Текст книги "Стук ее сердца"
![](/books_files/covers/thumbs_240/stuk-ee-serdca-55854.jpg)
Автор книги: Айрис Джоансен
Жанр: Зарубежные любовные романы, Любовные романы
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 18 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
– Я это тоже постоянно слышу. – Джон криво усмехнулся. – Да что там, я и сам так думал раньше. Секс – это только секс. Его можно найти везде.
– Ну так что же?
– А сейчас не срабатывает. Между нами что-то есть… какое-то притяжение. Я и раньше слышал, что такое случается, но никогда не верил. Думал, чушь… сказки. Но тебя увидел и сразу почувствовал – то самое. Никто другой мне больше не нужен. Я буду только с тобой.
– Не будешь, если я этого не захочу. – Ее голос дрогнул. – А я не хочу. Мне это не нужно. Мама родила меня, когда ей было пятнадцать. Я видела, как рожали мои сверстницы. Рожали, а потом оставались одни, с ребенком на руках. Им уже не выбраться отсюда. Они застряли здесь навсегда. Со мной такого не случится.
– Я буду твоей защитой. А детей я тоже не хочу. До армии у меня осталось четыре недели. Думаешь, мне нужен ребенок? Мне нужна свобода.
Ева покачала головой:
– Я не хочу даже говорить об этом.
– Ты сама начала. – Он с такой силой сжал руль, что побелели костяшки пальцев. – И хорошо, что начала. Я хочу, чтобы у нас все было честно. Не хочу сделать тебе больно. Каждый возьмет свое, и никто не останется в обиде. Ты только позволь…
– Нет. – Ева толкнула дверцу и выскочила из машины. Дождь не прекратился, и она моментально промокла. – Ты ничего мне не сделаешь, потому что этого я тебе не позволю. И о себе позабочусь сама.
– Заеду за тобой завтра после работы! – крикнул он ей вслед.
– Ты что, не слышал?
– Слышал. А ты слышала меня. Это уже прогресс. – Джон завел мотор. – Увидимся завтра.
Она сердито захлопнула за собой тяжелую дверь подъезда. Не видеть его. Не слышать. Не думать о нем.
Но разве мысли удержишь?
У нее не получилось. Его слова отпечатались в памяти. Одежда промокла, но ей было жарко. Ее трясло, как будто начиналась лихорадка.
Все было так, как и сказал Джон Галло.
И эта лихорадка не уйдет, если она не уступит, не позволит жару захватить ее целиком.
Похоже, ему не занимать опыта в такого рода делах. Но, скорее всего, его интерес к ней мимолетен. Жар пройдет. Она остынет. И тогда ее уже не будут тревожить эти непонятные, беспокойные чувства.
Надо только держаться.
– Привет, Ева! – Вечером он появился в закусочной без двадцати одиннадцать и сразу прошел к стойке. – Сегодня я немного раньше. Подумал, что, может быть, смогу помочь в чем-то. Починить. Поправить.
– Поправить?
– А ты разве не пыталась сломать все, что я пытался вчера сделать? – Джон усмехнулся: – Не отвечай.
Ева и не собиралась отвечать.
– Сегодня меня подвозить не надо, так что можешь идти.
Он покачал головой:
– Подожду. Может, передумаешь.
– Не передумаю.
– Я помогу тебе с солонками, Ева. – За спиной у нее возникла вдруг Тереза. – Привет. Я – Тереза Мэддел. А ты приятель Евы?
– Пытаюсь им стать. – Он вежливо кивнул: – Джон Галло. Рад познакомиться.
Тереза одарила его ослепительной улыбкой.
– Я тоже. Захочешь познакомиться со мной – проблем не будет. У Евы своих дел хватает. Она у нас слишком серьезная. Даже в перерыве уроки делает. Представляешь?
– Представляю. – Он перевел взгляд на Еву. – Воображение у меня богатое, так что представить могу многое.
Знакомый уже жар волнами расходился по телу, и она, пряча волнение, отвернулась.
– Вы тут поболтайте друг с дружкой, а я автомат с содовой почищу.
Вооружившись тряпкой, Ева удалилась в кухню и взялась за дело. Из зала доносился звонкий смех Терезы и голос Джона, но она старалась не отвлекаться и только минут через двадцать, заметив, что он вышел из закусочной, вернулась к стойке.
– Спасибо, что дала шанс. – Тереза смотрела в окно. – Чертовски сексуальный парень. Ты только посмотри, какая задница.
Ева машинально бросила взгляд в окно и тут же отвернулась. Она и без Терезы знала о достоинствах своего знакомого.
– Ну как, дело пошло?
– Может быть. Свой телефон я ему дала. – Тереза неотрывно наблюдала за Джоном, который уже садился в машину. – Он, конечно, ничего позволить себе не мог, потому что пришел-то не ко мне. Сказал, что будет тебя ждать.
– Почему бы тебе не подойти к машине и не поболтать с ним? Уже одиннадцать. Я за тебя приберусь.
Тереза вскинула брови:
– Шутишь? Ты что же, хочешь отделаться от него?
– Да.
Тереза недоверчиво уставилась на нее.
– Если так, то ты, должно быть, рехнулась. Я, как только его увидела, сразу поняла – с таким парнем не соскучишься. Уж он-то знает, как доставить девушке удовольствие.
– Ну, так иди и получай это самое удовольствие, – отозвалась Ева, заправляя перечницы. – Ты правильно сказала: я для него слишком серьезная.
– А я этим не страдаю. – Тереза отметила время ухода и направилась к двери. – Спасибо, Ева.
Ева накрыла колпачком шейкер. Только не смотреть в окно. Конечно, они поладят. Тереза – девушка сексуальная и отзывчивая, кто же от такой откажется? Нет, она правильно поступила. По крайней мере, не придется беспокоиться из-за…
– Ева! – окликнул ее из кухни мистер Кимбл. – К телефону. Твоя мать. Я же предупреждал – никаких звонков в рабочее время. Только в самом крайнем случае.
– Извините. – Она торопливо подошла к висевшему на стене аппарату. – Вы же знаете, мне никогда раньше не звонили. Должно быть, какая-то ошибка.
Мистер Кимбл нахмурился и отвернулся.
– Чтобы больше этого не было, – повторил он.
– Да, сэр. – Ева взяла трубку: – Сандра? Я не могу сейчас говорить. И почему ты звонишь сюда?
– Он меня ударил, – всхлипнула Сандра. – Джимми… Я всегда считала его таким милым… таким мягким… Мы так хорошо проводили время. Но сегодня… Он ударил меня… у меня кровь…
– Кровь? – напряглась Ева. – Сандра, что он сделал?
– Ударил по лицу. Рассек губу. А потом еще раз ударил. В живот. Почему он так сделал? Я такого не заслужила. В любом случае с женщиной нужно обращаться вежливо.
– Где ты сейчас?
– В отеле «Мариотт».
– Он еще там?
– Нет. Сказал, что пойдет куда-то за героином. Что хочет загладить вину. – Сандра помолчала, потом добавила негромко: – Мне страшно. Другое я принимаю, но героина боюсь.
– Зачем ты мне звонишь? Почему просто не уйдешь оттуда?
– Джимми запер дверь снаружи.
– И как же… Ладно. Позвони портье и попроси прислать кого-нибудь, чтобы тебя выпустили.
– Не могу. Если я подниму шум, секьюрити возьмут меня на заметку и никогда больше сюда не пропустят.
– Тебе и не надо больше туда ходить.
– Но… мне это нужно. В отелях всегда бывают такие интересные вечеринки. Было бы лучше, если бы ты приехала и выпустила меня.
– И как, по-твоему, я это сделаю?
– Откуда мне знать? – В голосе Сандры снова зазвучали плаксивые нотки. – Ты же умная. Придумай что-нибудь. Мне нужно выбраться отсюда, пока Джимми не вернулся. Я не хочу принимать героин, но если он пригрозит… Сделай же что-нибудь. В конце концов, ты обязана мне. И должна помочь.
Еву уже переполняли злость и страх, но она постаралась сдержать чувства и сосредоточиться на проблеме Сандры. Мать вполне могла решить эту проблему простым звонком портье, но простые решения не для нее. Как типично! Сандра всегда пыталась выпутаться из ситуации за чужой счет, без потерь для себя.
– У меня действительно идет кровь, – напомнила мать. – А ему все равно. Он плохой мужчина.
Если не вытащить Сандру оттуда, ей грозят побои или передозировка.
– Он давно ушел?
– Не знаю… вроде бы давно.
Если мать под кайфом, толку от нее мало. Ей что две минуты, что два часа – все одно.
– Ты в каком номере?
– В 2012-м.
– Я приеду за тобой. Иди в ванную, умойся и постарайся остановить кровотечение.
– Хорошо. Ты скоро?
– Постараюсь побыстрее. – Ева повесила трубку и на секунду прижалась лбом к аппарату. Черт бы тебя побрал, Сандра. Ну почему ты не хочешь просто позвонить портье? Нет, об этом не стоит даже думать. А значит, все придется делать ей.
Что ж, вперед.
Ева повернулась и направилась к выходу.
– Я ухожу, мистер Кимбл. Срочное дело.
Через секунду она уже бежала через дорогу к знакомой машине. Тереза, склонившись к окну, что-то говорила Джону и, заметив подругу, посмотрела на нее с удивлением. Ева бесцеремонно оттеснила ее.
– Отвали. Я тороплюсь. – Она упала на пассажирское сиденье и повернулась к Джону: – Отвези меня к отелю «Мариотт».
– К отелю? Ушам своим не верю. Это слишком хорошо, чтобы быть правдой. – Он повернул ключ в замке зажигания. – Пока, Тереза. Приятно было поболтать.
– Ага, – бросила Тереза вслед сорвавшемуся с места «шеви».
– Почему именно в «Мариотт»? – поинтересовался Джон, останавливаясь на перекрестке.
– Моя мать… У нее неприятности. Ее избили и заперли в номере. Сандру надо вытащить оттуда. И как можно скорее.
– А у меня машина.
– До «Мариотта» кварталов десять, а то и двенадцать. Ты просто подвези, а дальше я сама.
– Я знаю, где это. В центре. – Джон покосился на нее. – Ее сильно избили?
– Не знаю. Она не очень связно говорила. Сказала, что разбита губа, что идет кровь. – Ева покачала головой. – Не думаю, что там все так уж серьезно. Иначе бы не побоялась позвонить портье. – Она поджала губы. – А так предпочла переложить проблему на меня.
– С ней и раньше такое случалось?
– Раза два или три. Однажды в квартире, пару раз в баре. Сандра не разбирается в мужчинах. Главное, чтобы был порошок и желание поболтать.
– Ты на нее злишься?
– Конечно. Это же так глупо. Да, я злюсь, я беспокоюсь и хочу, чтобы она остановилась. Ей сейчас немного за тридцать. Если будет продолжать в том же духе, то и до сорока не доживет. Но она думает только о себе и ни о ком больше. – Ева скрестила руки на груди и сжала кулаки. – Я пытаюсь ее ненавидеть, но не могу. – Она стиснула зубы. – Не могу.
– Успокойся, – Джон положил руку ей на колено. – Мы ее вытащим.
– Сегодня. А завтра? Или послезавтра?
– Ты не можешь делать это постоянно. Мать – она, а не ты.
– Для нее никакой разницы нет. – Ева поежилась. – И для меня не будет, пока не научусь ее ненавидеть. Только вот не уверена, что получится.
– Ладно. Всему свое время. – Джон подъехал к парковочной площадке отеля «Мариотт» и остановился у дальнего ее края. – Предоставь все мне. Держись в сторонке, вперед не лезь. Ты выглядишь слишком расстроенной. Нельзя, чтобы секьюрити подумали, что я притащил с собой девчонку-подростка.
Ева вышла из машины.
– Проблемами своей матери я могу заниматься сама.
– Держись в сторонке, – повторил он и, выйдя из машины, направился к швейцару. – Нам нужно всего лишь войти и забрать мать моей подружки. Не присмотрите за машиной?
Швейцар нахмурился и с сомнением взглянул на видавший лучшие дни «шеви».
– Вообще-то здесь парковаться не положено.
– Мы ненадолго. – Джон беззаботно улыбнулся. – Минут на десять. Ее мать на прошлой неделе повредила ногу, и ходить пешком ей трудно. – Он подтолкнул Еву к вращающейся двери. – Спасибо, приятель.
Они быстро прошли к лифту через сияющий вестибюль.
– Спокойно, – шепнул ей на ухо Джон. – Улыбайся.
Она вымученно улыбнулась и шагнула в кабину.
– Нам в 2012-й.
Он нажал кнопку.
– Хорошо.
– Я думала, что попрошу открыть номер кого-нибудь из персонала.
– Можно и так. – Кабина остановилась, и Джон подтолкнул ее к выходу. – Вот только времени у нас маловато. Честно говоря, я не понимаю, как ее могли запереть. – Пройдя по коридору, они остановились у номера 2012. – Давай сначала попробуем сделать по-моему. – Он наклонился к замку. – Комната точно та самая? А то ведь получится не очень удобно.
– Сандра назвала 2012-й, но на все сто я, конечно, не уверена. С ней наверняка никогда ничего знать нельзя. А что ты делаешь?
– Вскрываю замок.
– Этому тебя тоже дядя научил?
– Нет, сам освоил. В четырнадцать лет связался с уличной бандой. Я же говорил, что не был примерным мальчиком. – Джон нахмурился. – А, вот в чем дело. – Он потянул ручку, и та оказалась в его руке. – Этот ее приятель снял ручку, заблокировал замок какой-то железкой и снова поставил ручку. Похоже, парень проделывал такой фокус и раньше. Твоей матери надо быть внимательнее в выборе друзей. – Поковырявшись в замке еще с минуту, Джон Галло выпрямился и толкнул дверь. – Ну, вот и все. Входи.
– Сандра? – Ева протиснулась мимо него в комнату. – Сандра, где ты?
– Ева! – Сандра появилась из ванной – в разорванном розовом платье, с всклокоченными волосами, свежими синяками на лице и подтеками туши – и порывисто обняла дочь. – Я так и знала, милая, что ты что-нибудь придумаешь. – Это было ужасно… ужасно… Таких людей нельзя оставлять на свободе.
– Ну так держись от него подальше. – Ева отстранилась от матери и посмотрела на нее. Сандра определенно была под кайфом и, похоже, не сознавала, насколько сильно пострадала и как плачевно выглядит. На бледной коже явственно проступали четыре синяка, левый глаз заплыл, из рассеченной губы сочилась кровь. – Этот подонок здорово тебя отделал.
– Я же сказала, он вел себя не по-джентльменски. – Она осторожно потрогала губу. – Видишь? – Ее взгляд соскользнул с дочери на Джона Галло. – А это кто с тобой, милая?
– Джон Галло. Я – друг вашей дочери. – Он осмотрелся. – Нам бы лучше поспешить. Вам нужно взять что-нибудь с собой?
– Только сумочку. Там, на кровати. – Не сводя глаз с Джона, Сандра махнула рукой в неопределенном направлении. – Какой симпатичный молодой человек! Ты прятала его от меня, а, Ева? Такой вежливый… Я бы не возражала, чтобы ты встречалась с приятным молодым человеком. Женщине нужен мужчина, который заботился бы о ней. Ты, похоже, никогда этого не понимала.
– Нам пора. – Ева взяла мать за локоть и потащила к двери. – Постарайся идти ровнее. Когда выйдем в вестибюль, прибавь шагу, если не хочешь стать центром внимания.
Сандра кивнула:
– Да, да. В отеле такие подозрительные служащие… – Она оглянулась через плечо. – А как вы открыли дверь? Я не просила…
– Это еще что такое? – В дверном проеме возник высокий, плотного сложения мужчина в светло-коричневом костюме. – Ты куда собралась?
Сандра остановилась, словно наткнувшись на препятствие.
– Привет, Джимми. – Она нервно облизала губы. – Я… я ухожу.
– Черта с два! Ты обещала вечеринку…
– Вечеринка закончилась. – Ева взяла мать за руку. – И вечеринки не начинаются с избиения. Она уходит.
– Это моя дочь Ева, – попыталась объяснить Сандра. – Она права, ты не имел права так со мной обращаться. Мне здесь не понравилось…
– Уходи! – бросил он Джону. – А вот ты можешь остаться, – Джимми схватил за плечо Еву. – Приятная компания – мать и дочка. Раньше у меня такого не было. Вы обе останетесь здесь.
– Они не останутся. – Джон встал между ними и сжал пальцами запястье державшей Еву руки.
Джимми вскрикнул от боли и отпустил плечо Евы.
– Уводи ее, – бросил Джон. – Я вас догоню.
Не тратя времени на разговоры, Ева вытолкала мать из номера и потащила по коридору.
– Неужели мы его оставим? – заволновалась Сандра. – Я не хочу, чтобы Джимми…
– Джон Галло не из тех, за кого стоит беспокоиться. – Ева нажала кнопку вызова лифта и с тревогой оглянулась, чувствуя себя ответственной за сложившуюся ситуацию. Когда лифт остановился и створки разошлись, она втолкнула Сандру в кабину и нажала нижнюю кнопку. – Выходи из отеля и садись в светло-коричневый «Шевроле» перед входом.
– Но разве ты не… – Дверца закрылась, заглушив протесты Сандры.
Ева повернулась и побежала по коридору к номеру 2012.
Дверь была открыта, и человек в костюме лежал без сознания на полу.
По крайней мере, она надеялась, что он только без сознания. На скуле и под левым глазом уже набухали будущие синяки, из носа текла кровь, губы были разбиты.
Джон Галло обернулся, и Ева с изумлением отметила, что на нем нет ни царапины.
– Я же велел тебе убираться.
– Он не умер?
– Очухается. – Джон пожал плечами. – Я просто поддал ему малость. Не люблю, когда мужчина бьет женщину. Пусть почувствует себя на ее месте. – Он взял Еву за руку и вывел из номера. – Неудачный получился вечер. Я рассчитывал провести его с большей приятностью.
– И ты отыгрался на нем?
– Да, отыгрался. И сделал это с огромным удовольствием.
Глава 4
Что Сандре не достанет сил пройти четыре лестничных пролета до их квартиры, Ева поняла после того, как мать дважды споткнулась и едва не упала, сделав несколько шагов. Встав рядом, она положила ее руку себе на плечи.
– Держись за перила и опирайся на меня. Мы справимся.
– Конечно, справимся, – пробормотала Сандра. – Меня просто немного покачивает.
– Я помогу. – Джон Галло отстранил Еву. – Так вы будете полночи подниматься. Какой этаж?
– Четвертый.
– Иди вперед и открой дверь. – Он подхватил Сандру на руки и стал подниматься. – Вот так, миссис Дункан, вам будет легче.
– Называй меня Сандрой. – Она улыбнулась: – Ева, а он и впрямь милый и любезный. Настоящий рыцарь. Галаад. Я видела фильм…
– Ошибаетесь. – Джон улыбнулся ей. – В рыцари я не гожусь, а вот с ролью тягловой лошади справлюсь. Сейчас будем на месте.
К тому времени, как они поднялись на четвертый этаж, Ева уже открыла настежь дверь квартиры.
– Отнеси ее в спальню. Дверь справа, – распорядилась она и, пройдя в ванную, смочила полотенце и взяла из шкафчика тюбик с мазью.
Джон уже опустил Сандру на кровать и смотрел на нее сверху вниз.
– Думаю, она быстро уснет. Помочь раздеть ее?
– Нет. Ей не впервой спать в одежде. – Ева включила лампу на прикроватной тумбочке. – Раньше, когда я была младше, мне никогда не удавалось справиться с ней. – Она аккуратно протерла матери лицо, смазала ссадины и царапины. – Мерзавец! Зачем нужно было так ее избивать? Она сама отдала бы ему все за небольшую ласку.
– Теперь будет осторожнее.
Перед Евой снова встало лицо лежавшего на полу Джимми. Как жестоко и беспощадно избил его Джон Галло! Эта безжалостность поначалу шокировала ее. Но теперь, когда она получше рассмотрела лицо Сандры, шок сменился злостью.
– Как думаешь, он позвонит в полицию?
– Ни в коем случае. Не забывай, что у него при себе героин. В его же интересах убраться поскорее, пока не замели.
– Хорошо. – Ева смазала рассеченную губу матери. – Надеюсь, он больше не станет цепляться к Сандре.
– Я еще буду здесь какое-то время. Возникнут проблемы – дай знать.
– Сама справлюсь. Она же моя мать.
– Больно… – пробормотала Сандра, открывая глаза. – Что ты делаешь, милая?
– Смазываю тебе губу. Закрывай глаза. Поспи.
– У меня шла кровь… и синяки…
– Да, но это все пройдет.
– И я снова буду хорошенькая?
Ева кивнула:
– Да, через неделю или чуть больше.
– Вот и ладно. – Сандра сонно взглянула на нее. – У тебя тоже синяк. – Она приподнялась и, протянув руку, дотронулась до скулы дочери. – Это Джимми приложился?
– Нет, кое-кто другой. Пару дней назад. Не беспокойся, я в порядке.
– Бедняжка. – Сандра нежно потрепала ее по щеке и едва слышно пробормотала: – Вся в мать. – Веки медленно опустились. – Яблоко от яблони…
Ева вздрогнула и напряглась, как будто от удара, потом бросила на тумбочку тюбик с мазью.
– С ней все будет в порядке. Пусть спит. – Голос ее дрогнул. Она повернулась и шагнула к двери. – Выключи лампу.
Мгновением позже свет погас, и Джон Галло вышел из спальни.
– Спасибо, что помог. – Ева стояла у окна, спиной к нему, и смотрела в окно. – Хотя я тебе ведь и выбора не оставила, а?
– Выбор был. – Он помолчал. – Не принимай это близко к сердцу. Ты не такая, как мать. Сандра – хорошая женщина, но слабая. Ты же совсем не слабая.
– Знаю. Но когда я вижу ее такой, приходится напоминать себе об этом. А потом… Я ведь не знаю, какой Сандра была в моем возрасте. Может быть, тоже сильной. Может быть, такой же, как я сейчас. Может быть, жизнь со временем сломает и меня и сделает похожей на нее.
– Не сломает, если ты ей не поддашься.
Ева перевела дыхание.
– Верно. Что-то у меня мысли разбегаются. – Она обернулась и посмотрела на него. – Иногда мне становится страшно, но только ненадолго. А тебе бывает страшно?
– Бывает. И не так уж редко. Обычно тогда, когда я попадаю в какие-нибудь неприятности и не могу выпутаться.
– Поэтому ты и уходишь в армию, да? Чтобы посмотреть мир и не попадать больше в неприятности? А вот мне мир смотреть не надо – я хочу построить свой собственный.
Джон улыбнулся:
– Хотел бы остаться и посмотреть на этот твой мир.
Ева вдруг поймала себя на том, что и она хотела бы того же: чтобы он остался, увидел, на что она способна, оценил ее достижения. С ним жизнь была бы интереснее, не такой пресной, в ней появился бы новый стимул.
Она одернула себя: «И о чем ты только думаешь? Какой стимул? Тебе нужны постоянство и стабильность. Тебе нужно сосредоточиться на достижении целей».
Джон обвел взглядом комнату:
– Чисто. Аккуратно. Я так и представлял.
– Иначе здесь было бы невозможно. С разными домашними делами я справляюсь, вот только кухарки из меня не получилось. Дальше «телеужина»[2]2
«Телеужин» – полуфабрикат мясного или рыбного блюда с гарниром в упаковке из алюминиевой фольги или пластика, готовый к употреблению после быстрого подогрева в духовке или микроволновой печи. Приготовление такого ужина позволяет не отрываться от вечерней телевизионной передачи.
[Закрыть] дело не двинулось.
– А мне нравится готовить. Расслабляешься.
– Тоже дядя научил?
Он кивнул:
– Да. Дядя всю жизнь холостяком прожил и всегда себя обслуживал. Тебе бы с ним познакомиться. – Его взгляд скользнул по стене. – Хороший портрет. Это ведь Мануэль, да?
– Да. Роза как-то оставила со мной малыша, пока ходила в магазин, а я нарисовала. Отдам ей, когда начнет готовиться к тесту за среднюю школу. Что-то вроде взятки.
– Пойдешь учиться на художника?
– На художника? Нет! Они же все голодные и несчастные. По крайней мере, в книгах так пишут. Я стану инженером. Солидная профессия…
– Так вот как вы живете!.. Две комнаты, одна спальня. А где ты спишь?
– На диване. Вполне удобно.
Джон взглянул на накрытый пестрым покрывалом диванчик.
– Уютный. Да… Представляю, как ты там лежишь…
Ее снова окатило горячей волной. Несколько слов – и тело напряглось и зазвенело.
– Тебе лучше уйти.
– Ухожу. Знаю, что сболтнул лишнее. Что спешу. Мы уже лучше узнали друг друга, и ты больше не воспринимаешь меня как угрозу. На этом можно было бы остановиться, но не могу. Не хочу, чтобы ты забыла о том, что важно для нас обоих. – Он повернулся к двери. – Заеду за тобой завтра.
– Ты не сдаешься, да?
– Если бы я послушал тебя вчера и уехал, ты оказалась бы в весьма неприятной ситуации. Имей в виду, я ведь еще могу пригодиться.
– Один шанс из тысячи.
– Когда он выпадет, я буду рядом. – Джон оглянулся через плечо: – Знаешь, теперь я могу представлять тебя на этом диване. Голой, Ева. Голой и со мной.
Дверь захлопнулась.
Черт бы его побрал.
Но что же такое с ней происходит?
Неутолимый голод, неодолимое желание, сумасшедшее влечение. Она ощущала это все и еще многое другое.
Сжав кулаки, Ева слепо смотрела на дверь. Как он там сказал? «…ты больше не воспринимаешь меня как угрозу?» Черта с два! Да, они узнали друг друга лучше. Только вот он узнал о ней куда больше, чем она о нем. Джон Галло застиг ее в не самый подходящий момент, и она открыла ему свое слабое место, то, которое не показывала никому другому.
Она же узнала только то, что он может быть даже более опасным и жестоким, чем показал себя при встрече с Лазаро. Что ему удалось без особых усилий показать себя в лучшем свете и ей самой, и даже Сандре. Что он угадывает ее мысли и чувства с такой легкостью и точностью, от которой становится не по себе.
А еще он дьявольски терпелив и настойчив.
Но самое страшное то, что она трепещет от одного только его взгляда.
«Голой и со мной…»
Лежа на диване и безуспешно пытаясь уснуть, Ева знала, о чем думает Джон Галло и какой он ее представляет.
Чтоб ему провалиться!
На следующий день Ева отпросилась с работы на час раньше и ушла еще до того, как Джон приехал на своем «Шевроле».
Еще через день он появился за три часа до окончания работы.
– Не застал тебя вчера. Тереза сказала, что ты ушла раньше. Что-то случилось? Как Сандра, в порядке?
– Наверно. Дома она пробыла только один день. Когда я пришла из школы, ее уже не было.
– Значит, дело не в домашних проблемах. Ты меня избегаешь. – Он покачал головой: – Не надо так. Я же знаю, ты не можешь позволить себе пропускать работу.
– Я не избегала тебя. Были дела дома.
Джон скептически усмехнулся.
– А что такое? Тебя Тереза не устраивает?
– Ты так стараешься подтолкнуть ее ко мне. Знаешь, если я захочу познакомиться с другой, то замену тебе подыщу сам. – Он внимательно посмотрел на нее: – Э, да ты уводишь разговор в сторону. Запаниковала? Видимо, была причина, а?
– Я не паниковала.
– Слишком сильно сказано? Ладно. Может, просто провела пару бессонных ночей?
Ева промолчала.
– Признаюсь, я тоже. – Он поднялся со стула. – Знаешь, по-моему, нам пора с этим кончать. Я буду ждать тебя каждый вечер, пока ты не решишь, сдать ли меня копам или предоставить шанс доказать, что я не сделаю тебе ничего плохого.
Джон вышел.
А Ева вдруг поняла, что так оно и будет. Чего-чего, а терпения ему не занимать. И он прав. Так или иначе, ей придется что-то решать, потому что убежать от него невозможно.
Да ей и не хотелось убегать.
– Поехали. – Ева открыла дверцу старенького «Шевроле» и села рядом с Джоном. – Надоело. На работе все считают, что меня преследуют.
– В некотором смысле так оно и есть. Преследование, но только без всякого насилия. Я себе грубости не позволю. – Он повернул ключ зажигания. – Разве что ты сама захочешь. Опыта у тебя нет, так что воздержусь. Но мы можем попробовать, если тебе…
– Помолчи. – Она снова горела. Только села рядом с ним, и вот уже началось. – Не хочу ничего пробовать. – Вот и губы уже пересохли. – Ты говорил, что с этим надо кончать. Я за этим и пришла. Ты дважды здорово мне помог. Спасибо. Но теперь я хочу, чтобы ты убрался. Я чувствую… В общем, мне это не нравится.
– Нравится. Или понравилось бы, если б ты так не зажималась. Вокруг этого вертится весь мир. Ты чувствуешь то, что чувствую я, и ничего более волнующего на свете нет. Ты бы не пожалела.
– Думаешь, я могу тебе доверять?
– Думаю, нам ничего другого не остается, как доверять друг другу. Без этого не обойтись.
– Я… мне это не нужно.
– Не нужно? Черта с два. – Джон медленно перевел дыхание. – Не могу сейчас говорить… как бы машину не разбить. Подожди, давай сначала доедем.
Джон не произнес ни слова, пока они не остановились напротив ее дома, и еще с минуту сидел молча, сжав руль и глядя перед собой.
– Может, я тебе и не нужен, но ты меня хочешь. – Он повернулся и придвинулся ближе. – Думаешь, я не чувствую? Чувствую. Знаю. Мы оба посылаем друг другу понятные всем сигналы.
Стало трудно дышать. Ева потянулась к дверце.
– Нет, останься. – Он схватил ее за руку. – Позволь показать, что у нас может быть. Не бойся. Совсем немного. Скажешь остановиться – остановлюсь. – Его пальцы медленно двинулись от запястья к локтю. – У тебя такая мягкая, шелковистая кожа, но рука сильная, и все мышцы напряжены. – Он уже добрался до горла. – А вот пульс…
Сердце прыгало, рвалось из груди. В тот миг, когда Джон прикоснулся к ней, по всем ее нервам словно побежало электричество. Она чувствовала легкое касание его рубашки, вдыхала его запах с какой-то острой, пикантной ноткой, и у нее кружилась голова.
Кружилась и кружилась…
Его губы были на ее губах, его язык играл, дразнил.
Она застонала и прижалась к нему.
– Да, да. – Пальцы скользили сверху вниз, расстегивали пуговички рубашки. – Так. Дай-ка мне язычок. Хочу попробовать тебя на вкус…
Он добрался до грудей, мягко сжал, и она вскрикнула и выгнулась, чувствуя, как они набухают, как твердеют соски.
Застежка бюстгальтера поддалась ловким пальцам, и они, получив свободный доступ, перешли в наступление – двинулись вверх и вниз, поглаживая, сжимая и отпуская.
Наступление поддержали губы, язык, зубы…
Жар раскатывался по телу волнами, в низу живота возникло странное, незнакомое ощущение – сначала легкое пощипывание, потом тяжесть и разгорающийся зуд.
– Не здесь, – произнес Джон тихим, хрипловатым голосом. – Уедем куда-нибудь. Все будет хорошо.
Она не хотела никуда ехать. Зачем? Она хотела остаться здесь, и пусть он делает все, что хочет. Только бы унять этот зуд, погасить пожар, утолить жажду… И зачем куда-то ехать, если все, что для этого нужно, здесь: его чувственные губы, ловкие руки, горячее дыхание.
– Я не хочу заниматься этим с тобой на заднем сиденье машины. Если к тебе нельзя, у меня на примете есть мотель возле аэропорта. Но тогда надо поспешить.
Она посмотрела на него непонимающе. О чем он говорит?
– Ева?
Мотель. Заднее сиденье машины.
Что она делает? Зачем осталась здесь? Перепихнуться по-быстрому? Боже, она ведет себя, как сучка в период течки. А ведь так и есть. Потеряла голову и уже готова…
Но ведь так быть не должно. Она – не животное.
Ева выпрямилась и оттолкнула его:
– Нет.
Джон напрягся:
– Что?
– Нет. – Из машины надо выбираться. И поскорее, пока голова еще соображает. – Слышал? Ты доказал свою правоту. Но гордиться-то особенно и нечем. Я ничего про это не знаю… не знаю, как этому противиться.
– Доказал правоту? Гордиться? Я ничего не… – Он глубоко вдохнул, медленно выдохнул. – Я только хотел показать… хотел, чтобы ты поняла, чего мы себя лишаем. А потом увлекся и не смог остановиться.
– Ты показал. – Ева торопливо застегивала рубашку, но пальцы дрожали, и получалось плохо. – Доволен?
– Нет, конечно. И ты, черт возьми, тоже.
– Ничего, переживу. – Она толкнула дверцу. – Еще несколько дней назад мы не знали друг друга, а сегодня ты уже хочешь, чтобы я прыгнула к тебе в постель?
– Почему бы и нет, если мы оба этого хотим? – Он наклонился к ней: – Почему нет? Какая разница, сколько мы знаем друг друга? Нам это нужно. Мы этого хотим. Так в чем же дело? У нас впереди несколько недель, и мы могли бы отлично их провести. А потом ты от меня избавишься. Никаких обязательств. Никаких цепей.
Ева вышла из машины.
– Прощай!
– Ну уж нет. Я сдаваться не собираюсь. С какой стати? Ты ведь на моей стороне. – Он посмотрел на нее – напряженное, перечеркнутое тенями лицо в тусклом свете приборной панели. – Подумай сама. Когда-нибудь это случится. Так почему бы не со мной? Я тебя защищу. Ничего не потребую. Ты получишь удовольствие, и только. И классно проведешь время. О’кей?
Она не ответила, потому что уже переходила улицу. Почти бежала.
Бежала, потому что хотела вернуться к нему.
У двери Ева оглянулась через плечо. Джон сидел в машине и смотрел на нее.
Она захлопнула дверь, взбежала по ступенькам, прислонилась к стене и уставилась в темноту. Сердце колотилось, лицо горело, ноги подгибались. И все из-за того, что он касался ее – руками, губами, языком.
«Когда-нибудь это случится. Так почему бы не со мной?»
И ей хотелось, чтобы это случилось именно с ним. Никогда раньше, ни с кем другим у нее не было ничего похожего.
И такой слабой, такой беспомощной она еще никогда себя не чувствовала. Мир был хаосом, и чтобы выжить в нем, требовалось быть сильной и рассудительной. Сейчас она не была ни сильной, ни рассудительной.
Притяжение? Гормональный ад?
Почему это случилось? Она смогла бы устоять перед обычным влечением, но не перед этим, потрясшим ее до глубины души.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?