Читать книгу "Семь предсказаний Вероники"

Такие обычно использовали под заготовки на факультете артефакторики.

– Хочешь сказать…

Я не смогла договорить. В голове была каша.

– Кто-то выпустил дракона из загона. Это раз. Артефакт, – Ваймс убрал осколок в карман, – был под каменной стеной. Это два. Ну и лопата… Как она могла здесь оказаться?

– Может быть, ее кто-то забыл?

– Осмотрись по сторонам, Фейн. Что и зачем здесь копать, кроме заклада для артефакта? – спросил Ваймс.

Ответа у меня не было. Я похлопала себя по щекам, чтобы собраться и взбодриться. Получается, не несчастный случай, а покушение? Но кому и зачем это делать? Да еще таким поистине нелепым способом?! Допустим, Пруню выпустили специально. Это вписывалось в теорию. Но как некий злоумышленник мог знать, что мы побежим именно в эту сторону, к развалинам? Бред какой-то.

– Нам лучше вернуться к зверинцу. Скоро начнет темнеть. Между заповедником, кишащим чудовищами, и Пруней я выберу последнего, – сказал Ваймс, протягивая мне руку.

Я приняла помощь. По мне, так все просто неудачное стечение обстоятельств. Пруню кто-то случайно выпустил, а кладка с артефактом, скорее всего, эксперимент артефакторов. Они каждый год выкидывают разные перлы. То все напитки на балу сделают спиртными с помощью кристаллов, то перед экзаменами среди первокурсников чудо-шпаргалки пустят с маленьким дефектом вроде взрыва в самый неподходящий момент. Вот и развалины посреди заповедника они же решили разрушить с помощью запрещенного артефакта. А когда нас увидели, сбежали, как трусы. Об этом я и сказала Ваймсу.

– Возможно, – согласился он, внимательно озираясь по сторонам.

Я тоже старалась не пропустить появление Пруни. Тем не менее Ваймс явно сомневался в моей теории.

– У тебя хорошая реакция, Фейн. Я бы сказал, даже слишком хорошая, – отметил он, снова подозрительно покосившись на меня. – Ты как будто знала, что произойдет.

– Боги, Ваймс. Думаешь, я все это подстроила, чтобы самоубиться в твоей компании? У меня было видение. Я на факультете предсказателей учусь, у меня есть дар. Это так, если ты забыл. Более того, я дважды пыталась тебя предупредить. Первый раз в лазарете, второй раз перед тем, как все произошло. Ты же вел себя как упрямый и глупый… Пруня! – выпалила я, оскорбленная до глубины души. – И теперь вместо элементарной благодарности ты обвиняешь меня непонятно в чем!

Ваймс остановился. Предчувствуя, что назревает новый скандал, я уперла руки в бока и приготовилась отстаивать свое честное имя, но вместо колкостей он неожиданно произнес:

– Спасибо, что спасла меня.

Я на секунду потеряла дар речи. Отчего-то стало ужасно неловко.

– Пожалуйста, – тихо ответила я, стараясь смотреть куда угодно, только не на Дана.

Отсутствие на нем рубашки все еще смущало мои девичьи чувства. Я все же украдкой на него посмотрела. Красив… Понятно теперь, почему вся прекрасная половина академии бегала на тренировки боевого факультета поглазеть.

– И тебе спасибо… Тогда. В коридоре, – сдавленно ответила я.

Краска стыда залила лицо. Все же в тот раз я была не права. Ваймс кивнул. Дальше мы шли молча.

У зверинца нас ждало открытие. Пруня сидел в загоне с видом самой послушной ящерки на свете. Магический барьер был закрыт. Мы с Ваймсом переглянулись.

– Ну, как идут дела? – От административного здания к нам шел господин Гамаш. Он облокотился на ограждение и придирчиво осмотрел поле. – Мда, немного вы успели. Ну да ладно. В следующий раз почистите. На сегодня я вас отпускаю.

– Господин Гамаш, – обратился Ваймс, – а у кого есть доступ к барьеру Пруни?

– У меня, само собой. У вас и еще у нескольких адептов, что отрабатывают наказание, – ответил он. – А почему вы спрашиваете?

– Кажется, он сбоит, – ответил Ваймс.

Я удивленно на него посмотрела. Сбоит? Он же не мог сам собой выключиться, а затем включиться.

– Хм… Если так подумать, – господин Гамаш почесал лысину, – надо обновить заклинание. Список допущенных адептов с того года не чистился. Возможно, дело в этом. Ну а теперь идите. Мне еще обход вечерний делать.

Ваймс забрал рубашку и наконец-то оделся. Мы покинули корпус зверинца и направились обратно к общежитиям. Идти вдвоем было как-то неловко. Я пыталась переварить события прошедшего дня. Видение сбылось, и это должно было принести мне облегчение, но… я не чувствовала его. Наоборот. Меня не покидало чувство тревоги.

– Фейн, – вдруг позвал Ваймс.

Я вынырнула из своих мыслей и вопросительно на него посмотрела.

– Раз уж мы закопали топор войны и спасли друг другу жизни, называй меня просто Дан.

– А мы закопали? – удивилась я, но тут же спохватилась и добавила: – Договорились.

Разве я не об этом мечтала? Глядишь, спокойно доучусь без всяких дурацких шуток со стороны Ваймса.

– Ты ничего не хочешь мне предложить в ответ? – намекнул он.

– Боги, и ты зови меня по имени, – закатила глаза я.

– Вот почему с тобой всегда так сложно? – снова спросил Дан, вздыхая.

– Со мной нормально. Просто тебя другие девушки избаловали излишним вниманием и уступчивостью.

– Другие девушки ведут себя как девушки, в отличие от тебя, – не остался в долгу Дан.

– Ну вот, снова, – устало вздохнула я, не в силах и дальше спорить. – В общем, пока… Дан.

– Пока, – сухо ответил он, и мы разошлись в разные стороны.

Каждый к своему корпусу. Недолго топор войны был зарытым.

Глава 4

Мое появление в общежитии произвело самый настоящий фурор благодаря непередаваемому драконьему запаху. Тяжелее всего пришлось Камилле, когда я заглянула за сменной одеждой в комнату.

– Ника, мне страшно спрашивать, где ты была. О боги, – выдавила соседка и, зажав нос, бросилась открывать окно.

– У дракона, – призналась я и, выудив первое попавшееся платье из шкафа, пошла в душ.

Вода, натуральное домашнее мыло и травяной шампунь снова сделали из меня человека. А вот с одеждой пришлось повозиться. Стирать пришлось руками, так как я потратила почти весь запас магии. Через полчаса мне все же удалось очистить штаны с рубашкой и убрать ужасный запах. Если каждый раз выкидывать одежду, как говорил господин Гамаш, к концу отработки наказания мне нечего будет носить.

Я вышла из ванной комнаты. В нос ударил цветочный аромат. Камилла щедро брызгала духами все, начиная с занавесок и заканчивая моими ботинками у порога.

– Пойдешь в столовую? – спросила я, убирая штаны с рубашкой на самую дальнюю полку в шкафу.

– Только оттуда, – отмахнулась соседка, подозрительно принюхиваясь.

Кажется, даже духи были не способны перебить дух Пруни.

До священного места приема пищи я не шла, а летела. Там меня ждали мясо, пирожные и кофе. На улице стояла теплая погода, и все адепты высыпали из общежитий, чтобы отдохнуть и насладиться бабьим летом. Многочисленные клены окрасились во все оттенки от алого до желтого. На солнце деревья будто светились в ореоле яркой листвы. Если бы не голод, я бы осталась на улице, чтобы полюбоваться самым прекрасным временем года в академии. Осень, как ни странно, была полна надежд и насыщенных красок, а весна… Весну омрачали экзамены, и мало кто из адептов мог в полной мере насладиться распускающимися после долгой зимы цветами. Всем было не до того.

Занятия давно закончились, и в коридорах главного корпуса царили тишина и запустение. А вот в столовой оказалось оживленно. Что-что, а покушать адепты любили. Благо академия не экономила на пище для юных умов.

Я взяла поднос со столовыми приборами и набрала всякой еды. Затем настал щекотливый момент выбора свободного столика, коего в огромном зале не наблюдалось. Я пыталась высмотреть знакомые лица.

– Фейн! – Кто-то окликнул меня.

Обернувшись, я заметила Калеба. Он сидел на самом козырном месте – у окна. Отказываться от приглашения было глупо, и я поставила свой поднос на его столик.

– Спасибо.

– Ого, вот это аппетит, – улыбнулся он.

– Ага, как у дракона, – ответила я и, ни капельки не смутившись, принялась уплетать жаркое.

Калеб же, наоборот, ел мало. На его подносе стоял какой-то отвар и пиала с фруктами.

– Решил свой ужин отдать врагу? – предположила я, утолив первый голод.

– Можно и так сказать. Слышал, тебя опять из-за Ваймса наказали?

– Да, – вздохнула я.

В каком-то смысле мы с Калебом были товарищами по несчастью, но ему, конечно же, приходилось гораздо сложнее.

Калеб – единственный парень на нашем факультете. Только ленивый с факультета боевой магии не высмеивал невысокого худощавого предсказателя. С одной стороны, Калеб был очень симпатичным. Мягкие черты лица, пухлые губы, светлые волосы по плечи. Он, конечно, не знал, что по нему вздыхала каждая вторая адептка в академии. Но, с другой стороны, в Калебе не было той грубости и мужественности, которая заставила бы других парней почувствовать в нем равного. Отсюда и вытекали злые насмешки и порой жестокие шутки.

– Не повезло, – покачал он головой.

– Ага, еще и Амелия как с цепи сорвалась.

– Слышал, они с Ваймсом снова начали встречаться, – задумчиво сказал он, и взгляд его скользнул мне за плечо.

Я обернулась. Там среди стайки подружек-подпевал сидела наша королева академии. Я перевела удивленный взгляд на Калеба. Неужели она ему нравится? Иначе он не стал бы так следить за личной жизнью Амелии.

– Возможно, – пожала плечами я.

Громкий смех от одного из столиков привлек мое внимание. Там с десяток боевых магов-пятикурсников что-то оживленно обсуждали и даже делали записи.

– О нет, – скривилась я, уже догадываясь, к чему все идет.

Начало учебного года. У первого курса была торжественная церемония зачисления, а значит, скоро новичкам устроят посвящение. Занимался этим только боевой факультет, и задания придумывал своему первому курсу на грани отчисления. В прошлом году боевики проникли в хранилища зельеваров и выкрали зелья правды, которые потом уже пятый курс в качестве «подарка» подлил на выпускном балу преподавателям. Скандал был жуткий.

Страшно подумать, что нас ждет в этом году.

– Знаешь, наш факультет единственный, над которым они не подшучивали уже несколько лет, – словно прочитав мои мысли, заметил Калеб.

– Может, и в этом году пронесет? – с надеждой спросила я.

– Не думаю, – ответил Калеб. – Предчувствие у меня плохое.

Я прислушалась к себе. Мой дар молчал, и, пожалуй, в свете последних событий это очень даже неплохо.

* * *

На следующий день после занятий меня снова ждала отработка. Я шла по извилистой дорожке и на очередном повороте увидела Ваймса. Замедлив шаг, понадеялась не пересекаться с ним до самого зверинца. Но Дан неожиданно обернулся и, заметив меня, остановился.

– Привет, – просто сказал он, когда мы поравнялись.

– Привет.

Я настороженно на него посмотрела.

– Что делаешь завтра? – невзначай спросил он, засунув руки в карманы.

– Эм… отдыхаю. Может, выберусь в Тулсбери.

– Хорошо, – кивнул он.

– Ты опять собрался залезть в мою комнату и украсть ночнушку? – прищурившись, спросила я.

– Боги, Ника, это было на первом курсе. Нельзя быть такой злопамятной. К тому же теперь я краду исключительно кружевное нижнее белье.

Я подарила ему убийственный взгляд, а затем меня осенила догадка…

– Вы собираетесь сделать нам подлянку на посвящении?!

– С чего ты вообще это взяла? – удивился Ваймс. – Может, я хотел вместе выбраться в город.

Его игра была достойна главной сцены Альтавы, но я слишком хорошо его знала, чтобы поверить в эту отговорку. Скорее солнце встанет на западе, чем Ваймс захочет провести в моей компании выходной. Боги, да это так же нелепо, как если бы он пригласил меня на свидание.

– Передай своим узколобым дружкам, чтобы не совались к нашему факультету. А не то…

– А не то вы предскажете нам кару небесную? – усмехнулся Дан.

– Раскроем все ваши грязные секреты, – грозно пообещала я.

– С помощью кофейной гущи? – продолжал издеваться он.

Этот разговор порядком мне надоел, и я ускорила шаг. Ваймс не стал меня догонять, и каждый дошел до зверинца в одиночестве. Молча мы получили у господина Гамаша задание и молча направились к загону Пруни. На этот раз дракон не проявлял к нам никакого интереса, тихо посапывая в тени дерева.

Несмотря на гнетущую тишину, работа спорилась. Дан периодически странно на меня поглядывал. Я хмурилась. Пруня по-прежнему невыносимо вонял, и если бы не порывы ветра, я, наверное, пошла бы к господину Гамашу просить пощады. Или смерти.

– Вероника, – позвал Дан, когда очередная тележка была наполнена доверху.

– Ну что еще? – Я с раздражением воткнула лопату в землю.

– У тебя грязь на щеке.

Представив, чем испачкано мое лицо, я с остервенением принялась тереть сразу обе щеки. Ваймс трясся от смеха, наблюдая за мной.

– Ладно, перестань. Так только хуже. Ты уже красная, как помидор. – Он подошел ближе и мягко убрал мои руки. – Я помогу.

Смутившись, я хотела отстраниться, но… не смогла. Ваймс улыбался. На его щеках появились ямочки, а серые глаза смотрели насмешливо и при этом так… по-доброму. Замерев, я следила за Даном. Он коснулся большим пальцем моей щеки.

– Кажется, клубничный джем, – тихо сказал Ваймс.

– О, это обнадеживает, – прошептала я, все еще ощущая тепло его руки на своей коже.

А затем это случилось снова. Прилив магии. По телу прокатилась знакомая дрожь. Ноги подкосились, и мне пришлось ухватиться за Ваймса, чтобы устоять на ногах.

– Вероника, что с тобой? – Он с тревогой подхватил меня.

Я вцепилась в ворот его рубашки, жадно хватая ртом воздух. Энергетические потоки замерцали, и снова пришло видение.

Гул десятка голосов. Треск костра. Взрывающийся громкий смех и стук. Нескончаемый стук. Резкий, неприятный. Дан стоял ко мне спиной и о чем-то спорил с Амелией. Она явно была недовольна и отвечала зло, эмоционально размахивая руками… Я не могла разобрать слов, только раздраженные голоса. Вдруг раздался крик. Что-то пролетело в воздухе. Глухой удар и… Дан пошатнулся. Он сделал резкий шаг вперед, а затем упал. Из его спины торчала рукоять маленького топора. Амелия пронзительно закричала.

Острая боль ударила в виски, и мир вокруг померк.

– Ее нужно к целителю, – услышала я взволнованный голос Дана.

– С адепткой Фейн все в порядке, – раздраженно ответил господин Гамаш.

– Откуда вам знать? Вы же ветмаг, а не целитель.

– Люди, драконы, жабалаки – какая разница, ведь у всех красная кровь и похожий набор органов, – припечатал тот. – Адептка Фейн перегрелась на солнце или надышалась миазмов. Скоро придет в себя. Пусть просто полежит на кушетке.

Я разлепила веки. Глаза слезились от яркого света. Пришлось снова зажмуриться.

– Как я и говорил, – улыбнулся господин Гамаш.

Стоило мне сесть, как в руках оказалась чашка.

– Сладкий крепкий чай. Выпейте, вам полегчает. После оба можете идти, – сказал главный ветмаг, вставая со стула. – Адепт Ваймс, на всякий случай проводите адептку Фейн до общежития. Боги, ну и хлипкие адепты нынче пошли…

Все еще дезориентированная в пространстве, я растерянно крутила головой, пытаясь разглядеть комнату, но все плыло и двоилось. Хлопнула дверь. Видимо, господин Гамаш ушел.

– Тебе помочь? – спросил Дан.

«Да, убей меня», – малодушно подумала я, чувствуя пульсирующую боль в висках. Но произнести вслух ничего не смогла. Слишком мало времени прошло после видения, и голос еще не вернулся. Я попыталась отпить из чашки, но руки дрожали.

Неожиданно моего запястья коснулись теплые пальцы. Дан забрал напиток и поднес к моим губам.

– Пей. Только осторожно.

Осторожно не получилось, и я обожгла нёбо. Тем не менее уже после первого глотка головная боль немного утихла.

– Дальше сама справишься? – спросил Дан, и я кивнула.

Зрение постепенно сфокусировалось. Мы находились в небольшой комнате отдыха при зверинце. Кушетка, стол и несколько стульев. В углу буфет с чайником и прочими принадлежностями для чая и кофе. Ваймс сидел рядом и смотрел так, будто у меня вырос хвост.

– Вероника, у тебя глаза светятся, – выдал он. – Фиолетовым.

До меня не сразу дошел смысл его слов. Не задумываясь, я сделала еще пару глотков чая. Глаза… Светятся… Фиолетовым?! Подскочив с кушетки, я чуть не расплескала остатки напитка и бросилась к зеркалу около буфета. Отражение явило бледную девицу с бескровными губами. Глаза и вправду светились словно два аметистовых кристалла. Подобного со мной раньше не случалось, но уверена, у архимагессы Вериги есть объяснение. Куда больше меня волновало новое видение.

Я поставила чашку и, подойдя к Дану, схватила его за руку. Как бы то ни было – с меня хватит. Тут такая каша заваривается, явно не для адептки четвертого курса. Пусть архимаги сами разбираются. У них возможностей помочь Дану в разы больше, чем у меня.

– Куда ты меня тащишь? Не спеши, а то опять плохо станет, – упирался Дан.

Не в силах говорить, я всплеснула свободной рукой и попыталась вложить в этот жест все чувства, что испытывала.

– Слушай, может, все же к менталисту?

Я ткнула Дана в бок, чтобы он замолчал хотя бы на секунду. Слава Провидению, боевик намек понял.

Вдвоем мы вернулись к общежитиям, и когда Дан хотел свернуть к моему корпусу, я схватила его за руку и потянула к академии. Но Ваймс встал на одном месте, как упрямый осел.

– Вероника, остановись. Не понимаю, чего ты от меня хочешь. Вот твое общежитие. Мне еще идти на отработку по боевой магии. Поговорим после.

В бессилии я топнула ногой и снова потянула Дана к академии.

– Борз убьет меня, если не приду.

Беззвучный хриплый смех клокотал внутри. Я предвидела смерть Дана, и преподавателя Борза там точно не было!

– Он назначил допзанятие в счет того, что пришлось пропустить. По твоей вине, кстати. Если бы не те чернила, меня бы не отстранили от тренировки! – Дан высвободил свою руку.

Он развернулся и пошел к тренировочному полю. В отчаянии я хотела окликнуть его, но вместо слов из горла вырвался хрип. Какую же злую шутку сыграло Провидение со своими мойрами!

Мне следовало решить, что делать дальше, но в состоянии, близком к панике, я едва ли могла трезво мыслить. Запоздало пришло понимание, что было бессмысленно тащить Дана в академию. Весь преподавательский состав в большинстве своем уже закончил рабочий день, за редким исключением вроде индивидуальных отработок, на одну из которых ушел Дан.

В итоге я вернулась в общежитие. Душ помог мне успокоиться и прийти в себя. Вода – вот главное волшебное средство, которое способно снять напряжение и всю энергетическую грязь, накопившуюся за день. Худо-бедно мне удалось вернуть себе подобие душевного равновесия, а заодно продумать план действий. Завтра поговорю с архимагессой Веригой. Она должна знать, что происходит. До того как видение сбудется, у меня как минимум сутки. Я уже смутно догадывалась, что покушение произойдет на посвящении первокурсников. Костер, смех, напитки – все на это указывало.

Скорее всего, мне в очередной раз придется спасти Ваймса, но как? Магический щит в прошлый раз мало чем помог. Основную работу сделал Дан.

Я вздохнула. Во всем теле ощущалась слабость. Лицо в зеркале выглядело бледным и болезненным. Я похлопала себя по щекам в надежде придать им румянец, а затем вернулась в комнату.

– О-о-о, – протянула Камилла, увидев меня.

Соседка валялась на кровати в компании справочника по травам Альтавы.

– Может, тонизирующего? – предложила она. – Сама вчера сварила…

– Нет, спасибо. – Я покачала головой и с облегчением поняла, что голос вернулся. – Потом побочек не оберусь.

– Обижаешь, – надулась Камилла.

Я с укором на нее посмотрела.

– Ну, подумаешь, один раз случайно напортачила…

Я не отвела взгляд.

– Мое зелье от головной боли тогда помогло!

– Да, потому что когда все начинает зудеть, то как-то перестаешь замечать подобные мелочи, – фыркнула я и упала на свою кровать.

Камилла с оскорбленным видом вернулась к учебнику. А я, уставившись в потолок, стала думать о том, как изменить будущее Дана. Снова. Самым простым выходом мне показалось расстроить стихийную вечеринку боевого факультета. Нет праздника – нет проблемы. Здесь помог бы ректор, но место и время встречи держалось в тайне. Боевики тщательно выбирали, кого приглашать, и предсказателей-заучек в списках обычно не было.

– Камилла… А ты когда-нибудь ходила на посвящение боевого факультета? – спросила я, так как в отличие от меня соседка частенько выбиралась с друзьями в город, а порой даже ходила на свидания с боевиками.

– На первом курсе было дело, – призналась она. – А почему ты спрашиваешь?

– Просто любопытно.

– Ника, я тебя не первый день знаю, что ты придумала? Хочешь Ваймсу отомстить за вызов к ректору? – Камилла отложила книгу и пристально на меня посмотрела.

– Почему чуть что сразу Ваймс? – разозлилась я. – Может, мне сходить хочется? И вообще…

В комнате повисло молчание. Неожиданно лицо подруги преобразилось в догадке.

– Тебе кто-то понравился с боевого факультета?! Нет-нет, не говори, – встрепенулась Камилла. – Сама угадаю.

– И не думала что-либо говорить. Никто мне не нравится, – буркнула я, отведя взгляд.

– О-о-о, – протянула подруга и, отложив все дела, перекочевала на мою кровать. – Это так мило. Ты даже покраснела.

– Ничего не покраснела, – возмутилась я, чувствуя, как предательски печет щеки.

– Итак, – Камилла закрыла глаза и стала массировать виски, – мой дар подсказывает, что он тоже на четвертом курсе, его волосы цвета предзакатного неба, а глаза, точно темный горячий шоколад, согревают теплом…

– Ты говоришь всякие глупости, – не выдержала я и запустила в подругу подушку.

Она ловко, не открывая глаз, увернулась и продолжила:

– Духи подсказывают, что имя его начинается на «И», заканчивается на «Н».

– КАМИЛЛА! – воскликнула я.

Сердце бешено колотилось, словно меня поймали на чем-то неприличном.

– Откуда… Откуда ты знаешь?

– Боги, Ника, – улыбнулась подруга, перестав изображать из себя гадалку. – У тебя же все на лице написано. Когда он неподалеку смеется, ты всегда переводишь на него взгляд. Особенно это заметно в столовой. Стоит Итану показаться, как ты выпадаешь из разговора.

– Правда? – Я прижала холодные ладони к щекам. – И… и все об этом знают?

Боги, стыд-то какой!

– Да ладно, что ты так разволновалась. Ну, я знаю, возможно, еще Калеб. И то потому, что мы друзья и близко общаемся.

Я сглотнула.

– Главное, чтобы Итан не догадывался…

– Думаю, он догадывается.

– Что?!

Это было похоже на конец света.

– Ну… обычно парни сразу такое видят, – пояснила подруга.

– О боги! И давно ты это заметила?

– Курса со второго, как мы ближе начали общаться.

– Почему же мне ничего не сказала? Я себя полной дурой выставляла и даже не догадывалась об этом.

– Все не так ужасно, – попыталась приободрить меня Камилла.

– Что может быть ужаснее, чем сохнуть с первого курса по парню, которому я даже не нравлюсь?

– С чего ты взяла? – удивилась подруга.

– В обратном случае он бы ко мне подошел! Тем более после того, как заметил… мой интерес, – помявшись, сказала я.

– Ника, он же лучший друг Ваймса, а ты, на секундочку, с того же первого курса с Даном на ножах. Уж прости парню некоторую растерянность и нежелание терять друга. К тому же он не знает тебя так хорошо, как я или Калеб. Он вполне может думать, что ты запала на Ваймса. А на него так… с любопытством поглядываешь.

– Только не это, – простонала я. – Амелия тоже верит в этот бред. Не нравится мне выскочка Ваймс. Вот ни капельки! Но с другой стороны… Хочешь сказать, если я найду с Даном общий язык, Итан сделает первый шаг?

– Думаю, да. Иначе он будет полным дураком. – Камилла улыбнулась и встала с кровати.

– Ты куда? – спросила я, когда она направилась к двери.

– На разведку. Кто-то же должен узнать, как попасть на вечеринку. – Соседка лукаво улыбнулась и вышла из комнаты.

Я осталась одна. Сердце все еще гулко стучало в груди. Боги, ну как я могла выставить себя такой глупышкой? Мне казалось, что нет ничего плохого, если я буду издалека смотреть на Итана, а оказывается, мои чувства были все это время на виду.

Камилла вернулась перед самым закрытием общежития. Запыхавшаяся, но с победным блеском в глазах, она помахала перед моим носом бумажкой.

Я взяла листок из ее рук и вслух прочитала:

– Вольпертингер. Что это?

– Пароль! – выпалила Камилла.

И прежде чем я успела что-либо сказать, она принялась осматривать содержимое моего шкафа.

– Не то, не то… Этот цвет тебе не идет… – вынесла она вердикт моему любимому серому платью. – Ага!

Соседка выудила со дна кожаную юбку, которую я купила на распродаже пару лет назад, но так ни разу и не надела. Это была спонтанная необдуманная покупка, о которой я потом пожалела.

Затем, словно метеор, Камилла метнулась к своему шкафу, откуда кинула мне в руки корсет.

– З-зачем? – спросила я, уже чувствуя неладное.

В моей вселенной эти две вещи совершенно не сочетались.

– За надом, – хмыкнула Камилла и снова исчезла в своем шкафу. – Завтра никто не должен догадаться, кто ты на самом деле. Иначе нас не пустят.

– Нас? – переспросила я.

– Конечно, нас. Я тебя одну на вечеринку боевиков не отпущу. Мало ли что им в голову придет. Особенно первогодкам, – фыркнула подруга и вынырнула из шкафа на этот раз с черной маской. – Вот.

– Зачем она мне?

– Вход строго в маске.

– Слушай, просто скажи мне, где будет проходить вечеринка. Я схожу, побуду там полчаса и уйду, – попыталась я уговорить Камиллу.

– Ага, так нам и сказали сразу, куда идти. – Она вытащила из шкафа платье на вешалке, приложила к плечам и, поморщившись, убрала его обратно. – Мы сначала встретимся с проводником, назовем пароль, и, если все будет хорошо, он укажет, куда идти. – Камилла усмехнулась. – Они ж не дураки, боятся, что кто-то разболтает все и на праздник придет пол-академии или, еще хуже, заявятся преподы по наводке обиженок, которых не пригласили. А насчет твоей идеи пойти одной – это небезопасно. Там будет полно парней с зашкаливающим тестостероном. Нужно идти как минимум вдвоем и друг за другом приглядывать.

Мой план тихо сдать боевиков провалился. Значит, если ничего до завтрашнего вечера не изменится, мне придется все же пойти с Камиллой на вечеринку.