Читать книгу "Никакого порядка в Мерварде"

Андрей Степанов
Никакого порядка в Мерварде

Глава 1. День без забот

Кроат шел по рынку, насвистывая незамысловатую мелодию себе под нос. Лавки прибрежного Мерварда были завалены снедью, одеждой, товарами из других городов – которые он очень любил смотреть вместе с маленькой сестрой Рией. А чем еще заняться бездельнику четырнадцати лет?

– Почем меч? – громыхал возле лавки с оружием, здоровяк упакованный в кожаную броню.

– Два серебряных, – усатый торговец обозначил цену.

– Здешний? Или заморской?

Кроат притормозил. Сейчас что-то будет.

– Здешний… – торговец прищурился. – А тебе можно ли, дружище?

– Да какой я тебе дружище! – здоровяк ростом на две головы больше долговязого и светловолосого Кроата оперся на прилавок, – Деньги есть, значит беру!

Но торговец не оробел от такого напора:

– Мне ровным счетом все равно, что у тебя есть. Но порядок есть порядок – если у тебя нет нужного уровня, здесь ты ничего не купишь. Будешь бузить – позову стражу и тебе мигом укажут на твое место.

Здоровяк посмотрел по сторонам, увидел ухмылявшегося Кроата и злобно зыркнул на него сверху вниз, раздувая ноздри.

– Эй, сопляк! И где здесь стража?

– А где ты видишь сопляка? – Кроат уткнул руки в бока и нагло уставился на иноземца. – Ты что, не знаешь? Здесь такой порядок. Докажи, что достоин.

– Я твое достоинство в гробу видел, – прорычал здоровяк, вернулся к торговцу и вдавил два серебряных в прилавок.

Кроат усмехнулся. Сейчас торговец дунет в свисток и…

– На рыночной площади порядок нарушать запрещено! – десятник, который выделялся на фоне сопровождавших его стражников стальными наплечниками, появился еще до того, как металлический свисток коснулся губ торговца.

Здоровяк осмотрелся. Трое в коже, десятник. Вероятно, еще кто-то на подходе. Он широкой ладонью сгреб серебряные обратно в кожаный кошель на поясе.

– Запрещено так запрещено, – он осклабился, продемонстрировав пару отсутствовавших зубов, развернулся, толкнул Кроата так, что тот едва не упал, и направился прочь с площади.

– Ты в порядке? – вежливо полюбопытствовал торговец, когда десятник и его люди удалились прочь. – Не каждый день такое происходит

– Да, – Кроат пожал плечами. – Разве еще есть иноземцы, не принявшие Общие Правила?

– Есть, и много, раз есть указ не продавать оружия иноземцам, которые, боги, как это… не желают присоединяться к нашему образу жизни. Разве твой отец ничего не говорил тебе об этом? Указу уже больше недели.

Парень покраснел. С отцом он поругался, в очередной раз заспорив относительно его образа жизни. Не того, каким его хотел видеть отец, начальник городской стражи.

– Он не всегда обсуждает со мной такое, – пробормотал Кроат.

Торговец улыбнулся и вернулся к делам. Какая ему разница, что за отношения у парня с отцом. Надо зарабатывать деньги, чтобы было с чего заплатить за повышение навыка торговли – тогда можно будет выставить цену повыше, и ассортимент будет больше.

Кроат фыркнул. С этим порядком голова у людей так забита, что ничего лишнего в нее не вбить. Арле, его друг, утверждал, что жажда порядка – это такая же жажда хаоса, только наоборот.

– Вспомни друга, когда дело туго, – Кроат ударил по протянутой руке Арле, коренастого и темноволосого, полной его противоположности.

– А это ты верно подметил, – усмехнулся Арле и толкнул друга в бок: – Мне как раз нужна помощь.

– Опять деньги? – поморщился Кроат, покрутив головой. На рыночной площади даже при десятнике и стражниках могли попасться воришки, которые подрежут кошель – и исчезнут в толпе.

– Да, я собираюсь получить пятый уровень силы, – с горящими глазами заявил Арле. – А мать денег не дает, только в следующем месяце. Форму растеряю, я и так экономил на еде.

– Незаметно, – оценил Кроат широкое лицо друга, и тут же получил тычок:

– Ты тут давай, не заговаривайся. Деньги-то есть? Или самому искать придется?

– Сколько тебе надо?

Арле начал загибать пальцы:

– Первый уровень стоил четверть медяка, на второй я потратил половину, на третий – два медяка, на четвертый – шесть медяков… получается, серебряный на пятый. Ну, или двенадцать медяков. Рубленые там не принимают, сразу говорю.

Кроат, который уже полез в тощий кошель, зашипел от боли и выдернул пальцы, обрезавшись об острый край доли медяка:

– С ума сошли? Столько денег! Да на серебряный месяц жить можно.

– Да-да, – протянул Арле. – Значит, не у тебя денег? Мне не хватает всего навсего девяти медяков!

– Неплохо ты устроился, – хмыкнул Кроат. – Заработать?

– Я и так работаю. Много ли в полях заработаешь? И то, знаешь… устаешь вусмерть, таскать столько. А ладно, чего встал? Пошли в порт, посмотрим, может, там чего подвернется. Может, у кого пьяного что-то да выпадет.

– Пф-ф-ф… – шумно выдохнул Кроат. – Ну пошли.

Друзья ушли с площади, влились с потоком людей на узкую улочку и через пару углов выбрались на мощеную камнем набережную.

– Ты знал, что иноземцам больше не продают оружия? – спросил он Арле.

– Это ты должен быть знатоком в таких делах. Ведь господин Фенс – большой начальник. За порядком следит, – нараспев проговорил тот.

Кроат вздохнул.

– Слушай, ну…

– Слушаю-слушаю, месяц не кушаю, – в рифму заговорил Арле. – Твой отец зачем моего на полгода в тюрьму посадил? Ради перевоспитания? Или потому, что ему приказ такой дали, чтобы в городе тихо стало?

– Дружище, брось.

– Вот, так сразу, дружище, – Арле смешно наморщил лицо, а потом расхохотался: – Видел бы ты себя со стороны, а? Ну посидит мой оставшиеся две недели, ничего с ним не сделается. Его там хотя бы кормят. В отличие от меня. Пошли, дойдем до берега. Новых кораблей нет, значит, и ничего нам тут не перепадет.

– Эти твои попрошайничества… – Кроат сердился на друга за его шутки и постоянное упоминание ареста отца.

Дело в том, что дружбу Арле и Кроата Малек, отец Арле, видел исключительно собственной выгодой и позволял себе небольшие шалости, рассчитывая, что его выгородят, если дела пойдут плохо. Последний кутеж в таверне пошел не по плану и за погром Малек получил внушительные полгода.

– Да в Мерварде все так живут, перебиваются, чем могут. Обязанностей больше, чем прав. Дел больше, чем отдыха. Думаешь, я ничего не делаю и только попрошайничаю? – наседал Арле на друга. – Нет. Я тренировался. Я камни тягал! Между прочим, следующий экзамен на силу через три дня, в эту пятницу.

Они прошли вдоль причалов, где покачивались на волнах три корабля: «Невинность», «Рыбкина радость» и «Отчаянный». Кроат засмотрелся на последний, восхищенный изяществом боевого разведчика, но чуть не споткнулся на деревянных мокрых ступеньках, которые вели к песчаному берегу.

– Знаешь, я сегодня такого видел на рынке, – чтобы не слушать стенания друга о том, где взять девять медяков, Кроат рассказал ему про случай у лавки торговца оружием, расшвыривая песок по редким кустикам травы видавшими виды ботинками, да рассматривая следы прошедшего ночью шторма.

– Все здоровяки – полнейшие идиоты! – звонко воскликнул Арле. – Но зато у него было два серебряных разом за один только меч! Значит, уровень хороший выбрал, – он восхищенно поджал губы, а потом дернул головой. – И все равно он полный идиот. Зато у нас с тобой – день без забот, если только найдем пару медяков…

– Так может идиот и даст вам эти медяки за оказанную помощь? – хриплый голос заставил обоих вздрогнуть. – Или просто свернет вам шеи?

Глава 2. Тот, у кого много меди

– Бежим! – крикнул Арле, развернулся, споткнулся и упал лицом в песок. Кроат остался один на один с неизвестным противником.

Из-за кустов высокой травы, откуда доносился голос, появилась массивная фигура, в которой без труда узнавался бузотер с рыночной площади. И сейчас, когда Кроат остался в полном одиночестве, он смотрелся еще страшнее.

Под два метра ростом, с широченными плечами и мощной грудью, парой шрамов на мясистом лице – натуральный убийца. Такой, от которых его отец защищает Мервард уже больше десяти лет. И сейчас он шел прямо на Кроата.

– Дружище! – давясь песком, пропыхтел Арле. – Я его задержу! Кхе-Кхе.

Но у Кроата ноги словно в землю вросли. Точнее – в песок. Высоченная фигура шла к нему неспешно – так симулят на гоблинов охотится, как отец рассказывал. И, похоже, что так же гипнотизировал.

– П-помощь? – паренек едва нашел в себе силы ответить.

– П-п-помощь, – передразнил его незнакомец. – Если ты сейчас упадешь мордой в песок, как твой дружок, вас обоих будет легко в море спихнуть. Какая мне от вас помощь? – он вдруг остановился. – Два слабака мне не помогут.

Арле встрепенулся, дернув головой так, что аж песок во все стороны полетел.

– Я не слабак! И он тоже! – воскликнул он, глядя прямо на мясистое лицо незнакомца.

– Да ну? – губы, рассеченные шрамом, растянулись в презрительной ухмылке. – Вы же дети.

– Мне пятнадцать, – возмутился Арле и тут же встал на ноги, подняв сжатые кулаки к подбородку.

– Это внушительное достижение, – покачал головой бузотер с рынка. – Мне вот тридцать. Чем еще можешь похвастаться?

– У меня четвертый уровень силы, – поддался на провокацию Арле. Кроат хотел его остановить, но от страха не мог ни пошевелиться, ни предупредить друга.

Незнакомец громко расхохотался. Настолько громко, что даже отвратительно. У Кроата по спине мурашки побежали.

Отец про таких рассказывал, да и ребятам в порту такие временами попадались – но не столь страшные и буйные. Кроат всегда старался держаться от них подальше и вот на тебе – попался прямо в лапы.

– Н-да, ребятки, что вы знаете о настоящей свободе, – незнакомец цыкнул, сплюнул на песок и, щурясь на солнце, еще высоко стоявшее в небе, почесал затылок: – Нет. Какая от вас помощь в этом вашем богами забытом Мерварде. Хотя… Вас как звать? Я Толлен, – произнес он, когда ребята, запинаясь, представились.

Арле храбрился, Кроат едва раскрывал рот.

– Разговор у нас не клеится, но кажется тебе, – толстый палец Толлена указал на темноволосого паренька, – не хватает меди.

– Я хочу пятый уровень силы! – гордо воскликнул он, правда голос его подвел, сорвавшись на фальцет.

– Короче, – Толлен присмотрелся к обоим: простые хлопковые рубахи, штаны, кожаные ботинки. – Я жрать хочу. По вашему виду скажу, что вы тоже не прочь. Есть предложение, – и он замолчал.

– Какое? – живо спросил Арле

– Молчи! Нечего нам тут делать! – прошипел ему Кроат.

– А еще есть такая тема «Как заинтриговать идиота», – продолжил Толлен. – И похоже, она сработала.

– Ненормальный, – сердито раздул ноздри Арле, в мечтах уже получивший от здоровяка пяток медяков. Целых, не рубленых.

– У меня дальше по пляжу силки стоят на птицу.

– Ты жрешь портовых чаек? – Арле изобразил отвращение на лице.

– Кто попадет, того и жру. Могу и тебя сожрать, – Толлен раскрыл рот без пары зубов. – В общем. Я ощипаю и зажарю. Вам – половина медяка и часть ужина. Мне – две птицы. По рукам?

– Арле, пошли домой, – стараясь скрыть дрожь в голосе, проговорил Кроат и даже успел сделать шаг назад.

– Трусишка, – прищурился Толлен, сложив руки на груди. – И дружок твой такой же.

– За половину медяка? – задумчиво протянул Арле. – Согласен.

– С ума сошел! – воскликнул Кроат.

– Ха, плевое дело же, ты чего? Ты только давай, деньги покажи! – коренастый деловито сунулся к здоровяку.

– Вот это правильный подход, – Толлен погремел монетами и вытащил медяк. – Мне – птица, вам – половина этого.

– Я думал, что ты тот, у кого много меди много, – разочарованно протянул Арле, пытаясь набить цену.

– За плевое дело – плевые деньги, разве нет?

Монета исчезла в кошельке. Толлен выпрямился, потянулся, хрустнув суставами.

– Но я до ночи вас ждать не буду. Двадцать минут – и сделка отменяется.

– Давай, пошли! – Арле шагнул, раскидывая песок в разные стороны.

Кроат помедлил: показаться трусом или рискнуть? Друга бросать он не хотел. Но лезть в сомнительное приключение тоже. Ему эта половина медяка не сдалась вообще.

– Идем, – выдавил он наконец и бросился догонять Арле. – Зачем ты в это ввязался??

– Ты так и не понял? – усмехнулся тот, когда ребята отошли подальше. – Видел его кошель?

– Я видел два серебряных, которые он был готов выложить за меч, и что дальше?

– У него там серебра минимум десяток, плюс меди около двадцати монет, не считая ломаных.

Кроат остановился, обернулся, чтобы убедиться, что Толлен не идет по их следу:

– Ты это на слух посчитал?

– Все примерно, конечно.

Парень знал, что у его друга море разных талантов, не считая природной харизмы – пусть даже эта самая харизма сейчас была по уши в песке. Но о таком – даже не подозревал.

– Ты как… будто взломщик.

– Как отец, ты хотел сказать? – прищурился Арле и погрозил другу пальцем: – Давай-ка без намеков. Скажи лучше, когда ты в последний раз сам деньги зарабатывал?

– Никогда, – подумав, признался Кроат.

– Вот видишь. Со мной ты становишься лучше! – он похлопал друга по плечу. – А вытащить птицу из ловушки, да получить половину медяка… Две доли тебе, четыре – мне.

– Это еще почему??

– Не ори, птицу распугаешь. Улетят вместе с ловушками. Все по-честному. Мы с тобой идем вдвоем, так? Так. В дело втянул кто? Я. Риски на ком? На мне. Две доли за риск, а остальное поровну.

– Сомнительная математика.

– Но ты все равно со мной! – бодро заявил Арле. – Посмотри, ведь только что был день без забот, а теперь что? Работаем! Не каждый за неделю получает столько, сколько мы вдвоем за такое маленькое приключение.

Кроат отмахнулся и неуверенно зашагал вперед. Друг подотстал, чтобы смахнуть с лица песчинки, что так и сыпались то в глаза, то в рот.

Парень не понимал, злится он на себя, на Арле или на того здоровяка. Толлен. Совсем неподходящее имя. Толлен – это столяр. Фермер. Никак не гора мышц с лицом, по которому пара армий оттопталась.

Осознав, что десятка два шагов он сделал без компании Арле, Кроат остановился и развернулся, уставившись на друга, который только что закончил отряхиваться.

– Порядок – превыше всего! – заявил он, приближаясь. Вдруг его лицо изменилось: – Стой! Стой на месте и не шевелись!

Глава 3. Цепи питания

– Что такое? – не сразу понял Кроат и повернулся, но замер на полуобороте.

За его спиной, шевеля медленно из стороны в сторону драным облезлым хвостом, слегка припав к песку, расположилась огромная, размером со сторожевую собаку, крыса.

Вытянутая морда была нацелена прямо на застывшего Кроата.

– Может, ты подскажешь, что делать дальше? – едва слышно произнес он, понимая, что ввязываться это дело было не просто плохой – а отвратительной идеей.

Мервардские крысы, как и жившие в других городах, обладали тремя несомненно важными параметрами. Они были большими, они были злобными и еще они могли заразить, чем угодно, вплоть до горячки, в которой можно было проваляться не одну неделю.

Эти три параметра сейчас внушали Кроату больший страх, чем Толлен.

– Если ты проявишь слабину, она тебя сожрет, – предупредил Арле.

– Лучше бы ты молчал, – парень глубоко вдохнул, стараясь не упускать крысу из виду.

До нее было метров пять.

– Хорошо, что это еще не водяная собака! – продолжал Арле, как ни в чем не бывало.

Кроат поднял ногу, чтобы уйти прочь, но крыса тут же злобно зашипела.

– О, хорошо, она тут одна.

– Они же в канализации водятся, что она тут забыла… – простонал Кроат. Влип так влип.

– Выберемся, спрошу у Марии, – пообещал Арле. – А теперь не шевелись, я попробую ее отвлечь.

Он посмотрел под ноги, нашел небольшой камушек, вынесенный на берег ночным штормом, и крепко сжал его между пальцами.

– Стой и не шевелись, – предупредил он друга и бросил снаряд, который угодил Кроату прямо в лоб.

– Ай! – парень дернулся.

– Не шевелись, кому говорю, сейчас еще кину!

– Не в меня, пожалуйста!

Если бы у городских крыс было чувство юмора, особь, избравшая пляж для дневного моциона, наверняка бы предпочла, чтобы представление продолжалось. Но вместо этого медленно двинулась к Кроату. Как говорится, если еда не идет в рот – тогда рот сам пойдет к еде!

Издав истошный вопль, мальчишка бросился прочь, не разбирая дороги: куда смотрел, туда и побежал. На его пути был Арле, куст травы, а потом и море.

Но если друг успел отскочить в сторону, вновь нырнув лицом в песок, а куст травы начисто распорол одну брючину, да еще и ногу в кровь, то морю деваться было некуда.

Кроат не подумал о том, что крысы неплохо умеют плавать – особенно такие большие и жирные. И с разбега бросился в воду, озираясь на преследователя и оттого нахлебавшись воды.

Крыса не отставала и не боялась промокнуть, но быстро плыть не могла. Эволюция городских грызунов не изучила возможность затопления их мест обитания.

Зато прохладная вода остудила ее пыл, хоть и не притупила голод – и благодаря этому Кроат успел выскочить на берег метрах в пятнадцати от места, где нырнул.

– Жив, ха-ха! – Арле вновь повеселел, наблюдая за приключениями друга. – Ну что? – спросил он, и в этот момент море вспучилось пеной как раз там, где плыла крыса.

Грызун жалобно, но все равно противно пискнул и исчез под водой, тут же окрасившейся в бледную красноту.

Кроат едва дышал. Пробежка, заплыв, вода, попавшая в нос – все это сбило дыхание, но главное, он был жив.

– Поздравляю, дружище! Первая победа! Не силой, но хитростью. Почему за нее уровни не дают?

– Я не знал, что там морской ящер, – пролепетал Кроат. – Какая, к черту, хитрость…

– Или боги помогли! – все еще на эмоциях от победы, Арле воздел руки к нему.

– И что я только пошел сюда! – Кроат толкнул друга в грудь. Несильно, но ощутимо.

– Эй-ей-ей! Штраф в одну долю медяка! – важно заявил тот. – А ведь я тебе еще спасти пытался, – он присмотрелся к красному пятну на лбу друга. – Виноват я, что у меня с ловкостью беда.

– Да-да, тебе надо ее тренировать. И меткость, и ловкость, – отмахнулся Кроат, потирая лоб.

– Ты не забывай, меткость – она для охотников и стрелков.

– Мне оно не нужно, – паренек опустился на песок. Жара, страх, камень по голове – и вот все уже начало плыть перед глазами. Еще и разрезанную ногу жгло.

– А ну-ка, – дружеская ладонь знатно приложила Кроата по обеим щекам. – Ты чего удумал, ну, говори! Сознание мне чтоб тут не терял. Две птицы я не утащу с тобой на плече.

– Ну да, – прикрыв глаза, проговорил парень. – У тебя ведь еще четвертый уровень силы.

– Да, а в тебе сколько? Пятьдесят или шестьдесят килограммов! – прикинул Арле. – Так что вставай и пошли.

– Сейчас.

Полежав пару минут, Кроат встал, согнулся и выпустил содержимое желудка на песок.

– Только. Скажи. Хоть слово, – предупредил он Арле, который уже раскрыл рот для нового комментария.

– Понял. Молчу. Готов подставить руку и плечо.

– Да ну тебя, – Кроат вытер рот рукавом мокрой рубашки. – Пошли, найдем уже эти чертовы силки.

К их полнейшему разочарованию, первый оказался не только пустым, но и разломанным.

– Похоже, что крыса постаралась. Интересно. Крыса съела птицу, чтобы ее саму съел ящер. Вот это цепь событий.

– Цепь питания, – мрачно проговорил Кроат.

Они пошли дальше. Второй силок был пуст и готов к применению, и только в третьем они нашли чайку. Как они ни старались, еще одну ловушку найти не смогли – да и была ли она?

Так, с одной дохлой чайкой, которую Арле держал за шею, они вернулись к Толлену. Тот уже распалял костер, собранный из небольших веток. Те, что потолще, сушились рядом, маленькие лежали ровной стопкой.

– Хороши помощники, купались вместо дела, – заметил здоровяк, и только потом обратил внимание на порезанную ногу, и на одну птицу в руке Арле: – Вторая отбивалась и улетела прочь? Или вторую сожрала крыса? – уточнил он, махнув веточкой в сторону раны.

– Это трава.

Толлен захлопал глазами, положил веточку в костер.

– Так можно было крысу принести, – заявил он.

– Этого не было в задании.

– Какие-то вы не слишком сообразительные помощники! Давай сюда птицу!

– А деньги?

– А где вторая? – парировал Толлен.

– Поскольку задание выполнено наполовину, требуем половину оплаты! – вновь обретая деловой вид, заявил Арле.

– Треть.

– Половину, и обойдемся без ужина.

Здоровяк хохотнул, вытащил три доли медяка и протянул их Арле. Тот отдал птицу.

– Далеко пойдешь.

– Так что насчет следующего задания, не такого плевого? – спросил он.

– Если тебе нужны деньги, иди и работай, парень, – посоветовал Толлен. – Такие помощники, которые проиграли в бою с травой и упустили птицу, мне не нужны.

– Ну так это он, а не я, – ляпнул Арле прежде, чем понял, что надо захлопнуть рот.

– Ой-ой, – только и сказал Толлен, наблюдая за изменяющимся лицом Кроата, который развернулся и пошел в сторону города. – А я думал, что вы друзья.