Читать книгу "Дотла 2. Красная королева"

Глава 11. Невеста бандита

Вика.

Как только нахожу в себе силы приподнять тяжёлые веки, воспоминания вчерашней ночи обрушиваются на меня тяжёлой плитой. Медленно поворачиваю голову – Дэна нет. Я одета в свою шелковую пижаму, и единственное, что отчётливо помню, – его признание: «Этому меня научила русская мафия». Слова, прозвучавшие в темноте, теперь висят над моей реальностью подобно гильотине.

Стас оказался прав? Я выхожу замуж за бандита?

Отлично, Вика, от чего бежала, на то и напоролась.

Горькая ирония судьбы обволакивает меня удушающим коконом разочарования.

Тело словно побили палками – каждая мышца наполнена свинцовой тяжестью. Вчерашний день исчерпал весь лимит эмоциональных потрясений: ограбление, перестрелка, погоня, а потом – неистовый, первобытный секс без объяснений и оправданий.

И я кончила, кажется, дважды, громко и бесстыдно стонала от прикосновений человека, которого должна была оставить в ту же секунду, когда поняла, что он лжёт мне.

На негнущихся ногах выхожу в просторную гостиную и сталкиваюсь с моим ночным кошмаром. Дэн сидит, облачённый в белую рубашку и классические брюки, гладко выбрит, с безупречно уложенными волосами. Демон под прикрытием. Выглядит так свежо и непринужденно, будто для него случившееся вчера – обыденность. Подумаешь, рискнул жизнью пару раз, чуть не убил пятерых и овладел невестой в лесу на капоте чужой машины. Будничная суета, не более.

– Как ты себя чувствуешь? – он встаёт при виде меня, в глазах мелькает тревога, которую он пытается скрыть за маской сдержанности.

– Отвратительно, – фыркаю и, игнорируя его туманящую разум ауру, прохожу на кухню. Воздух сгущается, пропитывается напряжением.

– Вика… – запястье обхватывают тёплые пальцы, посылая предательские мурашки вдоль позвоночника. – Нам нужно поговорить.

Я пробегаюсь ледяным взглядом по его предплечью. А нужно ли говорить? Что он мне нового может сказать? Какие бы аргументы он ни привёл, все они сведутся к одному: Он. Мне. Врал.

Отдавшись полностью порыву и разрывающей боли внутри, я с замаха ударяю его свободной рукой. Звук пощёчины разрезает тишину комнаты.

Дэн застывает, его щека медленно наливается алым. В глазах – шок, смешанный с пониманием. Он не отстраняется, не пытается защититься. Принимает мою ярость как должное. Его взгляд говорит яснее любых слов: он знает, что заслужил это. Челюсть напрягается, но он молчит, позволяя мне выплеснуть боль.

– Ты работаешь на мафию? – выстреливаю я.

– Вика…

– Отвечай! Да или нет? – повышаю тон.

– Давай сядем.

– Да или нет? – я настроена решительно, никаких больше долгих разговоров. Я хочу видеть, слышать правду без прикрас. Просто свалите на меня эту бомбу, и пусть меня разорвёт на части. Лучше так, чем жить будто в симуляторе, где все декорации фальшивые.

Он глубоко вздыхает и одаривает меня молящим взглядом.

Не смей. Мне. Врать.

– Нет, – отрезает он, побеждённо присаживаясь обратно на диван. Его плечи опускаются, будто под тяжестью невидимого груза. – Я больше не работаю на мафию. То, что ты видела вчера, были инстинкты, которым меня обучили ещё в семнадцать лет. Я был в составе бандитской группировки Руслана Костенко, но вышел оттуда ещё до встречи с тобой!

Меня знобит, я всё ещё не могу отойти от вчерашней эмоциональной встряски. Каждое его слово проникает под кожу, как тонкая игла, оставляя следы неприятной правды.

– Разве из мафии просто так уходят? – мой голос звучит тише, но в нём кристаллизуется недоверие.

– У меня получилось, – в его глазах мелькает тень прошлого, которое, видимо, стоило ему немалых жертв.

– И ты уверен, что твои действия не повлекли за собой никаких последствий?

– Что ты имеешь в виду?

– Ваша со Стасом мама, она ведь умерла почти сразу, после твоего ухода, ведь так? – произношу я, и комната словно становится холоднее от моих слов.

Дэн сверлит меня ореховыми глазами, пытаясь понять, какую игру я затеяла. Его взгляд – как у загнанного зверя, который видит опасность, но не знает, с какой стороны придёт удар.

– Мама умерла своей смертью, я проверил данную информацию, но это не отменяет нашей со Стасом вины, – его голос надламывается на последнем слове, обнажая рану, которая, видимо, так и не зажила.

– А причем здесь Стас? – впервые за долгое время мне хочется защитить его брата. Проклятие, кажется, я начинаю принимать его сторону. Эта мысль застаёт меня врасплох.

– Он должен был остаться дома! У нас с братом был договор – не оставлять маму одну. И даже после появления Миронова мы продолжали следовать этому негласному правилу. В тот вечер Олега не было в городе, у меня были поздние занятия в университете, но Стас понадеялся на охрану и оставил маму одну в большом доме. Уехал на соревнования по киберспорту. Если бы он не поехал, маму можно было бы спасти! – в его голосе звучит застарелая, но не утихающая боль, смешанная с виной и горечью потери.