Читать книгу "Сквозь костры иллюзий"

– Ты что-то напутал. – Я развернулась на диване, и теперь облокачивалась подбородком о спинку. – Согласно двенадцатому правилу это нам нельзя с тобой разговаривать, а не наоборот.

– Нет никакого двенадцатого правила, – не выдержал Никита. От раздражения он взъерошил лохматые темные волосы и переступил с ноги на ногу.

После того как я вписала новый пункт, наемники продолжили добавлять правила. Появилось шестнадцатое и двадцать первое, а когда список перевалил за тридцать, Никита не выдержал. Смял листок, выбросил в урну и угловатым строгим почерком вывел новый свод, где все заканчивалось на цифре одиннадцать.

– А ты даже свои правила нарушаешь, – неожиданно пробубнил хакер.

– Я не держу зла на людей, в отличие от некоторых, – нашлась я, демонстративно выставив на стол ноги, ведь там красовались новенькие черные берцы.

В попытках найти подход к этой морозной колючке я даже пошла на уступки и последние несколько дней носила обувь. Но, кажется, мой поступок не тронул холодное сердце.

– Интересно, как ты это поняла, если ничего не помнишь, – бросил парень.

С каждым днем мириться с его колкостями становилось все сложнее. Даже Рома стал меньше раздражать. Я хотела ответить, но перед глазами снова вспыхнули пятна, а в виске раздалась боль. Новое лекарство Сережи не помогло. Я сползла по спинке дивана, свернулась и схватилась за голову двумя руками.

Через минуту почувствовала, как рядом с диваном кто-то присел. Даже с закрытыми глазами понимала, что это командир. Казалось, он действительно переживал за меня.

– Мы заедем в аптеку, и я спрошу таблетки посильнее, ладно? – негромко сказал он.

Я кивнула, заведомо понимая, что мне не поможет ни одно лекарство во всей Чехии. Жуткие боли связаны с видениями, и я даже не представляла, как могла с этим бороться.

Напоследок проведя рукой по моему плечу, Сережа ушел. Послышалось шуршание у входа. Скорее всего, с петель сняли две из четырех зимних курток. Затем писк от нажатия клавиш на панели с кодом, еле различимый звук отъезжающих в сторону ворот и урчание мотора, а затем все смолкло. Путь к свободе снова закрылся.

– Ну наконец-то! – выкрикнул Рома.

– Даже не вздумай! – тут же ответила Марина.

По звукам началась потасовка. Я открыла глаза и выпрямилась. Снайпер стремительно стаскивал боксерские перчатки и раскручивал бинты, которые фиксировали запястье. Блондинка же стояла возле него, уперев руки в боки.

– Маринка, ты не представляешь, как меня ломает. Лучше не стой на пути.

– Видимо, ты прослушал помпезную речь Сережи. Нам нельзя выходить из штаба.

– Это относится к Пинте, – нашелся Рома, кивнув в мою сторону. – Про меня речи не было.

Бросив гонщице в лицо эластичный бинт, парень кинулся к воротам. Но Марина тоже не растерялась. Поймала на лету повязку, швырнула ее на пол и понеслась к компьютеру, который стоял на барной стойке рядом с ноутбуком.

Красная лампочка на стене поменяла цвет на зеленый. Пока ворота отъезжали в сторону, Рома нетерпеливо похлопывал себя по бокам, будто что-то искал.

– Не дождешься! – выкрикнула Марина, барабаня по клавиатуре. Лампочка стала красной, а ворота поехали в другую сторону.

– Маринка, прекрати! – взревел Рома. Он снова ввел код, пытаясь выйти, и девушка снова помешала ему, блокируя выход с компьютера.

Следя за их стычкой, я обогнула диван и подошла к парню. Пока они ломали ворота, я могла хотя бы одним глазком взглянуть на мир за пределами стальных стен. Может, хотя бы так мне станет легче.

– Это не смешно! – не унимался Рома. Он, наконец, нашел, что искал. Из кармана показалась пачка сигарет и зажигалка. – Никита убьет, если учует запах в ангаре.

– А если выйдешь – тебе открутит голову мой братец.

– Ну знаешь ли, к нему я уже нашел подход.

Неугомонная парочка продолжала перекидываться колкими фразами, а ворота в очередной раз открылись. Безумная мысль посетила меня. Пока я решалась на отчаянный шаг, ноющая боль повторилась, и это придало сил. Я проскользнула мимо Ромы и выскочила на улицу.

Мне хватило всего нескольких шагов. Я тут же прижалась спиной к стальной стене и зажмурилась от непривычно яркого дневного света. Холодный ветер мгновенно пробрался под тонкую футболку, рассыпав по коже мурашки.

– Эй! А ну иди сюда! – снайпер выскочил следом за мной.

– Твою мать, Рома, верни ее! – послышался голос Марины из глубины ангара.

Не обращая внимания на недовольства наемников, я вдохнула полной грудью. В нос ударил запах сырости, леса и талого снега. Промозглый воздух щекотал ноздри, обжигал изнутри, и от него тут же защипало в глаза. Боже! Не думала, что буду так сильно скучать по обычной прогулке.

– Эль, дойди-ка до ангара своими ножками. – Рома потянул меня за локоть в душный ангар, но я уперлась ногами, не позволяя затащить себя обратно.

– Дай мне две минуты, – взмолилась я, цепляясь пальцами за гладкие стены штаба.

– Ты же понимаешь, что я без разговоров могу закинуть тебя на плечо и унести?

– Но ты же этого не сделал. – Посмотрев в глаза шоколадного оттенка, обрамленные длинными густыми ресницами, я поняла, что за все время пребывания в штабе мы с парнем ни разу нормально не говорили.

Для меня снайпер оставался непонятным. Он мог пошутить и подбодрить, отчего на душе теплело. В такие моменты мне хотелось поведать ему все свои переживания. Но в следующую минуту он выдавал настолько колкую фразу, что я теряла дар речи. Несмотря на его грозное прозвище и род занятий, я знала наверняка: он меня не тронет. Как и никто из наемников. И я решила этим воспользоваться.

– Я просто постою тут, пока ты куришь, а потом мы вместе вернемся обратно.

Рома недовольно качал головой, все еще крепко удерживая меня за локоть.

– Никто ничего не узнает. Обещаю. – Я вложила в слова так много отчаяния, сколько наскребла в своей душе, и это сработало.

– Черт возьми. Эх, Пинта, ну не могу я тебе отказать! – Рома выругался, вытащил из пачки сигарету и зажал ее между зубов. – Маринка, закрывай!

– Сдурел, что ли? – послышался отдаленный голос гонщицы.

– Мы вернемся через тринадцать минут. – Не дождавшись ответа, снайпер сам нырнул в ангар, схватил с вешалки две куртки, ввел заветную комбинацию и вернулся на улицу под звук закрывающихся ворот. – Надень, а то замерзнешь, – уже обратился он ко мне, подавая куртку.

– Спасибо. – Я слабо улыбнулась, завернулась в куртку, которая оказалась на три размера больше меня, и снова прижалась спиной к стене, осматривая окрестности.

По обе стороны от ангара тянулся густой лес. Сосны и ели перемешались с голыми обледенелыми стволами лиственных деревьев. Дорожки вокруг здания усеивал гравий, который хрустел под ногами, как тонкий лед. Наверное, не просто так. Дорог не было, но в одном месте деревья стояли шире, а на земле различались еле заметные следы шин. Их немного припорошил снег, который наверняка растает через пару часов.

– Какой сейчас месяц? – Мой вопрос нарушил неловкую тишину.

– Ты настолько ничего не помнишь? – усмехнулся Рома, но заметив мое замешательство, тут же стянул улыбку с лица, прокашлялся и отвернулся, чтобы поджечь сигарету. – Кхм, февраль. В этом году на удивление тепло, ниже нуля только по ночам.

Стоило появиться тонкой струйке дыма, как зажигалка исчезла в кармане тактических штанов, а сам Рома мечтательно запрокинул голову наверх. От удовольствия он даже прикрыл глаза.

– Как хорошо, что все свалили, – прошептал парень, делая еще одну затяжку. – Я уже устал таскаться с Серегой в город.

Рома оттолкнулся от стены и медленно направился в сторону леса. Пользуясь случаем, я засеменила следом. Мы ушли с гравия и вскоре уже переступали через валежники и поваленные деревья, двигаясь по периметру ангара. Вдалеке постукивал дятел. Пасмурное серое небо едва различалось сквозь тонкий туман, и от этого все вокруг казалось почти бесцветным. Только местами вспыхивали коричневые пятна старой листвы на кустах – единственные напоминания об осени и красках. Я то и дело цеплялась за сучья, увязала в подтаявшем снегу, скользила на мокрых корнях, но старалась не отставать.

– Командир не разрешает тебе курить?

– Он много чего запрещает, если уж на то пошло. Иногда это выводит из себя.

– По-моему, разозлить тебя легче простого, – усмехнулась я, понемногу расслабляясь. Несмотря на ледяной ветер, сковывающий легкие, на улице мне и правда становилось лучше. – Достаточно просто ударить.

– Между прочим, в тот раз пострадало мое эго! Получить удар от какой-то девчонки – немыслимо!

– Я не какая-то девчонка. Меня так-то опасные люди похитили, – подхватила я его тон, удивляясь самой себе.

– Е-е-е! – Рома присвистнул и несколько раз хлопнул в ладоши. – Ты уже шутишь! Видишь? Человек – та еще зараза, ко всему привыкает. – Он сделал пару затяжек. – А вообще прости, что нагрубил в первый день.

От удивления я замерла и уставилась на него, не зная, что сказать.

– Эль, я знаю, что мелю все подряд, и это иногда звучит не очень.

– Иногда? – уточнила я, зная, что каждая вторая фраза снайпера наполнена грубостью или нахальством.

– М-да? – пристыженно спросил он, поджимая губы. – Ну да, вот такой я! Пацаны уже привыкли, Маринка тоже, а к новому человеку я как-то не подготовился.

Я молча слушала его откровения, страшась спугнуть прилив чувств. Мне хватало негласной войны за этими стенами, и развязывать новую не было никакого желания.

– Мир? – Рома невинно поднял мизинец и протянул мне, будто в этом жесте крылось больше, чем детская договоренность.

Улыбка застигла меня врасплох. Я приняла его мизинец и сжала его своим, подкрепляя договор.

– Только если перестанешь называть меня пинтой.

– А ты, чур, больше не лупи меня по лицу, – усмехнулся парень, но его улыбка мгновенно померкла. Он уже не замечал меня, а внимательно смотрел за мое плечо.

Вдалеке послышалось шуршание колес. Я проследила за взглядом снайпера и увидела среди деревьев блестящую крышу автомобиля. Мы оба понимали, что наемники не могли вернуться так быстро. Страх, в отличие от ветра, забрался в самую душу, и внезапно все предостережения Сережи сбылись.

Искра № 6

Подножка выбила землю из-под ног. Я выставила вперед руки, но не успела упасть. Рома поймал меня и подтянул к себе, усаживая за поваленным деревом.

– Не шуми, – шепнул он.

Мы затаились. Плечом к плечу сидели на сырой земле, выглядывая из укрытия. Куртка уже давно не грела, нос онемел, а голые ноги покраснели от холода. Во время разговора мы успели обойти ангар и вернуться к воротам, так что могли наблюдать за гостями.

Машина выехала из леса и остановилась у штаба. Узнав в серебристом кроссовере автомобиль, на котором мы сбежали из аэропорта, я облегченно вздохнула.

– Почему они вернулись? – прошептала я, когда машина поравнялась со входом.

– Да кто же их знает. Давай переждем. Мне за тебя влетит будь здоров.

– Ладно, – согласилась я, плотнее запахивая куртку. Самой не хотелось слушать нотации от командира.

– Все, тихо. – Рома прижал к губам указательный палец, а затем указал на наемников.

Двери автомобиля распахнулись, и на дорожку из гравия ступили две пары тяжелых черных ботинок.

– Я не хочу об этом говорить, – громко и четко произнес Сережа.

– Потому что знаешь, я прав, – холодный тон Никиты даже на расстоянии пробирал до мурашек. Парень громче, чем следовало бы, захлопнул дверь и в два шага оказался рядом с главарем наемников. – Она целыми днями сидит на диване, жалуется на головную боль и пялится в телек. Она бесполезная!

Его и без того ледяные слова кристаллизовались и сотнями иголок воткнулись в сердце. За что он так со мной? Я видела его отчужденность, раздражение и колкость, но открытую ненависть ко мне наблюдала впервые. Он был так зол, что кричал об этом на весь лес.

Невольно пригнувшись, я плотнее запахнула куртку. В ту секунду хотелось спрятаться от наемников, от колючих слов Никиты, да и от всего мира. Каждый день дар выедал меня изнутри, и я никому не могла о нем поведать. И эти яркие костры в моем разуме Никита принимал за слабость. Почувствовав на плече тяжелую руку Ромы, я мельком глянула в его сторону.

«Прости», – одними губами произнес он. Мое лицо исказилось в подобие улыбки. На большее не хватило. Я вернулась к разговору, напрягая все мышцы. Пусть этот несносный, упрямый хакер меня ненавидел. Ладно. Важнее то, что ответит Сережа.

– Если наверху считают, что так лучше, то наша задача подчиняться. – Командир водил указательным пальцем перед носом Никиты. Хакеру это не понравилось, и он смахнул чужую руку, как если бы пытался отделаться от назойливого комара.

– Даже если это противоречит здравому смыслу? Она не может сидеть тут вечно!

– Это не обсуждается, – оборвал его Сережа.

– Да она ни черта не помнит! Хватит с ней нянчиться, пусть катится. Она нам не нужна.

– Никита! – взревел командир. Он ткнул хакера пальцем в грудь и на несколько секунд замер, не сводя жесткого взгляда. Ростом командир был чуть ниже подчиненного, но это не мешало ему выглядеть достаточно угрожающим. – Не нравится – уходи.

Волна ужаса захлестнула меня. И на самом деле все равно, если Никита уйдет. Без него в штабе будет спокойнее. Больше потрясло то, как безжалостно Сережа отказывался от своего человека, с которым через многое прошел. И все из-за меня.

Время остановилось. Стук собственного сердца отдавался в ушах. Он был таким громким, что я боялась прослушать ответ. Я не хотела стать причиной их бед и привнести разлад в неидеальную, но все же команду. Машинально потянулась к кулону, но стоило пальцам сомкнуться на камне, как ноющая пульсация напомнила о себе. Лучше вообще было не трогать украшение, но руки сами собой тянулись к нему.

Будто почувствовав на себе чужой взгляд, Никита обернулся, а мы с Ромой пригнулись. Я зажала рукой рот, потому что собственное дыхание казалось слишком громким. В один момент меня даже рассмешила абсурдность этой ситуации. Ну подумаешь, вышли на улицу, что такого? Но после всего увиденного и услышанного, я понимала, что этот поступок подорвет шаткое доверие, и тогда я точно не увижу белого света.

Выглядывать было рискованно, так что мы со снайпером слушали. Раздалось шуршание гравия, затем захлопнулась автомобильная дверь.

– Не дождешься, – выпалил Никита. – Иди уже за деньгами.

Я выдохнула. Но вместе с облегчением накатила тоска. Теперь я точно знала, что бесполезно шутить, быть дружелюбной и демонстративно носить обувь. В любом моем добром поступке хакер увидит вражду.

Высунув нос, я снова могла подглядывать. В этот момент Сережа склонился к хакеру и что-то тихо сказал. До нас не долетели его слова, но Никите они не понравились. Я поняла это по тому, как сильно скривилось его лицо. Но командир не заметил гримасы. Он уже скрылся за воротами ангара.

Время остановилось. Ноги затекли, мороз не щадил кожу, а Сережа все не возвращался. Все это время Никита наворачивал круги у машины, словно зверь, загнанный в угол. Каждый круг становился уже, шаги быстрее. И тут он со всей силы пнул колесо.

– Черт! – выкрикнул хакер, стукнув по шине еще. И еще. И еще несколько раз. Я переглянулась с Ромой, но тот лишь пожал плечами. Он и сам не понимал, почему хакер так завелся.

Оставив в покое колеса, Никита облокотился на капот, но простоял так недолго. Заметив что-то на земле, он поднял предмет с пола, покрутил его в руках и стремительным шагом направился в ангар. Я толкнула снайпера в плечо, но тот непонимающе покачал головой. Ни один из нас не мог разглядеть находку хакера.

Ветер усилился. Казалось, он нарочно пытался подкинуть вверх мои рыжие кудри, чтобы нас заметили. Я пригладила волосы, а концы спрятала под куртку. Минуты тянулись как паутина с потолка ангара. Я уже подумала, что нас раскрыли, но тут оба наемника вышли из штаба, молча сели в машину и уехали так же быстро, как и появились здесь.

– Фух, чуть не попались. – Снайпер выполз из нашего убежища, разминая затекшие конечности.

– И часто ты по кустам прячешься от незваных гостей? – Я повторила его действия и растерла руки, желая согреться. Теперь я не прочь была бы вернуться в тепло и заварить горячий чай в красную кружку.

– Да сюда никто не забредет просто так. – Рома кивнул в сторону штаба, и я побрела следом за ним. – Но даже если какой-то зевака и окажется тут, с виду ангар заброшен, мало кто сюда полезет. Маринка усовершенствовала откатную систему, так что для такой махины ворота открываются тихо. Ну, ты сама слышала. Изнутри все стены укреплены, одной болгаркой снаружи не отделаться. Пробраться сюда невозможно, не переживай.

– Странно, что Марина так хорошо разбирается в технике, – искренне изумилась я. Гравий приятно шуршал под нашими ногами, до ворот осталось несколько метров.

– Она вообще удивительная девушка. – Рома произнес слова с таким восхищением, что это не укрылось от моих ушей.

– Так вы встречаетесь? – От догадки я чуть не задохнулась. Как ребенок, тыкала в Рому пальцем. Очень уж мне хотелось убедиться в своей правоте.

Снайпер усмехнулся, и на его щеках заиграли ямочки. Он провел рукой по коротко стриженным волосам, но внезапно улыбка сошла с его лица.

– Нет, – как на духу выпалил он. Очередной смешок застрял у меня в горле. – Она давно мне нравится, но все никак у нас не клеится. Мы слишком… – Парень замолчал, пытаясь подобрать нужные слова.

– Взрывные, – закончила я за него, понимающе кивая.

– Именно. Каждый раз, когда я пытаюсь к ней подступиться, она воспринимает любые действия как наглость, отвечает мне тем же, ну а я уже не могу остановиться.

– А ты не пробовал с ней просто поговорить?

– Когда дело касается Марины, у меня башню сносит. – Рома покачал головой. – И я веду себя как полный придурок.

Кутаясь в куртку, я украдкой взглянула на Рому. Из-за его предельной честности разговоры с ним выходили скомканными и рваными, как первый блин на масленицу. Но если он раскрывался – по-настоящему, как в этом лесу, – то общение становилось таким же легким, как дыхание. Поэтому я не успела подумать прежде, чем следующие слова вырвались наружу.

– А ты слышал что-нибудь про двенадцать артефактов?

Рома чуть заметно замедлился, выдав себя. Конечно, слышал. Они наверняка расшифровали послание, которое пришло ночью на ноутбук. Пока я пыталась разгадать Рому, он снова зашагал с прежней скоростью, вернув на лицо маску безмятежности.

– Не-а, – пожал он плечами. – Ты что-то вспомнила?

– Только это. Думала, ты что-то знаешь.

К счастью, не пришлось дальше увиливать от этой темы ни ему, ни мне. Не успели мы коснуться стальных стен, как ворота распахнулись, и на пороге появилась Марина.

– Что это было?! – взревела блондинка, как только ее испепеляющий взгляд нашел Рому.

– Ребята бабки забыли, – как ни в чем не бывало объявил Рома и, проходя мимо девушки, щелкнул ее по носу. – Вот поэтому я всегда распихиваю все по карманам. Эля, у тебя там нет моих сигарет? Не могу понять, куда…

– Ты прикалываешься? – не унималась Марина. – Они могли проверить!

– Но не проверили же. – Снайпер улыбался так лучезарно, что любая девушка бы сдалась под натиском этих ямочек и густых ресниц, но Марина не относилась к их числу.

Я забежала внутрь, спасаясь от холодного ветра, и остановилась возле кодовой панели. Пока я мялась у ворот, Рома уже скинул куртку и вернулся на маты. Своей непринужденностью он только злил гонщицу еще сильнее. Девушка набрала комбинацию цифр и понеслась следом. Кажется, он так просто от нее не отделается.

Они ругались на повышенных тонах, превышая допустимые децибелы. Наверное, уже вся Прага слышала их возгласы. Зная про их отношения чуть больше, я чувствовала себя неуютно рядом с ними, и мне хотелось как можно быстрее закрыться в своей комнате. Нырнув в карман куртки, я замерла. Сигарет там не оказалось, зато я нащупала купюры. Много купюр. Видимо, замешательство отразилось на моем лице, потому что Рома тут же кивнул мне, безмолвно спрашивая про сигареты. Я покачала головой и вернула куртку на крючок.

– Тебе явно мало досталось в прошлый! – не унималась блондинка. Она подняла с пола бинты, которые снайпер кинул перед побегом, и яростно швырнула ему в лицо.

– Так давай это исправим, – усмехнулся Рома, подкидывая в воздух перчатки.

Ох, ситуация накалялась.

– А давай! – Гонщица приняла вызов. В считанные секунды они натянули амуницию, и в следующую минуту начался спарринг.

Пока парочка занималась друг другом, я решила проверить одну безумную теорию. Прошмыгнула в конец ангара, к той самой двери напротив туалета. Из-за невнимательности гонщицы мне удалось подглядеть код от основных ворот. Возможно, он подойдет и к этим.

К счастью, удары и колкие фразы перекрыли писк клавиш. Быстро я набрала код, но ошиблась последней цифрой, и дверь выругалась на меня.

– Эй! Ты что творишь?! – выкрикнул Рома, а я вмиг отпрыгнула от двери и с ужасом уставилась на наемников.

– А мы не договаривались о честной борьбе! – ответила Марина, и я выдохнула. Они все еще были слишком поглощены друг другом.

Собравшись с мыслями, я снова набрала код. Теперь медленно, проверяя каждую цифру. 0209#. Красная кнопка подмигнула мне и дала зеленый свет. Не мешкая ни секунды, я нырнула в темноту комнаты.

Меня встретил гнетущий мрак. Прижавшись спиной к двери, я водила руками по обе стороны, пытаясь нащупать выключатель. Кнопка нашлась быстро. Щелк – и крохотная комната наполнилась светом.

Сначала я подумала, что попала в гардеробную: помещение едва дотягивало до трех квадратных метров, а вдоль стен выстроились шкафы. Я подошла к первому. Стоило потянуть на себя ящик, как он тут же мягко выехал вперед, обнажив содержимое. Мои глаза округлились до неимоверных размеров.

Передо мной лежали все виды оружия, которые только мог припомнить мой искалеченный разум. Пистолеты, револьверы, винтовки, ружья и даже дробовики. Я поспешила закрыть ящик, но следующий оказался еще хуже. Не нужно было обладать специальной подготовкой, чтобы распознать гранаты, самодельные бомбы и взрывчатки. Теперь понятно, почему эту комнату скрывали от меня. Но я не собиралась уходить, пока не осмотрю все пугающие шкафы. Как знать, быть может, один из них навеет новое видение, и я наконец узнаю, почему меня похитили.

Чем больше ящиков я открывала, тем сложнее и хитроумнее находила приспособления. Предназначение многих из них я даже не разгадала. Одни напоминали орудия пыток, другие – стоматологические инструменты. С каждой проведенной секундой в этой комнате стук сердца становился быстрее и громче. Я уже ни на что не надеялась, но стоило заглянуть в последний шкаф, как легкая улыбка коснулась моих губ. Документы. Много секретных документов.

Разумеется, я хотела найти свое досье. Пропустив многочисленные файлы с тайными операциями, которые никак ко мне не относились, я опустилась в самый низ, где нашла разграничитель по алфавиту. Для того, чтобы найти свой файл, потребовалось несколько минут. Вот только я не ожидала, что увижу такое.

В руках у меня оказался документ, полностью перечеркнутый черными квадратами. Даже фамилия, и та была засекречена. Вверху угрожающе значилась фраза «центральный разведывательный департамент», а внизу стояла печать «секретно». Нахмурившись, я принялась изучать те крохи информации, что остались доступными.

Из досье узнала, что мне двадцать два года, училась я на факультете истории и проживала в Москве. Статус «похищена» перечеркнули и поверх него знакомым угловатым почерком вывели слово «содержится в штабе». Сразу узнала, что над этим поработал хакер. Но последняя строчка выбила меня из равновесия.

«Цель в рамках операции: приманка».