Текст книги "Возвращение на Цветочную улицу"
![](/books_files/covers/thumbs_240/vozvraschenie-na-cvetochnuyu-ulicu-270163.jpg)
Автор книги: Дебби Макомбер
Жанр: Современная зарубежная литература, Современная проза
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 20 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Глава 5
Колетта Блейк
Вязание поможет скоротать время в одиночестве, решила Колетта. Сюзанна убедила ее попробовать этому научиться. К своему удивлению, Колетта ждала первого урока в среду с огромным нетерпением. Возможно, потому, что вязание ассоциировалось с миром и спокойствием. Колетта представила, как она на последнем месяце беременности сидит в удобном кресле, оставленном Лидией в квартире, и вяжет разные милые вещички для своего ребенка.
Колетта пока никому ничего не сказала. Однако через несколько месяцев скрывать беременность станет невозможно. Пока Колетта не представляла, что ей делать после рождения ребенка, где жить и рассказывать ли о ребенке Кристиану. Не имея в голове четкого плана, Колетта решила ждать ответа властей на свое анонимное письмо. Она поймет, как поступить, когда узнает о судьбе Кристиана. Если ей не ответят, она всегда может позвонить Дженни в офис. Несмотря на то что они давно не общались, Дженни будет рада ее слышать.
Этим утром торговля в цветочном магазине шла бурно. И неудивительно, ведь приближался День святого Валентина. Крисси, дочь Сюзанны, которая перевелась из Орегонского университета в Вашингтонский, согласилась работать в магазине раз в неделю после обеда, чтобы освободить Сюзанну и Колетту для уроков вязания. У Крисси был свой интерес. Она хотела изучить бизнес и доказать, что уже взрослая и может быть ответственной. Кроме того, Крисси рассчитывала заработать денег на карманные расходы.
Курсы посвящались вязанию шали, которую Колетта планировала использовать как одеяльце для ребенка. Лидия говорила, что связанную шаль можно отдать тому, кто нуждается в помощи. Колетте, несомненно, было необходимо и то и другое.
На прошлой неделе Колетта встретила в магазине Крисси. Девушка выглядела как типичная школьница: то уверенной, то неуверенной в себе и своих силах. Крисси обладала природным обаянием и намеревалась использовать его при работе в магазине. Крисси и ее мать были очень близки, и Колетта им завидовала. Ее собственные отношения с родителями были хорошими, но между ними никогда не было такой теплоты, как между Крисси и Сюзанной. Тем не менее Колетте хотелось, чтобы ее родители жили ближе, особенно сейчас. С другой стороны, жить рядом с родителями, возможно, было бы неудобно. Колетта не сказала им о ребенке. Она знала, что, если они узнают, станут настаивать на том, чтобы она все рассказала Кристиану. А Колетта этого сделать не может. По крайней мере, пока. Она чувствовала себя подвешенной между своим прошлым и будущим, неспособной двигаться вперед, к той новой жизни, которую однажды начала.
Свой отказ уезжать из Сиэтла Колетта объяснила тем, что этот город стал для нее родным и уютным домом. И это было правдой, однако остаться она хотела и для того, чтобы узнать, что же будет с Кристианом.
Теперь темнело не так рано, но к четырем часам тени начинали удлиняться. Колетте нравилось наблюдать за жизнью на Цветочной улице при свете уличных фонарей на тротуарах. Когда Сюзанна вернулась с деловой встречи, Колетта плела погребальный венок из красных гвоздик и гаультерии, местного вечнозеленого растения.
– Как все прошло? – спросила Колетта, зная, как нервничала ее начальница перед встречей с директором одной из самых крупных частных контор Сиэтла. Недавно Сюзанна получила предложение осуществлять цветочное оформление для похоронных церемоний, а для этого необходимо было договориться о цене на цветы с директором конторы.
Сюзанна сняла куртку и повесила ее на крючок в подсобке.
– Встреча прошла очень хорошо, – ответила Сюзанна, ее глаза лучились надеждой. – К концу недели будет известен результат.
– Это здорово.
Колетта хотела, чтобы у Сюзанны все получилось. Конечно же Колетта беспокоилась и о сохранении работы. А чем больше прибыль у начальницы, тем лучше для нее. Однако основной причиной являлось не это. Колетте нравилась Сюзанна. Она наняла ее после короткого собеседования, во время которого задала всего несколько вопросов. К счастью, Сюзанна не стала требовать рекомендаций от предыдущих работодателей. Позднее Сюзанна призналась, что Колетта была первой, с кем ей довелось проводить собеседование, и она задавала вопросы чисто интуитивно.
Работая бок о бок изо дня в день, они не могли не подружиться. Даже несмотря на то, что Колетта никогда не делилась ничем личным. Разговоры крутились вокруг семьи Сюзанны, любимых книг и людей с Цветочной улицы. Вскоре Колетта в общих чертах поведала о своей жизни: о том, как училась, вышла замуж и как стала вдовой. Вскользь упомянула о своей прежней работе. Колетта бережно хранила в сердце воспоминания о Дереке. У них был прекрасный брак. Единственной проблемой была ее неспособность забеременеть. Колетта глубоко любила Дерека и до сих пор о нем скорбела. Но ее смущали чувства к Кристиану Демпси. Последний год Колетта лгала себе, не желая признавать возникшую к нему симпатию, ведь именно поэтому она и провела тогда с ним ночь. Колетте хотелось верить, что их занятия любовью являлись чем-то большим, нежели утолением физического голода двух одиноких людей. Надежда эта рухнула, как только Колетта вышла на работу после Рождества. Несмотря на то что Кристиан ничего не сказал, Колетта знала, что он жалеет о той ночи, жалеет обо всем, что произошло между ними. Кристиан казался обеспокоенным и поглощенным своими мыслями. Колетта наивно полагала, что такое нетипичное поведение связано с ней. Она не знала, во что именно Кристиан ввязался и зачем ему понадобилось рисковать делом, в которое он столько вложил. Колетта полагала, что Кристиан испытывает финансовые трудности. Либо его шантажируют. Но какова бы ни была причина, Колетта не желала в этом участвовать и не хотела видеть Кристиана.
Сюзанна снова заговорила, и Колетта охотно отвлеклась от мыслей о Кристиане.
– Я представляла мистера Олсона не таким, – сказала Сюзанна, быстро подвязывая фартук. – Хотя, с другой стороны, я ведь нечасто бываю в похоронных конторах. Он такой доброжелательный. И совсем не мрачный, представляешь? Просто сдержанный и искренний. Потом я увидела, как мистер Олсон говорит с семьей, недавно потерявшей близкого человека, и он так искренне их успокаивал. – Сюзанна слегка пожала плечами. – Мистер Олсон произвел на меня сильное впечатление. Надеюсь, я на него тоже.
Колетта знала: если Сюзанне удастся заключить контракт с похоронной конторой, это принесет магазину огромную прибыль. Сама Колетта хоронила лишь Дерека, и эти воспоминания были смутными. Все заботы по организации похорон и погребению взяли на себя родители Дерека, которые прилетели из Чикаго. Будучи в состоянии оцепенения, Колетта была этому только рада. Сидя в приемной, она листала брошюру по организации похорон. Кто бы мог подумать, что когда-нибудь это станет частью ее работы.
– Я заверила мистера Олсона, что, хотя и являюсь новичком в этом деле, намерена заключить договор на длительное сотрудничество. Подбирать слова для речи мне помогал Джо. Он просто великолепен.
Колетта восхищалась Джо, мужем Сюзанны, и тем, как он поддерживает жену в ее начинаниях. Она завидовала их нежному союзу и гадала, достиг бы ее собственный брак такой зрелой и глубокой любви. Колетта предпочитала думать, что так и случилось бы. Но ее муж погиб, а она носила ребенка от другого мужчины.
В эту секунду зазвонил телефон, и Колетта сняла трубку. Она как раз начала принимать заказ, когда дверь магазина распахнулась и кто-то зашел внутрь. Сюзанна вышла из подсобки к клиенту.
Колетта записала заказ: поздравительный букет для пары, ставшей родителями. Цветы необходимо доставить сегодня в роддом. Для небольших заказов Сюзанна нанимала службу доставки. Раз в день водитель заходил в цветочный магазин и принимал заказы. Больше всего удовольствия Сюзанна и Колетта получали, оформляя букеты для таких счастливых событий, как сегодня. Похоронные венки и цветочное оформление являлись основным источником дохода их магазина, но Колетта по собственному опыту знала, что никакие цветы, какими бы дорогими и прекрасными они ни были, не облегчат боль утраты близкого человека. Суть в том, чтобы воздать должное умершему и выразить свою скорбь.
В подсобку вернулась Сюзанна.
– Пришел какой-то мужчина. Он хочет с тобой поговорить.
– Мужчина?
Это мог быть лишь один человек.
Сюзанна держала перед глазами визитку.
– Кристиан Демпси. Не этот ли человек звонил на прошлой неделе?
Колетта нервно кивнула. Возможно, она поступила глупо, не перезвонив Кристиану. Неужели она всерьез думала, что он ее не найдет? Зная Кристиана, можно было предположить, что ее молчание лишь подстегнет его желание ее разыскать.
Расправив плечи, Колетта медленно направилась в магазин и встала за прилавок. Она выслушает Кристиана и будет молиться, чтобы этим все и закончилось. Однако скрыть волнения от встречи Колетта не могла.
Кристиан совсем не изменился. Он выглядел точно так же, как и месяц назад. Стоило Колетте выйти из подсобки, и Кристиан впился в нее взглядом.
– Мистер Демпси, – официально обратилась к нему Колетта, и это прозвучало смешно, ведь месяц назад она лежала в его объятиях. Но вежливость обеспечивала эмоциональную защиту, в которой Колетта сейчас так нуждалась.
Кристиан нахмурился:
– В свете… последних событий было бы более уместным называть меня по имени.
Колетта внимательно посмотрела на Кристиана, желая убедиться, что над ней не подтрунивают. Более уместным, хотелось ей сказать, было бы вообще не упоминать об их ночи в отеле.
– Хорошо, Кристиан.
– Ты получила мое сообщение?
– Да. Получила. – Почему она не перезвонила, Колетта объяснять не стала.
Кристиан слегка сузил глаза. Кто-то другой, возможно, этого бы и не заметил. Но только не Колетта. За пять лет работы с ним она слишком хорошо изучила все нюансы его настроения и выражения мыслей. Он был ею недоволен, недоволен собой, тем, как выглядел, как держался. Колетта понимала все это по положению плеч Кристиана. Скорее всего, он узнал, кто написал письмо. Испуганная Колетта не имела никакого желания обсуждать это.
Кристиан все так же смотрел ей прямо в глаза.
– Можно тебя на пару минут? Для личного разговора.
Он знает.
– Это… это невозможно. Я на работе.
– Тогда я подожду.
Никто не отпугнет покупателей лучше раздраженного Кристиана Демпси.
Немного подумав, Колетта неохотно, но все же сдалась. Лучше не откладывать, решила она. Кристиан все равно вернется.
– Я попробую отпроситься у начальницы.
Кристиан ответил коротким кивком, и Колетта направилась к Сюзанне.
– Кто этот мужчина? – прошептала Сюзанна, как только Колетта зашла в подсобку.
– Мой бывший начальник. Можно я уйду сейчас?
– С ним? – Сюзанна нахмурилась, явно забеспокоившись.
– Наш разговор не займет много времени.
По мнению Колетты, он требовал не более пяти минут. Гораздо больше ее беспокоило то, как она будет чувствовать себя после. Несмотря на все то, что Колетта знала о Кристиане, ее все так же тянуло к нему.
– Можешь не торопиться, – заверила Сюзанна. – Но пообещай мне разговаривать с этим человеком, только если тебе самой этого хочется.
Колетта хотела и не хотела одновременно.
– Мне необходимо с ним поговорить, – ответила она, посчитав такое объяснение достаточным.
Кристиан ждал ее на улице. Будучи джентльменом, он придержал дверь, пока она не вышла из магазина. Колетта ожидала какого-нибудь замечания по поводу того, какую работу она предпочла работе в «Демпси импортс». Но Кристиан ничего не сказал.
– Через дорогу есть кафе, – указал Кристиан на «Французское кафе» с полосатым навесом. На одной из витрин располагалось великое множество кондитерских деликатесов, а через другую можно было увидеть маленькие столики и стулья.
– Может, лучше немного пройдемся? – Колетта не хотела, чтобы кто-нибудь из кафе подслушал их разговор.
Кристиан согласился. Шагая вдоль Цветочной улицы, они сдержанно обменивались любезностями. Кристиан шел, заложив руки за спину, стараясь не обгонять Колетту. Больше всего ее поражало то, как они оба пытались поддерживать официальный тон. Они вели себя словно незнакомые люди.
– Как ты? – спросил Кристиан. Он повернулся и взглянул на Колетту, словно обладал способностью читать ее мысли. На самом деле так оно и было.
– Со мной все прекрасно, спасибо. – Колетта надеялась, что голос не выдаст ее волнения.
– Я имею в виду, как ты… в физическом плане? – снова спросил Кристиан.
– В физическом? – не поняла Колетта.
– Может, еще на бумаге написать? – нетерпеливо заговорил Кристиан. – Если я правильно помню, никто из нас не позаботился о средствах контрацепции.
– Ах это. – Смущение зажгло на щеках Колетты румянец более яркий, чем красный свет на перекрестке. – Все хорошо. Не о чем… беспокоиться.
Кристиан, похоже, ей не поверил.
– Если это все, – проговорила Колетта неуверенно, – то я, пожалуй, пойду.
В голове Колетты теснились лишь вопросы и обвинения. Она никогда не считала Кристиана дураком и знала о его незаконной торговле с Китаем. Встреча с ним ее смущала. Колетте не хотелось думать о Кристиане и давать ему повод для подозрений о ребенке. Чем быстрее они распрощаются, тем лучше.
– Это не все, – резко возразил Кристиан. Он замолчал, словно не зная, как сформулировать следующий вопрос. После короткой паузы Кристиан выпалил: – Я хочу, чтобы ты вернулась в «Демпси импортс».
Пораженная его просьбой, Колетта машинально помотала головой:
– Я не могу.
Загорелся зеленый свет, и Колетта с Кристианом пересекли дорогу. Они просто шли наугад.
Кристиан подождал, пока они перейдут на другую сторону.
– Из-за того, что между нами было?
– Кристиан, – пробормотала Колетта и поняла, что он не знает о ее письме. – Ничего не выйдет. Мне жаль, но между нами всегда будет та ночь.
– И день.
Кристиан, казалось, хотел смутить ее еще больше.
– Да, и день, – согласилась Колетта. – Не важно. Мы больше не можем работать вместе.
– Хорошо, – с сожалением произнес Кристиан. – Я совершил ошибку после выходных. Наши отношения изменились, а я не знал, как себя вести.
Дело не только в отношениях, язвительно подумала Колетта.
– Я делал вид, что между нами ничего не произошло, – продолжал Кристиан. – Но это не так. Ты права. Давай обсудим все как взрослые, зрелые люди и придем к взаимопониманию.
– Я не хочу ничего обсуждать. И здесь нечего понимать. Мы совершили ошибку. В этом можно винить алкоголь или праздничную раскованность.
Кристиан поднял брови.
Колетта смотрела под ноги на тротуар.
– Прости, – прошептала она. – Все изменилось, Кристиан. Я больше не могу быть твоей ассистенткой.
– Почему бы нам тогда не списать ту ночь на временное помутнение рассудка и забыть об этом? Ты ценный работник. Ты нужна компании.
– Компании? – переспросила Колетта.
Кристиан тихо вздохнул.
– Ты нужна мне, – пробормотал он. – Я хочу, чтобы ты вернулась.
Колетта могла быть польщена. Ведь Кристиан Демпси редко признавал свою необходимость в ком-либо или в чем-либо.
– Это невозможно, – твердо ответила Колетта. – Мы не можем изменить уже сделанное. Неужели ты не понимаешь?
Не может же она в самом деле снова заниматься его расписанием, организацией командировок и свиданиями. Да и в любом случае, как только Кристиан узнает о ее письме в высшие инстанции, он тут же ее уволит.
Кристиан не ответил.
– Как ты нашел меня? – спросила Колетта.
– А что? Ты скрывалась?
– Нет…
– Это было несложно. Я связался с твоим банком, там мне дали твой новый адрес. Чтобы отправить документы об увольнении.
Почувствовав себя глупо, Колетта пожала плечами. Но не удержалась и задала еще один вопрос:
– Ты уже нанял нового помощника?
Она могла бы спросить у кого-то, с кем подружилась за годы работы в компании. Но офис наверняка кишел сплетнями и слухами по поводу ее внезапного увольнения, поэтому Колетта не звонила никому из «Демпси импортс». Связываться с кем-то из бывших коллег Колетта решила лишь в крайнем случае.
– Ллойд Йорк, – ответил Кристиан.
– Ллойд, – повторила Колетта. Она безуспешно пыталась вспомнить лицо этого человека. – Я его не знаю.
Обычно Кристиан решал подобную проблему, повышая кого-то внутри компании.
– Он временный работник.
Колетта широко раскрыла глаза. Кристиан не любил использовать людей из временного штата и прежде всегда этого избегал. Тот факт, что он нанял кого-то за пределами компании, лишь доказывал его виновность. Однако зачем Кристиану возвращать ее назад, Колетта не понимала. Разумеется, он знал: рано или поздно она все равно узнает о его делах.
– Я надеялся, ты придешь в себя и вернешься сама. Но ты не давала о себе знать, и у меня не осталось другого выбора, кроме как самому с тобой связаться.
– Кристиан, мне очень жаль. Даже больше, чем ты думаешь. Но я не стану менять своего решения.
– Ты точно не передумаешь?
– Нет, не передумаю. – Колетта закрыла глаза. Несмотря ни на что, она скучала по Кристиану, скучала по его поручениям и своей работе. Колетта хотела рассказать Кристиану о ребенке, но только после того, как все прояснится. Конечно же она понятия не имела, когда и как это будет.
– Ты хочешь вернуться, Колетта. Я это чувствую. Скажи, что тебя останавливает, и я все улажу. Хочешь повышения, хорошо. Я удвою твою прежнюю зарплату. Мы отлично друг друга знаем и…
Вот сейчас Колетта разозлись.
– Я так не думаю, – вспылила она. – После пяти лет совместной работы ты почти ничего обо мне не знаешь.
– Правда?
– Да, правда! – взорвалась Колетта.
– Наоборот. Я знаю тебя очень хорошо, Колетта Блейк.
Двусмысленность слов Кристиана так искусно достигла цели, что Колетта почувствовала, словно острая игла задела особо чувствительный участок кожи. И ее гордость.
– Об этом я и говорю, – произнесла она спокойно, насколько позволяло гулко стучащее сердце. – Ты лишь подтвердил мои слова. То, что случилось… уже случилось. Пути назад нет. Думаю, вам лучше нанять постоянного ассистента, мистер Демпси. Потому что, уверяю вас, у меня нет никакого желания снова работать с вами. Никогда.
Желая сохранить чувство собственного достоинства, Колетта зашагала прочь, оставив Кристиана стоять на тротуаре.
Глава 6
Лидия Гетц
Простое спокойное вязание, возможно, и не способствует воцарению добра во всем мире, но, по крайней мере, приносит добро в мой собственный мир.
Энн Бадд, редактор, «Интервив пресс»
Если бы сегодня не было первого занятия по вязанию, я бы закрыла магазин и поехала в больницу к Маргарет и Джулии. Состояние моей племянницы было критическим. Два дня она лежала под капельницей со сломанной рукой. На опухшем лице синели кровоподтеки. Я едва могла смотреть на Джулию и не заплакать. Как можно было сделать такое с моей прекрасной племянницей? Это за пределами моего понимания. Но гораздо больший ущерб нападавший нанес не телу Джулии, а ее психике.
Ее и моей сестры! Еще никогда я не видела Маргарет в такой ярости. В приемном отделении больницы она расхаживала туда-сюда, рыча, как раненый зверь, срывалась на медсестрах, требовала ответить на ее вопросы и всячески нарушала больничный распорядок. Я даже поговорить с ней не могла. Не знаю, что было бы, если бы не Мэтт. Мой зять подошел к ситуации тактично. Снова и снова он напоминал Маргарет, что Джулия жива. Потеря машины их не волновала. Самое главное, что дочь осталась жива после нападения. Выплата по страховке окупит потерю транспорта, но ничто не заменит погибшего ребенка.
В эту холодную среду дверь магазина распахнулась, и на пороге показалась Аликс. Я была рада, что она записалась на новые курсы вязания, хотя ей это и не требовалось, поскольку Аликс уже достигла высокого уровня. Колетта и Сюзанна прежде никогда не вязали, поэтому я предложила работать над двумя схемами: одна полегче, а другая – для Аликс – усложненная кружевная. Перед Аликс должна стоять более сложная задача, иначе она быстро заскучает. А еще Аликс необходимо отвлечься от проблем, и эта схема кружевной шали прекрасно ей поможет.
Я была так рада видеть Аликс, что чуть не расплакалась. Нападение на Джулию настолько выбило меня из колеи, что даже незначительное событие вызывало у меня бурную реакцию.
– Ты слышала? – спросила я, стараясь унять дрожь в голосе.
Аликс кивнула:
– Как Джулия?
– Ее перевезли домой после двух дней в больнице, но она не хочет видеть никого, кроме членов семьи.
Джулия боялась того, что скажут друзья, когда увидят ее распухшее лицо в синяках. Приехав домой, она тут же ушла в свою комнату и больше оттуда не выходила. Я понимала ее лучше, чем кто-либо. После первой операции на мозге, с перебинтованной головой, я ужасно всех смущалась. Тогда я и подумать не могла, что это лишь начало моих испытаний. Я тоже не позволяла своим друзьям видеться со мной, а потом, когда я осталась в одиночестве и меня одолевала депрессия, их осталось всего несколько человек.
Оглядываясь назад, я понимаю, что сама отталкивала от себя людей. Надеюсь, Джулия не повторит моей ошибки.
Мне остается лишь молиться за свою племянницу и окружить ее поддержкой и заботой. Рука заживет, и сойдут синяки, но вряд ли она уже будет той беззаботной девочкой, какой была неделю назад.
В тот день нападавший украл не только машину. Он украл невинную веру Джулии в хороший и безопасный мир. Грабитель причинил боль и Маргарет с Мэттом. Кем бы ни был этот человек, ему за многое предстоит ответить.
– Преступника поймали? – спросила Аликс, проходя к столу в подсобке.
Именно здесь я вела свои занятия. Аликс сняла рюкзак и достала пряжу и спицы, купленные ею на прошлой неделе.
– Пока неизвестно.
Честно говоря, я мало на что надеялась. Офицер полиции сказал Маргарет, что, возможно, уже на следующий день после угона машину погрузили на корабль в сиэтлском порту. Очевидно, автомобиль моей сестры являлся одним из самых желанных товаров на черном рынке. Вся семья очень гордилась приобретением своего первого нового автомобиля, и от этого Маргарет испытывала лишь еще большее чувство вины.
– На вашем месте я бы не очень-то на них рассчитывала, – проворчала Аликс.
Аликс не верила полиции. Я могла бы найти какие-то доводы против скептического отношения к стражам порядка, но спорить мне не хотелось. Кроме того, моя сестра прежде всего думала не об угнанной машине. Она хотела правосудия. Она требовала правосудия. Маргарет не умела легко прощать и забывать. Она яростно охраняла свою семью, особенно дочерей, Джулию и восьмилетнюю Хейли.
Снова зазвонил дверной колокольчик, и в магазин вошли Сюзанна и Колетта. Все три женщины уже приобрели спицы и пряжу, а схемы для вязания я раздала сама, поскольку их стоимость входила в оплату обучения. На занятиях я собиралась уделять большую часть времени новичкам Сюзанне и Колетте.
– Сюзанна, Колетта, познакомьтесь с моей подругой Аликс, – сказала я. – Она работает во «Французском кафе», так что вы ее, возможно, уже видели.
Аликс как-то неприветливо пожала плечами. Я сразу вспомнила, как она вела себя на первых занятиях по вязанию. Тогда она сидела напротив Жаклин Донован. Я уже давно не сталкивалась с этой стороной характера Аликс и поняла, что ее что-то беспокоит, тем не менее снова прикусила язык.
– Колетта, почему бы тебе не представиться? – предложила я, надеясь начать урок с более оптимистичной ноты.
– Что ж, я уже знакома с Сюзанной и Лидией, а еще я встречала Аликс в кафе. Меня зовут Колетта Блейк.
Колетта смолкла, но я все же на этом не успокоилась.
– Расскажи нам что-нибудь еще, – попросила я.
Колетта взглянула на Аликс.
– Что бы вам хотелось знать? – спросила она.
И снова Аликс лишь равнодушно пожала плечами.
– Ничего, если только вы не умираете от желания что-то рассказать.
Больше молчать я не могла.
– Аликс! – прикрикнула я, давая понять, что ее поведение абсолютно неприемлемо.
Аликс соизволила извиниться:
– Простите меня, Колетта. У меня был ужасный день. Пожалуйста, расскажите о себе.
Колетта тряхнула головой:
– Вообще-то мне нечего сказать. Давайте просто начнем занятие.
– Послушайте меня, все, – вмешалась Сюзанна. – На занятиях должно быть весело. Ради бога, мы же собираемся вязать чудесные шали, а не бронежилеты!
Я улыбнулась.
– Хорошо, Сюзанна, тогда давай ты представишься, – предложила я. Сюзанна, по крайней мере, была не против поболтать.
– Что ж, – начала она, – как вы знаете, в прошлом сентябре я стала владелицей магазина «Сад Сюзанны». Для меня это было большой переменой, ведь до этого я более двадцати четырех лет работала учительницей.
– Почему вы оставили эту работу? – спросила Аликс, выпрямляя спину.
– Потому, что она превратилась в привычку, – ответила Сюзанна. – Весь мой интерес к работе выгорел.
Я и не заметила, как потеряла его. Когда я начинала преподавать, каждая минута приносила мне удовольствие. Раньше я ненавидела конец учебного года, но в последний год своего преподавания не могла дождаться наступления лета. Тогда-то я и осознала, что обманываю своих учеников. И себя.
Вопрос Аликс заставил меня задуматься: а не хочет ли она однажды открыть свою собственную пекарню, подобно тому, как Сюзанна начала заниматься цветочным бизнесом? Такая идея показалась мне интересной, но как отреагирует на это Джордан?
– А почему именно цветочный магазин? – спросила Колетта, подавшись вперед.
Сюзанна неопределенно взмахнула рукой:
– У меня, как и у моей матери, всегда был сад. Думаю, я унаследовала любовь к цветам от нее. Честно говоря, я бы никогда не подумала о покупке цветочного магазина, если бы не мой муж. Джо знает меня, как никто другой. – Сюзанна помолчала и улыбнулась. – Я этого не забуду. Иногда он удивительно проницателен в отношении меня и моих желаний. Это Джо узнал, что магазин «Цветы Фэнни» продается, и связался с предыдущей владелицей. Джо предложил мне купить цветочный магазин, и я тут же поняла, что именно это и хочу сделать.
– А как вам работается без начальства? – спросила Аликс.
– Мне это определенно нравится, – горячо ответила Сюзанна. – И, должна признаться, я еще никогда не трудилась так усердно.
Аликс взглянула в окно на «Французское кафе». Когда-то она мечтала работать в подобном месте, и ее мечта, как и моя, стала реальностью.
– Послушайте, Аликс, это правда, что в июне у вас свадьба? – спросила Сюзанна.
Аликс кивнула, но очень неохотно. Кажется, ее плохой день был как раз связан с предстоящим замужеством. Хотела бы я знать, из-за чего она так расстроилась. Но Аликс редко делится своими проблемами с окружающими. Скорее всего, она привыкла к этому в те годы, когда могла полагаться только на себя. Аликс жила одна с тех пор, как ей исполнилось шестнадцать.
– А вы уже заказали цветы для свадьбы? – поинтересовалась Сюзанна.
Аликс нехотя ответила:
– Этим занимается мама Джордана.
– Хотите совет? – спросила Колетта, взглянув сначала на Сюзанну, а потом на меня.
– Вообще-то нет. – Аликс потянулась за вязальными спицами и пряжей, словно предмет разговора ей наскучил.
– Но цветы на свадьбе очень важны, – возразила Сюзанна. – Не лучше ли…
– Я еще не решила, – перебила ее Аликс. – И не думаю, что нужно делать это прямо сейчас. Мы собрались вязать или болтать целый день?
– Вязать.
Очевидно, темы свадьбы лучше избегать. Я взяла свои спицы и моток пряжи.
– Существует множество способов набирать петли, – объяснила я, просовывая указательный палец внутрь мотка пряжи. Я разработала свой метод отыскания конца нитки в мотке. Честно говоря, он не всегда срабатывает. Но к счастью, в этот раз я выглядела настоящим профессионалом. Я нашла конец нити и подождала, пока Сюзанна и Колетта сделают то же самое.
Жаль, что я не начала урок с этого, возможно, тогда между моими подругами установился бы более тесный контакт. Аликс была явно не в настроении разговаривать, а Колетта не хотела делиться своими переживаниями. Я думала, она захочет рассказать Аликс о том, что она вдова. А может, она решила, что Аликс уже это знает. Тогда понятно, почему Колетта снова решила держать свою скорбь по Дереку в себе.
Потом я показала Колетте и Сюзанне, как набирать петли на спицы. Я не люблю пользоваться этим способом, но он самый простой и является эффективным введением в искусство вязания.
К тому времени, как Колетта набрала петли, Аликс уже связала полтора сантиметра изделия.
Колетта хмуро взглянула на Аликс.
– Вы умеете вязать, – вздохнула она. – Зачем вы тогда пришли на занятия?
Аликс подняла глаза и бросила взгляд на меня.
– Джордан, мой жених, подумал, что это поможет мне успокоить нервы.
– Я ничего не понимаю, – проворчала Сюзанна, отложив спицы и пряжу. – Ты же говорила, вязание расслабляет?
– Это происходит не сразу, – возразила я.
– Ты шутишь, – пробормотала Сюзанна.
Аликс рассмеялась:
– Вы бы видели меня, когда я только-только начинала учиться. Когда я спустила первую петлю, Жаклин просто побагровела.
– Насколько я помню, – добавила я с улыбкой, – она побагровела не из-за спущенной петли, а из-за твоей реакции: ты разразилась целым потоком ругательств.
Аликс усмехнулась:
– Теперь я выражаюсь мягче, так что не волнуйтесь, дамы.
– Все возможные ругательства я уже слышала от своих детей, – вздохнула Сюзанна.
– Не обольщайтесь.
Я улыбнулась и подняла руку:
– Хотите устроить соревнования по ругательствам?
– Без меня, – ответила Сюзанна, закончив набирать петли. Они были очень плотными. Даже удивительно, как у Сюзанны получалось перебрасывать петли с одной спицы на другую. Сюзанна вздохнула и повернулась ко мне, ожидая одобрения, словно только что совершила настоящий подвиг.
– Хорошо, – сказала я, наклонившись к ее работе.
– А мне нужна помощь, – простонала Колетта, глядя на свою спутанную пряжу.
За последние три года с чем мне только не приходилось сталкиваться. Я быстро исправила ошибку Колетты, снова показала, как набирать начальный ряд петель, и встала за ее спиной, чтобы убедиться, что Колетта все поняла. Если я так и буду вязать за нее, она ничему не научится. Колетта должна делать все сама.
– Я согласна с Сюзанной, – вздохнула Колетта спустя несколько минут. – Вязание только треплет нервы. А когда оно начнет расслаблять?
– Это приходит со временем, – отозвалась Аликс. – Вы просто вяжете и вдруг замечаете, что уже не считаете количество петель. Я начинала учиться вязать на одеяльце для ребенка. После каждого ряда я останавливала работу и проверяла, не сделала ли я больше или меньше петель, чем нужно. По сравнению с детским одеялом шаль, которую вяжете вы, намного легче.
Аликс права. Детское одеяло было смелым проектом. Я выбрала его потому, что его вязание занимало около десяти занятий. Начни я с чего-то меньшего, например салфетки, и на работу ушел бы всего один-два урока. Вязание одеяльца соответствовало указанному мною числу занятий.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?