Текст книги "Витражи смерти"
![](/books_files/covers/thumbs_240/vitrazhi-smerti-295315.jpg)
Автор книги: Анастасия Стрельцова
Жанр: Книги для детей: прочее, Детские книги
Возрастные ограничения: +12
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 5 страниц)
Глава третья
Возьми расписание
Я дописывала тест последней, в глубине души даже гордясь тем, что успеваю сделать все до конца. Габриэль, собирая работы, задержался у моей парты. Глянув мельком в бумаги, удивленно приподнял брови. Хмыкнул. Сказал:
– Удивила!
– Я такой уже писала просто, – ответила я.
– Хорошо. Сейчас большая перемена. Иди, Тео покажет тебе, где буфет.
Я вышла из класса. Тео стоял напротив дверей класса, облокотившись на подоконник. Снисходительно посмотрев, он сделал пару шагов навстречу и спросил:
– Голодная? Пойдем, покажу, где у нас гнездо переедания.
Я не стала ему отвечать. Тео пожал плечами и пошел вперед. Проходя по длинной галерее с панорамными окнами, я заметила высокую темную фигуру и присмотрелась получше: прислонившись к дереву, с открытой книгой в руках стоял парень, но смотрел он не в книгу, а в окна галереи.
– Пойдем, перемена только кажется большой, – поторопил Тео.
– А он кто? – кивнув в сторону дерева, спросила я, но когда мой спутник обернулся, под деревом никого уже не было.
– Ты странная, – задумчиво произнес Тео.
В буфете царила оживленная атмосфера. Ученики набирали еду на подносы, переговариваясь друг с другом. Мы тоже взяли подносы и встали в очередь.
– Бери, что хочешь. Если твои родители оплатили эту школу, все остальное – бесплатно, – пояснил Тео.
– Мой дядя… – поправила я.
– Что, прости? – не понял Тео.
– Школу оплатил мой дядя. Моих родителей больше нет, – тихо сказала я.
– Прости, я не знал… – ответил Тео, и почувствовал: эта странная бледная девочка больше ему не чужая. Сложно сказать, в какой момент начинается дружба, но раз новая ученица открыла часть своей травмы ему, совсем незнакомому мальчику – у него нет права снять с себя эту ответственность…
Тео рос в любящей семье. Отец много работал, редко появляясь дома: он возглавлял большую сеть частных клиник и аптек, но не особо распространялся о делах. На воротах их усадьбы был герб в виде чаши со змеей, оплетенной плющом, что достаточно говорило об умениях этого клана. Мать занималась детьми и хозяйством. Тео – старший ребенок в семье – хорошо учился и помогал растить младших сестер. Этот среднего роста парень, широкий в плечах, был не только хорош в математике и биологии, но и мог постоять за себя. Он слегка заикался, когда сильно нервничал, но такое происходило не часто.
– Это не важно… – сказала я и положила в тарелку салат.
– Какой еды тебе бы хотелось? – спросил Тео. – Что ты любишь?
В усадьбе дяди готовили разнообразную, но как бы это сказать, правильную еду. Я ела, потому что так полагалось – Аглая строго следила за этим. Но сегодня новые впечатления переполняли, и неожиданно захотелось…
– Мясо! Хочу мяса… – сказала я и испуганно посмотрела на Тео.
– Это я могу понять, железа тебе явно не хватает, – пошутил он, явно намекая на мой бледный вид.
– Я обычно ничего не хочу, а тут вдруг… – я поймала себя на том, что как будто оправдываюсь.
– Здесь у нас только бургеры. Они вполне даже пригодные, но, если нужен хороший рибай, надо ехать в город. Я знаю один милый ресторанчик, только без родителей нас не пустят.
– Не страшно, не волнуйся, четырнадцать лет – это не приговор, – грустно усмехнулась я.
– Бери бургер, а с мясом потом что-нибудь придумаем, – сказал Тео и взял себе два пудинга. Поймав мой удивленный взгляд, развел руками:
– Я сладкоежка.
Многие ученики переходили из помещения буфета во внутренний дворик, где стояли большие деревянные столы со скамейками.
Мы тоже вышли на улицу.
Свободных столов не нашлось.
– Тео! Иди к нам! – юношу окликнула миловидная блондинка с волосами, убранными в высокий хвост.
Рядом сидели еще несколько учеников. Тео направился к ней, я нерешительно пошла за ним.
– Твоя новая подружка? – спросила блондинка, не стесняясь, разглядывая меня.
– Лина, не начинай, – спокойно ответил Тео. – Это новая одноклассница. Я же староста, обязан все здесь показать.
Я почувствовала легкое разочарование от его слов, но одернула себя – кто я такая, в первый же день рассчитывать на дружбу? Просто молча начала есть.
– А как тебя зовут? – не унималась Лина, обращаясь ко мне. – Кто твои родители?
Я опустила голову ниже. Злиться на болтовню не хотелось, но и отвечать тоже.
– Ты так ни с кем не подружишься! А танцы ты любишь? – не унималась Лина.
– Ну, все, хватит, пойдем в библиотеку, – Тео встал и, приобняв ее за плечи, повел подальше от стола, несмотря на протестующий писк:
– Я же еще не доела!
– Все-все, хватит, а то поправишься, – пытался угомонить ее Тео. Обернувшись и посмотрев на меня, прошептал одними губами: – Прости, – и они ушли.
– Кажется, скучно в этом году не будет! – раздался за спиной хрипловатый голос. Я обернулась, но никого не увидела.
– Не обращай внимания, – сказала мне маленькая полная девчушка с ровной прямой челкой и круглыми очками на веснушчатом носу. – Лина считает, что Тео – ее парень.
– А Тео так считает? – спросила я.
– Тео не любит ссоры. В этом он весь! – ответила девочка и откусила большой кусок булочки.
– Он школу обещал показать… – вздохнула я.
– Я покажу, – предложила девочка, – я, кстати, Сирша!
– Морта.
– Ого! Прямо как богиня смерти?
Я опешила. С таким толкованием своего имения я еще не встречалась.
– Не стоит. Я сам покажу Морте, где что у нас находится, – вмешался один голос, на этот раз бархатный.
Сирша встала, опустив глаза.
– Учитель.
– Садись, Сирша. Морта, ты поела?
Рядом с нами стоял Габриэль.
– Да… – я встала из-за стола, хотя успела только пару раз откусить от бургера.
– Тогда иди за мной, – Габриэль пошел внутрь здания.
– А-а-а – я было хотела спросить, куда убрать поднос с остатками еды, но Сирша меня опередила:
– Я уберу, уберу. Иди!
Я благодарно кивнула Сирше и побежала за Габриэлем, который уже ушел довольно далеко. Он, словно цапля, быстро и уверенно переставлял свои длинные ноги – и к нам были приковано внимание всех учениц, обедающих во дворе.
Игнорируя девичьи взгляды, Габриэль шел по школьному коридору. Ученики расступались перед ним, словно волны океана перед лайнером.
Внезапно он остановился перед дверью с табличкой «Секретарь».
– Получи план школы, расписание и школьный устав, – сказал он. – После уроков пройдись по школе, постарайся понять и запомнить, где какой класс находится.
– Хорошо, – прошептала я.
– Что-нибудь случилось? Что-то ты бледная? – Спросил Габриэль.
– Нет. Я всегда такая.
– Хорошо, мне пора, увидимся, – ответил он и, еще раз внимательно посмотрев на меня, развернулся и зашагал обратно по своим важным учительским делам.
Мне даже понравилось исследовать школу. Уткнувшись в план, я смогла избежать новых вопросов и бесполезных разговоров с одноклассниками – но так увлеклась, что чуть было не опоздала на литературу Вбежав в свой класс уже со звонком, я направилась к месту, которое досталось мне на уроке у Габриэля, но там уже сидела Лина. Окинув взглядом класс, я направилась на свободное место в соседнем ряду и шагнула к нему, но Лина зло прошипела:
– Там тоже занято!
Я в недоумении уставилась на нее. В класс вошел Тео, он нес стул. За ним в дверь протиснулся здоровяк с коротко стриженными волосами. Его ношей была парта.
Увидев меня, Тео кивнул, пронес стул чуть дальше своего места и поставил на пол. Парта приземлилась рядом.
– Спасибо, – поблагодарил одноклассника Тео и сел.
![](i_006.jpg)
Я поняла, что парту принесли для меня и, достав книги, быстро освоилась. Мне нравилось, что я сижу за спиной у Тео – как будто бы под его защитой. Кокетливо подмигнув ему, Лина недовольно фыркнула, в класс вошла сухонькая пожилая учительница, и наш урок начался.
![](i_007.jpg)
Глава четвертая
Что будешь делать?
После литературы я решила подняться на крышу. По расписанию это было свободное время для выполнения домашних заданий или личных проектов – его полагалось проводить во внутреннем дворе или библиотеке.
Я без труда нашла лестницу указанную в плане, и толкнула тяжелую железную дверь. Открывшийся вид заставил замереть от восхищения. Кроны деревьев, в ту пору меняющих цвет листвы на осенний, мягко покачивались на теплом ветру. Вдали виднелся купол церкви.
Правда, вокруг меня был беспорядок: на крыше отовсюду торчали потемневшие каминные трубы, валялись старые складные стулья. Я подошла к самому краю и оперлась на поручни, обрамляющие периметр. Дома я часто смотрела на звездное небо из окна своей комнаты, но то, как красив дневной небосвод, не замечала до этого дня. Облака текли плавно, меняя свои очертания, словно разводы молока в утреннем чае. Я глубоко вздохнула – и вдруг послышался тихий шепот:
– Великая синхронность учит управлять собой внутри ее матрицы, скользить в слоях и выбирать мир, в котором тени не найдут тебя… Рожденная управлять тенями не может страшиться, она должна обучаться. Великая синхронность, пронизывающая все сущее, наполняющая смыслом…
Я шумно выдохнула и как следует потрясла головой, чтобы прогнать наваждение, непонятное и оттого утомляющее, и вдруг подумала, что раньше ни разу не поднималась на крышу своей усадьбы. Даже на чердаке не была, ого! Такое отсутствие любопытства меня удивило – как будто тогда моя жизнь протекала во сне, из которого я только сегодня начала мягко высвобождаться.
Любуясь видом, краем глаза я заметила, что к воротам начинают прибывать автомобили и поняла: пора возвращаться домой. Подошла к двери, дернула ручку – закрыто. Постучала, но тщетно. Порылась в рюкзаке в поисках телефона – вспомнила, что оставила его дома. Снова подбежала к поручням.
– Что будешь делать? – раздался тихий голос.
Я обернулась: у каминной трубы стоял тот человек, которого днем я видела во дворе школы.
– Не знаю, а вы давно здесь?
– Это не важно.
Человек отделился от трубы и подошел ко мне. Высокий, с ярко очерченными губами и скулами, широкими бровями, вблизи он выглядел моложе. Темные волосы, челка, похожая на мою, так же закрывает лицо… Юноша с интересом смотрел на меня.
– Так вот они, новости клана Смерти… – тихо произнес он.
– Чего? – у меня округлились глаза.
– Так что, твой дядя пока не ввел тебя в курс дела? Сколько тебе лет?
– А тебе? – огрызнулась я.
Юноша непринужденно засмеялся. От этого смеха стало легче дышать, и я улыбнулась.
– Ты… Вы знаете, как выбраться с крыши?
– Тебя зовут Марта? – неожиданно спросил он.
– Да, Морта…
– Лучше бы тебе быть Мартой… – он дотронулся до моего подбородка, чуть развернув мое лицо к себе. – Посмотри на меня, Морта.
Я отвела взгляд, попятилась назад.
– Как выбраться с крыши? – смущенно повторила свой вопрос.
– Не волнуйся, тебя уже ищут, просто подожди, – ответил юноша. Он кивнул в сторону быстро идущих к зданию школы мужчин в темных строгих костюмах. – Твои?
Да, это были охранники дяди.
– Мои… – я обернулась, но позади никого не было. Уже в машине я поняла, что так и не спросила, как его зовут.
Дома Аглая сразу же увела меня в ванную, где мне следовало погрузиться в теплую ароматную пену.
Поужинав, я почувствовала сонливость и прилегла. Приснился до ужаса страшный сон, будто вокруг усадьбы собрались люди в длинных темных плащах с высокими конусообразными капюшонами. В звенящей тишине образованный их фигурами круг медленно сжимался.
– Морта! Действуй! – раздался голос дяди, и я почувствовала, как меня захлестывает волной праведного гнева: да кто они такие, чтобы угрожать мне и близким? Затем люди начали падать как подкошенные. Когда упал последний, мой дядя сказал: – Ты справилась, молодец!
И я проснулась. Сердце бешено колотилось в ночи. В комнате стояла та самая таинственная тишина, в которой самый невзрачный звук раздается гулким эхом по всему дому. В открытое окно светила луна. Я поняла, что жутко хочу пить, встала и вышла из комнаты.
Спустившись вниз, я заметила свет из-под двери дядиного кабинета и прислушалась. Оттуда доносилась тихая музыка. Вдруг дверь распахнулась, и дядя в своем домашнем халате спросил:
– Что, не спишь?
От этого в горле совсем пересохло.
– Я пить хочу, – сглотнув, промямлила я.
– Зайди на минуту. Мне есть, что тебе рассказать, – дядя указал рукой на кресло возле своего рабочего стола.
Не очень-то мне хотелось в ночи разговаривать с ним, однако перечить тоже не было смысла. Кивнув, я зашла в кабинет.
– Итак, как первый день в школе?
– В порядке, мне интересно.
Налив из фарфорового чайника чай, дядя протянул мне чашку:
– А что-нибудь необычное?
Я пожала плечами.
– Мне тоже не спится, сложности в бизнесе, – нарочито удрученно вздохнул он.
– Хотите поговорить об этом? – мне захотела немного ему подыграть.
Неожиданно дядя подошел к моему креслу и, опираясь на подлокотники, резко нагнулся прямо клицу:
– А, знаешь… Хочу.
Он пристально посмотрел мне в глаза – так, что захотелось вжаться в мягкую спинку кресла.
– Так расскажите… – я поняла, что сейчас не до шуток.
– Ты не пила витамины сегодня? – сменил вдруг дядя тему разговора.
– Нет.
Разговор не клеился. Дядя так же внезапно начал рассказывать о конкурирующей фирме, промышленном шпионаже и о том, как он расстроен поведением своего бывшего партнера. Слушая все это, я впала в какое-то чуждое состояние нарастающего гнева. Сердце уже не просто колотилось, а готово было выйти из груди для дальнейшего самостоятельного пути. Тело покрылось испариной. Мышцы рук и ног окаменели, словно я приседала с грузом на плечах.
Дядя налил еще чашку чаю, которую я залпом осушила.
– Все пострадают. Если мы первыми не примем меры… Невозможно прощать предательство…
Дядя показал на портрет мужчины с седыми усами и пронзительными глазами.
– Это он все натворил? – прошипела с астматическим присвистом я, задыхаясь от приступа тяжелой одышки.
– Он…
Падая на пол, я испустила вопль – мне захотелось разорвать сердце того человека голыми руками. Дядя сделал для меня столько хорошего, у меня есть все, о чем могла бы мечтать девочка моего возраста.
– Ненавижу предателей, – стиснув зубы и теряя сознание, произнесла я, но сквозь пелену успела расслышать тихий дядин приказ:
– Она пробудилась. Отнесите ее в комнату. И уберите все газеты утром, с глаз долой…
![](i_008.jpg)
Глава пятая
Ты себя не знаешь
Утром меня разбудило легкое прикосновение Аглаи – она положила руку мне на лоб.
– Жара нет. Как ты себя чувствуешь?
Я потянулась всем телом. Голова слегка потрескивала, словно долгое время я провела под палящим солнцем. Медленно сев в кровати, я облизала губы:
– Пить хочу.
Аглая налила стакан воды. Венецианское стекло высокого кувшина поймало солнечный луч и на секунду вспыхнуло яркой радугой. Я вспомнила ночные события и в недоумении замерла: зачем я отправилась пить воду вниз, когда в моей комнате всегда есть кувшин с водой?
Я растерянно посмотрела на Аглаю.
– Милая, тебе нездоровится? – участливо спросила она и открыла окно, впуская свежее утро в комнату.
– Я в порядке… Но вчера ночью у меня был очень странный разговор с дядей.
– Тебе приснилось, дорогая. Твоего дяди всю ночь не было дома. Смотри, вот он, только приехал! – Аглая указала рукой во двор.
Я подошла к окну. Из припаркованного автомобиля выбрался дядя, усталой походкой направился к дому.
– Так это был сон… Хорошо… – я с облегчением выдохнула.
В школу я прибыла вовремя – на этот раз на авто. Первым уроком была физкультура. Ученики вышли на улицу и, ежась от утренней прохлады, выстроились у края футбольного поля. Тео нигде не было видно, а спрашивать, где он, я постеснялась. Неожиданно появился Габриэль в светлом кимоно и поприветствовал всех нас в традиционной японской манере. Девчонки захихикали.
– В связи с трагическими событиями сегодня учителя физкультуры заменяю я, – сказал Габриэль.
– Да мы и не против, – женская половина класса принялась строить глазки учителю.
Я почувствовала слабый укол в сердце: нехорошее предчувствие царапнуло и исчезло. Габриэль заставил всех пробежаться вокруг поля, затем мальчикам разрешил играть в футбол, а с девочками начал занятие по цигун. Плавно водя руками по воздуху, я не переставала искать глазами Тео.
После урока в раздевалке замешкалась, потеряв в карманах формы ключ от своего шкафчика.
– Что-то ты сегодня рассеянная, – послышался голос Сирши.
– Привет, спала плохо, – ответила я и решилась спросить: – Не знаешь, почему Тео не пришел?
– А ты не в курсе? – округлила Сирша глаза.
– Да я перенервничала вчера из-за первого дня в школе и дома сразу уснула, а дальше всю ночь ворочалась…
– Отец Тео умер сегодня ночью… Говорят, его сердце было разорвано на тонкие-тонкие полосы, такой силы инфаркт… – Сирша всхлипнула, но тут же взяла себя в руки и продолжила заговорщицким тоном: – Говорят, дела их семьи теперь в полном беспорядке! Много забот ляжет на плечи Тео, а ведь он еще совсем ребенок.
– Может… пойти к нему и поддержать… – предположила я.
– Конечно! Отправимся к ним сразу же после школы! – воодушевилась Сирша.
– Хотя у меня вряд ли получится… За мной приедет машина дяди и сразу заберет меня домой.
– А ты сходи вечером. Ваши дома не так далеко друг от друга, – спокойно ответила Сирша и тут же схватила меня за плечи: – Морта, ты что?
Сидя с расширенными от ужаса глазами, я медленно ответила:
– Сирша… Я знаешь, что вдруг сейчас поняла…
– Что?
– Что никогда ничего не делала сама. И никогда не оставалась без присмотра.
– Ну, ты ведь ребенок…
– Нет. Я не об этом. Абсолютно все мое время всегда было расписано взрослыми. Даже просыпаясь, я сразу вижу кого-то из слуг. И засыпая, вижу…
– Ты слишком впечатлительная. Все это нормально в таком большом доме. Пойдем, а то нам достанется, если опоздаем на математику!
Я с благодарностью посмотрела на Сиршу, которая буквально вернула меня к обыденности.
Весь день ученики обсуждали новость, связанную с кончиной отца Тео. По их разговорам я поняла, что тот был влиятельным человеком. Меня одолевала злость на то, что, читая в оригинале Сенеку, я оказалась настолько оторвана от реальной жизни – даже приколов в классе не понимала, как будто они на другом языке. К концу учебного дня я совсем загрустила – и снова полезла на крышу. На этот раз дверь наружу была заперта. Я устало опустилась на ступеньки и закрыла глаза.
– Не надо, не ходи к нему сейчас, – раздался голос рядом. По тембру я уже знала, кто это, и глаз решила не открывать.
– Почему?
– Ты читала утренние газеты?
– Их не было…
– Хочешь сказать, что не пользуешься интернетом?
Я все-таки посмотрела – да, это был парень с крыши. Свет из большого овального окна светил ему в спину, поэтому я видела лишь его силуэт.
– У меня открыты лишь обучающие порталы. Дядя строго следит за тем, чтобы я не видела лишнего. Аглая говорит, что мир полон мерзости и узнавать его стоит тогда, когда я окрепну духом.
– Да ладно… Википедию же тебе не заблокировали? Знаешь, нетренируемый дух будет повержен в первые мгновения от соприкосновения с жизнью… Ты сама должна все узнать. Я не понимаю, почему такая сильная девочка живет инфантильной жизнью…
– Да ты вообще кто такой, чтобы мне читать мораль? – я почувствовала сильное раздражение и поднялась. Мы оказались лицом к лицу. Его глаза мерцали так, словно сама Вселенная уменьшилась до размера зрачков. Темные и глубокие, эти глаза были полны сочувствия.
– Это отец Тео. Читай, – спокойно сказал юноша и протянул мне телефон. В статье говорилось о скоропостижной смерти главы фармацевтической индустрии. С фотографии на меня смотрел мужчина из сегодняшнего сна. Тот самый, про которого говорил дядя. Тот самый, чье сердце мне хотелось разорвать на кусочки.
Меня затошнило. Поддерживая за талию, он помог мне снова сесть на ступеньки.
– Да, Морта, пробуждение всегда болезненно, – прошептал он.
– Как тебя зовут? – едва ворочая языком, спросила я.
– Мирай.
– Я что, убила его? – кажется, я снова теряла сознание.
– Ты себя не знаешь… – подхватывая мою голову, произнес Мирай. Тяжело вздохнув, он не без усилия взвалил меня на плечо и понес в сторону медицинского кабинета.
– Придется за тобой присматривать, дурочка.
Какие-то мгновения я еще слышала его шепот. Потом стало темно.
![](i_009.jpg)
Глава шестая
Инициация
Сквозь шум в ушах доносились приглушенные голоса. Грудной женский голос ворчливо выговаривал кому-то:
– Опять твои штучки, Мирай, я не смогу прикрывать тебя до бесконечности. Ты ведь исключен на неделю – что ты делал в школе?
– Начнем с того, что мне позволено вернуться. Твоя претензия не обоснована. Ты хоть знаешь, кто она?
– Еще не смотрела личное дело.
– Да чем ты вообще занята?
Я чуть пошевелилась – и голоса смолкли.
– Очнулась? – на меня пристально смотрели зеленые глаза с золотыми крапинками.
– Мне лучше, спасибо, – я попыталась сесть.
– Не торопись, полежи. У тебя, может быть, «эти дни»?
– Какие дни? – я смутилась.
– Ладно, не буду тебя смущать.
Медсестра набрала что-то в компьютере и принялась читать. Это была невысокая фигуристая женщина, белый халат которой был скроен так, чтобы еще больше подчеркивать неестественно тонкую талию и широкие бедра, пышную грудь и детские плечи. Разглядывая ее, я почувствовала смущение.
– Так ты у нас новенькая, – пробормотала медсестра и снова внимательно посмотрела на меня. – Скажи, ты принимала в последнее время какие-нибудь витамины?
– Нет… – я облизнула губы. – Вернее, я всегда их принимала, а последние два дня нет.
– Вот и ответ! Тебе не хватает главного витамина, – радостно сообщила медсестра.
– Какого?
– Витамина L!
– Чего? Есть такой витамин?
– Есть! Но его не всем удается заполучить. А пока я позвоню тебе домой.
– Я… – внезапно я поняла, что домой мне не хочется. – Я хотела бы остаться в школе. Пожалуйста! Думаю, это новости так на меня повлияли…
– Да, да, бедные целители, – сказала медсестра и налила мне воды: – Выпей. И постарайся найти друзей. Потом это будет сделать еще труднее.
Я сделала вид, что не заметила ничего странного, хотя она явно была с прибабахом.
Когда я вышла из кабинета, меня уже ждала Сирша.
– Морта, ты всех напугала. Выглядела как Мертвая невеста из мультика. Мирай тебя спас: ты бы покатилась с лестницы, если бы он тебя не поймал. Ты как, в порядке?
– Дав порядке я! – ответила я, пугаясь своего раздражения. Увидев обиженно поджатые губы Сирши, пояснила: – Вообще, если бы не он, я бы и не покатилась…
Оставшееся время я просидела в библиотеке. Пока искала, что почитать, заметила: во всех отделах книги распределялись по кланам. Разделы так и были подписаны: «Ботаника клана Целителей», «Ботаника клана Магов», «Литература клана Жизни».
И только я собиралась расспросить об этом седую сухонькую библиотекаршу, как меня позвали на выход – за мной приехал автомобиль. Сегодня вместо привычного пожилого водителя, который всегда вел машину по правилам и неукоснительно соблюдал инструкции дяди, меня встречал охранник из дядиного агентства. Высокий и широкоплечий, в неизменно строгом костюме и с короткой стрижкой. Увидев меня, он улыбнулся и залихватски закинул за спину мой школьный рюкзак.
Навстречу шли девочки из класса. Одна из них подковырнула:
– О, это твой парень, Морта? Уже уходишь?
Я в шутку зашипела на нее.
Когда садилась в машину, водитель спросил:
– Ну как, не завела еще себе друзей?
– Оно мне надо? – буркнула я.
– Если будет нужна помощь, можешь позвать меня, – и он протянул мне брелок с незаметной кнопкой.
– А если я буду на Луне? – съерничала я.
– Дальность сигнала – в пределах планеты. Меня, кстати, Димитрий зовут.
– А дядя знает о вашей инициативе?
– Мне нравится твоя подозрительность. Ты необычная девочка. Нашему агентству поручена твоя безопасность. А как мы ее осуществляем, твоему дяде знать не положено по протоколу.
– Ясно…
Машина плавно тронулась с места.
– Димитрий… – робко сказала я.
– Да? – он посмотрел на меня в зеркало заднего вида.
– Мы можем навестить моего одноклассника?.. Тео. Я хочу сказать ему…
– Морта, не советую.
– Но я не виновата!
Неожиданно на меня снова нахлынули спрятанные глубоко эмоции. Я принялась всхлипывать, громко икая.
– Отвезите меня, я прошу, отвезите меня!
– Мне запрещено, прости.
Я продолжала плакать, чувствуя, что меня сейчас разорвет поднимающаяся, взявшаяся неизвестно откуда ненависть.
Машина резко остановилась – согнувшись от боли, Димитрий буквально выполз из нее и повалился на землю.
– Прекрати! – донесся до меня его крик.
Услышав его, я перестала плакать, неуклюже выбралась из авто и опустилась рядом с Димитрием на колени.
– Что с вами? Вам плохо?
Еле справляясь со спазмами, Димитрий показал мне на еле заметную тропку, ведущую в лес.
– До дома Тео минут сорок ходьбы. Я буду ждать неподалеку и затем отвезу… – он замолчал, пытаясь справиться с болью, – … тебя домой. Сейчас иди.
– Но вам плохо…
– Иди! Мне уже лучше…
Я медленно поднялась и пошла, то и дело оборачиваясь на Димитрия.
– Не оборачивайся, иди! – крикнул он.
Я шла по тропинке. Меня страшила мысль, что я только что чуть не убила человека, который пытался быть со мной добрым. Но в тоже время мне не хотелось верить, что у меня внутри скрыта такая сила. Я думала о событиях последних дней, пытаясь выстроить логику происходящего – как будто каждый в моем окружении играл одному ему известную роль, которая мне была неясна. Нарушив запрет Димитрия, я обернулась – дорога была уже далеко, позади меня было лишь поле с пожухлой травой, а впереди – лес, на который я раньше смотрела со школьной крыши.
Вздохнув, я прибавила шаг.
Когда я подходила к дому Тео, солнце уже садилось за кроны деревьев. Я медленно шла вдоль чугунной ограды, густо увитой плющом. Заметив небольшую прореху в ограждении, оглянувшись, пролезла внутрь.
Я медленно подошла к окнам дома, но ничего не смогла разглядеть, кроме теней на тонкой занавеси. Люди двигались медленно – видно было, что они разговаривают.
Чтобы как следует все рассмотреть, я решила залезть на низкую карликовую сосну и только подтянулась на кривом суке, висящем над газоном словно перст указующий, как меня прервал тихий голос:
– Морта? Что ты здесь делаешь?
Я обернулась. Передо мной стоял Тео – бледный, с взлохмаченными белобрысыми волосами и красными глазами. Он, кажется, был не рад неожиданному визиту. Схватив меня за предплечье, быстро отвел в тень. Я попыталась возразить, но он прикрыл меня собой, одновременно положив ладонь на мой рот.
– Тссс…
Мимо прошли две темные тени – двое мужчин в строгих костюмах тихо переговаривались:
– Определенно, это война. Я не знаю, почему руководство бездействует, – сказал один.
– Тише, глава клана еще не погребен. Церемония завтра. Думаю, скоро все решится.
– Великого целителя не так просто повергнуть! Это точно дело рук клана Смерти.
– Зачем ты говоришь о том, что и так висит в воздухе?
– Затем, что у меня руки чешутся разорвать виновного! Сердце самоисцеляющегося высшего жреца разорвано на тонкие полоски! И это произошло сам знаешь в какую ночь…
– Все, все, пойдем, везде уши.
Они зашли в дом.
Я оттолкнула Тео:
– Да отпусти ты уже меня, в самом деле!
Тео смущенно отошел на шаг назад.
– Ты правда ничего не понимаешь? Зачем пришла? Здесь теперь опасно для членов вашего… Вашей семьи.
– Почему? – я понимала о чем идет речь, но все же отказывалась принимать действительность.
– Кто-то из клана Смерти совершил нападение. Этого никто не ожидал – ведь ровно за день до папиной смерти с вашим кланом был подписан мирный договор…
– Как же так… – мне снова хотелось заплакать.
– Но, знаешь, никто не может определить убийцу. След можно было бы проследить в течении суток, но пока он слабый и обрывается. Это может быть кто-то из новых членов семьи, но о таких ничего не известно… К вам приезжал кто-нибудь в последнее время? – Тео умоляюще посмотрел на меня.
– Нет… я не видела…
В темноте я никак не могла разглядеть его лицо.
– Тео… твой отец, мне так жаль… Я пришла поэтому.
– Я понимаю, Морта, ты пришла, потому что еще ничего не понимаешь. Иначе ты бы послушалась запрета своего дяди.
Он неловко приобнял меня и прижал к себе, но, словно испугавшись своего порыва, быстро отстранился.
– Я хочу быть твоим другом, Морта, если тебе нужны друзья. Но, кажется, с этим будет проблема.
– Я понимаю… – я почувствовала, как меня, словно темная тягучая патока, с ног до головы заполняет невероятная грусть.
– Могу обещать только одно: я никогда не совру тебе. Морта… Тебе пора… Я выведу так, чтобы никто не заметил, – Тео нарочито грубо схватил меня за руку и повел вдоль стены к едва заметной калитке.
– Вот, иди, – он смотрел на меня, как врач, который не может помочь своему пациенту.
– Увидимся в школе? – спросила я.
– Меня некоторое время не будет. Тебе пора, – ответил Тео и, не оглядываясь, быстро зашагал в сторону дома.
Я медленно пошла по дороге. Всего через пару минут со мной поравнялась машина.
– Ты в порядке? – спросил Димитрий.
– А ты? – парировала я.
Димитрий усмехнулся. Он понял: взрослых я больше не боюсь.
– Эээ, – я тут же смутилась собственной дерзости, – спасибо, что позволил мне увидеться с Тео!
– Как он?
– У него умер отец, – сухо сказала я, давая понять, что разговор окончен.
Мы подъехали к дому, я молча вылезла из машины и сразу направилась в свою комнату.
Аглая хотела, как обычно, пойти за мной, но я взглянула на нее – и она, сделав беспечный вид, принялась расставлять фарфор на обеденном столе.
Не раздеваясь, я повалилась на кровать и закрыла глаза. Мои нервы были обострены. Хотелось провалиться в сон, но сердце продолжало бешено колотиться, словно я на скорости взбегала на высокую гору.
В дверь постучали. Повернувшись на бок, я с головой накрылась одеялом. Из коридора донесся голос Аглаи:
– Морта, я принесла чай!
Я продолжала молчать.
– Морта, я вхожу.
Аглая тихо прошла в комнату и поставила поднос с чашкой чая и горячим сэндвичем на прикроватный столик. Вздохнув, сняла с моих торчащих из-под одеяла ног тяжелые школьные туфли.
Я всхлипнула, подтянув ноги внутрь кокона.
– Дядя запретил давать тебе успокоительное, но я добавила в чай ложку мелиссовой настойки, она поможет заснуть, – сказала Аглая и вышла из спальни.
![](i_010.jpg)
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?