Книга: Педагогическая поэма. Полное издание. С комментариями и приложением С. С. Невской - Антон Макаренко

Люди, подобные Макаренко, всегда вызывали у меня восхищение и, я бы даже сказала, благоговение. Взяться за такое неподъемное дело, не опустить руки, вложить душу, добиться успеха, а потом ввязаться в еще более безнадежное… и снова победить. Я с детства с ужасом думала о работе учителя даже в самой обычной современной школе, всегда казалось и продолжает казаться, что это совершенно невыносимая и жутко сложная работа. А уж что такое взяться в 1920 году(!) за организацию трудовой колонии для несовершеннолетних правонарушителей – бывших воров, участников банд и просто беспризорников – и постараться вырастить из них людей, создать коллектив, который сам будет себя обеспечивать, поддерживать внутреннюю дисциплину и воспитывать новые поколения – это уже что-то на космическом уровне для меня. Вот что значит, человек нашел свое призвание, оказался на своем месте. И как же повезло тем подросткам, которые попали именно в эту колонию… Что бы вышло из большинства из них, если бы не встретился на их пути Антон Семенович Макаренко и другие неравнодушные и деятельные люди? Конечно, и он не всесилен, и далеко не с каждым воспитанником получился успех. Но общий результат впечатляет, да что там – поражает до глубины души.

Думал и о другом: почему такая несправедливость?.. Ведь я сделал хорошее дело, ведь это в тысячу раз труднее и достойнее, чем пропеть романс на клубном вечере, даже труднее, чем сыграть роль в хорошей пьесе, хотя бы даже и во МХАТе… Почему там артистам сотни людей аплодируют, почему артисты пойдут спать домой с ощущением людского внимания и благодарности, почему я в тоске сижу темной ночью в заброшенной в полях колонии, почему мне не аплодируют хотя бы гончаровские жители?

А если еще вспомнить условия, в которых все это делалось? Ведь время было такое, когда всюду была разруха, все приходилось доставать с боем, на каждом шагу воевать со всякими комиссиями, губнаробразами и им подобными, да и сама колония в ее изначальном виде не то что состояла из *овна палок, там и того-то не было. Здание без окон и кроватей, без еды и одежды, хозяйство, состоящее из завхоза и одной полудохлой лошади… Потрудитесь-ка воспитать тут «нового советского человека» из мелких мародеров. Макаренко, в общем, и сам признает, что взялся за все это, просто изначально не представляя себе всего масштаба... эээ... проблемы. К счастью, человеку не дано предвидеть все, что его ждет.

Самым интересным было наблюдать за тем, как Макаренко искал подход к своим воспитанникам. Некоторые из них уже прошли по несколько детских домов, большинство – пожили вольной, беспризорной жизнью. Ясное дело, они не горели желанием учиться, работать, соблюдать дисциплину. И разумеется, никакие «добрые слова», нотации и пламенные речи на них не могли подействовать. А что же могло? Никто не знал, это Антону Семеновичу предстояло выяснить опытным путем… В начале своей работы он тоннами читал педагогическую литературу, изучил все доступные на тот момент труды, но пришел к выводу, что все это не имеет ничего общего с реальностью, в которой он оказался.

И я с отвращением думал о педагогической науке:

"Сколько тысяч лет она существует! Какие имена, какие блестящие мысли: Песталоцци, Руссо, Наторп, Блонский! Сколько книг, сколько бумаги, сколько славы! А в то же время пустое место, ничего нет, с одним хулиганом нельзя управиться, нет ни метода, ни инструмента, ни логики, просто ничего нет. Какое-то шарлатанство".

***

Почему в технических вузах мы изучаем сопротивление металлов, а в педагогических не изучаем сопротивление личности, когда ее начинают воспитывать? А ведь для всех не секрет, что такое сопротивление имеет место.

Самое крутое в Макаренко – это то, что в каждом ребенке он умел увидеть личность. Не ставил бездумно ярлыки – дескать, это ж беспризорники, что с них возьмешь, они необучаемы – а умел как бы забыть об их прошлом, смотрел на каждого как на человека, а не малолетнего преступника, и старался найти подход. Не всегда получалось, конечно, в некоторых случаях и Макаренко признавал, что бессилен и ничего исправить в таком «материале» уже нельзя, но в большинстве случаев удавалось добиться очень больших успехов. Где добротой, где силой, где хитростью, но главное – неравнодушием. Каждый из воспитанников знал, что Антон Семенович – на их стороне и честно старается ради их же блага. То, что это благо не всем подходило и они выбирали другую судьбу – то уже их дело.

…я пришёл к тезису, который исповедаю и сейчас, каким бы парадоксальным он ни казался. Нормальные дети, или дети, приведённые в нормальное состояние, являются наиболее трудным объектом воспитания. У них тоньше натуры, сложнее запросы, глубже культура, разнообразнее отношения. Они требуют от вас не широких размахов воли и не бьющей в глаза эмоции, а сложнейшей тактики.

О методах его и о принципах, которые он старался взрастить в своих подопечных, можно, конечно, спорить. Но я точно не буду, потому что мне не под силу было бы сделать и сотую часть того, чего он добился, потому не мне и критиковать.

«Поэма» написана легко, живо, ярко, а главное – с любовью к своему делу или, лучше сказать, призванию. И с нужной долей иронии по отношению к самому себе и злого сарказма по отношению к тем, кто, сидя в кабинетах, выдумывает красивые теории, но отчего-то воплощать их в жизнь требует от других. Чиновников-теоретиков, из того типа, что очень любят учить других, как должно быть, Макаренко вообще разделывает в хвост и в гриву, не скупясь на разнообразные выражения, типа «люди, обладающие мозговым аппаратом облегченного образца» (записала себе в цитаты, очень понравилось). Читать смешно, а ситуация грустная. «Эффективные менеджеры» были во все времена. Хорошо еще, что все-таки не все такие.

Безусловно, есть здесь и вещи, которые могут прийтись не по душе, но хорошего точно больше. Очень довольна, что послушала книгу. Кстати, она великолепно начитана Станиславом Федосовым, слушать одно удовольствие. Кажется, в полку моих любимых чтецов прибыло.

“…он умел всё делать, не растрачивая своей личности и не обращая в пепел ни одного грамма своего существа.”

Автору на момент начала событий описанных в книге 32 года, всё что там описано занимает целых 8 лет. Думаю это магнум опус Макаренко - основное дело жизни, как ни крути.

“И в коллективной, и в дружеской, и в личной сфере они любили прямые глубокие борозды и блестящие могучие отвалы”

Нет смысла пересказывать сюжет, героев и события, потому что главное в книге ДУХ. Этим духом пропитано всё. Дух юного советского государства, дух молодости, дух смелости и веры в себя и в светлое будущее. Да тяжело, да трудно, но если очень стараться и подойти к делу со здоровым коллективизмом - всё возможно!

“Ты человек или слякоть?”

Основной тезис системы Макаренко это максимальное самоуправление и коллективное воспитание. Педагоги не надзиратели, они скорее модераторы и советчики. А решают всё сами ребят. Коллектив, лучшие, выдвинутые большинством - совет командиров. Самая настоящая демократия и одновременно диктатура большинства. И я сомневаюсь, что из беспризорников 30-х годов, шпаны, гопоты как сказали бы сейчас, каким либо другим подходом можно было бы получить лучший результат.

“дисциплина должна сопровождаться пониманием её необходимости, полезности, обязательности”

Уникальная книга, уникальный проект и совсем не скучная.

Огромное уважение А.Макаренко от будущих поколений. И восхищение как на пустом месте на голом энтузиазме можно было изменить в лучшую сторону жизнь многих людей.

Затяжная гражданская война в Сибири привела к тому, что большинство мужиков ушло на войну, а выпущенные из мест лишения свободы и каторги бандиты, довершили дело грабежами оставшихся женщин и стариков. Отчаявшись от голода и холода, многие женщины с детьми собрав скудные пожитки старались перебраться в мало-мальски индустриальные города, и чем дальше от войны, тем лучше. Но даже добравшись, устроиться на самые низкооплачиваемые работы было трудно. Так и остались сиротами миллионы детей, бродящих по большой России, ворующих всё что плохо лежит, лозунгом и мечтой которых стало:

В Крым, дяденька, там тепло, там яблоки.

(из к.ф. "Достояние республики")

То, что спасать это голоногое будущее страны просто необходимо, было понятно любому здравомыслящему человеку. Да только вот как ЭТО спасать, никто в толк взять не мог. Абсолютно не управляемая,

Воробьиная Кромешная Пронзительная Хищная Отчаянная стая.

(Егор Летов, Вечная весна)

Однако, большевики такой народ, коли нужно делать - берутся и делают. Всё остальное по ходу дела. Нашёлся и в этом деле большевик - Антон Семёнович Макаренко. Казалось-бы из невозможного и из ничего, провернуться выкрутиться и сделать. По канонам это или нет, не важно, главное сделать. И пусть потом его клеймила вся "соцвосовская богема", и пусть он был не люб в высоких кругах и РКПБ, главное, что за его плечами 430 счастливых, неиспорченных душ.

З.Ы, Все мы родом из детства, берегите его каждый росток.

Итоговая оценка: 3

Это произведение, которое заслуживает внимания, однако, как показал мой опыт чтения, оно имеет свои плюсы и минусы.

Плюсы:

1. Макаренко делится своими уникальными взглядами на воспитание и образование детей, особенно тех, кто оказался в трудной жизненной ситуации;

2. Книга написана в советское время и отражает реалии того времени. Она позволяет читателю лучше понять социальные условия и проблемы, с которыми сталкивались дети-сироты и неблагополучные подростки.

Минусы:

1. В некоторых местах автор слишком идеализирует свои методы воспитания, не учитывая индивидуальные особенности детей. Это может создать впечатление, что его подход универсален, хотя на практике это далеко от истины;

2. Время от времени сюжет книги затягивается, и от этого теряется интерес. Некоторые истории кажутся излишне длинными и несущественными для основной идеи произведения.

Несмотря на наличие интересных идей и исторической ценности, книга не произвела на меня сильного впечатления. Я ожидал большего от книги, но медленный темп повествования сделали её чтение трудным и долгим. Она может быть полезна для специалистов в области педагогики, но для общего читателя она может оказаться малопривлекательной.

Я читал полную версию и такие вырезанные моменты, вставленные заново в поэму позабавили, например сказ о том, как им в 1920е подсунули вместо педагога профессиональную красивую проститутку и ночами она звала колонистов к себе в комнату. Позже пришла к ним в колонию настоящий соц.работник женщина, которая звала Антона Семеновича к себе на дачу чаю попить: "да что ж вы за дикарь такой - к чаю еще что-нибудь полагается" Макаренко неприкосновенен и сух - колонисты зовут, нужно разбираться со студентками с Харькова вновь прибывшими в колонию на практику. Но из различных эссе нахожу информацию, что Антон Семенович закидывал любовными письмами ту самую женщину в 1920е, какую в своей поэме педагогично-тактично игнорировал. И Антон Семенович не безгрешен?

Подводя итог: это произведение ну никак нельзя воспринимать буквально "как воспитывать детей" не читая других работ маэстро. Может потому и стал популярен Макаренко больше Ушинского и прочих педагогов тем, что он не просто теоретизировал и не кусочками подпитывал педагогику как Лев Толстой, а прям с головой в это ударился и всю жизнь этому посвятил, попутно фиксируя на бумагу все мелочи своей жизни и колонистов, коммунаров?