Читать книгу "Нечеловеческий фактор"

Неслабо! Чем же снаряжен магазин древней штурмовой винтовки?!

Не так она представляла себе первый бой. Да если честно – не представляла вообще. Экипировка, выданная Михалычем, спасла от тяжелой контузии, но иллюзий относительно шансов на победу Лера не строила. Механизированный взвод состоит из двух «Фалангеров» и трех «Хоплитов». Значит поблизости есть еще серв-машины, от которых старенькому вездеходу не уйти.

Тем временем они добрались до цели. Михалыч затормозил, юзом разворачиваясь в направлении Цоколя, выскочил из кабины и метнулся к закопченным обломкам колониальной машины.

– Живой! – пришел по связи его доклад. – Антошка живой!

– Резче давай!

Лера с трудом сдерживала андроидов. Поначалу те оказались далеко, на невыгодных позициях, но быстро приближались, фокусируя огонь. Ближайшие постройки уже зияли дымящимися дырами в бетоне. Импульсное оружие пробивало стены, как картон. Хорошо хоть Михалыч все рассчитал по уму, развернул вездеход не прямо на дороге, а в распадке между двумя оплывшими взгорками из спрессованного строительного мусора.

Она срубила еще двоих андроидов, ощущая, как по скуле течет кровь: зацепило осколком.

Лязгнул люк грузового отсека, взревел двигатель, и старенькая машина рванула с места.

«Хоплиты» так и не появились.

Окрестности вновь начало затягивать мглой, что играло на руку. Дерзкая, спонтанная спасательная операция неожиданно увенчалась успехом, но осадок остался крайне тяжелый.

Пальцы мелко подрагивали, когда она меняла опустевший магазин «АРГ–8». Что же случилось? Почему андроидами был отвергнут командный код, который по идее должен работать безотказно? Ей, как лейтенанту ВКС, обязана безропотно подчиняться любая планетарная техника, вплоть до серв-машин.

Отменить эти полномочия можно лишь со снятием звания. Либо общим приказом, обнуляющим все командные коды. Оба варианта казались маловероятными, но с фактами не поспоришь.

Сначала непонятное происшествие на орбите, теперь сбой наземной техники. Надо добраться до военного городка, доложить командиру гарнизона. Может он даст толковый ответ на вопрос: что тут вообще происходит?!

* * *

Ксюша играла с другими детьми. Лера некоторое время стояла, наблюдая за ними. Реутова в тяжелом состоянии увезли в медблок, и лейтенант снова оказалась предоставлена сама себе.

Вскоре Ксюша ее заметила, подбежала, взглянула испуганно:

– Лер, а ты чего такая?

– Какая? – она присела.

– Бледная. Ты подралась?! У тебя кровь! Тебе к врачу надо!

– Пустяки, милая. Порезалась. Поиграй еще немного с ребятами, я сейчас возьму машину, и мы поедем домой.

– Ура. А папа вернулся?

– Не знаю. Вот приедем и посмотрим. Ладно?

Девочка кивнула. Она, как и любой ребенок воспринимала реальность под своим углом зрения, не отягощаясь заботами взрослых.

Михалыча Лера отыскала с трудом. Оказывается, старый андроид нуждался в периодической подзарядке, – его встроенный реактор по какой-то причине отказал, а замены не нашлось.

Люди, постоянно проживающие в Цоколе, на вопросы реагировали настороженно, отвечали неохотно, не проявляя ни капли дружелюбия. Махнут рукой в неопределенном направлении и идут себе дальше.

Андроид стоял в неглубокой нише. Ангар, где ремонтировали планетарные машины, полнился шумом. Рабочий день был в разгаре и здесь мерцала сварка, гудели механизмы, перекрикивались рабочие, словно понятие «сеть» для них не существовало.

– Михалыч, ну вот куда ты подевался?

– Извини. Заряд не рассчитал. Пришлось срочно сюда бежать, иначе бы остановился.

– Как Реутов?

– У Антона сильная контузия и пара осколочных ранений. Выкарабкается.

– Нам с Ксюшей надо до военного городка добраться. Дашь машину?

– Лишних машин нет. Ты ведь обратно ее не пригонишь?

– А автопилот на что?

– Нет у нас средств автоматизации.

– Почему? – удивилась Лера, присев на кофр, выступающий из основания штабеля.

– Неудачная прошивка. Когда на планете появилась база Альянса, всю колониальную технику, кроме критически-важного оборудования Цоколя, перепрограммировали, но что-то пошло не так. Проблемы с совместимостью. Военным-то все равно, ведь большую часть населения колонии они мобилизовали, а нам проблемы, если не сказать – горе.

– А старая прошивка? Вернуть все на место не вариант?

– Так основной модуль колониального транспорта от нас забрали. Подняли в космос с помощью технических носителей, и поминай, как звали.

Лера сокрушенно кивнула. Теперь понятно отношение местных.

– Ты не печалься, – приободрил ее Михалыч. – Я вас сам отвезу. Вот только подзаряжусь немного.

– Ладно. Спасибо. Кстати, а разве колониальные андроиды не комплектуются встроенным реактором?

– Откуда ж ты такая наивная взялась? – спросил Михалыч, но видя ее неподдельное недоумение все же пояснил: – Машины серии «Хьюго» до сих пор воюют на стороне Колоний. Я подлежал уничтожению. Вот и пришлось перейти на накопители, чтобы сигнатурой реактора не отсвечивать.

– И как же ты нас в город повезешь?

– Да не волнуйся, вопрос решился пару лет назад. Антон похлопотал. Мою нынешнюю схему питания признали не опасной. Ресурс накопителей правда ограничили, вот и бегаю дважды в сутки на подзарядку. Ты пока сходи пообедай, Ксюшу накорми, дорога все же не близкая. Я через часик вас сам отыщу.

– Хорошо, – Лера пребывала в тревожной задумчивости. К обитателям Цоколя она не испытывала враждебности и не понимала почему Земной Альянс так поступил по отношению к ним? Вообще у нее накопилось много вопросов, ответ на которые пока лежал вне понимания.

* * *

Путь до военной базы оказался долгим. Время коротали за разговорами. Ксюшу взрослые темы не интересовали, и она удобно устроилась в пассажирском кресле, погрузившись в личную «VR»[5]5
  Читается и произносится «Ви-ар».


[Закрыть], благо мощности кибстека и нейросетевого модуля импланта хватало на формирование индивидуального цифрового пространства.

Нормальных дорог между военным городком Альянса и древним Цоколем никто не построил. Вся военная техника обладала адаптивной системой нагрузки на привод, – проще говоря встроенным антигравом, позволяющим менять вес машины, в зависимости от характера местности, а до колонистов никому не было дела.

Вокруг простирались изрезанные оврагами пустоши. Обычный пейзаж на первой стадии терраформирования. Датчики показывали низкий процент кислорода и множество вредных примесей в воздухе.

– Как называется планета?

– А то не знаешь?

– Нет. Во всех доступных мне каталогах звездная система значится под номером.

– О́рия, – произнес Михалыч, сделав ударение на первой букве.

– С каким-то смыслом? – поинтересовалась Лера.

– Нет. Скорее по созвучности, – ответил андроид. – Мы ведь с борта колониального транспорта «Орион–14».

– Почему «14»?

– Так транспорты в эпоху «Исхода» выпускали сотнями и уникальностью названий особо не заморачивались.

– Далековато же вас забросило от Земли.

– Дело случая, – пожал плечами Михалыч. – Сначала «слепой рывок», ну а затем, когда уже прочно заблудились, подзаряжали накопители гиперпривода и совершали короткие прыжки, в поисках системы с подходящей планетой. Двадцать три погружения в гиперкосмос, насколько помню.

– Участвовал?

– А как же. Активировали сразу. Надо ведь кому-то за криогенными камерами присматривать.

Вездеход к этому моменту преодолел сложный участок рельефа и начал набирать скорость. Слова андроида неожиданно послужили триггером памяти, пробудив несколько далеких воспоминаний.

Лера внезапно ощутила себя девочкой. Наверное, лет десяти.

Было очень холодно. Окружающее тонуло во мраке, лишь кое-где контрольные огни терминалов скупо подсвечивали фрагменты решетчатых палуб, расположенных ярусами. Гудели электромоторы, лопасти огромных, встроенных в переборки вентиляторов создавали циркуляцию воздуха.

Она помнила мешковатый комбинезон техника, который пришлось надеть и андроида колониальной модели.

«Что тут стряслось?», – незнакомый пожилой мужчина неожиданно появился из сумрака, напугав девочку.

«Сбой криоинмода, – лаконично отчитался андроид. – Пришлось экстренно пробудить».

Лера дрожала. Теплый, интересный, щедрый мир, где она росла вместе со сверстниками, куда-то исчез. Словно она спала, видя чудесный сон, и вдруг открыла глаза в незнакомом месте.

«Не бойся. Хьюго сейчас отведет тебя на резервную палубу, и ты снова попадешь домой», – раздался голос.

Память попыталась саботировать, но лейтенант не позволила. Усилием воли она заставила нейросетевой модуль импланта ухватить нить воспоминания, удержать образ девочки и ощущение холода, по крохам воссоздавая ту пугающую обстановку.

Андроид привел ее к сегменту подъемника. Началось плавное движение вверх, мимо множества ярусов, где бесконечными теряющимися во тьме рядами стояли однотипные устройства. Теперь лейтенант понимала, – это были криогенные камеры, но не обычные, а какой-то не серийной модели.

Еще она несколько раз мельком замечала секции обзорных экранов, усеянных звездами.

«Где же все происходило?»

Сопряженная с рассудком искусственная нейросеть, являющаяся основой боевого расширителя сознания, вновь прокрутила выхваченные из памяти зрительные образы, остановила запись и укрупнила один из экранов, давая возможность разглядеть не только звезды, но и коды, отображающиеся у нижнего среза изображения.

«Корпорация Римп-кибертроник. Колониальный проект „Исход“», – все оборудование имело одинаковую маркировку, – подметила Лера, пристально изучая собственное воспоминание.

Затем перед мысленным взором развернулась панорама звезд. Цифры в отдельном оперативном окошке отображали точные координаты объекта, которые система ее импланта расшифровала быстро и однозначно.

«Солнечная система. Пояс Койпера».

Данные легли в память кибстека отдельным файлом с пометкой «важно».

…

Мимолетное воспоминание поблекло, но благодаря сопряженным с рассудком искусственным нейросетям[6]6
  Нейрочипы интегрированы в имплант. Вместе с системой вживленного устройства, датчиками и средствами связи они составляют основу «расширителя сознания», по мере необходимости формируя дополненную реальность.


[Закрыть], оно уже не исчезнет без следа, будет доступно для повторного просмотра и детального анализа.

– О чем задумалась?

Лера не собиралась делиться с андроидом сокровенным. Просто пожала плечами, через локальное соединение проверила, как там Ксюша, и сухо спросила:

– Далеко еще?

– Километров десять, – Михалыч выделил на обзорном экране высотное сооружение. Даже издали его контур выглядел изломанным – часть постройки превратилась в руины. – Вот почему нет связи. Это был коммуникационный центр.

Новость не порадовала. Видимо один из крупных орбитальных обломков рухнул на территории военной базы.

Пустошь закончилась. Появилась нормальная дорога. По обе стороны проезжей части располагались приземистые промышленные корпуса, а вскоре показался роботизированный периметр: воздух над ним сгущался, пыль местами принимала форму сегментов незримого купола, не в силах проникнуть внутрь защиты, – значит системы обороны и жизнеобеспечения работали исправно.

Вездеход остановился перед воротами. Здесь дежурили два андроида пехотной поддержки.