Читать книгу "Рожденный, чтобы жечь! – 2"

Гугля внимательно следил за каждым движением профессора, пытаясь повторять его жесты. Боря же, устроившись поудобнее, закрыл глаза и скрестил руки на груди.

Профессор тем временем демонстрировал, как зажечь свечу силой мысли. Сосредоточенно глядя на фитиль, он медленно поднимал руку, и вот, словно повинуясь невидимому приказу, свеча вспыхнула ярким пламенем. Аудитория восхищенно ахнула. Гугля попытался повторить, наморщив лобик и вытянув ручонку в сторону свечи, но ничего не произошло.

Зато Боря не удержался от тихого замечания:

– Да у него просто зажигалка в рукаве, сто пудов.

Следующим номером программы было перемещение предметов силой мысли.

Профессор положил на стол перышко и, нахмурив брови, заставил его медленно парить в воздухе, а затем плавно опуститься обратно. Гугля с открытым ртом следил за перышком, а Боря пробормотал:

– Ага, левитация, как же. Наверняка там магниты какие-нибудь спрятаны.

Иллюзии профессор демонстрировал с особым удовольствием. Он создавал в воздухе небольшие светящиеся шары, которые меняли цвет и форму, превращаясь то в бабочек, то в цветы.

Гугля радостно хлопал в ладоши, а Боря прищурился, пытаясь разглядеть какой-нибудь подвох.

– Голограммы, не иначе. Сейчас любой школьник такое сделать может, – буркнул он себе под нос.

Когда профессор закончил демонстрацию, он предложил студентам попробовать самим. Боря же, продолжая сохранять скептическое выражение лица, лишь вздохнул и закатил глаза, предчувствуя очередную порцию бессмысленной траты времени.

Но профессор, казалось, его не замечал. Он подходил к каждому студенту, давая советы и подсказки. Подошел он и к Боре, который демонстративно ковырялся в носу, всем своим видом показывая, как ему неинтересно.

– Ну что, молодой человек, попробуем? – спросил профессор, доброжелательно улыбаясь. – С чего начнем? С огня или с левитации?

Боря пожал плечами.

– Да мне как-то всё равно. Всё равно ничего не получится.

– Глупости, – возразил профессор. – Просто нужно немного концентрации и веры в себя. Попробуйте зажечь свечу.

Боря неохотно поднял руку, с сомнением глядя на фитиль. Он попытался вспомнить всё, что говорил профессор о мане и концентрации, но в голове была пустота. Он просто тупо смотрел на свечу, чувствуя себя полным идиотом.

И вдруг, совершенно неожиданно для самого себя, он почувствовал что-то странное. Легкое покалывание в кончиках пальцев, словно он прикасался к чему-то электрическому.

И в тот же миг его руки загорелись.

– Это чё за херня?!

Глава 6

Боря отдернул руки, как от кипятка, и вскочил с места, опрокинув стул. Аудитория замерла в изумлении. Профессор, сохраняя невозмутимый вид, лишь приподнял бровь.

«Чуть меня не сшиб, – пронеслось в моей голове. – Блин, тиран, ты бы хоть по сторонам смотрел!»

– Что это было? – пролепетал Боря, испуганно глядя на свои руки. Они дрожали, но вроде бы не обгорели.

Магия моя была, вот что! Если бы преподаватель понял, что у тебя ничего нет, тебя бы выперли отсюда! А мне нельзя покидать эти стены. Тут знания, Борь!

Мои мысли и возмущения никто не слышал. Но я тоже замер, опасаясь, что тиран перегнет палку. Или вообще – сгорит морально.

– Поздравляю, молодой человек, – произнес профессор, улыбаясь. – У вас, кажется, талант. Просто нужно немного его развить.

– Какой ещё талант? – огрызнулся Боря. – Это какая-то ошибка! У меня ничего не горело!

Боря врал, я это прекрасно видел по всем его эмоциям и действиям.

Но он врал. Он прекрасно чувствовал этот жар, эту странную энергию, которая была над его руками. Я потратил немало сил, чтобы попробовать зажечь свечу, да так, чтобы никто на меня не подумал.

Переборщил, разумеется, но у меня получилось! Мои тренировки не прошли даром. Да и…

«Спасибо вам, профессор, – я старался не улыбаться, чтобы не вызвать ненужное внимание. – Если бы не ваши слова, я бы не понял, как делать огонь!»

Так же я прекрасно понимал, что для такого твердолобого дуболома, как Борис, случившееся было нечто большее, чем просто магия. Для него – это был разрыв привычного шаблона. Его любимого, прямолинейного. Интересно, после увиденного он поверит в силы, которые не может объяснить?

Воцарившаяся тишина длилась недолго. Пока я думал, а точнее, принимал тот факт, что мне придётся найти способ общения с Борисом, тиран, в свою очередь, ошарашено пялился на свои руки.

Профессор подошел к нему и положил руку на плечо.

– Не бойтесь, – сказал он. – Магия – это не страшно. Это просто сила. И если вы научитесь её контролировать, то сможете достичь многого. Но для начала вам нужно успокоиться. Сядьте и попробуйте снова. Только в этот раз сосредоточьтесь не на свече, а на своих ощущениях. Почувствуйте эту энергию внутри себя и направьте её туда, куда хотите.

Боря недоверчиво посмотрел на профессора.

«Хех. Магия? Боря и магия?»

Парнишка медленно опустился на стул, поднятый кем-то из аудитории, и закрыл глаза.

В животе у меня заурчало. Вот тебе и магия, вот тебе и профессор! У меня тут, понимаешь, дилемма вселенского масштаба: как общаться с этим упрямцем, а он, видите ли, энергию ищет. Да я тут энергию трачу, чтобы его задницу из огня вытаскивать! В прямом и переносном смысле.

Боря сидел, наморщив лоб, словно решал уравнение с тремя неизвестными.

Интересно, он сейчас представляет себя великим магом или просто пытается вспомнить, куда подевал вчерашние носки?

Я бы на его месте лучше поел. Хотя, может, он так концентрируется? Вдруг сейчас как выдаст что-нибудь эдакое? Всю аудиторию в кроликов превратит, а профессора – в говорящую лягушку. Было бы забавно.

Но я понимал, ничего у него без меня не выйдет. А вот у меня…

«Блин, а сил-то мало… Если я что-то попробую сделать, то и вовсе усну. Так дело не пойдёт…»

Тишина в зале давила сильнее, чем профессор на первом экзамене. Все замерли, словно в музее восковых фигур, только Боря потеет.

Я уже начал было скучать, как вдруг… ничего не произошло. Вообще.

Никакой вспышки, никакого пламени, даже искорки не вылетело. Только разочарованный вздох Бори и сочувствующий взгляд профессора. Ну что ж, бывает. Не всем же быть волшебниками, кто-то должен и стулья опрокидывать.

– Не получилось, – тихо произнес Боря, словно оправдываясь. – Я не чувствую никакой энергии.

Профессор ободряюще похлопал его по плечу.

– Не переживайте, это нормально. Магия требует времени и практики. Главное – не сдаваться. Попробуйте еще раз завтра.

Боря кивнул, но в глазах его читалось сомнение. Я же, наоборот, ликовал.

Неужели этот олух и вправду поверил, что у него есть какой-то там талант? Борь, это я тебе помогаю!

Мысли мои прервал звук отодвигаемого стула. Боря встал и направился к выходу из аудитории. На ходу он бросил взгляд на профессора, но ничего не сказал.

Я почувствовал, как его охватывает разочарование и даже злость. Вот и хорошо, пусть злится. Может, хоть немного мозги прочистятся. Главное, чтобы не натворил глупостей.

А то ведь, знаю я его, способен на всякое. Вдруг решит самостоятельно тренироваться? Или, что еще хуже, полезет в какие-нибудь магические книжки? Только вот какой от них толк? Он ведь не маг.

Нет уж, этого я допустить не могу. Придется брать дело в свои руки. Или, точнее, в свои мысли.

Так, эй, деревянный, стой! Ты меня забыл!

***

Даже Антошка не мог разрядить обстановку. Сколько бы он ни клоунничал, Борис и бровью не повел, делая вид, что вообще не слышит своего рыжего соседа.

– Да ладно тебе, – не унимался рыжий. – Ты вон, целые кулаки огнем обдал. Подумаешь, потом не встало на магию.

Боря молчал. Гугля, прищурившись, пялился на соседа.

– Я когда впервые вызвал огонь, то вообще, челку себе спалил. А ты… ты… – фантазия соседа заканчивалась. – А ты вон, переплюнул всех! Да еще и на первом занятии.

– Никого я не переплюнул, – пробормотал Клименко. – Магия. Огонь. Бред, полный.

– Да какой там бред? – Антон встал с кровати и приблизился к койке своего соседа. – Я вспомнил, кстати, где тебя раньше видел. Я же говорил, что твоя морда мне знакома?

– Где? – Борис, наконец, оторвался от созерцания стены и взглянул на Антошку с плохо скрываемым раздражением.

– Да ты ж в магазине грабителей раскидал! Тебя даже по телеку крутили. Там у тебя тоже, типа, кулаки горели. Твое лицо, конечно… спрятали под черной полосой. Но там и походка твоя была, и телосложение… Я сразу узнал!

Борис скривился. Память услужливо подкинула воспоминание о том событии, которое круто изменило его жизнь.

– Слушай, отвали, а? – пробурчал Борис, отворачиваясь к стене. – Не хочу я ни про магазин вспоминать, ни про огонь. Хочу, чтобы меня оставили в покое. Просто в покое.

Антошка замолчал, словно понимая, что он перегнул невидимую палку. Он сел обратно на свою кровать и, немного подумав, достал из-под подушки помятую колоду карт.

– Ладно, – сказал он тихо. – Давай лучше в дурака сыграем? Может, хоть немного отвлечемся.

– Не.

Пожав плечами и спрятав карты обратно, рыжий встал со своей кровати и двинулся на выход. Бросив через плечо короткую фразу:

– Я в буфет. Водички тебе принесу.

Борис проводил взглядом рыжую макушку, скрывшуюся за дверью.

– Водички мне, видите ли, принесет. Да лучше б оставил меня в покое, как я и просил.

Он лег на спину и уставился в потолок. Белый, обшарпанный, с подтеками от протечек. В голове роились мысли, одна безумнее другой. Может, он спит? И все это – просто дурацкий сон? Надо ущипнуть себя посильнее. Но даже болезненное пощипывание за руку не вернуло его в реальность.

«Огонь, кулаки, академия, Антошка этот назойливый… Господи, да что вообще происходит?»

Вдруг со стола раздалось тихое угуканье.

Боря аж подскочил. Угуканье! Еще этого не хватало. Он медленно повернул голову в сторону стола. Там, в плетеной корзинке, сидел Гугля, завернутый в пеленки, который таращился на него огромными голубыми глазищами и снова угукал, на этот раз громче и настойчивее.

– Чё, опять жрать хочешь?

Гугля дважды мотнул головой, как бы говоря: «нет». И Борю, первоначально, не смутил тот факт, что младенец его понимает. Точнее, понял его вопрос. Отвернулся обратно.

Борис уставился в потолок, пытаясь игнорировать пищащего младенца. Но Гугля не унимался. Он кряхтел, дергал ручками и ножками, и казалось, что вот-вот вывалится из своей корзинки.

– Да что с тобой такое? – не выдержал Боря, поворачиваясь к столу.

Гугля перестал дергаться и уставился на него. Его большие голубые глаза, казалось, смотрели прямо в душу. Боря почувствовал странное беспокойство.

– Что? Что ты хочешь? – пробормотал он, чувствуя себя идиотом, разговаривая с младенцем.

И тут Гугля… заговорил:

– Па-па?!

– Да какой я тебе папа?! – возмутился Боря, глядя на Гуглю. – Ты чё? Забыл? Ты – подкидыш! И потом, у меня нет никакого желания быть чьим-то папой, тем более такого… срущего террориста.

Гугля на слова Клименко никак не отреагировал, только продолжал таращиться на него своими огромными глазищами и гулить что-то невнятное. Клименко даже показалось, что в глазах Гугли промелькнуло что-то вроде обиды.

– Ладно, – сдался Боря. – Что тебе надо? Только говори нормально, а не как этот… говорящий попугай. Может, ты есть хочешь? Или, может, памперс сменить? Хотя, откуда я знаю, как это делается?

В ответ Гугля снова выдал «па-па» и протянул к Боре крохотную ручку. Боря замер в недоумении.

Ну вот, что ему делать? Взять этого крикуна на руки?

– Ну, блин, ты и задачку мне подкинул, – пробормотал Боря, глядя на Гуглю.

Боря сидел на кровати и пялился на младенца. Тот, вытягивая ручку, вдруг замер, словно в ожидании чего-то. И тут в воздух поднялась ручка… самого Бори! Вернее, его рука.

Медленно, как будто против воли хозяина, она потянулась к Гугле. Боря, пораженный, смотрел на это сюрреалистическое зрелище. Гугля, кажется, был вполне доволен.

«Что за хрень?! Что происходит?! – металось в голове у Бори. – Это что, он телекинез вытворяет? Да быть не может! Или может?..»

Рука между тем уже нависла над корзинкой, а пальцы сами собой сложились в некое подобие фиги. Боря попытался остановить это безумие, но рука его не слушалась. Она действовала по собственной программе, ведомая маленьким крикуном в пеленках.

Пальцы сложились плотнее, и Боря осознал, что сейчас его рука выдаст младенцу смачного «кукиша».

– Ты чё, Гугля, это ты делаешь?

Гугля издал радостное «агу» и надул щеки. Рука, словно получив команду «отбой», расслабилась и медленно опустилась обратно на кровать. Боря, не до конца понимая, что произошло, уставился на свою конечность, как на инопланетное существо.

– Что это было, мать твою?! Гугля, ты что, мной управляешь? – зарычал он, ожидая, что младенец сейчас ответит ему.

Гугля, однако, лишь почесал щечку и зевнул. Боря решил, что ему срочно нужен перерыв. Он рывком поднялся с кровати и направился к двери.

«Нет, это не сон, это точно не сон. Слишком уж все абсурдно, – пронеслось в его голове. – Нужно выйти, проветриться, а то сейчас точно крыша поедет».

Но стоило ему взяться за дверную ручку, как в голове раздался тоненький, но отчетливый голосок:

– Па-па! Па-па!

Боря замер, словно громом пораженный. Он медленно обернулся к Гугле. Тот, с невинным видом, лежал в своей корзинке и смотрел на него огромными, невинными глазами.

– Папа? Я? Да быть этого не может! Я еще слишком молод для этого дерьма! – парировал юноша.

– Па-па, – Гугля поднял руку, развернул ладошку к потолку и выполнил жест, чтобы подозвать к себе Бориса.

Жест Гугли был настолько нелепым. Малыш явно пытался повторить что-то вроде «иди сюда», но получилось скорее «гони монету» с умоляющим взглядом.

– Ладно, черт с тобой, – проворчал Боря, подойдя и склоняясь над Гуглей. – Поиграем в твою игру.

Он облокотился руками на стол, стараясь смотреть в глаза этому маленькому манипулятору.

– Ты у нас, типа, разумный, да?

Тот кивнул в ответ.

– Ну хер с тобой… Давай тогда так: я буду задавать тебе вопросы, а ты кивай головой, если «да», и мотай, если «нет». Понял?

Гугля внимательно смотрел на него, словно действительно пытался вникнуть в суть предложения. Наконец, он медленно кивнул.

Боря был ошарашен.

– Окей, поехали, – пробормотал он. – Ты понимаешь меня?

Гугля энергично затряс головой.

– Ты можешь говорить нормально, но не хочешь?

Тут младенец задумался, наморщил лобик и мотнул головой из стороны в сторону.

– То есть, ты не можешь говорить нормально? – уточнил Боря. Гугля с облегчением кивнул.

– Так, стоп, – Боря потер переносицу. – В голове не укладывается. Ты не можешь говорить, но можешь… управлять мной? И показывать мне кукиш моей же рукой?

Гугля хихикнул, но помотал головой.

Боря, уставший и сбитый с толку, просто выдохнул.

– Так, – вновь начал он. – Ты, типа, маг, или как эта херня тут называется?

Малыш тут же кивнул и, не моргая, улыбнулся беззубым ртом.

– А я?!

Гугля энергично замотал головой в разные стороны. Да так, что Боря решил, что младенец сейчас голову себе открутит.

Боря уставился на Гуглю.

«То есть, я не маг? А кто тогда огонь в магазине вызвал? Кто кулаками этими светящимися махал? Неужели… случайность? Бред какой-то».

– Ладно, – пробормотал Боря, отступая от корзинки. – Завязываю я с тобой в эти игры. И вообще, надо помыться. А то хожу тут, воняю, как… как ты после ночи!

Он резко развернулся и направился к двери, решив, что игнорирование – лучшее оружие против говорящих младенцев и внезапно свалившейся «магической» реальности. Но стоило ему дотронуться до ручки, как Гугля вновь подал голос:

– Па-па, не-е-ет!

Боря замер. В голосе младенца звучала такая неподдельная мольба, такая вселенская печаль, что у Бори ёкнуло что-то внутри. Он обернулся. Гугля лежал в своей корзинке и смотрел на него огромными, полными слёз глазами.

– Ну, чего ты? Чего тебе надо? – сдался Боря, возвращаясь к столу. – Только давай без этих «па-па», а? Меня от этого слова уже дёргает. Может, тебе соску дать? Или колыбельную спеть? Хотя вряд ли я знаю хоть одну колыбельную…

Гугля, всхлипнув, протянул к нему маленькую ручку. Боря, поколебавшись, взял её в свою ладонь. Ручка была крошечной и тёплой. И почему-то от этого простого жеста всё его раздражение, всё неверие куда-то улетучились. Он почувствовал какое-то странное, щемящее чувство, похожее на… жалость? Или даже нежность? К этому говорящему, магическому, вонючему младенцу.

– Ладно, – вздохнул Боря, присаживаясь на стул. – Что ты хочешь мне сказать? Говори уже, философ недоделанный. И покороче, а то у меня ещё стирка и душ по расписанию.

Гугля, немного успокоившись, перестал плакать. Его огромные голубые глаза, казалось, впитывали каждую деталь лица Бори. Он что-то невнятно пролепетал, потом повторил громче: