Книга: Юрий Хой и группа «Сектор Газа» - Денис Ступников

В чем феномен немыслимого успеха и бешеной популярности простых воронежских парней? Каким был лидер группы "Сектор Газа" Юрий Хой? Каков был его путь к вершинам музыкальной карьеры, как все закончилось и закончилось ли, на самом деле?

Ответ на эти, и не только эти, вопросы в книге музыкального критика и биографа, автора монографий о группа "Северный флот" (о которой прежде не слышала, даром, что в заглавии она названа легендарной) и "Ария" (а на их концерте  довелось побывать в юности)  Дениса Ступникова.

Книга "Юрий Хой и группа "Сектор Газа", об основателе и бессменном лидере группы Юрии Клинских - такова настоящая фамилия Хоя, начинается рассказом о детстве героя, но смертью не заканчивается. Когда умирают творцы, их дело остается и живет своей жизнью. Нет, не кажется излишне патетичным, ни в применении к личности героя, ни к особенностям его музыки. Это было и остается крутым, кульным, феерически ярким.

Напоенным живой кровью таланта, который подсознание безошибочно опознает, заставляя  голос снобской части твоего "я", твердящий под сурдинку: плебейское, убогое, для гопоты -  заставляя его смолкнуть.  А кроме того, у панка своя эстетика, которая может быть чуждой твоему самоощущению в целом, но с какой-то из субличностей идеально попадает в резонанс.

Кстати, почему "Хой"? Это как раз идеологическая штука, клич российских панков и отчасти оммаж Виктору Цою, чьим поклонником Клинских был и встречался с ним однажды. Детство в простой, но музыкальной и поощрявшей творческие порывы мальчика, семье, заложило основу его устремленности к сочинительству, а непринадлежность к классу уверенных в себе хозяев жизни переплавила опыт подростковой отверженнолсти в образ, опознанный и принятый миллионами.

История потрясающего успеха, совпавшего по времени со сменой экономической формации и политического строя. Удивительно, что ни то, ни другое не помешали взлету и достижению культового статуса. Они не потерялись  в новых условиях, упрочили положение, прошли огонь и воду, но медные трубы сломили их. Все же, между тем, чтобы петь о деструктивных вещах и реально впускать их в свою жизнь должна быть дистанция.

Интересно, информативно, достаточно много о дальнейшем развитии деревенского панка, трибьютах и постановке панк-оперы "Кощей бессмертный", осуществленной преемниками "Сектора Газа" при активной поддержке дочери Хоя, Ирины Клинских.

Выбрав книгу в аудиоформате в исполнении Игоря Князева вы получите уникальную возможность прослушать историю, озвученную свидетелем и участником событий, который не раз упоминается в тексте. И это, реально, круто, а дополнительным бонусом, в аудиоверсии  послесловие исполнителя.

Книга Ступникова это третья книга о Хое и Сектор Газе. В 2001 и 2004 выходили «Сектор Газа. Хой! Эпитафия рок-раздолбаю» Владимира Тихомирова и «Сектор Газа глазами близких» Романа Гноева соответственно. Эти книги я не читал, поэтому не могу сравнить. И не знаю, прочитаю ли когда-нибудь. «Сектор Газа» не моя любимая группа, их связь с панком условна и сомнительна. И из-за этого мало мне интересна.

Панк это далеко не только ирокезники с проклепанной металлом кожаной одеждой. Но и не советские колхозники, поющие, что играют панк-рок. Панк это авангард, это эксперимент, это новаторство. В конце 80-х – начале 90-х еще можно было сказать, что СГ были в авангарде. Не знаю еще одной такой популярной группы, поднимающей вопросы эротизма и ее проблематики. Но уже после середины 90-х морально устаревшей. Что, как мне кажется, понимал и сам Хой.

Как обычно читая книгу, посвященную музыкальной группе, параллельно слушал записи этой самой группы. После освежения памяти, фанатом творчества Хоя и СГ я так и не стал. В музыке присутствуют элементы панк-рока, как и десяток других стилей. Это скорее просто рок, даже не русский, а советский и постсоветский. Плоть и кровь своего времени.

Не самая плохая биография музыкальной группы, которую мне доводилось читать. Не хватает беспрестанности автора. Скользкие моменты почти полностью опущены. Такой могла быть книга о Янке, но там все разбито на блоки (что как мне кажется пошло в минус), или о Летове, если бы Коблов потрудился бы написать хоть что-то от себя.

Лейтмотивом идет идея, что Хой предвидел свою скорую кончину. Автор навязчиво пытается это доказать, приводя аргументы и подтасовывая факты. Но это так не убедительно, что выглядит притянутым за уши.

Некоторые перлы автора озадачивали: «Первая любовь» - ровно о том же самом, но с интонациями лихой бесшабашности и разудалыми гитарными ходами, предвосхищающими пубертатный поп-панк 90-х»

Не знаю даже, что возразить. А вроде музыкальный журналист.

«Те, кто в 90-е не понимал, зачем об этом петь во всеуслышание, ведь все и так очевидно, просто не были знакомы с кинопродукцией нынешнего «голубого лобби», где все перевернуто с ног на голову под рукоплескания фестивального жюри. Так что теперь такие песни, как «Голубой», восстанавливают статус кво в больном обществе.»

Автор упрекает современное общество за толерантность, но при этом умалчивает, когда идет речь о Кавказе, как например, в песне «Кабак». Скорее уж Хою пришлось извиняться перед представителями Кавказа, нежели перед ЛГБТ сообществом.

Совершенным откровением стала смерть Хоя. Она как-то особо не афишировалась, списывалась на «сердечную недостаточность». А на деле все намного «круче», настоящая панковская смерть от передозировки, предположительно героином, на блатхате. Его любовница и другие обитатели блатхаты, перепугавшись, не вызвали во время врачей. А когда бригада скорой приехала было уже поздно. Красной нитью проходит мысль в прямой или косвенной вине (в смерти Хоя) Ольги Самариной. Напрямую об этом не говорится, но не трудно сделать выводы.

7 аум синрикё из 10