Читать книгу "Повелитель Ифритов"

Она врезалась в нее. Снесла. Кирпич и осколки полетели в стороны. Поднялось облако пыли. Ифрит забавно перекувыркнулся, рухнул на рельсы.

– Так, ладно, – я вынул магазин из пистолета удачи, осмотрел. Осталось лишь три патрона. Ну, целых три шанса наудачу. Выстрелю в него еще пару раз. Вдруг ифрит развалится на куски?

Я подошел к краю платформы, взглянул на тварь. Она барахталась внизу, в куче кирпичей, пытаясь подняться. Я наставил пистолет на ифрит.

– Гражданский? – моложавый мужской голос за спиной, – а ты что тут делаешь?

Я обернулся.

Там были двое: молодой мужчина в черном тактическом комбинезоне с кевларовыми вставками. Его угловатое лицо выделялось острыми чертами. Тактические затемненные очки скрывали глаза, из-за чего мужик казался безэмоциональным. Он носил кепку набекрень, а оружия, вот, не носил совсем. Значит, был магом высокого потенциала. Целиком и полностью полагался на способности.

С ним была женщина. Высокая и фигуристая, она смотрела на меня, злобно прищурив глаза, сжав полные губки. Девушка выглядела странно. Она носила армейские высокие сапоги и портупею вместе с обтягивающим сочную фигуру красным платьем. Глубокое декольте демонстрировало полную грудь, стройные ноги пикантно обтягивали рваные колготки.

У девушки были короткие черные волосы. В руках она держала пистолет-пулемет. Бедро туго обтягивал ремень с ножнами и большим ножом. Да блин, она нацепила даже гранаты на портупею! Видимо, была слабым магом или защитным магом и пользовалось, в основном огнестрелом.

– Как ты здесь оказался? – неприятным тоном бросила девушка.

Я не ответил, взглянул на ифрита. Тот вскочил. Пила завизжала, выбила искры об рельсы. Уставился на меня, потом бросился к платформе, зацепился крючковатыми пальцами за край. Стал подтягиваться.

Глава 7. Рыцарь в красных бикини

– Лучше бы вам отойти, – бросил я им обоим, – отступил от платформы, – у меня есть одно подозрение, и я хочу его проверить.

– Что, о чем ты? – теперь сказал мужчина, – вали отсюда, тут опасно! Мы прикончим одержимость!

– Лучше спрячьтесь, – я покосился на их непонимающие лица, навел ствол удачи на одержимость. У меня было стойкое ощущение того, что этот пистолет удачи, совсем не тот, за кого себя выдает. Я решил это проверить…

На квадратной ствольной коробке существа раскрылся большой желтый глаз, посмотрел на девушку.

– Что это за черт? – удивилась она.

– Хочу, чтобы он развалился на части, – проговорил я и нажал на спуск.

Прогремел выстрел. Пуля угодила в глаз ифриту. Он скривился, приподнял свою переднюю часть, разинул зубастый рот. Потом удивленно посмотрел на меня и… рассыпался на куски, как конструктор лего.

– Ха! Вот ты хитрый гаденыш! – взглянул я на ифритный пистолет удачи, который на самом деле оказался Стволом Исполнения Желаний. Перепутать было легко. Ифриты удачи отличаются от ифритов исполнения желаний лишь парой оттенков красного в своем внешнем виде. Ифритным зрением очень просто упустить этот момент.

– Как? – у парня расширились глаза, – как ты это сделал?!

Девушка ничего не ответила. Она лишь неприязненно скривила губы, уставилась на меня.

– В последнее время мне везет, – улыбнулся я, посмотрел на этих двоих, сунул ствол в карман.

– Ты даже не представляешь, – выдохнул парень, – что ты сейчас наделал.

Он растерянно приложил руку ко лбу, потер его.

– Я уничтожил одержимость, которая мне мешала, – я подошел к куче хлама, что раньше была ифритом, активировал ифритное зрение.

Небольшой, но очень нервный, ифрит фиолетовым пятном вибрировал над хламом. Он дергался и неспокойно переливался. Это был Ифрит Сильного Желания Рассекать. Какой прекрасный экземпляр! Норовистый, и я даже знаю, как его использовать.

– Ты только что уничтожил мой билет к пятому рангу, дурачина! – крикнула девушка и даже забавно притопнула ногой.

– Валя! – прикрикнул на нее парень, – ты даже не знаешь, кто он! Не хочу нарваться на дуэль с незнакомым боярином! Прости ее, незнакомец. Девочка немного порывистая.

– Я тебе не девочка! – крикнула она, – из-за него я не смогу теперь попасть на поля еще месяц! Условие командующего было три одержимости за неделю! Только тогда меня допустят к полю! А он прикончил последнего! Где я найду новую одержимую вещь за оставшиеся сутки?!

– Все в порядке, – улыбнулся я, обращаясь к парню, – я не обижаюсь на девочек. Особенно на таких порывистых. Не думают, что говорят.

Я сел на корточки рядом с ифритом, взял железный уголок, покрутил в руках, выбросил. Нужно было как-то избавиться от этих двоих. Причем быстро. Ифрит скоро исчезнет, а я не хочу, чтобы кто-то видел, как я творю ифритный предмет. Местные могут неправильно это понять.

– Я знаю, что говорю! – крикнула девушка, – ты боярин?!

Я проигнорировал ее, внимательно посмотрел на обломки оболочки ифрита. На серого цвета конечностях, валяющихся теперь безжизненно, были надеты кандалы с обрывками цепей. Выходит, ифрит оказался тут не случайно. Такое чувство, что кто-то намеренно транспортировал его.

Я взял в руки цепь. Большим мощным шурупом она была прикручена к столешнице. Ну точно, кто-то поймал эту одержимость, сковал ее, перевез в город и выпустил сюда. Для каких целей? Связано ли это с моим кафе? Как там звали этого придурка, что хотел отжать мое заведение? Анастас Филатов, вроде. Нужно бы разузнать о нем побольше. И наведаться в гости.

– Ты оглох, что ли?! – взвизгнула девушка.

Я встал, подкатил рукав, продемонстрировал ей перечеркнутую корону на запястье.

– Отступник, – сжал губы парень, – из детей боярских.

– У тебя с этим проблемы? – нахмурился я.

– У меня-то нет, – парень добродушно улыбнулся, – но ты убил Валину добычу.

– Из-за тебя я не смогу попасть на нормальное поле еще целый месяц! – девушка гневно выдохнула, – скрестила руки на груди.

– Не вижу тут проблемы, – пожал я плечами, – скажи начальству, что ты уничтожила одержимость сама. А меня тут вообще не было. Уверен, никто не будет проверять.

– Что?! – девушка сузила глаза, – солгать?! Ну все! Это настоящее оскорбление! Я вызываю тебя на дуэль! До первой крови!

– Эм… – даже немного смутился я, – с ней все в порядке? Посмотрел на парня.

– Валя очень чувствительная, – растерянно пробормотал парень, – она считает себя настоящим рыцарем и серьезно относится к кодексу чести, – хохотнул он, потер затылок.

– Давай! – девушка сжала зубы, – расскажи, какого цвета у меня трусы еще!

– Ты в таком виде ходишь в бой, – засмеялся я, – что кажется, я сам их скоро увижу.

– Это не твое дело, как я хожу в бой! Вызов принимаешь, или ты, как и все эти боярские снобы?! Не воспринимаешь рыцаря всерьез, только потому, что он девушка?!

Я весело взглянул на парня. Он смущенно отвел глаза, коснулся век, растерянно покачал головой.

Что ж. Девочка была с норовом. Но, признаться, она мне понравилась. Тем более, такая дуэль – отличный способ выпроводить их отсюда и завершить мой ритуал. Только вот что мне интересно, а кто они вообще такие? Какие-то охотники на одержимостей?

– Я принимаю твой вызов, рыцарь, – я снял пальто, отстегнул кобуру с пистолетом, достал складной меч из внутреннего кармана, – но у меня есть условие.

– Какое же? – девушка вынула большой, прямо-таки монструозных размеров нож. Выглядела она с ним в руках презабавно.

– Если я побеждаю тебя, вы уходите немедленно.

– А если я побеждаю тебя, – злобно выдохнула девушка, – то отрежу тебе ухо! Только кровью можно смыть оскорбление, что ты мне нанес!

– Валя, ты перегибаешь! – парень растерянно взглянул на нее, – какое ухо?!

– Я согласен, – беззаботно пожал я плечами, – ухо так ухо. Для такой красотки, – подмигнул я девушке, не жалко и руки.

Девушка сжала губы, расширила глаза и покраснела как помидор.

– Ого! – хохотнул я, – вот это реакция, тебе что, комплементы никогда не делали?

– Это не твое дело! – девушка сняла портупею, разгрузку, бросила на землю, у своих ног. Я все ждал, снимет ли она еще и платье.

– Аккуратнее, – засмеялся я, – у тебя там гранаты висят, хочешь всех нас подорвать?

Она не ответила, только злобно посмотрела на меня.

– Кстати, а кто вы такие? – я сложил свое пальто, положил вещи на обломки ифрита, подкатил рукава водолазки.

– А ты не знаешь? – удивился парень, – разве по нам не видно?

– Невежливо отвечать вопросом на вопрос, – посмотрел я на парня, ловко завертел рукоятью меча. Телескопическое лезвие щелкнуло. Сегменты высвободились наружу, соединились в клинок.

– Да, – улыбнулся парень, – наверное, ты прав. Мы чистильщики. Уничтожители одержимостей. Служим в гарнизоне Урупском, что у Большого Кубанского Поля.

Насколько я помнил, полями местные называли аномальные участки земли, что возникли тут и там после Большой Войны. Это были поля особо ожесточенных сражений, часто с применением магии массового поражения.

Тысячи и сотни тысяч людей погибали там одновременно, создавая своими эмоциями чудовищных и совершенно безумных ифритов. Позже, такие ифриты превращались в настоящие чудовища.

Например, танк-одержимость, чей Ифрит Сильной Жажды Убивать, гонит его в населенный пункт, чтобы уничтожить всех его жителей. Или одержимость-вертолет с Ифритом тяги к Предсмертной Панике на борту. Он будет носиться по всему небу, сбивая любой летательный аппарат, лишь бы поддерживать в себе эту эмоцию.

Я знал, что вокруг таких полей Империя ставит гарнизоны и ограждения, чтобы не выпускать многочисленные одержимости наружу. Бояре же отдают там обязательную военную повинность. Вот кто такие чистильщики, я не знал. Нужно бы посмотреть в интернете.

– Будете болтать?! У нас, вообще-то, дуэль!

– Тихо, девочка, – я сгорбился, взял клинок обратным хватом, – твой гнев мешает тебе самой.

Девушка оскалила белые зубки, бросилась на меня. Быстро, как молния, она метнулась, прыгнула, в легком пируэте выбросила руку с длинным ножом.

Во время ее прыжка, я успел рассмотреть трусики. Они были красными. Я парировал ее выпад. Клинки щелкнули друг о друга, разбросали искры. Одновременно, я поднырнул ей под руку. Легким движение, едва коснулся платья. Резанул ткань.

Мы поменялись местам, я встал в боевую стойку, поставил руки перед собой. Девушка крутанулась на носке, сгорбилась, приняла боевую стойку, уставилась на меня.

– Платье жалко, – улыбнулся я, – оно мне нравится.

Девушка непонимающе моргнула, бросила взгляд на свое тело. Большая дыра в платье разошлась на ее боку, обнажая красивый животик. На коже, в месте, где тела коснулся клинок, осталась белая царапина.

– Себя пожалей! – крикнула она и крепко сжала кулак.

Завихрения воздуха заплясали вокруг ее тонкой, но крепкой ручки. Потом она встряхнула кистью. Вокруг кулака образовалась полупрозрачная воронка телекинетического щита. Девочка тоже была кинетиком, как и я.

Она метнулась, прыгнула снова, и снова пируэтом. Выбросила стройную ножку в легком ударе. Я отскочил, оказался сзади, тут же обнял ее за талию. Почувствовал, как девчонка вздрогнула. Она дернулась, крутанулась на носке. Попыталась достать меня ножом по лицу.

Я среагировал мгновенно. Отвел корпус назад, девушку же, словно в танце, отстранил от себя на вытянутой руке. Я крепко держал ее за талию. Она напряглась, чтобы не потерять равновесие. Клинок просвистел у моего подбородка, блеснул в ее руке.

Я выбросил свою свободную руку, щелкнул, лезвием о ее нож, заблокировал. Она, было, попыталась высвободить его. Клинок заскользил по моему, уперся в гарду меча, застрял.

Краем глаза я увидел ее движение. Девушка дернула свободной рукой, норовя ударить кинетическим щитом мне в лицо. Я просто отпустил ее. Поле щита промчалось мимо, моего лица, но сорвало платок.

Девушка грохнулась на пол. Я выпрямился. Зараза… Лицо от них скрыть так и не вышло…

Она напружинилась, прыгнула, встала на ноги, совершив изящный подъем разгибом. Я ухмыльнулся, потому что вновь увидел ее красные трусики сквозь черные колготки.

Парень-чистильщик даже смущенно прикрыл глаза.

– Красивый элемент акробатики, – ухмыльнулся я.

– Пошел к черту! – крикнула девушка и снова бросилась в бой.

Она подскочила, взмахнула ножом. Я ушел, даже не напрягаясь. Однако эти пляски стали мне надоедать. Нужно было заканчивать.

Девушка атаковала выпадом. Широко расставила ноги, целя мне в живот. Я ушел вправо, схватил ее запястье, сдавил сухожилие.

Она застонала. Пальцы непроизвольно раскрылись. Нож вывалился, звонко щелкнул о плитку. Девушка резко выпрямилась. Ударила второй рукой. Широко, целя в скулу. Я блокировал предплечьем правой. Ее кулачок чувствительно хлопнул о руку.

Заметил, как она отводит голову назад. Решила съездить мне лбом в лицо.

Я был быстрее. Легким движением подсек ступней ее опорную ногу. Девушка завалилась влево. Я сориентировался, на лету поймал ее за талию, прижал, и тут же впился губами в ее губы. Почувствовал, как она тут же обмякла. Как ее тело стало покладистым в моих руках. Когда первые секунды ее шока кончились. Забывшись, она даже обняла меня за шею.

Я закончил поцелуй тем, что сильно прикусил ее нижнюю губу. Потом отпустил. Девушка шлепнулась на пол. Лицо было ошарашенным. Глаза тупо смотрели в потолок. Из губ на подбородок скатилась красная капелька.

– До первой крови, – проговорил я, – я победил.

– Ого! – парень аж захлопал, – я знаком с Валентиной Селиной уже шесть месяцев, с первого дня в учебке, и ее еще никто не смог победить в рукопашной, да еще так! С выдумкой! Как тебя зовут, дворянин?

– Пожалуй, – я опустился, взял пальто, – я сохраню остатки моего инкогнито.

– А. Ну да. Этот платок, что скрывал лицо. Понимаю, – кивнул он, – обещаю, что никому не расскажу, что тебя видел здесь. В конце концов, ты сделал за нас всю грязную работу.

– Охотники на одержимости не убивают их бесплатно, если монстр не нападет на людей. Этот, – я указал на кучу мусора, – причинил кому-то вред?

– Нет, – мотнул головой парень, – его Валя нашла. В интернете, – он указал на медленно поднимающуюся девушку. Она выглядела совсем растерянной. – Очень уж хочет на поле попасть. А пропуск только с пятого ранга. Ей один демон остался до этого. Комдив лично обещал даже закрыть глаза на то, что у Вали проблема с атакующей магией. Ну а я так. Просто помогаю.

– Понятно. Где ж вы шастали, – я опустился, всмотрелся в ифрит, потом бросил взгляд на свой складной клинок, – пока я убивал его?

– Гонялись за ним по всей шахте метро. До самого герма-заслона. А он носился туда-сюда. Грыз вагон. Хотел выбраться в соседнюю ветку зачем-то.

В соседнюю ветку выбраться? Злобный этот ифрит. Хотел быстрее попасть туда, где много беззащитных людей, чтобы резать их в свое удовольствие. А этих двоих что ж не убил?

Внезапно мне стало паршиво на душе. Я понял, в чем с ифритом было дело. Он родился из того, что беззащитных и живых людей убивали на этой пиле.

Я осмотрел ржавое от крови полотно циркулярки. Зараза… Либо это была случайность, либо кто-то выкармливал ифрита намеренно. Но это очень и очень маловероятно. В этом мире никто не знает о духах. Я сжал губы, ну или чего-то не знаю я.

– Что это за мерзкие домогательства! – очнулась наконец Валя, – бой не закончен! – она схватила нож, – продолжаем!

– До первой крови, – ответил я не глядя. Я уже усмирял ифрита Сильного Желания Рассекать, – вытри лицо.

Краем глаза я видел, как Валя тронула губы, осмотрела палец. Сначала она вновь покраснела, как помидор, потом взорвалась.

– Да я убью тебя! – раскричалась она, – это жуткое оскорбление! Да что… это за сальные намеки! Ты!… Ты… Да ты… – стала задыхаться она.

– Пойдем, – парень сгреб ее вещи в охапку, торопливо приблизился, стал выталкивать ее к лестнице.

– Не тронь меня! – заорала она.

– Остынь, Валя! Тут наша работа кончилась!

– И где ты увидела сальные намеки? – весело проговорил я, – я просто сказал, что ты красивая. Ну и провел тактический маневр с поцелуем.

– Убью!

– Да пойдем уже! Бывай, незнакомец!

– И вам не хворать, чистильщики!

Я встал, взглянул на свое новое ифритное оружие. Меч Сильного Желания Рассекать взглянул на меня в ответ. У гарды раскрылись маленькие хищные глазки. Я ловко раскрыл ее, как рукоять ножа-бабочки. Клинок щелкнул, выдвинулся, сложился в монолит. На нем, у основания, раскрылся злобный нервный глаз. Он судорожно водил зрачком. Я знал, что меч испытывает желание что-то разрезать. Что угодно.

Я приблизился к колонне и вонзил в нее острие. Оно прошло легко, как сквозь масло. Тупым обухом я отсек кусок металла от вагона метро.

– Отличная штука, – взвесил я клинок в руке, – как раз то, что нужно против одержимостей.

Я снял перчатки, похлопал лезвием по обнаженной ладони. Как и ожидалось, покоренный ифрит слушался беспрекословно и не резал плоть своего хозяина. Я сложил клинок, сунул во внутренний карман пальто и ушел с заброшенной станции.

Я попросил таксиста высадить меня у сквера, что располагался вдоль набережной. Слева раскинулась площадь перед зданием следственного комитета, справа бежала речка, через которую перекидывался мост. Сейчас, больше всего меня интересовал ифрит, который был так силен, что ифритное зрение видело его даже через мост.

Я пошел по набережной и быстро увидел ифрита.

Это был небольшой катер, пришвартованный под мостом. Там же располагалась крохотная пристань. В левой береговой опоре моста я увидел большую железную дверь. По всей видимости, катером, для каких-то целей пользовались муниципальные службы города.

Я приблизился. Когда до катера оставалась метров пятьдесят, я смог рассмотреть, что в нем сидел за ифрит.

– Да, – выдохнул я, – кажется, муниципалы тут не при чем.

В катере сидел огромный и сильный Ифрит Желания Сокрыть Преступление. Причем он был очень старым. Кажется, кто-то годами пользовался катером, чтобы обтяпывать какие-то темные делишки.

Какой большой ифрит. Я легко мог разделить его на сотни таких же, поменьше, и сделать мощные ифритные предметы, скажем, для военных. Например, пулю, что при попадании телепортирует тело в любое место в мире. Хоть в космос. Или нож, с подобными же свойствами. Главное найти покупателя. А вот с этим могли быть проблемы. Таких связей у меня пока не было.

– Ценная штука, – задумался я и повязал платок на лицо. Посмотрел, нет ли вокруг камер. Катер придется угнать его и уничтожить, чтобы я мог извлечь ифрит.

Я быстро зашагал к мосту, но застыл на месте, когда тяжелая дверь внизу распахнулась. Спрятавшись за широкую колонну ограждения набережной, я стал наблюдать.

– Вот млять! Добронравов совсем распоясался! Вторая баба за месяц! – Из-под моста раздался неприятный мужской голос.

– Ха! А будь ты боярином, так не развлекался бы?

– Ну… точно не так часто…

Глава 8. Заманчивое предложение

Когда дверь открылась, и на маленькую пристань вышли трое мужчин, я медленно подобрался поближе, чтобы слышать их разговоры.

– Не, ну его можно понять, – проговорил один из мужчин. В тени моста их нельзя было разглядеть, – власть, вседозволенность, бабло. Наркоты сколько влезет. Простые утехи с бабами быстро приедаются.

Я нахмурился. Увидел, как на пристать вышли еще двое. Они тащили большой продолговатый сверток.

– Не упади только, тут ступенька.

– Угу.

Надо же? От трупа, что ли избавляются? Здесь? Прямо напротив следственного комитета города? Вот это сюр…

– Ох уж эти бояре, – хрипловато начал другой, – все у них есть. А мы, простолюдины что? Только и делай, что горбаться на господ, да прибирай, когда они наиграются.

– Вот ненадо морализаторства, – проговорил третий немного высоковатым голосом, – вспомни, на прошлой неделе ты сам чуть ту шлюшку не придушил. Бардель-маман ее еле откачала. Вон какой был скандал!

– Ага, – кивнул хриплый, – а будь я боярином, скандал бы устроил я! А чего они мне такую слабенькую девку суют?

– А, так ты говоришь о классовой несправедливости? По-твоему, все имеют право на выносливых и крепких шлюх. Я правильно понимаю?

– Ну да! – весело сказал хриплый, – как говаривал какой-то философ, каждый человек должен быть свободен, и у каждого должна быть выносливая шлюха.

– Предлагаю потом за это выпить, давай, грузи ее. Тяжелая, блин, хоть и худая как щепка.

Троица взошла на борт катера, уложила сверток на палубу. Мужчины расположились в лодке, запустили негромкий двигатель и, на пониженных оборотах, пошли по речке.

Было ясно, что троица скрывает следы преступления. Видимо, их барин неплохо погулял этой ночью. Какой-то Добронравов. Вот так фамилия. Звучит, как жестокая ирония.

Больше всего меня удивило то, что преступники были настолько наглые, что даже не парились о том, чтобы отчалить где-нибудь подальше от центра города. Они, просто вытащили тело там, где им было удобнее всего.

Кажется, их хозяин достаточно влиятелен, чтобы позволить себе такой фортель. А может быть, местные органы достаточно коррумпированы, чтобы закрыть глаза. Впрочем, одно другому не мешает. В любом случае меня интересует лишь ифрит.

Когда катерок проплывал прямо подо мной, я легко перемахнул через ограду, спрыгнул вниз.

Ифритная обувь приглушила силу удара. Я громко приземлился на борт, да так, что все вздрогнул. Я медленно выпрямился.

– Еб твою! – засипел хриплый

– Че?! – растерянно взвизгнул второй

– А! Мля! Че за нах! – крикнул мужик, с высоковатым голосом.

Я немедленно метнулся к Высокоголосому, выбросил руку. Ударил прямо в горло. Хрустнуло. Он захрипел, выронил пистолет. Ствол гулко стукнулся о деревянную палубу.

Мужик схватился за горло, опрокинулся, перевалился через борт и плюхнулся в воду.

Хриплый вскинул пистолет. Хлопнуло дважды. Пули прошили мне плечо и бок. Обе прошли на вылет. Я даже не вздрогнул. Аврора бросилась латать раны. Я же напал на хриплого.

– Да кто ты такой?! – сипло заорал он.

В руках щелкнул складной клинок. Я подскочил, срезал ствол его пистолета. Ловко врезал по колену. Мужик застонал, гулко припал на одну ногу. Я быстро вонзил клинок ему в шею, схватил за рукав и выбросил из лодки. Он громко бултыхнулся в воду.

Последний стал собирать в руках огненный шар. Но медленно, его потенциал был низким.

– Не подходи! Я огневик! – заорал он, зажарю… – не успел договорить он.

Я подскочил, вонзил клинок снизу, в челюсть. Он без малейшего усилия вышел в темени. Я поднырнул под обмякшего, подтолкнул плечом и тоже выбросил за борт. Оглянулся, на всплывающие трупы.

– Отлично, – проговорил под нос я, – может менты найдут этих утырков, и хоть почешутся.

Под их носом ублюдки вывозят трупы, судя по ифриту не первый год, а они сидят на месте. Нужно бы дать им еще зацепку к этому Добронравову.

Я сел за штурвал катера, дал газу. В ушах засвистел ветер, я помчал по каналу, к широкой полноводной реке. Там, причалил к каменистому, дальнему от города, берегу. Забрался катером на мель.

Я решил пробить бензобак катера и поджечь лодку. Потом задумался, опустился к трупу девушки. Завернутый в плотную ткань, перемотанный скотчем он выглядел, как серая мумия.

Я щелкнул складным мечом. Разрезал сверток в области лица, снял кусок ткани.

– Вот сукин сын, – злобно проговорил я, нахмурился, – чертов ублюдок!

Метнул взгляд на рукоять складного клинка. Я рассматривал надпись, что там была, и раньше. Но не придавал ей значение. Теперь же, все встало на места.

Три золотые буквы в полированной деревянной части ручки меча: ДПА. Первая значит – Добронравов. Остальные – имя и отчество.

– Прирежу, суку, – прошипел я, сквозь зубы.

На меня смотрели мертвые глаза той самой девочки, что боярин, одетый в кожаную куртку, толкнул на мосту. У него я отобрал этот меч. Он и есть Добронравов. Сученыш не смирился с позором. Зассал отомстить мне и отыгрался на девушке-простолюдинке. Причем ублюдку за это ничего даже не будет. Штраф заплатит, и отделается одним неприятным вечером. Именно поэтому мужики вели себя так смело. Я твердо решил найти и убить ублюдка.