Читать книгу "Осколки"

Глава 3

Неизвестная точка пространства…

В первый момент после случившегося Антон почувствовал полную дезориентацию. Неожиданно появилась невесомость. «Я в космосе?!» – шарахнула неприятная мысль.

На борту «Х-страйкера» сработала аварийная механика, – отключились ограничения доступа, а внутренние люки теперь можно было открыть вручную, что не противоречило регламенту внештатных ситуаций.

Сердце билось неровно, в ушах шумело, а сознание сбоило – мысли на несколько мгновений стали рыхлыми и бессвязными. Взять себя в руки стоило усилий, но он превозмог слабость и начал действовать: придерживаясь за специальные скобы, Антон проплыл по короткому коридору ко входу в рубку управления истребителем и открыл массивный люк, по ходу движения сломав предохранитель аварийных химических источников света, встроенных в переборки.

Тусклое сияние озарило кабину. Он добрался до кресла, пристегнулся и осмотрелся.

Консоли управления были безнадежно мертвы. Хуже того – «синапс» Антона тоже ушел в сбой, – вот почему так резко помутилось сознание!

Единственным устройством, которое продолжало работать, был автономный масс-детектор. Сейчас в объеме выпуклого полусферического экрана отображалось несколько блуждающих силовых линий, расположенное поблизости крупное небесное тело, да россыпи крохотных засечек, образующих скопления вдалеке.

«Не беда. Прорвусь».

Надежный во всех смыслах, проверенный войнами и временем «Х-страйкер» оснащался дубль-системами, необходимыми для экстремальных полетов вдоль силовых линий гиперкосмоса. Там, где не работают кибернетические компоненты, пилотировать всегда приходилось по старинке, полагаясь на собственное зрение, опыт и реакцию. Именно для этого предназначались несколько рычагов, ручка, похожая на древний самолетный «РУС» и запас реагентов, необходимых для работы струйных движителей, используемых в случаях, когда отказывает силовая установка корабля.

Потянув несколько механических приводов, Антон открыл бронежалюзи. Узкие смотровые триплексы значительно ограничивали обзор, но в его ситуации выбирать не приходилось. О голографических экранах и дополненной реальности пока придется забыть.

Истребитель дрейфовал, медленно вращаясь. Небесным телом, замеченным на масс-детекторе, оказался крупный, угловатый обломок планеты, окутанный легкой дымкой атмосферы, а далекие нечеткие сигналы – скоплениями астероидов. Все это накладывалось на фон газопылевой туманности, источающей тусклое и неровное, зеленоватое свечение.

Антон понятия не имел, куда забросила его вертикаль гиперкосмоса, но времени для наблюдений и адаптации у него не оказалось, – из-за близкого, изгибающегося дугой серпа красноватой зари, подсвечивающей фрагмент планетоида, внезапно появилось то самое энергетическое существо, с которым безуспешно пытался бороться логр-компонент!

Тварь чувствовала себя вполне уверенно. Гиперпространственный переход ей ничуть не навредил. Даже при неработающих сканерах загадочную форму жизни оказалось нетрудно обнаружить: пылающая во мраке сигнатура получила совершенно неожиданную степень визуализации, словно это пространство имело свойство зримо проявлять энергии.

«Заметит или нет?!» – Антон пристально наблюдал за инопланетным существом, машинально производя необходимые действия. Устройство «Х-страйкера» он знал досконально. Такого рода техника пользовалась заслуженной репутацией среди старателей Первого мира.

Сработал еще один механический привод, и в недрах истребителя открылись две емкости с реагентами. Их смешение привело к образованию газа, который под высоким давлением заполнил баки струйных движителей.

Подсознательно Антон ждал агрессии, готовился драться за свою жизнь, но инопланетная тварь не обратила никакого внимания на лишенный энергии истребитель. Зато на орбите расколотого планетоида внезапно появился новый участник событий. Огромный космический корабль, удивительным, даже можно сказать – немыслимым образом сочетающий в себе кружево металлоконструкций и энергетические поля, резко приблизился, атакуя.

Загадочное существо, недавно заставившее логр-компонент пойти на крайние меры, внезапно оказалось в роли жертвы. Нити энергий, формирующие его облик, заметно исказились, словно их смяло незримым силовыми полями. Неизвестный корабль тем временем исторг потоки призрачного света, молниеносно и безжалостно превратив пространственного хищника в жалкие, быстро гаснущие обрывки уничтоженной сигнатуры.

Все это заняло десять-пятнадцать секунд. Исполин вновь резко ускорился, на миг утратив резкость очертаний, и вновь «материализовался», но уже в паре тысяч километров от места схватки.

Стечением обстоятельств Антон оказался в роли песчинки, попавшей меж жерновов. Никто специально не атаковал его «Х-страйкер», но силы, задействованные в коротком противостоянии, влияли на саму ткань пространства: ближайшее семейство астероидов сорвало с орбит, перемешав и раскрошив их, как в блендере.

Локальные искажения метрики выглядели как волны черной ряби, расширяющиеся от эпицентра по сфере. Атмосферу планетоида мгновенно помутило ураганом, а куски раздробленных астероидов запустило, как из пращи, – Антон успел заметить несколько раскаленных росчерков и огненные всплески соударений, произошедших далеко внизу.

В следующий миг его «Х-страйкер» подхватило, словно невесомую былинку и швырнуло навстречу планете.

* * *

Похожее на мрамор небо пылало прожилками ветвистых энергетических разрядов.

Минута отчаянной борьбы за жизнь отняла все силы. Антону удалось превратить неуправляемое падение в траекторию снижения, но даже это не помогло избежать рокового удара: истребитель пропахал глубокую борозду в поверхности планетоида и застыл дымящейся грудой металла.

Сбившее его явление не поддавалось идентификации. Имплантированные базы данных глухо молчали, что означало: люди ранее не сталкивались ни с чем подобным, несмотря на двухтысячелетний опыт экспансии.

Антон уцелел, но на этом хорошие новости заканчивались. Он затерялся в пучинах гиперкосмоса и потерпел крушение, фактически оставшись без средств к выживанию.

Поднять кибернетическую сеть не удалось. Ни одно устройство не отреагировало на попытку перезагрузки, в том числе и личный войсковой «синапс», что свидетельствовало о крайне высоком уровне аномальных энергий, – только их воздействие способно превратить высокотехнологичное оборудование в бесполезный хлам.

Работали лишь простейшие агрегаты, такие, как сервомускулатура скафандра, – усилие на их моторы передавалось напрямую, от напряжения различных групп мышц.

Антон выбрался из покалеченной машины и огляделся.

Пустые слоты аварийно сброшенных в атмосфере реакторов темнели двумя оплавленными углублениями. «Х-страйкер» не выдержал удара – по обшивке змеилось несколько крупных разломов.

К слову, – индикаторы питания бронескафандра едва тлели. Микроядерные батареи, – фактически безотказный источник энергии, катастрофически потеряли в мощности, и, судя по всему, их ресурса хватит ненадолго. Что-то агрессивно воздействовало на любые подсистемы, – на поверку даже обыкновенные моторы не выдавали номинального усилия.

«Жесть…» – он осмотрелся в ожидании новых проблем.

Шли минуты, но местом крушения пока никто не заинтересовался. Загадочный корабль тоже куда-то исчез.

Антон извлек из набора выживания простейший химический анализатор, сломал пломбу на тестовой полоске и выждал несколько секунд. Индикатор посинел приблизительно на четверть длины, не проявив красных штрихов. Значит уровень кислорода в местной атмосфере примерно пятнадцать процентов, а убийственных примесей нет. Годится.

Повторный пристальный осмотр окрестностей ситуацию не прояснил. Вокруг простиралась пустошь, вдалеке темнели холмы. Никаких признаков цивилизации, но вряд ли крупный фрагмент планеты, сохранивший кислородосодержащую атмосферу, окажется необитаем. Такие миры, пусть даже и подвергшиеся непонятной пока катастрофе, слишком ценны, чтобы пустовать.

«Значит, нечего тормозить», – мысленно рассудил Антон. Он понимал, что место падения «Х-страйкера» неизбежно привлекло внимание. Вскоре тут обязательно кто-нибудь появится. «Надо уходить и понаблюдать издалека».

Иллюзий относительно «братьев по разуму» он не питал. Личный опыт общения с чужими кровоточил множеством примеров их коварности и жестокости. Неважно к какой из цивилизаций принадлежат те или иные ксеноморфы, – они враги по определению, пока не доказано обратное.

Он быстро провел ревизию имеющихся припасов. Встроенная герметичная туба с водой и две упаковки пищевых таблеток входили в штатный «НЗ» бронескафандра. Хватит на несколько дней если экономить, особенно воду. Импульсное оружие из бортового арсенала «Х-страйкера» не работало. При попытке его активации не загорался даже индикатор питания. Антон на всякий случай вскрыл кожух и увидел, что штатные энергоблоки истощены, – они потемнели, не источая даже фоновых сигнатур.

К счастью, он никогда всецело не полагался на высокие технологии. Опыт выживания в Первом мире с детства привил недоверие к электронике. Как и большинство старателей, Антон всегда имел при себе запасное оружие, – в его случае двенадцатизарядный «Гервет» – наследие далекой эпохи Великого Исхода.

«Химические реакции тут точно протекают», – он дослал патрон в ствол, поставил оружие на предохранитель и, пока еще дышат микроядерные батареи бронескафандра, зашагал к цепочке замеченных ранее возвышенностей.

* * *

На склоне ближайшего холма Антон неожиданно наткнулся на руины. Изрядно выветренные огрызки стен располагались несколькими концентрическими окружностями. В центре загадочного архитектурного ансамбля зиял глубокий провал, вероятно промытый водой. Оттуда доносились настораживающие звуки: какой-то стук, позвякивание, а иногда и лязг.

Без систем активного сканирования (штатный «Аметист» скафандра тоже находился в сбое), недра не поддавались дистанционному изучению, а лезть внутрь промоины он пока остерегся. Мало ли кто там копошится? Отвлекаться на попутно возникающие загадки или поддаваться напрасным волнениям сейчас не время, и Антон продолжил целеустремленный подъем к вершине холма. Здесь тоже располагалось несколько массивных приземистых построек. В отличие от замеченных ранее руин они выглядели целыми и казались отлитыми из темного, похожего на вулканическое стекло материала.

В мраморном небе внезапно зародилось несколько знакомых структур, и он затаился, провожая их пристальным взглядом.

Три энергетических твари, в точности похожих на ту, что атаковала рейд чужих и логр-компонент, скользили среди перистых облаков. Наблюдая за неспешным полетом таинственных форм жизни, Антон случайно заметил еще один небольшой космический корабль. Тот совершил посадку по другую сторону холма и слился с ландшафтом, мимикрируя под фон пыльной, усеянной валунами пустоши.

Всматриваясь, он смог различить некоторые детали его строения. Скиталец выглядел изрядно потрепанным, – некоторые участки его брони отличались по цвету, – явные следы множественных ремонтов. Корабль удивительно точно повторял формы рельефа, таясь на открытой местности. Темные обводы его плоского корпуса напоминали электрического ската, но восприятие вполне могло обманывать, ибо очертания постоянно и неуловимо менялись, – объект закрылся вуалью искажения метрики пространства.

Чем больше подробностей удавалось различить, тем сильнее становились недоумение и тревога. Корабль, выглядел живым. По его бронированию то и дело пробегали едва заметные волны, словно под пластинами панциря перекатывались исполинские мускулы.

Возможно ли такое? Вполне. Он знал как минимум одну цивилизацию, активно использующую генетически сконструированные бионические системы.

Дикая семья инсектов? Нет. Непохоже. Их крупные корабли больше походят на растения и выглядят как узловатые, причудливо перекрученные, согнутые подковой стволы деревьев. Этот же отличался эстетикой обтекаемых форм и внешне походил на прирученное животное.

Как часто случается, первое ассоциативное впечатление оказалось наиболее верным, ибо огромный корабль неожиданно шевельнулся и свободно воспарил над поверхностью! По обшивке вновь прокатилась едва заметная волна плавных искажений, а затем, безо всяких признаков работы двигателей бионическая конструкция (или все же существо?) стремительно развернулась.

Энергетические твари определенно заметили его, но вопреки ожиданиям, не бросились в атаку, а испугались, попытавшись скрыться.

Загадочный корабль мгновенно ускорился. В небе полыхнула серия ярких, рваных вспышек. Антон толком не понял, применялось ли оружие? Все произошло так быстро, словно корабль обладал способностью к локальным внепространственным прыжкам. Ничем другим невозможно объяснить его стремительное перемещение.

Секунду назад исполин был в нескольких километрах от холма и вот он уже проплывает над головой.

Антон оцепенел. Взгляд жадно выхватывал подробности происходящего. В сегментированном «днище» космического странника виднелся ряд овальных углублений, заполненных янтарным светом. Внутри, словно мошки в сиропе, были законсервированы десятки существ и объектов, среди которых он успел различить несколько каменных глыб с фиолетовыми прожилками светящихся руд и обломки каких-то механизмов, намертво сцементированных сиянием, отдаленно похожим на суспензорное поле!

В следующую секунду корабль снова рывком переместился. Теперь он оказался над местом крушения его истребителя. Вниз прянул золотистый луч и несколько крупных обломов «Х-страйкера» так же законсервировало в энергетическом «янтаре»!

Еще через мгновенье корабль исчез. Он как будто растворился в воздухе, оставив после себя лишь ураганный порыв ветра, да тающий оптический фантом…

* * *

Опасность вроде бы минула, но над поступками и мыслями Антона по-прежнему довлело нервное перенапряжение.

Из промоины в земле вновь донеслись отзвуки странной возни, словно в подземельях под руинами обосновались какие-то существа.

Знакомиться с ними поближе не было никакого желания. Первым делом Антону требовалось найти какое-то пристанище, а уж затем можно заняться изучением местных реалий.

Он думал, что с вершины сможет заметить что-то интересное, но вокруг, куда ни глянь, простиралась все та же безжизненная холмистая равнина.

Индикаторы блока микроядерных батарей быстро теряли насыщенность, принимая тусклый, красноватый оттенок. Еще немного и бронескафандр станет бесполезной грудой металла. Надо использовать оставшееся время для поиска надежного убежища, – элементарную логику выживания никто не отменял.

Последующий час он упорно шел, взяв за ориентир самый невыразительный, изрядно оплывший холм, расположенный особняком. Несколько скоплений высотных руин Антон игнорировал. Они поневоле притягивали внимание и там могли произойти нежелательные встречи. На первых порах стоило проявить разумную осторожность.

Характер местности оставался прежним. Смена времени суток не наступила. Небо, пронизанное прожилками энергетических разрядов, источало неровный, холодно-зеленоватый свет. Температура окружающей среды составляла около пятнадцати градусов по шкале Цельсия, – об этом свидетельствовали примитивные, не подверженные сбоям датчики, встроенные в пилотажный скафандр.

Потрескавшаяся почва под ногами выглядела абсолютно безжизненной. Ни травинки, лишь пыль вздымается при каждом шаге. Сухой воздух иногда закручивало небольшими завихрениями. Вокруг расплескалась глубокая тишь. Отсутствие солнца подсказывало, что загадочная планета, как и Первый мир, расположена где-то в пучинах гиперкосмоса.

Вскоре он добрался до намеченного ориентира и с досадой понял, что ошибся в выборе. Возвышенность, издалека казавшаяся заурядной и непримечательной, на самом деле оказалась огромным раскопом. Среди отвалов вынутой почвы темнели шурфы, а на дне глубоких котлованов виднелись постройки, образующие запутанные лабиринты. В архитектуре загадочного поселения преобладали странные формы, на первый взгляд не несущие никакого практического смысла. В изобилии встречались округлые площадки, расположенные ассиметричными ярусами. Так в пещерах иногда растут колонии грибов.

Сухая почва сменилась искусственным покрытием, не имеющим ничего общего с логрианскими технологиями. Слабая надежда, что это форпост древней расы, истаяла. Взгляд не находил ничего знакомого, хотя чужих поселений Антон повидал немало.

Тем временем системы бронескафандра окончательно сдали. Индикатор заряда накопителей едва тлел тревожным красноватым оттенком.

«Нельзя тянуть до последнего и бросать экипировку, где придется. Скаф надо спрятать».

На глаза попался небольшой метеоритный кратер, заваленный обломками, – вполне подходящее место для парковки. Используя возможности усилителей мускулатуры, Антон быстро убрал крупные фрагменты, освободив место для скафандра, и снова взглянул на датчики окружающей среды.

Индикаторы, реагирующие на химический состав атмосферы, светились нейтрально-желтым. Не идеал, но приемлемо для жизни.

Антон разгерметизировал шлем и вдохнул прохладный горьковатый воздух, насторожено прислушиваясь к ощущениям, но организм вроде бы отреагировал нормально.

Он быстро замаскировал бронескафандр небольшими каменными обломками, отряхнул руки и снова осмотрелся. Примерно в полукилометре темнела приземистая постройка, выполненная из материала, похожего на вулканическое стекло. Учитывая сложившиеся обстоятельства, – не худший выбор, тем более что раскопы выглядели давно заброшенными, – их стены уже успели изрядно оплыть.

Антон не заметил никакого движения или других признаков опасности. Окрестности были совершенно безлюдными, что вполне устраивало.

В следующий миг он вдруг ощутил неприятное покалывание, словно в мозг вонзились сотни игл. Затем сознание взорвалось болью и погасло…

* * *

Последующее помнилось смутно. Все происходило, словно в кошмарном сне. Его куда-то тащили, – грубо и пренебрежительно.

Затем Антон неожиданно увидел себя со стороны, лежащим на некоем черном постаменте.

Стало тоскливо и страшно. Реальность воспринималась приглушенно. Он явно пребывал в состоянии энергетической сущности, отделенной от тела!

«Значит, загадочная планета, как и Первый мир, и вправду находится где-то в пучинах гиперкосмоса?!» – мысль проскользнула блекло, словно присущую человеку эмоциональность что-то подавляло.

В поле зрения возникли две фигуры.

– Зачем ты с ним возишься? – высокий, сухопарый гуманоид с отталкивающими чертами лица, внимательно изучил проекцию человека и презрительно констатировал: – Полный мусор. Всего один канал в нейросети. И тот не сформирован.

– Мне любопытно. Похоже он принадлежит к расе хомо, а о ней очень мало известно, – его собеседница, такая же рослая, тощая и нескладная, показалась Антону иссохшей мумией, которую кто-то решил оживить. – Хочу побеседовать с ним. Может узнаю что-нибудь новое и интересное.

– От такой посредственности? Он не окупит усилий на внедрение лингвистического модуля. Убей его и забудь.

– Биоматериалом не разбрасываются. Изучу и отправлю в холмы.

– Дело твое. Но я бы не стал связываться.

– Разве тебе не интересно откуда он взялся? Парнишка не похож на мародера или путешественника. Без экипировки и припасов долго не протянешь, особенно если ты – низший.

Ее собеседник лишь пожал плечами, еще больше сутулясь, затем все же ответил:

– Неподалеку видели корабль рейдеров. Наверняка он раб из двигателя.

– Даже рабу из двигателя нужен сформированный нейроканал, а у этого даже такой малости нет. Думаю, его выкинули, как бесполезный хлам. Ты зря тратишь время.

– Посмотрим. Не забывай, накануне была мощная пульсация.

Антон понимал общий смысл фраз. Лингвистический модуль, о котором шла речь, работал вполне адекватно, лишь имена собственные звучали чуждо и непонятно, как наборы фонем.

– Ладно, развлекайся, а у меня есть дела.

Пленившее его существо подошло ближе и запустило руки в энергетическую матрицу. Под напором расчетливой сторонней силы рассудок сминался, облетая окалиной воспоминаний и мысленных образов. Тварь беспощадно, но брезгливо принялась препарировать его разум.

Безмолвный крик вырвался из груди Антона. Крик, которого никто не услышит. Стылый вопль, что останется с ним навсегда. Он ничего не мог противопоставить ментальному вторжению. Оставалось лишь мысленно стиснуть зубы, – мощь воздействия казалась неодолимой.

Он кричал и одновременно – мыслил, словно его рассудок разделился на отдельные потоки сознания.

Среди пестрого конгломерата существ, населяющих Первый мир, бытовали легенды о древних тварях, способных вырвать энергетическую сущность из бренного физического тела и манипулировать ей. О такого рода воздействиях говорили с суеверной опаской. Считалось, что утерянные в веках ментальные практики позволяют полностью подчинить разум жертвы, и даже перестроить его, превратив подопытный объект в преданную мыслящую машину.

Мгла чуждой воли окатывала мерзостными прикосновениями, но тварь не пыталась его поработить. Она лишь любопытствовала, причиняя при этом неимоверные страдания.

Она выжала Антона досуха, без шансов к сопротивлению, и отпустила, оставив в голове кашу из разрозненных мыслей.

Пристально посмотрев на практически бездыханного человека, она обронила в кажущуюся пустоту:

– Приберите здесь.

* * *

Так началась его новая жизнь. Ментальная травма оказалась крайне тяжела. Поначалу Антон был настолько плох, что даже имя свое едва помнил.

Связные воспоминания прорывались нехотя, урывками.

Шли дни, и он постепенно начал осознавать себя в обстановке каких-то грязных подземелий. Здесь царил тусклый свет, было холодно и сыро.

Благодаря «лингвистическому модулю» Антон понимал речь других существ, работавших с ним бок о бок, но сам по большей части молчал. Теперь он знал, что служило источником шума, насторожившего его вскоре после крушения.

Здесь в недрах оплывших холмов велись раскопки потерпевших крушение космических кораблей какой-то невероятно древней цивилизации. Все работы осуществлялись вручную, при помощи самых примитивных средств труда.

– Хозяйка – скупая дрянь, – ворчал низкорослый крепыш, ловко ворочавший камни. Все звали его Гоум. – Почему еда только один раз в день? Вот не буду работать! – он врезал кайло́м так, что из трещиноватой каменной поверхности брызнули искры.

– Не нарывайся! – высокий сутулый ящер ловко отгреб хвостом мелкий щебень. Взглядам открылся участок накрененной переборки: в оправе из плотно состыкованных металлических панелей виднелся люк в два человеческих роста.

– Я устал, хочу жрать и вообще, – все достало! – ворчал Гоум.

– Ну так выберись наверх и вмажь кому-нибудь из охраны! Только нас не подставляй, – прошипел Давр, – приблизительно так звучало его имя, хотя, как понял Антон, тут были свои нюансы. Имя ящера звучало по-разному в зависимости от времени суток. Намедни он пытался это втолковать своре мелких существ, занимающихся крепями, но не преуспел.

– Удивляюсь тебе, – Гоум, так и не выместив досаду, снова принялся ворчать. – Отощал, одна шкура да кости. И все равно щебень покорно гребешь. Тьфу! Да лучше сдохнуть! – он демонстративно уселся на выступ накрененной переборки подле запертого люка.

– Умереть мне не позволяет Путь, – приосанился ящер.

– Да, да слышал. Потомство и все такое. Нафига тебе потомство при нашей-то жизни?!

Антон практически не прислушивался к их перебранке. Микрокосм подземелья уже не удивлял. Изо дня в день они рыли землю и долбили камень, пробиваясь все глубже в недра холма. Уродливые, мелкие, но очень шустрые существа крепили стены и свод, – импалы цепко лазили по любым поверхностям, пропитывая тоннель странной субстанцией, похожей на мглу. Удивительно, но после такой обработки мелкие камушки переставали срываться от свода, расселины не увеличивались, обвалы прекращались, а пыль больше не мешала дыханию.

Ящер насупленно промолчал. Он явно не хотел пререкаться и решил сменить тему, указав на люк:

– Сами откроем или подождем?

– Подождем. Мне за риск паек не прибавят. Пусть наемники свой хлеб отрабатывают. Ну, а ты хомо? – он обернулся к Антону. – Долго будешь балласт изображать?

– Отстань от него, – вступился ящер.

– Давр, не лезь. Мы с тобой вдвоем вкалываем, а еду-то на троих делим!

Вопреки обыкновению, Антон решил не отмалчиваться. Он уже достаточно пришел в себя, чтобы четко осознавать происходящее.

– Хочешь, чтобы я открыл люк? – неожиданно спросил он.

Учитывая скуку однообразного существования, звук человеческой речи стал событием.

– Надо же, заговорил! – удивленно воскликнул карлик. – А чего раньше молчал?

Антон не стал отвечать, уже зная тягу Гоума к долгим и по большей части бессмысленным обсуждениям каждой мелочи трудного быта.

– А ты сам-то сразу заговорил? – осадил его Давр, который находился тут очень долго. – Помнится, когда тебя сбросили в шахту, ты только сидел, да таращился по сторонам.

Гоум надулся.

Все в подземелье прошли через ментальную коррекцию, в просторечье называемую «подчинением». Лояльность к Хозяевам и желание работать при малейшем сопротивлении вдруг становились навязчивыми, как зуд, а при пересечении грани дозволенного быстро трансформировались в боль. Можно ворчать, ругаться, строить планы побега, но как только начнешь действовать, сразу же пожалеешь. Скрутит так, что мало не покажется. Хорошо если сможешь отлежаться где-нибудь в дальней штольне. Некоторые бедолаги пробовали. Антон видел результат. У него хватило ума учиться на чужом опыте.

– Я в порядке. И буду работать. Спасибо, что присматривали все это время, – выдавил он, не узнавая собственного голоса.

– Надо же. Вежливый, – Гоум заинтересованно поглядывал на него, предвкушая хоть какое-то разнообразие в общении. – Ну, рассказывай, откуда ты? Все равно, пока люк не вскроют, дальше не продвинемся.

– Я из другого мира.

– Нет, нет, просто так не отмажешься! – карлик теперь был само любопытство, неприятно напомнив Хозяйку.

– Ничего не помню, – отрезал Антон. – Жил в другом месте. Это все.

– Не доверяешь? – обиделся Гоум.

– А ты сам откуда? – Антону пока не хотелось откровенничать.

Гоум поперхнулся на полуслове.

– Я из Горнила! – он гордо вскинул голову.

– А где это?

Тот сконфузился, несколько секунд зло смотрел исподлобья, а затем признал:

– Не помню…

– Да прекращайте, оба! – ящер сел, обвив длинным хвостом мощные задние лапы. Внешне он был похож на тираннозавра. Правда ростом не вышел, всего каких-то два метра в холке. – Менталы свое дело знают. Вся информация о путях ими вычищена из наших рассудков. Я бы тоже так сделал, окажись на месте Хозяина.

– Скажешь тоже!.. – фыркнул Гоум.

– А что? Каждый может стать Хозяином Осколка! – на сей раз ящер ответил с запальчивым шипением. – Рано или поздно я им стану!

– Ну, да, да… Нужно всего лишь вырваться из-под контроля, приручить джаута и прожечь себе десяток дополнительных нейроканалов. Делов-то! – криво усмехнулся Гоум.

О «джаутах» Антон уже слышал. Так называли особый класс космических кораблей. Их не создавали на верфях, а выращивали, путем невероятно продвинутой биоинженерии.

Пока Давр и Гоум ворчливо препирались, в тоннель спустились двое специалистов-наемников. Существа среднего роста и очень хрупкого телосложения на самом деле являлись опаснейшими бойцами. Местами их кожа была покрыта вкраплениями кристаллических наростов. Насколько слышал Антон, кристаллы были имплантированными и давали способность аккумулировать энергию из окружающего пространства, пуская ее в ход по мере необходимости.

Что такое «осколки» Антон представлял смутно, но надеялся разобраться со временем. После всего пережитого в нем возобладала несвойственная возрасту рассудительность. Побывав под прессом неодолимых обстоятельств, когда не́чего противопоставить предрешенному ходу событий, он решил проявить терпение и наблюдать, пока не станет ясно, куда же его забросила вертикаль гиперкосмоса?

Двое наемников занялись люком.

– Что такое каналы нейросети? – как бы между прочим поинтересовался Антон. Пользуясь случаем, он по крохам собирал информацию.

– А ты разве не знаешь? – удивился Давр.

– Может и знал, но забыл. Расскажешь?

– Ну, если коротко, то это обособленные участки нервной системы, предназначенные для подключения модов.

Заметив, что парень ничего не понял, ящер терпеливо пояснил:

– Мод, это устройство. Чаще всего древнее. Оно дает могущество.

– Какое именно? – уточнил Антон.

– Разное. Моды тоже разные. Некоторые несовместимы друг с другом. Некоторые не подходят для определенных существ. Есть очень много комбинаций, но каждое усовершенствование всегда ведет к могуществу, – повторил он.

– А сколько нужно «нейроканалов», чтобы вломить хозяевам?

– Опасно мыслишь. Тебя могут слушать, – Гоум как обычно ничего не пропускал, навострив уши.

– Мы же просто разговариваем, – отмахнулся Антон.

– Опасно, – Давр в кои-то веки проявил осторожность.

– Ладно. Спрошу у кого-нибудь другого.

– Подожди. Я слышал, чтобы стать Хозяином Осколка, нужно как минимум десять каналов. Понял? Значит у любого из Хозяев не меньше десяти модов, а это такая сила, которую палкой не перешибешь.

– И как же мне получить схожее могущество? – поинтересовался Антон, решив выяснить как можно больше, раз уж зашел разговор по теме.

– Ну, вообще-то каналы либо прожигают в твоей энергетической сущности, либо вживляют. И то и другое делают мастера-мнемотехники. Они берут за свои услуги цену, сравнимую с ценой джаута. Но можешь не переживать на этот счет. Нам в этом смысле ничего не светит.

– Почему же? – удивился Антон.

– Слишком маленький и примитивный мозг.

– А какой же он у Хозяев?

– Не знаю, – прошипел ящер.

– Ладно. И на том спасибо. А тут, в холмах, можно найти моды? Откуда их вообще берут?

– Моды встречаются в самых неожиданных местах. Но они бесполезны, пока не изучены. И под каждый нужен уникальный канал. Да и, к слову, – потом не снимешь. Мод – это навсегда.

Пока они переговаривались, наемники вскрыли люк. Антон искоса следил за их действиями. Крайне опасные твари. Один накапливал энергию, отчего вживленные кристаллы стали заметно светиться, а другой выступил в роли «плазменного резака». В принципе ничего нового с точки зрения технологий. Накопитель и инструмент, но учитывая, что в гиперкосмосе не работают сложные устройства, такое «бионическое» решение выглядело весьма впечатляющим. В бою против таких существ практически нет шансов, ведь сейчас они используют лишь скромную часть своего истинного потенциала.

Тоннель затянуло дымом. Тут же появились импалы, смастерили «мглу», и дышать стало легче. «Надо бы разузнать природу этой дымки», – Антон сделал для себя очередную мысленную пометку. Явление весьма и весьма полезное, с точки зрения выживания. Он постепенно склонялся к выводу, что уникальные расовые способности обитателей загадочных «осколков» имеют под собой некую эволюционную основу, но вот что интересно, – благодаря гиперкосмосу и характерным для него явлениям, каждому существу здесь присуща очень ярко выраженная энергетическая матрица. «Можно ли ее скопировать, записав на какой-то носитель, и изучить, обособив отдельные фрагменты?» – спрашивал себя Антон.