Текст книги "Брак и мораль"
![](/books_files/covers/thumbs_240/brak-i-moral-1761.jpg)
Автор книги: Бертран Рассел
Жанр: Зарубежная образовательная литература, Наука и Образование
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 16 страниц) [доступный отрывок для чтения: 4 страниц]
В 20-30-е гг. Рассел полностью посвятил себя лекционной, преподавательской и публицистической деятельности. За этот период им было написано 26 книг, из них только две – «Анализ сознания» («The Analysis of Mind», 1921) и «Исследование проблемы смысла и истины» («The Inquiry into Meaning and Truth», 1940) – были по-настоящему философскими. Все остальные были написаны для широкой публики. В типичном для Рассела напористом стиле он пытался привлечь читателя на свою сторону. К их числу относится и книга «Брак и мораль» («Marriage and Morals», 1929), написанная на основе лекций, прочитанных Расселом в Америке в 1924, 1927 и 1929 гг.
После того как истек срок, предоставленный ему для чтения лекций по математике в Тринити-колледж, Рассел решил посвятить себя вопросам педагогики. Вместе с Дорой он организовал школу для детей в возрасте от двух до семи лет в Бикон-хилл на южном побережье Англии в графстве Сассекс. Дора и он преподавали математику, естествознание, историю и географию. Преподавался также французский язык, были приглашены и другие учителя. Для самых маленьких была подготовительная (детсадовская) группа. Условия были очень хорошими (солнце и море), а зарплата учителей вполне сносной. Кроме того, у каждого из них была своя комната. В этой школе обучались и его дети, Джон и Кэтрин. Расселу пришлось вкладывать в школу свои средства (с этой целью он ездил в Америку), потому что плата за обучение была умеренной, да и богатые люди не спешили отдать своих детей в школу Рассела, социалиста и атеиста (и даже большевика; немногие прочли его книгу о большевизме; между прочим, Уинстон Черчилль ее очень хвалил, но Расселу было неприятно это слышать).
Идея свободы половых отношений для каждого из супругов, которую Рассел пропагандировал в книге «Брак и мораль», оказалась на практике не приемлемой для него. Когда летом 1930 г. у Доры родилась дочь, отцом которой был молодой американский журналист, Рассел почувствовал, что он не может любить ребенка так же, как своих детей. Спустя два года у Доры родился сын от того же молодого человека, и Расселу и ей стало ясно, что развод неизбежен. Летом того же 1930 года в школе в Бикон-хилл появилась молодая красивая девушка, заканчивающая учебу в Оксфорде. Все называли ее Питер. Это была Марджори Спенс, сменившая имя Марджори на Патрицию. Джон и Кэтрин очень полюбили ее и говорили, что она им нравится больше, чем все другие преподавательницы. Между нею и Расселом начался роман. В начале 1935 г. Рассел получил развод. После бракоразводного процесса врач констатировал у него острое нервное истощение и рекомендовал Расселу полный покой, по крайней мере, в течение трех месяцев. Лишь в сентябре 1935 г. Рассел смог вернуться к работе. Он понимал, что ему надо сделать выбор: провести ли остаток дней в одиночестве или же еще раз жениться? В середине января 1936 г. между лордом Бертраном и Патрицией (Питером) Спенс был зарегистрирован брак, а в начале следующего года у него родился от нее сын, которого он назвал Конрад Себастьян Роберт.
После прихода к власти Гитлера, после гражданской войны в Испании всем стало ясно, что война в Европе неизбежна. Она уже шла в Африке и в Азии. В Африке фашистская Италия напала на Абиссинию, в Азии милитаристская Япония оккупировала север и юг Китая и намеревалась захватить английские колонии. Для своей новой семьи и для Джона и Кэтрин спасение от надвигающейся катастрофы, считал Рассел, можно было найти только в бегстве в Америку. Он начал переписку с американскими университетами, предлагая свои услуги. В марте 1938 г. он получил приглашение от ректора Чикагского университета занять должность профессора философии в течение 1938/1939 учебного года. Когда Рассел прибыл на пароходе в Нью-Йорк, начался мюнхенский кризис, который привел затем к захвату нацистами Чехословакии.
Летом 1939 г. закончился учебный год, но ректор университета, хотя это было им обещано, не продлил договор, и Рассел оказался вновь в трудном положении. К счастью, пришло приглашение из Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе. Здесь почти все время светило солнце, сразу за городом была пустыня и в нескольких километрах от центра города – побережье, которое омывал Тихий океан, да и университет находился за чертой города, в Санта Барбара. Казалось, все устроилось на ближайшие три года (в течение этого периода Рассел мог занимать должность профессора университета). Но очень скоро между ним и ректором начались трения (последний считал университет своей вотчиной), и Расселу это начало действовать на нервы. В феврале 1940 г. он получил приглашение из городского колледжа в Нью-Йорке и подал прошение об отставке, которое было с радостью принято. Только после этого Рассел сообразил, что приглашение не носило официального характера. Все, что произошло дальше, было каким-то кошмаром. Расселу пришлось обратиться в суд. Между тем в печати началась истерическая кампания: в каждой газете изо дня в день повторялось одно и то же – Рассел атеист, социалист и развратник. Газеты публиковали письма матерей семейств, в которых говорилось, что они не желают, чтобы их дочерей обучал этот порочный тип. Несмотря на поддержку американских ученых и преподавателей (был создан комитет для защиты Рассела), он проиграл судебный процесс, и его последующие апелляции были отвергнуты.
Снова он оказался в безвыходном положении. Кроме того, что у него на руках были жена и маленький сын, ему еще надо было платить за обучение Джона и Кэтрин. И снова судьба оказалась к нему благосклонной. Мультимиллионер Альберт Барнс, основатель фонда своего имени и владелец бесценной коллекции французской живописи, прочитав газеты, понял, что у него есть реальная возможность заполучить Рассела в качестве лектора для своего колледжа в Мерионе, пригороде Филадельфии. Рассел с радостью принял его приглашение, и между ним и Барнсом был заключен договор на пять лет, согласно которому Рассел обязывался прочесть курс лекций по истории философии, причем он мог читать лекции и в других местах, если они не помешают исполнению его обязанностей по договору. Расселу и его семье был предоставлен небольшой коттедж (Барнс предлагал занять целый особняк, но Рассел отказался). Его гонорар должен был составить 24 000 долларов за весь период.
У Альберта Барнса, как и у многих богачей, были неискоренимая склонность к самодурству и привычка ставить всех на свое место и придираться по пустякам. Когда Рассел начал читать лекции в Мерионе, ему уже через год пошел бы восьмой десяток, и ему, конечно, требовалась помощь секретаря. Эту роль взяла на себя Питер, и она стала иногда появляться в аудитории на тот случай, если она будет нужна Расселу. Сидя где-нибудь на заднем ряду, она коротала время, занимаясь вязанием. Именно этот факт Барнс поставил в вину Расселу и, конечно, присовокупил сюда чтение лекций в других местах. Он объявил Расселу, что разрывает с ним договор. Разумеется, это было противозаконно, и Рассел обратился в суд, но коттедж пришлось покинуть и устроиться в маленьком домике без ванны и горячей воды. Снова Рассела спас его литературный дар. В 1950 г. он получит Нобелевскую премию по литературе. Издательство «Саймон и Шустер» заключило с ним договор на издание знаменитой книги «История западной философии» и предоставило аванс. Все оставшееся до возвращения в Англию время Рассел писал эту книгу, работа над которой началась с чтения лекций в Мерионе.
Весной 1944 г. Рассел с семьей возвращается в Великобританию, чтобы занять профессорское кресло и квартиру самого Ньютона в Alma mater, т. е. в Тринити-колледж. Дело в том, что ученый совет и master (ректор) пересмотрели более чем двадцатилетней давности решение лишить его профессорской должности. Почти шестнадцать лет Рассел остается фигурой, которая прекрасно вписывается в establishment, простивший ему даже развод с третьей женой и женитьбу на Эдит Финч в 1952 г. не в последнюю очередь за его четко выраженную антикоммунистическую позицию. Однако испытания термоядерного оружия заставили Рассела примкнуть к тем, кто требовал запретить ядерное оружие. Рассел пишет Альберту Эйнштейну, который горячо принимает его идею объединения ученых всего мира – и западного, и коммунистического – в борьбе против ядерной угрозы человечеству. Появляется манифест Рассела-Эйнштейна и вслед за ним Пагоушское движение, объединяющее всех ученых, которые выступают за запрет ядерного оружия. Одним из инициаторов этого движения был выдающийся французский физик-ядерщик Фредерик Жолио Кюри, коммунист по своим убеждениям.
В начале 60-х гг. движение, требующее запретить ядерное оружие, стало в Великобритании массовым. 6 августа 1961 г., в день, когда над Хиросимой шестнадцать лет назад была взорвана атомная бомба, на Трафальгарской площади в Лондоне состоялся многотысячный митинг, на котором седой как лунь Рассел выступил с речью. В сентябре того же года он и его жена Эдит по решению суда – они обвинялись в пропаганде гражданского неповиновения – были приговорены к двухмесячному тюремному заключению. Всем было ясно, что власти совершили очередную глупость, но Расселу было выгодно для распространения своих идей выступать в роли мученика. Он и Эдит отбывали заключение в тюремном лазарете – адвокаты добились смягчения решения суда – в течение двух недель.
Последние годы жизни Рассел впервые обрел семейный покой и работал над своей последней книгой, которую он назвал «Автобиография Бертрана Рассела». Первый том вышел в свет в 1967 г., второй – в 1968 г. и третий – в 1969 г. Рассел начал делать заметки о своей жизни еще в 1911 г., более обширная рукопись была завершена в начале 30-х гг. после разрыва со второй женой Дорой. Окончательная редакция вместе с дополнениями в виде цитат из своих писем и ответов адресатов составила опубликованный текст книги.
Рассел скончался в своем загородном доме 2 февраля 1970 г.
* * *
Книга «Брак и мораль» вышла в свет очень давно, более семидесяти лет назад. Кое-что в ней, несомненно, устарело, некоторые оценки Рассела (отношение к христианству и средневековью) вызывают справедливую критику, поскольку взгляды Рассела в этих и некоторых других вопросах типичны для последователя позитивизма. Однако книга вызывает и сейчас живой интерес как тем, что это еще одна непереводившаяся ранее на русский язык книга всемирно известного философа и гуманиста, так и тем, что в ней затронуты вопросы, касающиеся жизни каждого человека. Бертран Рассел не один раз напоминает читателям этой книги, что само существование рода человеческого, т. е. существование на планете Земля биологического вида homo sapiens, зависит от того, насколько глубоко чувство любви, соединяющее духовно и телесно мужчину и женщину. Зависит оно также от того, насколько серьезно они осознают свою ответственность, беря на себя заботы о воспитании своих детей. В книге много говорится о половых отношениях, о свободной любви, о праве каждого из супругов на измену – автор поддерживает фрейдистов, для которых секс – главный фактор, определяющий психологию и даже интеллект человека, хотя он как логик и математик не согласен с ними во всем, что связано с наукой и отчасти литературой.
Всем давно и хорошо известно, что в действительности существуют два вида любви, которые отличаются между собой, как небо и земля. Об этом прекрасно сказал М.М. Пришвин.
Одна как у животных: получил и отпихнул ногой или швырнул, как Стенька швырнул в Волгу свою княжну, как огромное большинство мужчин представляет себе любовь к женщине.
И есть другая любовь, в которой приходит свое утверждение никому не ведомым, каким-то прекрасным чертам любимого человека; эта любовь как признание, как выход одинокому в «люди». Мы измеряем любовь по делам их (людей), направленным к счастью нового человека (ребенка). В таком понимании любовь называется браком.
Ясно, что та любовь, которая сводится к удовлетворению сексуального желания, не может быть долговечной; людям, которых на одну или две ночи соединяет постель, противна сама мысль о детях. Народ, ничего не знающий о нормах морали в отношениях между полами (sexual morality по Расселу), называет такую любовь беспутством и распутством. Это означает, что народ рассматривает любовь и, более узко, половые отношения с точки зрения норм традиционной морали, хотя она так не нравится Расселу, – критике этой морали он посвятил много страниц в своей книге. Рассел, несомненно, прав, когда клеймит ханжей и лицемеров, самозванно присвоивших себе титул защитников «морали» и пользующихся своим положением в обществе для того, чтобы запрещать не понравившиеся им книги, спектакли и фильмы. В то же время несколько комично выглядит его убеждение, что детям от двух до пяти лет надо рассказать (интересно, в какой форме?) о половых отношениях. Вопросы полового воспитания, которые поднял Рассел в книге «Брак и мораль», были решены на Западе после Второй мировой войны, а у нас в 70-80-е гг. Теперь мы то и дело слышим по радио и телевидению слова «шлюха», «трахнуть» и т. д. По телевидению дети, если им не препятствуют взрослые, могут даже видеть половой акт.
Общество напоминает живой организм в том отношении, что оно желает как можно дольше продолжать свое существование и воспроизводить свою структуру. Эти основные функции общества выполняют цивилизация и культура. Половые отношения для всех живых существ связаны с основным биологическим законом воспроизводства вида благодаря передаче из поколения в поколение генетического кода, характерного для данного вида.
Но человеческое общество отличается от любой биологической популяции тем, что оно живет по своим законам, которые предписывают членам общества определенные нормы поведения в зависимости от положения в обществе. Эти нормы определяют положение мужчины и женщины и их обязанности и права в отношениях друг с другом. Эти нормы представляют собой законы и обычаи, которыми определяются брак и семья в обществе на данном отрезке истории.
Безусловно, правы те антропологи, которые доказывают, что вначале была семья, потом возникло объединение связанных общим родством семей, потом племена объединились в союз – так возникло первобытное общество с его зачатками цивилизации и культуры, благодаря которым только и могло быть обеспечено сохранение вида homo sapiens. Ведь если животное благодаря инстинктам почти сразу после своего рождения становится вполне самостоятельным, то человеческое дитя надо выносить, вынянчить, научить говорить и ходить и затем в течение почти двух десятков лет проделать вместе с ним работу по его воспитанию и образованию для того, чтобы из родившегося ребенка получился человек, хотя, конечно, в первобытном обществе этот процесс проходил быстрее. Рассел очень точно отметил тот факт, что инстинкты не играют почти никакой роли в психологии человека и даже половой инстинкт требует определенного периода обучения и практики. По-видимому, это связано с объемом головного мозга человека. Процентное отношение массы мозга человека к массе его тела максимально по сравнению с таким же отношением у других биологических видов. Кроме того, только человеку свойственно умение выразить мысль через слово или символ. Очевидно, именно поэтому процесс овладения знаниями (сюда относятся все виды культуры и определенные виды ремесел и техники) растягивается на долгие годы. Но только благодаря долгому периоду ученичества новым поколениям становятся понятными Гомер и Данте, Рабле и Сервантес, Шекспир, Гёте и Пушкин. Все они и еще сотни не названных мною великих людей являются лучшими представителями человечества, без которых существование современной цивилизации и культуры было бы невозможно.
В жизни каждого из нас случайность играет весьма значительную роль. К числу случайных событий относятся как зачатие ребенка, так и генетические данные, полученные им от своих родителей. В книге «Брак и мораль» есть глава под названием «Евгеника». Когда Рассел читал в 20-е гг. в Америке лекции, которые потом составили отдельную книгу, евгеникой занимались многие генетики. В «Большой медицинской энциклопедии» (первое издание, 1929–1936 гг., в 35 томах) есть статья «Евгеника», написанная известным генетиком Ю.А. Филиппченко. У меня нет никаких данных о том, что в Советском Союзе проводились какие-либо исследования, связанные с евгеникой, однако известно, что такие исследования проводились в нацистской Германии. Более того, уже во время войны были созданы специальные дома, где чистокровные арийцы (вопрос о чистоте крови или расы относится к числу трудно разрешимых) встречались с чистокровными арийками, чтобы зачать ребенка с арийской кровью. Таким образом, то, о чем Рассел писал в гл. XVIII как о фантастической гипотезе, пыталось осуществить в действительности ведомство рейхсфюрера СС Генриха Гиммлера. Правда, неизвестно, по каким критериям (евгеника определяет такие критерии) делался подбор пар для экспериментов и совершенно неизвестно, что стало с родившимися детьми.
В начале 50-х гг. был открыт биохимический механизм передачи генетической информации, и в настоящее время широко проводятся эксперименты, в результате которых возможно изменение генетической информации в процессе ее передачи. По сути дела генетика затрагивает уже ту область, которой пыталась заниматься евгеника. Уже появились люди, рожденные «в пробирке». Остро стоит вопрос об этической стороне этих экспериментов. В связи с всеобщим кризисом морали, который уже отмечал Рассел, вряд ли можно ожидать, что эти эксперименты принесут человечеству пользу.
Но вернемся опять к случайности и ее роли в жизни каждого из нас. Брак и семья – такие же случайные явления, как и пол ребенка. Правда, современная генетика уже может изменить пол новорожденного, но какова цена таких экспериментов покажет лишь будущее. О том, какова роль случайности в браке и, следовательно, в характере вновь возникшей семьи, хорошо сказал Бернард Шоу.
Когда женщина, – писал он, – выбирает себе мужа или когда мужчина выбирает себе жену, они должны хорошенько обдумать, что за человек, которого они выбрали себе в мужья или в жены: эгоист он или альтруист, любящий приказывать или послушный, грубый и властный или ангел во плоти, скупой или мот, осмотрительный или беззаботный, кроткий или мстительный, скрытный или общительный, приятный собеседник или зануда – и еще великое множество различий и оттенков, благодаря которым браки так сильно отличаются друг от друга.
Но ведь все эти различия и оттенки являются результатом случайных событий, с одной стороны, связанных с наследственностью мужа или жены, а с другой – с тем жизненным опытом и привычками, которые муж или жена приобрели на своем жизненном пути, начиная от детского сада и до седых волос, и которые также являются результатом случайных обстоятельств. Многие, прочитав это, быть может, скажут: выходит, по-вашему, брак – это лотерея, а где же разум и воля тех, кто вступает в брак? Вопрос поставлен правильно, и ответ на него раньше искали в родословных жениха и невесты, потому что сто и более лет назад браки заключались между семьями, жившими в одном селе или городе не менее ста лет. Согласия девушки или парня на брак даже и не спрашивали. В художественной литературе такие браки рассматриваются как несчастливые, но художественную литературу, т. е. писателя в первую очередь, интересуют лишь исключительные случаи, такие как, например, брак Эммы Бовари или Анны Карениной. Большинство браков нельзя назвать ни счастливыми, ни несчастливыми, потому что в них постепенно, благодаря взаимному воспитанию и общей судьбе, возникает глубокое чувство взаимопонимания и дружбы, которое дороже романтической любви, которую восхваляет Рассел.
Все случаи романтической любви, которые приводит в пример Рассел, относятся к литературе. Например, Тристан и Изольда, Ромео и Джульетта. Но уже в случае, послужившем сюжетом для романтической трагедии Шелли «Семья Ченчи», историки не видят ничего возвышенного, а только проявление низменных страстей и стяжательства. Что же касается великих фигур романтического движения, то о них можно сказать словами Бернарда Шоу: «Байрон, Шелли и Мери Вулстонкрафт рассматривались при жизни как совершенно безнравственные личности. Но спустя полвека после их смерти они стали кумирами читающей публики». Пушкин знал о том, что «среди детей ничтожных мира, быть может, всех ничтожней он [поэт]». Именно этим объясняется столь характерный для эпохи романтического движения разрыв между поэтическим творчеством и жизнью поэтов и писателей того времени. В литературе и искусстве остаются только произведения, а их авторы интересуют лишь немногочисленных историков литературы и искусства. Впрочем, романтическое движение, кроме поэзии, создало еще и великую музыку. В историю музыки навсегда вошли имена Шуберта, Шопена и Листа.
Одним из важных и злободневных вопросов, затронутых в книге «Брак и мораль», являлся вопрос о проституции. Все, что было высказано Расселом по этому поводу, остается в силе. Однако со временем все на свете меняется и, как правило, далеко не в лучшую сторону. Если раньше, до Второй мировой войны, проституция носила ограниченный характер, то теперь это уже массовое явление. Более того, это такой же бизнес, как и любой другой. Проститутки не только поджидают на улице прохожих – это самые жалкие создания среди проституток, – они снимают квартиры, где принимают клиентов, которые в состоянии оплатить сексуальные услуги; они находятся на хорошем жалованье (равном зарплате менеджера или директора крупной компании) у транснациональных компаний и спецслужб. Профессия проститутки стала престижной и очень выгодной. Социологическими исследованиями установлено, что проституцией занимаются даже замужние женщины, которые не испытывают нужды. Вместе с венерическими заболеваниями, которыми можно заразиться от проституток, появилось новая грозная болезнь – СПИД, от которой пока не найдено средств защиты.
Массовая культура, начавшаяся с сентиментальных фильмов о продавщице универмага (но только не о проститутке!), вышедшей замуж за мультимиллионера, возвела на свой пьедестал сначала Элвиса Пресли, потом «Биттлз», а затем музыкантов и бардов, от которых Шуберт и Шелли переворачиваются в своих гробах. Все они становятся миллионерами, живут с очередной женой на какой-нибудь вилле и зарождают в головах юных неучей мысль, что и те могут стать такими же. Мало кто задумался над тем, какие доходы приносят они хозяевам show-business. Все это, вместе взятое, разрушает основы гуманистической культуры, в основе которой была общечеловеческая, веками создаваемая мораль, непреходящие ценности бытия. Если человечество не одумается, оно придет к финалу, описанному Оруэллом в романе-утопии «1984» (имеется в виду год; роман издан в 1949 г.). Оруэлл умер в самом начале 1950 г. и мог только догадываться, куда приведут общество тенденции аморализма, вседозволенности и public relations (сокращенно PR или по-русски пиар). В романе Оруэлла пиар – основная функция Министерства Правды, сотрудники которого, как и современные пиарщики, создают имидж политическим деятелям, выдавая их за абсолютно честных и порядочных личностей, и интерпретируют происходящие события таким образом, что черное становится белым и наоборот.
В книге Рассела мы, к сожалению, не найдем рассмотрения такой важной проблемы, как нормы морали, и sexual morality в частности, зависят от системы ценностей, принятой в обществе на данном этапе его развития. Однако можно показать, что система ценностей влияет как на экономические отношения, так и на государственный аппарат, точнее, на чиновников, занятых на государственной службе. Понятно, что нравственный климат в семье и даже само ее существование зависят и от состояния экономики, и от государственной политики в вопросах, связанных с трудоустройством, здоровьем и образованием населения, и, наконец, от экологии среды обитания.
Нет ничего удивительного в том, что для массового производства с его новейшими технологиями требуются ресурсы всего земного шара. Именно этим объясняется глобализация. Рассел в своей книге не раз упоминает идею мирового правительства, которое, как ему кажется, решит все наболевшие проблемы. Как известно, Бертран Рассел был сторонником социализма, но в такой форме, когда капиталисты делятся своими прибылями с трудящимися. Быть может, среди современных олигархов и найдется когда-нибудь новый Роберт Оуэн, но едва ли его судьба будет отличаться от судьбы Оуэна, капиталиста-филантропа, который в начале XIX в. пытался обеспечить для рабочих и их семей нормальные условия существования. Другие капиталисты были возмущены тем, что им придется тратить часть своей прибыли на нужды рабочих, которых они считали быдлом, и объединенными усилиями «помогли» Оуэну разориться.
Глобализация означает, что мировое правительство (мечта Бертрана Расселла и некоторых интеллектуалов) будет состоять из чиновников, находящихся на службе у транснациональных монополий. Однако еще до того, как такое правительство могло бы быть создано, разразится экологическая катастрофа, которая отбросит человечество в пещерный век, а затем вид homo sapiens исчезнет с лица Земли. Правда, остается, как всегда, надеяться на то, что найдутся разумные политики, капиталисты, ученые и деятели культуры, которые попытаются возродить традиционные ценности, лишь благодаря которым возможно существование семьи и, следовательно, человечества.
Ю.В. Дубровин
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?