Читать книгу "Брошенка"

ГЛАВА 5

Утро было не особо радостным, я бы даже сказала, адски мучительным. В голове долбил отбойный молоток, во рту пересохло, а желудок сводило от рвотных спазмов.

– Как себя чувствуешь? Всё хорошо? Может пивка принести? Или водки налить, накатишь? – муж был зол, что вполне объяснимо, но совсем не вовремя.

– Я бы просто водички выпила... С аспирином, – потянулась к тумбочке, на которой у меня всегда стоит стакан с водой, но в этот раз, как назло, его там не оказалось.

– Где ты шарахалась до поздней ночи, не хочешь мне рассказать? – спросил грубо, одеваясь и не глядя на меня.

А я засмотрелась на его слегка влажные после душа волосы, крепкую, подёрнутую густой порослью тёмных волос грудь и даже забыла о похмелье.

Всё-таки какой же мужик мне достался. В восемнадцать был красавцем и в тридцать пять великолепен. С годами даже красивее стал. Мужественный, сильный, мускулы под кожей играют при малейшем движении, перекатываются и бугрятся, заманивая, завлекая, заставляя хотеть дотронуться до них, обласкать.

Прикусив губу, тихонько поднялась и, подкравшись к Славе со спины, обняла его.

– А может накажешь свою непослушную жену? – промурлыкала ему в шею, встав на носочки. – Готова понести наказание по всей строгости.

Я хорошо помнила, КАК он может наказывать. Так, что искры из глаз и крик до хрипоты. Только сумасшедшая откажется от такой «экзекуции». По правде говоря, я частенько в юности дразнила Славу, чтобы потом быть наказанной. И сейчас всё так же сердце колотится в груди.

– Ты не ответила на мой вопрос! Где ты была?! – рявкнул так, что вздрогнула и отскочила.

Повернулся и двинулся на меня. Схватил за запястье, крепко сжимая и дёрнул к себе.

– Слав, ну ты что! – отпихнула его, отпустил.

– Отвечай, где была, а то не знаю, что с тобой сделаю!

Я инстинктивно шагнула назад. Нет, он, конечно, всегда был ревнивым, но чтобы так орать… Такого не было никогда. Да и угрозы его ненастоящими казались. Варламов сам всегда говорит, что бьют женщину только слабаки. Он не посмеет поднять на меня руку.

И все же я виновата… Это да.

– Ты что, Слав? С ума сошел, что ли? Ну посидели мы с Юлькой в кафе, выпили. Потом ещё...

– С кем выпили? – прорычал, шагая ко мне, загоняя в угол.

– С Юлькой, Слав! Вдвоём! Прекрати! – в его глазах полыхало пламя ярости и мне стало действительно страшно.

Разумеется, о том, чем закончилась наша с Юлей встреча, я благоразумно промолчала.

Варламов выглядел так, словно действительно мог бы меня сейчас ударить и даже хотел этого. По играющим желвакам и стиснутым кулакам было видно, что он сдерживается из последних сил. Но неужели это всё из-за вчерашних посиделок? Да, пришла поздно, да, нетрезвая. Но не убивать же за это в самом деле? Что в таком случае я должна была сделать с Варламовым за его командировку?

– Вдвоём?! Вдвоём, блин?! – рыкнул, но снова сдержался.

Я попятилась и влипла в стену.

– Прекрати, Слав! Ты с ума сошёл?!

– Это я с ума сошёл? А может это у тебя проблемы с мозгами? Ты забыла, что хозяин кафе, в котором ты со своей подружкой-потаскухой любите заседать – мой друг?!

У меня похолодело в животе от страха. Неужели...

– Он видел вас! Тебя, твою подругу и двоих мужиков с вами, один из которых, кстати говоря, держал тебя за руку! Но ведь этим у вас не закончилось! Вы вместе уехали из кафе! На записи с камер видеонаблюдения отчётливо видно, как ты садишься в их машину! Это было в девять вечера, Нина! Где ты была, блин, до полуночи, а? Чем ты там занималась?!

Открыв рот, я замерла. Не знала даже что сказать и как объяснить произошедшее. Да и что бы я сейчас не сказала, не оправдаться... Слава не поверит, да и кто бы поверил?

*****

Что происходит? Когда, блин, вся их жизнь пошла прахом? Как будто в один прекрасный момент всё перевернулось с ног на голову, а они были настолько слепы, что не заметили этого.

Мог ли Варламов подумать, что жена его разлюбила? А может она об этом и не знает? Он и сам только теперь понял, что нет уже тех чувств, что ещё несколько лет назад. Только злость какая-то и горьковатый привкус разочарования во рту.

Случись подобное раньше, он нашёл бы того упыря, что трогал его жену, и вырвал бы ему кадык, а потом заставил его сожрать. Сейчас же было просто неприятно. Болезненно неприятно. Потому что она наставила рога ему, а не потому, что её трогал и смотрел другой мужик. Раньше он просто убил бы того, кто посмел хотя бы подумать о ней в этом плане. Сейчас же в голове вертелась только одна мысль: «Как давно?»

Как давно она держит его за идиота? Как давно он царапает рожищами потолок и даже не догадывается, что Нина ему изменяет?

Хотя, конечно, может это случилось впервые и по-пьяни. Только вот измену это нифига не оправдывает.

В офис ворвался злой и раздражённый до зубовного скрежета. Тут же к нему бросилась секретарь и кадровичка с кипами бумаг на подпись, обеих послал почти прямым текстом и хлопнул дверью своего кабинета.

Налил себе коллекционного коньяка – подарок мэра города, который хранил уже три года для особого случая. Кажется, наступил случай этот самый... Особый. Жаль, что не особо радостный. Сделал пару глотков, закрыл глаза, откидываясь на спинку кресла.

В дверь тихонько постучали, не обратил внимания.

– Дрянь... Как же в голову тебе это пришло, Нина? Чего тебе не хватало, зараза! – и, запустив бокал в стену, сбросил со стола папки с бумагами.

– Прошу прощения, можно? – раздался тихий голос и Вячеслав поднял взгляд.

У двери стояла Лиана, испуганно взирая на бумаги, разбросанные везде, некоторые даже долетели до её ног. Красивых стройных ног в чёрных туфлях на высокой шпильке. Поднял взгляд выше. Строгий чёрный костюм, ничего примечательного, но отчего-то очень даже будоражит воображение. В самолёте на ней был почти такой же, только юбка тогда была длиннее. И блузка другая.

– Чего надо? – спросил грубо, глядя на неё недовольно. – Стучаться тебя не учили? Учти, если хочешь остаться в столице, придётся сидеть тихо. Будешь врываться вот так в мой кабинет, полетишь обратно в Саратов.

– Я стучалась, простите... В следующий раз постучусь громче, – и глазками хлопает, щеки порозовели, никак смущена.

– Ладно, что там у тебя? – наконец, осознал, что просто срывает на девчонке злобу.

– Тут сметы прислали, вам нужно посмотреть... – возникло ощущение, что она сейчас расплачется.

Ну вот. Довёл девицу. И это тот начальник, что постоянно всем твердит, чтобы личное оставляли дома.

– Не бойся, проходи, садись, – кивнул ей на стул и девушка, аккуратно перешагивая бумаги, прошла к столу.

– Вот, пожалуйста, – положила перед ним бумаги, а взгляд Вячеслава в этот момент упал на декольте красавицы.

Провел ладонью по лицу, осознавая, как это выглядит со стороны. На дурака похож, честное слово.

Надо бы это прекратить. Они уже не в Саратовском баре.

– Ладно, – прокашлялся, поймав её удивленный взгляд, уставился невидящим взглядом на сметы. – Сейчас посмотрим, что тут у нас...

– Давайте я пока уберусь тут у вас? А то как-то нехорошо, все бумаги на полу.

И не дождавшись его ответа, присела, ловко собирая документы в стопку. Несколько бумажек залетели под широкий диван и ей пришлось встать на четвереньки, чтобы дотянуться до них.

А Варламов чуть не закашлялся от открывшейся картины. Лиана так увлеклась поимкой какого-то листка, что потянулась дальше и Вячеслав все же закашлялся.

Закрыл глаза, тряхнул головой и, ослабив галстук позвал её осипшим голосом.

– Достала! – радостно вскочила, показывая ему бумажку.

Прелесть какая... Достала она.

– Замечательно. А теперь можешь идти. И, Лиана, в следующий раз, когда будешь идти ко мне, одевайся скромнее, поняла?

Улыбка девчонки тут же испарилась, а щёки налились румянцем.

– Простите, это не то, что вы подумали...

– Иди, – приказал безапелляционным тоном и Лиана бросилась к двери, как ополоумевшая.

Зря он так, наверное. Глупая она ещё. Но ведь нельзя же так перед начальником бегать, наклоняться. Он же не железный, в конце концов.

ГЛАВА 6

Лиана

– Чтоб тебя! Да чтоб тебя! – девушка облокотилась об раковину, медленно выдохнула. – Дура! Какая же ты идиотка! Ненавижу тебя, слышишь, тварь бесхребетная?! Ненавижу! – ударила кулаком по зеркалу так, что оно треснуло. – Тварь! Уйди! Оставь меня в покое!

По руке потекла струйка крови, но боли она не чувствовала. Глядя на деформированное отражение с презрительной ухмылкой, скрипела зубами и часто дышала. От гнева закружилась голова и пересохло в горле.

– Ненавижу тебя, дрянь! – заплакала, вцепившись пальцами в собственные волосы.

За дверью послышались голоса, девушка спохватилась и бросилась в кабинку, закрывая дверь на щеколду. Замерла, прислонившись к стенке, закрыла глаза, пытаясь прийти в норму.

– Ох ты ж... Смотри Лен, зеркало кто-то разбил, а тут кровь... – послышался растерянный голос и оханье той самой Лены, к которой обращалась первая собеседница.

– Слушай, пойдём лучше в туалет на третьем этаже, а то тут стрёмно, – сделала правильный вывод Лена и стук каблуков вскоре затих.

Лиана с облегчением выдохнула, облокотилась о стенку. Нельзя, чтобы её видели в таком состоянии. Офисные работники те ещё сплетники, не хватало, чтобы донесли Вячеславу.

Тихонько выглянула из кабинки и, убедившись, что в туалете больше никого нет, побежала к двери. Сейчас главное дождаться, пока Варламов уйдёт пообедать и незаметно прошмыгнуть в его кабинет, сделать дело, а потом можно и отдохнуть. Прийти в себя, немного поспать и всё наладится.

Как и говорила болтливая кадровичка Алла, Вячеслав вышел из своего кабинета ровно в час и размашистым шагом направился к лифту.

Секретарь Варламова дождалась, пока шеф исчезнет из виду и сама тоже испарилась, впрочем, как и половина остальных сотрудников. Народу в офисе стало заметно меньше, что Лиане как раз на руку.

Прокралась в кабинет, аккуратно прикрыла дверь и на цыпочках побежала к столу, отыскивая глазами нужную вещь.

– Ах, вот ты где, – улыбнулась.

*****

Нина

Я звонила ему раз двадцать и ни на один звонок Слава не ответил. Каждый раз автоответчик равнодушным голосом предлагал оставить абоненту сообщение, что я и делала, умоляя его выслушать меня, дать объясниться.

В конце концов, я столько лет ему была верна. Неужели теперь муж не снизойдёт до того, чтобы просто выслушать меня. Хотя бы дать шанс всё объяснить! Ведь не было измены. Даже мысли у меня такой не было.

Единственной моей ошибкой было то, что я напилась и решила покататься по ночному городу с подругой и её знакомыми.

Не скрою, было приятно внимание такого мужчины, как Артур. Весь из себя видный и солидный, на вид чуть старше Славы и ничуть не беднее... Мне льстил его интерес. Я уже давно не считала себя красавицей с обложки и даже мой Варламов подостыл, а тут знающий толк в женщинах кавказец говорит, что я прекрасна. Ну кто бы устоял?

Разумеется, никакого подтекста здесь не было. Я не думала и не планировала заходить дальше пьяненького флирта. Да и флирта с моей стороны не было. Просто отдыхала. Впервые за много лет, между прочим.

Юлька же, увидев, как я расцвела от парочки комплиментов, заявила, что ей меня искренне жаль и моего мужика нужно сжечь на костре. Артур с ней согласился и предложил съездить к нему на дачу, где милых дам, то есть, нас – ждёт сюрприз.

Вот тут я, конечно, засопротивлялась, но после Юлиных упрёков и уговоров сдалась. Только с условием, что мы уедем домой через полчаса.

А на даче у Артура было действительно чудесно. Огромный цветочный сад с беседкой, где нас уже ожидали официанты с шашлыками, водкой, многолетним коньяком и прочими атрибутами качественного отдыха, поразил своей красотой и гостеприимностью, а время остановилось. Правда, остановилось оно только для меня, именно поэтому я не заметила, как прогуляла там полночи.

После нескольких шикарных тостов Денис увёл Юлю «показать что-то интересное», а Артур неожиданно засмеялся. Смех такой раскатистый, красивый...

– Ты чего? – улыбнулась, отчего-то смутившись.

– Ты так на меня смотришь, красавица, словно я сейчас наброшусь на тебя и съем. Не бойся меня, я не маньяк.

– Я... – щёки запылали и стало неловко от его прямоты. – Я ничего такого не думала, не говори глупостей. Просто... Мне не очень комфортно с тобой наедине. И вообще, меня дома ждут муж и дети. Вызови, пожалуйста, такси, – неожиданно хорошее настроение исчезло и невыносимо захотелось к семье.

Хватит. Нагулялась.

– Прости, я не то сказал... Похоже, выпил лишнего. Конечно, мой водитель тебя сейчас отвезёт.

Я что-то скупо буркнула в благодарность и, решив, что Юля справится и без меня, позволила Артуру проводить меня до машины. Вот только я никак не ожидала, что он поедет со мной. Но спорить не стала. В конце концов, машина его, водитель тоже, да и не увидимся мы больше никогда.

Попросила остановить машину у соседнего подъезда. Несмотря на сильное опьянение всё ещё помнила о любимом, но очень ревнивом муже, хоть и надеялась, что он уже уснул.

– Давай я провожу тебя, – Артур вышел из автомобиля, а я запротестовала.

– Извини, но на этом всё. Я замужем, Арт. Мы очень хорошо провели время, но продолжения не будет, – остудила его пыл строгим тоном и повернулась, чтобы уйти.

Артура же это не устроило... Он схватил меня за руку и, дёрнув на себя, поцеловал в губы. Жестко, требовательно... Напористо.

Нет, коленки у меня не подогнулись и бабочки в животе не запорхали. Лишь перед взором возникло лицо Варламова и меня затрясло от ужаса.

Как я могла позволить чужому мужчине дотронуться до меня?! Оттолкнула его и, замахнувшись, залепила пощёчину, отчего Артур отступил назад.

– Не смей! – не нашлась, что сказать ещё (ведь виновата сама!), я бросилась к подъезду, благо, он был открыт.

Затаившись, дождалась, когда машина Артура уедет и отправилась домой, где меня уже ждал злой супруг. А как его увидела, поплыла. Осознав, что нахожусь дома, позволила себе, наконец, расслабиться, а алкоголь снова ударил в голову.

И вот теперь я чувствовала себя виноватой, даже не знала, как объясниться со Славой. Решив не затягивать с этим, отправилась к нему в офис.

*****

Вячеслав

Обед не удался. Не лез кусок в горло. Варламов то и дело вспоминал ту запись с камер видеонаблюдения у клуба, что прислал по электронке друг. Скрипел зубами, представляя, как Нинку, его тихую, спокойную и, как он думал долгие годы, верную жену, трогает своими руками тот мужик, что приобняв её за талию, вёл пьяную к машине.

Было мерзко. Сам не понимал, как сдержался утром. А ведь никогда раньше не возникало такого неуёмного желания оттаскать жену за волосы. Он в принципе никогда не оправдывал мужиков, метелящих своих женщин и детей, а тут, словно пелена красная на глаза упала. Хорошо, что всё-таки сдержался и не вломил ей по первое число.

– Прости...те. Можно? – неожиданно перед его взором возникла Лиана и мужчина встрепенулся.

Её только не хватало сейчас, с этой фигурой идеальной, да мордахой смазливой. Красивая, зараза, да только не про него. Он вырос уже с того возраста, когда мужик только-только начинает ощущать вкус власти, а чтобы вкус был ещё ярче – заводит отношения с подчиненной.

А эта девка делает всё, чтобы он обратил на нее внимание. Видимо, ошибся, когда подумал, что она скромняжка. Чем-чем, а скромностью тут и не пахнет. Впрочем, ему плевать.

Огляделся вокруг. Кафе битком забито и свободных мест нет. Замечательно.

– Ну присядь, – буркнул недовольно, взяв в руку вилку, и раздражённо воткнул её в мясо.

– Тоже любите с кровью? Мой папа очень любил... – улыбнулась ему нежно, открывая меню. – Жаль, это единственное, что помню о нём.

– Да что ты? Сочувствую. Рано, наверное... ушёл? – не то, чтобы ему было очень интересно, но раз уж она завела беседу, почему бы и не отвлечься?

– Оба ушли рано. И он, и мама. Они уехали отдыхать на море и там погибли во время шторма... Вот так вот поплавали на лодке... А я с бабушкой росла сначала, а потом в детдоме. Извините, что-то меня понесло... – опустила взгляд на страницы меню, а Варламову стало жаль девчонку.

Ей, похоже, даже поболтать не с кем. Одна совсем.

– Ничего, всё нормально. Ты определилась с обедом?

– Эээ... Нет. Я здесь впервые, даже не знаю, что хочу.

– Я знаю, – махнул официанту и сделал заказ сам.

Поджав губы, девушка проследила за уходящим официантом и покраснела.

– Неловко так получается... Но я забыла снять с карты деньги, а саму карту оставила в сумочке, в офисе. Совсем голова дырявая.

Вячеслав лишь тихо хмыкнул.

– Ты сидишь за одним столом с мужчиной. А у мужчин принято платить за даму.

Лиана усмехнулась, игриво стрельнув глазками.

– Ну, у нас ведь не свидание.

– Это не важно, – ответил коротко и, прожевав последний кусок мяса, поднялся. – Здесь хватит за всё, ещё и чаевые останутся. Мне пора, дел много. Приятного аппетита.

– Подожди, прошу! – схватила его за руку и, видимо, сама не заметила, как снова перешла на «ты».

– Лиана... – он хмуро покачал головой, как будто предупреждая её: «Не надо, остановись».

– Я должна кое-что сказать тебе. Пожалуйста.

Он аккуратно высвободил рукав из её цепких пальчиков и сунул руки в карманы брюк.

– Говори.

– Там в твоем кабинете… Я не хотела, чтобы все выглядело так. Будто я тебя соблазняю…

– Ты серьёзно? – брови Вячеслава взлетели вверх.

– Серьёзней некуда. Я правда не хотела, чтобы ты подумал обо мне… Не хотелось бы, чтобы думал, что я специально... Понимаешь?

– Ладно, не заморачивайся. Всё хорошо, – подмигнул ей и, поймав ответную улыбку, ушёл быстрым шагом, пока от этих разговоров у него не съехала крыша.

ГЛАВА 7

– Что ты здесь делаешь? – нахмурился, заметив меня у своего кабинета.

А раньше он был рад меня видеть. Ещё несколько лет назад я приходила в офис, как сейчас, в обед, пока все сотрудники по кафешкам и столовкам, и мы занимались любовью прямо в Славкином кабинете. Что сейчас с нами стало? Отчего всё так серо и тоскливо? И это безразличие в его глазах...

– Нам поговорить нужно, Слав. Дай мне хотя бы объясниться, – зашла за ним в кабинет и закрыла дверь прям перед носом какой-то его подчинённой, несущейся за шефом с кипой бумаг.

– Я сейчас работаю, Нина. Мне не до объяснений. К тому же, я не знаю, как ты сможешь объяснить мне тот факт, что где-то каталась полночи с мужиками, – Варламова заметно передёрнуло, словно одно моё присутствие ему противно.

– Слав! – шагнула к нему, попыталась взять за руку.

Раньше ему безумно нравилось прикосновения моих рук. Нравилось их тепло и нежность кожи. Он стискивал мои пальцы своей шероховатой, чуть грубой ладонью и целовал их, лаская губами. Сейчас же выдернул руку так резко, как будто обжёгся.

– Всё, разговор закончен! Иди домой, Нина! – рявкнул на меня и, сняв со спинки кресла пиджак, надел его.

Я остолбенела, увидев на светлом воротнике красную помаду и прищурилась, пытаясь определить, она ли это. Не может быть...

– Слав, а это что? – даже голос сел от шока. – Это... Помада, что ли? Да?

Он непонимающе нахмурился, проследил за моим взглядом и удивлённо уставился на отпечаток женских губ.

– Это что ещё за фигня? – стащил с себя пиджак, попробовал пальцем и поднял на меня взгляд.

– Нин, тебе делать, что ли, нечего? Или это такая попытка защититься, нападая?

Я даже рот открыла от его предположения.

Он что сейчас, хочет сказать, что это я испачкала его пиджак? Намеренно? И кто тут защищается нападением?

– Знаешь, я от тебя такого не ожидала... Всё, что угодно, но это! – схватила его за лацкан пиджака. – Это уже чересчур, Слава! Конечно, я теперь понимаю, отчего ты не хочешь меня слушать! Ведь тебе на руку думать, что я была с другим мужчиной, ведь так? В то время, как ты сам...

Договорить не смогла. Несильная, скорее обидная пощёчина обожгла щеку, а я в ужасе отступила назад.

– Ты что... Ты... Ты ударил меня? – воздух вдруг раскалился и, казалось, я дышу ядовитыми испарениями, так больно стало в груди. – Слав...

– Пошла вон! – прошипел мне в лицо сквозь стиснутые зубы, указывая на дверь.

Смотрела в его глаза, а в них пустота. Нет ничего, что я так любила раньше. Нет страсти, нет любви былой, даже ревности нет. Безразличие, холодное и страшное, от которого мороз по коже и понимаешь вдруг, что всё закончилось... Нет больше нас. Есть я и он. Раздельно. Не вместе. Не одно целое, как раньше.

Не помню, как выскочила из его кабинета, выбежала на улицу. Словно в тумане всё и ярость, боль, обида невыносимые. Как будто душу из меня вынули и там, в его офисе, оставили. Даже та помада на его пиджаке казалась какой-то глупой шуткой по сравнению с пощёчиной. Подобного унижения я не испытывала никогда и даже в страшном сне не могло такое присниться.

Не видя перед собой ничего из-за пелены злых слёз, налетела на какую-то девушку в элегантном костюме. Стройная, красивая, она смотрела на меня с кривой, ехидной ухмылкой. Да уж... По сравнению с этой кралей выгляжу я сейчас отвратительно и жалко. До чего дожила, завидую обычной прохожей.

– Простите... Я не увидела вас.

– Да вы и себя, похоже, давненько не видели, – обошла меня с брезгливой миной и зашла в офис.

*****

Впервые в жизни поднял руку на женщину. Паршиво и тошно, словно в дерьме искупался. И ведь не хотел, само собой получилось. Как представил, что полночи с какими-то мужиками гульбанила, а теперь пришла и в глаза так бессовестно глядит, так дурно стало. И мало ей того, что натворила, ещё и пиджак помадой испачкала, чтобы на него всех собак повесить.

Замечательно придумала. Актриса, блин.

Сам не понял, как рука вверх взметнулась, а очухался, когда уже ударил. Не так, чтобы сильно, но сам факт... Мерзко. Мерзко от себя, от неё и от того, во что превратились их отношения.

Налил коньяка полбокала и махнул двумя глотками. Сразу же повторил и закрыл глаза, когда успокаивающее тепло разлилось внутри.

Нужно было просто выставить её за дверь. Не стоило опускаться ниже плинтуса, поддавшись эмоциям.

– Что ж ты... Что ж ты творишь, Нина? – в очередной раз спросил в пустоту, но ответа не получил.

Тихий стук в дверь отвлёк от нехороших мыслей, возвращая в реальность.

– Да? – поправил галстук, сел в кресло.

В кабинет вошла Лиана с подносом, на котором стояли чашка кофе и ваза печеньями.

– Я заметила, что вы во время обеда так и не выпили свой кофе... Вот принесла. И печеньки органические, очень вкусные и полезные.

Вячеслав скрипнул зубами. Эта-то чего вцепилась в него, как клещ?

– Спасибо. Поставь и иди.

Улыбка исчезла с лица девушки и Варламов почувствовал очередной укол совести. Не такой, конечно, как когда влепил пощёчину жене, но всё же. В который раз уже рычит на бедную девчонку. А она все никак не найдет путь, о которому к нему подкатить можно. Прикрыв лицо ладонью почти истерически засмеялся.

Лиана поставила перед мужчиной поднос.

– Приятного аппетита, – и к двери пошла.

– Стой. Выпить хочешь со мной?

*****

– Тссс, – поднесла указательный палец к губам и вставила ключ в замочную скважину. – У меня соседка всегда на стрёме, – засмеялась и открыла дверь.

– Когда ты успела снять квартиру? – удивился Вячеслав, поставив на стол только что купленную в круглосуточном магазине бутылку коньяка.

– Ой, с жильём мне вообще повезло... – Лиана что-то рассказывала, нарезая закуску, а Варламов, особо её не слушая, пошел рассматривать квартиру.

Уютно. Квартира, конечно, не абы какая, но для одинокой девушки в самый раз.

Вячеслав остановился у стены, на которой висели фотографии в рамках. И на всех Лиана одна. В вечернем платье, в спортивном костюме, в коротких шортиках (тут же усмехнулся), в джинсах на лавочке в каком-то парке. Везде одна. А девушка, похоже, действительно очень одинока. Правда, Варламов не понимал, отчего так. Красивая, не глупая. Ну да, имеются у неё кое-какие странности, ну так это не критично. По крайней мере, мужиков не отпугивает, а скорее даже наоборот. Так в чём же дело?

Прошёл дальше. Аккуратно заправленная кровать, ни одной валяющейся где попало вещицы, ни пылинки, ни мусоринки. Такое ощущение, что она помешана на чистоте. В принципе, тоже жирный плюс для женщины.

– Ты фрукты будешь? – послышалось из кухни, но Вячеслав не ответил.

Присел на край кровати, вздохнул. Зачем он здесь? Теперь, когда в голове начало проясняться, не мог понять, нафига сюда припёрся. Ведь понятно же, для чего его пригласила Лиана. Девка молодая, ухоженная, явно не в шахматы сыграть хочет. А он чего хочет?

Поехать домой и там снова объясняться с женой, видеть которую сейчас совершенно не хотелось? Или, быть может, вернуться в офис и переночевать там? Положа руку на сердце, не желал ни того, ни другого.

– Я спрашиваю, фрукты бу...дешь? – Лиана появилась с вазой с яблоками и апельсинами.

Застыла у двери, неловко переминаясь с ноги на ногу. А Варламову захотелось выбить из рук эту посудину, затащить девушку в комнату и уложить ее на кровать.

– Иди сюда, – приказал ей холодно, словно сам ещё надеялся, что она передумает.

Но Лиана молча поставила вазу и подошла к нему в упор.

– Зачем тебе это? Зачем я тебе? Тебе мужиков нормальных, что ли, мало?

Девушка усмехнулась, отбросила длинные, прямые волосы назад.

– А ты разве ненормальный? – сложила ему на плечи свои ладони, слегка помассировала, отчего по спине пробежались мурашки.

Варламов обожал прикосновения женских пальчиков. Их нежность, тепло. Просто млел, когда Нина по вечерам делала ему массаж. Если бы случилась война между мужчинами и женщинами, то вторые совершенно точно победили бы, используя этот нечестный приём.

– Я женат. И стар для тебя. А ты молодая, красивая. Дико привлекательная, – провёл ладонями по её точёным бёдрам, поднялся выше, к талии. Тонкой и стройной.

– Мне всё равно. Я тебя хочу. Женатого, старого и ненормального. Потому что я тоже ненормальная, – прошептала тихо и опустилась перед ним на колени. – Я сделаю всё, что ты захочешь. Хочешь, рабой твоей буду?

Варламов криво усмехнулся. Взял её за подбородок и приблизился.

– Что за игру ты ведёшь, девочка? Думаешь, я совсем идиот, не понимаю, что тебе от меня что-то нужно? Чего ты хочешь?

Она с жадным нетерпением потянулась к его пуговицам его рубашки, преодолевая последние преграды, и порывисто прильнула к нему. В этом жесте было столько отчаяния и невысказанной преданности, что у Вячеслава перехватило дыхание. Он ответил ей с той же стихийной силой, забывая обо всем мире, кроме этой близости, которая казалась им обоим спасением.

Варламова накрыла волна ослепительного экстаза, давно забытого, но отчаянно желанного. Он зарылся пальцами в её волосы, притягивая к своим губам, чувствуя, как и без того шаткие границы между ними стираются. Девушка отвечала ему, отдаваясь моменту без остатка, словно бросаясь в бездну, где не было места разуму, а лишь чистому, первобытному чувству.

– Ненормальная, – выдохнул он, с трудом отстранившись на секунду, чтобы взглянуть в её глаза, полные дикого огня. – Какая же ты ненормальная... И я ненормальный. Идиот…

Она лишь молча улыбнулась и снова прижалась к нему. В этом безмолвном согласии было больше страсти, чем в тысяче слов.

Давно он такого не ощущал. Такого запредельного удовольствия. В молодости, наверное, в последний раз.

Она что-то шептала, просила его не оставлять ее. И он не собирался. Точно не сейчас.

Он и не мог бы остановиться. Всё вокруг перестало существовать, сжалось до этой комнаты. Он впитывал каждое дыхание, каждый вздох, чувствуя, как аромат её кожи сводит его с ума. Это был танец двух душ, запертых в клетках своих тел, которые наконец-то вырвались на свободу.

Когда всё закончилось, он рухнул рядом, стараясь выровнять сбившееся дыхание. Было невероятно хорошо, словно они прошли через очищающий огонь, но где-то в глубине души, под слоем охватившего блаженства, начали ворочаться змеи угрызений совести, едва заметно отравляя этот миг абсолютного счастья.