Читать книгу "Циник и герой. Стихи"

Циник и герой
Стихи
Дарья Малёжина

© Дарья Малёжина, 2015

© Пабло Пикассо, иллюстрации, 2015

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero.ru

Мне снится покой

 
Тяжелеет свинец век, мне снится покой
Опереточно, томно, с надрывом, в скопленьи светил
Исступлённый, стонал ты и рвал своей бледной рукой
Это небо в алмазах, а немного б ещё – и простил
А ты всё глядишь этим фирменным взором туманным
А ты ещё ищешь в потёмках добра от добра
Мне казалось, уверенный пульс забурлил котлованом
И цинизма на долгие годы сошла кожура
Ты плакал, порхало сомненье летучею мышью
Но нет исключений – меня тоже тянуло за край
А левая мышца забилась, как ливень по крышам
Ведь там, в кулуарах сознанья – наш пойманный рай.
 

Идём в весну

 
Северный ветер нам чинит с тобой препоны,
И нет ответов помимо тех, что над землёй, ты понял?
Эта бойцовая рыбка попалась и ты причастен —
Хитрое, шибкое, быстрое, дерзкое наше счастье.
Лови блесну,
Идём в весну!
И с глаз апрель
Снял пелену.
Ещё раз покатится ком ледяной, заденет сердце.
Себе не поверю, если это со мной, как тут не спеться?
Почти пустив корни, решили, что полно – теперь отчалим,
А серому небу не скажем ни слова: убьём молчаньем.
 

Путь в новое

 
Скоро распахнётся этот путь в новое.
Стукнет сердце, у него спроси: готово ли?
Я кричу тебе, ну а чего же боле?
В самых странных снах твоих и то неволя.
Только не так, только не здесь,
Но ты узнаешь мир чудес.
Только пока, только внутри.
Можешь – лети, а не можешь – гори.
Скоро распадётся этот плен на атомы
Мирные, пока не тронешь их – не надо так.
Веришь, захлебнётся зло твоей победою,
Сделал шаг ты, ничего не ведая.
 

Фройндшафт

 
Да, во мне силы много, не
То что фантиков у дурака.
Пусть обманет нас новая
Ярко-красная эта строка.
Начерти моё сердце
И найди его площадь.
Не в пример отщепенцам
Мы с тобой будем фройндшафт.
По плечу, по колено нам —
Больше не глубоко.
Мы растаем мгновенно здесь
В тьме квадратных окон.
 

Ранены

 
Такой театр. Ни одного актёра.
Твоя тоска – что чёрная свеча,
С крадущейся весной потухнет скоро,
И ты не хлопнешь дверью сгоряча.
Избравшие самый извилистый путь,
Ты и я этой правдой ранены.
Нам хватит её, чтоб ещё раз вдохнуть.
Мы – стиляги на комсомольском собрании.
Осадок зла. А раньше круги ада
Наматывали – Данте и Вергилий.
Нет, силы тьмы не призывай, не надо —
Ушли и навсегда тебя простили.
 

Мы с тобой

 
Мы с тобой не уйдём из дома
И тем самым избежим всех ошибок.
Этой тайной ты навек околдован,
Твоё имя – на сердце нашивка.
Мы с тобой не выйдем из строя,
Нас создали с дальним прицелом.
Я не знаю, кто всё это устроил,
Но ты меня поглощаешь всецело.
 

Преступно прекрасен

 
Тени для век, антрацитовый фрак,
Декаданс и хищный канкан.
Преступно прекрасен, дурманит как мак
Мир, что подчиняется нам.
Я пришлю тебе эту розу, друг мой,
Пускай и осушен бокал.
Малыш, мы отыщем дорогу домой
По чёрным её лепесткам.
 

Роман с декадансом

 
Все сравненья с возвышенным – избитые в кровь,
Мало веры – остались купола и кресты.
Я, лениво выгибая соболиную бровь,
Пальцем пианистическим вдруг коснусь чистоты.
Только я родилась под счастливыми звёздами,
Вот теперь пыль от них и сыпется с плеч.
Мой роман с декадансом совершился не просто так
В этом мире, что полон случайных встреч.
 

Человек Возрождения

 
А что я? Я опять побегу по своим куафюрам.
Умудрённый, краткий и вдумчивый, как Басё,
Ты весь – человек Возрождения, довольный и ласковый
фюрер,
Павлик Морозов – и это ещё не всё.
И я всё понимаю – вторым, запасным, костным мозгом,
Не забыть, как спасали вдвоём от пожара наш дом из песка.
Сделай лишь один вдох – а не то мы так же замёрзнем,
Как, лишённая временных рамок, эта тоска.
 

Больше нет грязи

 
В этой маленькой, уцелевшей после взрыва Вселенной
комнате
Знойный воздух навсегда останется электризованным.
Нервно черти вдыхают одну за одной в нашем омуте,
Ты запомнишься таким же, как до – чудом парализованный.
Ты философ – отсюда и все эти звёзды в глазах,
Обезумевший Шляпник, который нечайно растерял все булавки,
Только мы отыскали незыблемо веру в тех самых словах,
Наше счастье, что вместе и не по пьяной лавке.
И теперь стало не до причинно-следственных связей,
Будут точно мёртворождёнными все возражения.
И само осознанье того, что больше нет грязи
Поважней пустяковых каких-то там сил притяжения.
 

Сальса

 
Ты – это данность – становишься строгим приставом,
Догорает закат – тебе снова не до него.
Я могу попросить только лишь глядеть в меня пристально,
А не то исчерпает само себя волшебство.
Да, добить – не добиться, и то всё Кубаны аккордами,
Потемнело в глазах, кто теперь и кого разберёт?
Это делает нас, мой сальсеро, до безумия гордыми,
Только небо-сомбреро уже через миг упадёт.
 

Становлюсь молотком

 
Забили последний гвоздь —
Теперь я становлюсь молотком.
Сорви эту гнева гроздь,
Пускай обернётся цветком.
И больше не будет фраз —
Сухих, как чайные листья.
На свет мы выйдем сейчас —
Такой же до ужаса чистый.
 

Непосредственно в сердце

 
Оживилась мигрень,
Скачет температура.
Очевидно как день:
Злые стрелы амура…
Непосредственно к Вам,
Непосредственно в сердце.
Ваш покой отдан снам,
Больше некуда деться.
Притупить острый стр

...

конец ознакомительного фрагмента