Текст книги "Поле боя"
![](/books_files/covers/thumbs_240/pole-boya-83963.jpg)
Автор книги: Артем Тихомиров
Жанр: Боевая фантастика, Фантастика
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Глава 2
Пространство Неприсоединения. Пилитран. Скану Оджимур[25]25
Один из трех крупных городов Пилитрана, выросший из маленького шахтерского поселка двести пятьдесят лет назад.
[Закрыть].
Северный сектор, паб «Заря визиары».
Три недели до начала Изианской кампании
Фаррел Джнахин гадал, откуда владельцы подобных заведений черпают свои гениальные идеи, придумывая названия. Не иначе из бутылок с пойлом, которое продают любителям невзыскательного отдыха.
Визиарой называли на Пилитране животное, напоминающее свинью. Подобно свинье, визиара любила грязь и питалась всем, чем угодно, вот только любой хрюшке давала сто очков вперед по части вони; но мясом притом славилась отменным. Его считали деликатесом во многих системах и экспортировали за пределы планеты под чутким надзором местных сельскохозяйственных кланов, больше напоминающих отлично вооруженные мафиозные группировки.
Так или иначе, а при чем тут «заря», Джнахин не мог понять до сих пор, и у кого ни спрашивал шутки ради, никто не знал. Даже владелец паба Шунна Тик-Дилл, желчного вида брайши.
Остановившись перед входом, наемник ощутил идущий изнутри паба запах. Запах множества существ, потребляющих алкоголь и закусывающих всякой дрянью.
Очень знакомо. В сущности, здесь никогда ничего не менялось: ни качество питья и еды, ни цена – рекордно низкая во всем Северном секторе. Одна из причин популярности «Зари».
Второй причиной была близость к захламленному космопорту Скану Оджимура.
Со стороны он очень напоминал большую помойку, которая, несмотря на ужасающий внешний вид, отлично справлялась с грузопотоком. Это обстоятельство ставило в тупик многих местных экономистов, но никто из них, жителей богатого центра города, не стремился проверить на практике, как и что здесь работает. Северный сектор не славился респектабельностью.
Прямо с одной из посадочных площадок любой звездный странник мог сделать всего пятьдесят шагов и очутиться здесь. В «Заре визиары» ему предложат промочить горло и будут внимательно следить, чтобы он вел себя прилично. Прилично означало не драться, не провоцировать на драку, не воровать и не блевать на пол. Отряд вышибал, работающих на Шунна Тик-Дилла, строго следил за соблюдением этих правил и не разменивался по мелочам, если требовалось кого-то приструнить. Джнахин слышал о бузотерах, заплативших за свое легкомыслие самую высокую цену.
Все остальное в «Заре визиары» не порицалось, и это не могло не нравиться разным темным личностям, болтающимся в районе космопорта. В пабе заключались сделки, сколачивались банды, делилась добыча; Шунна Тик-Дилл лишь требовал свой процент – за предоставление переговорной площадки. Чисто символический. Говорят, брайши заносчивы и жадны, но владелец «Зари» своим примером опровергал этот стереотип. А все дело в том, считал Джнахин, что фисташковый не хватал звезд с неба и не зарывался. Оттого его нивы были тучными, а карманы полными.
Нередкими гостями в пабе были и хибранийские наемники, залетавшие на Пилитран в поисках работы. Бросовой халтуры, во всяком случае, тут всегда было навалом. Фаррел и сам, бывало, появлялся здесь в надежде срубить пару лишних кредитов. Часто это оказывалась работа из того разряда, о которой не говорят даже самые отъявленные головорезы; слишком грязная. Но такова участь солдата удачи – часто выбора просто нет. Либо принцип, либо урчащие животы твоих детей.
К счастью, как считал сам Джнахин, детьми он так и не обзавелся.
Сегодня в пабе и поблизости от него было оживленно. Ближе к вечеру народ подтягивался смочить горло, посудачить о том о сем, перетереть последние новости. Галактика велика, всегда есть, о чем поговорить свободным пилотам, охотникам и просто бродягам, бесцельно валандающимся по звездным трассам. В таких местах Фаррел всегда чувствовал дыхание космоса. Эта вонючая дыра была окном в громадную вселенную, настоящим перекрестком миров, где разнопланетная жизнь бурлила в полную силу. А еще Джнахин чувствовал ностальгию. Нет, не здесь, но в другом, очень похожем месте, он получил свою первую работу в качестве охотника-одиночки.
И это было давно.
Сегодня у входа дежурил Аграб, так называли все этого здоровенного, страшного на вид андроида, неподвижно стоящего в специальной нише в стене. Робот не шевелился, его роль здесь заключалась в том, чтобы наблюдать. Лишь когда на входе образовывался очередной инцидент, Аграб оживал и включался в работу… по этой причине его и боялись и уважали. Кто лучше всего справится с этим? Только машина, которой плевать, кто свой, а кто чужой. Аграб, если требовалось, без разбора колошматил и завсегдатаев, и новичков; даже тех, кто водил знакомство с Шунной Тик-Диллом. Практичность брайши тоже была достойна поговорки.
Фаррел знал Аграба лет двадцать, не меньше, но тот почти не изменился. Все тот же истукан.
Наемник шагнул к арочному входу и сделал приветственный знак. Красные глаза андроида задержались на нем.
Никакой реакции. Аграб не мог не узнать его, но появление Джнахина в «Заре визиары» после пяти лет отсутствия на машину впечатления не произвело.
Разминувшись с двумя пилотами, болтающими на ходу, Фаррел вошел в паб.
Сплошное дежавю. Даже столики, сработанные из местного «каменного дерева», те же самые и стоят на тех же местах. Та же духота. Бросив взгляд по сторонам, хибраниец заметил, что публика состоит, в основном, из людей. Обычный для этого времени суток и времени года сброд.
Джнахин поймал официантку – робота-андроида по имени Джиа – и заказал пиво на столик пятнадцать, после чего двинулся направо, пересекая зал по диагонали.
Посетители пили, закусывали, говорили, и хотя никто из них не претендовал на звание самого послушного мальчика или девочки, могло сложиться впечатление, что здесь пансион. Страх – он был и остается лучшим стимулом к дисциплине.
Фаррел нашел нужный сектор и задержался у перегородки, чтобы рассмотреть людей, сидевших за круглым столом. С этой троицей он не виделся довольно давно, но хибо казались такими же, как много лет назад. Почти. Просто чуть больше шрамов, чуть больше ледяного космоса в глазах. Они умели выживать в переделках, что и доказывали своим присутствием в этой зловонной дырище. Для людей, сражающихся всю жизнь, они протянули достаточно долго.
Фаррел выдохнул. Глупо, наверное, но он ощутил близость дома.
Хибрания была далеко – и все же вот она.
Импульсное оружие, включая пистолеты, сдано на хранение специальному человеку – еще одно правило, но все остальное было при них. Шлемы стояли посреди стола. Джнахин заметил на сегментах брони наемников немало новых символов; это как татуировки, только снаружи, и многие головорезы обожают хвастаться ими. Кроме того, частенько символы означали принадлежность к какому-нибудь клану или боевой группе, вроде той, чьим командиром был Джнахин. Но сам Фаррел не любил показухи; неприметность, считал он, неплохой камуфляж.
Его заметили. Первым поднялся тот, чья лысина блестела в свете ламп словно стеклянная.
Титус Фанн. Славен своими подвигами на ниве охоты за опасными преступниками. Говорили, он неуязвим и даже никогда не был ранен во время заданий, хотя дело имел с самыми отпетыми негодяями, террористами и убийцами всех мастей.
Россказни. Неуязвимых не бывает. Бывают удачливые, и Титус входил в их число. А еще он был – в хорошем смысле – безбашенным. Брался за работу, которая по плечу лишь группам, но умудрялся добывать по дюжине клиентов за раз, чем снискал немалое уважение не только среди соплеменников. В свою очередь, галактический криминалитет был не в восторге от Фанна и мечтал заполучить его в свои руки.
В конце концов Титус немного сменил род деятельности и решил стать капитаном. Свою группу, состоящую из десяти штурмовиков, он назвал «Стальной шлем» и почти целиком переключился на войну.
Вроде той, что намечалась, по слухам, совсем скоро.
– Если Галактика крутится, значит, Джнахин жив, – сказал Фанн, заключив наемника в объятия.
Доспехи глухо лязгнули.
– Старый демон тем он крепче, чем старше, – заметил, подходя, Роваш Метьяри.
Он оглушил Джнахина смехом в левое ухо и уступил очередь Саво Кабилу, белому, почти бесцветному человеку с красными глазами. Альбинизм Кабила служил его визитной карточкой; наемник гордился своей внешностью, несмотря на то что она явно демаскирует его в толпе и облегчает врагу запоминание. Пока, впрочем, Саво как-то выкручивался.
Метьяри и Кабил тоже были капитанами и продавали оружие своих солдат за деньги.
Старые добрые деньки, подумал Фаррел.
– Слышал, твоим ребяткам начикали на Симеде-3, – сказал он. – Ай-ай…
– Глупость, наветы, – расплылся в широкой улыбке Саво, – интриги завистников…
– А… – Фаррел заметил краем глаза, что Джиа принесла пиво и ждала, когда люди натешатся ритуалами приветствия. Для робота, должно быть, все это казалось лишенным смысла.
Метьяри, большой, коренастый, похожий в доспехах на жука, ткнул альбиноса в наплечник кулаком.
– Фаррел, этот тип просто набивает себе цену. На Симеде-3 он драпал.
– Тактическое отступление, дурень! – фыркнул Кабил. – Посмотрел бы я на тебя и твоих храбрецов.
– Тактическое отступление? – Роваш надул губы и поглядел на потолок, покрытый толстым слоем грязи. – Не, в моем лексиконе такого нет.
Титус Фанн шутливо схватил обоих за края броневоротников и подтолкнул к столу.
– Ладно, мальчики, хватит мериться самым ценным. Лучше выпьем за встречу. Сколько лет прошло, Джнахин?
– Семь.
Наемник принял у Джиа свое пиво и сел за стол. Робот-официантка ушла, качая бедрами. Устраиваясь, хибраниец заметил несколько обращенных к столику взглядов.
Ничего особенного, простое любопытство, но всегда держи ухо востро, верно?
– Ну, хотя такое пойло даже неприлично пить за здоровье, но будем считать, это репетиция будущей вечеринки, – сказал Саво, подняв кружку.
Наемники чокнулись, сделали по глотку. Фаррел хмыкнул. Альбинос прав – пойло, ничуть не изменившееся за эти годы. Интересно, какое пиво пьет сам Шунна?
В этот вечер брайши стоял за стойкой. Невзирая на свой вес в обществе, Тик-Дилл не брезговал простой работой, она явно доставляла ему удовольствие. Уловив взгляд брайши, Джнахин слегка кивнул. Шунна был глазастым и заметил это. Фаррел входил в разряд посетителей, которые никогда не нарушали правил паба, а значит, был у хозяина на хорошем счету.
Шунна сделал знак, переплетя пальцы: приветствовал.
– Ну, рассказывай новости, – сказал Роваш Метьяри, завладевая вниманием Джнахина.
– Я здесь для того, чтобы услышать их от вас, – отозвался наемник.
– Узнаю, – пробурчал альбинос. – У Фаррела слова лишнего не вытянешь. Почему ты не стал шпионом, брат? С твоим-то талантом молчать.
Это была старая-старая шутка. Джнахин всегда славился умением держать язык за зубами, за что когда-то заработал прозвище Немой. И еще одно – Шпик.
– Ладно, – махнул широкой дланью Метьяри, – неважно. Дела пока идут неплохо у всех нас, но…
– Хотелось бы лучше, – хором закончили Саво и Титус.
Да, многое осталось прежним, и плоский бородатый юмор тоже, подумал Фаррел.
– Наших много на Пилитране? – спросил он.
– Человек двести наберется, – ответил Саво.
– Ого… Я так понимаю, все серьезно? – прищурился Джнахин.
Титус подался вперед, понижая голос.
– У реки есть большие ангары, сдаваемые в аренду. Там у нас временный лагерь или сборный пункт – как хочешь, назови.
– А город? – спросил Джнахин, попивая пиво маленькими глотками.
– А что город? Здешний мэр любит кредиты, – сказал Метьяри. – И какая ему разница, кто арендует площади?
– Раньше он не любил чужаков.
Роваш картинно отшатнулся.
– А, так ты не в курсе? У Скану Оджимура другой мэр, гораздо более гибкий в таких вопросах. Для него трущобы вроде Северного сектора не просто клоака, а клоака, способная приносить доход в казну города. Она и приносит.
– Выходит, этот новый и разрешил, – сказал Джнахин, прислушиваясь к монотонному гулу голосов в пабе. – Вопреки старым запретам.
– Ага, – ответил Титус. – Экономика, брат.
– Ясно. Так что?
– Люди прибывают, только сегодня прилетели пятнадцать душ вольняшек, – сказал Метьяри, откидываясь на потертую спинку стула. – И это только наши. Есть и другие.
Джнахин заглянул в свою кружку. На горизонте замаячил неплохой заработок для «Секир».
– Какова ситуация с Изианой? – спросил он, остановив взгляд на Фанне.
Наемник обычно знал больше других, информация так и липла к нему.
– Если совсем кратко, то войнушка неизбежна, все говорят. Слишком лакомый кусок эти алмазные копи, а стороны договариваться явно не умеют. Они готовы рискнуть, чтобы заграбастать все. Лишь бы не делиться…
…Джнахин навел подробные справки по Изиане, просто сейчас хотел удостовериться, что не зря заплатил за информацию; заодно не мешало проверить, насколько осведомлены капитаны о планете, куда собираются отправиться.
Все началось примерно сорок лет назад, когда некие богатеи с Ворфазы решили купить на аукционе несколько кусков земли в северной части одного из континентов Изианы. Вероятно, они подозревали, что именно покупают, ибо, как сказано в документах, могли владеть инсайдерской информацией. Цена на участки была бросовой еще и по причине, что эта область континента оказалась свободной от колонистов-мэйдиан. Почти. Пара-тройка селений вдоль реки Сорам серьезной помехой не считались.
Богатеи прибыли вскоре после окончания аукциона, привезли с собой группу геологов для комплексной оценки перспективности месторождения. Это могло бы показаться безумием и напрасной тратой средств, но покупатели не прогадали. На одном из участков были найдены алмазы, причем в немалом количестве. Разработку месторождения начали без проволочек и успели наварить довольно много, когда алмазы закончились. Вот так сразу. Владельцы срочно заказали еще одну экспертизу, но та показала, что первоначальные оценки были завышены как минимум, вдвое. Слишком много вложившие в предприятие ворфазийцы едва не разорились. Быстро продав участок по символичной цене, они помахали Изиане ручкой. Теперь эта планета была не их заботой.
Спустя десятилетия один из фермеров, чье хозяйство находилось вблизи границы заброшенного рудника, нашел в земле блестящий камешек. Он отнес его в город, где и сплавил за неожиданно большие деньги. Скупщик подвернулся не дурак и быстро слил информацию заинтересованным лицам. Ими оказались братья Тоссини, вожаки местной криминальной группировки. Прибыв на место, они убили фермера-счастливчика, сожгли его хозяйство и застолбили территорию, не заботясь об истинном владельце земли. За пару месяцев Тоссини организовали добычу алмазов и начали расширять свое влияние в регионе. Став сильнее за счет притока наемников, которых покупали на денежки от продажи камней, бандиты в конце концов привлекли к себе внимание.
За годы владельцев у земли сменилось множество. Участки продавали, покупали, выменивали. Так произошло и в последний раз. Помимо прочих активов, скупаемых Транспортной Лигой, почти монополизировавшей в Центральном Кластере все грузоперевозки, в собственности Совета директоров оказался и злополучный рудник. Как только информация дошла до правления, на Изиане появились уполномоченные лица. Братья Тоссини, не исключавшие подобной возможности, были готовы встретить делегацию. К удивлению транспортников, бандиты согласились сесть за стол переговоров, где вели себя вполне по-джентльменски. Переговоры длились три тяжелых дня, но стороны остались при своем. Тоссини требовали долю либо астрономические отступные за уход с месторождения. Транспортники не соглашались. Земли принадлежали им, и идти на уступки самозванцам Лига считала ниже своего достоинства. Совет директоров шел до конца. Тоссини тоже. Расплевавшись, стороны разошлись, но транспортники выдвинули ультиматум. Криминальные боссы и их люди должны покинуть рудник в течение семи дней, иначе Лига прибегнет к силе. Тоссини лишь рассмеялись в ответ на угрозу.
Однако преамбула конфликта включала и еще одного игрока, пожалуй, самого главного: законного владельца Изианы. Тоссини выпустили его из вида, Лига же действовала на свой страх и риск, обделывая делишки втайне. Разумеется, это не могло ускользнуть от внимания Эмадины и ее правительственных верхов.
Эмадинская разведка появилась на Изиане как раз в тот момент, когда делегации разъехались, обменявшись «любезностями». Недолгий сбор данных лег в основу экстренного доклада, результатом которого была посылка на планету роты десантной дивизии и трех эсминцев орбитального базирования. Эмадина сделала шаг, логичный для всякого хозяина, который вдруг обнаружил, что в его доме завелся вор. Войска быстро заняли рудник и окрестности, арестовали и разоружили всех бандитов. Следом правительство Эмадины сделало официальное заявление, в котором напомнило, что Изиана находится под ее протекторатом уже больше двухсот лет и никто в обход установленных правил не может вести на ней дела.
Транспортная Лига совершила ошибку, срочно требовалось что-то предпринять. Выбор оказался невелик: либо отступить, либо и дальше настаивать на своем праве на владение месторождением. Формально Лига была права, но Эмадина имела приоритет в подобных вопросах и могла аннулировать любые соглашения, заключенные без ее ведома на ее территории.
Что и было сделано в рекордные сроки, быстро и с полным соблюдением трансгалактического законодательства. Лига получила постановление суда о том, что лишается всех прав на разработку алмазов и не должна приближаться к Изиане ближе чем на парсек.
Братья Тоссини, как говорят, сошли со сцены; они исчезли, и не исключено, что не без помощи эмадинской разведки, получившей приказ очистить территорию от криминала, чтобы не путался под ногами. Во всяком случае, точно о братьях никто ничего не знал.
Джнахин думал, что все было предсказуемо. Дело шло к войне. Вероятно, не будь Лига столь могущественной, влиятельной и богатой, она бы просто отошла в сторону и сделала вид, что ничего не случилось. Но она была именно такой – могущественной, богатой и влиятельной. В Центральном Кластере каждый пятый груз перевозился ее кораблями, в том числе грузы Эмадины. Как только Совет директоров решил, что сдаваться не намерен, она сразу почувствовала на себе ответный ход транспортников.
Все контракты с Эмадиной были разорваны, а буквально на следующий день на Изиане пролилась кровь. Группа вооруженных до зубов наемников атаковала лагерь десантников и уничтожила почти всех. Выживших захватили в плен. Одновременно с этим находящиеся на орбите эсминцы подверглись атаке неизвестных кораблей, начиненных ядерными фугасами. Внезапность и дерзость нападения не оставили эмадинцам шанса. Звездолеты были уничтожены.
Пользуясь суматохой и вбрасывая по всем каналам большие дозы дезинформации, Лига заняла участок снова и начала готовиться к обороне. У нее было достаточно денег, чтобы купить столько людей, сколько потребуется. Более того, ее корабли, куда более современные и хорошо вооруженные, чем у противника, встали на подступах к Изиане и в первом же бою, когда Эмадина в отчаянии нанесла ответный удар, разбила вражескую эскадру в пух и прах.
Совет директоров Лиги показал зубы, и они оказались чрезвычайно острыми.
Стало ясно, что малой кровью конфликт не обойдется. Противники готовились к новой схватке. Для наемников это было лучшее время, и все ждали, когда Лига официально откроет набор. Но транспортники тянули до последнего, вероятно, полагая, что взяли врага на испуг. Оценки военного потенциала сторон были явно не в пользу Эмадины, которая ни в какое сравнение не шла с мирами Элуанского Союза ни в экономическом, ни в политическом отношении. Транспортники рассчитывали, что эмадинцы не решатся воевать за Изиану, уже потеряв часть флота и живой силы.
Совет директоров ошибся. Делая вид, что колеблется, Эмадина готовила свой ход. В это же время Большая Пятерка, от которой логично ждали комментариев, заявила, что не намерена вмешиваться в конфликт до той поры, пока это не затронет ее интересов.
Некоторые сразу усмотрели в этом уловку, ибо «интересы» Пятерки теоретически могли распространяться на весь Центральный Кластер, а то и за его пределы. Другие аналитики утверждали, что Лига, несомненно, имея связи в верхах Элуанского Союза, успела убедить его не вмешиваться. В обмен на некие бонусы.
Впрочем, тонкости большой политики Джнахина не интересовали.
Он был капитаном специального подразделения, воюющего за деньги, и, естественно, заботился о выгоде для своих ребят и себя.
– Лига закрепляется на Изиане, подтягивая все больше сил, – сказал Саво Кабил, когда Метьяри закончил распинаться; здоровяк был неплохо осведомлен, куда больше, чем большинство тех, кто стремился получить профит в заварушке. – Эмадина не отстает и готовится нанести еще один визит.
Фаррел кивнул и подозвал Джиа, чтобы заказать еще выпивки.
– Значит, эмадинцы уперлись…
– Игра стоит свеч, – отозвался Титус Фанн, барабаня пальцами по столу. – Лига набирает подразделения и одиночек и сразу перебрасывает их на Изиану. Говорят, там уже не меньше тысячи.
– Меня интересует Эмадина, – сказал Фаррел.
– Нас тоже, – заметил альбинос.
– Выбор сделан?
– Да.
– Я не с Лигой, – сказал Метьяри.
– И я, – поднял руку Фанн.
– Я как все. Ненавижу торгашей. Да-да, банально, но хотя Лига и швыряется деньгами по всем сторонами Галактики, я близко к ним не подойду, – прибавил Саво Кабил.
– Полагаю, у вас царит полное согласие? – спросил Фаррел.
Он имел в виду солдат, что воевали под началом капитанов.
Метьяри ощерился.
– У меня да.
– Не об этом речь, Фаррел, – помотал головой альбинос. – Все хибо собираются воевать за Эмадину… ну, не считая разных психов.
Джиа принесла пиво. Хорошая девочка. Назвав ее «золотцем» – за цвет блестящих вставок корпуса, – Джнахин отстегнул роботу чаевые. В счет Шунна, конечно.
– Так откуда у Эмадины деньги? – спросил он, по очереди оглядев наемников.
– Проще простого. Заем у Центрального банка Нарджи. Немалый заем, надо сказать, – ответил Саво.
– Думаю, эмадинцы рассчитывают расплачиваться алмазами, – сказал Метьяри. – Ни под что другое нарджи не дали бы такую сумму. Что такое Эмадина по меркам Большой Пятерки? Нищеброды…
– Выходит, Нарджи уверена в победе, – подвел итог Фаррел.
– Выходит, так, – кивнул Титус.
Джнахин не был банкиром, но понимал, что риск велик.
Лига могла выбить из Эмадины на Изиане все дерьмо. И тогда плакали нарджийские монетки…
Кабил точно угадал, о чем думает Фаррел.
– Транспортники делают ставку на количество, – сказал альбинос. – Армия Эмадины не так велика и не так боеспособна, чтобы вести долгую войну.
– Масштабную войну, – поправил Титус Фанн.
Саво продолжил:
– Поэтому Лига рассчитывает порвать эмадинцев на тряпки как можно быстрее да еще сэкономить. Показательная порка и хороший пинок под зад. Стратегия Лиги очевидна. Она не воспринимает Эмадину всерьез.
– В смысле? – поднял бровь Джнахин.
– Лига берет всех подряд, всех, кто думает, что умеет воевать, включая толпы обычных уголовников, не имеющих понятия о дисциплине и выучке. Это сброд. Насколько нам известно, ни одна уважающая себя группа не пошла под знамена Лиги. Причины разные, но, в основном, деньги.
– Хочешь сказать, Эмадина делает по-другому?
– Именно. В их Генштабе не дураки сидят. В отличие от транспортников, генералы понимают, что успех в войне на поверхности – это малочисленные профессиональные группы. То есть мы. В первую очередь эмадинцы обратились к нам.
Фаррел кивнул, признавая, что здравый смысл здесь есть.
– Им нужны профессионалы, и они готовы платить, – сказал Саво Кабил. – И это все, что лично мне надо знать.
– И скольких Эмадина уже приняла? – спросил Фаррел, ощущая легкость в голове. Пиво работало.
– Кажется, десяток групп точно, – ответил Роваш.
– Например?
– Исмею Дарру. Помнишь?
– Змею? Еще бы, – улыбнулся Джнахин. – Ей бы подошло прозвище Демоница.
– Рьяти Никас, – подсказал Фанн.
– Он еще жив? – Фаррел искренне удивился. Этот сумасшедший тип всегда лез со своими парнями на рожон и частенько огребал по этой причине гору неприятностей.
– Есть и другие, – вставил Метьяри. – Заключив с нами контракт, Эмадина не прогадает.
– И вы?
– Да. Вербовочный пункт находится на Орбитоне. Большинство народу вылетает прямо завтра. Так что ты вовремя. Ты один?
– Пока один, – ответил Фаррел. На Пилитран он прибыл прямо с Хибрании, где его «Секиры» отдыхали после очередной поездки в местечко, лишь немногим отличающееся от преисподней.
Угораздило тогда Фаррела взяться за работу.
Эта ошибка стоила ему бойца. Теперь группа нуждалась в снайпере, и Джнахин ломал голову, где его взять.
Наемники допили пиво. Метьяри рыгнул, прикрыв рот.
– Что скажешь, Немой? – спросил альбинос.
– Я не люблю, когда меня так называют, – буркнул Джнахин.
– Успокойся, ты останешься крутым вне зависимости от прозвищ, – успокоил его Саво.
Фаррел ответил кислой усмешкой.
Если говорить в целом, то заварушка на Изиане дурно попахивала и сулила массу неприятностей; но наемник не должен рассуждать о подобных вещах, верно?.. Его задача отрабатывать деньги, отсыпаемые щедрой рукой нанимателя, и вопросов не задавать. Но Джнахин хотел выбрать правильную сторону.
– Когда вылет? – спросил он, ставя на стол пустую кружку.
– Завтра в четыре по местному времени.
При посадке Фаррел заметил, как много кораблей в порту. Значит, они хибранийские.
– Ладно.
Титус Фанн рассмеялся, почесывая щеку.
– Тряхнем стариной, а? Мои детишки давно ждали такого.
Джнахин сравнил его с драчливым подростком, не упускающим случая помахать кулаками.
Саво Кабил и Роваш Метьяри поднялись одновременно, отодвинув стулья.
– Мы в лагерь у реки. Хочешь с нами? Нехилая пьянка намечается. Куча народа друг друга не видела, и есть, что отметить…
Кого-то война разлучает, кого-то сводит. Для многих соплеменников Фаррела она была часто единственным поводом собраться ненадолго вместе.
– Иду. – Джнахин взял шлем.
Вечеринка вечеринкой, а ему нужен снайпер; пока есть время, капитан собирался заняться поисками.
Наемники забрали свое оружие и вышли из паба в теплую пилитранскую ночь. Северный сектор накрыла тьма. В основном территория вне сияющего огнями космопорта была неосвещенной. У подавляющего большинства местных нет средств оплачивать лишнее электричество; вдобавок Джнахин слышал, что свет может привлечь бандитов из городского дна, считающих, что раз кто-то может себе позволить такую роскошь, у него найдется, что взять.
Поэтому идти по немало шумным, но темным улицам было странно. Хибранийцы взяли курс к реке. Джнахин прислушивался к болтовне Кабила и Метьяри, не вступая в разговор, и улавливал речь на хибо. Встречавшиеся тут и там одиночки и группки нередко оказывались соплеменниками. Впрочем, и не только. Наемники других рас тоже стремились попытать счастья под знаменами Эмадины. Джнахин думал, что большинству ничего не светит; если заказчики делают ставку на настоящих профессионалов, то шантрапе лучше занять сторону Лиги либо отвалить. «Счастливчиков» Лига без колебаний пошлет на убой.
Так всегда было и так всегда будет, пока существует Галактика.
Пройдя несколько темных кварталов – свет ярко горел лишь в питейных заведениях и игорных домиках, – хибранийцы свернули к реке. Космопорт Северного сектора скрылся за вершиной холма, застроенного бедными, но крепкими на вид каменными домами. Фаррел повернул голову налево. Он заметил, что корабли продолжали прибывать. На пять новеньких приходился всего один, покидающий планету. Небо было полно движения.
Титус, Саво и Роваш о чем-то спорили всю дорогу до лагеря. Джнахин не вникал. Что-то о достоинствах товаранских дробовиков, кажется.
Наконец, плывущий с кухонь под открытым небом запах дал понять, что пришли.
Здесь было, на что посмотреть.
Хибранийцы превратили арендованные площади – три больших ангара и территорию рядом, до самой реки, – в небольшой город; даже раскошелились на электричество, чтобы не топтаться в потемках. Джнахин осмотрелся. На фоне окружающей тьмы лагерь наемников выглядел ярким звездным скоплением – это издали; вблизи любой сравнил бы его с шумной стоянкой кочевников. Или даже, подумал Джнахин, передвижным цирком.
Так оно, в сущности, и было. Хибрания там, где твои соплеменники.
– Ну, чего стоишь? – Метьяри пихнул Фаррела в бок. – Чувствуй себя как дома. Мы обосновались в том ангаре.
Капитан проследил за рукой. Это крытое гофрированным армопластом помещение он окрестил про себя «номер один». Другие два располагались вдоль реки справа, как вагоны монорельса. Ворота были нараспашку, внутри все клубилось. Фаррел видел людей в броне и изредка без нее, в основном гостей. Громадное помещение ангара перегородили для разных нужд, создав что-то вроде комнат, где хибранийцы занимались своими обычными делами. Кто-то выпивал перед готовящейся большой вечеринкой, кто-то отдыхал после долгого перелета, кто-то играл в карты, кто-то просто трепал языком, вспоминая старые времена. Этим занимались, по большей части, убеленные сединами ветераны. Дети и подростки, которых, к удивлению, тут было немало, носились по лагерю, устраивая обычный для себя гвалт. На них не обращали внимания, и даже не каждая потасовка требовала внимания взрослых. Драки среди детей всегда носили, скорее, ритуальный характер, как в стае хищников, где щенкам позволялось оттачивать свою агрессивность.
Новый порыв ветра снова донес до ноздрей Фаррела запах еды, теперь он был куда гуще и разнообразнее. Получить порцию традиционной кухни хибо мог любой желающий, чем и пользовались особенно охочие до бесплатного угощения охотники; все с пылу с жару – капитан почувствовал, как рот наполняется слюной.
Проклятье, как же давно он не ел приличной пищи! Даже привыкнув к пайкам и концентратам, нелегко забыть вкус родной кухни.
«Становлюсь сентиментальным. Ностальгирую».
Фаррел шел следом за друзьями и чувствовал самую настоящую робость. Столько соплеменников сразу – когда в последний раз он видел столько народу, говорящих на хибо? Кажется, только на Войне Детей[26]26
Война Детей (5017 г.) – конфликт между двумя религиозными группами на Борборе, где хибранийские ударные соединения воевали на стороне прогрессистов и нанесли армии сторонников крайнего фундаментализма сокрушительное поражение.
[Закрыть]. А было это десять с лишним лет назад…
Повсюду боевые доспехи разных расцветок, украшенные эмблемами спецгрупп, самопровозглашенных кланов и просто рисунками и надписями, результатами индивидуального творчества. Некоторые бойцы напоминали ходячую стену, исчерканную граффити. Джнахин со своими секирами и звездами смотрелся рядом с ними невзрачным старым вороном на фоне пестрых тропических птиц.
Здесь собрались хибо со всей Галактики, и они счастливы, словно идут не на войну, где могут погибнуть, а завтра вылетают на пикник.
Фаррел пожалел, что не взял на Пилитран своих ребят. Им было бы полезно развеяться после последней заварушки и гибели Дирка Фогуа.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?