Читать книгу "Ведьмины бойцы"

4. Ведьма всегда рядом с тобой

Тот факт, что ей придется провести год в качестве ученицы Юн Джон, независимо от того, уйдет она с работы или нет, вызывал у Боры странное чувство тревоги. Мысль о том, что Юн Джон на нее злится, улетучилась, сменившись беспокойством: «Может, госпожа Со сдерживается, потому что хочет от меня просто избавиться?»

Наступила весна, и дети начали знакомиться друг с другом. Работы по упаковке посылок прибавилось. Даже после того, как Юн Джон отсеяла опасные предметы, оставалось еще много вещей, которые нужно было упаковать.

– Проклятых товаров очень много, – пробормотала Юн Джон, внимательно осматривая один из пакетов.

Бора ответила, не поднимая глаз:

– Так и происходит. Дети растут, и таких вещей у них становится все больше.

Лицо Юн Джон осталось неподвижным.

В это время года чары и проклятия обычно идут рука об руку. Дети, которые не хотят быть изгоями в школе, покупают чары, дети, которых избегают, покупают проклятия, и так далее… Поздняя весна – горячий сезон, поэтому в продаже должно быть много заклинаний…

Бора потянулась и размяла шею.

– Я вижу, вы строите графики продаж товаров или что-то в этом роде.

– Я ведь должна знать, если что-то пойдет не так, – сказала Юн Джон, понизив голос.

– Возможно, что-то уже не так.

Бора все еще чувствовала себя неуютно рядом с Юн Джон. Очевидно, приобретая что-то, приходится что-то терять. Травы и шкуры животных не появляются из воздуха. Отчаянное желание Джуын заполучить хоть один волосок Боры наглядно показало, что без ингредиентов заклинание не сработает. Однако черные облезлые кошки все еще не выходили у Боры из головы.

– Я пойду. Мне еще нужно провести кое-какие исследования для домашнего задания.

– Хорошо. Позвони мне, если приедешь вечером, чтобы доставить посылки.

Бора кивнула и направилась в интернет-кафе. Ее домашний компьютер работал медленно, и на нем можно было открыть всего две вкладки. По дороге в торговый центр, где находилось интернет-кафе, она нервно прикусывала внутреннюю сторону щеки. Что-то было не так. Проблема была не только в том, что слишком много людей искали волшебные предметы, но и в том, что эти вещи поставляли оккультные магазины по всей стране. Несколько магазинов проводили акции, так что нельзя сказать, что это был оккультный бум. Бора купила предоплаченную карту и села за стол. Во время звонка она услышала какой-то щелкающий звук.

Бора повернулась и увидела девушку лет шестнадцати, которая грызла ногти.

– Как же бесит…

Бора подумала, не надеть ли ей наушники, но тут девушка сказала: «Вот блин», вскочила и пошла прочь.

– Опять требуют подтверждение возраста. Сплошное невезение!

Бора откинулась в кресле и посмотрела на экран компьютера девушки. У нее был открыт блокнот и окно браузера.

Это была страница оккультного магазина. Темный фон и шрифт, который должен был выглядеть таинственно. В блокноте скопировано около дюжины адресов интернет-сайтов. Бора огляделась и сфотографировала их на камеру мобильного телефона. Снимок получился нечетким, но она смогла разобрать буквы. Просматривать эти сайты прямо в кафе было бы равносильно признанию в том, что она подглядывала за девушкой за соседним компьютером, а искать на телефоне было неудобно. К тому же, когда она делала снимок, на блокноте помимо сайта было написано несколько слов китайскими иероглифами. Бора увеличила снимок и пробормотала:

– Эта девушка сошла с ума…

Бора знала не все иероглифы, но в значении некоторых была уверена. Уши, убийство, душа. Эти символы она встречала десятки раз, изучая историю восточных ведьм и колдовство, и было очевидно, зачем девушка искала это в оккультном магазине. Бора быстро закончила свое домашнее задание и направилась обратно в офис.

– Госпожа Со.

Открыв дверь, Бора окликнула Юн Джон, и та с любопытством посмотрела на нее, держа в руках коробку для посылок.

– Можно я ненадолго воспользуюсь вашим компьютером?

– Делай свои домашние задания в другом месте.

– Это не домашнее задание. Я просто подумала, что вы должны кое-что увидеть.

Юн Джон с интересом посмотрела на телефон Боры, где был открыт снимок блокнота.

– Что ты принесла на этот раз?

Бора переслала ей фотографию. Юн Джон увеличила ее и рассмеялась:

– Упрощенные, традиционные китайские и японские иероглифы. Кем бы ни был этот человек, он серьезно относится к проклятиям.

Когда она открыла первый сайт, ее сразу же встретило всплывающее окно с проверкой возраста. Бора поняла, почему девушка в интернет-кафе была так раздражена. Большинство сайтов, которые отметила девушка, требовало подтверждения совершеннолетия, а на главной странице было написано, что они не продают товары детям. После того как Бора подтвердила свой возраст, на экране появился ряд жутких предметов.

– Одиночество, это когда насекомые поедают друг друга, пока не останется только одно… Эту ветку дерева срубили возле могилы в плохой день. Амулет тоже сделан довольно хорошо. Будет ли это достаточно эффективно для заклинания? Если ты покупаешь что-то, не зная, как этим пользоваться, нередко можно сломать одну или две конечности.

Юн Джон жестом попросила Бору освободить ей место за компьютером и сама села и продолжила листать сайт. Дойдя до конца страницы с товарами, Юн Джон сказала:

– Это дорого и, конечно, опасно. Даже для взрослых. Чтобы получить доступ к этим предметам, нужен сертификат ведьмы, а не эта жалкая проверка возраста…

Бора и Юн Джон одновременно пробормотали:

– Ан Мари.

Однако Ан Мари больше не было. На водохранилище больше не было ни одной ведьмы. Юн Джон взъерошила волосы и снова уступила свое компьютерное кресло Боре.

– Кто бы это ни был, это точно не Ан Мари. Она продавала готовый продукт, а не ингредиенты.

– Но если что-то подобное появится в нашем районе…

Юн Джон махнула рукой на предостережения Боры:

– Осмотри его, отправь обратно, и все, с предупредительной запиской. У ведьм в бизнесе в наши дни нет никакой морали.

Бора проглотила ком, подступивший к горлу. Разве они не подвергли Джуын опасности, хотя и отправляли то, что было проверено? Не было смысла спорить с Юн Джон. Она всегда считала, что покупатель несет ответственность за побочные эффекты проклятия, так что им не было смысла останавливать отправку этих вещей.

– Кан Бора, ты сейчас думаешь о чем-то странном.

Юн Джон с раздражением развернула стул лицом к Боре.

– Я просто подумала, может, нам стоит прекратить это.

Бора избегала взгляда Юн Джон. Та покачала головой:

– Я не обязана прекращать, и ты тоже не обязана.

– Что, если я займусь этим в одиночку?

Слова пришли из ниоткуда, удивив ее саму. Экран компьютера источал жутковатое свечение. Бора почувствовала себя глупо из-за того, как легко Юн Джон распознала предметы, которые они только что увидели.

«Может быть, я останусь здесь только на год».

«Может быть, мне это не нужно».

Она и не подозревала, что результатом этой мешанины мыслей станут глупые слова: «Я займусь этим самостоятельно». Юн Джон скрестила руки, посмотрела на Бору и отвернулась:

– Я не могу всегда прикрывать тебя. С чего вдруг я вообще должна это делать?

Если Бора погибнет от руки другой ведьмы, жизнь Юн Джон сократится вдвое. Ради своей жизни Юн Джон должна была приглядывать за Борой, когда та делала что-то опасное, и значит, если она попадет в неприятности, Юн Джон будет втянута в это вместе с ней. Не говоря ни слова, Бора поднялась со своего места.

«Мне дали лишь один год, и срок истекает с каждым днем, так что еще я могу сделать с той малой толикой колдовской силы, которая у меня осталась?» – размышляла Бора, выходя из офиса. Выйдя на улицу, она пробормотала:

– Да пошла ты, Со Юн Джон.

5. Мы защитим друг друга

Юн Джон протяжно вздохнула, внимательно изучая квитанцию. Сегодня был день отправки опасных предметов. Доставлялись даже некоторые опасные посылки, которые не прошли проверку. Однако было одно условие: Юн Джон должна была доставить их сама. Она лично привозила предметы получателям и заставляла их заполнить специальную форму, чтобы убедиться, что они понимают, что это за вещи, для чего они используются и каковы будут последствия. Когда людей просили заполнить квитанцию, больше половины из них отвечали: «Мне это не нужно. Оставьте себе», – и возвращали посылку обратно.

По мере того как количество таких опасных предметов росло, доходы «Ведьминой доставки» уменьшались. Отправка их обратно не приносила никакой прибыли. Если получатель передумывал и хотел выписать квитанцию снова, ему приходилось отдавать ее, так что в течение определенного времени она становилась невозвратной.

Юн Джон сегодня снова отвечала за одну из коробок с пометкой «опасный груз». Это был уже третий заказ от одного и того же человека. Она искренне надеялась, что он не поймет, как использовать эти предметы, и продолжит покупать их, не видя никаких результатов. С каждой покупкой проклятого предмета побочные эффекты для покупателя увеличивались. Последствием могла бы стать небольшая авария.

– Господи, что за любовь такая…

Юн Джон, глядя на коробки с надписями «Предметы любви и проклятия», вытерла лицо сухой рукой. Любовь – это в основном личные отношения двух людей, и если у человека, с которым ты хочешь быть, есть кто-то еще, ты хочешь проклясть его или ее, чтобы занять его или ее место. Вратарь не дает забить гол, но если вратарь получит серьезную травму, игра прервется. Некоторые товары были предназначены именно для этого.

– Перекошенные весы… Людей, которые делают такие вещи, нужно лишать лицензии на производство лекарственных и колдовских товаров.

Она прочитала инструкцию к «Перекошенным весам», которую нашла в интернете и распечатала. Это заклинание, которое должно было «завладеть сердцем» с помощью листа бумаги с именем вашего любимого, с вашим именем, с именем того, кого вы хотите проклясть, а также травяных масел и свечей. Однако в инструкции была опущена важная часть: «Проклятие может влиять на жизнь, здоровье и тому подобное пользователя столько, сколько будет действовать проклятие». Последствия, известные только ведьмам и неизвестные обычному человеку. Последствия использования «Перекошенных весов» зависели от заклинателя и его стремлений, но можно было навсегда потерять часть своей души.

– Как рассказать ей об этом?

Юн Джон как старшая ведьма должна была об этом сказать. Ее долг заключался в том, чтобы Бора поняла, что мир холоден и жесток, что он забирает больше, чем дает. Однако Юн Джон надеялась, что Бора будет винить только саму Юн Джон, а не ненавидеть всех ведьм. На самом деле она не хотела пускать ее в такое жуткое болото. Когда пришло время доставки, Юн Джон схватила свой плащ-невидимку и посылку и улетела.

Бора продолжала наблюдать за происходящим с крыши соседнего офисного здания. Юн Джон рассказала ей о специальной доставке опасных товаров в определенные дни недели, когда она только начала работать здесь два года назад.

«То, что я не обязана прекращать это, не означает, что я не должна попытаться это сделать», – подумала Бора. Как только Юн Джон появилась на крыше, Бора накинула плащ-невидимку и запрыгнула на метлу. Согласно ее знаниям, ведьма может наколдовать метлу, если ее пылесос потерялся или был угнан. Метла была ужасным средством передвижения, но это был единственный способ, с помощью которого Бора без пылесоса могла преследовать Юн Джон. Даже с подушкой, свернутой в рулон и закрепленной скотчем в местах соприкосновения метлы с ногами, на бедрах каждый раз появлялись мозоли.

Юн Джон прибыла по адресу доставки, на крышу дома. Спрятав плащ-невидимку и пылесос, она стала ждать с коробкой получателя у двери. Едва сдерживая слезы, Бора опустилась на то место, где Юн Джон спрятала пылесос, и присела на корточки: похоже, лопнул еще один волдырь.

– О, пришла доставка?

Девушка, выглядевшая чуть моложе Боры, открыла дверь на крышу с хитрым выражением лица и протянула руку Юн Джон. Доставка оккультных товаров была хороша тем, что получатель никогда не был удивлен, как бы подозрительно ни выглядел доставщик. Бора достала из кармана телефон и переключила приложение камеры в режим видеозаписи. В отстраненности Юн Джон было что-то подозрительное. После инцидента с кошкой она вела себя странно. Бора подумала, не связано ли это с участившимися случаями доставки опасных посылок, но это было лишь предположение. Она задумалась о настоящей причине. Если Бора собиралась стать ведьмой после годичного испытательного срока, она должна была работать с опасными грузами в «Ведьминой доставке», но почему же Юн Джон вела себя так, будто через год собиралась ее уволить?

Для Боры Со Юн Джон была начальницей, но она же была и старшей ведьмой. Той, кто никогда бы не позволила ей приблизиться к чему-то опасному. Ей было бы легче, если бы она знала причину, почему Юн Джон отталкивает ее.

Вместо того чтобы сразу отдать коробку, Юн Джон долго смотрела на плечо девушки. Она знала, что так ведут себя те, кто наблюдает за чем-то «застрявшим». Как кошмар, преследующий детей, у этой девушки, скорее всего, что-то было на плече. Юн Джон сделала шаг назад и покачала головой.

– Я не могу просто отдать эту посылку сегодня. Мне нужно подтверждение того, что вы знаете, что это такое, для чего это нужно и что произойдет, если все пойдет не так.

– Почему все так сложно?

Девушка с досадой откинула длинные волосы за спину. Юн Джон была непреклонна.

– Вы в третий раз сделали заказ в магазине, который продает товары только совершеннолетним.

Девушка вздрогнула и снова скорчила гримасу.

– Какое вам до этого дело? Вы всего лишь курьер. Отдайте мне посылку, я напишу подтверждение или что-то в этом роде. Просто отдайте ее мне.

– Сначала подпишите подтверждение.

Юн Джон держала предмет одной рукой, а другой что-то искала в кармане, когда девушка потянулась к ней.

– Отдайте сейчас же!

Юн Джон потеряла равновесие и упала назад. Бора как можно быстрее сбросила с себя плащ-невидимку и бросилась к Юн Джон, чтобы не дать ей упасть.

– Да что ж это такое… Опять ты?

Бора уставилась на нее широко раскрытыми глазами, но девушка лишь судорожно вздохнула. Юн Джон попятилась, и Бора подняла телефон, который уронила, чтобы поддержать ее. Функция записи видео уже была отключена, но Бора окрикнула девушку, направив на нее камеру:

– Знаешь ли ты, что виноват всегда тот, кто ударил первым? Как ты смеешь толкать женщину, которая тебе в матери годится? К тому же, заказывая что-то подобное, ты можешь сойти с ума. Понимаешь?

– Убери камеру сейчас же! Какое тебе вообще дело до этого? Я пришла для того, чтобы забрать посылку!

Пока незнакомка и Бора препирались, Юн Джон увидела на земле посылку. Низшие демоны, вцепившиеся в плечи девушки, были уже достаточно взволнованны. Юн Джон подняла коробку, чтобы отдать ее получателю, и как раз в тот момент, когда она потянулась в карман за средством, которое освободит девушку от демонов, голос Боры долетел до ее уха.

– Да, я племянница этой женщины. И что с этого?

Девушка замерла в удивлении, и Юн Джон посыпала ее голову и плечи порошком. Он попал ей в рот, и она выплюнула его. Фиолетово-черный дым окутал ее плечи и рассеялся. Бора обернулась и посмотрела на Юн Джон. Та проверила состояние девушки. Увидев, что она испугалась и не знает, что сказать, Юн Джон кивнула ей. Девушка хмыкнула, а затем посмотрела на Юн Джон пустым взглядом. Юн Джон протянула ей предмет и спросила:

– Для чего тебе это нужно?

Девушка покачала головой, пятясь. К звуку ее удаляющихся шагов примешивалось негромкое бормотание:

– Дело не в этом, я не хотела заходить так далеко, просто…

Девушка открыла дверь на крышу и быстро скрылась из виду. Посылка, Бора и Юн Джон остались одни. Юн Джон подошла к пылесосу и убрала коробку с помятым углом в пылесборник. Бора сняла плащ-невидимку и достала метлу. Юн Джон покачала головой.

– Из-за твоих выходок у меня поднимется давление, и я рано умру…

Юн Джон забралась на свой пылесос, и они вместе с Борой улетели.

6. Не бросай меня

Вернувшись в офис, Юн Джон сломала метлу Боры и сожгла ее магическим огнем. Она посмотрела на Бору с неким упреком, но та сидела на стуле с прямо, как будто она не сделала ничего плохого. Бора не знала, с чего начать разговор:

– Извините меня.

Она извинялась, но вид у нее был довольный. Юн Джон криво усмехнулась:

– За что?

– Вы не настолько старая, как моя мать. Простите, что заставила вас выглядеть моложе, чем вы есть на самом деле.

– Ты не умеешь извиняться, так что сразу видно, тебе ни капельки не жаль.

Юн Джон, как всегда, налила две чашки травяного чая. Бора послушно приняла их и поставила на стол. Юн Джон цокнула: такое отношение тоже было проблемой. Когда кто-то предлагал ей еду или напиток, она принимала это без вопросов.

– Что, если я нанесла яд на внешнюю сторону чашки?

Спросила Юн Джон, пока Бора дула на чай, и та с ужасом взглянула на нее:

– Разве вы не умрете тоже, если убьете меня?

– Посмотри, ты и это хорошо помнишь.

«Наверное, я поступила так, как поступила, из-за доверия к Боре», – сказала Юн Джон самой себе, заглушая свои прежние упреки. Однако лучше было сказать то, что она хотела сейчас, чем оттягивать разговор. Все равно это утро уже полно происшествий. Юн Джон откинулась в кресле, оглядела магазин и произнесла:

– Я думаю над тем, чтобы закрыть офис.

У Боры перехватило дыхание. Словно поняв, что речь идет не только о переезде офиса, Бора поставила чашку обратно на стол. Юн Джон подняла руку, не давая ей открыть рот, и продолжила говорить:

– Не стоит ведьме-доставщице долго задерживаться на одном месте. Не каждый день к нам приходят настоящие клиенты, и однажды нам не повезет, если местонахождение нашего офиса будет обнаружено. А если наш адрес узнает враждебно настроенный экстрасенс или ведьма, то это еще хуже.

Юн Джон повернулась к Боре спиной и прошептала:

– У меня слишком много связей.

Бора спросила:

– Я… могу доработать этот год здесь?

Юн Джон на мгновение замолчала. Это хороший торговый центр, поэтому любое помещение в нем, скорее всего, будет продано сразу же, когда его выставят на продажу. Но даже если его не купят, у Юн Джон не будет проблем. Бору можно было бы отпустить через год. Однако если бы она сделала это, если бы они с Борой действительно столкнулись как настоящие ведьмы друг против друга, они, возможно, не смогли бы поддерживать дружеские отношения, которые у них были сейчас. Юн Джон не была уверена, сможет ли Бора выдержать спор из-за территории или ссоры из-за драгоценных предметов.

– Я не собираюсь выставлять помещение на продажу прямо сейчас, но будь готова, даже ведьма никогда не знает, как поведет себя рынок недвижимости.

Бора хотела пошутить, но Юн Джон резко замолчала. Бора посмотрела на спину Юн Джон. Значит, она продолжала стареть. Стало больше седых волос. Однако изменить свою внешность с помощью колдовских знаний было проще простого. Это была ненастоящая жизнь, в которой даже старение контролировалось магией. Юн Джон однажды сказала что-то подобное: «Мои руки и ноги так болят, что я больше не смогу долго пользоваться своим телом». Она может однажды исчезнуть и появиться под другим именем. В этот момент Бора почувствовала, будто ее обдало порывом холодного ветра. Она поняла, что человек перед ней сейчас, не Со Юн Джон из прошлого или из будущего. Бора недовольно фыркнула.

– Тогда куда мне пойти и у кого учиться, когда пройдет год?

Бора еще так многого не знает, так многого не умеет, а теперь место, где она учится, исчезнет, и это пугало ее. Не глядя на Бору, Юн Джон медленно подошла к стопке коробок с посылками. Слезы – проявление эмоций, которое принято сдерживать. Она знала о пользе и вреде слез, но не могла вспомнить, когда в последний раз плакала. Она знала, что ей нужно уехать подальше от двадцатилетней Кан Боры, которая, вероятно, испытывала забытые ею эмоции. Когда на крыше дома Бора удержала ее от падения, она почувствовала некоторое облегчение, но вынуждена была признать, что чересчур полагается на нее.

«Должно быть, мы слишком привязались друг к другу».

Этого нельзя было допустить.

– В этом городе есть и другие ведьмы. Я же не единственная. Дживон или Гайя прекрасные ведьмы. В других местах тоже живут опытные ведьмы, которые могут обучить тебя всему, что захочешь, – холодно ответила Юн Джон. – Через год, где бы мы ни были, у нас появится больше возможностей, ведь мы не будем зависеть друг от друга. После этого ты можешь делать все, что захочешь: стать полноправной ведьмой, получить разрешение или обойтись без него, или обо всем этом забыть.

Юн Джон медленно произнесла последнее слово, надеясь, что ее голос не дрогнул.

– Ты уже взрослая, пора перестать вести себя глупо.

Слезы навернулись на глаза Боры, когда ее ненароком назвали дурочкой. Она знала, что Юн Джон не это имела в виду, но знала, что это правда, и это задевало ее гордость – Юн Джон обращалась с ней как с ребенком, даже не глядя на нее. Ей следовало бы просто извиниться и успокоить ее, что все будет хорошо, но отказ Юн Джон обучать ее вызвал у нее бурю раздражения. Поэтому Бора задала вопрос, ответ на который боялась услышать:

– Значит, вы собираетесь стать другим человеком, прожить другую жизнь и найти еще одну ученицу, как я?

Независимо от того, будет ли ответ положительным или нет, его будет больно услышать. Бора не знала, продолжат ли они общаться, если у Юн Джон будет новая жизнь и новая ученица. Она боялась, что повысит голос и спросит, почему Юн Джон так сурова с ней, когда в этом нет необходимости. Юн Джон молчала, повернувшись к ней спиной. Бора смотрела на нее, подбородок ее дрожал, а взгляд был холоден.

– Я не обязана отчитываться перед тобой о том, что мне делать.

Сердце Юн Джон погрузилось в бездонную глубину. Ее кровь и плоть могли быть взяты у других, но разум и сердце принадлежали только ей, и она боролась с желанием быть ближе к Боре так, как могла. Ее колотящееся сердце медленно успокаивалось. Она глубоко выдохнула, говоря себе, что боль пройдет и она должна сохранять спокойствие, чтобы они обе были в безопасности.