Текст книги "Нежеланная мечта. Том 1"
![](/books_files/covers/thumbs_240/nezhelannaya-mechta-tom-1-189892.jpg)
Автор книги: Денис Кореев
Жанр: Русское фэнтези, Фэнтези
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 19 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
– А твой друже то хоть адрес тебе свой оставил? – Неожиданно поинтересовался Михайло у меня.
Тут я вспомнил, что о существовании телефонов вряд ли знает этот человек. И только сейчас я вспомнил, что и сам за весь день забыл про телефон и не пользовался им. А значит он сейчас должен лежать в кармане куртки, которая в рюкзаке.
– Нет, адреса к сожалению, не знаю, но я в городе поспрашиваю, глядишь кто его знает и подскажет куда идти.
– А как звать то его? Глядишь и я знаю.
– Павел Шевель, – уверенно назвал я имя друга.
– Эх нет, ни разу я о таком не слышал, а он кем приходится то? Ах, да чего ж. Явно дворянином, коль вы в Москве то познакомились, ну а раз дворянин он, то советую тебе поспрашивать в кабаке при постоялом дворе Попова, там знать обычно время проводит. Ой, да чего я тебе толкую, ведь ты Бреста то и не знаешь. В общем, разгрузим бочки при крепости, потом поедем на табачную фабрику, прикупим там табаку, да и отвезу я тебя туды.
– Буду признателен, – непонимающе ответил я.
Какие ещё крепости, кабаки, дворы, табачные фабрики. Но делать было нечего, хоть покатаюсь подольше на телеге, будет что рассказать по возвращению домой.
Дальше Михайло принялся мне рассказывать о Брест-Литовской крепости, о том, как при ней французы воевали с русскими и как захватили её. Всё это он сам знал из рассказав. Затем рассказал мне обо всех постоялых дворах, харчевнях, кабаках и прочем. А также он поведал мне, что его работа заключается не только в развозке вина, но и в том, чтобы обратно, на вырученные деньги, привозить другие товары. Так из волостей он обычно привозил пшено, картофель, овощи, древесину и прочее что находилось там. А из Бреста он привозил полную телегу табака, который в миг разлетался по той причине, что в Кобрине не было ни одной табачной фабрики. А сам он продавал табак знакомым, пока не довезет его до хозяйского склада, тем самым он получал по пять-десять рублей к своему скромному жалованию сверху. Но его хозяин был добрым человеком и потому всегда спускал с рук Михайло такие выходки, хотя и замечал недостачи табака в своих мешках.
И вот я увидел издали город. Но на город это похоже совершенно не было. В центре большая крепость, а вокруг маленькие деревянные дома. Крепость была, наверное, высотой всего в 3-4 этажа. А дома, так и вообще были самое большее в 2 этажа. Я не поверил в то, что это Брест. Я вообще прежде никогда не видел таких городом и деревень. Это было похоже на какой-то замок из фильмов. Ни тебе бетона, ни кирпича, ничего, что действительно бы напоминало о современности. В таком месте даже вряд ли связь то была, так как вокруг не было ни одной сотовой вышки.
Я серьёзно испугался, посчитав, что, наслушавшись историй сумасшедшего знакомого и выпив какого-то странного вина у меня начались галлюцинации. Но затем я понял, скорей всего это было что-то вроде реконструкции, где-то в лесу, в нескольких километрах от цивилизации, не иначе. Но вот только оставался вопрос, как же я-то тогда попал в подобное место. Ведь я ехал по дороге на Брест. Своего спутника я уже и перестал слушать, погруженный в свои мысли.
И тут вдруг толкнул меня в плечо и громко сказал, или повторил:
– Ну вот мы в Брест-Литовск приехали, говорю! – Он указал на вывеску, на которой большими, вырезанными вручную и закрашенными, буквами было написано «Брестъ-Литовскъ».
Твёрдый знак в конце явно давал понять, что это был язык, использовавшийся в Российской империи.
Мы заехали в этот город, и я был жутко поражен увиденным. Дорога разошлась на две полосы. Вдоль дороги стояли деревянные дома, сначала лишь одноэтажные, но достаточно большие, дальше начались двухэтажные. Несмотря на то, что начинало темнеть, лишь в немногих окнах горел тусклый свет, словно от свечей. Никаких фонарей вдоль дорог не было, вот почему, Михайло хотел разобраться со всеми делами до темноты. Изредка, на встречу нам проезжали всадники, или повозки. В основном люди здесь ходили пешком. И одежда на них была согласно 19 веку. Никакой синтетической ткани. Девушки были в двух вариантах одежды, либо те, кто шёл в роскошных платьях с невероятно широким и пышным низом, ужасающе узкой талией и с закрытыми рукавами, такие платья были достаточно ярких цветов, и конечно же в роскошных шляпах, но таких особ было мало. Да и честно признаться, я был удивлён, как они так ходят, ведь несмотря на вечер, на улице было достаточно жарко и я же был, лишь в майке и бриджах. Либо же те, кто был в скромных свободных платьях, серо-белых цветов, которые полностью скрывали женскую фигуру, но за то рукава были лишь по локоть и не было шляп. Мужчины же тоже были в двух вариантах одежды. Либо длинные панталоны, сразу же вспомнил это название, увидев эти штаны, хотя может они называются не так, рубашка, жилет, костюм сверху и шляпы на головах, которые они часто дёргали туда-сюда, завидев знакомых. Как правило такая одежда была разных цветов, но преобладали тёмные и белые. На вторых же были свободные подвёрнутые штаны и длинные свободные рубахи, подвязанные пояса, в отличии от первых у них не было обуви, а если и была, то разве что какое-то подобие сандаль из веток. Но я скорей бы предпочёл ходить босиком, чем в такой обуви.
Так я понял, сколь видимы здесь различия между крестьянами и дворянами. И дабы мне не выделяться и не стать рабом, то мне необходимо было бы обзавестись тупой, неудобной и пафосной одеждой, пока я не выберусь. Хотя вряд ли в реконструкции меня бы сделали рабом. Но почему-то практически все крестьяне здесь были злыми, недовольными, замученными. Какой идиот мог добровольно согласиться на такие условия.
Вот мы и подъехали к крепости, как я узнал, мы ехали по главной улице, потому мы видели так много дворян, на остальных же улицах их редко увидишь. Михайло поговорил со сторожем крепости и тот пропустил нас. Мы заехали во двор. Там Михайло остановил телегу и принялся распрягать лошадь, чтобы она отдохнула.
Из крепости выбежал парень и крикнул:
– Давай сюда вино!
– Не видишь, что ль?! Лошадь распрягу, да понесу! – Крикнул ему в ответ Михайло.
– Я пока разгружу, что смогу, – вызвался помочь я.
Бочки были по десять литров каждая, так что я клал по одной штуке на каждой плечо и нёс их в погреб, на который указал юноша, что встречал нас. Пока Михайло распрягал, кормил и поил лошадь в крепости, я разгрузил почти всю телегу. Когда же он пришёл, оставалось всего четыре бочки и он, хлопнув меня по плечу, сказал:
– А по тебе ж и не скажешь сколь силушки то таится в тебе.
Моё спортивное прошлое давало о себе знать. Как только мы унесли бочки, то Михайло сказал мне, чтоб я лошадь привёл и запряг, а сам он за расчётом пошёл.
Я даже не знал, как подойти к этой лошади, но вроде бы, я видел, как это делал мой спутник и потому решил, что и у меня получится. Лошадь стояла возле телеги, я взял её за поводья и повёл к месту где было необходимо запрячь её в телегу. Лошадь к счастью была воспитанная и скорей сама меня подвела, встала и принялась спокойно стоять и ждать. Для начала, я обвязал какую-то штуку вокруг живота и спины. Затем на шею надел ещё какую-то штуку. Затем я поднял одну палку от телеги, обмотал её тряпкой от предыдущей штуки и как-то засунул во всё это дугу, чтобы она не вылетела. Затем я тоже самое вроде как проделал со второй палкой. Дальше Михайло вроде что-то делал с той фигнёй, что болтается на шеи, но я не помню, что. В конце, я связал две палки от телеги верёвкой. Лошадь же просто молча и смирно стояло.
Михайло был явно любителем поговорить, так что мне пришлось его ждать ещё минут десять, за которые я успел выкурить сигарету. Всё это время, присутствующие люди смотрели на меня невероятно странно, как будто бы они ни разу не видели цивильного человека. Михайло так ни разу на меня не смотрел и не спрашивал ничего про мои вещи.
Когда он пришёл, то закричал:
– Ты что ж сделал то! Я т чейго думал то! Коль в силушке тебе много, так ты ж из наших из крестьян бушь то! А ты!
И он принялся распрягать лошадь. К тому моменту как он всё снял, он вновь подобрел и принялся рассказывать мне, как и что нужно делать. Седёлка – та вещь, что надевается на верх спины, её нужно крепко затягивать. Хомут одевается на шею. При помощи гужей и дуги прикрепляют оглобли (палки от телеги) к упряжи. Затем необходимо супонью стянуть хомут, чтобы его клещи сошлись. Затем ещё одним ремнём необходимо связать оглобли, вокруг седёлки и подпруг. И напоследок необходимо вожжи прицепить к удилам и протянуть между дугой и хомутом.
Короче, всё это слишком сложно и совершенно не легко, как мне показалось на первый взгляд. Но если вдруг мне придётся ещё когда-нибудь запрягать лошадь, то, пожалуй, я буду знать, что делать, ну или просто забуду.
Мы забрались в телегу и отправились на север, где должна была быть табачная фабрика. Там уже Михайло не стал распрягать лошадь, и мы вчетвером, вместе с двумя рабочими с фабрики, за десять минут, закидали телегу мешками с табаком.
После этого, мы двинулись на юго-запад. Оказалось, что Михайло специально повёз меня до кабака, хотя ему нужно было двигаться обратно на восток. Там было продолжение главной улицы, уводящей на дорогу в Варшаву.
Мы подъехали к большому дому, сверху над которым было написано «Кабакъ». Напротив, стоял большой двухэтажный дом со двором внутри, Михайло сказал, что это и есть постоялый двор Попова и что если вдруг я не найду друга, то могу остановиться там.
– Ну, что, глядишь свидемся ещё с тобой. А ты коль в Кобрине будешь вновь, то сходи к винодельне, да спроси там Михайло. Меня там все знают, – и он пожал мне руку и обнял меня, словно мы с ним за этот день успели подружиться. – Ну счастливо.
Я достал рюкзак из телеги и спрыгнул.
– Благодарю за всё, – сказал я на прощание.
Михайло уже стукнул лошадь вожжами и отъехал, но тут вдруг резко остановился и крикнул:
– Стой! У тебя хоть деньги, то есть?
– Нету, – ответил я. По крайне мере это было правдой, то, что у меня не было местных денег. А уж тем более местных денег 19 века.
Михайло спрыгнул с телеги, подошёл ко мне. Достал из кошелька, висевшего на поясе, две серебряные монеты и вновь пожимая мне руку передал их.
– Благодарю, – вновь ответил я.
– Да не за что. Считай заработал. Давай, удачи.
И теперь уже Михайло запрыгнул на телегу и точно уехал.
4
Когда я разжал кулак, то увидел в нём две серебренные монеты, на которых было написано «МОНЕТА РУБЛЬ», но в тот момент я еще не понимал, как много значат эти монеты. Но так, или иначе, я убрал их в карман.
Осознавая, что на улице уже изрядно похолодело, а никто из окружающих людей не оголяется так же сильно, как и я, то мной было решено хоть немного им соответствовать. Я достал из рюкзака спортивные штаны, кроссовки, кофту и куртку и надел их. Во время привала у реки я переоделся в тапки и бриджи. Сейчас же я вновь выглядел как гопник, если бы только у меня не было рюкзака, бороды и длинных волос. Я поставил рюкзак к стене кабака и сел на него.
Для начала я решил проверить, быть может всё же здесь есть связь, а где-нибудь в крепости стоит вышка. Но включив телефон, я сразу же понял, что ошибался в своих намерениях, ни малейшего намёка на связь не было. Но зато я пофотографировал то, что увидел, на память.
Отчаявшись, я выкурил ещё сигарету.
Затем я зашёл всё-таки в этот кабак. Контингент там и правда был дворянский. Все в пафосных одеждах. Преимущественно мужчины, но были и настолько разукрашенные дамы, что бросало в дрожь. К счастью, здесь были и официантки, при чём достаточно милые и не такие расфуфыренные, как светские леди. Я подошёл к барной стойки и сказал бармену:
– Вечер добрый, мне пол литра водки.
– Чего изволите, простите?
Тут я вспомнил, что это ведь игра в 19 век, а там всё исчислялось как-то иначе.
– Бутылка, кувшин, в чём вы её тут подаёте и рюмку.
– Сейчас будет исполнено, с вас шестьдесят копеек.
– Булку хлеба ещё, – добавил я, вспомнив, что необходимо закусить.
Спустя пару минут бармен принёс мне бутылку водки, вынул пробку и поставил рядом со мной. Так же он подал мне стакан, обусловив это тем, что рюмок у них нет, как и во ни у кого, кроме дворян. И он велел одной из официанток принести мне булку хлеба. В ответ на это, я протянул ему одну серебряную монету. Он же в свою очередь осмотрел её со всех сторон, явно не доверяя мне, а затем кинул её к себе в кошелёк, что висел у него на поясе и протянул мне три монеты. Я их тоже осмотрел. Одна серебряная с цифрой 25, две другие медные 10 и 1 копейка.
Так я постепенно стал разбираться в том, какие примерно здесь деньги и в примерных ценах.
Я налил себе в стакан водки, примерно грамм 50 и опустошил их, не закусывая. Так, как хлеб ещё не принесли. И тут я решил осмотреться. В кабаке было столиков десять, за каждым по 4 стула. Всё из дерева. Стены были украшены несколькими шкурами и парой картин. Так же на стенах висели подсвечники с горящими свечами, поэтому здесь было такое тусклое освещение. Как я и сказал прежде, все гости были из дворян. Было две супружеские пары, что просто ужинали. Так же была одна шумная компания из семи человек. А может и не одна, просто они завсегдатаи и хорошо общаются между собой, занимали же они три близлежащие столика. Тут же была и барная стойка с несколькими стульями. Хотя вряд ли это была барная стойка, возможно это было что-то вроде прилавка, так как бутылки за ним не стояли.
Достаточно милая официантка принесла мне булку хлеба, как я успел заметить, их здесь было всего две. Эта была достаточно молодой, лет 15-16, ярко-карие глаза особенно меня впечатлили, но взгляд был уже далеко не целомудренной девушки. Когда она подавала мне хлеб, то оценила меня с ног до головы, нечего не сказала и удалилась.
Я налил ещё грамм пятьдесят, опустошил, отломил кусок хлеба, закусил. Ещё посмотрел по сторонам, посмотрел на шумную компанию и попытался запомнить их манеры поведения и общения. Но они вели себя достаточно прилично, общались тоже, шутки были плоскими, никакой пошлости, разве что они яро обсуждали политику и войну. Мне это наскучило, я ещё выпил пятьдесят грамм, закусил. Я почувствовал расслабление и удовлетворённое состояние, захотел покурить. Я спросил у мужчины за стойкой:
– Здесь курят?
– Если вам будет угодно, – ответил он.
Я достал сигарету, в пачке их оставалось всего три. К счастью на границе я купил две пачки и ещё одна лежала у меня в рюкзаке. Я достал зажигалку и зажёг сигарету. Всё это время мужчина смотрел на меня невероятно странно, так словно он никогда не видел ни сигарет, ни зажигалок. Тут вдруг он решил подойти ко мне поближе.
– А вы откуда будете? Вы явно не из этих мест.
То, что я не принадлежу ко всей этой игре было явно понятно по моим вещам.
– Я с востока, примерно семь тысяч вёрст отсюда, путешественник, – ответил я.
Было странно, что я ответил именно так, ведь возможно он мог знать о Бурятии, или по крайне мере о Байкале.
– А из какой же это странны то?
– Из России, Сибирь.
– А, вон оно что. А вы ль не каторжник?
– Нет, родился там и вырос. И можешь обращаться ко мне на ты.
– Как будет угодно. А куда путь держите?
Я опустошил ещё один стакан, почувствовал уже опьянение.
– Я в Брест еду. Слушай, а где тут какой-нибудь признак цивилизации? Интернет, сотовая связь, машины, поезда, самолёты, хоть что-нибудь? – Решил спросить я, в надежде, что он подскажет.
– Так вы ж итак в Брест-Литовске. А что вам надобно?
Тут я понял, сумасшествие не может быть массовым. Значит, либо я сошёл с ума, либо это всё сон. Иного быть не могло. Я налил ещё водки, выпил.
– Понятно, сейчас пятьдесят третий год?
– Да, – с сомнением ответил он.
– Правит Николай первый? – Не особо зная историю, предположил я.
– Да.
– Ущипни меня.
– Что простите? – Отстранившись уставился он на меня.
– Ущипни за руку, да побольнее, – я протянул руку.
Он выполнил поручение, но я так и не проснулся. Никогда не верил в то, что это работает. Значит нужно найти другой способ прервать эту хрень. Ну, или подчиниться ей. Я остановился на последнем варианте, до тех пор, пока не протрезвею по крайне мере.
– А где денег можно взять, – спросил я у своего собеседника.
– Ну можно заработать, коли вы крестьянин. А если вы из дворянского сословия, то тогда можете взять займ в крепости.
– А банки, или что-нибудь подобное?
Если я решил смириться с этим сном, то значит, что мне нужно разжиться деньгами. А наилучший способ – это сделать, ограбить какой-нибудь банк. В девятнадцатом веке на меня нет никаких данных, никто меня не знает и уж точно никак не смогут меня найти.
– Банки только в крупных городах есть, а ближайший – это Минск.
– Хорошо, а тогда богатые дворяне, что могут дать займ?
– Ну я таких не знаю, это вам в крепости надобно поспрашивать.
– Понятно.
Я выпил ещё стакан водки и доел последний кусок хлеба. Затем я закрыл бутылку, положил её в рюкзак, это пойло мне пригодится позже, а пока надо подумать.
– Ладно, бывай, мне нужно прогуляться, – сказал я мужику и направился в сторону выхода.
Я всецело был погружён в мысли о том, что это какой-то дурацкий сон и чем быстрее он закончится, тем лучше. Но тут вдруг в кабак зашёл какой-то невысокий мужчина и проходя мимо меня он толкнулся плечом.
– Смотри куда прёшь! – Злобно рявкнул он на меня.
Только тут я очнулся от своих размышлений и увидел его морщинистое лицо, злобный замученный вид, чёрные с сединой волосы и короткостриженую бороду.
– Может выйдем на улицу и поговорим? – Сказал я ему угрожающе.
– А давай! – Вновь огрызнулся он на меня.
Никто из посетителей не обращал на нас внимания, так как компания очень шумно о чём-то спорили и все взгляды были прикованы к ним.
Я направился к выходу в след за этим коротышкой, ростом он был метра полтора. Пока мы шли к двери, то из кармана куртки я достал газовый баллончик и приготовился впервые его использовать.
Выйдя из кабака, коротышка не оборачиваясь сказал:
– За мной!
И он отправился за кабак. Пока я шёл за ним, то успел заметить, как он достал с пояса ножа и взял в руку. Я шёл близко к нему. Как только мы зашли за угол, он начал поворачиваться и тут я прыснул ему в лицо газ. Он сразу же схватился за лицо, штык нож был у него в руке. Я понял, что необходимо воспользоваться преимуществом и обезоружить его, пока он меня не зарезал. Я со всей силы ударил его левым кулаком так, что он начал падать прямо на стену кабака и падая ударился головой о бревно. Всё произошло в одно мгновение и вот передо мной лежало безжизненное тело, а рядом с ним валялся нож.
Не знаю почему, но в этот момент я вспомнил про то, что мне нужны деньги. А значит нужно было обыскать этого человека и забрать всё ценное, пока он в отключке. Кошелёк я нашёл, так же, как и всех остальных, на поясе. Я быстро отвязал его и закинул в карман, не заглядывая внутрь. На поясе же, с другой стороны, я увидел револьвер в кобуре и решил, что он может мне пригодиться. Поэтому я развязал пояс и схватил в руку.
Одежда у этого человека слегка выделялась, а судя по тому, что он спокойно ходит с револьвером на поясе, это был какой-то полицейский, или военный. А значит, укради я ещё и его одежду, я бы привлекал ещё больше внимания чем обычно.
Держа в руке пояс с револьвером и ещё какими-то мешочками, я вышел вновь на главную улицу и стал двигаться вниз по ней. В постоялом дворе я поселиться не мог, я слишком приметный и как только узнают о ограблении, то сразу же меня найдут, перейдя через дорогу. Значит, нужно было найти другое место, ну или просто выйти за город и поставить там палатку. Но мне ещё нужно было раздобыть лошадь и местную одежду. Так что сразу покидать город тоже нельзя. Тут мне вспомнились рассказы Михайло, есть заезжий двор у Матвеевны, ближе к окраине Бреста, для тех, кто приезжает из Варшавы. Он для крестьян и прочего сброда, у кого хватает денег там остановится. А значит и я мог бы там спокойно переночевать.
Я пошёл прямо туда, через пятьсот метров я нашёл что-то на подобии одноэтажной усадьбы в виде буквы «С», перед которой стояли лошади. Должно быть то. Я остановился, снял рюкзак, положил туда пояс с револьвером и закрыл. Затем прошёл к главному входу. Дверь была открыта, так что я вошёл внутрь.
Впереди было что-то вроде стойки, как и кабаке, а за ней скрывалась комната. Никого не было, так что я постучал по столу. Из комнаты вышел заспанный мужчина пожилого возраста.
– Могу я здесь переночевать? – Спросил я с ходу.
– Да, конечно, комната двадцать копеек серебром за ночь, – ответил он мне, приходя в себе ото сна.
– Отлично, мне нужна самая дальняя комната и я просыпаюсь не раньше обеда. Дам сверху ещё пятнадцать, если приведёшь мне девушку.
Тут старик, казалось бы, проснулся и вытаращился на меня.
– Что простите?
Всегда, когда пью, я хочу трахаться, ну а тут такая возможность, девятнадцатый век, чуть меньше половины бутылки водки, грабёж, эмоции, впечатления, нужно было их как-то усмирить. Так что секс мне был необходим.
– Девушку, проститутка, куртизанка, та, кто согласится переспать со мной за деньги. Плату мы с ней лично обговорим.
– Но у нас здесь не бордель! – Возмутился старик.
– Пятнадцать копеек сверху лично тебе, – повторил я.
– Хорошо, я попробую что-нибудь устроить, но деньги вперёд, – согласился старик.
Я достал из кармана монеты, которые дал мне Михайло, выбрал из них маленькую серебряную и большую медную и протянул их старику. Он же в свою очередь протянул мне ключ со словами:
– Налево до конца, затем ещё налево и комната в конце коридора ваша.
– Девушку мне поскорей приведи, – сказал я старику и удалился в свои апартаменты.
Да, апартаментами это было бы сложно назвать, маленькая комната, в углу напротив окна стоит кровать для двоих, в другом углу стол и два стула и всё. Но зато крыша над головой.
Пока не пришла проститутка, я решил проверить сколько у меня есть денег в распоряжении. Я достал из кармана украденный кошелёк и открыл его. Серебряными монетами там было пять рублей в сумме, ещё 50 копеек медными и каких-то четыре бумажки на сумму 14 рублей. Да, по-видимому не богатого мента я грабанул, но зато ствол приобрёл.
Я взял одну бумажную купюру номиналом рубль и положил в карман, с целью позже отдать проститутке. Кошелёк же я убрал в рюкзак. А оттуда достал бутылку водки, откупорил бутылку и сделал пару глотков из горла.
Спустя двадцать минут кто-то постучался в дверь. Я открыл. Там стояла женщина, лет тридцати пяти, с достаточно пышными формами. Лицо её говорило о том, что она уже достаточно долго предоставляет такие услуги. Значит должна быть опытной, меня это порадовало.
– Вы проститутку заказывали? – спросила она полушёпотом.
– Да, я, проходи, раздевайся, выпьешь?
– Нет.
– А я да.
Я запер дверь на замок, я даже не обращал внимание на то, что в комнате было темно, видимо из-за алкоголя. Я подошёл к столу, сделал ещё пару глотков, когда я обернулся, то женщина уже стояла голой посреди комнаты. Большая грудь, размер четвёртый, наверное, мне это очень даже понравилось. Но талии у неё, к сожалению, не было, хотя и живота тоже. А вот промеж ног у неё были серьёзные заросли. Вот он, суровый минус девятнадцатого века, девушки ещё не знают, что там следует бриться. Так, или иначе, я поставил бутылку, быстро скинул с себя одежду и повалил её на кровать.
По меньшей мере, пол часа я пытался насладиться сексом. Но несмотря на её опыт, она лишь лежала как бревно и нечего не делала, а когда я пытался поменять позу, то она совершенно не понимала, чего я хочу. Как только я кончил, я поднялся, дошёл до стола, сделал ещё несколько глотков, отыскал пачку сигарет в куртке, достал одну, зажёг и затянулся. Она же, видимо собиралась провести ночь в моей кровати, но я нашёл свои штаны, достал оттуда бумажный рубль и протянул ей, сказав, чтобы она проваливала.
– И это всё? – Удивилась она.
– Что заслужила, а теперь проваливай.
Хотя она явно этих денег не заслужила, уж лучше бы я купил ещё бутылку водки. Но так, или иначе, она оделась и вышла, а я в свою очередь запер за собой дверь и решил посмотреть новые игрушки, которые раздобыл, так как спать мне не особо хотелось.
Достав из рюкзака пояс, я первым же делом освободил револьвер из кобуры. Мне сразу же понравилась эта вещь, прежде я играл подобными игрушками, разве что, те стреляли не благодаря пороху, а не газу. В барабане было пять заряженных патронов, одно место было свободным. Доставать я их не стал, лишь просто покрутил барабан. Сейчас я ещё не знал, что в России не то что нет револьверов, а о них пока и не догадываются. А это был прусский револьвер Дрейзе, патроны на который я вряд ли смог бы где-то найти, разве что кроме, как самой Пруссии.
Я убрал револьвер и принялся осматривать остальное. Здесь же был закрывающийся патронташ, но он был пуст, как я и предполагал, а также здесь был кисет с табаком и трубкой, что меня порадовало. Это название я знал из игр, но не понимаю почему это называется кисет, если это просто обычный мешок. Хотя и с кошельком та же фигня. Я достал трубку, набил её табаком и поджёг, параллельно затягиваясь. Такой опыт у меня уже был. Хотя не очень люблю трубки, нужно слишком много работать лёгкими, чтобы раскурить её. Табак был весьма лёгкий, что меня огорчило. Хотя да, только сейчас мне так показалось, потому что это были табачные листья без прочих примесей.
Я выпил ещё водки, она закончилась, и я решил, что пора бы уже попытаться заснуть. А нет, стоп, не я решил, я просто кое-как дополз до кровати и отключился.
5
Я открыл было глаза и тут же зажмурился.
– Итак, сейчас я открою глаза и окажусь в своей палатке, в спальном мешке и всё что было, мне лишь приснилось, – сказал я сам себе.
Но как только я открыл глаза, то понял, что был в той самой комнате, которую снял вчера. Хотя прежде сны никогда не длились так долго, что я успевал засыпать. Ладно.
Проснулся я, когда комната уже была сильно освещена. Возможно я проспал чуть дольше, чем до полудня. Я встал, меня мучал жуткий сушняк, но водки не осталось. Воды же не было предусмотрено. Но к счастью, у меня где-то в рюкзаке должно было остаться полбутылки воды. Я принялся её искать. Бутылка была полуторалитровая и я осушил её до дна. Я понял, что хочу в туалет. Нужно было где-то его отыскать, но выйти без одежды я не мог. Я достал свой летний прикид и начал одеваться, тут я услышал разговор двух девушек за окном:
– Ох, ты не представляешь, что вчера произошло.
– Что же?
– Это просто ужас.
– Не томи же, говори.
– Вчера, возле кабака ограбили отставного унтер-офицера, что занимал одну из главных должностей при полиции. У него забрали всё, деньги и даже оружие.
– Ох, это просто ужасно.
– Да, и не говори. Так же он сказал, что это был некий иностранец, на нём была странная одежда.
– Наверняка это вновь немцы стали забираться так далеко и грабить нас.
– Нет, нет, что ты. Он сказал, что прежде он никогда не видел таких одежд, в том числе и на европейцах. Из-за этого он даже не запомнил лица нападавшего.
Голоса постепенно стихли, и я понял важную вещь. Отлично, значит, когда я совершаю преступления, то люди не обращаю внимания на моё лицо и в глаза бросается лишь моя одежда. Хорошо, это сослужит мне пользу, если я задержусь и дальше в этом кошмаре.
Но тут я осознал, что возникла новая проблема. Раз слухи о грабеже распространились по городу, то вероятно меня разыскивают и незамеченным я не смогу выйти. Нужно было срочно раздобыть одежду. Я так же не мог и выйти на улицу, для того, чтобы отлить, поэтому воспользовался пустой бутылкой из-под водки. Пластиковая мне ещё пригодится в пути, она легче, а здесь я уже вряд ли разыщу что-то подобное.
Я достал сигарету и принялся размышлять. Вчерашний старик. Вчера я пришёл не слишком поздно, но он спал, хотя был в одежде. Вероятней всего, это возраст сказывается на нём, и он много спит. А значит, вряд ли он успел за утро побывать в обществе и узнать последние новости. Это должно быть полезно. По крайне мере других вариантов у меня не было.
Я взял украденный кошелёк и револьвер. Подошёл к двери, прислушался. Всё было тихо, я вышел. Прошёл до стойки. Как и предполагал, старика здесь не было, дверь в комнату была приоткрыта. Я перелез через стойку и вошёл в комнату, тихонько закрыв за собой дверь. Старик спал на кровати прямо в одежде. Либо он вообще её не снимал, либо уже просыпался. Это плохо, он мог услышать новости. Я ткнул дулом револьвера в лоб старика. Он проснулся и попытался прижаться к стене.
– Тихо. – спокойно сказал я.
– Хо-хорошо, – испуганно проговорил старик.
– Слушай меня внимательно и запоминай. Мне нужна одежда, дворянская. Сейчас ты пойдёшь и купишь её.
– Но…
– Молчи! – Прервал я старика. – Главное, чтобы примерно подходила, остальное не важно. Сейчас побежишь на базар и найдёшь что-нибудь, только быстро! Я развязал кошелёк и достал оттуда бумажные три рубля и протянул их старику.
– Так, этого мало будет, это ж ассигнация. Она рассчитывается по курсу один к четырём серебрённым.
– Хрен с ней, забери тогда себе, за работу.
– Простите, но это ж семьдесят копеек будет.
– Если тебе мало, то могу заменить это на пулю в башку!
– Нет, нет…
Я не понимал в этот момент, что почти рубль за то, чтобы сходить на базар, это слишком много. Я протянул ему бумажную пятёрку.
– Приведёшь кого-нибудь за собой, пристрелю тебя и всех твоих спутников. Буду ждать в своей комнате, поторапливайся!
Я вышел из комнаты, перелез через стойку и пошёл к себе.
Придя в комнату, я наполнил трубку табаком и закурил, у меня осталось всего пачка хороших сигарет. А мне нужно было успокоиться, меня переполнял адреналин. Ведь прежде я никогда ещё не угрожал людям оружием и не требовал от них чего-то. Но обстоятельства заставляли действовать именно так. На удивление я сохранял спокойствие, как тела, так и разума.
Ждать в комнате было нельзя. Здесь всего два выхода, через дверь в коридор, где меня наверняка будут ждать менты, если их приведёт старых хрыч, или через окно на главную улицу, где меня тоже будут ждать. Нужно было выбрать другое место. Замки на дверях были древними, хотя возможно, для этого времени нормальные. Но когда старик давал мне ключ, он не искал нужный, а просто протянул первый попавшийся, скорей всего, здесь на всех замках одинаковые ключи, а значит и на двери старика. Там есть тоже два выхода. Но стойка позволит мне отстреливаться, стена в комнату закроет спину. Или же окно, выводящее во внутренний двор. Там вряд ли станут ждать, учитывая где моя комната.
Я надел новый пояс с кобурой. Все остальные вещи сложил в рюкзак и пошёл в комнату старика. Моя догадка оказалась правильной. Ключ был универсальным. Я спокойно вошёл в комнату, скинул рюкзак, запер дверь и принялся ждать.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?