Текст книги "Конкистадоры Гермеса"
![](/books_files/covers/thumbs_240/konkistadory-germesa-67368.jpg)
Автор книги: Андрей Мартьянов
Жанр: Научная фантастика, Фантастика
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
– Может, не все так плохо? – заикнулся я. – Направить все имеющиеся силы на исследования, попробовать договориться с Чужаками, если они на самом деле там живут…
– В том-то и проблема, что никто и никогда этих «Чужаков» в глаза не видывал, и они явно не горят желанием знакомиться с людьми! У нас остался месяц-полтора до начала переброски основных групп обеспечения и войск в систему Вольф 360 и полгода до начала массовой эвакуации. Человек живет на Гермесе сто двадцать лет. Как можно за несколько коротких месяцев сделать то, что не удалось за столетие?
– Веня, а вы попробуйте. Я в вас верю. Вы умный, а вдобавок еврей. Убойное сочетание.
– Если это шутка, то неудачная. Знаете, сколько народу в моем отделе биологической безопасности? Сорок шесть. Всего. Полную ответственность за Гермес Бибирев свалил на меня, денег и ресурсов предостаточно, обеспечение самое серьезное. Но не это главное – мне нужны не деньги, мне нужны идеи. А идей нет. Я в тупике.
– По-моему, идея номер один лежит на поверхности, – сказал я не раздумывая. – Нужно отыскать связующее звено между нами и Гермесом… Крылов его фамилия.
Вениамин Борисович замер и посмотрел на меня поверх очков.
– Не хлопнуть ли нам по рюмашке? – неожиданно осведомился доктор. – Мне известна важнейшая государственная тайна: в баре комнаты отдыха Бибирев хранит свой запас армянского, одну бутылочку можно незаметно позаимствовать, у меня есть ключ…
Я сразу понял, что Гильгофа посетила муза.
* * *
Оставшийся день прошел скучно, порадовало лишь представление Байрейтской оперы – давали «Нюрнбергских майстерзингеров» Рихарда Вагнера. До Бронзовой Комнаты высокое начальство добралось лишь к половине одиннадцатого вечера. Вокруг стола появился дополнительный ряд кресел – для секретарей, адъютантов, переводчиков и прочей мелкой шушеры вроде меня и Вени Гильгофа.
Кайзер уставшим не выглядел, Михаил, наоборот, хмурился и казался утомленным. Кроме двух монархов я насчитал еще тридцать четыре человека – канцлеры, военные министры, командующие флотами, главы разведок. Мы с доктором как верные оруженосцы адмирала устроились за спиной Бибирева, по левую руку от которого восседал Миша Савельев, по правую – больше, чем обычно, смахивающая на бульдога вице-канцлер Назарова.
Начали довольно бодро. Я навострил уши, когда обсуждался вопрос о нанесении совместного удара по США и Китаю в случае крайней необходимости. Причем термины «орбитальная бомбардировка», «ядерное оружие» и «лучевые установки» произносились вполне буднично и непринужденно, словно речь шла о банальных учениях. У меня не осталось сомнений: Генеральные Штабы и Oberkommando работали над этой проблемой долго и вдумчиво, планирование велось со всей серьезностью.
Ничего удивительного – обладая лишь двумя полностью пригодными для обитания человека планетами, Гермесом и Афродитой, мы обязательно столкнемся с жесточайшей конкуренцией со стороны других крупных государств. Соперничество будет проявляться во всех сферах – ресурсы, продовольствие, транспорт, размещение эвакуированных в наиболее удобных районах. Возникновение конфликтов неизбежно, а потому наши вооруженные силы должны быть полностью готовы защитить интересы обеих держав. В самом крайнем случае мы вынуждены будем пойти на полную нейтрализацию армий и космических флотов потенциального противника, а значит, Третьей мировой не избежать. Кажется, все уже свыклись с этой мыслью, вопрос только один – когда начнется?
Когда? Это попытался растолковать всем присутствующим Бибирев. На сегодняшний день исчерпывающими сведениями об «аномалии» располагают лишь правительства Империй и Исламского Союза, соответствующий сектор пространства негласно закрыли для полетов, в Облаке Оорта размещены эскадры «Витязь» и «Фатерлянд» – ударный авианосец, четыре линейных крейсера, восемь миноносцев и двадцать вспомогательных кораблей, не считая автоматических станций. Задача поставлена простейшая: уничтожать все до единого суда, которые окажутся в запретной зоне. Чем дальше мы оттянем момент огласки, тем меньше будет жертв.
Тем не менее соперники смогут обнаружить «аномалию» в течение ближайшего года и поймут, что Германия и Россия получили значительную фору. Что тогда произойдет – не известно никому.
– Давайте согласимся, что Центральное Разведывательное Управление США было и остается одной из лучших разведок мира, – спокойно говорил адмирал. – Идиотов в этой конторе не держат. Добавим сюда немалое количество аналитических центров, АНБ, Федеральное Бюро… Они должны понимать: происходит нечто весьма странное. Немецко-русская активность в космосе резко возросла. Взять хотя бы расширенный план строительства транспортных кораблей, изменение точек дислокации флотов, неожиданный Венский пакт о союзе, авантюру Халифата на Гермесе и наше решительное противодействие… А когда мы объявим о программе переселения, станет окончательно ясно: в Берлине и Петербурге задумали нечто грандиозное и пугающее.
– Оглашение данной программы запланировано нами на сентябрь, – сказал германский канцлер. – Подаем под соусом расширения Империи за пределы Земли. Смотрится достаточно безобидно – колонисты получают от государства щедрые субсидии, способные простимулировать молодые семьи к переселению в другие миры, мы развернем широкую пропагандистскую компанию… На первых порах все будет выглядеть именно как «добровольная колонизация», придется отбирать специалистов не только в Кайзеррейхе, но и в Скандинавии, Британии и Франции. Разумеется, их будет меньшинство, но такой ход до поры до времени успокоит общественность.
– А средства массовой информации поднимут истерику о переходящих все границы приличия имперских амбициях наших стран, – усмехнулся Бибирев. – Колонизация дальних миров должна проводиться только в рамках программы ООН. Но ведь мы выйдем из этого соглашения, не так ли?
– Совершенно верно, герр адмирал. Пусть думают, что мы всего лишь сепаратисты от цивилизации. Хотим получить то, что принадлежит «человечеству», как единой общности, исключительно в собственные руки. Дипломатических осложнений не избежать, но это – самое меньшее из возможных зол.
– Принимаю мнение господина рейхсканцлера, – кивнул Бибирев. – Теперь стоит поговорить непосредственно о переброске населения наших стран на Афродиту и Гермес. Если в системе Вольф 360 мы будем находиться в относительной безопасности от притязаний Штатов, Китая и мощных военно-политических союзов наподобие «Азиатского Дракона», руководимого Японией, то Афродиту придется оберегать всеми доступными силами, – Сириус не представляет угрозы для техники и кораблей, вполне естественно, что другие державы сочтут именно эту систему наиболее предпочтительной для эвакуации своих людей. В ближайшие месяцы мы успеем занять самые лучшие земли с выходом к океану и удобными бухтами, возьмем под контроль регионы с разведанными запасами полезных ископаемых, нефти и газа. Оборонять эти позиции придется до последнего, речь идет о выживании наших народов. Сейчас мне решительно наплевать на американцев, китайцев, жителей каких-нибудь Перу или Зимбабве с Боливией. Если надо выбирать между подданными Империй и других стран, я выберу наших сограждан, остальные пусть сами о себе позаботятся. Мы не обязаны спасать и кормить шестимиллиардное население Африки или три миллиарда индусов. Главная обязанность – вывезти как можно больше своих, обеспечить переселенцев всем необходимым и защитить от любых опасностей, на то мы и государство! В свете данного постулата мы должны как можно быстрее захватить наиболее подходящие территории и выстроить надежную систему обороны.
– Для предварительных операций у нас готовы четырнадцать полностью укомплектованных дивизий, – хрипло сказал кайзер. – Еще шестьдесят дивизий Германия отмобилизует после… После огласки. Если мы сейчас начнем резко наращивать военную мощь, будут неприятности не только с Америкой, но и с партнерами по Европе. Правительство не сумеет разумно объяснить многократное увеличение численности Рейхсвера.
– Вы абсолютно правы, ваше величество, – немедленно согласился адмирал. – Особенно в контексте сохранения хороших отношений с европейскими державами. Полагаю, следует предпринять все возможные усилия для того, чтобы Британия, Франция, Испания и королевства Скандинавской Унии в будущем оказались на нашей стороне. Кайзеррейх вышел из Евросоюза полтора столетия назад, но дружеские связи не ослабли. У Объединенной Европы мощный Дальний Флот; если задействовать и этот фактор, мы окажемся непобедимы.
– Они не будут участвовать в возможном конфликте с США, – отозвался канцлер Руге. – Это исключено. Система соглашений и гарантий существует с ХХ века, расторгать договоры никто не собирается!
– Европейцы не выступят против нас, – покачал головой Бибирев. – Понимают, что это чревато последствиями. Старушка Европа, очутившись на грани неизбежной гибели, поддержит того, кто сильнее и кто предложит наилучшие условия. Флот у них весьма приличный, но армии небольшие. Если соглашение будет достигнуто, мы поможем европейцам войсками и выделим достаточно ресурсов на обеих планетах. Россия прямо сейчас способна выделить до сорока дивизий. Внутренние войска и подразделения госбезопасности мы оставим на Земле до последнего – им придется обеспечивать общественный порядок после оглашения…
– Будем думать, – согласно покивал рейхсканцлер. – Позволю себе обратиться к другому важнейшему вопросу: финансирование…
После полуночи я начал скучать. Политика меня интересовала мало, большинство обсуждаемых проблем касалось не военных, а денежных и технических дел. Было понятно, что вскоре всем государствам планеты грозит экономический обвал – обнародование информации об «аномалии» вызовет массовые волнения, крах деловой активности и панику, деньги перестанут иметь значение. Единственной настоящей ценностью окажется «счастливый билет» на улетающий с Земли корабль.
Приняли предложение Михаила: составлять эвакуационные списки доверят искусственному разуму под контролем совместной германо-русской комиссии, которая в свою очередь войдет в прямое подчинение главам государств.
Разумно. По крайней мере, мы избежим коррупции, которой так опасался Удав Каа. Приоритет отдавался молодым людям до тридцати двух лет, женатым, имеющим детей и обладающим необходимым образованием или рабочей квалификацией. Семьи военных тоже должны быть вывезены в первую очередь: никто не желал бунта в армии. Интеллектуальная элита, крупные ученые, талантливые управленцы. Профессиональные полицейские – обязательно. Все они входили в приоритетный «список номер один».
Было решено в обязательном порядке вывозить культурные ценности – осуществление этой программы возлагалось на специально создаваемый отдел при ведомствах адмирала Бибирева и рейхсминистра безопасности Эрнста фон Эшенбурга. Музеи, библиотеки, важные для национального самосознания памятники, зашла речь даже о разборе и эвакуации некоторых исторических зданий. Но это – потом, перво-наперво необходимо спасти тех, кто начнет выстраивать почти с нуля наши государства в чужих мирах.
Пригласили выступить Веню Гильгофа, как человека, отвечающего за «гермесское направление». Ничего нового я не услышал – доктор всерьез опасался, что планета небезопасна и мы рано или поздно столкнемся на Гермесе с весьма значительными проблемами. Вечно настороженный Бибирев доктора поддержал и сказал, что, пока не будут проведены комплексные исследования, заселять Гермес довольно опасно, но тотчас столкнулся с оппозицией – победило мнение, что трудности следует решать по мере их возникновения.
Никто не воспринимал всерьез версию о том, что человечество в этой Вселенной не одиноко, – за столетия мы сами себя убедили в собственной исключительности. Феномен «чужого разума» в расчет не принимался. Инопланетян не существует или они живут слишком далеко – другого мнения быть не должно. Отряды сил обеспечения отправятся на Гермес уже в сентябре и начнут создавать необходимую инфраструктуру в незаселенных северных областях обоих материков.
– …Что, нет пророка в своем отечестве? – рассмеялся Бибирев, подойдя к нам по окончании конференции. – Вениамин Борисович, нельзя так пугать политиков. Вас сразу восприняли как врага народа. Точнее, как врага двух народов.
– Но ведь это правда, – огрызнулся Гильгоф. – Доказательства налицо, а игнорировать их – самоубийственно!
– Никто не спорит. Я тоже испытываю нешуточные опасения… Кстати, давайте заглянем в комнату отдыха и спокойно поговорим о ближайших планах. Идем. Сергей, вы отчего такой унылый?
– Шею натер, – честно признался я, коснувшись пальцами жесткого стоячего воротничка мундира. – Будто в ошейнике ходишь. И сабля эта долбаная… Извините.
– Да, морской кортик гораздо удобнее, – согласился адмирал. – Ничего не поделаешь, этикет. Впрочем, официальная часть закончилась, можете расстегнуть крючки на вороте и снять перевязь… Та-ак, а кто залезал в мой личный бар? Доктор, ваша работа?
– Конечно, моя, – непринужденно ответил Гильгоф. – Ваше высокопревосходительство сами указывали, что в экстренных ситуациях я могу свободно пользоваться неприкосновенным запасом.
– Что же такого экстренного случилось? – поднял брови Бибирев.
– Господин Казаков подал идею. Реализуемую.
– В таком случае садитесь к столу и рассказывайте! Я всегда с оглядкой относился к вашим совместным идеям, поскольку ничего, кроме неприятностей, они не приносят. Но чем черт не шутит!
– Зря вы так, Николай Андреевич, – ухмыльнулся Веня. – Господин капитан наделен даром связывать несвязываемое, а я умею выделить искорку разума даже из самого кромешного бреда!
– Еще посмотрим, кто именно тут бредит, – проворчал я в ответ. – Это ведь надо было додуматься – ловить зеленых человечков на живца!
– Как? – переспросил Бибирев. – Значит, рыбалка прогрессивным методом Гильгофа? Я вас слушаю, господа…
* * *
Весь следующий день пришлось заниматься делами, а именно беготней между технической группой, управлением кадров и отделом снабжения. Тут попомнишь слова ненавидящего бюрократию Удава: «Империи губят не варвары, а чиновники и инструкции». Вроде бы в бибиревском ведомстве вполне можно обойтись без долгих согласований и лишней волокиты, но попробуйте-ка сами сформировать новое боевое подразделение и поймете, что вашим главным врагом является отечественный бюрократ, а не слюнявые чудовища из фантастических фильмов.
Приказ адмирала о формировании группы под моим командованием был подписан еще весной, но его реализацию пришлось отложить в связи с событиями на Гермесе. К августу я все-таки составил списки людей, снаряжения и оружия, передал их по инстанциям, после чего всё и завертелось. Уму непостижимо, сколько требуется усилий для того, чтобы собрать вместе полтора десятка людей и оснастить их всем необходимым.
Насущный пример: поскольку мы числимся в штате министерства обороны, вооружение должно соответствовать утвержденным стандартам. Это невзирая на то, что арсенал «Франца-Иосифа» доверху забит любым оружием на выбор – для каждого бойца там отыщется наиболее удобный и привычный образец штурмовой винтовки или боевого костюма. На балансе, однако, они не числятся, следовательно, использовать – нельзя. Извольте получить снаряжение на всю компанию у снабженцев, поставить автограф под сотней бумажек, пройти дополнительный инструктаж, сдать технику безопасности, направить запросы на перевод нужных мне бойцов в их подразделения и так далее, и так далее…
Самое печальное в том, что даже адмирал пока не может мне помочь – он обязан подчиняться системе, созданной его предшественниками и им самим. Очень надеюсь, что в связи с чрезвычайностью нынешнего положения впредь подобные вопросы будут решаться гораздо быстрее. Бибирев уже подготовил надлежащие распоряжения. Никакой бюрократии, лишь четкое исполнение приказов – совсем как на принадлежащей Удаву «Кидонии».
К вечеру я устал как собака и был зол на весь окружающий мир – если бы в моем присутствии еще хоть раз произнесли слова «директива», «предписание» или «инструкция», убил бы мерзавца на месте с особой жестокостью. Церемониальной саблей. Будто не XXIII век на дворе, а византийское средневековье.
Надо было срочно отвлечься, а потому я набрал на панели пневмотранспортера код тридцать шестого уровня «Кронштадта», болид пронесся по тоннелю и остановился у терминала блока «Юпитер», где располагался исследовательский центр.
Охрана солидная, все-таки здесь сосредоточено большинство самых важных тайн Империи. Отдел биологической безопасности похож на крепость – герметичные шлюзы, наблюдение осуществляется за каждым уголком, я заметил автоматические парализаторы, способные мгновенно лишить сознания любого непрошеного гостя, в случае если таковой вдруг прорвется через внешний периметр постов. Хранящиеся в ОББ материалы слишком опасны для того, чтобы допустить самый минимальный риск.
Я прошел в отдел беспрепятственно и едва не заблудился. Пришлось обращаться к охраннику:
– Где можно найти господина Крылова? Николая Крылова? Знаете, такой светленький с…
– Прямо, шестая дверь направо с надписью «Без специального допуска вход категорически запрещен», – перебил блюститель, и, как мне показалось, в его голосе проскользнула скрытая неприязнь. – У вас, господин штаб-офицер, с допуском все нормально, любые отсеки доступны для посещения. Только будьте осторожны.
– Это почему? – поинтересовался я.
– Просто будьте осторожны.
Судя по всему, предостережение касалось именно Крылова. Господи, что он еще натворил?
Замок идентифицировал карточку, я приставил глаз к окуляру сканера, считывающего рисунок сетчатки, индикатор сменился на зеленый. Овальная дверь отошла в сторону.
Я подсознательно ожидал увидеть внутри чешуйчатого лупоглазого монстра, в которого превратился Руслыныч, но реальность оказалась вполне прозаичной. Коленька, одетый в стандартную темно-голубую униформу сотрудника отдела, сидел перед голографическим проектором, увлеченно гоняя трехмерную игру-стрелялку. Обернулся на звук.
– Привет! – искренне обрадовался Крылов. – Ты к Вениамину Борисычу? Его сейчас нет, появится через часик.
– В общем-то я пришел к тебе. Не помешал?
– Проходи, конечно! У меня тут скромненько, но вполне удобно!
Насчет «скромненько» Русланыч явно преуменьшил. Ничуть не хуже моей роскошной каюты, слева – прозрачный шлюз в соседнюю лабораторию, полно комнатных растений, несколько клеток с маленькими незнакомыми животными, наверняка привезенными с Гермеса.
– Тебя что, отсюда не выпускают?
– Выпускают, конечно. Гуляй где угодно. Только я сам не хочу, да и Веня не рекомендует.
– Почему?
– Как бы это сказать, чтоб не соврать? Я иногда чужу. То есть чудю. В смысле, могу почудить так, что без обмороков среди здешних впечатлительных барышень не обходится. Ты садись! Выпьешь?
– Пиво есть?
– Полно! Ты ведь тёмное любишь?
– Гляди-ка, запомнил! Тащи, что найдешь.
После вчерашнего разговора с Гильгофом я заново просмотрел личное дело Крылова. На год меня младше, закончил питерский Университет, подает очень серьезные надежды в области биологии. В своем нежном возрасте успел защитить кандидатскую диссертацию, был замечен Вениамином Борисовичем и принят на работу в ОББ, но после путешествия на Гермес и известных событий стал главной диковиной отдела. Занимался регби и французским боксом, не курит, алкоголь не употребляет. Точнее, раньше не употреблял…
Как и говорил Гильгоф, изменения организма на внешности не сказались, человек как человек. Но почему тогда сам Коленька предпочитает сидеть взаперти, а охрана относится к нему с заметной предубежденностью?
– Явился посмотреть на невиданную зверюшку? – Крылов поставил на стол бутылки с пивом и внимательно уставился на меня. – Веня думает, что я ничего не понимаю в происходящем, результаты исследований мне не показывают. Но я же не полный дурак, могу разобраться что к чему! Обидно…
– На обиженных воду возят, – легкомысленно отозвался я. – С виду ты вполне… гм… адекватен.
– В гробу я видел такую адекватность, – вздохнул Коленька. – Истыкали всего иголками, пробы крови берут каждый день по два раза, обычные сотрудники едва только не шарахаются в сторону, меня завидев. Как от прокаженного. А я в отместку устраиваю им шоу со спецэффектами!
– То есть?
– То и есть… Гляди.
Крылов взял со столика нож, покрутил за рукоять и запросто воткнул лезвие в левую ладонь, прошив ее насквозь. На пол упали тяжелые капли темно-красной крови.
– Совсем спятил?!
Нож был аккуратно возвращен на место, а сквозная рана начала затягиваться у меня на глазах.
– Мгновенная регенерация, – пояснил Русланыч, словно это и без его комментариев не было очевидно. – Хочешь, могу устроить харакири, результат будет аналогичный. Больно, конечно, но терпимо…
– Нет уж, благодарю покорно! Это так ты «чудишь»?
– Не только. В репертуаре есть фокусы и посерьезнее. Двойное зрение, например. Оказывается, я способен видеть в инфракрасном диапазоне, но надо настраиваться… Не могу объяснить, как это получается. Резко чувствую настроение людей, идут цветные пятна перед глазами, можно точно определить интерес, неприязнь или страх. Самая настоящая эмпатия!
– Ну а я как к тебе отношусь? Сможешь понять?
– Золотисто-желтый… Скорее заинтересованность, но без опасений. Спасибо. Большинство людей просто меня боятся, даже лечащие врачи. Крыша едет… Гильгоф уверяет, что это временное явление, последствия перенесенной инфекции, но я знаю, что останусь таким надолго, если не навсегда. Шестое чувство. Блин, теперь и застрелиться нормально не получится, все равно регенерирую!
– Неужто пробовал? – Я усмехнулся.
– Стреляться? Пока нет. Просто надоело всё. Сижу тут как в тюрьме. Единственное развлечение – пугать коллег до мокрых штанов. Рожи у них после очередной забавы самые дурацкие. Позавчера повесился в главном коридоре на оптоволоконном кабеле. Шум, гам, истерики, а я вишу и за всем этим наблюдаю. Смешно…
– Вовсе не смешно. Можешь прекращать испытывать терпение Гильгофа, он тоже не двужильный. Хочешь обрадую? Заточение кончилось. Через несколько дней мы летим обратно на Гермес.
– Мы – это кто?
– Вся ваша компания, я и четырнадцать хмурых дядек, ничего не понимающих в высоких научных материях, зато способных решить любые проблемы более нехитрыми методами.
Крылов помолчал, глядя в сторону. Затем очень тихо спросил:
– Вы что, собрались говорить с ними языком оружия?
– С кем – «с ними»? – Я подался вперед и услышал вполне ожидаемое:
– С теми, кто сделал меня… таким. С хозяевами Гермеса. Они существуют.
– Знаю.
– Ни хера ты не знаешь! – вдруг обозлился Коленька. – Равно как и я! И никто ничего не узнает до тех пор, пока мы не столкнемся с ними лицом к лицу!
– Не ори. Давай лучше пива выпьем.
– Вот почаще бы мне такие слова говорили, а то кроме гильгофовского «успокойтесь, все обойдется» и шипения по углам «мутант», ничего не услышишь.
– Чего, на самом деле? Так и говорят?
– Не в лицо. Но я научился чувствовать их мысли. Противно… В чем я виноват, скажи?
– Забей. По крайней мере двое друзей у тебя точно остались. Я и Веня.
– Анечка третья, каждый вечер заходит. И Луи на Гермесе. Собаки у него хорошие… Скорей бы туда вернуться.
Русланыч грустно вздохнул, и мне показалось, будто он сам себя похоронил. Понять человека можно, а поддержать – нужно. Займемся.
Крылова надо немедленно вытаскивать из депрессии, это ясно как день. В этом случае нет ничего лучше смены обстановки и доброжелательной компании. Надеюсь, все это мы обеспечим Коленьке в ближайшие дни. Займется делом, а дальше видно будет! Как это всегда и происходит, Бог не выдаст, а свинья не съест – мы несъедобные!
«Программа освоения Гермеса изначально не предполагала широкой колонизации планеты, однако к 2170 российско-канадский консорциум „Titan AC“ принял решение расширить первые исследовательские станции и зарегистрировал в комитете по неземельным территориям ООН поселения Новый Квебек и Юрга, придав им официальный статус колоний. В течение следующих четырех лет число постоянных жителей протектората возросло до 22 тыс человек, затем на прирост населения влияли как высокая рождаемость в семьях первопоселенцев, так и небольшая, но постоянная миграция с Земли (в среднем 5–7 тыс человек в год). Численность населения стабилизировалась к первой трети XXIII века в связи с уменьшением числа желающих переселяться в „бесперспективную“ колонию и ныне колеблется на уровне 627–633 тыс человек, из которых более половины считают себя потомками „первых семей“.
Большинство колонистов Гермеса работают в аграрном секторе, экспорт продовольствия на Землю приносит протекторату основной доход. Нефтегазовая промышленность обеспечивает потребности только жителей самой планеты. В настоящий момент в колониальном реестре числятся 72 поселка и 416 частных аграрных предприятий, человеком освоено не более 17 процентов суши в наиболее подходящих для земледелия областях Южного полушария и приэкваториальной зоне.
Исследовательские программы были заморожены в 2239 году частично из-за недостатка финансирования, частично из-за неблагоприятных природных условий, исключающих использование на Гермесе современных технологий…»
Общеобразовательный справочник «Человеческая Цивилизация», издание «Аллен amp;Анвин», Лондон, Великобритания, 2280 год.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?