Читать книгу "Любовь в уплату долга"

Глава 3

Поев, Аленка задремала. А я выдохнула. Удалось обойтись без плача и отступлений от режима. Когда так происходит, дочка становится нервной, капризной и потом по нескольку дней сложно ее успокоить и вернуть к привычному ритму. Хотя об этом ли мне сейчас стоит переживать…

Убрав пустую баночку, грязную ложку и использованные салфетки в пакет, хотела спрятать все это пока в своей сумке. Но Нина и с этим помогла – в ногах у нее был мешок для мусора. Интересно, есть хоть что-то, что поставит ее в тупик? Сколько детей она могла уже успеть вырастить? Ведь на вид она немногим старше меня. А я с одной своей дочерью порой не знаю, что делать.

– Скоро приедем, – улыбнулась няня.

Тоже выдавила из себя подобие улыбки и откинулась на сидении. Прикрыла глаза, пока есть хоть минутка свободная, надо еще раз хорошо продумать все. Хотя интуиция подсказывает, что от умственного напряжения толку особо не будет. Нужны деньги, а у меня их нет. И взять неоткуда. Банк не даст столько даже под залог квартиры. Состоятельных родственников не имею, друзья с карьерами и доходами все Витины были. Возможно, кто-то и пожалеет вдову с ребенком, но там речь будет идти о суммах на прожить первое время. А никак не расплатиться с долгами.

Перебрала в памяти всех хороших приятелей и дальнюю родню, кто мог помочь хоть чем-то. Итог оказался плачевным. Самый рабочий вариант – пойти работать, пока мама будет присматривать за Аленкой. Проживем, с голоду не умрем точно. Совсем небольшой опыт по специальности я успела получить до того, как вышла замуж и очень быстро ушла в декрет. Всего два года, но хоть что-то. На среднюю зарплату могу рассчитывать. И это именно те ответы, которые еще вчера беспокоили. Сегодня проблема другая, и решение нужно другое. Но его попросту нет. Только если Ян Мстиславович согласится получать небольшие суммы очень долгое время. Разумеется, после продажи квартиры и всего остального. Вряд ли нам с дочкой пригодится огромный плазменный телевизор. У мамы в квартирке даже свободной стены для этого монстра нет.

– Приехали, – вдруг весело проговорила Нина.

А машина тут же резко повернула и остановилась. Открыла глаза и заморгала. Оказывается, я несколько отключилась от реальности и пропустила всю поездку по пригороду. Ну отлично – теперь я даже примерно не могу предположить, в какой мы стороне от города. И пусть эта информация пока кажется бесполезной – я не вожу автомобиль и плоховато ориентируюсь в незнакомых местах, но вообще-то было бы нелишним понимать, где мы ориентировочно.

С опаской выглянула в окно – боялась увидеть мрачное строение с высокими заборами. Но нет, дом выглядел очень гостеприимно. Светлые стены, большие окна, ухоженная территория. А ворота мы, видимо, уже проехали. Значит, территория большая. С одной стороны соседи рядом предпочтительны в моем случае, а с другой – хотя бы погулять выпускать будут. Алене нужен свежий воздух. Ох, что это я? Будто бы собралась провести здесь много времени. Нет уж – обговорим все сегодня же вечером и нужно домой возвращаться!

Решительно открыла дверцу и вышла. Размяла затекшие ноги – верный признак, что ехали долго, хоть мне так и не показалось. Повертела головой по сторонам. Сколько же здесь земли? Отсюда я действительно не вижу ни забора, ни ворот, ни калитки. Зато лес вокруг – густой, зеленый. И поле с подстриженной травой. Гольф? Конный спорт? Фермерство? Стало неуютно. Совершенно уединенное место. Хоть сейчас нас перед крыльцом закапывай, никто не узнает. Поежилась и с тревогой посмотрела на Нину.

– Здесь чудесно, – то ли верно поняла мой взгляд, то ли как раз наоборот. – Свежий воздух, природа. Недалеко небольшое озеро есть. Алене понравится, я уверена.

– Конечно, – пробормотала, чтобы поддержать разговор.

Няня хотела сама нести Аленку, но я предпочла вручить ей сумку и игрушки. Дочку аккуратно достала из кресла. Нужно уложить ее поскорей, тогда есть шанс, что нормально доспит.

Пошла за Михаилом к дому, пока Нина собирала оставшиеся вещи из салона и багажника. Как и думала, что-то они еще привезли с собой. Наверняка, те самые еда и одежда, о которой няня совсем недавно говорила. И как понять, много ли они знают? Водитель точно в курсе, что я не гостья или типа того. А Нина упорно делает вид, что ничего плохого не происходит.

– Вам на второй этаж, – Михаил открыл входную дверь и пропустил меня вперед.

Я вошла и остановилась – нужно было переложить Аленку на другую руку. Тяжелая она уже, подросла. Закончив, я подняла голову и буквально потеряла дар речи. Нет, снаружи было понятно, что дом очень дорогой. Но хрустальную люстру спускающуюся с самого верха увидеть не ожидала. Шикарная лестница, мрамор, просторный холл с коврами и предметами искусства прилагаются. Не жилье, а музей какой-то.

– Куда идти? – пискнула я, стараясь быть как можно тише.

– Вон, по лестнице, – водитель кивнул вперед. – Идите, Нина догонит, покажет.

Медленно пошла, куда указали. Даже топтать тут неловко. Но обувь снимать не стала, Михаил ушел куда-то налево, не разуваясь. А я босиком буду чувствовать себя еще уязвимей.

Добравшись до второго этажа, выдохнула. Хорошо, что не на третий. Потолки здесь явно не два с половиной. Алена завозилась на руках, я обернулась с тревогой. Где няня и где комната? Но внизу никого не было. А направо по коридору я увидела открытую дверь. Возможно, там есть диван или кресло. Руки уже начало ломить – обычно мы гуляем с коляской, а не без нее.

С опаской заглянула в комнату – никого. Зато широкий диван есть. Присела и аккуратно положила Аленку. Убрала влажные волосы с щечки. Какая же она милая. Любимая. Что угодно сделаю, лишь бы с ней все в порядке было. Найду эти деньги, отработаю, займу при необходимости. Потому что дочь теперь только моя ответственность. И допустить, чтобы ее держали в заложниках, я не могу.

– О, сами нашли, – проговорила Нина вполголоса, войдя. – Вам будет удобно. Солнечная сторона. Вот здесь спальня, дальше ванная. И небольшая гостиная. Приставную кроватку скоро привезут. Коляску, кстати, тоже.

Говоря, няня ходила передо мной и показывала, что где. А у меня голова немного закружилась от обилия информации – зачем кроватка и коляска? Мы же ненадолго. Надеюсь…

– Не нужно было, – пробормотала растерянно, разглядывая двуспальную кровать в соседней комнате. – Мы с дочкой можем поспать вместе. И без коляски обойдемся.

– Распоряжение Яна Мстиславовича, – многозначительно посмотрела на меня Нина.

И я предпочла замолчать. Ну что тут скажешь? Это его дом, его наемный персонал.

– Сейчас Михаил пакеты принесет. Разберите, Лада, и закажите дополнительно. Я могла что-то упустить.

– Хорошо, спасибо.

От ее липкой заботы хотелось скрыться куда-нибудь. Так и сделала. Снова взяла Аленку на руки и пошла в спальню. Уложу ее получше. И очень умыться хочется. Информация о новых крупных покупках для дочки буквально выбила из колеи. Возможно, мне опять будет предложено убираться на все четыре стороны. А вот ребенка явно планируется оставить здесь.

Устроила дочку между большими подушками. Осмотрелась. Мда, не спальня – будуар принцессы. Тюль из органзы, цветы в вазах, белая мебель, натуральный шелк нежных пастельных оттенков. Просто комната мечты романтичной юной девушки. Но для меня сейчас словно насмешка – плен с комфортом, не иначе…

В ванной умылась настолько холодной водой, насколько смогла вытерпеть. В голове прояснилось, но только плакать захотелось сильней. Не сдержалась – тихонько всхлипнула, уткнувшись в полотенце и разревелась. Ну как же так??? Мало мне смерти мужа было? Теперь еще и за наши с Аленкой жизни волноваться. Выкручиваться, пытаться прыгнуть выше головы, лезть из одних долгов в другие. Еще и этот унизительный обыск в квартире.

– Лада Игоревна, – послышалось из гостиной. – Я пакеты у дивана поставлю.

– Да, – проговорила глухо.

Вряд ли Михаил услышал, но, судя по звукам, ушел.

Кое-как успокоилась. Еще раз умылась, посмотрела в зеркало на покрасневшее лицо и заплаканные глаза. Да уж… Если я и заинтересовала мимолетно Яна как женщина, вряд ли удастся поддерживать это. Выгляжу отвратительно, чувствую себя еще хуже. А он наверняка уверенных в себе красоток предпочитает. Впрочем, какое дело мне до его вкусов? Лучше бы совсем не нравиться ему.

Часа полтора, пока Аленка спала, я разбирала пакеты. И успела порядком устать от этого. Куда столько всего? Словно мы на полном серьезе сюда переехали. Радует, что для дочки, и правда, все необходимое есть. Да и мне ничего особенно не нужно – белье и какая-то одежда есть. Гигиена и минимум косметики. Хватит, учитывая, что я решительно настроена вырваться отсюда через пару дней.

Потом проснулась Алена. И началась привычная круговерть. Умыть, переодеть, накормить, отмыть. После посадила на ковер с игрушками. Все новые, так что займут ее ненадолго. А я пока достала телефон и принялась определять свое местонахождение. Но быстро потерпела фиаско – мобильный интернет здесь категорически не ловил, а местная сеть требовала пароль. И его в доме, конечно, знают, но продолжительное время нас никто не беспокоил. И мне совершенно не хочется снова общаться с Ниной или Михаилом. Как и с хозяином.

Будто в наказание в дверь постучали буквально две минуты спустя. Отзываться не стала, но няне это и не понадобилось. Она вошла без приглашения.

– Лада, ужин накрыли. Спускайтесь, а я с Аленой посижу.

Сначала хотела отказаться, но быстро поняла, что не стоит. День получился длинным, а обед я пропустила. Лучше чтобы во время разговора с Яном Мстиславовичем я думала о деле, а не о еде. И не урчала перед ним пустым животом.

– Давайте спустимся вместе, – предложила няне.

Не хочу разлучаться с Аленкой даже на минутку. Не дожидаясь ответа, взяла дочь на руки и пошла на выход. Нина только плечами пожала. Чувствую, что уже не очень ей нравлюсь. Ну и плевать. Я вообще не хочу здесь находиться.

Няня провела по лестнице вниз и налево. В большую столовую. Входя через двойные двери, боялась, что увижу хозяина дома немедленно. Но нет. Комната оказалась пуста. И накрыто было на одного человека.

– Я могла бы поесть наверху, – резонно заметила.

– В доме так не принято, – возразила Нина и протянула руки за Аленой.

Нехотя отдала ей дочь и села за стол. Хорошо, пусть так. Еда наверняка вкусная, сервировано красиво, Аленка рядом. Попробую поесть. От стресса я всегда теряю аппетит, но живот будет болеть, если не заставлю себя перекусить.

Глава 4

Пока ела, внимательно наблюдала за Ниной и дочкой. Мысль о том, что эта женщина смогла увлечь моего ребенка и не допустить истерики при расставании с мамой, не давала покоя. Как? Если в некоторые дни мы и в туалет вместе ходим. И засыпает на ночь только на мне. Коляску, манеж и стульчик для кормления не очень любит. Только у меня на руках и в машине более-менее спокойна.

Впрочем, ответы на свои недоуменные вопросы я скоро нашла. Игры. Пальчиковые, словесные, с игрушками. Нина не отвлекалась ни на секунду, ворковала, увлекала. Конечно, при наличии домашних дел я не могу обеспечить дочке такое же количество ежеминутного внимания. И это как-то корежит изнутри – со мной она капризничает, а на няню смотрит с таким интересом.

Без особого желания съела салат и гарнир. Остальное проигнорировала. Тут еды минимум на троих, но я и в спокойной обстановке богатырским аппетитом не отличаюсь. Отметила, что все очень полезное и приготовлено на пару или сварено. И не наспех, как я дома готовлю. Ох, возможно, стоит немного успокоиться. Что там Нина говорила? Свежий воздух, озеро? Плюс комфортабельные комнаты, отличное питание, помощь с ребенком, отсутствие бытовых забот. Просто санаторий какой-то…

– А когда Ян Мстиславович приедет? – спросила зачем-то.

– Он не сообщает заранее, – няня серьезно посмотрела на меня. – Обычно поздно. Но если ему потребуется назначить вам встречу, он изыщет способ это сделать.

Прозвучало не только строго, но и чуть грубо. Типа сиди и не высовывайся – позовут, когда понадобишься. Продолжать разговор желания не возникло. И зачем было отчитывать меня – я и сама понимаю, что позовет, когда пожелает. А мои резоны здесь всем безразличны.

Пока я раздумывала, как показать Нине, что не нужно так со мной разговаривать, в столовую вошла еще одна девушка. В строгом темно-синем платье и белоснежном переднике. Волосы аккуратно заколоты в пучок. А подол какой короткий…

– Вы закончили, Лада Игоревна. Вам все понравилось? – вошедшая озадачила любезной улыбкой и вопросами в традициях лучших ресторанов.

– Да, – кивнула, растерявшись.

– Хорошо. Я передам повару, – незнакомка невозмутимо взяла в руки чайник и принялась наполнять мою чашку. – И сейчас принесу десерт.

Почувствовала себя замарашкой в сказочном дворце. И повар, и официантка, няня и водитель. Вопрос – чем же бывший начальник мужа зарабатывает на жизнь – снова завертелся в голове. Точнее, во что вляпался Виктор… Ведь такие деньги просто так с неба не падают. Занимая, муж наверняка собирался отдавать долг – мошенником он не был. Но с чего планировал платить?

Официантка очень быстро вернулась. И не с одной тарелкой, а с целой этажеркой восхитительных маленьких пирожных. Как бы враждебно я не была настроена, но устоять перед сладким оказалось выше моих сил. Тем более стресс только увеличивает желание заесть. Сахар, сахар и еще раз сахар! Сколько раз обещала себе не делать так, но уж слишком аппетитно выглядят эти произведения кондитерского искусства. Съела две штучки и решительно отодвинулась от стола. Хватит. А то, и правда, уверю себя в том, что отдыхаю в санатории. Хотя пока вроде все не так плохо. Уехать не можем, но здесь вполне комфортно. Буду надеяться, что в подвале комнаты для допросов нет. Или какой-нибудь красной комнаты Яна…

Поев, сразу же снова взяла Аленку на руки. Все-таки я сегодня сильно перенервничала, когда потеряла ее в магазине. И сейчас держусь из последних сил. Поэтому так не хочется отпускать ее от себя хотя бы на секунду.

– Нам пора гулять, – сообщила няне это так спокойно, будто бы не прикидывала в уме, выпустят из дома или нет.

– Да, конечно. Только лучше переодеться – время к вечеру, на улице похолодало.

Посмотрела в окно – и правда, солнце скрылось за облаками, стало пасмурно и как-то безрадостно. Погода очень похоже на мое настроение. Но это не повод замерзнуть и еще дополнительно ко всем проблемам заболеть.

– Мы быстро. Да, милая? – поцеловала дочку в макушку и пошла в холл.

Уверена, теперь комнату я найду без проблем. А вот насчет одежды для Алены и для себя есть сомнения. На первый взгляд в пакетах чего только не было. Но это пока я не попыталась одеться. И с ребенком явно будет попроще.

Так и вышло. Легкий спортивный костюм прекрасно подошел дочке, тонкие носочки и наша косынка и сандалики. И Аленка готова гулять. Я же перемерила все, что смогла быстро найти. И осталась крайне недовольна – кто это все покупал? Женоненавистники? Почему-то показалось, что в этих вещах я еще больше похожа на попрошайку-приживалку. И так грустно стало, что я чуть не расплакалась опять. Ну вот и как убеждать Яна Мстиславовича сжалиться? В таком-то виде.

Но в итоге дочка начала требовать внимания – надоело возиться с игрушками, поняла, что идем на улицу. Пришлось сочно надевать последний снятый комплект. Спортивные штаны, футболка, худи и кеды. Не ношу такое обычно, но сойдет. Остальное все равно ни лучше.

Спустились, в холле никого. Я с опаской повертела головой по сторонам и решилась проверить установленные границы. А их вообще кто-то установил? Прямого запрета выходить из дома одной не было. Тогда вперед. Уверенно направилась к входной двери – как мы приехали, я все равно не видела, но если затеряться в лесу… Это же Подмосковье, а не непролазная тайга. Рано или поздно выйду к дороге или другому жилью. Замерзнуть или умереть с голода точно не получится. Рискованно, конечно, но… Неизвестно, что хуже – уйти или остаться.

Дернула за ручку, дверь бесшумно открылась. Я спустилась со ступеней крыльца, приговаривая что-то ласковое Аленке на ушко. Отойти успела еще шагов на пять, и тут за спиной послышалось негромкое покашливание.

– Лада Игоревна, детская площадка за углом. Направо, пожалуйста.

Обернулась, выдавив самую милую свою улыбку.

– Спасибо, – поблагодарила высокого молодого мужчину в военной форме. – Нина не подсказала, куда идти.

– Я провожу, – он указал рукой направление, и я послушно потопала, разумеется.

А в голове такой сумбур. И о чем я только думаю? Уйти в лес? Можно. А дальше куда? Если Ян и его люди всю квартиру перевернули вверх дном, они точно нас там найдут. К маме надо ехать на автобусе или на поезде, значит, билет по паспорту покупать. Отследить – минутное дело для тех, у кого есть соответствующие возможности. Получается, бежать-то и некуда. И не на что. Сегодня в магазин пошли с наличкой – на карте деньги закончились еще вчера. Собиралась зайти в банк и закрыть счет, но, выходит, что закрывать нечего. И как дальше жить? Понятия не имею. Но попытка убежать от долгов явно не сделает ситуацию проще. Почему же тогда так и подмывает броситься прочь со всех ног? Очевидно, из-за страха. Но мне лучше не терять голову – чтобы не навредить дочке.

Мужчина, которого я определила, как охранника, довел нас до самой песочницы. И только после этого оставил в одиночестве. Нахмурилась, оглядывая явно совсем недавно возникшую тут детскую площадку. Не везде доделано, газоны еще не все расстелены. Клумбы, судя по всему, засадили совсем недавно. Зато покрытие безопасное и все необходимое есть – качели, песочница, горка, небольшой спортивный комплекс, скамейки. Не каждый двор в городе может похвастаться такой площадкой.

Аленка с радостью полезла в песок, увидев яркие формочки. Я присела на бортик. Нет, не понимаю… Если мы нужны Яну в качестве залога, то к чему организовывать такой уровень комфорта? Банальное гостеприимство? Частичная компенсация неудобств? Или я усложняю, и просто идет благоустройство окружающей дом территории? Вряд ли я когда-то узнаю ответ, да и не так уж важно, в общем. Но почему-то чувствовать себя в плену не получается. Если бы не Ян Мстиславович, завтра мне бы уже пришлось серьезно заняться поиском денег на самое необходимое – на еду. А пока все выглядит так, будто бы о расходах можно не думать. Правда, странно пытаться выкрутить из меня долги и при этом брать на себя дополнительные траты.

Снова пронзило острое чувство, что я знаю и понимаю далеко не все. Нужно расспросить Яна вечером. Если он, конечно, захочет отвечать. Если нет, тогда станет очевидно, что он что-то скрывает. Что-то важное. Что-то что перевернет восприятие этой ситуации для меня. И я опять возвращаюсь к началу – зачем кому-то обманом навешивать долги на вдову с ребенком без копейки денег?

Алене надоело лепить куличики, и она принялась играть с песком. Песчинки и пыль полетели вокруг.

– Нет-нет, – пробормотала я, вытаскивая дочь из песочницы. – Нельзя. Пойдем покачаемся.

Аленка захныкала, как и всегда, когда я ограничиваю ее шалости. Но на качелях быстро забыла обо всем. Я несильно подталкивала цепь, а дочка заливалась смехом. В моменты, когда она так радуется, мне кажется, что все у нас отлично. Как бы ни было тяжело.

Мы погуляли еще немного, потом поднялся уж совсем неприятный ветер. Домой заходить не хотелось – вечер приближается неотвратимо, а за ним и ночь. И что меня ждет после разговора с Яном неизвестно. Возможно, он выставит какие-то условия. Или принесет документы на продажу квартиры. И пусть я не против отдать все в счет погашения долга, остаться совсем ни с чем очень страшно.

Зябко повела плечами, окинув дом взглядом. Избежать разговора с Яном точно не получится, надо быть готовой к любому исходу. Что бы он ни сказал, придется соглашаться и выполнять. Потому что альтернатив я не вижу. И хорошо, если он сам знает, что следует сделать. Ведь если он будет требовать решения от меня, мне попросту нечего будет сказать.

В конце концов, я все же взяла дочь и нехотя направилась к крыльцу. Аленку надо накормить, искупать и успокаивать перед сном. И чувствую, сегодня это будет задача со звездочкой – слишком много нового за день. Эмоции, переезд, новые одежда и игрушки. Придется укачивать до победного, без рук вряд ли заснет.

– Лада, – Нина показалась в холле, как только мы вошли. – Алену можно в столовой покормить, у меня все готово.

– Спасибо, – сухо поблагодарила.

Как же она раздражает… Интересно, почему? Ведет себя так, будто бы лучше меня знает, что и как делать для Алены. Но она же няня, специально нанятый человек для заботы о моей дочке.

– Ян Мстиславович предупредил, что скоро приедет, – продолжила Нина, когда я усадила Алену в высокий стульчик.

Вздрогнула, услышав это, но предпочла сделать вид, что ничего не было. Значит, приедет не так уж поздно. Дочь я не успею уложить, скорее всего. Придется Нину просить. Неужели она справится? Не очень верится…