Текст книги "Приворот от ворот"
![](/books_files/covers/thumbs_240/privorot-ot-vorot-48845.jpg)
Автор книги: Дарья Калинина
Жанр: Иронические детективы, Детективы
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
– Вот гадюка, скажи, Виталь?
– Ага, Васюха! Змея!
– И как Петруха наш с этими мегерами в одной хате уживался!
– Так ты чё? Он же интернатский! Ему после казенной койки любая домашняя кровать мягче пуха. И потом, он мне сам говорил, что старается пореже дома бывать.
– И правильно! С такими-то змеюками!
– Жуткие бабы.
Помолчав, приятели снова заговорили на ту же тему:
– Слушай, а все-таки гадюки они! Выпить-то нам с тобой за помин Петрухиной души даже не дали!
– И не говори! Бутылку зажилили!
– А я ведь видел, у них весь балкон канистрами со спиртом забит!
– Да ты что?!
Возглас показывал, до какой степени второй парень поражен услышанным. Можно сказать, грудь ему пронзило коварство и жадность Петрухиных тестя и тещи.
– А то! Дядя Толя, отец Ленкин, известный куркуль! У него зимой снега не допросишься. Да и теть Люда недалеко от него ушла. Ну а Ленка за родителями выступает.
– Вляпался Петруха!
– И не говори.
И помолчав еще, тот, который отзывался на имя Вася, скорбно произнес:
– Слышь, выпить охота.
– Ну.
– А денег-то нету.
– И у меня нет. Матушка у меня всю зарплату изъяла подчистую. Теперь по сто рублей в день выдает. А много на них купишь-то, на сто рублей? Пивасика и того нормально не купишь.
– Не… Скинуться можно. У меня полтинничек завалялся.
– Да я сотню еще с утра потратил.
– Ну и куркуль ты!
– Ничего я не куркуль! Тебя послушать, так у тебя все куркули, один ты щедрый!
В этом месте Леша наконец решился вмешаться в беседу двух страждущих душ и произнес:
– Ребята, а что скажете, если мы вам бутылку за помин Петрухиной души выставим, а?
Некоторое время ничего не происходило. Васюха с Виталей, склонившись голова к голове обменивались мнениями. Слышалось:
– Это кто же такие будут?
– Вроде с работы Петрухиной.
– Ага! Значит, бабло у них есть?
– На бутылку точно найдется.
Сомнения были недолгими. Уже спустя десять минут вся компания выходила из дверей местного магазинчика. Парни шли впереди, бережно прижимая к подмышкам две новые бутылки. А Санька с Лешей несли сок для себя, колу для приятелей и закуску – плавленый сыр и колбасу, к которой, как подозревали, никто даже не притронется.
Глава 5
Устроиться было решено на лавочке под давно не стриженными кустами акации. Она разрослась так густо, что создавала своего рода зеленый шатер – излюбленное местечко местных пьянчужек, которым нравилось выпивать в тишине и спокойствии.
– Ну, за Петруху!
– Пусть земля ему будет пухом!
И, опрокинув по рюмке, приятели крякнули:
– Эх, мало прожил Петруха!
– Толком и жизни-то не порадовался!
– Это они его до смерти довели!
Услышав это высказывание, Санька моментально задала встречный вопрос:
– Кто они?
– Ну они… Дядя Толя с тетей Людой. Они Петруху все время поедом ели. Жить ему нормально не давали.
Саня хотела указать на маленькую нелогичность – шофер разбился на машине, никто ему жизнь не отравлял, но поймала взгляд Лешки и промолчала. Свидетели им достались уже в той кондиции, когда человека лучше лишний раз не трогать и не тормошить, не сбивать его с мысли. Говорит, и пусть себе говорит. Пьяный человек в такой стадии адекватно воспринимать внешний мир все равно уже не в состоянии, живет в своем собственном мире. И туда лишний раз с комментариями лучше не лезть.
Поэтому Санька взяла и просто поддакнула:
– Жуткие люди! Значит, говорите, плохо к Пете относились?
Приятели расчувствовались и рассказали, что да, плохо. А Петька все терпел. Хотя давно бы мог Ленку и ее противных родителей послать куда подальше. Это было мнение Витали. А вот Вася с ним не согласился.
– Скажешь тоже! – воскликнул он. – А жил бы он где?
– Так в комнате своей.
– Комната у него занята была. Там у Петьки сестра жила.
– Ну, сестра… Жила, конечно. Так и что? Вместе бы пусть жили. Все лучше, чем с такими злыднями, как Ленка и ее родители.
Санька снова сделала стойку. Стоп! Откуда у детдомовского мальчишки сестра? Впрочем, почему бы и нет? Сестра вполне могла иметься. Но вот почему в таком случае у нее нет собственного жилья? Хотя бы комнаты? Ведь сиротам полагается жилплощадь. Почему же Пете государство комнату выделило, а сестру обошло вниманием?
С этим вопросом следовало разобраться поподробнее. Санька чувствовала, что тут и зарыта собака.
– Что за сестра? Как ее зовут? Чем занимается?
Оказалось, что ни один из приятелей Петрухи с таинственной сестрой знаком не был. Хотя они и намекали, что не против. Петруха как-то показал им фотку, и приятели пришли в восторг. Петруха был рыжим, коротконогим и курносым. А его сестра оказалась настоящей восточной красавицей – длинноногой, темноглазой и такой ослепительной, что прямо дух захватывало.
Виталий и Вася парни холостые, с красавицей, сестрицей приятеля, замутить совсем не прочь. Они об этом Петрухе даже сказали прямо в лицо. Но тот держался твердо.
– Лера на вас и не посмотрит, – снисходительно пояснил он. – Она у меня знаете какая… У нее все любовники сплошь олигархи и нефтяные магнаты. Вы и в подметки не годитесь.
Приятели еще больше восхитились, но попытки познакомиться, ясное дело, оставили. Куда им тягаться с магнатами? Оба приятеля имели весьма скромное мнение о собственных достоинствах. И понимали: любимица олигархов ни за что не станет связываться с бедолагами вроде них.
При этом ни один из приятелей даже не подумал, а какого, собственно говоря, черта красавица и любимица нефтяных магнатов живет из милости в коммуналке у брата? Неужели все ее нефтяные магнаты не могли скинуться и вскладчину купить девушке хоть скромненькую, но отдельную квартиру? И что самое главное, свою, свою!
Тут что-то не складывалось. И если Виталь с Васей этого не понимали, то Санька смекнула сразу же. Потихоньку она начала вытягивать дополнительную информацию. Оказалось, что ребята знали до обидного мало. В коммуналке у Петрухи никогда не бывали. С сестрой знакомы лишь заочно. Создавалось впечатление, что Петруха не очень-то распространялся о своих делах.
– Он, наш Петруха, себе на уме был. Общаешься с ним, вроде бы все нормально. Привет, как дела. А только никогда не знаешь, что у него в голове в данный момент делается.
Все же Леша с Саней не оставляли попыток узнать хоть что-то полезное о погибшем шофере. Вася с Виталием отвечали неожиданно разумно. Похоже, свежий воздух подействовал на них благотворно, у пьянчуг наступило краткое просветление в мозгах. Саня не обманывалась на их счет. Очень скоро выпитый алкоголь даст о себе знать, и эти двое просто вырубятся. Нужно воспользоваться моментом, пока они в состоянии связать мысль и слово.
– А почему вы с Петрухой на рыбалку не поехали?
– Куда?
– На рыбалку. Нам Лена сказала, что Петруха на рыбалке разбился.
Но Вася отмахнулся:
– Слушайте вы Ленку больше! Петруха ей правды никогда не говорил.
– Рыбалку! Да Петруха в жизни ни на одной рыбалке не был.
– Как же так? – удивилась Саня. – А Лена на кладбище говорила…
– Много она знает!
– Врал ей Петруха!
Языки у приятелей уже заплетались. Но все же они сумели рассказать друзьям о том, как было поставлено у Петрухи дело по объегориванию собственной супруги. Петруха загодя предупреждал Ленку, что поедет на рыбалку тогда-то и с теми-то. Если Ленка при этом очень уж злилась, ругалась и исходила кипятком, то Петруха делал вид, что, покорный воле жены, рыбалку отменяет. Дав Ленке выпустить пар, переносил мероприятие на другой день. В другой раз Ленка уже не могла так же сильно злиться и, махнув рукой, отпускала мужа.
Дальше дела обстояли так. Петруха демонстративно собирал удочки, копал червей или ехал на рынок за опарышами. Проверял другие снасти, грузил в багажник палатку, «сарафанчик» и сачки. Брал приготовленный Ленкой паек и отправлялся с приятелями, снаряженными точно таким же образом.
Доехав до места, Петруха выгружал снасти, оставлял приятелям бутылку водки и приготовленную женой еду, а сам уезжал по своим делам. Что это были за дела, он не объяснял. Лишь намеками давал понять, что у него есть другая женщина. К ней он и рвется, обманывая законную супругу любыми способами.
В общем-то, приятели особенно в детали и не вдавались. Их вполне устраивал такой расклад. Петруха довозил их с комфортом до облюбованной речки, а потом на следующий день или даже через день забирал и отвозил обратно во Всеволожск. За это мужики делились с Петрухой уловом. Ну, если было, конечно, чем делиться.
Но зато все Ленкины соседи знали: Петруха поймал двух подлещиков и одного окушка. Ваське повезло, он вытащил леща на полтора кило. Ну а Виталий лопухнулся. Ему достался всего один подлещик. Добрый Петруха поделился с ним одной своей рыбкой.
У Ленки ни разу не возникло сомнений, что муж ездит вовсе не туда, куда говорит. Подозрения возникали у нее по другим поводам, но вот за рыбалку она была совершенно спокойна. Поэтому и отпускала муженька сравнительно легко.
– Так что же? – произнесла Санька. – Петруха разбился вовсе не на рыбалке? А как же ваш второй приятель? Лена сказала, что в машине с ее мужем был еще кто-то!
Ответом ей был дружный храп. Но все было и так ясно: Петруха, доставив своих друзей до места, умотал как обычно, по своим делам. Раньше обман легко сходил ему с рук, но в последний раз что-то пошло не так. Он угодил в аварию, и его дружкам пришлось спешно придумывать версию о том, что им на вечерней зорьке не хватило водки и уже выпившему Петрухе ночью пришлось сесть за руль и отправиться в магазин.
Эту же версию приятели изложили и следователю, который их уже допрашивал. Теперь у Саньки имелись справедливые опасения, что следствие может пойти не по тому пути.
– Мы должны рассказать следователю правду! – горячо воскликнула она, когда они с Лешей наконец сели в машину, оставив приятелей дремать в зарослях акации.
День выдался очень теплый, так что ребятам не грозили никакие неприятности. Замерзнуть или, не ровен час, простудиться они просто не могли. Ну так и пусть проспятся на свежем воздухе, все лучше, чем тащиться в таком виде домой и пугать родителей.
Леша выглядел куда бодрее, чем утром. Но при этом был задумчив.
– Слушай, но ведь в машине был еще один человек, – произнес он наконец в растерянности. – Приятель Петрухи.
– Как видишь, оба живы и здоровы. Спят в кустиках. Их в той машине не было.
– Кто-то же был.
– Был. Но кто?
– Мы должны разобраться. Эта история начинает казаться мне подозрительной. Пойдем к следователю?
Отделение милиции располагалось в двух шагах от дома Петрухиных тестя с тещей. Очень удобно, если разобраться. Вот только следователя, который занимался делом Петрухи, на рабочем месте не оказалось.
– Чего вы хотите от человека? Не может он постоянно у себя в кабинете торчать. У него в производстве восемь дел. И все срочные! Если хотите поговорить со свидетелем, езжайте в больницу. Там он. В десятой палате.
Друзья бросились в больницу. В травматологии их огорошили:
– А нету вашего потерпевшего в ДТП.
– Как нету?
– А так… Ушел.
– Выписался?
– Да нет, выписываться не стал. Так ушел.
– То есть удрал?
– Можно и так сказать. Только у нас ведь не тюрьма и не концлагерь, чтобы кого-то насильно держать.
– Взял и ушел?
Санька с Лешей своим ушам не верили. Как это человек, которого доставили без сознания в больницу после тяжелого ДТП, так быстро пришел в себя?
– Мы и то удивились, как это он, весь в гипсе, учапал. Не иначе, как помог ему кто. Десятая палата на первом этаже. Решетки изнутри открываются, требование пожарной безопасности. Так что он этим и воспользовался.
Однако интересные порядки в этой больнице! Больные в гипсе удирают через окно, а никто и ухом не ведет. Следовало разобраться с личностью сбежавшего. И друзья отправились к его лечащему врачу. Впрочем, он им помочь не смог.
– Имени и фамилии его мы так и не узнали. Кто такой, тоже не поняли. У парня амнезия. Мы уже собирались сфотографировать и передать его изображение по телевидению в целях опознания, но он пропал.
– А как это случилось?
– Не могу вам сказать, – развел руками врач. – Обратитесь к медсестрам.
Медсестры – это сильно сказано. Во всей травматологии обнаружилась лишь одна, с озабоченным видом карябавшая что-то в своем журнале.
– Больной из десятой палаты? К которому следователь приходил? Он ушел.
– И вы отпустили человека в гипсе?
– Во-первых, задерживать его я не имела права. Во-вторых… я не видела, как он ушел.
– А охрана?
– На воротах у нас дядя Сережа. Он только ночью бдительный, а днем всегда расслабляется. Сидит, чай пьет. Да никто от него ничего и не требует, за такие-то деньги! А если за всеми наблюдать, никакого здоровья не хватит. Дядя Сережа у нас на больных насмотрелся, так что теперь свое здоровье бережет, нервы понапрасну не треплет. Нужно людям с территории больницы выйти – он им не препятствует. Войти – тоже пожалуйста. В светлое время суток всё что угодно. Внимание у нашего дяди Сережи ближе к ночи просыпается.
– Что же нам делать? – растерялась Санька. – Как узнать подробности побега?
– Сходите к санитарочке нашей, к Галочке, – отправила медсестра друзей дальше по инстанциям, вниз по служебной лестнице. – Она старательная, первый месяц работает, авось чего и видела.
Друзья пошли к санитарке и были наконец вознаграждены за свои скитания по областной больнице.
– Это невероятно! Что произошло! – всплеснула руками Галочка. – Такой больной, такой израненный, я думала, он вообще с постели не встанет! А как следователь от него ушел, давай скорей звонить кому-то. Приезжай, говорит, за мной. Нет, говорит, срочно. Прямо сейчас. Следователь приходил, мне в больнице оставаться никак нельзя. Если закроют, я всех сдам. И тебя, и других. Никого не пощажу, лишь бы самому в дерьме по уши не потонуть.
– Да ты что? Так прямо и сказал?
– И ты никого не предупредила?
– Ну что вы! – обиделась девушка. – Я сразу к главной медсестре кинулась. Говорю, больной из десятой палаты уйти хочет.
– А она?
– Разобраться пообещала. Да пока разбирались, к больному тому женщина приехала. А потом он исчез.
– Женщина? Какая женщина?
– Молодая. Красивая, – мечтательно протянула Галочка и закатила глаза. – Даже очень. Эх, хотела бы я быть хоть капельку похожей на нее! Таким все в жизни удается, не то что мне! Вот я ужасно невезучая. С первого раза в институт не поступила, теперь приходится стаж зарабатывать. И всегда у меня так. Ни разу мне учителя хорошую отметку за просто так не поставили. А Светке, подружке моей, той пожалуйста. А за что? У Светки только и есть что два глаза, оба размером с блюдце, и волосы до попы! И что? Ей за это химик должен пятерку по лабораторной ставить? А мне, выходит, трояк?
Да уж, Галочка знала, о чем говорила. Внешность у нее была на троечку: невысокого росточка, кругленькая и коротконогая, волоски серенькие, носик пуговкой. С такими внешними данными остается только мечтать о том, чтобы люди тебя полюбили за красоту. Тут нужно не за подружками подглядывать, а самой нарабатывать другие положительные качества. Не дала тебе природа красоты, так что же! Ничего, и некрасивые люди прекрасно в жизни устраиваются. Тут главное не внешность, а позитивный настрой на успех и твердая уверенность в своих силах. Ну, и еще целеустремленность, усердие и вера, что все у тебя получится, потому что ты этого достойна.
– Ну а что за женщина-то была? Кто она больному? Сестра? Жена? Мать?
– И не сестра, и не жена. И уж тем более не мать. Разговаривала она с ним так нехорошо.
– Нехорошо?
– Грубо, я бы даже сказала. Ругала.
– А за что?
– Дескать, некогда ей со всякими молокососами возиться. Досадовала. Нет, на родственницу совершенно не похожа. Больной-то беленький был, а она черная.
– Черная? Негритянка?
– Нет, просто брюнетка. Но такая яркая! Волосы, глаза, зубы блестят! И рост! Высоченная! Таким один путь – либо в модели, либо в любовницы к какому-нибудь олигарху!
С этими сведениями друзьям и пришлось покинуть больницу. Визит таинственной брюнетки придал силы пациенту из десятой палаты. Он открыл окно и вылез. Документов у парня при себе не было. Одежду он предпочел оставить. Так что, где его теперь искать, оставалось неясным.
Друзья попытали счастья у сторожа дяди Сережи. Но он, как и рассказывала медсестра, лишь пил чай и по сторонам не смотрел.
– Мне уже восьмой десяток пошел, – заявил он Лешке прямо в глаза. – Мне за красавицами смотреть неинтересно. Парня на костылях, верно, видел. И девка с ним какая-то была. Волосы черные. Но вели они себя тихо. Не ругались, не дрались. Парень шустренько так ковылял, одежда на нем не больничная была. Ну и чего мне парочку задерживать? Раз выписали врачи, значит, так нужно. Им видней. А мое дело маленькое. Тут не завод, чтобы с каждого пропуск спрашивать. Идут себе люди, и пусть идут.
По словам нелюбопытного деда, парочка уселась в какую-то машину и уехала. Но что это была за машина, дед не знал. Помнил только, что цвет белый.
– Я еще подумал, сама девка черная, машина у нее белая, контраст получается.
– Ну а номер? Марку машины вы запомнили?
– Вот уж делать мне нечего, только голову ненужной ерундой забивать! – разозлился дед. – Ничего больше не помню. И вообще… Идите-ка вы отсюда, господа хорошие, не мешайте мне чай пить!
Дед был таким сердитым, что друзья не решились его беспокоить и дальше. Да и в конце концов, что еще они могли узнать?
– Нам нужен этот парень, – сказал Леша, когда они выезжали из города.
– Думаешь, он удрал, потому что испугался следователя?
– А разве ты сама так же не думаешь?
Санька промолчала. Да, она была согласна. Но что толку, если они не знают, где искать этого типчика?
– У меня есть одна идея, где он может быть, – произнес Леша внезапно.
– И где?
Но вместо ответа Лешка снова спросил:
– Тебе не показалось странным, что в больницу к этому парню приходила девица, чья внешность по описанию просто идеально подходит сестре погибшего шофера? Этой самой Лере?
– А ведь и правда! – воскликнула Саня. – Высокая, эффектная брюнетка! Вот это да! Думаешь, сестрица подстроила аварию собственного брата? Чтобы захапать себе его комнату?
Но Леша так не думал.
– Вряд ли все так просто. Если бы эти двое хотели разобраться между собой, то при чем тут Игорь?
– Случайная жертва, – предположила Санька.
– А Петруха?
– Тоже жертва разборок брата с сестрой.
– Нет. Я думаю, тут все гораздо сложней. И еще я думаю, что сейчас нам нужно поехать к этой особе.
– К Лере?
– К ней самой.
– Но мы не знаем ее адреса, – опечалилась Санька.
– Еще как знаем! – воскликнул Лешка. – Она ведь живет в комнате брата? Так нам сказали?
– Ну… Так.
– А я уже выяснил адрес. Так что? Едем?
Саня радостно кивнула. От предвкушения новых приключений у нее захватило дух и сладко заныло где-то под ложечкой. Ох, и повезло же ей! О таком захватывающем расследовании она раньше могла только мечтать.
И еще Саня с радостью обнаружила, что ни вчера, ни сегодня она еще ни разу не подумала о бывшем жениха Вадиме. Ну вот ни единого, даже самого крохотного разочка! А прежде не проходило дня, чтобы Саня не вспомнила о нем и о его жестоких словах.
Возможно, дело в том, что после разрыва с Вадимом Саня осталась практически в изоляции, а теперь пустота вокруг нее вновь заполнялась? Да, скорее всего, дело именно в этом. Никогда не следует оставаться наедине со своей бедой. Вот только пойти Саньке оказалось не к кому.
Бабушку она волновать не хотела. Та была старенькой и давно жила интересами своих младших внуков. К тому же ее сын, Санькин дядя, работал в другой стране, а с его женой у Саньки контакт не очень получался. Но Санька избегала тесного общения с родственникам еще по одной причине…
Санькины самые близкие люди, родители, уже давно жили и работали в другой стране. Несколько лет назад Санькиного папу пригласили в Соединенные Штаты читать лекции по молекулярной химии. Родители колебались недолго: ведь за ту же работу, которую папа делал всю свою жизнь, получая при этом копейки, теперь ему обещали платить огромные деньги.
– Ты уже большая, квартира у тебя есть, образование ты получила, с голоду не умрешь, – сказала ей мама при отъезде. – В случае чего звони нам. Но я надеюсь, что ты нас не подведешь. Пойми и не осуждай нас с папой, такой шанс бывает раз в жизни!
И вот Санька очень старалась не подвести родителей и не допустить, чтобы они разочаровались. Но жизнь как-то так все время складывалась, что получалось: открой Санька родителям всю правду о себе, они тут же поймут, что дочь не оправдала их надежд!
Санька совершенно завралась. Вышла первый раз замуж, развелась, снова вышла замуж и снова развелась. Но родителям рассказала только про первый опыт. Собственно говоря, не сказать было невозможно – родители были на свадьбе и даже подарили жениху очень красивую, дорогую новую машину.
– Отличного парня ты себе отхватила! – воодушевленно говорил ей папа. – Отличный кадр!
– Я так рада, что ты вообще нашла хоть кого-нибудь, кто согласился бы взять тебя замуж официально, – говорила мама. – Я не одобряю современные нравы, когда молодые люди живут друг с другом, не оформляя отношений. Ты у нас молодец. Честно, не ожидала.
Поэтому Саня очень боялась, что разочарует маму и та снова начнет думать, будто дочь не заслуживает доверия и уважения. Так что теперь Санька жила как бы в двух мирах. В первом, родительском, она была счастливой женой, а во втором – несчастной разведенной женщиной. Бабушке она тоже врала. И дяде с тетей тоже.
Дело несколько упрощалось тем, что некому было раскрыть ее родителям глаза на действительность происходившего в жизни Саньки. Дядя тоже жил в Америке. Ну а с подругами своей дочери Санькины родители не особо общались. Уже почти три года Санька водила своих родителей за нос и с ужасом ждала момента, когда срок действия папиного контракта истечет и родители вернутся назад на родину. А в том, что это произойдет, Санька не сомневалась. Отец не хотел больше оставаться в Штатах. Он устал и считал, что заслужил спокойную старость на любимой, несмотря ни на что, родине.
– Хочу вернуться домой, – неизменно повторял он в телефонных разговорах с дочерью. – Там мы свои. А в этой пусть и богатой стране мы с матерью навсегда останемся пришлыми эмигрантами. Чужаками. На нас всегда будут недоверчиво посматривать. А я не хочу ради лишнего куска жирной колбасы ловить на себе косые взгляды. Тем более что и колбаса у них тут – дрянь!
Что думала по этому поводу Санькина мама, неизвестно, решающее слово принадлежало отцу. Но Саньке казалось, что как раз мама с удовольствием осталась бы в Америке, потому что она несколько раз со вздохом говорила дочери:
– Вот если бы ты вышла замуж за американца, все бы отлично устроилось. Ты бы получила гражданство, мы бы остались здесь. Твой отец наконец перестал бы ныть, что ему нужно назад. Если там никого не осталось, какой смысл возвращаться?
Вот такая непростая ситуация сложилась в Санькиной родной семье. Теперь она вроде как оказалась еще и в третьем мире – стала невестой покойного Игоря.
– О чем задумалась? – услышала она голос Леши. – Чего невеселая такая?
– Нет-нет, все в порядке.
Саня очнулась и завертела головой по сторонам. Где они едут? Оказалось, они все еще на полях и лугах родной Ленинградской области.
– Слушай, а я все хотел спросить, куда ты так мчалась, когда я тебя поймал?
– Где?
– На Черной речке.
– А-а-а… – вздохнула Санька. – На аукцион.
– Аукцион? Какой?
– Обычный. Хотела монетку себе купить.
– Монетку?
– Ну вообще-то это не такая уж простая монетка, скорее настоящая монетища, – воодушевилась Санька. – Памятный рубль, посвященный открытию памятника Александру Второму.
– А… «Дворик»! Слышал. Занятная вещица.
От изумления Санька потеряла дар речи. Неужели Леша тоже увлекается коллекционированием? Такого просто не может быть.
– Откуда знаешь?
– Откуда-откуда… От Игорька. Это он у нас был любителем всяких старинных штучек.
– А ты?
– А я… Я – нет. Мне по душе больше процессоры, компьютеры и скайпы.
– Так ты компьютерщик?
– Надеюсь скоро сделать видеосвязь полностью автономной и доступной. Чтобы не было нужно всех этих заморочек с установкой контактов в сети. Чтобы все, даже самые старенькие бабушки, понимали: ткнешь одну кнопочку, увидишь своего любимого внучка где-нибудь в далекой Австралии. Ткнешь другую, увидишь внучку.
– А Игорь коллекционировал монеты?
– Игорь занимался антиквариатом, – суховато ответил Леша.
Заметив обиженный взгляд компаньонки, постарался исправить ситуацию:
– Игорь владел двумя взаимно дополняемыми предприятиями: антикварным салоном и реставрационной мастерской. И еще я точно знаю, что на него работала целая сеть скупщиков, которые стояли в разных концах города и предлагали населению продавать разное старье.
– М-м-м…
– Про этот «Дворик» я от него много раз слышал. И все больше истории о подделках. Игорь говорил, что чаще подделывают только «Гангут». Я верно назвал?
– Все верно, – печально произнесла Санька.
Опечалилась она оттого, что только сейчас поняла; как много потеряла, так и не став невестой Игоря! Подумать только, человек владел антикварным салоном! Да такому жениху просто цены нет! Всем известно, что владельцы антикварных салонов сколачивают себе состояние на том, что граждане им приносят за бесценок вещи, завалявшиеся на антресолях, а антиквары потом эти вещи немножко подновляют и перепродают за бешеные тыщи всяким ненормальным любителям старины.
И вот столь ценный кадр пронесся у Саньки перед носом – а ей так и не достался. Подумать только, а ведь в салоне того же Игоря могла преспокойно лежать и никого особенно не интересовать вся подборка юбилейных рублей царской России. И конечно, Игорь мог бы сделать такой подарок невесте, скажем, к свадьбе. Ну да, и на помолвку вполне мог бы подарить. Саня не возражала бы.
Кому нужны все эти нелепые кольца с брилиантами? Куда интересней получить монетку с изображением самого императора, а на обороте головку императрицы Александры Федоровны и прелестные детские головки всех ее отпрысков в количестве шести штук.
– Эй, чего приуныла? – услышала Саня голос Леши рядом с собой. – Просыпайся. Мы уже приехали.
Они стояли перед типовым домом на окраине Питера. Это был самый что ни на есть спальный район. Сане стало нестерпимо тяжко среди однотипных бетонных коробок, но Леша ничего такого не чувствовал. Напротив, выбравшись из машины, он с жадностью вдохнул свежий воздух, одобрительно почмокал ребятишкам, копавшимся в песочнице на детской площадке, погладил случайно пробегающую мимо собаку и сказал:
– Вот в этом доме я бы и хотел жить.
– Ты? – поразилась Саня. – Почему?
На ее взгляд, дом был ужасен. Огромный. Блочный. Этажей двадцать, а то и все двадцать четыре.
– А что? – не понял ее настроения Леша. – Очень удобно! Школа под боком. Детский садик под носом. С ребенком гулять – вот, пожалуйста. Через дорогу лесопарк. В другую сторону поликлиника. И все по жилому зеленому массиву. Тут тебе не центр, где вечно пробки, пыль, газы и грязь.
– Ну, тогда тебе нужно жить за городом.
– Не-а, – покачал головой Леша. – Собственный дом – тоже не для меня. Мне нужно, чтобы рядом другие люди обязательно жили. Чтобы за стеной, чтобы я их слышал.
– Вот уж счастье так счастье, – ехидно прокомментировала Саня.
Но Леша ее ехидства не заметил, лишь весело кивнул головой в ответ, направляясь крупными шагами к нужному подъезду. Саньке оставалось только последовать за ним. Но так широко шагать в своих ботфортах она не могла. Ей пришлось мелко семенить и время от времени окликать Лешку, чтобы он подождал. Кончилось все тем, что Лешка взял девушку за руку и потащил за собой, как на буксире.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?