Читать книгу "По следам Богов."

Я поправила футболку, которую из-за телефонного звонка не до конца надела. На голове, как и в ней самой, был бардак: волосы сбились в пушистую кучу, которую с трудом удалось расчесать и заплести в косу.

Причина отмены интервью могла быть любой, ведь сегодняшний инцидент… я даже словами не передала бы увиденное… Но вот как шеф узнал о том, где я? Страх и недоумение заставляли сердце колотиться ещё быстрее.

Неожиданный стук в дверь прорезал молчание, которым была наполнена комната. Я слегка вздрогнула, покидая мысленные терзания.

– Лета, – раздался грустный голос Фабиана, – спустись вниз, пожалуйста, есть разговор.

Я поспешила выйти из комнаты, но, открыв дверь, столкнулась лицом к лицу с хозяином дома.

– Ой!

– Не спеши так, – хохотнул он, подмигивая, – или ты меня завалить решила?

Я скривилась, но ничего не ответила.

В гостиной нас ожидал мистер Хаслер. Он сидел на диване, словно мраморная статуя, но напряжение в его теле было ощутимо даже сквозь чёрную ткань рубашки и брюк. Мышцы, словно стальные канаты, казались натянутыми до предела. Мужчина даже не поднял на нас взгляд.

– Присаживайся, Лета, – сказал мистер Хаслер.

– Сначала ответьте, – я сложила руки на груди, – почему Вы отменили интервью?

Вместо слов он взял пульт с журнального столика и включил телевизор. Показывали репортаж с записью случившегося в опере, и следующим же кадром стал момент, когда ранили мистера Хаслера. Непонятно было, о чём говорили, но суть уловить оказалось легко.

– Я не знаю немецкого, – я нахмурилась и посмотрела на мужчин. Фабиан вальяжно раскинулся на диване, мистер Хаслер выпрямился и поднял на меня усталый взгляд.

– Перестрелка попала в новостные сводки, как и мы с тобой, – выдохнул бизнесмен, – для всех я с ранением нахожусь в больнице.

– У Вас есть двойник?

– Конечно, – он кивнул, – иначе было бы сложно работать.

– То есть мой шеф увидел это, – я указала на телевизор, – и решил уволить за невыполнение рабочего задания… классно!

Мистер Хаслер поднялся с места и подошёл ко мне.

– Сейчас под угрозой твоя жизнь, а ты беспокоишься о работе? – усмехнулся мужчина.

– Вы мне ничего не объясняете! – вмиг завелась я. – Думаете, в моей голове есть осознание происходящего?! Я не понимаю, что творится! Почему убить хотят и меня, хотя, как я понимаю, цель – Вы! – я ткнула указательным пальцем ему в грудь, а мой голос сорвался на крик. – Помимо этого, как Вы, чёрт возьми, излечились после пулевого ранения?! Как материализовались из чёрного… тумана?.. Тогда, в переулке с русалкой. Что за фокусы?!

Хаслер сжал мою руку до боли: белки его глаз почернели, но лишь на миг.

– Сядь, – приказал он.

Я испуганно покосилась на мужчину, который выжидающе смотрел на меня. Сглотнув, повиновалась. Что это только что было?! Я посмотрела на Фабина, который выглядел так, будто ничего не происходит.

– Кто вы? – прошептала я.

– Боги, – безэмоционально выдохнул Фабиан.

– Звучит как бред, – нервно хохотнула я.

– Будь мы кем-то иными, – вскинул бровь хирург, – было бы менее бредово? А каковы твои догадки?

– Мутанты? Инопланетяне? – всплеснула руками я. – Откуда мне знать, кто вы?! Какие ещё, к чёрту, боги?!

– Вильгельм, покажи ей что-нибудь, – хохотнул Фабиан.

– Уже достаточно показал, – рыкнул мужчина, – верить или нет – её выбор.

– Я думала, Бог лишь один, – хмыкнула я, заставив мужчин посмотреть на меня. – Большая часть населения Земли – христиане. Так что в моей голове не складывается пазл.

– Это было весело, но давненько, – засмеялся Фабиан.

– Нас двенадцать, огонёк. Мы создали вас очень давно, – мистер Хаслер смягчился, – и уже тысячи лет живём среди людей, стараясь следить за мировым балансом. Кто-то прямо, как я или Фабиан, влияет на человеческую жизнь, а кто-то лишь наблюдает… есть те, кто жаждет старого порядка и поклонения.

Я глубоко вздохнула и уставилась в пол. Может, это всё сон?

– Допустим, – заговорила я, – но причём тогда нападение на Ваш дом и перестрелка в опере?

Мистер Хаслер смотрел на меня, прямо в глаза, будто пытался добраться до самой души. Я не выдержала такого зрительного контакта и опустила взгляд.

– Мы думаем, это кто-то из наших, – заговорил Фабиан, – Вильгельм сказал, что один из напавших на его дом людей стрелял не совсем обычными пулями. Свинцовые, которые обычно используют люди, как ты поняла, для нас безвредны. Но божественное оружие способно нас ранить, ну и даже убить.

– Зачем богам нападать друг на друга? – я посмотрела на Фабиана, и тот усмехнулся.

– Каждый из нас занимает определённое место в иерархии, – мистер Хаслер присел на прежнее место, закинув ногу на ногу, – имеется некий карьерный рост: чем сильнее ты, тем выше твой номер. Первый занимает положение Верховного бога, наблюдающего за смертными. Она сильнее, хитрее и умнее многих из нас.

– Она?

– Темпус – богиня Времени, – уточнил Фабиан. – Она главная… и, скорее всего, за раскрытие тайны нас ждёт неприятный разговор с начальством.

Не удавалось поверить своим ушам. Как такое вообще возможно?!

– А кто охотится на вас?

– Мы пока можем только догадываться, – поджал губы Фабиан.

– Но есть предположения, – подхватил мистер Хаслер и, помедлив, добавил, – думаю, тебе на сегодня хватит информации. Иди отдыхай, завтра продолжим разговор.

***

После таких волнующих и шокирующих событий уснуть было просто невозможно. Мысли путались в голове, словно бесконечный вихрь, не давая покоя. Сердце бешено колотилось в груди, создавая ощущение, будто выскочит наружу. Всё вокруг казалось странным и нереальным, словно я попала в лабиринт кошмаров, из которого нет выхода. Я ворочалась в постели, закрыв глаза, но каждый раз мгновенно просыпалась, ощущая, что тень беспокойства не отпускает меня. И вот я лежала, сжимая в руках одеяло, пытаясь отогнать страх и вновь заснуть.

Села в кровати и потёрла лицо, отгоняя остатки кошмара. Возможно, стоило умыться… или нет. Сбросив с себя лёгкое одеяло, я встала на мягкий ковёр и, обув тёплые тапочки, направилась в коридор. Пройдя немного вперёд, оказалась в уютном уголке для отдыха, где окна занимали всю фасадную часть крыши. Здесь было много растений в горшках, небольшой диванчик со множеством подушек. На столике рядом с ним лежало несколько книг. В этой комнате было прохладнее; казалось, что дышать также стало легче. Я втянула воздух полной грудью.

Забралась с ногами на мягкую софу и приникла к окну, наблюдая за тихим ночным пейзажем. За тонким серпом Луны и бесконечным количеством звёзд.

Как всё до этого дошло? Мне угрожала опасность только из-за того, что я оказалась не в том месте и не в то время? Или, может быть, это судьба? Да чёрт возьми, какая судьба?! Тут боги достоинствами меряются, а я лишь пылинка в их бытие.

С тяжёлым вздохом я обняла себя за колени, опустив голову на них. Словно тонула в объятиях самой себя.

Интересно, боги чего Фабиан и мистер Хаслер…

– Почему ты не спишь? – неожиданно, словно гром, прозвучал голос мистера Хаслера. Внезапный испуг заставил меня подпрыгнуть на месте. Глаза широко раскрылись, взгляд оцепенел, а тело напряглось. Обернувшись, я увидела его, стоящего в проходе между коридором и комнатой.

– Не могу уснуть, – вздохнула я, стараясь успокоиться, – Вы меня напугали… А сами почему бродите?

В полумраке комнаты, где тени играли с лучами Луны, было заметно, как он вздёрнул бровь. В тот момент, возможно, мои слова показались ему абсурдом, вызывая в глазах немое удивление и недоумение.

– Мне не нужен сон, – бросил он, будто нечто очевидное. – Я здесь читал.

– В темноте?

Мужчина щёлкнул пальцами, и внезапно торшер, возвышающийся неподалёку от диванчика, озарил комнату своим мягким светом.

– У тебя ещё есть вопросы, как я вижу.

– Да, – я сглотнула ком в горле и повернулась к нему, – моя смерть ничего бы не изменила… так почему Вы меня защитили?

– Каждому человеку выделено определённое время, – Хаслер подошёл ближе и присел на край дивана, – и он должен прожить ровно столько, сколько изначально отведено. Самое неприятное, когда это происходит раньше срока, позже не так проблематично… – проворчал он и мягче добавил: – Твоя смерть ещё не скоро, огонёк.

От понимания, кто передо мной, глаза расширились до предела.

– Вы – Смерть?!

Он тихо вздохнул и медленно раскрыл книгу на нужной странице.

– Если тебе так проще, то да, – его длинные пальцы скользили по тексту, словно танцуя.

– То есть Вы знаете, кто…

– Огонёк, тебе об этом думать не нужно, – перебил меня мистер Хаслер, не отрываясь от книги. Сейчас он казался недосягаемо спокойным, словно воплощение совершенства. Его облик ошеломлял, будто передо мной находилась живая статуя, излучающая таинственную притягательность. На нём красовалась та же одежда, что и ранее, но теперь рубашка была распахнута, выставляя на обозрение его скульптурный, словно высеченный из мрамора, пресс, украшенный странными узорами татуировок. Чёрные линии, будто мазки краски, шли по бокам, спускаясь ниже и скрываясь под линией брюк.

– Что означают Ваши татуировки? – спросила я, без малейшего стеснения рассматривая мужчину.

– Это лишь часть их, – хмыкнул он и, усмехнувшись, добавил, – но просто так я перед девушками не раздеваюсь.

– Да я и не прошу об этом, – смущённо буркнула я, отворачиваясь к окну. – Больно надо.

Жажда заставила подняться с мягкого дивана и направиться к выходу из комнаты.

– Вниз лучше не спускаться, – голос мистера Хаслера вынудил остановиться и повернуться к нему лицом с немым вопросом в глазах, – Фабиан не один. Не думаю, что ты хотела бы это видеть.

– А если я пить хочу? – развела я руками. Мужчина жестом указал в угол комнаты, дальний от меня, где на комоде стоял графин с водой и пара стаканов. Я нахмурилась. – Его там раньше не было.

– Теперь есть, – бросил Хаслер, – пей.

Вода была прохладной и освежающей. Я прикрыла глаза от наслаждения и развернулась лицом к дивану, но внезапно в моей голове возник вопрос. И я озвучила его прежде, чем подумала, стоит ли.

– Боги спят с людьми?

– В случае Фабиана – да, – проговорил мистер Хаслер, добавив с усмешкой: – Хочешь проверить?

– Ну как найду того, кто меня заинтересует, сразу проверю, – фыркнула я.

Мужчина поднял на меня глаза, хищно прищурившись.

– Вот как, – он медленно облизнул губы.

– А у Вас был опыт с человеком? – продолжила я, будто дразня опасного хищника, находясь с ним в одной клетке. Адреналин да и только. Мужчина усмехнулся, но ничего не ответил, продолжая смотреть на меня. – Хотя Вы так устрашающе выглядите, что, скорее всего, отпугиваете потенциальных партнерш.

После моих слов мужчина поднялся с места и в два шага оказался передо мной. Нас разделял только стакан в моей руке, который я выставила вперёд, будто щит.

– Вот думаю, – он забрал стакан и отставил в сторону, прижимая меня к комоду. Мужчина наклонился к моему лицу и продолжил, – ты вроде не глупая, огонёк. – Он выдохнул эти слова мне в щёку, обжигая своим дыханием. Я подняла взгляд и встретилась с его чёрными как ночь глазами. Они, как бездонный колодец, притягивали, готовые заглотить полностью без остатка. Кажется, от этого взгляда я сходила с ума. Он вновь зашептал: – Огонёк поплыла…

– Мистер Хаслер, Вы слишком близко, – я попыталась отодвинуться, но пути отступления перекрыли его сильные руки.

– Вильгельм, – проговорил он слегка охрипшим голосом, касаясь носом моей шеи и отодвигая ворот майки, – назови меня по имени.

– Пожалуйста, отпустите, – страх смешивался со странным ощущением, похожим на желание. Внизу живота начало сладко тянуть.

– Назови меня по имени, – его губы прошлись по моей шее к ключицам, обжигая кожу, – тогда остановлюсь.

– Прошу, остановитесь, – обессилено прошептала я. – Вильгельм, прошу.

Он отпрянул от меня, освобождая из капкана, и вернулся на диван. Я сорвалась с места и скрылась за дверью своей комнаты, благополучно щёлкнув замком.

Сердце билось в груди так неистово, что казалось, будто оно готово выскочить наружу и взорваться от волнения. Каждое прикосновение оставило на коже жгучий, словно огонь, след, и пламя разгоралось внутри меня, заставляя каждую клеточку моего тела пульсировать.

***

Жар расходился по всему естеству, сворачиваясь в комок внизу живота. Крепкие мужские руки сжимали мои бедра, разводя их в стороны. Мощное тело прижимало меня к комоду, надавливая сверху. Жгучие поцелуи, окутывающие шею, словно пламя, с каждым прикосновением разгоняли пульс до предела.

– Пожалуйста, прошу, – взмолилась я, цепляясь за мужские плечи.

Ласковые пальцы нежно скользили по шёлковистой ткани моей пижамы, аккуратно расстёгивая каждую пуговицу рубашки. Я чувствовала каждое движение, покрываясь волнами мурашек. Соски, вставшие от неожиданного прикосновения, пульсировали на грани чувственного волнения. Разгорячённая кожа ощутила влажное и прохладное дыхание воздуха, освободившись от плена одежды.

Желанные губы скривились в усмешке, когда его пальцы сжали мой сосок. Я шумно втянула воздух, чувствуя, как каждая клеточка моего тела пульсирует.

– О чём ты так сладко молишь? – прошептал на ухо хриплый и томный голос. – Скажи, чего ты хочешь, огонёк?

Его руки продолжали блуждать по моему телу, особое внимание уделяя соскам. Когда он грубо обхватил один из них своими губами, моё сердце застыло в ожидании, а дыхание участилось. С губ сорвался стон.

– Ответь на вопрос, огонёк, – приказал он, взяв меня за подбородок, заставляя вскинуть голову и заглянуть в чёрную пучину его глаз.

Неожиданно мои веки разом открылись, и я ощутила, как холод пота обжигает кожу, а сердце бешено колотится в груди, будто пытаясь выбраться наружу. Мгновенно осознала, что лежу на своей постели, но внутри меня бурлили паника и неведомое беспокойство.

Ну я же не в пубертате для таких снов! Я ощутила, что моя пижама влажная не только от пота. Тянущее чувство между ног отозвалось в душе разочарованием.

Я быстро поднялась с постели и, не раздумывая, направилась в ванную комнату. Там меня ждал холодный душ. Погрузилась в поток прохладной воды, ощущая, как каждая капля приземляется на кожу, успокаивая внутреннюю бурю гормонов. В этот момент я почувствовала, как напряжение покидает моё тело.

Покончив с утренними водными процедурами, я завернулась в халат и прошла к кровати.

Резкий стук в дверь заставил подпрыгнуть на ходу.

– Если проснулась, спускайся: завтрак остывает, – за дверью раздался грозный голос Вильгельма.

Я будто всё ещё спала… Стаи мурашек пробежали по коже, заставляя поёжиться.

– Хорошо, – крикнула я в ответ, хватая с пола одежду.

***

Спускаясь по ступенькам, я молилась о том, чтобы там не было мистера Хаслера. Уж больно не хотелось его видеть. Особенно после такого сна. Стыдоба-то какая!

Дверь в столовую была распахнута, благодаря чему приятный аромат немецких колбасок распространился по всему первому этажу. Живот заурчал, напоминая о том, что нужно поесть.

Вильгельм боком стоял у окна с чашкой ароматного кофе. Он бросил на меня быстрый взгляд, кивнув в знак приветствия. Я не могла посмотреть ему в глаза после такого сна! Лицо вмиг залилось краской, и я смущённо кивнула в ответ. Душа бурлила от смешанных чувств страха и стыда. Вильгельм вызывал у меня непонятное ощущение тревоги и волнующее влечение. Его глаза были как две глубокие бездны, в которых я потерялась.

Фабиан сидел во главе стола и читал утренние новости на планшете. Его брови изредка сходились к переносице, а иногда он улыбался, отмечая что-то интересное. Фабиан отложил устройство в сторону и, обратив на меня внимание, вежливо улыбнулся.

– Доброе утро, – просиял мужчина. – Как спалось?

– Доброе. Ваши утренние слова всегда звучат как сарказм? – я подошла и села на свободное место. Стол был изысканно сервирован, а ароматы свежеиспечённых булочек и обжаренных сосисок ударили в нос.

Мои слова вызвали у мужчины улыбку.

– Стараюсь держать планку только для тебя, – хохотнул Фабиан, отпив из своей кружки, и вернулся к планшету.

Неожиданно Вильгельм заговорил на немецком, обратившись к своему другу. Бизнесмен подошёл к столу и занял место напротив меня, поставив перед собой свою уже пустую чашку. Фабиан закивал, но вдруг нахмурился.

Это надоедало. Я тоже связана с этим происшествием. Неужели не нужно ставить и меня в известность?!

Я с силой стукнула приборами о стол, привлекая внимание обоих. Удивлённые взгляды уставились на меня.

– Не могли бы вы разговаривать по-английски?! – сквозь зубы громко проговорила я. – Ведь я тоже в этом замешана! Моя жизнь зависит от того, как сложится ситуация! Я хочу быть посвящённой хотя бы в часть плана, если не можете полностью раскрыть карты!

Мужчины переглянулись, будто общаясь взглядами. Фабиан нахмурился, а у Вильгельма заходили желваки.

– Какая у вас информативная беседа! – прокомментировала я, чувствуя, как начинаю закипать.

Фабиан распахнул глаза, будто его что-то до глубины души поразило. Лик бизнесмена приобрёл нечитаемое выражение.

– Лицо Фабиана хотя бы отражает эмоции, – прошептала я, – а на этого как ни посмотри, – я продолжала вслух обсуждать мужчин, – едва заметно, что он что-то отвечает. – О! Смотрите-ка, уголок губ приподнял, – всплеснула руками я, забыв о завтраке, – что бы это могло значить?

Откинувшись на спинку стула, отрезала кусочек сосиски и закинула в рот, продолжая наблюдать за их переглядками. Мои глаза быстро устали перескакивать с одного на другого, и я вернулась к завтраку.

Не упускать же возможность насладиться едой: может, и настроение улучшится.

Когда закончила, отставила тарелку и уставилась на эту парочку. Вильгельм и Фабиан больше не смотрели друг на друга – их взгляды были направлены на меня. Хирург загадочно улыбался.

– Мы все дружно летим в Мюнхен, – хлопнул в ладоши Фабиан, – а оттуда поедем в Австрию, в Зальцбург.

***

Всего каких-то пятьдесят минут, и мы в аэропорту Мюнхена. Под приглушённый шум двигателей самолёта наш борт коснулся взлётно-посадочной полосы. Я смотрела в иллюминатор, за которым здание терминала становилось всё ближе и ближе.

Весь перелёт рядом со мной сидел Руэд с перебинтованной рукой. Мужчина веселил меня шутками и историями.

Из самолёта мы выходили первыми, а на перроне нас ожидал минивэн, стоящий рядом с автобусом для остальных пассажиров.

– Давненько я тут не был, – протянул Фабиан, идя передо мной и потягиваясь. – Ну что ж, – он потёр руки, открывая пассажирскую дверь, – в квартире уже всё готово.

– Мы поедем в ещё один Ваш дом? То есть в Австрию не сразу отправимся? – округлила глаза я.

– Дом Вильгельма, на этот раз, – кивнул он, пропуская меня внутрь, – а так у нас есть пара дел, которые надо решить.

Я и Вильгельм сидели на самом последнем ряду; перед нами было два кресла, их заняли Руэд и Клаус. Фабиан же расположился рядом с водителем.

Мы ехали по улицам Мюнхена к жилому району. Я сидела молча, наблюдая за сменяющимися за окном пейзажами. Улицы города удивляли красивыми зданиями, пышными парками и уютными кафе. Вдалеке виднелись старинные церкви, утопающие в зелени.

Фасады домов, украшенные изысканными деталями, сливались с ухоженными садами в единую картину уюта и изыска. Мне казалось, что каждый уголок города пропитан чувствами комфорта и гармонии. Я не могла оторвать взгляд от этой картинки.

– Нравится? – раздался шёпот у меня над головой. Этот голос каждый раз заставлял вздрагивать.

– Вы меня когда-нибудь перестанете пугать? – проворчала я, повернувшись лицом к Вильгельму. Он лишь усмехнулся, отпрянув от меня. Кивнув, ответила на его вопрос: – Красивый город.

На свой я ответ так и не услышала.

– Согласен, – кивнул бизнесмен, – есть несколько мест, которые тебе понравятся. Если успеем, покажу.

Я слегка удивилась, но, смущённо кивнув, отвернулась обратно к окну. Что за реакция такая? Пульс повысился, щёки обдало жаром… сердце будто выпрыгнет сейчас из груди… Хватит выдумывать! Может, он просто решил быть вежливым… Хотя до этого не отличался подобным… Ничего не понимаю!

Мы подъехали к высокому зданию; его фасад из светлого камня был очень красив: мгновенно привлекал взгляд изящными узорами на карнизах. Внутренний двор утопал в зелени и цветах. А с балкона и террас открывался восхитительный вид на историческую часть города. Входную дверь украшали резьба и медная ручка; несмотря на это, сюда прекрасно вписалось устройство домофона с кодовым замком. Дальше следовало просторное фойе с высокими потолками и широкой лестницей.

– Лифт тут тоже не предусмотрен, – пробурчала я, следуя за своими спутниками.

– Не ворчи, красотка, – хохотнул Клаус, идущий рядом. В руках мужчина нёс несколько сумок, включая мой рюкзак.

Глава 7

Квартира Вильгельма выглядела как нечто роскошное и неповторимое. Просторная и светлая гостиная, объединённая с прихожей, украшенная лаконичной мебелью и произведениями искусства. Высокие потолки дарили ощущение простора, а из окон открывался потрясающий вид на город.

Чуть дальше, за гостиной, была арка, ведущая в столовую и кухню. А с другой стороны прихожей отыскалась ещё одна, открывающая вход в подобное гостиной помещение. Там виднелось несколько дверей в спальни и, видимо, санузлы.

Я решила заглянуть в каждую и осмотреться.

Первая спальня оказалась в золотистых оттенках, с воздушными шёлковыми занавесками. Кровать стояла в центре комнаты, украшенная множеством подушек.

Во второй преобладали тёмные цвета, деревянные элементы. А у стены расположился камин.

Третья имела особенно пушистый мягкий ковёр и кровать с массивным балдахином.

Я с восторгом рассматривала всё, стоя в дверном проёме.

– Твоя первая, – от неожиданности я вздрогнула так сильно, что ударилась лбом о деревянную дверь. – Ты в порядке?

Большие прохладные руки легли мне на лоб, потирая ушибленное место. Это вызвало ещё больший шок.

– Я в порядке, – отпрянув от мужчины, проговорила я, – пожалуйста, не пугайте меня так! Вы очень тихо ходите, мистер Хаслер.

– А я думал, мы перешли к менее формальному обращению, – он хищно улыбнулся. Я вымученно вздохнула.

– Хотите меня смутить?

– Огонёк, – мужчина слегка наклонился ко мне, – у тебя щёки пылают.

– Здесь жарко, – фыркнула я, направившись в назначенную мне комнату.

Я не оборачивалась, но была уверена, что он усмехается. Его губы так и стояли перед моими глазами. Встряхнула головой, отгоняя наваждение, и устало плюхнулась на мягкую кровать.

Что со мной происходило? Никогда так не реагировала на мужчин, даже если испытывала симпатию. У меня были отношения, но долго они не продержались. Самые длительные – три месяца, по окончании которых я узнала, что мне изменяют. Как потом пояснил уже бывший парень, я слишком тихая в сексе, и ему это не нравилось. Ну да, мы же не умеем обсуждать вопросы, хотя я не один раз пыталась поговорить. С того дня прошло года два, и я так и не вступила в отношения: посвятила себя учебе, потом работе. А теперь… теперь просыпалось какое-то животное желание. От переизбытка эмоций я терялась и не знала, как реагировать. А он будто специально дразнил…

Я глубоко вздохнула, перевернувшись лицом в подушки.

Стоило принять душ и переодеться, а то мои потёртые джинсы скоро станут дырявыми – этакий гранж.

В дверь постучали.

– Красотка, забери свою сумку, – это был Клаус. Я поднялась с кровати и открыла дверь; помимо моего небольшого рюкзака у мужчины в руках оказалось ещё несколько брендовых пакетов. В моих глазах застыл немой вопрос.

– Э… это что?

– Одежда, – произнёс мужчина, будто бы что-то очевидное, – переоденься и приходи в столовую.

Клаус просто сунул всё это мне в руки и закрыл дверь. В одном пакете я обнаружила тонкую укороченную толстовку без капюшона, прямую мини-юбку и ремень к ней. Больше меня поразило содержимое второго: под высокими носками лежала коробка нижнего белья. Ладно, размер одежды узнать не сложно, но белья… это, мне кажется, перебор.

Любопытство взяло верх. В коробке отыскался восхитительный комплект нежного персикового оттенка с чёрными кружевными цветами по контуру. Почувствовав, как лицо начало пылать, я захлопнула коробку и откинула её на кровать.

***

Когда я покинула временную спальню, в квартире было тихо. Казалось, ни души. Но из столовой донеслось несколько голосов.

Там отыскались Клаус и Руэд. Первый возился у плиты, и аромат стоял потрясающий. Второй же сидел на барном стуле и ворчал о перебинтованной руке.

– Как вкусно пахнет, – восхитилась я, входя в комнату. Руэд улыбнулся, увидев меня.

– Клаус – отменная кухарка, – поддел друга «калека».

– Это точно, – поддержала я, на что «кухарка» замахнулся на нас лопаткой. Но это было лишь предупреждение – слова вызвали у него усмешку. – Как ты? – я повернула голову к Руэду, смотря на его плечо.

Мужчина погладил меня по голове здоровой рукой, вороша и так спутанные пушистые волосы.

– Всё в порядке, красотка, – он тепло улыбнулся, – переживать не о чём.

Я обошла мужчину и присела на соседний стул.

– А где?..

– Скоро вернутся, – хором ответили телохранители на вопрос, который я не успела полностью задать.

Тут раздался звонок в дверь. Я и Руэд отправились на разведку.

Вызвавшись первой посмотреть в глазок, я обомлела от удивления. Ведь на пороге стоял Карл – тот самый гид по Швейцарии. Он был слегка непривычно одет: исчез яркий свитер, но появилась тёмная рубашка с ярким принтом и светлый пиджак, такой же как и его брюки.

– Кто там? – шепнул Руэд.

– Карл, – ответила я, отходя от двери, и посмотрела на охранника, – но что он тут делает?

Выяснилось, что Карл пришёл по просьбе Вильгельма и Фабиана. Меня поразило, что они знакомы… хотя, может, уже стоило перестать удивляться.

– Душенька, я так рад видеть Вас живой и здоровой, – просиял мужчина, и в его словах чувствовался явный сарказм.

Уголки моих губ покорно приподнялись, создавая ложное впечатление улыбки, которую я тут же спрятала за глотком горячего чая.

– Ну Вы же здесь не для подобных «любезностей», – пробормотала я, отломив вилкой кусочек блинчика, приготовленного Клаусом.

– Конечно, – его лицо потеряло беззаботное выражение старичка, преобразившись, приобрело красивые черты. Морщины и серебристые волосы, которые, казалось, навсегда завладели его обликом, словно растворились в воздухе, оставив лишь гладкие черты и тёплый молодой цвет кожи. Осанка его выпрямилась, плечи стали шире, словно вновь возымели силу.

– Ты тоже один из них?! – воскликнула я, выронив вилку и чуть не упав со стула. За стул ухватился Клаус, помогая ему устоять.

Карл рассмеялся так мелодично и красиво… это завораживало. Паника отступила под натиском красивого смеха.

– Впервые вижу такую реакцию на бога Любви, – подмигнул мне Карл… или уже не он. Передо мной сидел молодой человек, будто модель с обложки. – Душенька, я безобиднее наших с Вами друзей.

Бог, мать его, Любви?! У меня не нашлось слов описать своё состояние. Это уже третье божество, которое я встречаю за последние несколько дней!

Мои глаза округлились, удивление застыло в суженных зрачках. Рот то раскрывался, то снова закрывался; я была точно рыба, ошеломлённая неожиданным попаданием на сушу.

– Ну что ж Вы так, душенька, – мужчина обворожительно улыбнулся, – выпейте водички. Мне думалось, что с такими приключениями Вас уже ничем не удивить. Дышите глубже, душенька. Человеческое сердце очень слабое.

– Вы меня такими словами не успокаиваете, – отрывисто проговорила я, принимая стакан из рук Клауса, который всё это время находился рядом со мной. – Слишком много богов на квадратный метр моей жизни.

– Очень много внимания для маленького человечка, – мужчина кивнул, соглашаясь со мной.

Я глубоко вздохнула и осушила стакан, после поставив его на стол. Хотелось поспрашивать гостя: может, получится что-то узнать.

– Вы же пришли сюда, – осторожно поинтересоваться не получилось, – потому что у Вас есть догадки или факты о случившемся?

– Несмотря на увольнение, Вы, душенька, не теряете журналистской хватки, – улыбнулся Карл. Я подняла на него взгляд и слегка прищурилась. Мужчина наигранно вздохнул и подпёр щёку рукой. – Думается мне, душенька, Вы надеетесь получить от меня информацию. Но как я могу Вам её дать, если Вильгельм и Фабиан этого не сделали? Меня за такое по головке не погладят…

– Ну да, – хмыкнула я, – сразу оторвут.

– Что Вы! – воскликнул Бог, вмиг убрав руки под стол. – Она слишком ценна!

– М-да, – хором пробормотали я, Руэд и Клаус.

***

Я провела большую часть времени в своей комнате, занимаясь таким прекрасным делом, как сон. Прошлая ночь оказалась для меня невыносимо бессонной, и я стремилась восстановить силы.

Вильгельм и Фабиан вернулись ближе к вечеру. Я проснулась от хлопка входной двери, который, словно будильник, прервал мой покой.

Решив пойти на кухню за водой, покинула комнату. Голоса из гостиной звучали очень громко. Чётко слышались тембры Вильгельма и Фабиана на немецком, но Карл говорил на французском.

– Guillaume! Torres pense que Leta est ta maîtresse! Je ne sais pas comment cet idiot est arrivé à cette Conclusion, mais votre apparition à l'Opéra de Stuttgart a confirmé ses suppositions!²

Услышав это, я остановилась в прихожей. Не стоило давать им понять, что знаю этот язык. Я тряхнула головой и вошла в гостиную.

– Уже голова трещит от ваших лингвистических перепалок, – проворчала я, проходя мимо замолчавших мужчин.

Я налила себе стакан прохладной воды и, опёршись поясницей о столешницу, принялась медленно пить. Мой взгляд был направлен в никуда.

Значит, преследователя зовут Торрес… И кто он? Видимо, тоже божество.

Вильгельм угрожающе прорычал что-то по-немецки.

– Mon ami, tu sais pourquoi il te cible, – парировал Карл. – Torres a toujours occupé une place dans les trois premiers. Tu te souviens, comme personne d'autre, comment il a perdu cet endroit.³

После этих слов Вильгельм разошёлся объёмной тирадой: его голос, точно раскаты грома, заставил посуду на кухне трястись.

Нет, так продолжаться не могло! Я подошла к дверям: Фабиан вальяжно сидел на диване, закинув ногу на ногу, Вильгельм угрожающе навис над Карлом. Казалось, что вот-вот начнётся драка.

– Хватит! – крикнула я, стараясь быть как можно громче. На меня воззрились три пары глаз. – Сейчас дом рухнет от ваших воплей! Неужели спокойно нельзя поговорить?! – Вильгельм сложил руки на груди и посмотрел на меня сверху вниз, а Карл присел в кресло, которое стояло как раз позади него. Я прошла чуть вперёд, в гостиную, и спокойнее заговорила. – Qui est Torres?⁴

– Ma chère⁵, – восхитился Карл, – ты знаешь этот прекрасный язык?

Я кивнула.

– Я поняла только Ваши фразы, – продолжила я, – но если я тоже под прицелом, то разве не вправе знать?

Комната наполнилась тяжёлым молчанием, словно всё в ней застыло в ожидании. Взгляды собеседников скользнули друг по другу, словно ища ответ на мой вопрос где-то в пустоте. Мои слова будто зависли в воздухе.