Текст книги "Главный бой Дмитрия Лавриненко. «Серпухов не сдавать!»"
![](/books_files/covers/thumbs_240/glavnyy-boy-dmitriya-lavrinenko-serpuhov-ne-sdavat-220747.jpg)
Автор книги: Артем Павлихин
Жанр: Военное дело; спецслужбы, Публицистика
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
Комплекс данных о бое под Серпуховом 19 октября 1941 г. в сообщениях средств массовой информации и в письмах и воспоминаниях участников и очевидцев
В 1991 г. были опубликованы два письма Д. Ф. Лавриненко, написанных им своим близким[50]50
Последние письма с фронта…, 1991.
[Закрыть]. В одном из писем есть воспоминания о том дне, когда он побывал в Серпухове.
«Привет из лесу!
Здравствуйте, мама, Нина, Люба, бабушка, Толя, Тая, возможно, Лёня (если не уехал)!
Сообщаю, что жив, здоров и невредим, чего и вам желаю.
Пишу письмо в лесу, около землянки. Уже темнеет. Сегодня получили подарки от москвичей… Мы защищаем подступы к Москве.
Вы уже, наверное, знаете из газет о нашей части, и в частности обо мне. Мама, Нина, возможно, вы и отвечали на мое письмо которое я писал в лесу под Орлом, но я его не получил, так как вскоре мне пришлось сменить место. Я один ехал на своем танке, отдельно от части. Был в Москве, смотрел улицы, дома и опять – на фронт. В части меня хорошо встретили и представили к правительственной награде.
Поздравляю вас с праздником 24-й годовщины Октября. Мы его справляем у костра, выпили по сто согревающих граммов и беседуем, а на рассвете – в бой…
6.11.41 г.»
Строка «я один ехал на своем танке, отдельно от части» – «о пути из Черни через Серпухов и Москву на Кубинку. Далее Д. Ф. Лавриненко пишет о том, что его представили к правительственной награде, что вполне согласуется с записями Я. Л. Лившица о том, что в записке П. А. Фирсова, данной Д. Ф. Лавриненко, рекомендовалось наградить танкистов за выполнение специального задания под Серпуховом. Д. Ф. Лавриненко рассчитывал, что командир танковой бригады генерал-майор М. Е. Катуков немедленно выполнит рекомендацию полковника П. А. Фирсова, однако, награждения за бой под Серпуховом не последовало. Первый и последний наградной лист на Д. Ф. Лавриненко появился лишь 5 декабря 1941 г., зато сразу на звание Героя Советского Союза. 14 декабря 1941 г. военный совет округа и командующий 16-й армией генерал-лейтенант К. К. Рокоссовский, в чьем распоряжении была тогда 1-я гвардейская (бывшая 4-я) танковая бригада М. Е. Катукова, отвергли предложение наградить Д. Ф. Лавриненко Звездой Героя, изменив награду на Орден «Ленина»[51]51
ЦАМО, ф. 33, оп. 682524, д. 240, л. 72.
[Закрыть].
![](i_017.jpg)
Город Серпухов. 1930-е годы.
Старшему лейтенанту Дмитрию Федоровичу Лавриненко звание Героя Советского Союза было присвоено посмертно Указом Президента СССР от 05.05.1990 г. № 114 «О присвоении звания Героя Советского Союза активным участникам Великой Отечественной войны 1941–1945 годов».
![](i_018.jpg)
Экипаж танка Т-34–76 Дмитрия Лавриненко в перерывах между боями. Осень 1941 года. Фото из архива А. Смирнова.
О бое 19 октября 1941 г. с участием Лавриненко под Серпуховом одними из первых узнали гражданские серпуховичи, ведь трофеи этого сражения уже 19 октября были привезены в город.
Сохранилось воспоминание о прибытии в Серпухов кортежа, состоящего из танка Т-34 во главе с Д. Ф. Лавриненко, трофейного штабного автомобиля и мотоциклов. В школьной научной работе «Воспитанник Ленинского комсомола Дмитрий Лавриненко» (Совет музея г. Протвино, сш № 2. 1989 г.) есть такие строки: «В письме Орлова, члена бюро ГК ВЛКСМ г. Серпухова рассказывалось, что шло заседание бюро, когда за окном послышался грохот, выглянули в окно: под окнами Горсовета – танк, а на прицепе 12 немецких мотоциклов с колясками и штабная машина типа «Виллис».
Над люком ее – «командир, который машет рукой, прося подойти к нему. Когда комсомольцы выбежали, Дмитрий передал им немецкую технику, сказав: «Разберитесь, а нам надо догонять своих…»[52]52
Романенко, 2014. С. 31.
[Закрыть].
Штабная машина типа «Виллис» в составе немецкой колонны могла указывать на присутствие в ней немецкого офицера, командира батальона или даже полка. Возникает вопрос: что это была за колонна, какое немецкое подразделение шло по дороге, почему впереди войск ехали штабные? На эти вопросы нарраторы дают лишь частичные ответы.
О бое с участием Д. Ф. Лавриненк вспоминал председатель городского исполкома Серпухова Н. С. Соколов в августе 1943 года.
«Вспоминаю случай с тов. Фирсовым. Одно время в Серпухове не было регулярной армии, а противник рвался к городу. Наша разведка донесла, что противник находится около деревни … И вот 20 октября т. Фирсов организует группу из 16 человек и на автомашинах, с одной танкеткой идет в этот район. Было это на рассвете, и немцы не разглядели эту группу, а наши этим воспользовались, открыли огонь из танкетки по застрявшим в грязи двум машинам с пехотой, а также по танку, который там застрял, и возвратились все невредимы»[53]53
НА ИРИ РАН. Ф. 2, оп. 33, д. 1, л. 1, оборот.
[Закрыть].
Это воспоминание передает ситуацию со слов знакомых Соколову людей. Он говорил о бое, допуская неточности, например: Фирсов, организовал свой отряд 18–19 октября, а не 20. Интересны подробности, которые Н. С. Соколов мог услышать только от участников боя:
– «бой шел в сумерках, в данном описании утренних;
– 2 немецкие машины и танкетка встали на дороге, завязнув в грязи.
– группа бойцов П. А. Фирсова была малочисленной – 16 человек, передвигалась на автотранспорте;
– потерь в том бою советская сторона, по его данным, не понесла.
Все эти факты требуют проверки, поскольку приводит их человек, который сам в бою не участвовал, однако данные оригинальны, достоверность их может быть высока.
За событиями на стыке 43-й и 49-й армий следили военные корреспонденты центральной прессы СССР. О боевых действиях в районе Брянского фронта и 49-й армии постоянно сообщали на страницах газеты «Правда» спец. военкоры Л. Митницкий и М. Сиволобов. 21 октября 1941 г. вышла их статья «Сражения в районе Орла», 22 октября – «Упорное сопротивление», 23 октября – «Налет на вражескую колонну». Последняя статья сообщала о событиях, произошедших недалеко от Серпухова, поэтому она была перепечатана в серпуховской газете «Коммунист», вышедшей 26 октября 1941 г. Вот цитата из этой статьи: «Много инициативы и смелости проявили командиры Павел Фирсов и Никита Брилев. Разведчики сообщили, что по направлению города N движется колонна пехоты из 17-й дивизии «СС». Нащупав слабое место в нашей линии обороны, они устремились туда. Подтягивать резервы не было времени. Спасти положение взялись командиры Фирсов и Брилев. Во главе группы бойцов они на трех грузовиках двинулись навстречу фашистской колонне. Внезапный удар ошеломил эсесовцев.
Все три грузовика ринулись в самую гущу колонны. Смертоносные очереди наших автоматов, разрывы ручных гранат опрокинули наступление врага. Уцелевшие фашисты бросились с дороги в лес в канавы. Рассеяв колонну, наши бойцы вступили с фашистами в рукопашный бой. Командир Брилев лично заколол штыком 7 немцев.
В итоге внезапного и короткого боя фашисты оставили на дороге 40 убитых солдат и трех офицеров, противотанковую пушку, 5 мотоциклов, 7 велосипедов, миномет, вездеход, много винтовок, автоматов и пистолетов.
Смелым налетом группа отважных бойцов предотвратила прорыв врага на главную шоссейную магистраль».
![](i_019.jpg)
Д. Ф. Лавриненко. Фото 1930-х годов.
В этой статье, написанной военкорами «Правды», мы получаем версию произошедшего под Серпуховом 19 октября 1941 г., исходящую, по-видимому, от кого-то из оперативной группы штаба 49-й армии в Бутурлино, возможно от начальника оперативной группы полковника Н. В. Пастушихина. Исходя из текста статьи, руководили рейдом комбриг П. А. Фирсов и полковник Н. Г. Брилев, основной ударной силой в бою был истребительный отряд из Серпухова. Речь в статье идет именно о бое с участием Д. Ф. Лавриненко, хотя танк там и не упоминается. Многие детали описания боя сходятся с интерпретацией Я. Л. Лившица и М. Е. Катукова: в руководстве истребительным отрядом из Серпухова был П. А. Фирсов, среди трофеев мотоциклы, противотанковая пушка. Привлекает внимание одна деталь: упоминание количества поверженных полковником Н. Г. Брилевым врагов – семь заколотых штыком. Эта личная подробность могла быть установлена в личном общении с Н. Г. Брилевым или кем-то из его друзей и сослуживцев, людей, которые хорошо знали Н. Г. Брилева и хотели его выделить из общей массы участников боя. Скорее всего, это был полковник Н. В. Пастушихин, вместе с которым Н. Г. Брилев организовывал действия войск 49-й армии на ее правом крыле.
![](i_020.jpg)
Статья Л. Митницкого и М. Сиволобова «Налет на вражескую колонну». Газета «Коммунист» от 26 октября 1941 г. Архив администрации г. Серпухов.
Черты биографии полковника Н. В. Пастушихина были схожи с биографией Н. Г. Брилева. Оба офицера выучились военному делу в дореволюционную пору, оба участвовали в 1-й Мировой войне, оба владели иностранными языками. Оба, будучи полковниками, ходили в атаку на серпуховском направлении и получали боевые ранения. Из штаба 49-й армии кроме них никто не проявлял большей воинской доблести. Генерал-лейтенант И. Г. Захаркин 16–18 октября 1941 г. именно их поставил управлять оперативным отделом 49-й армии в Серпухове.
Военные корреспонденты газеты «Известия» А. Булгаков и В. Антонов в октябре 1941 г. были направлены собирать материал для своих статей на левый фланг Западного фронта и на Брянский фронт. 22 октября вышла их совместная статья «Бои под городом С.». В ней упоминаются события 19 октября 1941 г. под Серпуховом. Серпуховская газета «Коммунист» перепечатала и эту статью в выпуске от 28 октября 1941 г. В тексте статьи были некоторые подробности, отсутствовавшие в статье М. Сиволобова и Л. Митницкого. Вот цитата из статьи А. Булгакова и В. Антонова:
«Командиру Фирсову донесли о появлении противника у деревни П. Воспользовавшись тем, что наши части вели упорный бой на соседних участках, фашистские бандиты решили вклиниться в стык двух наших частей и прорваться к городу.
Тов. Фирсов принял смелое решение. Он вооружил группу бойцов автоматами и гранатами, усадил их на три грузовика. Спереди этот небольшой отряд защищался нашим танком.
Из деревни П. были уже хорошо видны немецкие части. Наши саперы готовили взрыв моста. Фирсов приказал отложить взрыв.
– Слушай мою команду! – обратился он к бойцам. – Из машин бей по врагу из автоматов и гранатами.
Из-за поворота отряд выскочил на мост. Танкисты с ходу дали несколько залпов. Танк и машины молниеносно проскочили мост и оказались лицом к лицу с врагом. Удар был до того неожиданным, что немцы не могли сопротивляться. Бросая оружие, повозки, мотоциклы, они бежали в стороны. Бойцы забрасывали их гранатами, поливали их огнем. Десятки трупов валялись у дороги».
Примечательно, что в данном отрывке пропадают сведения о руководстве отрядом, осуществлявшемся Н. Г. Брилевым и П. А. Фирсовым, но появляется указание на участие в бою танка.
Газетные статьи в «Правде», «Известиях» и «Коммунисте» представляют нам версию произошедшего на основании рассказов бойцов, командиров и политработников 49-й армии, и эта версия, как можно заметить, сильно отличается от версии М. Е. Катукова. В частности, танку в газетных статьях отведена второстепенная роль. Ведущая же роль отводится пехотинцам.
Авторы статьи В. Антонов и А. Булгаков, кроме боя с участием Д. Ф. Лавриненко, упомянули боевые действия 238-й стрелковой дивизии (238 сд), они пишут о сложностях с подвозом боеприпасов по раскисшим дорогам в лесистой местности под Серпуховом. Высокая осведомленность авторов о реалиях обстановки в 49-й армии говорит о том, что их респонденты были знакомы с театром боевых действий непонаслышке. Их источники информации вызывают доверие. Но то, что среди упомянутых журналистами участников боя нет командиров, наводит на мысли, что источники информации у корреспондентов газеты «Известия» были иные, чем у корреспондентов «Правды». Судя по общему тону статьи, рассказывал о бое его участник, близкий к П. А. Фирсову или даже он сам. В последующем П. А. Фирсов с удовольствием сам давал военкорам интервью об успешных действиях подчиненных ему частей.
Поскольку в последней газетной статье есть сокращения названий населенных пунктов и рек, предусмотренных цензурой военного времени, то из нее не вполне ясно, о каких населенных пунктах идет речь, где состоялся бой. Не ясно и когда состоялся бой, из каких воинских частей были пехотинцы, приехавшие на грузовиках, и что за танк помогал им.
В статье В. Антонова и А. Булгакова имеются два сокращения: река П. и населенный пункт П. В округе Серпухова есть лишь одна река на «П», возле которой шли боевые действия – р. Протва. На р. Протве от ее устья до г. Боровска в 1941 г. существовали несколько населенных пунктов с названиями на букву П. – Потесниково, Пурсовка, Почеп. Конечно, в газете могло практиковаться и шифрование названия населенного пункта, как это было сделано в статье от 23 октября 1941 г. в газете «Правда», где фигурирует город N, под которым надо понимать Серпухов. Были случаи, когда первая буква в сокращенном названии населенного пункта в газетных статьях «Коммуниста» заменялась по ошибке или для пресечения панических настроений, если этот пункт угадывался однозначно в контексте описываемых событий. Ни газетные статьи, ни мемуары М. Е. Катукова не дали однозначного ответа о месте сражения. Это в последующем породило массу разночтений. Места боя в послевоенный период стали определять самые разные – от д. Калиново, где ныне стоит на постаменте танк Т-34–85, до д. Бор. Вопрос локализации населенного пункта «П» – один из важных в нашем исследовании, и решение этого вопроса, как мы увидим дальше, оказывается вполне возможным.
![](i_021.jpg)
Статья А. Булгакова и В. Антонова «Бои под городом С.». Газета «Коммунист» от 28 октября 1941 г. Архив Администрации Г.о. Серпухов.
Достоверность данных из обеих приведенных газетных статей «Правды», «Известий» нам кажется высокой, поскольку они написаны «по горячим следам». Были живы участники этого рейда, и давать ложную информацию авторам статей было нельзя, ведь читателями газеты могли оказаться сами участники боя из состава истребительного отряда.
24 октября 1941 г. в газете «Правда» вновь появилась статья о поражении немцев от действий танкового экипажа Лавриненко под Высокиничами. Однако эта статья сильно отличается от предыдущих двух. Вот ее содержание.
«Смелый удар танкиста Лавриненко.
19 октября командир танка лейтенант Лавриненко получил задание уничтожить группировку противника, прорвавшуюся на подступах к Москве и укрепившуюся в населенном пункте В. Лейтенант лавриненко поставил свой танк в засаде и следил за передвижением немцев на противоположном берегу реки.
За мостом появились 20 немецких разведчиков и группа мотоциклистов. За ними следовал штабной автомобиль, несколько машин с пехотой и противотанковая пушка. Лавриненко терпеливо выжидал момент для нанесения удара.
На окраине села машина остановилась. Немцы начали окапываться и устанавливать противотанковое орудие.
Старший сержант Федотов послал снаряд в канал ствола. Первым же выстрелом были перебиты прислуга вражеского орудия и часть скопившейся пехоты.
– Полный вперед! – скомандовал Лавриненко.
Механик-водитель Бедный дал полный газ, и стальная крепость проскочив мост, врезалась в самую гущу немецкой пехоты.
Командир танка и сержант Борзых из пулеметов и пушки в упор расстреливали пытавшихся сопротивляться немцев. Ничто не могло остановить боевой экипаж. Огнем пулеметов, гусеницами танка уничтожали бойцы врага.
Наша пехота, воодушевленная героическим поступком экипажа танка, с криками «ура» бросилась в штыковую атаку уничтожать остатки фашистов.
Нападение было столь неожиданным, что немцы побросали заведенные машины и заряженное орудие, из которого не успели ни разу выстрелить.
Выбив немцев из населенного пункта В., экипаж Лавриненко захватил фашистскую пушку со снарядами, штабную машину с ценными оперативными документами, 10 мотоциклов, много минометов, автоматов и пулеметов. На улицах села валялось до батальона убитых и раненых немцев. В машинах был обнаружен целый склад товаров и продуктов, награбленных немцами у населения. Здесь были женские туфли, сковороды, белье и даже… детские соски.
Батальонный комиссар К. Мельник
Старший батальонный комиссар И. Деревянко.
Западный фронт, 23 октября».[54]54
Газета «Правда» от 24 октября 1941 г. № 295 (8703).
[Закрыть]
Взгляды авторов статьи на события 19 октября 1941 г. под Высокиничами напоминают те, что представляли в своей книге Я. Л. Лившиц, а после и М. Е. Катуков. Авторы отстаивали важнейшую роль танкистов в этом боевом столкновении, а значит получали информацию именно от них. Отсюда столь незначительная роль пехоты.
Статья делалась в воинской части, где служил Лавриненко. Там же, вероятно, и была сделана фотография, которая была приложена к статье. Фотография имела подпись: «Танковый экипаж лейтенанта тов. Лавриненко (слева направо): Д. Ф. Лавриненко, старший сержант М. И. Бедный, сержант И. П. Борзых и старший сержант В. Я. Федотов. Фото М. Калашникова». Фото экипажа Лавриненко, предположительно, сделано после боя у Высокиничей и до начала верстки, газетного номера, то есть в период 21–23 октября 1941 г. у ст. Кубинка, Истры или у ст. Чисмена[55]55
М. Калашников снимал в октябре 1941 г. в войсках под Москвой. 13, 14 и 16 октября в выпусках газеты «Правда» были напечатаны фотографии М. Калашникова, сделанные под Вязьмой, 17 октября – фото, сделанные в Москве. 19 октября в «Правде» напечатали свежие фотографии М. Калашникова сделанные где-то под Москвой – заснеженные поля, танк Т-34, идущий на передовые позиции по шоссе, 22 октября – кавалерия, идущая по заснеженному шоссе под Москвой. Наконец, 24 октября напечатана фотография экипаж Лавриненко. 25 октября был напечатан снимок зенитного орудия из состава 329 зенап, стоящего у заснеженного поля. 329 зенап в ту пору базировался в районе Варшавского и Симферопольского шоссе у Чертаново и Подольска. Все фотографии, судя по сюжетам и хронологии, запаздывали с выходом в печать на 1–4 дня после съемки.
[Закрыть].
Текст статьи открывает подробности боя. По прибытии в Высокиничи танк Лавриненко был поставлен в засаду на огневую позицию у моста на левом берегу р. Протвы. Противник был обнаружен наблюдением из танка и танк открыл огонь с этой огневой позиции, после чего переехал мост и продолжил бой в рядах советской пехоты. Состав колонны врага в статье представлен следующим образом: штабной автобус, грузовики с пехотой и прицепленным противотанковым орудием, штабной автобус. Часть немецкой пехоты (20 человек) двигалась впереди колонны и, подойдя к окраине Высокиничей (точнее д. Тиньково), стала организовывать оборонительную позицию для орудия. Эта группа первой попала под огонь пушки и пулемета танка Т-34. Бой продолжался на предельно сжатых дистанциях, так, что танкисты стреляли по врагу в упор. Пехота одновременно пошла в рукопашную. Бой завершился захватом трофеев, в том числе автобуса, пушки, минометов, ручного огнестрельного вооружения. Количество жертв среди немецких военнослужащих выглядит преувеличенным (до батальона, то есть около 600 человек).
![](i_022.jpg)
Н. Г. Брилев, в 1941 г. – начальник разведывательного отдела 49-й армии. Фото 1940-х годов.
Район боя называется как «населенный пункт В.», вероятно имелось в виду село Высокиничи. Однако на правом берегу Протвы, где, как пишут авторы, происходил бой, находится уже другое село – Тиньково. Эта неосведомленность о географии Высокиничи выдают то, что военным корреспондентам К. Мельнику и И. Деревянко для написания статьи информацию о бое давали люди не знакомые в достаточной мере с той местностью. Респондентами могли быть танкисты 4-й танковой бригады.
В утреннем сообщении Совинформбюро 29 октября 1941 г. говорилось: «Отвагу и мужество проявил в боях с фашистами танковый экипаж лейтенанта Лавриненко. На днях танк тов. Лавриненко неожиданно обрушился на немцев. Орудийным и пулеметным огнем уничтожено до батальона армейской пехоты, 10 мотоциклов, штабная машина, противотанковое орудие»[56]56
Сообщения Советского информбюро, 1944. С. 328.
[Закрыть]. В таком варианте информация о подвиге Д. Ф. Лавриненко под Серпуховом еще раз попадает на страницы центральных СМИ СССР. Об участии П. А. Фирсова и Н. Г. Брилева, как руководителей боя, не сообщается, что говорит о том, что материалы для сообщения Совинформбюро готовили без опоры на сообщения газет «Правда» и «Известия», а также без опроса работников штаба 49-й армии. Журналисты Совинформбюро могли черпать информацию о бое от командования 4-й танковой бригады. Очень характерно, что свой подвиг, судя по данной сводке, танкисты экипажа Д. Ф. Лавриненко совершали под Серпуховом, как бы, в одиночку, пехота не упоминается. Вероятно, именно это сообщение в прессе упоминает Д. Ф. Лавриненко в строчке своего письма родным 6 ноября 1941 г. (см. выше).
Сходство с сообщением Совинформбюро угадывается в текстах воспоминаний М. Е. Катукова. Источником информации данной сводки Совинформбюро можно считать штабного работника 4-й танковой бригады или же самого М. Е. Катукова.
В статье газеты «Правда» военкоров М. Сиволобова и Л. Митницкого от 23 октября 1941 г. одним из командиров, возглавлявших отряд из Серпухова 19 октября 1941 г., был назван Н. Г. Брилев. Никита Григорьевич Брилев (годы жизни – 1896–1955 гг.) хорошо известен по документам 49-й армии. К 1 октября 1941 г. полковник Брилев временно возглавлял штаб 49-й армии, что видно по оперсводкам армии[57]57
ЦАМО. Ф. 219, оп. 679, ед. хр. 219, л. 142, 145.
[Закрыть]. Позже он выполнял особые поручения Командарма И. Г. Захаркина самого различного характера, например, руководил штабом 49-й армии, организовывал размещение штаба оперативной группы 49-й армии на ее правом фланге в Бутурлино и Тарусе (см. ниже), временно исполнял обязанности командира 60-й стрелковой дивизии (с 27 октября по 11 ноября 1941 г.)[58]58
Из истории Московского народного ополчения, 2017. С. 122.
[Закрыть]. Приходилось наводить порядок в отступающих частях 415-й стрелковой дивизии (ноябрь 1941 г.). В то же самое время, в октябре 1941 г. Н. Г. Брилев выполнял задачи по сбору разведданных. В донесении 49-й армии от 14 октября 1941 г. Н. Г. Брилев поставил подпись как «нач РО» (начальник разведотдела армии)[59]59
ЦАМО. Ф. 219, оп. 679, ед. хр. 10, л. 25.
[Закрыть]. Разведотделом 49-й армии он руководил и позже[60]60
Ярухин, 2013. С. 311.
[Закрыть]. В этом заключалась его основная работа в 49-й армии.
Уникальная информация о бое 19 октября 1941 г. содержится в автобиографии Н. Г. Брилева, написанной в 1947 г.[61]61
ru.wikipedia.org wiki/Брилев,_Никита_Григорьевич.
[Закрыть]
«16.10.1941 г. в моей фронтовой жизни произошло исключительное событие. По поручению Командарма генерал-лейтенанта Захаркина я возглавил оперативную группу и прибыл в г. Серпухов для размещения прибывающего туда Штарма. Штарм переходил из г. Алексин в г. Серпухов. К моменту моего прибытия в Серпухов, начальнику гарнизона комбригу Фирсову из г. Высокиничи передали по телефону, что прикрывавшая шоссе Высокиничи – Серпухов дивизия «ДОН» отходит. Обстановка требовала во что бы то ни стало спасти положение, приостановить отход и удерживать Высокиничи и тем самым не допустить выхода противника на шоссе Тула – Серпухов – Москва. Нач. гарнизона комбриг Фирсов имел в гарнизоне только одну коммунистическую роту – 60 солдат, 5 офицеров и случайно на площади Серпухова оказался один Т-34 (отставший от армии Лелюшенко). Сил было явно мало, но я решил и с этими силами спасти положение. Посадив роту на три грузовика, имея танк впереди, я и Фирсов немедленно отправились в Высокиничи, куда прибыли вовремя, выдержали горячую рукопашную схватку, но спасли положение. Лично я в рукопашном бою уничтожил 7 немцев»[62]62
Автобиография. Ташкент, 1947.
[Закрыть].
![](i_023.jpg)
В. С. Лебедев, исполнявший в октябре 1941 г. обязанности начальника штаба артиллерии 49-й армии. Фото 1940-х годов.
Невозможно было пройти мимо этого интересного воспоминания. Некоторые подробности автобиографии Н. Г. Брилева перекликаются с газетными статьями октября 1941 г. в «Правде», «Известиях», «Коммунисте» и сводках Совинформбюро, о чем речь шла выше. Совпадает многое: в бою под Серпуховом вместе с Брилёвым участвовал и Фирсов; Брилев «в рукопашном бою уничтожил 7 немцев»; передвижение серпуховского отряда осуществлялось на трех грузовиках; в этом бою участвовал один танк (танк Д. Ф. Лавриненко).
![](i_024.jpg)
Н. А. Антипенко, исполнявший в октябре 1941 г. обязанности начальника тыла 49-й армии. Фото 1940-х – 1950-х гг.
В тексте автобиографии есть и подробности, которые выдают человека, знавшего Серпухов: танк Т-34 остановился на площади, где и был замечен П. А. Фирсовым. Старожилы серпуховичи прекрасно поняли бы о какой площади идет речь – площадь III Интернационала (ныне пл. Ленина). У этой площади располагались парикмахерская, где, судя по воспоминаниям М. Е. Катукова, приводили себя в порядок танкисты экипажа Д. Ф. Лавриненко. У площади располагалась и военная комендатура, где находился П. А. Фирсов. Из окон комендатуры была видна вся площадь. В воспоминаниях Н. Г. Брилева есть определение причины, по которой отряд из Серпухова вместе с танком Т-34 вступил в бой – угроза захвата шоссе Москва – Серпухов – Тула, возникшая после отхода от Высокиничей некой дивизии «ДОН»[63]63
Речь идет либо о ДОН, дивизии особого назначения, либо о ДНО, дивизии народного ополчения. Предпочтительнее последний вариант.
[Закрыть].
Из сообщения автобиографии следует, что командиром отряда, в который входил танк Д. Ф. Лавриненко, был начальник разведотдела 49-й армии полковник Брилев, решение направить отряд принял он. Бой же произошел после того, как отряд достиг Высокиничей, не раньше.
Кроме общих моментов, в воспоминаниях Н. Г. Брилева есть и особенные:
– в составе участников рейда была коммунистическая рота из 65 человек;
– рейд начался после того, как под Серпуховом начался отход одной из советских частей, дивизии «Дон», занимавшей оборону в районе Высокиничей;
– задача рейда бойцов 49-й армии, судя по строкам автобиографии, заключалась в том, чтобы выставить заслон на оголившемся участке фронта на стыке армий у Высокиничей.
Таким образом, по его словам, отряд выполнял не разведывательную, а тактическую задачу по организации боевого заграждения на неприкрытом войсками участке фронта. Решение этой задачи было в ведении командующего армии и начальника оперативной группы штаба армии, а не начальника разведотдела.
Дата прибытия Н. Г. Брилева с оперативной группой штаба 49-й армии в Серпухов, судя по его воспоминаниям – 16 октября. В это время штаб 49-й армии перемещался в Иньшино под Алексин, там же находилась и основная войсковая группа 49-й армии. В 10-х числах октября 1941 г. оперативная обстановка на фронте 49-й армии стала меняться, основное направление атак гитлеровцев было определено как серпуховское, что потребовало организации в Серпухове еще одного штаба. От линии соприкосновения с противником на фронте 49-й армии до Серпухова 16 октября было 60 км. Однако командующий 49-й армией И. Г. Захаркин уже 12 октября 1941 г. отдает приказ одной из групп своей армии отступать именно в Серпухов[64]64
Шилов К. К., 1984. С. 14.
[Закрыть]. В Серпухов в период с 13 до 18 октября прибывали отдельные подразделения 194-й стрелковой дивизии (194 сд) и другие части, выходившие из-под Калуги. Председатель серпуховского горисполкома Н. С. Соколов записал в своем дневнике, что группа штабных работников 49-й армии вместе с И. Г. Захаркиным появилась в Серпухове 18 октября[65]65
Архив СИХМ. КП 3643, л. 6.
[Закрыть].
Приезд Н. Г. Брилева в Серпухов за два дня до И. Г. Захаркина может объясняться длительностью процесса подготовки места под штаб оперативной группы 49-й армии. Необходимо было выбрать дом, протянуть связь, достать письменные принадлежности, подготовить места проживания офицеров и пр.
Вероятно, Командарм уже 16 октября 1941 г. предполагал, что штабу его армии придется переезжать под Серпухов и что именно там развернутся основные бои.
Повествование участника боя 19 октября 1941 г. Н. Г. Брилева можно считать источником, содержащим информацию, обладающую высокой степенью достоверности.
30 мая 1946 г. гвардии полковник Владимир Сергеевич Лебедев, исполнявший в октябре 1941 г. обязанности начальника штаба артиллерии 49-й армии, вспоминал о бое с участием Н. Г. Брилева 19 октября 1941 г.: «В момент наступления противника, нам нужно было узнать о его намерениях. Комендант Серпухова комбриг Фирсов, начальник разведки армии Брылев и еще несколько наших военных взяли машину, несколько смелых автоматчиков, выехали вперед по направлению к противнику, неожиданно напали на него и взяли пленных и установили намерения противника. В этом подвиге особую роль сыграл начальник разведывательного отдела тов. Брылев и комендант города Серпухова т. Фирсов. Пленные рассказали о состоянии немецких частей, и это во многом помогло при организации обороны города»[66]66
НА ИРИ РАН. Ф. 2, оп. 248, д. 1, л. 4, оборот.
[Закрыть]. Его слова подтверждают наличие пленных, взятых в этом бою. Важнейшей задачей рейда, по воспоминаниям В. С. Лебедева, была разведка.
![](i_025.jpg)
Н. А. Антипенко, исполнявший в октябре 1941 г. обязанности начальника тыла 49-й армии. Фото 1940-х – 1950-х гг.
Участником событий 19 октября 1941 г. в Серпухове был и начальник тыла 49-й армии Николай Александрович Антипенко (в октябре 1941 г. – комбриг). В своих мемуарах он написал следующее: «Между тем обстановка на фронте все более обострялась. В эти дни со стороны Высокиничей на Серпухов двигалась колонна немецких войск, не встречая на своем пути какого-либо серьезного сопротивления. Войска нашей армии до крайности растянулись в обороне, и командарм вспомнил о серпуховском отряде рабочих, проходивших повседневно военное обучение. Он приказал бросить этот отряд навстречу противнику. Командование отрядом добровольно взял на себя комбриг Фирсов, человек решительный и храбрый; в те дни, сдав мне обязанности начальника гарнизона Серпухова, он временно оказался не у дел. Под его командованием отряд серпуховчан не только остановил немецкую колонну, но и разгромил ее, захватив пленных и трофеи – немалое событие для того времени! Фирсов вскоре стал командовать дивизией, затем корпусом и закончил войну в звании генерал-лейтенанта, Героя Советского Союза.
Успех под Высокиничами воодушевил серпуховских рабочих, которые и до этого охотно выполняли любые задания, чтобы помочь Красной Армии»[67]67
Антипенко, 1967. С. 65–66.
[Закрыть].
![](i_026.jpg)
А. И. Литвинов, в октябре 1941 г. член военного совета 49-й армии. Фото начала 1940-х годов.
В этом воспоминании также есть общее с газетными статьями. Можно обратить внимание, что участниками рейда он называет серпуховских рабочих, очевидно, из добровольческого формирования Серпуховского истребительного батальона НКВД. О полковнике Н. Г. Брилеве в воспоминаниях нет ни слова. Видимо, так проявилось личное отношение автора к этому офицеру.
Н. А. Антипенко единственный из авторов писал о том, что комбриг П. А. Фирсов добровольно взялся командовать истребительным отрядом, оставшись не у дел, передав должность начальника гарнизона комбригу Н. А. Антипенко. Из слов Н. А. Антипенко следует, что П. А. Фирсов занимал должность начальника гарнизона Серпухова до прибытия туда Н. А. Антипенко. Когда тот прибыл в Серпухов, П. А. Фирсов смог отправиться на задание под Высокиничи.
Н. А. Антипенко дает оценку состоянию фронта: фронт 49-й армии под Серпуховом был растянут, то есть был уязвим для противника, в этом была главная опасность. На Серпухов, по его словам, двигалась немецкая колонна, что и побудило выслать отряд. Главная задача отряда П. А. Фирсова заключалась, по мнению Антипенко, в защите Серпухова от вторжения врага.
Об участии танка в этом бою он не упоминает.
Воспоминания Н. А. Антипенко являются самостоятельным источником по данной теме, показывают знание автором реалий жизни города Серпухова и боевой обстановки в день сражения. Комбриг Н. А. Антипенко был в Серпухове 18–19 октября, он принимал военный гарнизон города у комбрига П. А. Фирсова, знал о боевом задании, на которое тот направлялся.
В 1966 г. были опубликованы воспоминания о бое 19 октября 1941 г. члена военного совета 49-й армии Андрея Ивановича Литвинова (в октябре 1941 г. он был полковым комиссаром), который неотступно следовал за командующим 49-й армией И. Г. Захаркиным и владел всей той оперативной информацией, что и сам И. Г. Захаркин. В частности, А. И. Литвинов писал следующее.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?