кем, Самина? Кем ты станешь?

– Гулящей, – произнесла она это слово и густо покраснела.

– Гулящей ты не станешь никогда. И я не беру таких в любовницы.

От последнего слова она ощутимо вздрогнула.

– А если я не хочу быть любовницей?

– А разве я спрашивал, чего ты хочешь? Или, может, ты думаешь, что я забочусь о тебе по доброте душевной? Таких качеств у меня уже давно не водится, Самина. Поэтому я напомню тебе, что ты мне должна. Но если ты предпочитаешь мне оказаться беззащитной в переулке перед какими-нибудь бандитами или похитителями…

– Нет! Прошу… – в глаза ему заглядывает, а в них слёзы застыли. – Не нужно больше так делать. Не причиняй мне боли, Таир.

– Что ж, я заеду вечером. Надень красивое платье, мы идём в клуб.

ГЛАВА 9

Я была обижена на Таира. Даже зла. За то, что он поступил со мной, как… Как поступают с ничего не значащими людьми. Ему было плевать, что мне может быть страшно или больно. Теперь-то я понимала, что оба нападения были всего лишь спектаклем, но тогда… Я же, и правда, поверила. Я думала, что меня украдут или убьют. Я боялась по-настоящему! Пока он там строил свои коварные планы.

Таир оказался совсем не принцем, которого я нарисовала в своей голове. И всё равно я стою у шкафа и выбираю платье на вечер. Не потому, что уже простила его. Хотя и это, наверное, тоже. Просто я понимаю, что у меня нет другого выхода. Он всё равно придёт и заставит. Даже если придётся причинить мне боль. Теперь я в этом не сомневаюсь.

Он приезжает вечером, осматривает меня с ног до головы.

– Что ж, уроки Алики не прошли даром. У тебя со вкусом всё в порядке, – это, наверное, комплимент и я должна поблагодарить, но я упрямо молчу.

– Пойдём, протягивает мне ладонь, но я её не принимаю. Бросаю быстрый взгляд в зеркало ещё раз и выхожу из комнаты. Платье на мне хорошо сидит, причёска ещё лучше, лёгкий макияж без излишеств лишь для того, чтобы подчеркнуть достоинства. Но я не чувствую себя уверенной. Хорошо, что выбрала туфли на невысоком каблуке. А не то просто свалилась бы ему под ноги.

В клуб мы приезжаем уже затемно. Здесь много народу, шумно. Водитель открывает нам дверь и Таир, выйдя наружу, подаёт мне руку. На этот раз я принимаю его помощь и вылезаю из салона автомобиля. У входа в клуб толпа, мы же идём к другой двери, где охранник услужливо открывает для нас дверь и здоровается с Таиром.

– Хорошего вечера, Таир Магометович.

Тут же появляется девушка в ужасно коротком платьице и с улыбкой проводит нас в кабинку. Здесь тихо и почти не долетают звуки музыки, а ещё накрыт стол и в ведре со льдом охлаждается вино. Это свидание? Он привёл меня на свидание?

На мой немой вопрос Таир отвечает поцелуем в висок и подталкивает меня к столу.

– Присаживайся. Поедим. Я очень голоден.

Мы ужинаем в тишине. Я иногда поглядываю на Таира, а тот на меня. Разливает нам вино и, расстегнув верхние пуговицы на своей рубашке, расслабленно облокачивается на спинку дивана.

– А теперь поговорим, Самина. Я знаю, что ты тайком встречаешься с Давидом. Так вот. Больше ты с ним не увидишься. А иначе… – он отпивает вино, долго глядит на меня. – Иначе Давид пожалеет, что встретил тебя однажды. Ты меня поняла?

– Да, – отвечаю кратко. – А ты. Ты скажешь зачем подсылал ко мне всех тех людей? Чем я это заслужила?

– Ты ведь и сама знаешь чем. Я не принимаю отказы. К чему эти пустые разговоры?

Я замолкаю. Сказать больше нечего. Он даже не чувствует себя виноватым. А я… Я уже простила. Глупая, влюблённая девочка во мне готова сносить от него всё, что угодно.

– Это свидание? – выпаливаю я прежде, чем успеваю подумать. Таир усмехается.

– А ты как хочешь?

Пожимаю плечами. Уверена, для него это просто ужин, как и обычно. А для меня нет. Потому что я вижу всё в розовых, дурацких красках.

– Я не хочу свиданий. Это неправильно. Тебя дома ждут жена и сын, а ты здесь со мной, – конечно, я лгу. Я хочу, чтобы он был со мной. Но я хочу быть в качестве жены, пусть и второй, но никак не любовницы.

– Я провожу своё время так, как считаю нужным. И я уже говорил. О моей семье ты должна помалкивать. Мне это не нравится, – взгляд его темнеет, я вижу даже при скудном освещении.

– Что дальше?

– Дальше?

– Кто я теперь для тебя?

– Моя женщина, Самина. Ты теперь моя женщина.

ГЛАВА 10

Называть её своей женщиной и не сметь коснуться – это что-то из разряда фантастики. Таир всегда имел отношения с женщинами опытными и его это полностью устраивало. Малика быстро научилась всему, чего он требовал в постели. Хотя он многого от неё и не требовал. Есть женщины для семьи, а есть для развлечений.

А Самина… Она как дикий цветок. Ещё никем не тронутый, но такой желанный. И очень опасный. Её невинность, как острые шипы. Таир буквально чувствовал, как они впиваются под кожу и остаются там.

Он не знал чем приворожила его девочка Самина, но понимал, что это серьёзно. Быстро не пройдёт, как бывало с другими. Самину с другими он даже сравнивать не хотел.

– Ешь, – положил ей на тарелку сочный кусок омара, и Самина прикусила губу. Очень, кстати, привлекательно это у неё вышло.

– Спасибо. Всё вкусно, – пробормотала, глядя в свою тарелку, отпила воды.

– Ты ещё даже не попробовала. Хватит дуться. Поешь, – усмехнулся тому, что уговаривает её, как непослушного ребёнка. И это, как ни странно, его не раздражает. Есть в этом что-то… Что заводит его. В ней, кажется, всё заводит. И пухлые губы, которыми она касается омара и белые зубы, которыми откусывает. И взгляд, направленный на него. Алика научила её этому? Или это врождённое?

Не удержался, забрал омара с её тарелки, поднёс к её рту.

– Ешь, – прошептал, тронув большим пальцем её нижнюю губу, заставляя приоткрыть рот.

Она взяла кусочек из его пальцев, густо покраснела.

– Я могла бы и сама…

– Тише. Не порть момент, – взял ещё кусок, поднёс к пухлым губам. – Давай, ешь.

– Хватит, спасибо, – увернулась, но взгляд Таира заставил её вернуться в исходное положение и взять омара.

– Я больше не голодна. Поешь ты, – смущённо отвела свой взгляд, явно желая сбежать от него. Разумеется, никто такой возможности ей не предоставит.

– Покорми меня, – потребовал, сдерживая усмешку. – Давай. Я очень голоден.

– Я не буду, – мотнула головой, откладывая приборы. – Не хочу!

– А я хочу. Давай. Покорми меня или я останусь голодным и буду вынужден сожрать тебя. Ты этого хочешь?

Её глаза округлились, рот приоткрылся.

– Глупая шутка.

– Глупая? – переспросил, взяв её за руку и коснулся губами пальцев. Вздрогнула, судорожно вдохнула.

– Таир…

– Тшшш. Ни слова, – взяв в рот её палец, облизал его, слегка прикусил. Затем второй. Рука Самины задрожала.

– Таир, не нужно… Прошу, – попыталась вырвать свою руку из его, но он лишь крепче сжал её.

– Тогда покорми меня. Покормишь, отпущу.

– Хорошо, – облизнула свои губы, заставляя его тело напрячься. Взяла кусок омара, протянула ему.

– Не так. Так, как я тебя кормил.

– Таир…

– Самина.

Всё ещё краснея и стесняясь, выдохнула:

– Прекрати. Прошу. Ты же можешь сам поесть.

– Представь, что у меня нет рук. Как, по-твоему, я должен есть?

– Но у тебя есть руки, – возразила и коснулась кусочком нежнейшего мяса его губ.

Усмехнулся, открыл рот и, дождавшись, когда она положит кусок на язык, сомкнул губы на её пальцах. Самина дёрнулась, задохнулась от смущения и убрала пальцы.

– Зачем ты это делаешь?

– Что делаю?

– Играешь со мной. Как с игрушкой.

– Ты и есть моя игрушка. Я буду в тебя играть, пока не пойму, что пресытился. Но что-то мне подсказывает, что случится это не скоро.

– Ненормальный, – улыбнулась еле заметно. – Ты знаешь, что ты ненормальный?

– Знаю, Самина. Вот так вот тебе не повезло.

ГЛАВА 11

Кормить его было страшно, будто Таир дикий зверь и вот-вот откусит мне руку. И страшно, и стыдно, и… волнующе. Как предвкушение чего-то запретного и очень приятного.

Сегодня он был с линзами. Не похож на того Таира, которого я знаю. Сегодня он будто в невидимой, как эти самые линзы, маске. Чужой человек. Совсем не мой Таир.

Он играл со мной, завлекал. Как играет тигр перед тем, как съесть свою бедную жертву. Пугал меня и заставлял трепетать перед ним. Целовал мои пальцы и обещал наивысшее наслаждение. Мне осталось лишь сделать маленький шажок. Тот самый. В пропасть.

Вино было слишком крепким. Особенно для меня, не привыкшей к алкоголю. Голову вскружило за считанные секунды. Хотя, вполне может быть, это всё аромат его парфюма. Таир сам как алкоголь. Как что-то запретное, вызывающее страсть и помешательство.

– Этому вину почти сто лет, – улыбнулся. – Нравится?

О да, он мне нравился. А вино… Всего лишь вино.

– Да, очень вкусное.

– Вкусное? – засмеялся.

– Ну, да.

– А ещё?

– Терпкое.

– Ещё? – с каждым новым вопросом он приближает ко мне своё лицо и губы начинает покалывать от предвкушения поцелуя. Я помню, как он целует. Так горячо, так терпко, как это вино.

– Я люблю тебя, Таир, – проговорила ему в подбородок и, устыдившись своей откровенности, отпрянула от него.

Но Таир поймал меня. Поймал и, надавив ладонью на затылок, привлёк к себе, впиваясь в мои губы. Целовал медленно, будто растягивая удовольствие, а я, задохнувшись от смущения, позволила ему продолжить.

Поцелуй терпкий, как вино. С лёгкой горчинкой и запахом его пальцев, которыми он властно сжимает мой подбородок. Отпускает также медленно, дав мне время прийти в себя. А когда открываю глаза, вижу его улыбку.

– Если любишь, тогда доверься мне. Я всё равно не оставлю тебя в покое, Самина. Ты моя девочка. Моей и останешься. Ни Давид, ни кто-либо другой не заберёт тебя у меня. И ты не уйдёшь, потому что я не отпущу.

Я отпрянула, обняла себя руками, защищаясь от него. От взгляда раздевающего, от поцелуев его страстных. Нельзя так, Самина. Нельзя. Ты обещала себе.

– Что такое? – усмехается уголками губ, склоняясь ко мне и упираясь лбом в мой лоб. – В любви призналась и сразу же струсила? – его, кажется, эта ситуация очень даже забавляет. А меня вот нет.

– Ты не сказал, что любишь меня в ответ, – заявляю нагло и неожиданно для самой себя.

– Не сказал, Самина. Дело ведь не в словах, правда? Дело в поступках. Я уже неоднократно показывал тебе свою любовь. А ты лишь говоришь об этом. Не думаешь, что пришла пора доказать мне свою любовь?

Радостно трепыхающееся сердце застыло в груди и меня окатило холодом.

– Я не… Не могу, Таир. Прости. Ты же знаешь, как я воспитана.

– Да плевать мне на это! – повысил голос он, заставив меня содрогнуться. – Ты уже не в своей деревне, ты со мной! Именно я даю тебе всё, что ты имеешь!

– Тех грабителей ты тоже подослал ко мне из-за любви, да? – спросила и тут же пожалела, потому что взгляд Таира стал свирепым.

– Да. И это не предел. Я на многое способен, Самина.

Наш разговор прервал женский крик за дверью кабины.

– Пустите меня! Слышите? Вы! Немедленно пустите к нему! Таиииир! – дверь распахнулась и на пороге появилась женщина в расстёгнутой и видимо надетой впопыхах шубе. Взлохмаченная, заплаканная. Она какое-то время рассматривала нас с Таиром, затем сделала шаг. Таир предусмотрительно поднялся с дивана.

– Вам лучше уйти.

– Мне уйти?! Ты! Мерзавец! Что ты сделал с моим сыном?! Сначала эта тварь, – она ткнула в мою сторону и я подумала, что женщина обозналась и просто перепутала нас с кем-то другим. – Моего сына с ума свела! А теперь ты! Это же ты приказал избить Давида?! Ты! Я знаю, что ты! Он в больнице, ты, подлец! Как ты мог? Зачем ты это сделал? Из-за этой девки?! Из-за неё всё?! Ты! Змея! Тебе мало одну семью разрушить, ты ещё и на моего Давида глаз положила?! – теперь я поняла, что речь обо мне. Лишь успела закрыть лицо руками, когда женщина бросилась ко мне. Судя по всему, она хотела схватить меня за волосы, но Таир не позволил, встав между нами.

– Она здесь не причём. Давид предал меня и получил по заслугам. Вам лучше уйти отсюда. Сейчас. Мне бы не хотелось, чтобы вас выводила охрана, – произнёс спокойно, даже ровно как-то. Совсем не соответствующе ситуации.

Она сказала, что Таир приказал избить Давида. Это его мама? И неужели Таир на такое способен? Я встала с диванчика, попятилась к стене. А женщина, взглянув на меня с усмешкой, – прошипела Таиру в лицо:

– Подонок! Ты и девка твоя! – Женщину всё же вывели. Аккуратно взяв под руки. А я так и осталась стоять у стенки, словно закаменев.

– Она говорила о Давиде, да? Это его мама?

Таир повернулся ко мне, сунул руки в карманы брюк.

– Да, Самина.

– Почему эта женщина сказала, что я девка? Я же не…

– Забудь о том, что она сказала. Она мать.

– То, что она сказала правда? Его избили по твоему приказу?

– Да, – подтвердил, глядя мне в глаза. – И изобьют снова, если он хотя бы раз ещё приблизится к тебе на расстояние пушечного выстрела. Имей это в виду, когда снова побежишь к нему на свидание. Кулаки у моих парней крепкие и следующий раз может стать последним.

ГЛАВА 12

Привез ее домой, сам прошел следом и опустился на диван. Осмотрелся вокруг, пока Самина варила кофе. Да, теперь его берлогу не узнать. Из холостяцкой квартиры с минимумом только самых необходимых вещей она превратилась в уютное гнездо.

Сами принесла кофе, села напротив, зажав коленками собственные ладони.

– Ты уедешь?

– Да, Сами. Ты останешься на ночь одна. Я уеду домой. Встретимся на следующих выходных. Ты ведь так видишь наши встречи.

– Нет… то есть, хорошо, – даже если она против, виду не подает.

Уже привычным движением запустил руку в её волосы, слегка помассировал затылок, приблизив своё лицо, и Самина прикрыла глаза. Маленький, страстный котёнок, так нуждающийся во внимании.

У Таира судорога похоти по телу прошла от прикосновения к ней. Девчонка явно нуждается в ласке, а он не прочь ей её подарить.

– Хорошо, – повторил зачем-то. Зачем – не понятно. Ничего хорошего в его странной одержимости нет. Есть только проблемы отсюда вытекающие и лишняя, никому не нужная головная боль.

– Тогда иди, – попросила тихо, опуская глаза в пол. – Тебя ждёт твоя семья.

Таир усмехнулся.

– Маленькая, ревнивая кошка. Ты и царапаться у меня умеешь?

Она не ответила, покраснев, а он допил кофе и поднялся с дивана. Дома его ждала семья, это правда. Только ехать ему туда не хотелось. Раздражала Малика со своим вечным нытьём, не давал отдохнуть младенец, которого никак не могла уложить спать его мать. И ложиться с ней в постель тоже до одури не хотелось.

Снова уедет в «Платину» и будет там пить, глядя на полуголых девиц. Все они бесспорно хороши, но уже здорово приелись. Наверное, начался кризис среднего возраста. Когда детские и подростковые мечты уже сбылись, а чего желать ещё он не знает.

Можно было бы заехать к родителям, но те снова начнут пилить за то, что оставляет семью. Таира напрягало что-то. Въедалось в подкорку головного мозга и зудело до невозможности. И он уже знал, что это. Это помешательство, имя которому Самина. Он мог бы остаться в берлоге. С ней. Но сдерживаться с каждым разом всё труднее. Не хотелось становиться ублюдком, он её от этого спас несколько лет назад. И никогда не считал себя уродом, способным взять женщину силой. Кем он тогда станет? Тем стариком, под которого хотели подложить девочку? Нет уж. Она должна сама к этому прийти. Пусть она теперь совершеннолетняя, но брать силой женщину нельзя. Табу.

– Таир? – она позвала его уже у порога, вынуждая повернуться.

– Да, Самина? – заметил слёзы, застывшие в её глазах и то, как она силится не дать им волю.

– Мне очень жаль.

– Чего тебе жаль? – усмехнулся.

– Жаль себя. Я хочу, чтобы ты… Чтобы ты не уходил. Но мы оба знаем, что для этого нужно сделать. А я так не могу. Я тогда паду не только в твоих глазах, но и в своих.

– Дура, – бросил ей и шагнул за дверь, быстро её захлопывая. – Кому сдались твои идиотские принципы.

ГЛАВА 13

Неделя проходила слишком медленно, будто он увяз в каком-то болоте и теперь не мог выбраться. Время остановилось. А жена всё больше напрягала его своим присутствием днём и ночью. Дел у него теперь было больше, а всё свободное время он отсиживался в «Платине».

– Милый, хочешь мы с Асадом приедем к тебе в офис? – услышал её голос и тут же настроение испортилось.

– Зачем?

– Просто так. Сходим куда-нибудь пообедать. Там у вас на первом этаже ресторан новый открылся.

Таир знал о ресторане. Потому что был его владельцем. Но ей об этом знать не обязательно. Снова будет клянчить себе кусочек бизнеса. Не то чтобы ему было жалко. Скорее жаль людей, которые там работают.

– Я не в офисе.

Несколько секунд тишины, ожидаемый вздох.

– Опять в своей «Платине»?

– Да. Какие-то проблемы?

– Нет, милый… Никаких! – она кладёт трубку, изображая обиженную и оскорблённую невинность и ожидая, что он перезвонит, чтобы извиниться. Разумеется, он не перезвонит. Это у неё прокатывало в первую неделю их брака. Он перезванивал. Но никогда не извинялся. Ни перед кем. Единственная женщина, которая могла услышать от него слова извинений – мать.

– Таир Магометович, – перед ним появилась танцовщица. В её глазах читалось откровенное желание. – Что я могу для вас сделать? – она провела ладонью по его бедру, заставляя отвлечься от мыслей.

– Ты знаешь что, – коротко ответил он.

Инесса порочно усмехнулась. Да, он запомнил её имя. Потому что в последнее время проводил время только с ней. Она была похожа на Самину. В этом крылась причина – идиотская, но по-другому не получалось. Других женщин не хотелось. В особенности не хотелось Малику. После родов он её практически не трогал.

В эти минуты мысли Таира все равно возвращались к Самине. Ему отчаянно хотелось подчинить её себе. Научить её доставлять ему удовольствие, бесстыже пользоваться её покорностью, её губами и её телом.

Когда все закончилось, Таир рвано выдохнул. Внутри осталась лишь привычная холодная пустота. Он быстро привел себя в порядок, застегнул рубашку и вернул лицу бесстрастное выражение.

– Вы неотразимы, Таир Магометович…

– Да неужели? – он сухо усмехнулся, выбрасывая использованные влажные салфетки в мусорное ведро. – Можешь идти.

На угол стола упала зелёная купюра.

– Спасибо, Таир Магометович, но вы же знаете, с вами я исключительно по любви, – улыбнулась ему нежно, но деньги со стола взяла.

Жаль, что с Саминой так просто не получается. Он бы не поскупился.

Как только за Инессой закрылась дверь его кабинета, постучался и вошёл помощник.

– Разрешите, Таир Магометович? Тут информация от Вакифа.

– Давай, – принял конверт с фотографиями Самины, откинулся в кресле, открывая его.

Он приказал Вакифу снимать каждый её шаг. Даже если идёт в магазин за конфетами. Хотелось смотреть на неё, видеть её реакции, а не ту бледную и часто краснеющую девочку, которой она бывала в его присутствии. Нравилось видеть её живой и жизнерадостной.

На последних снимках она была грустной. То ли депрессия, то ли апатия, то ли с ней случился он. Девочка явно влюблена. И это так зверски волнует… Словно он пацан какой-то с играющими гормонами.

Было бы честнее уступить её Давиду. Позволить ему увезти девочку куда-нибудь на острова. Забыть о ней и дать забыть его ей. Так было бы правильно. Но Таир не хотел этого. По крайней мере пока.

– Скажи пусть водитель ждёт у входа. Нужно Давида навестить. Друг он всё-таки, хоть и бывший.

Усмехнулся про себя. Надо же, как быстро стёрла годы дружбы одна молодая девчонка. Словно и не было ничего. Знала бы она насколько опасна. Знала бы, что уже стала его, Таира, слабым местом. Впрочем, Давид так же попал.

– Хорошо, Таир Магометович. Будут ещё указания?

– Да. Вечером поедем к ней. Заскучала моя красавица, пора её навестить.

В больнице воняло лекарствами и спиртом, Таир поморщился. Не любит он подобные места. Даже как-то жаль Давида стало. Хотя это не то чувство, которое хотелось бы испытывать по отношению к другу.

– Таир? – тот приподнялся, поправил подушку. Таир прошёл к стулу, присел. – Что ты здесь делаешь?

– Пришёл тебя навестить.

– А ничего, что ты меня сюда отправил?

– Разве? Тебя отправила сюда твоя глупость. И характер бунтовщика. Только я не твоя мама. Если я сказал: моё не трогать. Значит – не трогать. Ты был неправ, Давид. Ты поплатился за это. Всё честно.

– Честно? Ты говоришь мне о честности? Ты? Тот, что увёз девчонку из дома под предлогом жениться на ней, а сам в любовницы её оформил? Это честно, Таир? – подался вперёд, поморщился от боли. Да, Вакиф знатно его отделал.

– Она моя. А со своим я могу поступать так, как мне заблагорассудится. И кстати… Раз уж о честности заговорили. Ты встречаешься с моей девушкой втихаря. Хоть я и запретил ей видеться с тобой. Следующая твоя ошибка может отразиться на Самине. Надеюсь, ты не хочешь её подставить? Мы оба знаем, Самина очень нежная, ранимая и не умеет выживать в цивилизованном обществе. Но ты то здесь вырос. Будь другом хотя бы ей. Не трогай её. Ещё раз вы увидитесь и это будет последнее, что ты сделаешь. А как наказать Самину я придумаю.

– Таир…

– Я всё сказал, Давид, – встал со стула, отставил его в сторону. – Этот разговор закончен, потому что я всё сказал, – и отвернулся к двери, желая покинуть это провонявшее лекарствами место. Но застыл вдруг.

– Тогда уйми свою жену. Потому что это она просила меня увезти Самину. Иначе Малика ей навредит.

Опустил голову, задумался всего на секунду. Усмехнулся своим мыслям и пошёл прочь.

ГЛАВА 14

– Сегодня ты уезжаешь. С Асадом останется нянька, ты всё равно не кормишь его грудью.

Малика поставила перед ним завтрак, села напротив.

– Ты хотел сказать мы уезжаем? Куда?

– Нет, я хотел сказать именно то, что сказал. Не мы, а ты уезжаешь, – поднял на неё взгляд, чтобы увидеть реакцию. – Уезжаешь к своим родителям.

– Почему? – растерялась, сжала пальцы в кулаки. – Почему я должна уехать? Что произошло?

– У меня будет много дел. Некогда заниматься семьёй. К тому же тебе не мешало бы отдохнуть. Чтобы дурные мысли покинули голову, – Таир хотел, чтобы это прозвучало, как предупреждение. И оно прозвучало.

– Но как же я без вас?..

– Как до этого. Асадом всё равно занимаются только няньки, он не будет скучать. А у меня, как я уже сказал, много дел. Езжай. Заодно отдохнёшь от нас. Ты ведь устала, да?

Малика опустила голову, задрожали губы. Таир поморщился. Слёзы женщин его нервируют. Совсем другое – Самина. Когда она плачет, у него в груди возникает какое-то спирающее напряжение. И просыпается желание. Сумасшедшее желание, звериное.

– Это всё из-за неё, да? Ты хочешь привести её в наш дом? – без сцены ревности не обошлось, как он и предполагал.

– Кого её? – поморщился.

– Ты знаешь, о ком я! Эта твоя Самина! Ты же для этого ее сюда привёз из аула? А потом что? Я останусь в ссылке у своих родителей, а ты притащишь эту дрянь сюда и будешь с ней тут… Я родила тебе сына! Я даже смирилась с твоими девками в «Платине», посчитав, что ревновать к ним ниже моего достоинства. Но эту! Эту я не позволю тебе привести в наш дом. Здесь я хозяйка, Таир! – от истеричного визга Малики закладывало уши и хотелось заткнуть ей рот. Желательно надолго, пока он не уйдёт.

– Ты очень правильно заметила. Я отправляю тебя в ссылку. Не из-за Самины, а из-за твоего сговора с Давидом. Ты решила, что можешь что-то решать за меня. Нет. Не можешь. И статус моей жены не даёт тебе на это права. Знаешь, что самое паршивое? Ты воспротивилась отъезду, но ничего не сказала по поводу того, что Асад останется здесь без тебя, – это действительно его задело. Как личное оскорбление. Жена просто пропустила мимо ушей тот факт, что сын останется с нянькой.

– Я… Я просто растерялась, Таир. Я не понимаю, что ты задумал и мне от этого страшно. Мне страшно не только за себя, но и за нашего малыша. Ты не можешь так с нами поступить. Это не правильно! Сговора… сговора никакого не было. Просто Давид в неё влюблён и я подумала, что они могли бы…

– Закрой рот, Малика, – оборвал её грубо. Отодвинув нетронутый завтрак, накинул пиджак. Со вздохом посмотрел в глаза жены. – Я всё сказал. Ты уезжаешь. Сегодня.

– Таир, любимый… прошу тебя, скажи хотя бы на сколько!

– На пару недель. Няньку вызовешь сама, как соберёшься.

– А потом? Потом ты меня заберёшь? Ведь так? А что мне сказать отцу? А маме? Они же не поймут!

Её вопросы оставил без ответа, торопясь покинуть дом.

Самина встретила его в платье синего цвета, облегающем тонкую талию, чем вызвала у Таира повышенное слюноотделение. Как пёс хотел её, как бешеный, голодный пёс. Самина покраснела от его пристального внимания, облизнула розовые губы без грамма помады. И ему это понравилось. Видеть её такую, без макияжа, напоминающего маску, и искусственной красоты. Разрисованных девок ему хватало и в «Платине», а сейчас хотелось её, такую свежую с чуть припухлыми губами, из-за того, что она постоянно их покусывает.

– Хорошо выглядишь, мне нравится, – одобрил её наряд и протянул руку. – Пойдём.

Она не спросила куда. Просто доверилась. Как доверялась с первого дня их знакомства. Ей было всё равно куда идти, лишь бы с ним. И это так волновало… С ума сойти. Ни одна любовница, какой бы привлекательной она не была, не заводила его так, как невинная Самина. От мысли, что её никто не трогал и даже не целовал появлялось чувство ликования – тоже кое-что для Таира новое. Он давно объелся женской ласки и теперь, когда Самина была рядом, позволяла себя обнимать, целовать, но в итоге говорила «нет», у него в буквальном смысле слова срывало крышу.

Новый ресторан, только недавно появившийся во владениях Таира встречал их улыбками персонала и блеском блюд, уже накрытых на столе.

– Как здесь красиво… А почему мы одни? – спросила, осматриваясь вокруг. Где остальные посетители?