Книга: Жизнь в балете. Семейные хроники Плисецких и Мессереров - Азарий Плисецкий

Божечки! Какой великолепный гадюшник – эта творческая тусовка! Если уж деликатнейший Азарий Михайлович и тот не смог скрыть накал интриг и страстей в балетной среде, что же там творилось без цензуры? Вах!!!

Начало книги вызывало у меня в памяти грубое присловье: "Вспомнила бабка, как в детстве ссала..." Было скучно. Что мне до той пусть и прекрасно переданной атмосферы 40-50-х? Все равно что фильм "Покровские ворота" посмотреть в поисках чужой ностальгии: любопытно, но это всё в прошлом.

Но вот зато когда начался рассказ о творческом пути автора... Ооооо! Человеческие страсти – это о вечном. Алисия Алонсо ну оооочень понравилась. Экая цепкая стерва! Ролан Пети, Морис Бежар... Параллельно лазала в интернет, любовалась ретро-фотографиями артистов балета, читала о них Википедию и байки на Дзене. Захотелось пересмотреть "Кармен-сюиту", прям била себя по рукам, чтоб книгу сперва дочитать.

Деликатная подача автором информации о своих коллегах вызвала уважение. Всё-таки творчество – главное в этих людях, а не сложные характеры, не капризы, не мелкие пакости своим конкурентам, не грязное белье.
Так же большое уважение – за рассказ о десятилетней командировке на коммунистическую Кубу. Творческая интеллигенция, а вот поди ж ты: вместе с коллегами-кубинцами (тоже балетными) на сельхозработы, и не питюкал! Язык выучил, опять же.
Так же импонирует, что нет в книге очернения СССР, России и преклонения перед светлым Западом, хотя книга написана ещё в 2018 году, ещё до всех этих событий, до противостояния. Автор очень корректно и со всех сторон просто показывает нам то, чему был свидетелем. Мягко иронизирует над советским человеком, впервые попавшим за границу: и чемодан консервов, и яичница на утюге, и кипятильники.

На Майю Плисецкую у меня прям открылись глаза. Не, так-то всё, что я ранее о ней знала, вполне в новое видение вписывается. Только за аккуратными строками о покойной уже сестре просматривается ну оооочень непростой характер балерины. Нет, не разочаровалась, ибо и очарована не была. Но великая Плисецкая стала ближе, понятней, человечней.

В целом, достаточно увлекательная история о балетном закулисье. Я вот ничего о балете не знаю, кроме громких имён, но мне было интересно узнать, как там всё устроено, ведь балет – это не только танцовщики, а и костюмеры, декораторы, постановщики, педагоги, поклонники, куча народу, в общем.

Было любопытно узнать, что балет второй половины двадцатого века стал технически более совершенен, а когда-то эту новую технику воспринимали в штыки, ибо она подменяла "душу" и артистизм исполнения. Пример с Улановой был, что техника у неё невыразительная была (автор сравнил с размытой акварелью), зато прима брала харизмой.
Так же я совершенно не задумывалась, что перед спектаклем танцовщикам нужно особым образом разогреть и подготовить мышцы – этакая разминка, – и для этого в штате есть специально обученные люди.
Любопытным для меня стал факт, что на волне любви публики к русскому балету западные исполнители брали себе русские псевдонимы. О как!
Интересно было почитать, как советскую труппу принимали на гастролях в той или иной стране. Про Китай и зимнюю танковую форму прям понравилось. И про пуанты диппочтой из Москвы в Гавану))
А ещё, что не только из СССР артисты в зарубежных гастролях сбегали. У Кубы такая же проблема была. И как же выкручивались при недостатке артистов на сцене!
Да, кстати, "небольшая труппа в пятьдесят пять человек" прям удивила. Но это, наверное, как раз вместе со вспомогательным персоналом, а не только солисты и кордебалет.

В общем, книга оказалась для меня достаточно увлекательной, с лихвой оправдала ожидания. А в тактичную манеру изложения автора просто влюбилась.
Жаль только, что фото в электронной книге – они в самом конце. Удобнее было бы по тексту.

"В самом характере и мироощущении Азария есть какая-то спокойная доброжелательность, отсутствие суетливой и нервной подозрительности, так хорошо знакомой людям театра. Жизнь для него не замыкается сценой и зрительным залом, не исчерпывается театральными интригами, конфликтами и амбициями".

"Что еще сказать про книгу Азария Михайловича? Она прекрасно написана. Полагаю, что тут необходимо отметить старания и профессионализм литературного редактора Василия Снеговского".

Странно, из книги Майи Плисецкой я не узнала о том, что почти вся её семья занималась балетом, и были очень успешные артисты балета, танцующие не только в Большом театре и других театрах СССР, но и успешно работающие за рубежом. Особенно меня увлекла судьба автора книги (брата Майи Плисецкой) и Суламифи Мессерер (тёти Азария и Майи Плисецких). Хотя автор книги рассказал о балетной судьбе и других своих родственников. Например, оказывается, что Барышников и Нуреев учились у балетного педагога Наума Мессерера и ценили его; родственник Плисецкой хоть и танцевал не в Большом театре, но был известен за рубежом и преподавал в American Ballet Theatre. По книге же Майи Плисецкой складывалось впечатление, что в балете была из семьи только она одна. Брат так и написал:

"Острая на язык и не всегда справедливая по отношению к родственникам..."

Мне понравилось читать воспоминания Плисецкого, потому что он неожиданно интересно рассказывал о становлении кубинского балета, работе в Японии,  Франции, Испании, о своих встречах с удивительными талантливыми людьми. Плисецкий не только исполнял балетные партии, но и ставил в итоге свои постановки балетов в разных странах, преподавал. И преподавал, зная языки своих учеников, а не как Майя (видели фильм?). Полжизни провела зарубежом, но не удосужилась выучить хоть один-единственный иностранный язык. При этом брала учеников- иностранцев и изъяснялась только "плизами". В фильме в зале был переводчик, но балерина даже на русском толком не объясняла, чего она хочет от учеников и говорила обрывками, больше показывая на руках и сама. Это неумение говорить, объяснять словами выглядело убого! Её же тётка Суламифь- Мита, будучи примой Большого театра (вы знали?), эмигрировав в Японию,  учила японский язык, чтобы быть понятой учениками. А ведь ей было далеко не "шешнадцать". Вообще, глава о Мите Мессерер читалась запоем, судьба тёти Плисецких оказалась -то поинтереснее всей книги Плисецкой о себе. Быть примой Большого театра, получить высшую награду от японского императора, а потом награду от британской короны, преподавать в свои за 80... Я бы хотела почитать ещё подробнее именно о Суламифи Мессерер. А узнала о её необычной судьбе благодаря только племяннику Азарию. Майя писала мало и больше отрицательного, не вызвав интереса.

Вообще, удивительно, конечно, что о Майе Плисецкой знают все, а о её не менее талантливых родственниках- единицы. Например, младшей брат Азарий, автор данной книги. 10 лет работал в кубинской балетной труппе, был партнёром самых знаменитых кубинских балерин, работал в японском театре, в испанском, работал с Романом Пети, с Морисом Бежаром, был знаком с Фиделем Кастро, Пабло Нерудой,  Лилей Брик, Надей Леже, Сергеем Параджановым, знаменитыми артистами балета, хореографами, людьми культуры нашей страны и зарубежных стран, такими как Альфред Шнитке, Михаил Барышников, Александр Васильев, Белла Ахмадулина. Его вклад в мир балета не менее ценен, чем вклад его тёти Миты Мессерер, чем вклад его дяди Алефа Мессерера, чем вклад той же Майи Плисецкой. Но на слуху только она. Несправедливо. И в книге своей Плисецкая воспевала только себя, будто и нет никого другого талантливого рядом. Люди так и запомнили. А вот Азарий Плисецкий поступил достойнее. Он не дал забыть интересные судьбы членов своей семьи.

Кстати, удивительно, но Азарий Плисецкий в своей книге гораздо больше писал о других, чем о себе и это бросается в глаза, вызывает уважение. Это такая редкость!

Меня приятно удивило (я не знала), что Азарий Плисецкий ставил танцы в фильме "Мэри Поппинс, до свидания", где девочку Джейн играла ещё одна Плисецкая, племянница Майи и Азария:) И о каждом члене своей семьи Плисецкий тепло написал, не дал забыть их. В отличие от своей сестры, которая больше всех была занята только собой.

А какая пронзительная глава о маме, о тех временах, когда расстреляли отца и, как жену врага народа, отправили в АЛЖИР маму с только что родившимся ребёнком (автором книги). Как же по-разному об этом пишут брат и сестра. Сестра Майя с ненавистью, с грубыми обзывательствами, за которыми отвлекаешься от сути, будто это именно она сидела в тюрьме и перенесла все унижения и тяготы ссылки . А брат, брат, который грудничком вместе с мамой был в этой ссылке... А брат написал так, что всех людей, кому поломали жизнь в советское время жаль, жаль, что время безвозвратно, ничего не изменить, не помочь им. У брата- сочувствие, у сестры- злоба.

Главы о Майе Плисецкой тоже были интересными, они объяснили многие моменты её биографии, которые она либо покрывала неизвестностью, либо явным враньем, либо недомолвками, лепила, как хотела, свою биографию для других, и вскоре понимаешь, что не всё правда. Слишком субъективный взгляд. А не верить брату балерины в его версиях событий вроде нет повода.

Мне очень понравилось, что из этой книги я много узнала не только о балете и авторе, но и о множестве  интереснейших людей.

Всё-таки автор книги очень бережно относится к людям, к отношениям с ними и очень тактичен в своих рассказах. Это покорило меня особенно. И понравился юмор. Ненавязчивый, добродушный.

Замечательная книга, на мой взгляд. С уважительным отношением и к себе, и к другим. Читается легко и с интересом.

Плисецкому, брату одной из величайших танцовщиц XX века Майи Плисецкой, и в самом деле есть что рассказать. Первые месяцы жизни он провел в тюрьме, попав в нее вместе с матерью, арестованной как жена врага народа. Оттуда он вынес привычку: перед сном закрывать глаза рукой, словно продолжая защищаться от слепящей тюремной лампы.

Свои самые плодотворные десять лет Плисецкий провел на Кубе, танцуя в качестве партнера Алисии Алонсо — легенды местного балета. Затем он перемещается в Европу, где работает вместе с титанами современного балета Роланом Пети и Морисом Бежаром. Судьба сначала отправляет его на периферию балетного искусства и там выводит на первый план, давая возможность танцевать любые балетные партии, какие пожелает,. А затем переносит в центр мирового балета, переводя там на вторые роли: он не столько танцует, сколько работает с танцовщиками в качестве педагога. Судьба артиста балета прихотлива. В ней есть место и радостям, и горестям, и победам, и поражениям.

Азарий с необыкновенной теплотой рассказывает про свою жизнь, не забывает он упомянуть и написать доброе слово про каждого коллегу, члена большой балетной семьи. Все с кем встречался и работал Азарий появятся на страницах этой книги, и про каждого читать любопытно, особенно радует, что нет никакой грязи, обливаний танцовщиков помоями. Любовь же к родственникам, в особенности к маме, сквозит в каждой строчке, и каждой букве, что четко видно в письмах, адресованных ей.

Документальный материал -фотографии, записи, справки, рисунки- подобран тщательно, а описания балета и фотографии со сцены чудо как хороши. Для полного погружения не хватает только видеоряда: кубинский балет, знаменитые танцовщики прошлого, стиль Плисецких..

Приятное впечатление, даже жаль, что раньше я и не подозревала насколько творчески богатая и большая эта семья, благодаря Азарию буду продолжать знакомство.

Почему именно меня привлек балет? Потому что, как и нефть, балет – наша твердая валюта. И имея начальные знания, любопытно окунуться в обстановку, громкие имена и закулисье. Давно не читала мемуаров и биографий известных людей и чуть побаивалась. Но зря, воспоминания легко читались, с интересом, при этом не шли потоком, а была какая-то логическая система по годам и именам. В начальных главах ожидаемо запуталась в ближайшем окружении, в родственных связях Плисецких и Мессереров, ведь «родни у Майи уж очень много». Потом разобралась, т.к. имена повторялись и в других главах. Привлекло трепетное отношение к предкам, истории своей семьи и родственным связям. Действительно, получилась такая хорошая династия Мессереров-Плисецких, плеяда звезд балета и не только, мама Азария – актриса. Повествование очень мужское, ровное и спокойное. Здесь не акцентируется на жалобах и обидах, а лишь вехи в истории нашей страны и в карьере Азария, более подробно о людях, встретившихся на его пути. Меня поразил контраст – сын изменника Родины, находящийся грудным младенцем с матерью в АЛЖИРе в Акмолинске и после отправленный в ссылку в Чимкент и получивший признание солист, выступающий с ведущими балетными партиями по всему миру, а также педагог, востребованный везде. Про сталинские репрессии не в новинку читать, но как же страшно слышать об этом из уст очевидцев! Что 10 лет без права переписки – термин, означающий расстрел. О пытках и дознаниях своих же граждан, да в довоенное время. Об ответственности семьи за арестованного близкого родственника. И несмотря на этот ужас, который присутствовал в жизни Азария Плисецкого – его взлет, пусть и затенённый его сестрой Майей. Может быть поэтому и нет нытья, не на что жаловаться, карьера и жизнь удалась. Удивительно, что при всей закрытости страны, карьера Азария сложилась именно за рубежом. При том, что он не был невозвращенцем, а просто повезло с работой по контракту между двумя странами СССР и Кубой. И может быть хорошо – неудавшееся начало в Большом Театре, маленькое препятствие. Конкуренция была большой в театре, зато на Кубе главные роли сами пришли в руки. После окончания длительного контракта ему тоже везло на выезды из страны, пока совсем не рухнул железный занавес.

Чего вы не найдете в книге – это интриг и сплетен, личной жизни. Всё по касательной и упоминания лишь вскользь. Приятная книга. Для тех, кто хочет больше узнать о советском балете и известных именах, о становлении балета на Кубе, да и не только, т.к. русский балет активно экспортировался несмотря на закрытость страны и русская школа – основополагающая. Я не читала книгу Майи Плисецкой и скорее всего не буду, поняла суть претензий к гениальной балерине. Талант, непростой характер, карьера, не всегда идущая вверх (как же долго ее не выпускали из страны) – можно ее оправдать, хотя и не просто из-за отчуждения даже к своим близким, к людям, которые делали ей добро. Но звезда Азария, пусть не такая яркая, светит более ровным и теплым светом.