Читать книгу "Хаджиевы. Аслан"

Наследник Саида Хаджиева, главы клана, ведет себя сейчас, как какой-то долбанутый сталкер.

Да еще и за кем сталкерит. За какой-то неадекватной девицей, что по первому приказу пошла на воровство. Но вообще было забавно. Зацепила наглая официантка.

Его тянуло к ней вопреки логике, вопреки планам отца, вопреки здравому смыслу. Это было похоже на… На что это похоже он не знал. Потому что чувствовал подобное впервые, несмотря на то, что девчонок у него было море. Такой только не было.

Такси свернуло в один из зачуханных дворишек и притормозило у старой пятиэтажки. Аслан выключил фары и застыл, наблюдая, как Дина выходит из машины, устало поправляет лямку рюкзака и скрывается в темном подъезде.

Запомнил улицу, дом и быстро добрался до двери подъезда прежде чем та захлопнулась.

Прошел по лестнице, следя за движением лифта. Остановился на четвертом этаже, проследил, как Дина вышла из лифта на пятом и отперла обшарпанную дверь квартиры.

Послышались голоса. Громкие и пьяные, на этом все прекратилось, потому что дверь за ней захлопнулась.

– Ну вот ты и дома, кошка Дина.

Запоздало пришло сообщение от Руса. Глянул адрес, усмехнулся и удалил сообщение. Оно уже не актуально.

Некоторое время сидел в машине, ждал. И дождался. В одном из окон загорелся свет. Теперь он даже комнату ее знал.

И думал… Думал, о том, стоит ли продолжать вообще? Зачем он здесь? Продолжить или забыть?..

Хаджиевы не привыкли к играм. Им всегда дают то, что они хотят без всяких огрызаний. Но именно сейчас все было как-то интересно, что ли…

Еще раз взглянув на желтое окно, завел двигатель и тронулся с места.

ГЛАВА 5

Утро, уже пьяная мать, да и отчим не отстает. Снова собачатся.

Я, выпив горького, растворимого кофе, заперлась в своей комнате. Пересчитала чаевые, которые заработала вчера. Надо же, вместо того, чтобы сдать меня Юрьевичу, мажоры еще и денег прилично оставили. Ну, теперь будет чем заплатить за коммуналку и еще что-то останется для себя.

Из дома, несмотря на крики своих алкашей, выхожу в настроении. Может я больше не увижу того мажора с его друзьями?

Прихожу в клуб ближе к вечеру. Переодеваюсь в форму и выхожу в зал, чтобы протереть столы и окончательно подготовиться к ночи.

И как только начинаю протирать первый стол, в клуб врывается ОН. Я сначала чувствую его, а потом уже вижу.

Он проходит мимо, не замечая меня. И хорошо. Идет уверенно, быстро. Я почему-то задерживаюсь на нем взглядом дольше положенного. Он поднимается сразу на второй ярус.

Тряхнув головой и вышвырнув оттуда все мысли о вчерашних приключениях, продолжаю свою работу.

Начинается вечер и первые гости стремительно заполняют клуб. Я начинаю работать, вооружившись подносом. Главное, снова ни с кем не зацепиться. А то Юрьевич запросто уволит. Хорошо, что мажор не оказался законченным подонком и не рассказал все администратору. Тот бы от меня мокрого места не оставил.

– Эй, Дина, стой! – Юрьевич перехватил меня за локоть прямо у входа в ВИП-зону, мимо которого я шла. – С сегодняшнего вечера ты работаешь только здесь. Обслуживаешь только ВИП-кабины. Поняла?

– Но там же… – я посмотрела на лестницу, по которой поднялся вчерашний мажор.

– Там платят в пять раз больше, чем в общем зале, – отрезал управляющий. – Рот на замке, улыбка на лице. Вперед. И не слышу слов благодарности!

– Спа…сибо… – проворчала я. Но Юрьевич уже куда-то умчался дальше.

Я потопталась на месте какое-то время и подумала, что это не так уж и плохо. Вчера я прыгала от радости, когда меня отправили туда работать. Может мажор даже не вспомнит меня? Хотел бы сдать, уже сделал бы это. Может он вообще уже потерял ко мне интерес и отстанет.

Я вошла в кабину. Там было накурено, на столе стоял кальян.

Вчерашний мажор, кажется, Аслан, сидел на своем месте в центре, вальяжно раскинув руки по спинке дивана. Рубашка, на сей раз черная, расстегнута на верхние пуговицы, а на шее все тот же кулон, на нем гравировка «А.Х.» А взгляд тяжелый, сканирующий. Все-таки не забыл. Опять придумает мне какое-нибудь дурацкое задание?

– А вот и наша смелая кошка, – негромко произнес он, и его губы тронула едва заметная усмешка.

Вот блин!

– А вот и наши мажоры… У меня есть имя, – я улыбнулась ему. – Дина, – это на тот случай, если он забыл, как меня зовут. – Что будете заказывать?

Рядом с ним сидели вчерашние друзья.

– Знакомься, Дина. Вчера не успели. Это Рус, а это Заур, – Аслан кивнул на друзей, как будто мне интересно это знакомство. – А я Аслан, как ты уже, наверное, знаешь.

– Очень приятно, – соврала я, не глядя на них. – Виски? Лед?

– Ты всегда такая колючая, Дина? – подал голос Заур, с интересом глядя на меня. – Тебе вчера мало было приключений?

– Вчера мне нахамили, – я выпрямилась, глядя прямо в глаза Аслану. – Я просто вернула долг.

Аслан вдруг подался вперед, опираясь локтями на колени. Расстояние между нами сократилось так, что я почувствовала, исходящую от него ауру хищника. Все эти мажоры считают, что они лучше и выше других людей. Они же с золотыми ложками во рту родились! А я кто? Официантка. Мусор, который можно пнуть.

– И много у тебя таких долгов? – его голос стал ниже. – Знаешь, в этом клубе не принято так разговаривать с гостями. Особенно со мной.

– А вы у нас кто? – я приподняла бровь, игнорируя покачивание головы Руса. – Слишком богатые, чтобы соблюдать правила приличия? Или слишком скучающие, чтобы просто выпить виски без представления?

В кабине повисла тишина. Рус кашлянул, скрывая улыбку, а Аслан медленно, очень медленно поднялся с дивана. Он был выше меня на голову, и его мощная фигура буквально подавляла, заставляя внутренне сжаться в комочек. Мажор явно ходит в спортзал.

– Ты дерзкая, – констатировал он, делая шаг ко мне. – Мне это нравится. Но все же советую придержать язык в общении со мной и моими друзьями. Вчера я тебя простил, но сегодня у меня неважное настроение. Лучше не буди зверя, пока он спит.

Наши взгляды искрили, схлестнувшись в невидимой борьбе.

– Вы мне угрожаете? – я не отступила ни на шаг, хотя сердце предательски ухнуло вниз. Мне и самой не хотелось ругаться с ним. Вчерашнего хватило по горло. Но я не выношу, когда мне хамят или пытаются показать, что мое место в грязи, у их ног в дорогих ботинках.

– Я предлагаю тебе сделку, – он коснулся пальцем моего бейджика. Я дернулась. Что за привычка тянуть свои руки, куда не надо? – Работаешь здесь, под моим присмотром. И, может быть, я забуду, как ты ворвалась в мой кабинет и своровала оттуда виски.

Я смотрела на него во все глаза и только то и делала, что открывала и закрывала рот. Он… Хозяин клуба?! Что?! Серьезно?!

– Вы шутите? – спросила с недоверчивой полуулыбкой я.

– Нет. Не шучу. Мое имя Аслан Саидович Хаджиев. Слышала о Хаджиевых? Ты работаешь у меня в клубе. Если не хочешь вылететь, молча соблюдай мои правила.

Я хотела было послать его куда подальше вместе с его друзьями и правилами, но вовремя захлопнула рот. Меня вчера недурно провели. И теперь у него есть повод меня уволить. Вот же… Дура какая!

Но мне увольняться никак нельзя. Мысли о пустом холодильнике и долгах матери заставили скромно промолчать.

Я стояла как громом пораженная.

Хаджиев. Та самая фамилия, которую произносят либо с придыханием, либо с опаской.

Я-то думала, это просто заносчивый мажорик с папиными деньгами, а оказалось, я умудрилась вылить алкоголь на человека, который платит мне зарплату. Это не отменяет того, что он мажор, но все же… Я была неправа. Правда, налетел на меня он, а не я. Значит, ничья.

Внутри всё похолодело. Если он захочет, я не просто вылечу отсюда пулей, я больше ни в одно приличное заведение официанткой не устроюсь. За сворованный виски могут серьезно наказать.

А дома... дома мать, которая вчера пропила последние деньги, отложенные на свет, и отчим, чей перегар, кажется, пропитал даже обои в квартире.

– Значит, хозяин... – выдохнула я, чувствуя, как горит лицо то ли от неожиданности, то ли от стыда. – И чего же вы хотите, Аслан Саидович? Чтобы я извинилась на коленях? – стерва во мне все еще поднимала голову. Никак ее, дуру, не усмирить. Не могла я смириться с этим поражением. Ну никак!

Аслан усмехнулся. Мой официальный тон вперемешку с дерзостью явно забавлял заскучавшего мажора. Он снова сел, вальяжно откинувшись на спинку, и в этом жесте было столько власти, словно он ворочает всеми деньгами мира. Хотя… В каком-то смысле так и есть. Они богатые до ужаса, эти Хаджиевы. Я даже не представляю насколько.

– Ну что ты, я не злопамятный, – он лениво покрутил на пальце массивное серебряное кольцо. – Ты остаешься в ВИП-зоне. Обслуживаешь сегодня только нашу кабинку. И без огрызаний и шуточек про мажоров. А то…

– А то что будет? – мой язык враг мой. Мерзкий у меня характер, знаю. Но иногда ничего не могу с собой поделать. Оно в крови.

– То мы будем говорить о воровстве. Напомнить или сама доперла? – в глазах насмешка, но говорит вроде серьезно. – Минералки мне налей.

Я открутила крышечку стеклянной бутылки. Немного подрагивали руки, когда наливала шипящую воду в его стакан.

Друзья Аслана переглядывались и чему-то усмехались. Смешно им. Шоу смотрят уже в который раз. А мне вот не забавно ни разу. Для меня это унижение.

Это им все хихоньки да хахоньки. Мажоры, не знающие, что такое трудности и пустой кошелек.

– Умница, – проговорил Аслан, когда я сделала шаг назад от столика. Взгляд его задержался на моих губах всего на секунду, а потом он полностью переключился на своих товарищей. – Ну что, брат, мы на чем там остановились?

Я тихо стояла у стенки, радуясь, что обо мне забыли. Иногда от скуки прислушивалась к их разговорам. Какой-то клан, Хаджиевы, связи с Востоком.

Я посмотрела на Аслана и мне показалось, что этот разговор его утомляет.

Конечно же, мне казалось. Мне никогда их не понять, как им таких, как я.

Время шло, они с легких напитков переключились на кофе и когда решили расходиться, я облегченно вздохнула.

Этот вздох, кажется, донесся до ушей Аслана и он повернулся ко мне.

– А ты не торопись. Я тебя домой отвезу.

Что, простите? Я зависла на какое-то мгновение, а он понял это по-своему и довольно ухмыльнулся, засовывая чаевые мне в карман фартука.

– Это тебе. Заработала.

ГЛАВА 6

Я стояла, сдерживаясь, чтобы не полезть в карман за его чаевыми и не вернуть ему их обратно. Мне нужны эти деньги. Нафиг гордость.

Я во все глаза смотрела на Аслана. Он сидел на диване, вальяжно откинувшись, насмешливо поглядывая на меня.

– Дар речи потеряла? Иди переодевайся. Я скоро выезжаю. Ты со мной.

– Спасибо за предложение, конечно, но я сама как-нибудь… Такси вызову или пешочком прогуляюсь. Мне здесь не далеко, – скромно ответила я.

– Ты не поняла, Дина, – он медленно поднялся, и его друзья тут же притихли, переглядываясь. – Это не предложение прогуляться под луной. Либо ты сейчас идешь к служебному входу и ждешь меня там, либо завтра Юрьевич вышвырнет тебя из клуба с такой характеристикой, что тебя даже полы мыть в придорожную забегаловку не возьмут.

– Вы мне угрожаете? – я почувствовала, как к горлу подкатывает ком ярости и праведного гнева.

– Я обозначаю правила, – отрезал он, глядя на меня сверху вниз. – У тебя пять минут. Собирайся.

– Нооо… – я, напуганная его обещанием вышвырнуть меня из клуба, не хотела сейчас собачиться с ним. – Мое рабочее время еще не закончилось.

– Юрьевичу я позвоню, – он вышел первым, бросив друзьям короткое: – До завтра.

Рус сочувственно хмыкнул, а Заур, глядя на меня, только развел руками, мол, сама виновата, не стоило с ним так выпендриваться.

Я постояла секунду, глядя на пустые стаканы, и поняла, что он сделает это. Он реально меня уволит. Если не послушаюсь, то этот придурок так и сделает и плевать ему на мои обстоятельства. У самого-то бабла полные карманы. Глубоко вдохнув, я пошла переодеваться.

Девчонки провожали меня неприязненными взглядами. А Юрьевич стоял рядом и равнодушно постукивал кулаком по барной стойке. Видать, он им уже рассказал, с кем я еду домой. Юрьевич неплохой администратор, но язык за зубами держать не умеет.

– Всем пока! – я растянула губы в улыбке, подняла руку. – До завтра!

Мне так никто и не ответил. Ну, еще бы. Кто-то пашет до седьмого пота по пятнадцать часов, а кто-то уезжает посреди смены с главным. Страшно представить, что они обо мне думают.

– Ты так не торопись! – крикнула вдруг выходящая из-за стойки Лика, которую я видела сегодня впервые. – Не хочешь объяснить мне, почему это меня выперли работать вниз, а тебя на мое место? – она быстро шагала ко мне, явно не настроенная на конструктивный диалог. Скорее по морде мне дать хотела.

– В смысле, выперли? – я удивленно вскинула брови.

– А ты спроси у того, кто тебя катает! – едко отозвалась Лика.

– Лика! – окликнул ее Юрьевич, осознавший, чем тут пахнет.

– Слушай, Лик, я не …

– Я тебе дала подзаработать нормально! Могла кого-то другого наверх отправить, но пожалела тебя! Ты же у нас дочь алкашей! Думала, хоть на кусок хлеба заработаешь, а ты Аслану там дала и меня вниз отправила?!

– Выражения выбирай! – шагнула я ей навстречу и между нами возник Юрьевич.

– Так, девочки, брейк! На вас уже посетители смотрят! Разошлись! Свои вопросы будете решать за стенами клуба, все ясно?

Лика криво усмехнулась и, развернувшись на каблуках пошла прочь.

Я неловко повернулась к двери, ведущей в подсобку, пошла переодеваться. Там же, в подсобке, достала из кармана деньги, которые мне сунул Хаджиев. И обалдела. Таких чаевых мне еще не прилетало. Теперь я понимаю, почему Лика так грызется за свое место наверху. Да в общем-то все туда хотят. И теперь ясна причина.

Вздохнув, сунула деньги в карман джинс. А что? Я их заработала. Два вечера подряд, как обезьянка в цирке, развлекала мажоров. Имею право забрать свое.

Одевшись, вышла на улицу.

Его огромный внедорожник стоял прямо напротив служебного выхода. Дверь открылась, а я, вздохнув и пооглядывавшись по сторонам, залезла в теплый салон. Ну все. Теперь пойдут слухи, что я с ним сплю. Уже пошли, благодаря Лике. И чего это вообще ему вздумалось меня везти домой?

Спрашивать я не стала. Молча уставилась в окно.

Аслан вел машину тоже молча, уверенно сворачивая в сторону моего района. И тут я напряглась. Откуда он знает, куда ехать?

– Ты не спросил адрес… – заговорила настороженно я.

– Потому что я его знаю, – лаконично ответил он.

– Ээээ… Откуда знаешь? – напряглась еще сильнее я.

– Узнал, – еще короче ответил он.

– Слушай, чего тебе от меня надо, а? – не выдержала я. Сильно зацепили слова Лики о том, что я ему дала.

И никто ведь не поверит, что чтобы пробраться в випки, нужно нахамить главному.

– Когда что-нибудь захочу, скажу об этом. А сейчас я просто везу тебя домой. Без лишних подтекстов. У тебя стремный район, жалко будет, если прирежут за те копейки, которые ты сегодня заработала.

Копейки?! Что ж для него большая сумма?

– А с чего вдруг такая забота о простой официантке? – поинтересовалась уже спокойней я.

– Да просто скучно, – пожал он плечами.

Когда машина затормозила у моей обшарпанной пятиэтажки, я дернула ручку двери и вышла из салона. Он тоже вышел и быстро обошел машину.

– Всё, приехали. Спасибо. Дальше я сама.

– Я провожу, – коротко бросил он и, судя по всему, действительно собрался идти со мной.

– Аслан, не надо! Тут темно, грязно и… – я замялась, вспоминая, в каком состоянии оставила квартиру. Там хуже, чем в городском туалете.

А еще, я назвала его по имени…

– Иди, Дина, – он уже пошел вперед к подъезду. Что, и квартиру знает?!

Лифт не работал, но его это не остановило. Он пошел со мной по лестнице. Я вздохнула. Ну ладно, мажоришка богатенький, сам же нарвался. Только вот невесело от этого как-то. Хвастаться мне особо-то нечем.

Мы прошли на пятый этаж в абсолютной тишине. Говорить не о чем, факт. И зачем только идет? Что ему нужно? Сопроводил бы до дома кого-нибудь другого.

Чем ближе мы подходили к моей квартире, тем сильнее ощущался удушающе-мерзкий запах сигарет без фильтра и стойкого перегара, который уже, похоже, въелся в стены нашего пролета. Соседи уже устали жаловаться. Ну а я что поделаю? Не от меня же это амбре исходит.

Я-то знала откуда это фонит, а он пока нет… Но опять же сам напросился. Я его за собой не звала.

На площадке я почувствовала, как щеки начинают полыхать от стыда. Какой бы я дурной не была, а это чувство мне хорошо знакомо. Не раз его испытывала.

Дверь моей квартиры была распахнута, а из коридора валил дым чего-то пригорелого и того самого табака. А ко всему прочему мат во всю глотку, звон стаканов и хохот, будто у них жизнь удалась.

Опять пьют. Вот же свиньи поганые! Ну хоть бы сегодня не бухали!

Хотя с чего это вдруг… Когда мне так везло?

Я остановилась, встала в проеме спиной к коридору. Хотя закрыть этот жуткий позор вряд ли получится. Маловата выросла.

Аслан был здесь вообще не в тему. В дорогой одежде, пахнущий хорошим парфюмом и миллионом баксов, он стоял и смотрел то вглубь коридора, то на меня. В глазах мелькнуло удивление.

– Спасибо, что подвез… Я тогда… Туда, – кивнула головой назад.

– Стоп. Ты что, туда пойдешь? – он еще раз глянул мне за спину и не сдержался, поморщился. – Там кто?

– Там моя семья и их обожаемые друзья, – проговорила хрипловато я. Только бы не зареветь у него на глазах. Это уже будет край. – Не удивляйся так. Это обычный вечер. Я пойду.

Я уже хотела войти, но он внезапно схватил меня за запястье, не давая сделать шаг в квартиру, а я опустила взгляд на его пальцы. Не люблю, когда нарушают мои личные границы, но его прикосновение не дало отторжения.

– Ты здесь живешь? В этом?.. – в его голосе, наверное, впервые прозвучало что-то, кроме насмешки. Он не договорил, но явно хотел сказать что-то обидное. Да оно и понятно. Он в таких местах не бывает. У него дома, наверное, все идеально… Золотые унитазы, все дела.

– Да, я здесь живу. В этом вонючем притоне. Вон в той комнатке! – я зло ткнула пальцем на свою дверь. – Я ее плотно закрываю и хорошо проветриваю, чтобы не завонялась. У меня там порядок, так что, не волнуйтесь, Аслан Саидович, грязи в ваш клуб не принесу.

– Это жестко, – ответил он. – Ладно поехали. Сниму тебе номер в гостинице.

– Чего? – я вспыхнула. – Не надо мне помогать, Аслан Саидович. Не спускайтесь со своих высот до нашего дна. Всего доброго и спокойной ночи! – я быстро шагнула в квартиру и захлопнула дверь прямо перед его носом. Надеюсь, он меня за это не уволит.

ГЛАВА 7

Я прижалась лбом к исцарапанной поверхности входной двери и нервно сглотнула. Сердце колотилось так, что казалось сейчас из груди выпрыгнет.

Стыдоба обжигала щеки и потели ладони.

Аслан, весь такой красивый, видный, не оставлял мои мысли. Он такой круто одетый и ухоженный и я… Среди пьяного гогота и вони. Зачем я ему позволила идти со мной? Ведь не могла не догадаться, что он здесь увидит.

Прислушалась. За дверью тихо. Ни звука. Скорее всего ушел уже, а я стою тут и переживаю. Он точно свалил. Таких ужасов навидался бедный. Он такого отродясь не видел.

– О, Динка! Ты с кем там болтаешь? – послышался голос отчима, а я скривилась от неприязни.

Обернулась на него, окинула злым взглядом. Грязная майка, распухшая красная морда и взгляд расплывчатый, будто он уже вообще ничего не соображает. До ручки допился урод. Ничего человеческого не осталось.

Кто-то звал его из кухни, но он уже сфокусировал взгляд на мне.

– Деньги есть? Давай, пока пацаны не ушли. Сбегают еще за одной, а то трубы горят, мочи нет.

– У меня нет ничего! Я вам что, дочь миллионера? – огрызнулась я и попыталась пролететь мимо него в свою спальню.

Только гад оказался быстрее, несмотря на то, что еле стоял на ногах.

– Ты как с отцом разговариваешь? Ты знаешь, что такое похмелюга? Так и на тот свет недолго! – его ручища схватила меня за запястье, которое еще недавно держал Аслан. Только не так грубо и больно.

– Ты мне не отец! – рявкнула я. Глаза щипало от подступающих слез, от усталости и злости.

Мне все еще было ужасно стыдно перед Хаджиевым за эту помойку, которую я называю домом. Отчим же продолжал.

– Мать там чуть сознание не теряет, ей похмелиться надо, а ты мне тут врешь и жмотничаешь! – он дыхнул на меня перегаром, от которого замутило и к горлу подступил тошнотворный ком. – Есть у тебя, я знаю! Ты в своем гадюшнике нормально зарабатываешь, не чеши мне тут!

– Гадюшник это здесь! А работаю я в нормальном месте! И деньги у меня бы были, если бы не вы двое! Достали! – я дернулась, чувствуя, как его пальцы впиваются в кожу еще сильнее. – Пусти, мне больно! Денег не дам! Мне есть куда их потратить! Например, на продукты, которыми вы со своими дружками не стесняетесь закусывать!

Я всё же выдрала свою руку, едва не упав. На запястье, прямо на глазах расплывался красный след.

Ну все. Будет синяк. У меня кожа такая, что от любого грубого прикосновения остаются отметины.

– Ну, Дин! Дай денег? Хоть на бутылочку, а? По-хорошему же прошу. Динуль? – тон отчима мгновенно сменился со злого на заискивающий, что было еще омерзительнее.

Он все еще стоял у двери моей комнаты.

А я понимала, если не дам хоть что-то, он не отвяжется до утра. Будет стучать, ныть и скулить вместе с матерью в два голоса.

Я полезла в карман куртки, нащупала мелкую купюру, которую отложила на проезд. Придется отдать.

Хорошо, что главную сумму, свои чаевые я спрятала в другой карман.

– Бери и отстань! – бросила ему деньги и он их тут же радостно подхватил. Кровопийца.

Отвалив от моей двери, отчим пошел на кухню что-то довольно вещая своим собутыльникам. Сейчас за водкой побегут скорее всего.

– Потише можно? Я спать так-то собираюсь! – крикнула ему вслед и открыла наконец дверь своей комнаты. Тут же заперлась, чтобы никто не вошел. Замок у меня старенький, но крепкий, ни одна пьянь не проникнет.

А еще, у меня приятно пахло освежителем и дверь прикрывалась плотно, никакая вонь не проникнет.

Окончательно выдохнувшись, я села на кровать, отбросила рюкзак.

Потерла свое бедное запястье, отметила, что оно уже побагровело.

Интересно, он уехал?– подумалось мне.

Подошла к окну, выглянула за занавеску. И судорожно отчего-то вдохнула.

Не уехал. Его машина стояла на парковке среди других машин помельче. Даже тачка его выделяется среди остальных. Ему тут точно не место.

Интересно, он слышал мой разговор с отчимом? Или ушел до того? Да нет. Он бы не стал подслушивать.

Я отошла от окна, принялась раздеваться. В горле першило, глаза щипало. Хотелось поплакать, но не получалось. Слез не было. Да и ни к чему они. Что это изменит?

*****

Аслан стоял перед хлипкой дверью. Внутри закипал гнев. Впервые так сильно хотелось устроить погром. Разнести здесь все на щепки. Выбить эту обшарпанную, потрескавшуюся дверь и зайти внутрь. Посмотреть что там происходит и набить кому-нибудь рожу. До крови.

Выдохнул, закрыл глаза и мотнул головой.

Нет.

Он не будет это делать. Не его мир, не его правила. Снова выдохнул и отступил от двери. Нафиг все. Это не его проблема.

Если она это терпит, значит, ее все устраивает. Хотя никто добровольно не жил бы в таком притоне. Но она же живет. Еще и деврь перед лицом захлопнула. Значит, помощь не нужна. Обойдется сама. Как-то же раньше обходилась.

А он нифига не принц, чтобы спасать бедных дев.

Разко развернувшись, быстро пошел вниз по ступенькам, пока не передумал.

В машине еще долго сидел с заведенным мотором, поглядывал на горящие окна ее квартиры. Внезапно свет в ее комнате выключился. Что ж… И ему пора. Нечего здесь сидеть.

Зачем он вообще сюда приперся?

Изначально хотел, чтобы она, наконец, начала вести себя скромнее и не задирала нос. Показать ей, что знает ее адрес. То ли припугнуть ее хотел, то ли обломать. Сам не знал.

Но сейчас всё изменилось. Увидев эту помойку, Аслану едва не впервые в жизни стало не по себе.

Просидев в машине еще около получаса, психанул и, ударив по рулю, завел движок. Пора ехать домой. А она... Ну, это ее дело. Он мог бы помочь. Хотя бы номер в гостинице для нее снял ... Только зачем? Кто она ему?

Дверь захлопнула, коза.

Раз нравится сидеть в дерьме, пусть сидит.

Дома, в особняке, пахло покоем и дорогим деревом. Вот он, его мир.

В гостиной, несмотря на поздний час, всё еще горел свет. Саид сидел в глубоком кресле, перебирая какие-то бумаги.

– Где был? – спросил отец, не отрываясь от документов.

– В клубе, – коротко бросил Аслан, силясь, чтобы голос звучал буднично.

– Ты зачастил в клуб. Пойдут слухи, Аслан. До Исмаиловых дойдет, что их будущий зять любитель погулять.

– Да какое мне дело, что подумают Исмаиловы, отец? – внутри поднялась волна раздражения. – Они все равно не откажутся от сделки. То есть от брака. Деньги и бизнес их приоритет. Ладно… Я спать пойду. Устал.

– Ага. Иди. Уставший, – донеслось вслед.

Утро, как и весь день в офисе прошел как-то скучно и с раздражением. То и дело психовал и срывался на подчиненных.

Смотрел на часы, дожидаясь конца рабочего дня. Хотелось скорее в клуб. Зачем сам не знал. Просто хотелось.

Иногда ловил на себе задумчивые взгляды отца. Тот будто подозревал его в чем-то. Да и ладно.

В клуб ворвался еще до начала программы. Зыркнул на бармена, лениво протирающего стаканы и диджея, который еще настраивал свой пульт.

Быстрыми шагами поднялся на второй ярус. Увидел Дину в одной из открытых кабинок. Та что-то поправляла, протирала, наводила порядок, готовясь к смене.

Усмехнулся.

В випку вошел неслышно, незаметно. Приблизился к ней сзади. Внутри все напряглось от ее присутствия рядом. Приятно напряглось.

Медленно и тихо выдохнул. Склонился к ее макушке. Вдохнул запах. Опять этот шампунь. Приятно от нее пахнет все-таки. Будто и не живет в воню