Текст книги "Пьяная устрица"
![](/books_files/covers/thumbs_240/pyanaya-ustrica-22666.jpg)
Автор книги: Дарья Калинина
Жанр: Иронические детективы, Детективы
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 5 (всего у книги 18 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
– Может быть, его дома не было?
– Был! Заперся в комнате и о чем-то со своим братом и отцом гомонил – ругались они. Да так, что мне даже не по себе сделалось. Понять, о чем речь, я не могла. Они по-своему ругались. Что-то у них там стряслось. Со мной только Сона разговаривала. Ни господина Агаяна, ни Донару я так и не увидела.
– Донара – это кто? – мастерски изобразила интерес Мариша. – Кухарка?
– Нет, Донара – дочь Соны. Единственная. Наследница всего богатства.
– Повезло.
– Вот уж точно, – энергично кивнула Татьяна Петровна. – Только правду говорят – не в деньгах счастье.
– Почему? – удивилась Мариша на этот раз почти искренне.
– Потому что такой дрянной девки, как Донара эта, мне видеть никогда раньше не приходилось. Избалованная сверх меры. Уж такая своевольная, капризная да скандальная. Чуть что не по ней, сразу вопли! Нет, вы как хотите, а я такой дочери и злейшему врагу не пожелала бы. А вот Сона в ней души не чает. Доченька то, доченька се. А не замечает, что доченька эта своим матери с отцом на голову села и слезать не собирается.
Какая-то там неизвестная Донара совершенно не волновала Маришу. Ей интересней было выяснить, чем таким промышляют отец и его племянники. Старухи говорили, что он бизнесмен. Бизнесмен! Ха! Знаем мы этих бизнесменов. Но увы, ничего более Татьяна Петровна к своему рассказу о господине Агаяне прибавить не смогла. Да это и понятно. С хозяином она общалась меньше, чем с Соной и ее дочерью. Женщины почти все время сидели дома, а их отец, ясно, занимался своим бизнесом вне стен квартиры.
– А как вы думаете, почему все-таки вас так резко уволили? – спросила Мариша у женщины.
– В толк не возьму, – призналась Татьяна Петровна. – И так, и этак прикидываю. Ничего вроде бы не предвещало. Прямо как гром среди ясного неба. Я пришла к ним как обычно. У них был скандал. Мужчины орали друг на дружку. Донара орала на мать, мать тоже что-то кричала. Потом Донара забилась в свою комнату, а меня Сона отправила в отпуск. Да фактически уволила.
– Не могло ли это быть связано с бизнесом господина Агаяна? – спросила Мариша, надеясь таким обходным маневром выяснить хоть что-нибудь о сфере деятельности армянина.
Татьяна Петровна задумалась. Сама Мариша была почти на сто процентов уверена, что это племяннички господина Агаяна гонялись вчера целый день за Юлькой. И это их машина перевернулась на шоссе в нескольких километрах от дачи Юлькиных родителей. Но зачем им все это понадобилось, вот вопрос?
На крайний случай можно было предположить, что племянники господина Агаяна не лично Юльку преследовали, а просто как-то были связаны с Юлькиными преследователями. Но это уж действительно на самый крайний случай. А вообще Марише с трудом верилось, что Юльке удалось насолить даже одной армянской семье. А уж про две и говорить нечего.
– Не знаю, – наконец сказала Татьяна Петровна сокрушенно. – С какой бы стати господину Агаяну передо мной откровенничать? Если что у него и стряслось, то при чем тут я? Почему меня-то нужно было увольнять? Никак в толк не возьму.
– А что он сам из себя-то, – спросила Мариша, – видный мужчина? Может, он решил бросить свою Сону? И у него появилась другая женщина?
– Да что вы! – замахала руками Татьяна Петровна. – Он в своей Соне души не чает. Редко видела мужчину, который бы так трясся над своей благоверной. Сона у него как сыр в масле катается. Он ей ни в чем отказать не может. И дочь свою очень любит. Нет, он бы от них никогда не ушел.
– Ну а любовница у него могла же быть? – настаивала Мариша.
– Это у всякого мужчины может случиться, – кивнула Татьяна Петровна. – Хотя сам господин Агаян из себя невидный. Маленький и лысый. Да я вам его сейчас покажу. У меня фотография есть. У Акопа, то есть у господина Агаяна, день рождения был. Справляли дома. Все фотографировались. Потом Сона мне тоже одну карточку дала.
Мариша возликовала, а Татьяна Петровна полезла в шкаф за альбомом.
– Вот эта фотография, – немного полистав альбом, сказала женщина.
Мариша взяла протянутую ей фотографию и вгляделась в запечатленных на ней людей.
– Вот Сона, – тыкала пальцем Татьяна Петровна. – А вот ее муж – Акоп. Вишь, лысый, маленький и толстый. Здесь он еще хорошо вышел. А в жизни куда плоше.
Но Мариша не слушала пояснений Татьяны Петровны. Все ее внимание было приковано к красивой девушке, чье хорошенькое личико портила капризная мина. Одета девушка была очень элегантно и богато. Она обнимала Акопа за шею, а тот похлопывал ее по бедру. Сама Сона стояла рядом и вроде бы ничего против таких вольностей не имела.
– Кто это? – с трудом выдохнула Мариша, показывая на девушку.
– Это? Это и есть Донара, – сказала Татьяна Петровна. – Красивая?
Мариша не ответила. У нее отнялась речь. Потому что на фотографии перед ней стояла и нагло ухмылялась в объектив ее лучшая подруга Юлька. Что могло понадобиться Юльке на дне рождения какого-то господина Агаяна? Не помня себя, Мариша вылетела из дома Татьяны Петровны. Вопросов у нее в голове теснилось значительно больше, чем ответов.
Во-первых, каким образом Юлька втерлась в семью Агаянов под видом их родной дочери? Во-вторых, почему она не рассказала об этой афере своей ближайшей подруге? И в-третьих, самое главное, что же все-таки Юлька натворила такого, что ее разыскивают эти армяне? И разыскивают, судя по всему, очень активно. Мариша запрыгнула в первую же попавшуюся ей навстречу машину и велела везти ее на Старорусскую улицу. К Юльке и Розе Адамовне. Верней, к Розе Адамовне и Юльке. Последняя в данный момент интересовала Маришу даже больше.
– Ну я ей покажу кузькину мать, – сердито бурчала себе под нос Мариша, мчась по улицам города. – Ну, Юлька, горазда ты врать!
Мариша вылезла из машины и помчалась к дому Розы Адамовны, не слыша криков у себя за спиной. Остановилась она лишь после того, как кто-то схватил ее сзади за плечо. Мариша развернулась было, чтобы врезать нахалу по челюсти и продолжить путь, но увидела перед собой знакомую Колькину физиономию.
– Да что это с тобой? – спросил у нее парень. – Сначала бросаешь меня бог весть на сколько времени одного в машине. Сама идешь неизвестно куда. Я тебя жду чуть ли не полчаса. А потом ты вылетаешь из дома как ошпаренная и мчишься прочь, меня не видя. Зачем-то ловишь чужую машину и уезжаешь.
– Ой, Колька, прости! – вырвалось у Мариши. – Я про тебя забыла.
– Ничего себе! – возмутился парень. – И это вся твоя благодарность за то, что я, бросив все свои дела, мчусь с тобой за какой-то старой армянкой? А потом гроблю свои рабочие часы на ожидание. И в результате слышу, что ты, видите ли, про меня вовсе забыла!
Кажется, он всерьез обиделся. Марише стало неловко. И в самом деле, отрывает человека от дел. Может быть, он ехал куда-то, когда она запрыгнула к нему в машину.
– Сделай последнее одолжение, – сказала Мариша парню. – Проводи меня в один дом. Буду тебе очень признательна.
– Садись в машину, – угрюмо буркнул Коля. – Ох, чую, не к добру я тебя встретил. Что тебе хоть там нужно? В этом самом доме? И куда ехать-то?
– Никуда не надо ехать, – сказала Мариша. – Это здесь. Вот этот дом. Зайдешь со мной? Мне нужно с подругой встретиться.
Кажется, Коля воспринял ее слова как очередную издевку. Он надулся, налился краской и, не прощаясь, помчался к своей машине. Мариша посмотрела ему вслед и пожала плечами. Хочешь людям как лучше сделать, а они обижаются. Ну и пусть! На обиженных, как известно, воду возят.
В то время, пока Мариша беседовала с Татьяной Петровной, Юлька несла бессменную вахту возле дверей квартиры Розы Адамовны. Слежка за врачихой от ресторана «Красный дракон» прошла без сучка без задоринки.
Выйдя из ресторана, врачиха прямиком направилась к себе домой. На сей раз пошла она пешком. Испытывающая жуткое чувство неловкости, Юлька тащилась следом за Розой Адамовной по другой стороне Невского проспекта со скоростью восемь-десять километров в час на своем «Рено». Время от времени делая остановки, когда Роза Адамовна слишком уж отставала.
Юлька так и не сумела придумать достойный предлог, чтобы явиться пред ясные очи Розы Адамовны, поэтому ограничилась тем, что проводила женщину до дверей ее квартиры и осталась ждать. Чего именно она надеялась дождаться, Юлька и сама затруднилась бы сказать. Но не сомневалась, что рано или поздно судьба пошлет ей счастливый случай.
Девушка поднялась на два лестничных пролета и устроилась на ступенях. Не прошло и получаса с того времени, когда врачиха вошла в дом, как Юлька услышала у себя за спиной звук открывающейся двери и сдержанное покашливание. Оглянувшись, она увидела престарелого дедулю, который подслеповато пялился на нее.
– Никак не пойму, чья ты, дочка? – наконец произнес дедуля. – Не Ивана ли Трофимовича?
«Вот еще на мою голову свалился! – простонала Юлька про себя. – Общительный какой!»
– Оно я и смотрю, – продолжал дедуля, – с чего бы это дочери Ивана Трофимовича тут сидеть. А чья же ты, дочка? Чего тут сидишь?
«Провалиться тебе!» – мысленно пожелала ему Юлька, пускаясь, однако, в объяснения с дедом.
Из-за любознательного дедули она пропустила тот момент, когда дверь Розы Адамовны открылась. Спохватилась Юлька лишь тогда, когда мужчина уже спускался по лестнице. Юлька увидела его спину и затылок. В руках он держал какой-то небольшой чемоданчик. Мужчина не торопился, но Юлька на всякий случай решила за ним последовать. Оставив дедулю в полном недоумении, Юлька спустилась на один этаж и вдруг замерла перед дверью Розы Адамовны. На минуту ей показалось, что дверь не закрыта.
– Нет, мерещится, – сказала самой себе Юлька.
Но тут помимо воли ей в голову полезли всякие мысли. Квартира у Розы Адамовны большая. Там вполне найдется место, где можно спрятаться и подслушать разговоры врачихи. Как знать, вдруг она по телефону расскажет что-нибудь такое, что прольет свет на тайну Юлькиного рождения? Это было бы весьма кстати. И Юлька приняла самое ответственное в своей жизни решение.
Она подошла к двери и осторожно пихнула ее носком туфельки. Дверь медленно и плавно отошла на пару сантиметров. Юлька пихнула ее посильней. Наконец образовалась щель, вполне достаточная для того, чтобы Юлька в нее протиснулась. Что она и сделала, не заметив, что ее знакомый дедуля к этому времени уже преодолел часть ступенек и с интересом наблюдает за Юлькиными манипуляциями с дверью Розы Адамовны.
Наконец он утвердился в своих первоначальных подозрениях, что Юлька точно не дочь Ивана Трофимовича, и бодро заковылял наверх к своей квартире. И уже через несколько минут оттуда донеслось тренькание телефонного аппарата. Тем временем Юлька прошла на цыпочках несколько метров по коридору в квартире Розы Адамовны. И тут ей подумалось, что незачем таиться. В конце концов Розе Адамовне есть о чем поговорить с Юлькой. Вот они и поговорят.
И Юлька уже более смело двинулась вперед. Она даже рискнула подать голос.
– Роза Адамовна! – крикнула Юлька. – Вы где?
Врачиха не откликнулась, но Юльку это не насторожило. Квартира у Розы Адамовны была огромная. Она могла Юлькину реплику и не услышать. Тем более что из ванной комнаты доносился шум льющейся воды. Роза Адамовна, должно быть, принимала душ.
Рассудив, что врачиха будет не в восторге, если ее застанут врасплох голой в душе, и вряд ли после этого ее раскрутишь на откровенность, Юлька присела на краешек пуфика в коридоре. И принялась ждать, когда Роза Адамовна закончит омовение и выйдет из ванной комнаты. Ожидание затягивалось, а шум льющейся воды все не стихал. Юлька начала нервничать.
Наконец она встала, подошла к двери ванной комнаты и деликатно постучала по ней костяшками пальцев.
– Роза Адамовна, вы там?
Врачиха голоса не подала. Должно быть, не услышала. Юлька стукнула в дверь погромче. Но это тоже не дало требуемого результата. Тогда Юлька забарабанила в дверь кулаками и даже для верности пару раз стукнула ее ногой. Теперь уж не услышать грохота, который подняла Юлька, было невозможно. Но тем не менее Роза Адамовна хранила гробовое молчание.
Это в конце концов стало раздражать Юльку. И она дернула ручку ванной комнаты. Против ожидания дверь оказалась незапертой. И тут же распахнулась. Юлька вошла и огляделась по сторонам. Тут было на что поглядеть. Ванная комната у Розы Адамовны занимала около тридцати метров. И была сплошь от пола до потолка выложена плиткой. Вместо потолка тут было огромное зеркало.
А в полу имелся маленький бассейн с металлическими поручнями. И повсюду шкафчики, тумбочки с различными туалетными принадлежностями. Все сверкало хромом и чистотой. На вешалке Юлька насчитала без малого пять банных халатов и десяток махровых простыней и полотенец.
Миновав бассейн и джакузи, Юлька прошла в дальний, противоположный двери угол ванной комнаты. Там находилась душевая кабинка. Увы, стены ее были непрозрачные, поэтому Юлька не могла рассмотреть, есть ли там Роза Адамовна или нет. Но судя по тому, что в кабинке текла вода, врачиха должна быть в душе.
И Юлька решительно постучала по душевой кабинке. Ей снова не ответили. Теперь уж в Юлькиной голове шевельнулось нехорошее предчувствие. Не успело оно толком оформиться, как Юлька уже распахнула дверь кабинки. И в ужасе завопила.
Роза Адамовна лежала там. На полу. И далеко не в самом лучшем своем виде. Под ее левой грудью виднелась огнестрельная рана, откуда вытекал кровавый ручеек. И, стекая вниз вместе с потоками воды, окрашивал все вокруг в розовый цвет. Но Юльке некогда было рассматривать цвет воды. У нее нашлось занятие поважней.
– А-а-а! – заверещала Юлька. – Помогите кто-нибудь! Тут труп!
Юлька вопила так громко, что и мертвого могла поднять. Так что в общем-то ничего удивительного не было в том, что Роза Адамовна неожиданно открыла глаза и уставилась на Юльку. Как ни странно, Юльку это напугало еще больше. От страха у нее даже язык отнялся. И ноги тоже. Она бы и рада была сбежать подальше из этой жуткой комнаты, да тело отказывалось ей повиноваться.
– Это снова ты! – довольно внятно произнесла Роза Адамовна, и в голосе ее послышалось удовлетворение. – Вызови врача!
– Роза Адамовна, кто вас так? – пролепетала Юлька.
Врачиха опустила глаза и, кажется, очень удивилась при виде потоков крови, которые из нее вытекали. Затем она подняла побледневшее лицо к Юльке и сказала:
– А ведь родились две девчонки! Близнецы!
После этого ее глаза закатились, она вздрогнула, и по ее телу пробежала дрожь.
– Роза Адамовна! – осторожно прикоснулась Юлька к женщине. – Все будет хорошо. Я сейчас пойду и вызову врача. Роза Адамовна, вы меня слышите? Я сейчас отойду к телефону, а вы тут пока не умирайте.
И Юлька попыталась подняться с колен, случайно поскользнулась на влажном полу и едва не придавила собой Розу Адамовну. Юлька попыталась встать и случайно схватилась при этом за плечо Розы Адамовны.
– Отойди от нее! – услышала она в тот же миг позади себя негромкий мужской голос.
Юлька удивленно оглянулась и увидела двух мужчин. Один – упитанный брюнет, а второй рослый блондин с вьющимися волосами. Оба парня были с пистолетами. И самое ужасное, что эти пистолеты были направлены прямиком на Юльку. Первой Юлькиной мыслью было, что это убийцы Розы Адамовны, которые явились доделать свое черное дело. А тут вот она, Юлька. Нужно было срочно как-то оправдаться перед ними.
– Я с ней не разговаривала, – поспешно сказала Юлька. – Когда я пришла, она уже лежала тут и молчала. Честное слово!
– Подними руки вверх, – вместо ответа приказал ей блондин, выразительно помахав своим пистолетом.
– Это ты нам в отделении расскажешь, – сказал брюнет, подходя к Юльке и застегивая у нее на руках наручники.
– Так вы из милиции? – ужасно обрадовалась Юлька. – Как хорошо. Я как раз собиралась вам звонить. А в Розу Адамовну я не стреляла. У меня и оружия-то никакого нет.
– Разберемся, – утешил ее брюнет, но наручников с Юльки не снял, из чего Юлька сделала правильный вывод, что он ей не поверил.
Юльку быстро отвели в другую комнату, где и приковали к батарее центрального отопления. Хорошо еще, что сейчас было лето и батарея была холодная. Так что пострадала разве что Юлькина гордость. В коридоре, перед тем, как ее приковали к батарее, Юлька нос к носу столкнулась с любопытным стариканом. Тот бурно возликовал, увидев девушку.
– Она это, товарищ милиционер! – завопил он. – Та самая! О которой я вам и говорил по телефону. Воровка!
Юлька открыла рот, чтобы возразить, но не стала. Не успела, точнее сказать. Потому что брюнет запихнул ее в ту комнату, приковал к батарее и оставил в одиночестве. После этого он вызвал по телефону подкрепление и следственную бригаду. Но прежде чем приехала бригада, Юлька услышала в квартире знакомый голос:
– Пустите меня! Тут моя подруга! Что вы с ней сделали?
– Мариша! – завопила Юлька изо всех сил. – Я здесь! Скажи папе, чтобы нанял толкового адвоката. Менты думают, что это я стреляла в Розу!
Больше она ничего не успела сказать, потому что к ней в комнату ворвался черноволосый опер, прямо-таки сверкая от злости глазами.
– Молчать! – заорал он на Юльку. – Будет тебе адвокат! Не обрадуешься!
Излишне говорить, что после Юлькиного выступления Маришу постигла та же участь, что и саму Юльку.
– Это произвол! – попыталась протестовать Мариша, когда ее приковывали к батарее рядом с Юлькой. – Я буду жаловаться в прокуратуру! У меня прокурор знакомый. Фамилию только не помню. Но я вспомню. Мы с ним учились вместе. Он даже в меня влюблен был. Так и знайте, он это дело просто так не оставит. Вам еще придется ответить.
– Ответим, – успокоил ее брюнет. – Слышь, Санек, присмотри за девчонками. Как бы они тут чего не натворили. Да заодно и порасспроси их.
Светловолосый Санек оседлал стул и уставился на подруг, изучая обеих.
– Ну, – наконец сказал он, – признаваться будем?
– Нам не в чем признаваться, – гордо сказала Мариша. – Юлька ее не убивала.
– Да, я Розу Адамовну не убивала, – поддержала ее Юлька.
– Начнем по порядку, – остановил ее Санек. – Перво-наперво скажите, откуда вы знаете убитую?
– Убитую?! – ахнула Юлька. – Вы что, хотите сказать, что Роза Адамовна?.. Что она умерла?
– Чудес-то не бывает, – пробормотал Санек.
И, увидев расширившиеся от ужаса Юлькины глаза, немного смягчился:
– Итак, расскажите все, что вам известно. Как вы оказались в этой квартире? Кем вам приходилась убитая? Как вы с ней познакомились?
– Она врач. Она принимала роды у моей матери, – тихо сказала Юлька.
– Очень хорошее знакомство, – одобрил Санек.
Но его похвала вызвала у Юльки странную реакцию. Она вдруг залилась слезами. Растерянный Санек вскочил со стула, попутно перевернув его. Протянул Юльке не первой свежести платок, увидел ее скованные руки, окончательно растерялся. И дальше просто топтался перед Юлькой, не зная, что ему предпринять. Наконец он принял решение и освободил Юльку от наручников.
– Прошу вас, не плачьте, – попросил он у Юльки. – Вы, наверное, были близки с погибшей?
– Вовсе нет, – всхлипнула Юлька. – Честно говоря, до сегодняшнего дня я ее вообще знать не знала.
– То есть как это? – насторожился Санек. – Вы же только что сказали, что она принимала роды у вашей матери?
– Да, но я-то этого не помню, – сказала Юлька.
– Резонно, – согласился Санек. – А что же побудило вас после столь длительного перерыва… гм, возобновить, так сказать, ваше знакомство с врачом?
Юлька подумала, подумала и вдруг снова залилась слезами. Окончательно потерявшийся Санек заметался по комнате в поисках успокоительного. В качестве такового он в конце концов достал стакан холодной воды. Благодарно булькая водой, Юлька приступила к своему рассказу о том, что вынудило ее приехать на квартиру к Розе Адамовне.
Находясь в полном отчаянии, Юлька ничего не стала скрывать от следствия. И довольно внятно изложила все события, которые произошли с ней с того момента, когда она обнаружила, что ее преследует машина, полная вооруженных армян, жаждущих ее крови. Время от времени в ее рассказ вставляла свои комментарии Мариша, окончательно деморализуя ими Санька. Закончив, Юлька вопросительно посмотрела на Саню. Тот выглядел как-то не так.
– Ну что? – спросила у него Юлька. – Что вы по этому поводу думаете?
Санек некоторое время откашливался, подбирая слова. Наконец он решился и деликатно спросил у Юльки:
– Скажите, вы в самом деле считаете, что в ту историю, которую вы мне тут рассказала, хоть кто-нибудь может поверить?
– Конечно! Ведь я рассказала вам чистую правду! – воскликнула Юлька.
Санек от вида такой потрясающей наивности прямо-таки зашелся кашлем. И как таких доходяг берут работать в милицию? Они же им всех здоровых сотрудников перезаражают.
– Не знаю, не знаю, – пробормотал Санек. – Что-то уж слишком смахивает на мелодраму. Какие-то потерянные армянские младенцы, богатые наследницы, жестокая родня. И вот в результате труп убитой женщины, гинеколога. Скажите, а кто-нибудь может подтвердить ваши слова? Или хотя бы часть?
– Роза Адамовна, – пожала плечами Юлька. – И те армяне, которые меня преследуют.
– И твои родители, – напомнила ей Мариша. – Точней, твои приемные родители.
– Да! – обрадовалась Юлька. – Если они еще живы, то обязательно подтвердят.
– Что вы хотите этим сказать – если они еще живы? – насторожился Санек.
– Ну, раз всех убивают, я и подумала, а вдруг и их тоже, – объяснила Юлька. – Хотя лично я им желаю долгих лет жизни. Они всегда были ко мне очень добры. Хотя, как теперь окончательно выяснилось, и не были мне родными по крови.
– Ну, хорошо, – решил Санек. – Оставим пока в стороне печальную историю вашего младенчества. Что вы можете сказать по поводу данной смерти вашей знакомой? Вы ведь долгое время просидели на лестнице возле ее квартиры. Не видели ли вы кого-нибудь, кто бы выходил или, напротив, входил в квартиру Розы Адамовны?
– Насчет того, чтобы входил, это я врать не буду, не видела, – задумалась Юлька. – А вот из квартиры точно выходили. И я даже помню кто. Мужчина! Да я иначе и не смогла бы попасть внутрь. Он вышел и неплотно прикрыл за собой дверь. Поэтому я и смогла войти в квартиру.
– Что за мужчина? Рост, приметы? – оживился Санек.
– Я видела его со спины, – тут же разочаровала опера Юлька. – Так что лица этого типа, который вышел из квартиры Розы Адамовны, я не видела. Рост у него выше среднего. Волосы черные. Короткая стрижка. Фигура такая атлетическая. Плечи широкие. Вот, собственно, и все.
– Во что был одет?
– Одет? – задумалась Юлька.
В том ее тогдашнем состоянии она как-то не приглядывалась к гардеробу мужчины. Она и про самого-то мужчину едва вспомнила, что он вообще был. А тут – «во что был одет?»
– Кажется, на нем были брюки, – неуверенно сказала Юлька.
– Резонно, – согласился с ней Санек. – Вряд ли бы вы забыли мужчину, разгуливающего среди бела дня без брюк. А цвет брюк?
– Желтые. Ну, во всяком случае, какие-то яркие. На них еще были картинки. Но мне издалека не было видно, какие именно. Да, еще на нем была футболка. Тоже яркая. С флюоресцирующими погонами.
– То есть можно предположить, что мужчина был молодой, – сказал Санек.
– Да, – немного подумав, признала Юлька. – Теперь я вспомнила, что тогда еще подумала, что это, должно быть, сын Розы Адамовны.
– У убитой детей не было, – сухо сказал Санек.
– Почему вы так решили?
– Они не указаны в ее паспорте, – сказал мент. – А паспорт у Розы Адамовны был старый. Она с ним всю жизнь, можно сказать, прожила. Но ни одной отметки о наличии детей в нем нет.
– Ну не сын, так племянник, – согласилась Юлька.
– Это мы проверим, – кивнул Санек. – Ваше счастье, если молодой человек с такими приметами найдется в окружении Розы Адамовны.
– А почему меня это должно будет радовать? – не поняла Юлька.
– Потому что это докажет, что вы говорите правду. А значит, и про остальное не врете.
– Про остальное… это про убийство? – догадалась Юлька. – Но как я могла в нее выстрелить, если у меня с собой не было никакого оружия?
– Вы могли его выбросить, – предположил Санек. – За окно. Или в мусоропровод. Времени у вас для этого было достаточно.
– Что за чушь! – фыркнула Юлька.
На это Санек ей ничего не ответил. Вскоре в комнате появился второй мент. Тот самый упитанный брюнет в черной кожаной жилетке.
– Вставайте, – хмуро сказал он Юльке. – Поедете с нами.
– Куда это вы ее везете? – встрепенулась Мариша.
– И вы тоже вставайте, – приказал ей мент в жилетке. – Обе поедете. Нам нужно все ваши показания запротоколировать.
Маришу отстегнули от батареи и обеих девушек загрузили в милицейскую машину, поджидавшую их возле дверей дома. Их привезли в участок и оставили одних в кабинете. Впрочем, это вовсе не было актом возросшего доверия, поскольку окна в кабинете были надежно забраны решетками, а замок в двери закрыт на два оборота.
– Вот влипли, – с досадой шептала Мариша Юльке. – Слушай, а ты точно эту Розу Адамовну не убивала?
– Да ты что! – возмутилась Юлька.
– Ну, тогда можно не волноваться. Менты выяснят правду и нас с тобой отпустят.
– Я бы не была так в этом уверена, – вздохнула Юлька. – Они мне не кажутся такими уж толковыми ребятами.
– А как вообще все было? – поинтересовалась у Юльки Мариша.
– Когда я вошла в ванную, Роза Адамовна уже лежала в душе и истекала кровью. Скончалась, можно сказать, у меня на руках.
– Да? У тебя на руках? – переспросила Мариша. – И что-нибудь она при этом говорила? Юлька, недотепа, неужели ты не могла спросить у нее имя убийцы?
– Я и спросила.
– А она?
– А она не ответила. Вместо этого сказала что-то про близнецов.
– Про близнецов? – неожиданно встрепенулась Мариша. – А что именно?
– Она сказала: «А ведь родились две девчонки. Близнецы», – повторила Юлька слова Розы Адамовны.
– Ты точно это помнишь?! – завопила Мариша.
– Точно, – пожала плечами Юлька. – А какое это имеет значение? Я думала, это бесконтрольный бред умирающего. Такое, говорят, бывает перед смертью.
– А я тебе скажу, какое это имеет значение! – сказала Мариша. – Вот, гляди!
И она сунула Юльке в руки фотографию.
– Что это такое? – недоуменно спросила Юлька. – Вроде бы я. Но во что это я тут одета? У меня в жизни не было такого платья. И кто все эти люди? Я их не знаю. А почему я целую эту плешивую обезьяну?
– Не знаешь? – мрачно спросила Мариша.
– Нет. Да кто этот отвратный коротышка, которого я тут обнимаю? – продолжала недоумевать Юлька. – В жизни не видела этого урода.
– Значит, говоришь, что не знаешь этого человека? – спросила у нее Мариша. – А я тебе скажу, кто он. Это твой отец.
– Мой отец? – с ужасом глядя на лысого коротышку, спросила Юлька. – Настоящий?
– Верней, не твой отец, а отец твоей сестры.
– Моей сестры? – ошеломленно переспросила Юлька. – Какой сестры? У меня же вроде бы братья появились?
– Братья у тебя тоже есть, не переживай, – утешила ее Мариша. – Только не родные, а сводные. Правда, они об этом не догадываются. А вот сестра у тебя имеется самая что ни на есть родная. Ближе некуда. Как Роза Адамовна тебе перед смертью и сказала. Сестра-близнец.
– Близнец! – повторила Юлька. – Ты хочешь сказать, что где-то живет девушка, как две капли воды похожая на меня?
– Вот именно. И вот она, эта девушка, – сказала Мариша, гордо тыкая пальцем в фотографию. – Зовут ее Донара. Похоже, Роза Адамовна была дамочкой не промах. И пристроила обеих новорожденных сироток в обеспеченные семьи. Твою сестру отдали этим армянам, а тебя твоим приемным родителям.
– Надо же, – пораженно выдохнула Юлька, таращась на фотографию. – У меня есть сестра.
– И судя по всему, изрядная оторва, – сказала Мариша.
– Почему?
– Потому что ее разыскивают родственники, – объяснила ей Мариша. – И явно не с самыми добрыми намерениями. Что-то она натворила и сбежала.
– О, господи! – всплеснула руками Юлька. – Теперь я поняла!
– Что? Что ты поняла?
– Теперь я поняла, почему на моей фотографии, которую армяне показывали Инне, я в зеленом костюме. Я все ломала голову, откуда бы взяться зеленому костюму, если я этот цвет терпеть не могу. И у меня отродясь зеленых костюмов не водилось. Получается, на фотографии была не я.
– Вот именно, – кивнула Мариша. – Но вы с сестрой очень похожи. Даже Инка признала в ней тебя.
– И что же нам это дает? – спросила Юлька. – Это ведь не объясняет, кто и за что убил Розу Адамовну.
– Ну, за что, это я тебе и сейчас сказать могу, – опечалилась Мариша. – Но наверняка это как-то связано с тобой и с сестрой.
– Но почему ты так думаешь? – в отчаянии спросила Юлька.
– Смотри, ты приходишь к Розе Адамовне и заявляешь, что тебе известно, что ты не дочь своих родителей. Ты требуешь рассказать о своей матери. Роза Адамовна лжет тебе, что не знала твою мать, и мчится советоваться с Соной – приемной матерью Донары. А Донара твоя сестра. При этом Роза Адамовна явно на грани нервного срыва. А после всего этого врачиху убивают в тот же день.
– Да, теперь я и сама вижу, что дело в нас с Донарой, – согласилась Юлька. – Но может быть, это все только совпадение? Мы с Донарой сами по себе. А Роза Адамовна и ее убийца сами по себе?
– Я в такие совпадения не верю, – твердо заявила Мариша.
– И что же нам теперь делать?
Мариша собралась ответить, но в этот момент их прервали. Дверь кабинета открылась, и в него вошел Санек и второй мент в жилетке, которого звали Димой, а Санек называл его Димоном.
– Ну, барышни, признаваться будем? – спросил у девушек Дима.
– Нам не в чем признаваться, – гордо ответила Юля. – А все, что я знала, я уже рассказала.
– Любопытно было бы послушать еще раз, – предложил мент Юльке.
Юлька протестовать не стала, по опыту зная, что с мужчинами это вообще бесполезно. А с мужчинами-ментами это бесполезно вдвойне. Она еще раз пересказала свою историю, начиная от момента рождения и кончая той жуткой минутой, когда она нашла в душе Розу Адамовну. Про Донару она тоже выложила свои соображения.
– Так, – удовлетворенно констатировал Дима. – Теперь еще и сестра-близнец вылезла. Уж не хотите ли сказать, что это она и прикончила Розу Адамовну?
– Вовсе нет, – возмутилась Юлька. – Я вообще понятия не имею, где сейчас находится моя сестра. А Розу Адамовну, по всей вероятности, убил тот парень, которого я видела выходящим из ее квартиры. Должно быть, он подстерегал ее там. А когда она спокойно пошла в душ, он напал на нее и ранил.
– А почему же он не стал ее добивать?
– Спросите у него, – пожала плечами Юлька. – Мне-то откуда знать?
– Для этого нам нужно его сначала найти, – сказал Дима. – А я подозреваю, что это будет трудно сделать. Потому что этого парня никто, кроме вас, не видел.
– Так получше расспросите соседей, – злобно отозвалась Юлька. – Кто-нибудь должен был его заметить.
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?