Читать книгу "Кодекс молчания"

– Что вы, миледи, – ровным голосом начал Хелл, – я советник королевы, это так. И дальний родственник короля Силенса, но не думаю, что в моих жилах все же кровь именно династии Предназначенных. Моя родословная далека от…

– Вы ведь лжете, милорд.

Рейзар говорила увереннее, чем бастард. Но даже таким поведением сломать защиту Хелла не достаточно. Он расслаблено улыбнулся и развел руками.

– Не нахожу причин, чтобы я мог врать вам в присутствии своей королевы.

– Все это ваша клятва?

– Вы же говорили, что не живете слухами Дейстроу, – резонно отметил бастард.

– Нам было достаточно слова Роупа, Наставника королевы, – пояснил Брокенджав, который до сих пор молчал.

Хелл непонятливо покосился в сторону крепкого мужчины, голос которого звучал мягко для такой грубой оболочки.

– Моя клятва не ограничивает меня в моих поступках, просто честь воина не позволяет лгать королеве, которой присягнул.

– А у тебя есть другие королевы? – едко бросил Роуп, скривившись в недовольной гримасе.

– Королева Эверин Страстная единственная для меня королева.

Голос Хелла звучал сдержанно и именно так, как подобало бы присягнувшему солдату. Но чуткий слух волка, наделенный не только природной способностью, но и магией Динео, уловил в словах бастарда кое-что еще. Я не верила в то, что чувствовала, но пренебрегать сигналами интуиции я не стала бы. Подделка тоже заинтересовано улыбалась, когда Беллс замолчал. Советник растолковал это, как одобрение, и опустил подбородок в ответ.

Я пыталась воспользоваться Динео, но он не откликался. Отыскать Алди не удавалось. Паника постепенно начинала завладевать всеми моими эмоциями, но я прилагала все усилия, дабы не дать ей совершенно господства. Страх за то, что я могу быть заперта в волчьем теле навсегда, тоже преобладал над всеми другими мыслями. Но ведь в темной норе я оставила двух волчат, забота о которых теперь ложилась и на мои плечи тоже. Что ж, со многим предстояло разобраться, но упускать из виду Подделку нельзя. Пусть постоянным следованием за ней, я выдам для всех остальных свою причастность к магии. Хотя Хелл мог бы поработать здесь своей паутиной, раскинув слухи о том, что у меня просто каприз, и я хочу видеть у своих ног ручного волка. Но сомневаюсь, что Подделка будет заботиться о моей репутации королевы. Я вообще не находила причин для того, чтобы кто-то мог отобрать мое тело.

Предположение о том, что в этом может быть замешан Роуп, было, но потом испарилось само собой. Наставнику не нравилось мое поведение, он без конца раздражался и злился. И не думаю, что мой друг мог быть настолько вероломным. Для него главным в жизни, конечно же, был его дракон, но все-таки Роуп не зря говорил о том, что любит меня. Может, хоть что-то, да эти слова и значат для него.

– Так значит, король скоро прибудет в Дейст? – вежливо спросила Рейзар, решая остановить противоборство наставника и Беллса. Меня злило то, что Подделка ничего не предпринимала.

– Да, миледи, – подтвердил Хелл, отвлекаясь от Роупа.– Надеемся, что это произойдет в скором времени. Но никто не может точно сказать о том, где сейчас находиться король.

– А как же магия? – удивился Роуп, знавший о том, как общался со мной Силенс.

– Сейчас я испытываю некоторые трудности, – ответила Подделка, опереждая бастарда. После этих слов мужчина недовольно скривился, ему не понравилось, что я вот так просто выдала свой секрет. Он явно посчитал бы это неправильным и проявлением слабости. К сожалению, контролировать то, что говорили мои губы, я не могла. Оставалось только озлобленно наблюдать за всем сто стороны, неудобно задирая морду вверх. Это раздражало Подделку, она знала, что волк, будь это даже не я, может выдать ее, но пока что старалась держаться собранно и никак не выдавала своего внутреннего волнения.

Я знала себя. Поэтому эта скованная поза и сжатые губы говорили о полной сосредоточенности. Кто бы сейчас не управлял моим телом, на мысли оно реагировало так, как привыкло. Не верящим взглядом я смотрела на королеву и не могла понять, что же находили люди во мне вдохновляющего. Вообще смотреть на себя со стороны оказалось не так приятно. Даже зеркало было более милосердно ко мне. Девушка уже была не похожа на ту, которая приехала в замок впервые. Пытки и плен оставили след не только в моей душе, но и во внешности, несмотря на то, что Хелл заживил мои раны с помощью магии Волхов. Это неуловимо читалось в заострившихся чертах лица, в скованных движениях. В моем теле остался страх, которого не было в душе. Оно вновь боялось физических страданий, и даже новый обладатель не мог этого побороть. Я приняла тот факт, что Хелл прекрасно осведомлен о том, что я надломлена пленом. В его светло-зеленых глазах беспрестанно светилось беспокойство и бесконечное желание проявить по отношению ко мне заботу. Он был готов защищать меня даже от моих собственных воспоминаний. Но что-то еще странное было в действиях бастарда. Беллс меня пугал. И путал. Как, впрочем, и всегда, по-моему, это было его стихией, без которой он вдруг разучиться, как дышать.

– Все же мы надеемся, что вы примите нашу помощь.

– Ведь вы просите кое-что взамен, – заметила Подделка.

– Это не так много, королева, – продолжала вести себя сдержанно Рейзар, но терпение ее улетучивалось. Брокенджав щурился от солнца, изредка поглядываю в сторону Хитроуса.

Подделка вздохнула, словно выражая сочувствие к тому, что сейчас происходило в мире Иных.

– Сейчас Дейстроу нуждается в решении собственных проблем.

– Мы понимаем, – кивнула женщина.– Поэтому и предлагаем помощь в их решении, королева.

Я ощущала нетерпение Хелла. Он был готов бросить все, лишь бы согласиться на предложение Рейзар. И мужчина явно не понимал того, почему я так твердо стою на отказе. Все же, Подделка не сможет отговариваться тем, что короля нет в замке, когда Силенс вернется в Дейст. Тогда я, как королева, потеряю вес в своих словах, и решение будет принято монархом. Думаю, Ленсу сейчас самое подходящее время вернуться домой. Потому что только он был способен на то, чтобы признать замену в моем теле. Я надеялась на то, что и бастард все поймет. Но судить Хелла не за что. Как он мог предполагать, что я вдруг окажусь в теле Алди, а мной станет управлять кто-то другой. Чувство беспомощности лишало надежды. Я знала все же, что не должна отказываться от попыток, иначе придется всю жизнь мириться с данным положением вещей. Действия Подделки нервировали, неужели она не осознавала того, что ведет себя не так, как привыкли видеть меня люди Дейстроу. К сожалению, никто не знал меня хорошо настолько, чтобы заметить подмену.

– А Авлонга знает о том, что вы здесь? – Познания Подделки испугали. Что если она имела доступ ко всем моим воспоминаниям?

Рейзар замялась, подбирая ответ на этот вопрос. Я никогда еще не видела, чтобы жена Морпа пошла бы против воли своего мужа. Женщина во всех начинаниях поддерживала Авлонгу, а теперь перешла на противную ему сторону.

– Он не знает, – решил вмешаться Хитроус.

– Почему? – оживился Хелл.

– Потому что он противник радикальных изменений.

Фырканье Хелла рассказало о том, что он и слушать не желал о разных теориях единого течения времени.

– И только это его останавливает его помогать нам?

– Он не считает, что Всадники должны помогать людям.

– Это нарушит баланс, – дополнил Брокенджав. Но это бастард уже знал, так что мужчина только кивнул

– Поэтому Морп решил, напротив, развивать войну Иных.

– Как он собрался это сделать?

Запах жженой травы раздражал мои ноздри, в сознания царапались, видимо, голодные волчата, но я не умела отвечать им на зверином языке. Нахождение в теле животного имело свои плюсы, как, впрочем, и непосредственные минусы. Сейчас хотелось охоты, и мысли никак не желали сосредотачиваться на том, что говорили люди. Видимо, инстинкты побеждали меня, но я должна была продолжать с ними бороться, потому что становиться зверем категорически не хотелось. Но никто не мог мне помочь. Даже Алди, тот, на кого я действительно бы положилась в этом вопросе, пропал неизвестно куда. Что если мое перемещение в его тело убило волка? Тогда это не просто катастрофа, это трагедия. Все же надежда во мне была жива. Я верила в то, что сумею вернуть Эверин в свое распоряжение, а Подделке придется потесниться. Хоть пока мои задумки звучали сверхъестественно, я была готова пробовать воплощать их в жизнь.

– Это сложно для объяснения, советник, – смутилась Рейзар.– Я не хочу вас обидеть, но наши законы отличаются от того, к чему привыкли вы, так что…

– Я все понимаю, отмахнулся Хелл.– Мне просто интересно, как именно человек может генерировать в своих руках события, которые совершают драконы. По-моему, Иные не зависят от действий человека. Они существа более высокого разума, если я не ошибаюсь.

– В этом вы правы, милорд, – продолжала Рейзар.– Но не забывайте о том, что Авлонга находится в высшей касте Всадников Ветра. Он не просто человек, он даже не просто Всадник, он нечто большее. – Она запнулась, словно размышляя о том, стоит ли говорить дальше. – Авлонга гораздо сильнее всех остальных, кто обладает Динео. И его магия имеет свои особенности.

– И какие же?

– Этого знать даже мне на дано, милорд, пусть я даже являюсь его женой.

– Женой? – поразился Хелл, недоверчиво качая головой.– И вы пошли против мужа?

– А что мне оставалось делать, если он перестал слушать глас рассудка:?

Повисла тишина. Возникало ощущение, что Всадники просто сбежали из деревни Динео и пришли к нам. Но слова Рейзар о том, что им нужна помощь в предотвращении войны Иных не звучали притворством. Тогда выходило так, что Авлонга сошел с ума, причем большинство Всадников поселения поддерживали его в этом сумасшествии. Кое-что не складывалось. Бастард тоже это почувствовал.

– Это немного странно, – протянул он, желая вызывать Рейзар на откровенность.

– Я знаю, нам сложно поверить, – ответила женщина, волнение звучало в каждом ее слове.– Но вы должны хотя бы попытаться.

– Рейзар, – отдернул Роуп.– Эв нам доверяет. Все-таки, мы не чужие ей люди. Ведь так, Эв?

Подделка молчала. Мне хотелось разорвать ее на части, верхняя губа даже стала приподниматься в угрожающем оскале. На это неприязненно косился Хелл, словно для него было в диковинку то, что волк может так откровенно злиться. Я знала, что должна как-то контролировать свои эмоции, дабы волчье тело так откровенно их не показывало. Все заметили мое рычание и угрозу. Роуп настороженно застыл, словно не узнавал во мне свою подругу. Так оно и было. Но Подделка решила бороться за сохранение собственного инкогнито.

– Конечно, Роуп, – ласково произнесла она, пытаясь улыбаться во весь рот. Это получилось неуклюже. Я никогда так открыто не проявляла своей радости. Но никто не заметил подвоха в действии Подделки, Всадники расслабились и обменялись понимающими взглядами.

С моего лица не сводил глаз Хелл, который все больше начинал во мне сомневаться. Я всеми фибрами души надеялась на то, что бастард докопается до правды, но Подделка оборвала мои надежды, повернувшись к Беллсу с улыбкой на лице. Мужчина как-то сразу расслабился, тепло преобразило его лицо, какая-то радость читалась в зелени глаз и четко очерченных скулах. Теперь бастард не подозревал во мне никаких подвохов. Хотелось громко топнуть ногой и закричать, но получилось только неуверенно заскулить. Люди уже не так сильно реагировали на меня, не удостоив даже вниманием. Это понравилось Подделке, и она продолжила поддерживать безмятежный диалог. Не ссылаясь на то, что я была очень зла на то, что оказалась запертой в теле своего волка, мне не нравилось поведение Подделки. Девушка была слишком неестественной. И это лишало самообладания. Либо я в действительности была такой, либо мои близкие меня не знали.

Досаде моей не было предела, но возможности к тому, чтобы исправить, тоже не находилось. Волчата все настойчивее пытались проникнуть в мою голову, просто так отмахиваться от них уже не получалось. Нужно что-то срочно предпринимать, иначе я могла потерять контроль над ситуацией. Похоже, Хелл все-таки ощутил мое волнение, но принял это за чувства Подделки.

– Королева, наверняка, устала с дороги, как и вы, – осторожно заметил он.– Думаю, нам пора вернуться в замок.

– Конечно, – согласилась Рейзар, почтительно склоняя голову.– Не желаю причинять королеве неудобства.

– Все же, вы ведь не признаете власти династии Предназначенных, – не упустил случая уточнить Хелл ту подробность, которую постоянно требовал от меня.

– Нет, что вы, – опровергнула предположение Хелла Рейзар, резко взмахнув рукой в воздухе.– Мы просто живем обособленно. Это не значит, что власть династии мы не признаем. Мы следуем общим законам, но и обладаем своими.

– А это не выглядит, как предательство королевской семьи?

– Не думаю, – вставил свое слово Хитроус.– Ведь мы не строим заговоры против короля. Мы даже, напротив, пришли, дабы предложить вам свою помощь. Это не доказывает того, что мы уважаем вашу политику?

– Помощь от людей можно было получить и в Красной стране и в Ейсе, – продолжала Рейзар.– Но мы не считаем их действия правильными, поэтому мы сейчас в Дейсте.

– Тогда я надеюсь, что мы сможем доверять вам, Всадники. – Слова Хелла имели миротворческую миссию. Он не желал разжигать конфликт с возможными союзниками, бастард просто ощупывал ногой ненадежную почву.

Лиса Хитроуса скользнула с одного плеча мужчины на другое, пугливо шевеля носом. Она только сейчас заметила меня, и ей не нравилось присутствие волка.

– Мы не представляем опасности, советник, если вы об этом

– Я и не думал…

– Нет. Я понимаю вашу предупредительность, милорд, – продолжала Рейзар, остановив Беллса жестом.– Вы заботитесь о своей королеве, а значит, и о своем Королевстве. Зачем вам нужен враг в собственном стане? Не подумайте. Нам нет резона мешать Дейстроу выигрывать в этой войне. Мы, напротив, желаем увеличить ваши шансы.

– Если так, то почему вы так тянули?

– Сбежать из деревни Динео без разрешения Авлонги не так просто. Тем более Наставник королевы не так давно вернулся домой и рассказал нам о начавшейся войне. Морп скрывал это от нас. Поэтому наше промедление может стать понятным, – вежливо отозвалась Рейзар.

– Это многое объясняет, – дополнил Хелл.

Я видела, как Роуп начинает терять свое терпение. Ему вновь хотелось задеть советник. Брокенджав в успокаивающем жесте положил ему тяжелую руку на плечо, Наставник недовольно дернул подбородком. Все же Роуп оставался вспыльчивым и эмоциональным, каким я его знала.

– Думаю, вопрос исчерпан, – сказала Подделка, и с ней все согласились. Люди двинулись в сторону замка.

Семеня возле ноги Подделки, я все же продолжала пытаться вызвать в себе магию, но ничего не получалось. Хотя бы я была возле своего тела, чтобы наблюдать за тем, что совершал тот, кто был внутри. Пугало то, что это все не зря. Нужно обладать огромной силой, чтобы провернуть такой фокус. Все мои мысли приходили только к Монтэи. Но девушка однозначно сразу бы отказала Всадником, если в войне против нее будут участвовать Иные, даже с ее магией Волхва, Правительнице никак не одержать победу. Тогда я и представить себе не могла, кому понадобилось становиться королевой Эверин. Только мое положение могло принести какую-то пользу. Способностей к Динео все равно не было, поэтому удивляться я не переставала.

Щенки звали своего отца. А пока что именно я была их отцом. Мне ничего не осталось, как отбиться от людей и свернуть в сторону амбара. На шерсти спины я чувствовала взгляд Хелла, который провожал меня в переплетение коротких переулков и поворотов. Бастард понимал, что раньше Алди открыто не показывался на людях, значит, попытается выяснить причину такого поведения у Подделки. Тут-то Беллс и поймает ее на лжи. Мне оставалось надеяться на то, что бастард действительно так умен, как он считал. В противном случае нас всех ждала беда.

Я проскользнула под амбар, поджав хвост. Звучно чихнув от пыли норы, я тут же ощутила, что щенки жмутся к моим лапам и довольно сопят, полные радости из-за моего появления. Сердце мое дрожало, когда я смотрела на волчат. Я даже не знала, как Алди их называл. Мой плен отобрал у меня уйму времени, и малыши уже начали расти, превратившись из новорожденных и в стремительно взрослеющих волчат. Эта странная схожесть с Нилли сыпала соль на открытую и еще не зажившую рану на сердце. Девочка даже хвостом шевелила так, как это делала ее мать. Нилли принесла в жертву себя, чтобы сохранить их крошечные жизни. Интересно, Ал уже пытался рассказать детенышам о том, что произошло с их матерью. Или у волков в столь раннем возрасте не возникает подобных вопросов. Но я не знала о том, как мне общаться с щенками. Непонятное звериное рычание продолжало оставаться для меня непонятным звериным рычанием. Но по блестящим глазам я поняла, что волчата голодны, и просят меня взять их на охоту. Не думаю, что Алди уже разрешал им покидать темную нору под амбаром, но по-другому сдержать их неистовый натиск мне бы не удалось в любом случае.

Я решила дождаться момента, когда на Дейст опустятся сумерки. Ждать оставалось недолго, да и время, проведенное в постоянном волнении, прошло быстро, я почти не заметила того, как быстро оно пролетело. Стараясь не думать о том, что сейчас делает Подделка, я сосредоточилась о том, что должна сперва позаботиться о волчатах, раз уж я позаимствовала тело их отца.

Волчата неумело выкатились из-под лаза, глаза были распахнуты максимально возможно, они тут же открыли пасти, стараясь улавливать каждый незнакомый аромат. Алди действительно не выводил их из норы. Это стало понятно по тому, как они опасливо двигались, осторожно и коротко переставляя лапы по земле. На мое счастье, щенки следовали за мной, хоть и постоянно задерживались, обследуя каждый незнакомый объект. А незнакомым для них являлось практически все – и старое колесо, и гнилые мешки из-под зерна, и ведро подле колодца, и дорожка, ведущая к конюшне, и загон с овцами. Даже старый проржавелый нож, который они отыскали в сухой желтой траве, вызывал их неугомонный и дикий интерес. Я спешила покинуть территорию замка, где мы могли попасться на глаза любопытным.

Когда разлом в стене остался за спиной, я немного расслабилась. Волчата схватили мой темп, поэтому размеренно бежали по бокам от меня, постоянно настороженно шевеля ушами и раскрывая пасть. Они ловили новые запахи, стремясь отыскать в них что-то знакомое. По тому, как почти бесшумно их лапы ступали по земле, я понимала, что инстинкты в щенках сильнее всех остальных факторов. Будь у них возможность и достаточно силы, они бы уже сегодня поймали свою первую добычу. Но щенкам предстояло еще учиться, а я не являлась волком в действительности, чтобы браться за столь ответственное дело.

Пришлось вспомнить то, как мы когда-то охотились с Нилли и Алди, но, казалось, это было так давно, что моя память наотрез отказывалась выдавать нужные мне знания. Я опять-таки решила последовать примеру волчат и прислушалась к инстинктам волчьего тела. Оно легко отозвалось на мой робкий и неуверенный зов.

Кровь зажглась азартом, он дикой пульсацией проносился по венам, передаваемый телу с помощью сердца. Человеческое мышление абсолютно отключилось, уступая первенство звериным ощущением. Мое тело само знало, что нужно делать. Нос мгновенно поймал свежий запах кролика, и я двинулась в сторону кустов. Волчата молчаливо поняли, что я вышла на след, и теперь бесшумно следовали за мной. Пасть моя тут же наполнилась слюной, потому что запах дичи усиливался с каждым осторожным и мягким шагом. Мышцы напрягались и напрягались, я была в любой момент сорваться с места в бешеной гонке за добычей, которая должна была стать пищей для моих волчат. Алди был прирожденным охотником. Так говорил даже Янро, который пользовался помощью волка в выслеживании добычи. Если уж дракон полагался на чутье Алди, то что мне оставалось делать?

Глаза заметили белую шкурку, и я рванулась вперед, вспарывая впущенными когтями мерзлую землю. Щенята возбужденно заскулили, оставшись на месте. Я же молнией летела к своей добыче, которая уступала мне по скорости. Мощные челюсти уверенно сомкнулись на горячей тушке, мгновенно разрезая зубами и шерсть, и мышцы, и даже ломая непрочные кости. Я победно тряхнула головой, а потом вдруг вспомнила, что я человек.

Захотелось тут же выплюнуть окровавленное тельце из пасти, но я сдержалась, зная, что это нужно для волчат. Переборов собственное отвращение к самой себе, я развернулась и побежала по своему следу обратно к волчатам. Они ждали меня возле кустов, откуда я рванула за кроликом. Глаза их возбужденно горели. Слюна тягучими нитями капала на землю, голод явно донимал щенков. Не зная, что дальше делать, я неуверенно кинула кролика к их лапам. Дальше объяснять не пришлось.

Волчата жадно кинулись на тушку, перетягивая в игривой борьбе ее между собой. Кроличья шкура быстро рвалась от их нешуточного натиска, они фривольно сняли с мертвого животного скальп. Я поморщилась и отвернулась, не в силах терпеть вид крови на маленьких мордочках волчат. Наверное, пытки Банджа что-то изменили во мне, раньше я легко принимала естество Алди и Нилли. Почему же жестокие игры волчат вызывали во мне такое отвращение? Я не могла отыскать ответа на этот вопрос. Это выводило из состояния равновесия. Мне было достаточно того, что я была не в своем теле, и совершенно не предполагал, как могу решить эту неудобную проблему.

Щенки заканчивали с тушкой, я слышала их сытое сопение, и была довольна тем, что все-таки сумела о них позаботиться. Девочка вскинула ко мне свою перепачканную в краном морду и слабо заскулила. Ее хвост один раз слабо дернулась.

Брат?

Я вздрогнула от того, что услышала ее мысли.

Сестра? Лениво отозвался волчонок, смачно хрустя суставами кроличьей лапки.

Это не отец.

Щенок повернулся в мою сторону, но не прекращал обгладывать практически голые кости.

Кто же это? Отец. Недовольно зафыркал волчонок, но девочка не унималась.

Помнишь, он говорил нам еще вчера, что мы слишком малы для того, чтобы гулять не по норе. А сегодня он повел нас на охоту.

Айдина, зарычал волчонок, его рык раздался не только в мыслях. Ты как обычно недоверчива.

Но это не отец!

Отстань.

Волчонку не нравилось подозрительность сестры, он просто хотел есть.

Почему ты мне не веришь, пустоголовый! Девочка приняла угрожающую позу, готовая броситься на брата. Волчонок не отрывался от своих вкусных косточек. Локси!

Отстань, повторил Локси.

Сестра бросилась на брата с притворным злобным рыком, отрывая волчонка от интереснейшего занятия. Это ему не понравилось, и щенки покатились по земле, сцепившись в единый клубок шерсти, когтей и зубов. Конечно, детеныши сражались шуточно, но все равно я забеспокоилась.

Перестаньте.

Волчата застыли, отползли друг от друга, прижимая уши к затылку.

Брат, ты слышал эту волчицу? Как она говорит с нами?

Я слышал. Но где она? Локси завертел головой, в поисках неизвестной им волчицы.

Папа ведь не слышит, когда мы так говорим. Значит, и ее он не слышал.

Айдина, ты зря это все придумала.

Я не виновата! В голосе девочки слышалась обиды.

Ладно. Локси был недоволен, но не до такой степени зол на свою сестру, чтобы продолжать перепалку.

Не бойтесь.

Их уши тут же прижались к голове, волчата заскулили, привлекая внимание своего мнимого отца, и поползли на животах ко мне.

Не бойтесь. Пришлось сказать это более мягко, чтобы волчата поверили в то, что я не представляю опасности.

Кто ты? И где ты? Выходи, я вспорю твой живот и буду играть с твоими кишками!

Страшная угроза Локси меня немного позабавила. Он был не таким большим, чтобы даже попытаться воплотить ее в жизнь, но все же в малыше чувствовалась настойчивость защищать свою семью.

Это сложно объяснить. Щенки озирались по сторонам, но никак не могли отыскать незнакомую волчицу.

Мы попробуем понять! Пискливо сообщила Айдина.

Я не волк. Напряжение Локси возросло. Я человек.

Вздор!

Злобное рычание резануло вечернюю тишину, я переминалась с лапы на лапу, разминая затекшие мышцы.

Но я человек, который связан с вашим отцом.

Пара желтых глаз устремилась к моей морде, Айдина недоверчиво шевелила носиком, даже открыла пасть, чтобы попытаться уловить в шерсти своего отца человеческий запах. Но я давно не была подле Алди, так что вряд ли мой след мог сохраниться. Меня поражала сообразительность волчат, и я испытывала некую гордость за них. Ведь так же, как и Ал, они были моей семьей.

Вы слишком юны, чтобы все понять. Но ваш отец, как и ваша мать, были моим волками.

Локси поджал хвост, может, они все-таки что-то знали о Нилли.

Нашу мать убил человек! Людям нельзя доверять!

Не всем! Я пыталась возражать. Но ваш отец вам обязательно когда-нибудь объяснит, что я не представляю опасности.

Тогда почему же он сейчас молчит?

Потому что сейчас его здесь нет.

Волчата попятились от меня, поджимая свои пушистые серые хвосты, страх читался в их желтых глазах.

Не бойтесь, я вас умолю.

Где наш отец?

Я не знаю. Пришлось сокрушенно признать правду. Я оказалась в его теле и совершенно этого не ожидала. Где Алди даже предположить сложно.

Удивленное движение Айдины сказало о том, что что-то заставило ей мне поверить.

Локси, тихонько зашептала она, надеясь, что я ее не слышу. Помнишь, отец говорил вчера, что ему нехорошо? Он сказал…

Что будто вши ползут к нему под шерсть, припомнил волчонок.

Мы верим тебе, выступила Локси. Но кто ты такая?

Я королева. Но это для вас не имеет значения.

Ты Страстная?

Да, это я.

Локси и Айдина подошли ближе ко мне, теперь уже не испытывая суверенного ужаса передо мной.

Почему ты сразу не сказала? Отец говорил, что ты единственная из людей нас можешь слышать.

Не единственная, поправила я, но это в какой-то степени является правдой.

Где наш отец?

Если бы я могла знать, Локси.

Волчонок угрожающе зарычал, его маленькие клыки показались из-под серых губ, сестра раздраженно хлопнула его хвостом по боку.

Прекрати, Локси!

Откуда ей известны имена?

Я ведь слышу вас. Не забывайте.

Им не нравилось то, что какой-то незнакомый человек проник в тело их отца, и это приводило волчат в такое же замешательство, что и меня. К сожалению, я не могла им объяснить, как собираюсь это исправить потому, что сама не имела представления, возможно ли это.

Ваш отец многое вам успел рассказать?

Не думаю, ответила Айдина, которая была более доверчивой, чем ее брат. Скорее всего, Локси злился на то, чего просто-напросто не понимал.

Я не могла поверить в такое явственное сходство дочери и матери, но даже голос в моем сознании Айдины так походил на то, что я обычно слышала от Нилли. Так же, как и ее мать, она не боялась человека, в отличие от брата, который, судя по всему, унаследовал озлобленность и недоверчивость отца.

Ты должна вернуть его!

Я знаю, Айдина, что должна. Вот только я не знаю как.

Ты ведь человек, фыркнул Локси.

Это не значит, что я знаю все.

Ответ волчонку не понравился, он демонстративно отвернулся в другую сторону, исключая себя из разговора.

Он весь отца, ностальгически протянула я, не контролируя свою речь.

Локси настороженно поднял уши, словно это помогло бы ему слышать меня.

Я похож на отца? Наконец, он не выдержал.

Да, ответила я. Он тоже мне не доверял, когда мне довелось впервые встретить вашу мать и Алди.

Ты знала нашу мать! Удивления Айдины не было предела.

Да.

Ее убил человек, зарычал Локси. Которого я разорву на части, а потом буду прыгать в горячей сладкой крови.

Локси, отдернула брата Айдина. В маленьком существе было много необоснованной жестокости. Он просто хочет отомстить за маму.

Отец говорил, что ее вероломно убили. Что она попросила спасти нас, а сама осталась наедине с врагом.

Так и было. Мне горько даже думать о том, что все это я могла бы изменить.

Но где же ты была тогда?

Я… я не слышала Нилли. И не сумела прийти ей на помощь.

Или просто струсила, предположил Локси. Я не могла с ним не согласиться. Видимо, волчонок горячо любил мать, которую никогда не видел. Природа говорила в нем громче всякой памяти.

Нилли была частью моей души. Не думаю, что я бы испугалась за нее бороться.

Тогда ладно.

Что ты думаешь, Локси? Сестре не нравилось мрачное настроении брата.

Я думаю, что она постарается спасти отца. Кто-то ведь должен нас всему учить. Человеку не под силу вырастить волка.

Но…

Не спорь, Айдина.

Волчонок уже давил свою сестру авторитетом, и она подчинялась ему. Такая иерархия была привычна в волчьей стае. Меня радовало, что хоть немного, а эти щенки являлись дикими. Дети природы. Как бы порадовалась Нилли тому, что они готовы защищать свою стаю.

Из тебя вырастет хороший волк.

Я в этом не сомневался.

Ты слишком самоуверенный, Локси.

Меня удивляло развитие волчат, они не были похожи на несмышленых малышей, которые даже не понимали, что происходит вокруг. Видимо, все было дело в том, что они не являлись обычными волками. Все же в жилах Локси и Айдины тек Динео. Может, именно он усиливал и ускорял развитие волчат, а может, все так и происходило на деле, в обычных диких волчьих стаях.

А какой она была? Меня шокировал вопрос Айдины, но я не могла не ответить на него.

Ты на нее очень похожа, Айдина. Девочка замерла, пугливо приподняв лапку. Даже пятнышко такое же.

Правда?

Да.

Я ощущала волны радости, брат довольно смотрел на сестру, в желтых глазах промелькнула гордость. Их связывали очень крепкие узы, что были сильнее крови. Они будто являлись одним целым.

Нам пора возвращаться в нору, сказала я.

Волчата тут же понурили головы, опустив мордочки к земле.

Мне нужно отыскать способ вернуть вашего отца, а для этого мне нужно отыскать собственное тело.

Тело? Это испугало Айдину.

Ведь я сейчас в теле вашего отца.

Тогда нам точно нужно вернуть твою человеческую шкуру.

Да, только как…

Неужели ты вообще ничего не знаешь?

К сожалению, нет. Раньше я сталкивалась с подобным, но при это ваш отец был где-то тут, а в мое тело не пробирался чужак.

Чужак? Шерсть на загривке Локси тут же собралась в складки. Он был слишком впечатлительным волчонком.

Скорее всего, да. Я не знаю, кто там. Но должна это выяснить.

И вернуть нашего отца, в который раз повторила Айдина, которая переживала по этому поводу.

Теперь на мне лежала ответственность за этих щенков еще большая, чем раньше. Нужно было вернуть им Алди, хотя я не могу приложить ума, как сделать это. Что если это невозможно? И тогда мне всегда придется обманывать щенков, и они не сумеют вырасти полноценными волками? Нет. Этого допустить нельзя.

Тебе придется быть осторожной, рассудительно заметил Локси. Этот малыш с каждым мгновением все больше мне импонировал.