Текст книги "Эра героев. Антимаг"
![](/books_files/covers/thumbs_240/era-geroev-antimag-91205.jpg)
Автор книги: Анатолий Шкирич
Жанр: Боевое фэнтези, Фэнтези
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 6 (всего у книги 27 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
Ардас. Резиденция бургграфа
Полковник Отто Шваймс, командир городской стражи, шел по гулкому дворцовому коридору. Подбитые сапоги звонко щелкали по мрамору, и он ловил на себе презрительные взгляды придворных, почти беззвучно скользящих в мягких туфлях. Как обычно, больше всего на свете полковнику хотелось отдать приказ арестовать всех до единого в этих залах.
«Продажные клерки и канцелярские крысы, скоро на одного работягу будет по десятку чиновников, которые распорядятся за него последними грошами. Подойди к любому из них и скажи, что он арестован, и каждый сам вспомнит прегрешений на пожизненный срок».
На подходе к приемной к нему подскочил секретарь его светлости и попросил подождать пару минут – у бургграфа посетители. В скором времени резные двери гневно хлопнули, и из кабинета выкатился на коротких ножках красный от возмущения брат-капитулярий, за ним последовала пара офицеров из штаб-квартиры Ордена, явно чувствовавших себя не в своей тарелке.
«Уж лучше идти, выпрямившись во весь рост, в атаку под огнем противника, чем изображать из себя почетный караул позади этого коротышки», – мелькнула у полковника сочувственная мысль.
Напротив полковника толстячок остановился и громко заговорил, обильно жестикулируя и брызжа слюной:
– Доколе, я вас спрашиваю, доколе беззаконие будет твориться в этом городе? На офицеров Ордена устроили засаду среди бела дня! – Брат покраснел еще больше, и полковник даже заволновался, не хватит ли его удар.
– Позвольте вас спросить, уважаемый, а чем занимались ваши люди? Пивной бар вроде не самое подходящее место для времяпровождения ваших рыцарей?
– Они разыскивали особо опасного преступника, а ваши гнусные намеки оставьте при себе. Благодаря вашему попустительству по улицам расхаживают толпы вооруженного народа.
«К твоему счастью, это не так, – подумал полковник, представив описанную картину. – А то пришлось бы вызывать взвод, чтобы доставить твою задницу в стены миссии».
– Этот город вне юрисдикции Ордена, и вы были обязаны ждать разрешения властей на свои действия.
– Чтобы злостный рецидивист рыскал по мирному городу и угрожал жизням простых людей?
«На твоем месте я бы боялся как раз этих „простых“ людей: каждый второй, того и гляди, срежет подметки на ходу».
– По моим сведениям, все угрозы порядку исходили именно от ваших людей, сэр.
– Вы даже не смогли удержать его в своей тюрьме, он сбежал, не проведя там и суток! – Брат-капитулярий явно следовал по всем пунктам своего объемистого списка обвинений, даже не вслушиваясь в ответы. Один из офицеров задумчиво почесывал щетину, а второй изучал свое отражение в мраморных плитках пола. – Да, и мы убеждены, что ему оказывалась помощь извне. Будет проведено расследование и допрошены все, кто был заинтересован в его бегстве и переправке в другое место!
«Лучше бы ты с таким же рвением бегал утром по дорожке», – уже злясь, подумал полковник о брате-капитулярии.
– Последите за своими людьми, полковник! – не унимался служитель Ордена. – Я все больше убеждаюсь, что так называемое руководство города не справляется с насущными проблемами, – капитулярий развернулся и направился в сторону выхода.
– Наш город всегда справлялся с угрозами, как внутренними, так и внешними, запомните это, сэр!
Оглянувшись, толстяк наградил Отто Шваймса злобным взглядом, но, промолчав, удалился.
Постучав в резную створку двери, полковник зашел в кабинет. Его светлость Луи Матарини поприветствовал вошедшего наклоном головы и, не отрываясь от бумаг, указал на кресло. Седина уже тронула черные волосы обедневшего потомственного аристократа, сумевшего вынырнуть из нищеты, добиться всеми доступными путями влияния на высокопоставленных людей города и пробиться к вершинам власти. И вот уже в течение десятка лет Луи Матарини успешно балансировал на пике карточной пирамиды успеха.
Закончив просматривать дела, бургграф пригласил полковника пройти в небольшой соседний кабинет. В это помещение доступ имели лишь доверенные лица, а каркас из непроводящего эфир материала в стенах, а также многочисленные охранные чары оберегали от любой возможной слежки. Неяркие свечи и мягкие кресла создавали ощущение уюта.
– Угощайтесь, сударь, – его светлость указал на пузатую бутылку. Полковник налил на донышко хрустального бокала пурпурной жидкости. Матарини бесстрастно наблюдал, сцепив на груди изящные пальцы. Шваймс осторожно поднес фужер к лицу и вдохнул пряный аромат, затем посмотрел сквозь него на пламя. После чего бокал опустился на стол. Полковник макнул в вино кончик салфетки, а затем поджег ткань от свечи и понаблюдал за зеленоватыми вспышками пламени.
– Могильный яд, ваша светлость?
– Браво, мой друг, вы опять блеснули чутьем, – тонкие пальцы коснулись друг друга, обозначив аплодисменты. На столик был выставлен другой сосуд: – О нет, не волнуйтесь, это уже из моих запасов.
«Надеюсь, не из тех, что предназначены в подарок отравителю», – усмехнулся про себя полковник.
– Всего одна бутылка отравленного вина, ваша светлость? Неужели вас решили оставить в покое? – Полковник прикурил от пламени сигару и с наслаждением вдохнул дым.
– Не считая шкатулки от сенатора Амдала, с крохотным золотым ключиком, на котором случайно оказался шип с отравой, – Матарини легко улыбнулся. – В совете гильдий не смогли пока прийти к единому мнению, насколько им мешает беспокойный правитель, стоит ли меня подкупить или лучше убрать с дороги.
– Буду с удовольствием наблюдать за происходящим, ваша светлость, – пообещал Шваймс. Умело сталкиваемые Луи Матарини влиятельные кланы пока считали его наиболее подходящей компромиссной фигурой. А редкие претенденты на должность бургграфа зачастую бесследно исчезали или снимали свою кандидатуру после получения пакета с некими документами.
– Ну-с, перейдем к делам. Итак, наш приятель вышел из подполья собственной персоной. Очень интересная личность, если верить агентам, – бургграф пролистал несколько лежащих на столе донесений. – Местонахождение Устройства выяснить не удалось?
– Наши специалисты уверены, что оно под городом, но более точно определить не удастся до усиления энергетического фона. В несколько раз увеличилось количество шпионов Ордена и Конфедерации. Я уверен, что и они знают не больше нашего. По последним сведениям, они мобилизуют силы, братья шлют в Цитадель срочные секретные депеши. Расшифровать все не удалось, но, скорее всего, это просьбы о подкреплении. Маги отправили городским волшебникам письменные приглашения на срочный Совет Конфедерации.
– Второй объект удачно покинул нашу грозную темницу?
– Исчез совершенно таинственным образом, ваша светлость. Был разработан…
– План «Перехват», который результатов не дал, – подхватил бургграф. – Я подумывал, не приказать ли убрать охрану и следить за заключенным вполглаза, но ваши люди и сами великолепно справились на добровольных началах.
– Я позабочусь, чтобы виновные в этой преступной халатности поплатились своими должностями, – совершенно серьезно заверил Отто Шваймс, но бургграф лишь нетерпеливо отмахнулся.
– Проклятие, мой друг, не хватало нам еще полномасштабной войны, – Матарини отшвырнул бумаги. – Как только будет определено точное местоположение Устройства, здесь начнется светопреставление. Я не допущу оккупации, этот город всегда принадлежал простым людям, а не магам и чокнутым воякам Ордена. И так оно будет и впредь, пока я при власти. А пока начните подготовку к обороне, полковник. Гражданские учения или мобилизуйте купеческую сражу – на ваш выбор.
– Я уже распорядился. Вы уверены, что ваш план сработает?
– Единственный способ помешать этой войне – это убрать ее причину. Удача нам явно не повредит, – бургграф устало вздохнул. – Я рассчитываю на вас, Шваймс.
– Я отправил лучшего агента с объектом номер два, сэр.
– Тогда остается лишь ждать, пока все фигуры сами расставятся на доске. Итак, что у нас с пиратским союзом?…
Пригороды Ардаса
Недалеко от Ардаса, там, куда не долетал городской шум и неприятные запахи ремесленных слобод, расположилось небольшое поместье. Двухэтажный особнячок с высокой астрономической башенкой окружала лишь кружевная ограда, не было ни патрулирующих стражей, ни шныряющих по всем углам волкодавов. Но городское ворье согласилось бы скорее украсть любимую трость бургграфа, чем перелезть через этот забор. А все потому, что владелец поместья мастер Тар-Мион, мягко говоря, недолюбливал непрошеных гостей. Как поговаривали в тавернах, когда он пребывал в хорошем расположении духа, попавшие внутрь бедняги лишь проводили пару месяцев, квакая в болоте, а если уж он вставал не с той ноги… Даже только подумав об этом, собеседники выпивали залпом кружки и замолкали.
В данный момент владелец особняка сидел в халате напротив пылающего камина и читал письмо от Конфедерации. По залу разнесся сухой смех, и сообщение полетело в огонь.
«Этот жалкий Совет Магов думает, что сможет обуздать эту мощь. Наивные идиоты. К этому надо было готовиться всю жизнь. Как готовился и ждал я. И вот теперь колесо событий завертелось, и не успевшие покрепче ухватиться, просто улетят в небытие».
В гостиной появился его ученик. Теперь в нем уже не было надобности, но Тар-Мион не любил разбрасываться полезными вещами. В конце концов, если он отринет устав Совета, то кто осудит его за, скажем, жертвоприношение?
– Мастер, к вам гость.
– Проведи его сюда.
«Научи его и покажи ему свое мастерство», – говорили ему в Совете. Ну что же, события, при которых он будет присутствовать, войдут в анналы.
Тяжело ступая, в зал вошел посетитель. Плащ скрадывал его фигуру. Но Тар-Мион знал, что скрывается под ним. Полвека назад его коллеги устроили необычный эксперимент, заключив сущность своего неугодного коллеги в металлическую статую.
О, простых големов, оживших изваяний, и раньше создавали сколько угодно. Маги использовали их в качестве рабочей силы или охраны, но было одно «но»: как волшебники ни бились, они не смогли наделить их подобием разума. Всегда получались самодвижущиеся машины, способные копать отсюда и до обеда.
Но этот случай был особенным. Десятилетия Тар-Мион посвятил изучению хроник, восстанавливая историю полувековой давности по крупинкам несгоревших документов, свидетельствам выживших из ума стариков.
Прометей. Один из самых выдающихся изобретателей и чародеев своего времени. Вместе с товарищами он противостоял нарождавшейся мощи Ордена. Прометей был практически гением, но Тар-Мион не испытывал к нему ни малейшего почтения. Так глупо довериться коллегам – и потерять все. Он никогда бы не допустил подобной оплошности.
Сохранившиеся на обломках выгоревшего дотла сознания рефлексы и инстинкты были заточены в конструкте из неподдающегося магии сплава. Одна из попыток создать универсального бойца. После чего голем надолго исчез из поля зрения любых хроник.
Но Тар-Мион все-таки набрел на позднейшие отрывочные сведения. Развалины башни, принадлежавшей погибшему волшебнику, что создал голема… и пропавший конструкт. Похоже, спустя десятилетия разум и воспоминания частично вернулись к Прометею. И теперь он мог навести Тар-Миона на след таинственного Устройства – источника бесконечной магической энергии.
– Ты знаешь, кто я, и я знаю все о тебе, – в голосе не было эмоций, устройство просто произносило звуки.
«Интересно, – усмехнулся про себя маг, – а оно еще считает себя человеком?»
– Не будем сотрясать воздух. Я отдам тебе Источник. Мне он нужен только для одного заклинания, которое не изменит его силу.
– И что же ты потребуешь взамен? – Пусть конструкт считает себя неуязвимым. Тар-Мион не сомневался, что голем никогда не подпустит его к Источнику. Но в своей нынешней оболочке Прометей не смог бы и пушинку пошевелить с помощью магии. А железных кулаков Тар-Мион не боялся.
– Человек, что прибыл сюда из другого мира. Ты проследишь, чтобы он выполнил свою миссию. Договорились?
– Я согласен.
«Разговор, к которому готовился половину жизни, продолжался всего пару минут. Ну что же, не будем винить вселенную за краткость».
Подождав, пока гость покинет территорию усадьбы, волшебник спустился в подвал. К потолку поднялся огонек, осветив ровные ряды двухметровых доспехов. Пусть это не разумные существа, но он потратил годы на их усовершенствование. И хотя на них пошла простая сталь, но это было смертоносное для плоти оружие. Да и своего сверхразумного «товарища» они легко задержат на те несколько мгновений, пока Тар-Мион произнесет чары.
У стены лежал темный, поглощающий свет плоский камень. Его доставили с вершины горы, где он веками пролежал, впитывая лунный свет. Волшебник подошел к камню и окунул кисточку в чашу с размолотой пылью сорока редких подземных минералов. После нескольких плавных движений на каменной поверхности появилась многоугольная фигура. В местах пересечений линий маг разместил разноцветные пузырьки, причудливые камешки, пучки трав и продукты животного происхождения.
Изображение постепенно раскалялось, пока не засияло ярче висящего у потолка шарика. Тар-Мион еще раз проверил последовательность выложенных предметов и удовлетворенно хмыкнул. Поменяй он по неосторожности порядок – большинства из них – ничего не изменилось бы, но парочка артефактов при соприкосновении просто мгновенно высвободила бы всю накопившуюся энергию, разнеся поместье в щепки или превратив его в ледяные торосы.
Наконец приготовления были закончены. Тар-Мион вызвал в памяти устную форму заклятия левитации, тратя на него собственный запас сил. В очередной раз мелькнула мысль, что нужно установить механический подъемник в мастерской. Использование собственного резерва обернулось одышкой и вспотевшим лбом, но, памятуя о необходимости энергетической чистоты опыта, черпать силу из предметов не стоило.
Стальная фигура поднялась из шеренги и медленно переместилась в центр камня. В ногах конструкта волшебник поместил небольшую жаровню. С полки он снял солидный рукописный том. Это действо маг про себя называл приказированием. Написанная особыми чернилами, оставляющими сильный энергетический след, книга представляла собой список всевозможных приказов или последовательных действий. Фолиант отправился в огонь, и пламя начало жадно обращать страницы в пепел.
Сотворить жизнь из мертвой материи маги не умели. Для оживления стали эту самую жизнь нужно было из кого-то извлечь, причем дробиться она не хотела несмотря на все усилия.
Из клетки была извлечена крупная крыса.
«По разумности эти животные, веками учившиеся избегать хитроумных ловушек, ядов и хищников, превосходят даже некоторых двуногих обитателей Ардаса, – усмехнувшись, подумал маг. – Кто-то сегодня лишился ужина».
Тар-Мион поднял изогнутый серп и чиркнул острой кромкой по шее зверька. По специальной выемке инструмента побежала темная кровь. Ее капли тоже отправились в пламя. Оставалось лишь прочитать длинное заклинание. Вполне возможно, что некоторые слова в нем оказывали эффект не более чем бормотание старухи на лавке, но остальные соединяли невидимыми стяжками все компоненты чародейства в единое целое.
Простейшими заклятиями могли пользоваться даже обычные люди. Главное, чтобы руны, свитки и артефакты были созданы колдунами. К величайшему сожалению всех чародеев, это позволило простонародью почувствовать себя причастным к истинному волшебству, а Ордену – даже создать технику на основе магической энергии.
«Но попробовал бы кто-нибудь из них сотворить Такое, – с самодовольной улыбкой подумал Тар-Мион. – Никакие кособокие рисунки, диковинные колдовские вещички и аляповатые значки не смогут заменить настоящий чародейский интеллект».
«Пусть губы произносят строки из книги, руки делают сложнейшие пассы, но главное то, что ты держишь в своем сознании. Недостаточно просто представить, как кровь животного впитывается в металл, наделяя его памятью былой жизни. Или вообразить, как невидимая энергия эфира проникает в каждую крупинку доспехов, создавая магическое подобие мускул и сухожилий. Или знать, какой силой обладают правильные слова заклятий, что управляют сущим. Нужно действительно поверить в происходящее. Тот, в ком эта вера непоколебима, способен стать истинным волшебником».
Доспехи затряслись, раздался скрежет сминаемых пластин. Дергающийся, словно одержимый демонами, конструкт, казалось, вот-вот слетит в судорогах с постамента, но его части словно ударялись в некую невидимую стенку над камнем. Из щелей между металлическими деталями латных ботинок начал сочиться багровый свет, постепенно поднимаясь вверх, словно внутри доспеха поднимался раскаленный поток лавы, и, наконец, из запрокинутого в беззвучном крике шлема вверх ударил поток огня, растекшийся сверкающим облаком по потолку. Через мгновение пламя втянулось назад в конструкта, и латный доспех замер на камне.
Маг задумчиво обошел вокруг своего творения.
– Сойди с камня.
Немного скрипя соединениями, металлическая статуя грузно шагнула вниз. Следуя приказам, конструкт вооружился длинным мечом и, легко взмахнув им, разрубил надвое стол.
«Жаль, что опыты над людьми пока запрещены. Сколько их ежедневно умирает напрасно. Когда-то мои коллеги сотворили потрясающее создание из металла с сознанием человека. В скором времени можно будет продолжить их опыты, когда Совет Конфедерации уже перестанет что-либо значить».
По правилам жанра теперь следовало злобно расхохотаться, но от такой выходки у мага поднялось бы артериальное давление.
Повинуясь приказу, конструкт прошагал к следующей стальной фигуре и потащил ее к камню. Конвейер заработал.
Ветка колючего кустарника, взведенная идущей впереди девушкой, со всего маха попыталась ударить Александра по лицу. Попытка не удалась, но растение передало эстафету следующему кусту.
– … и тогда нас бросили в крытую повозку и доставили в тюрьму. Где нас и нашел этот высоченный Мистер Неизвестность, – вот уже час они пробирались по поросшей кустарником долине в городских предместьях. За это время Александр успел поведать Эллис их короткую историю.
– Итак, я должна поверить, что мистер Худой, встретив в лесу бездомного бродягу, выслушивает его безумную сказочку, верит ему и начинает помогать, рискуя жизнью? – фыркнула девушка.
– Где-то внутри я очень добрый, – Сол снял плащ, дабы не разорвать его о ветки, и теперь колючие растения оказались бессильны против голой кости.
Повернувшись, Эллис смерила взглядом просвечивающую насквозь грудную клетку.
– А на вид так совершенно бессердечный.
– Да, да. Давайте смеяться над бедным умертвием. Считаешь, что я нашел бедного умалишенного и решил озолотиться на невольничьем рынке? Да сколько бы там дали за такого доходягу, да еще с пеной у рта рассказывающего забавные истории?
– Я доверяю Солу. Если бы он не помог, меня бы уже схватил Орден или я бы заблудился в вашем жутком лесу.
– Алекс, твое мнение очень важно и будет принято к рассмотрению, но именно я лидер нашей группы и отвечаю за твою жизнь, – в словах девушки сквозила явная гордость. – И только я принимаю решение, кто с нами идет дальше.
– Отлично! Но подумай сама: лишняя пара рук всегда кстати. К тому же ему даже ничего не платят.
«Это точно ее первое задание. Что ж, подбирается просто великолепная команда!»
– Эй, народ! Я хоть формально и умер, но сейчас я здесь. Так что хватит говорить обо мне в третьем лице!
– Слушай, Алекс, если ты попал в сказочное, по-твоему, место, то не думай, что здесь сбываются радужные мечты о добрых путниках, помогающих тебе за просто так, – тонкий клинок рассек ветку, посмевшую перегородить путь. – Ладно, пусть пока идет с нами.
– Я попал в сказочное место? Ага, припоминаю! Меня пытались съесть, застрелить, потом посадили в каталажку. Сказка? Скорее уж кошмар!
– И что же ты в лесу потерял, а, Сол? – недоверчиво поинтересовалась у мертвяка Эллис.
– Собирал всякие травки. Сама знаешь, новолуние, самый пик.
– Так в черте города они же загрязнены отходами магии.
– Ну так кто их разберет, трава и есть трава, – пожал плечами костяк. – Платят за количество, а не за качество. А можно спросить, куда мы, собственно, направляемся?
– Можно, – усмехнулась девушка.
К этому времени они вышли из лощины к особнякам предместья.
Воспоминания о лучших годах ближайшей усадьбы хранились разве что в древних хрониках. Повалившаяся ограда была не преградой, а деревянным пунктиром вокруг владений, а царившие в саду сорняки праздновали полную победу.
Когда они прошли по останкам дорожки к щеголяющей облупившейся краской двери, девушка дернула за дверной звонок. После двух глухих стонов язычок отвалился и полетел в кусты.
Из глубины дома раздались шаркающие шаги. Наконец дверь со скрипом отворилась, и на пороге возникло заспанное лицо полноватого лысеющего господина неопределенного возраста.
– Да? – Уставшие глаза владельца прошлись по троице.
– О, боги, я знаю, кто это! – воскликнул Сол.
– О нет, опять зеваки! Проваливайте ко всем демонам! – Домовладелец попытался захлопнуть дверь, но ему помешал сапог Эллис.
– Эй, мы по делу, и это в твоих же интересах! – воскликнула девушка, пока дверь пыталась все так же безуспешно закрыться. – И не заставляй меня вламываться силой!
Скрипящая створка поддалась, и незваные гости вновь столкнулись с хозяином дома лицом к лицу.
– Надеюсь, ты не будешь держать даму на улице? – Девушка сняла шлем, рассыпав по плечам волну волос.
– А у меня есть выбор? – печально вопросил хозяин.
– О, он есть всегда, – Эллис шевельнула ножны на поясе.
– Ну что ж, проходите, гости дорогие! – Домовладелец театрально распростер руки. – Будьте как дома, хотя вы уже и так не стесняетесь.
Чуть приотстав от двинувшейся по коридору вглубь особняка девушки, Александр обратился к Солу:
– Давай выкладывай, кто это, вообще, такой.
– Его зовут Мидас. Это имя тебе ни о чем не говорит? М-да… Вкратце, на него то ли наложили проклятие, то ли он нашел и съел что-то нехорошее, мне неизвестно. Но в результате, чего Мидас ни коснется – все обращается в золото, – на этом скелет замолчал.
Александр окинул взглядом обтрепанную обивку мебели и облезшие стены большого зала. Как-то это все не вязалось со столь чудесным даром. Эллис расположилась на пыльном диване, сам он опустился на старое кресло, а скелет прислонился было к стенке, но затем, смахнув с себя парочку упавших с потолка пауков, отошел к давно не топленному камину.
– Итак, господа, чем, так сказать, обязан? – Александр заметил, что владелец дома носил кольчужные перчатки. Не золотые, но явно не из простого металла.
– Где же оно завалялось? – Эллис чуток поскрежетала доспехами, а затем вытащила из кармана штанов серебристое колечко и свиток, который развернула. – «Господин Мидас! Зная о постигшем вас несчастье, я уделил этому феномену достаточно много внимания и готов предложить вам свое решение. Чтобы убедиться в правдивости моих слов, опробуйте это кольцо. Надев его, вы на некоторое время лишитесь ваших способностей».
Эллис хотела было протянуть кольцо толстяку, но затем, подумав, положила его на стол. Вздохнув, Мидас стянул с левой руки кольчужную перчатку и поднял серебристый ободок.
«Судя по его кислой физиономии, это не первая панацея, которую он пробует», – решил Александр.
Подержав кольцо некоторое время на ладони и, видимо, не дождавшись чего-то особенного, Мидас надел его на палец. Все, кроме разве что скелета, непроизвольно затаили дыхание. Но ничего не случилось. Затем Мидас медленно взял в руку стоящий на столе бокал. И опять ничего не произошло. Кроме того, что толстяк истерично расхохотался.
– Да! Наконец! – По пухлым щекам потекли слезы. Выроненный бокал покатился по полу. – Столько лет…
– Эй, давай немного успокоимся! – Однако голос девушки был заглушен криками радости и раскатами смеха. Встав, Эллис энергично затрясла хохочущего Мидаса. Через некоторое время он замолк и поднял на нее все еще немного безумные глаза. – Давай я дочитаю письмо, а потом ты сможешь продолжить, ладно? – Дождавшись кивка, Эллис села обратно. – Итак, где это… «Действие кольца ограничено одним часом. Для достижения постоянного результата вам потребуется оказать мне услугу. Надеюсь, в это время вы согласно киваете, – голова Мидаса затряслась. – Вы должны последовать за предъявителем этого письма и совершить путешествие, по окончании которого вы навсегда избавитесь от своей проблемы».
– Да я согласен! На все что угодно! – закричал Мидас.
«Тут всем что-то наобещали. Интересно, а что пожелала для себя Эллис?» – задумчиво поглядел на девушку Александр.
– Тогда пакуй самые необходимые вещи. Предупреждаю, идем налегке. И это займет пару недель, а возможно, и месяц.
– Да! Подождите меня немного, я быстро, только пара минут, – подпрыгивая, Мидас исчез в глубине дома.
Некоторое время все смотрели вслед толстяку, а затем Сол и Эллис переглянулись и печально вздохнули.
– У меня возник вопрос… – договорить Александр, однако, не успел.
– … почему, если он обращает все в золото, то до сих пор не скупил все банки гномов? – закончил за него скелет. – Ха-ха, тут есть небольшая загвоздка. Приписка мелким шрифтом в договоре, которую никто не читает. Прикоснувшись к твердому предмету, Мидас превращает его в золото, да. Только вот спустя час или два это золото рассыпается в пыль. Поначалу он славно так погулял, а теперь при совершении крупной сделки, сначала узнают, где Мидас, затем ждут час и только потом хлопают по рукам.
– Ага, он тогда почти половину своего дома изничтожил, пока не заказал перчатки из непроводящего магию сплава, – добавила Эллис. – Теперь уже никто не считает это завидным даром. Разве что когда нужно что-то уничтожить. Вечно ходить в металлических перчатках – это брр, – поежилась девушка.
«А свои кольчужные рукавички ты снимаешь, только ложась спать?» – подумал Александр, глядя на боевую амазонку.
– А почему ему не переехать куда-нибудь? – поинтересовался он вслух. – Где его никто не знает?
– А теперь его портреты уже у всех купцов есть, он идет по разряду «особо опасен», – рассмеялась девушка. – К Мидасу даже экскурсии иногда водили, пока не довели его до помешательства всякими дурацкими просьбами типа: «папа, папа, а пусть дядя превратит в золото нашу злую воспитательницу».
– Да, это не тот человек, которому с радостью пожмешь руку, – хмыкнул Сол.
По коридору к ним уже спешил одетый по-походному Мидас с огромным рюкзаком за спиной. Неизменные перчатки были на нем.
– А вот и я! Ну мы вроде как спешили?
– В дне пути отсюда есть небольшая деревенька, там заготовлено все необходимое, – Эллис задумчиво посмотрела на скелета. – Только вот я не рассчитывала на наличие неживых спутников.
– О, нет проблем! – отмахнулся от нее Сол. – За последний десяток лет я привык к этому плащу.
«Я уже не верю, что все закончится само. Значит, моя судьба в моих руках», – Александр оглядел своих попутчиков. Мидас был явно полон надежд на светлое будущее, в Эллис он чувствовал решимость и уверенность в своих силах. Солу же можно было играть в покер. Когда костяк молчал и не двигался, он был ненамного эмоциональней книжного стеллажа. «Но, когда все это закончится, мне бы не хотелось забыть все, как простой сон. По-настоящему все это или нет, но это самое захватывающее, что случалось в моей жизни».
Через пару минут из старого особняка вышли четверо путников. Вокруг не было ни души, но, сколько пар глаз за ними наблюдало на самом деле, не знал никто.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?