Читать книгу "Шелк и кровь. Принцесса (не) должна умереть"

Глава 11

Повозки неторопливо двигались по едва заметному тракту, ведущему вдоль кромки Седого леса. Колеса попадали в колдобины, повозки подскакивали на кочках, мы тряслись вместе с ними и ударялись о лавки. Испытание еще не началось, а я уже наставила себе синяков. Мрачные стены амфитеатра, оставшегося за нашими спинами, постепенно отдалялись. На этот раз место бойни превратится в место спасения, ведь охота на игрока закончится в тот момент, когда хотя бы одна часть его тела – рука или нога – коснется песка арены.

– Он все дальше и дальше, – грустно сказала Таисия, то и дело оборачиваясь. – Я так медленно бегаю… Если что, оставьте меня и спасайтесь сами.

– Никто никого не оставит, – прогудел Вейн, и мы все согласно закивали. – Я могу нести тебя.

– И не забывай. – Я выразительно посмотрела на Таисию. – Про оленя.

Вчера утром я рассказала подругам о том, что мы больше не один на один со смертью. Генерал Райдер не всесилен, но у него есть план. Было бы неплохо, если бы он посвятил меня в подробности, но он сказал только «делай то, что тебе скажут». Инструкция так себе, однако другой нет.

День отдыха пролетел как одно мгновение. Сразу после завтрака я отправила парней к Альдену и Кирану с новостями и собрала свой отряд в бараке.

– Всем нам нужно набраться мужества, – сказала я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. – Завтра первая охота.

Кто-то ахнул, потом все одновременно принялись говорить громче и громче, перебивая друг друга.

– Возможно, в этот день будет идти сильный дождь, что может стать и препятствием, и спасением, – продолжила я, перекрикивая гвалт. – Ловчие тоже люди, они тоже мерзнут, мокнут и устают. Возможно, в какой-то момент они махнут рукой и просто позволят выжившим добраться до амфитеатра. Нам сейчас главное – решить, кто как отправится через лес. Поодиночке? Группами? Если группами, то лучше договориться заранее, потому что завтра у нас будет всего пятнадцать минут до начала охоты.

Гвалт тише не стал. Напрасно я думала, что парни и девушки сами справятся с разделением на команды. Сразу определились только Тирел и Лили, понятное дело, что пойдут вдвоем. Они единственные молчали, сидя рядышком на кровати Тирела. Но хватит ли у него сил защитить и себя, и подругу? Гораздо удобнее составить группы так, чтобы включить в них и сильных, и слабых игроков, тогда они смогут продержаться дольше.

– Я пойду один! – надрывался Нейс. – Никто не садитесь мне на хвост, понятно? Я спрячусь. Я хорошо умею прятаться.

– Тебе не прятаться нужно, а прорываться к амфитеатру, – напомнила я. – У одиночек почти не будет шансов. Послушайте!..

Но мой голос утонул в гуле возмущенных, испуганных и умоляющих голосов.

– Тихо! – гаркнул Эрик за моей спиной.

Я оглянулась и с облегчением выдохнула, увидев вернувшихся друзей. Майлз поймал мой взгляд и кивнул, мол, Альден и Киран в курсе происходящего, дальше сами справятся.

– Нам надо разделиться на команды, – сказала я, когда под суровым взглядом Эрика установилась кратковременная тишина. – Слабые будут под присмотром сильных, а вместе легче давать отпор.

– Сильным лучше объединиться с сильными, – мрачно заявил Хаммон. – Разве я обязан защищать чью-то шкуру? Каждый сам за себя.

Несколько парней одобрительно кивнули. По моему позвоночнику пробежал холодок: происходило то, о чем меня предупреждал Майлз.

– На это они и рассчитывают, – сказала я, сжав кулаки. – Сначала избавятся от самых слабых. Но и среди сильных игроков найдется тот, кто послабее. И так уберут одного за другим, пока не заставят выживших биться друг с другом.

Когда речь зашла о финальном испытании Хаммона заерзал и опустил взгляд.

– Давайте сломаем эту систему! Обманем их! Будем помогать друг другу как настоящий боевой отряд. Вспомните, как мы проходили первое испытание, как поддерживали друг друга! В нашем отряде погиб только один человек, а ведь жертв могло быть гораздо больше.

Я переводила горячий взгляд с одного лица на другое, постоянно ощущая молчаливую поддержку за спиной.

– Ладно, убедила, – буркнул Хаммон. – Могу взять с собой этого нытика.

И он указал подбородком на Нейса.

– Ну и пару девчонок.

– Мы сейчас подумаем, как лучше разделиться!

В конце концов, после долгих споров и перетасовок, определились четыре группы. К сожалению, девятнадцать человек невозможно было разделить поровну, и я в очередной раз вздохнула об Ивине и даже собралась уговорить кого-то из друзей перейти в другую команду, но совершенно внезапно наша группа оказалась в аутсайдерах.

– Ты уж прости, Рин, из твоих я бы забрал только Эрика, – признался Тирел, назначенный командиром группы. – Только он вам самим нужен, иначе дело швах. Скажу как есть: Вейн медлительный, Тис трусишка, Элейн так-то молодец, однако я видел ее заклинания на полигоне, они так себе.

– Вот спасибо! – возмутилась Элейн.

– Ты старалась, я знаю. – Тирел примирительно поднял руки. – Майлз хорош был бы на экзамене, но не в лесу. А ты, Рин…

– Что я?

Ничего себе, стало обидно, я думала, что хорошо справляюсь и со страхом, и с магией.

– А ты все равно не бросишь друзей, – закончил Тирел.

Пришлось согласиться. Так что теперь у нас были две группы по четыре человека, в одной – пять, и в нашей – шесть. Я аж взмокла, распределяя игроков.

– Отлично, – выдохнула я, когда команды скучковались в разных углах барака. – У нас сегодня день отдыха, но я предлагаю пойти на тренировочную площадку и вспомнить заклинания, которым нас обучали.

Когда наш отряд под холодным моросящим дождем добрался до противоположного края лагеря, оказалось, что Альдена и Кирана посетила та же мысль. Их отряды рассредоточились по площадке, стараясь не мешать друг другу.

– А я-то все думал, где отряд Рианны, – улыбнулся Альден и приветственно взмахнул рукой. – Вот и вы. Легки на помине.

И зычно крикнул, обращаясь к своим подопечным:

– Потеснимся, ребят! И напоминаю еще раз, магию в последний момент удерживаем, не используем настоящие боевые заклинания! Не хватало еще ранить кого-то из своих!

Мы тренировались до обеда, вспоминая постановку рук и слова заклинаний, собирали магию в пучки силы и сгустки, только не отпускали их. Не знаю, много ли толку от такой тренировки, но лучше, чем ничего.

За обедом нам к привычной каше подали по куску колбасы на зерновом хлебе. Я узнала ее – та самая колбаса, из холодильного ларя. Корвин обещал разобраться и разобрался. Мы-то с ним прекрасно знали, что никакие мыши в ларе не водились.

Корвина я один раз увидела издалека. Он стоял на крыльце дома распорядителей вместе с Мейной, они что-то горячо обсуждали. Я не привлекала его внимания, не смотрела в его сторону слишком пристально, но он все равно будто почувствовал. Прервал спор, повернул голову и безошибочно нашел меня взглядом.

В его взгляде не было сейчас привычной холодной собранности. Он от всех научился скрывать чувства, но только не от меня, я слишком хорошо его знала. В темных глазах сгустилась тревога. Он, конечно, давно просчитал все лучшие и худшие исходы завтрашнего испытания, он заранее сделал все, что в его силах, чтобы облегчить нашу участь, но теперь ему оставалось лишь ждать. И я по себе знала, что это как раз самое сложное.

Корвин завел руки за спину и стиснул пальцами одной руки запястье другой. Только это. Ни один мускул не дрогнул на бесстрастном лице. Он держал себя железной хваткой. Мейна замолчала и повернулась, чтобы проследить за направлением его взгляда, но Корвин уже отвел глаза – медленно, безразлично – и вернулся к разговору.