Читать книгу "Именинник"

Глава 6

Олеся

Мы проехали мимо Кутузовского проспекта. Руслан будто специально ускорился на трассе, когда мы приблизились к моему дому. Я инстинктивно привстала на сиденье, вспомнив, что забыла напомнить ему свой домашний адрес. Слишком много мыслей было в голове из-за неоднозначности происходящего этим вечером.

– Я помню адрес, – заметив мою неожиданно оживлённую реакцию, объяснил он.

– Так куда ты меня везешь? – возмутилась, когда заметила, что мы стремительно отдалялись от района Дорогомилово.

– Сообщи своей маме, что ненадолго задержишься и что я привезу тебя домой, – ответил он.

Руслан улыбнулся уголком губ, не спуская глаз с дороги. Мелкий негодяй так и не удосужился ответить на мой вопрос, включая радио в своей машине и тихо подпевая в такт играющей в колонках композиции. Меня не покидало весь вечер ощущение, будто в изменившемся за столько лет, голосе парня, прослеживался совсем слабый флер иностранного акцента, придающего его звучанию особую пикантность. Или же, мне действительно, просто так показалось. Небольшие ямочки на его щеках, которые проявлялись, когда он улыбался, всегда вынуждали мое сердце трепетать от умиления. В детстве я не могла налюбоваться этим, а сейчас…

– Мы приехали, – он поставил меня перед фактом, тормозя у обочины. Его слова вырвали меня из глупых грез, и я вздрогнула, глядя в окно.

Ирландский паб с зеленой, неоновой вывеской, который открылся тут относительно недавно быстро и уже обрел успех у молодежи. Мы были здесь с коллегами лишь единожды, с трудом успев забронировать столик заранее. Я собиралась открыть рот, чтобы объяснить это своему другу, но Руслан опередил меня:

– Если здесь не будет мест, поедем куда-нибудь еще, – невозмутимо произнес он, отцепляя ремень безопасности.

Я совсем позабыла о том, что в принципе не успела задать ему главный вопрос: «Зачем мы здесь»? Да, завтра суббота, выходной день, но он даже не потрудился пригласить меня, а просто повез за собой.

– А вдруг у меня были свои планы? – резонно протянула я, на что Руслан непонимающе повел бровью.

– Ты же собиралась домой, – констатировал друг детства. – Я предположил, что у тебя нет никаких планов.

Действительно.

Он совсем не изменился. Еле сдержала смех, когда подумала о его прежней беспечности. Моих уст все равно коснулась улыбка, когда Руслан отворил для меня дверцу автомобиля и взяв под локоть, повел за собой как настоящий джентльмен. Стало немного забавно от происходящей ситуации. Это так странно, но я не чувствовала себя настолько легко и непринужденно в компании мужчины раньше.

Свободных столиков в вечер пятницы действительно не оказалось. Пока Руслан искал выход из сложившейся ситуации, я впервые за этот вечер подумала о том, что я вообще здесь забыла. Почему я с ним? Если мы с его братом разбежимся – то наша дружба с Русланом останется лишь приятным воспоминанием.

– Мы можем поехать в «Сохо», – виновато предложил он на мой немой вопрос. – Или же, тут неподалеку…

– Зачем мы здесь? – резко спросила я и замявшись, продолжила: – Поздно уже.

– Я хотел посидеть в компании своей близкой подруги, – он сделал непонимающее лицо. На секунду, мне показалось, что в его глазах промелькнула обида. – Мы не смогли нормально поговорить на моем дне рождения.

И я сдалась. Ни к чему было вести себя как озлобленная, параноидальная сука из-за разочарованности в людях и переносить свои загоны на ни в чем не повинного парня. Тем более, на Руслана.

Мы разместилась на высоких стульях у барной стойки. Искренне улыбнувшись впервые за последний час, я позволила Руслану, как истинному джентльмену снять, с себя плащ и повесить его на вешалку.

– Да, я специалист отдела прогнозирования, – ответила на его вопрос о своей основой работе. Руслан внимательно слушал, а затем, услышав название нашей компании, округлил глаза.

– Я как раз слушал днем по радио о вашем показе, – ухмыльнулся он и сделал глоток минералки.

Мы не затрагивали тему нашей личной жизни. Казалось, слова витали в воздухе, но никто из нас не рискнул первым завязать этот разговор. Я очень хотела пошутить насчет него и его будущей невесты, но отчего-то прикусила язык. И не из-за того, что могла обидеть или же, оскорбить его.

Мне стало неприятно думать о том, что у него есть невеста.

Сердце полоснуло острием ножа, но я быстро откинула эту идиотскую мысль куда подальше. Неужели я ревновала друга детства, чье внимание в прошлом было целиком и полностью приковано ко мне?

– Да, я подрабатывал моделью, – серьезно заверил он, когда мы перешли на обсуждение моей сферы деятельности.

Руслан великолепно разбирался в модном бизнесе, и почему-то в этот момент я ощутила восхищение и большую гордость за него. Ему было не стыдно. Парень говорил о том, что мы в какой-то степени являлись коллегами. Поразившись, я покачала головой.

– Я не шучу.

– Ну в это я поверю, – хихикнула я, намекая на его прекрасные внешние данные.

Бармен опустил на деревянную стойку рядом с нами два слабоалкогольных коктейля. Стоило поднести харикейн с трубочкой ко рту, как в пабе громко заиграла музыка из репертуара популярных российских рок-исполнителей из девяностых. Отличное завершение вечера. От меня не скрылась легкая улыбка на устах моего собеседника. Когда включили мой любимый трек группы «Би-2», я не сдержалась и стала подпевать женской партии, так же, как и многие в этом месте. Здесь была приятная атмосфера и аудитория. Так давно я не слушала эту песню и от трепета, распространившегося по телу, прикрыла глаза.

– Твоя любимая песня, – ласково протянул он. – Я помню.

Я улыбнулась. Обычно, я не пила алкоголь и даже его слабая концентрация в невинном коктейле ударила мне в голову. Сергей не понимал таких простых радостей, так же, как и мои нынешние друзья. Мне всегда бывало сложно с ними. А сейчас, стало так хорошо, как когда-то в прошлом. Очень давно я не расслаблялась и не позволяла себе ничего подобного. И Руслан стал подпевать в такт вместе со мной.

– Так соскучился по всему этому, – выдохнув со свистом, когда закончилась песня, протянул он, часто дыша и улыбаясь. – По русскому языку и песням. Особенно по нашим песням.

Он выделил это слово по-особенному. Я на миг сделала серьезное лицо и пришла в себя.

Что со мной?

Время близилось уже почти к одиннадцати, и Руслан, заметив мое смятение, сразу же расплатился с барменом и понимающе кивнул. Если бы не ждущая меня дома, мама, я бы, возможно, осталась бы еще хотя бы на час.

Мы ехали молча. Слабо моросило, из-за чего Руслан включил стеклоочистители на автомобиле, щелчки которых ненадолго заполонили эту минутную, неловкую тишину, воцарившуюся в салоне. Руслан будто пытался мне что-то сказать, но его слова застыли в воздухе.

– Насчет твоего отца, – наконец выдохнул он. – Соболезную. Маша мне рассказала, – спокойнее добавил парень.

– Спасибо, – ответила размеренным тоном, сглатывая подступивший к горлу ком.

Меня уже давно это не трогало, но почему-то слова соболезнования, прозвучавшие из уст Руслана, снова заставили ненадолго взгрустнуть. Благо, на мой телефон поступило сообщение от Сергея и я отвлеклась.

– Можешь остановить мне здесь, – отключив телефон, попросила я затормозить у круглосуточного магазина продуктов.

И он кивнул. Я дернула за ручку автомобиля, прижала телефон и сумку к себе, и наклонившись к окну, помахала парню свободной рукой. Меня охватила непреодолимая тоска. Философствовать о жизни мне вовсе не хотелось – на глаза бы снова нахлынули непрошенные слезы.

Я уже не маленькая.

– Леся, – послышался нежный, бархатистый голос за спиной. Я замерла, медленно оборачиваясь назад.

Зачем он вышел из машины?

Руслан сделал несколько шагов мне навстречу, сокращая расстояние между нами и неожиданно для меня, крепко обнял.

– Спасибо за прекрасный вечер, – улыбнулся он.

Глава 6. Часть 2

Руслан

В субботу ко мне в гости наведалась Маша со своими детьми. Весь день я провел дома: разбирал одежду, раскладывал вещи, которые все еще покоились в чемоданах, по полкам и шкафам. Погода была отличной, но настроения и маломальского желания идти куда-то, почему-то не было. Я будто вновь ощутил эту вязкую, до дрожи осязаемую пустоту и одиночество.

Поэтому приходу сестры с племянниками был несказанно рад.

– Милана, не отвлекай меня! – буркнула сестра своей пятилетней дочери, мельтешащей у нее перед глазами. Девочка пыталась подпрыгнуть до уровня локтей своей матери, чтобы «отобрать» у нее интересующую ее, пакетик-пирамидку необычного чая. – Иди, посиди со своим братом!

Маша заваривала напиток, привезенный мною из Лондона. Сестра поднесла заварочный чайник близко к лицу и сделав глубокий вдох, довольно прикрыла глаза.

– Мне кажется, сейчас ливанёт, – захихикала она, отодвигая шторы вправо и наблюдая за картиной из окна.

Я же, проверял почту и сообщения из Globber – социальной сети, в которой мы переписывались с британскими друзьями. Вечеринки, фотографии с вручения дипломов в мантиях и шапочках выпускников. Улыбнулся, когда получил видео-сообщение от однокурсницы Айлин, адресованное мне. Маша отошла ненадолго в гостиную, а я все продолжал листать мессенджеры, пока не дошёл до переписки с Олесей. Нажал на ее имя в программе и стал перечитывать сообщения. Интересно, чем она сейчас занята? Вчера, я не знал, как мне попросить ее посидеть подольше в том баре. И парадоксально, что я так же не знал, о чем с ней говорить, когда в детстве, мой рот не затыкался ни на минуту в ее присутствии.

Сглотнул, а моих щек отчего-то словно коснулась зажжённая спичка. Надеюсь, Маша этого не заметила, когда проходила мимо. Внезапно послышались раскаты грома и грохот ливня заполонил безликое пространство кухни.

– О, я же сказала, что ливанет, – хмыкнула сестра, вернувшись на кухню.

Девушка разлила по чашкам ароматный чай и разместилась прямо напротив меня.

– Тебе большой кусок? – спросила она, поднося разделочный нож к бисквитному торту. – Или ты на диете?

Я изогнул бровь в недоумении, от чего сестра прыснула, разрезая торт напополам.

– Пробовал когда-нибудь такой? – добавила она, вырывая меня из моих мыслей. Я непонимающе уставился на девушку, а затем закивал, хотя не сразу понял, о чем шла речь. – Мимо Laduree проходили с детьми. Милаша с Костей уминают за обе щеки.

– Выглядит аппетитно, – пробормотал я, вытаскивая из огромного куска кондитерского великолепия спелую клубнику.

Послышались выкрики детей из гостиной: ребята просили добавки, очевидно этот приторно-сладкий торт детям пришелся по вкусу все же больше, чем мне. Дождь постепенно прекращался и вскоре тяжелые, серые тучи покинули небо, и из облаков слабо проглядывало вечернее солнце.

– Какие у тебя планы на вечер? – неожиданно поинтересовалась старшая сестра.

Последние полчаса нашей беседы больше походили на викторину «вопрос-ответ»: Маша, будучи более разговорчивой чем я, то и дело задавала мне вопросы, а я просто однобоко отвечал. Сделав глоток уже остывшего чая, я брезгливо поморщился.

– Никаких, – честно ответил я, подливая себя кипятка в глиняную чашку. Хотя, вечерком, намеревался наведаться в «Атлетику». – А у тебя?

– На ночь с детьми оставаться не буду, – улыбнулась она. – Мало ли, какие у тебя на самом деле планы, – и сестра тихо засмеялась , передразнивая меня.

– На самом деле никаких, – сделал вид, что не понял ее намеков. Маша встала с барного стула и направилась к кофе-машине, рядом с которой лежала сахарница. – Может, заскочу в спортзал.

– А как насчет Вероники?

Я едва не поперхнулся остатками «Английского завтрака». Не сумев скрыть истинных эмоций, попытался все же изобразить нечто, похожее на удивление, но мои ложные попытки показаться вежливым потерпели поражение.

– Что?

– Я про Веронику Тихомирову, – укоризненно проговорила Маша. – Не делай вид, что не понимаешь, о чем речь.

– Что ты хочешь от меня услышать? – встав с дивана, забрал обе чашки со стола и переместил их в посудомоечную машину. Я не сильно жаловал чаи, поэтому наклонившись, достал из прозрачной вазочки капсулу и поместил ее в кофе-машину. – Встречаться с ней я не собираюсь.

– А что ты маме скажешь? – не унималась сестра. Вскинул брови и тяжело выдохнул, упираясь ладонями в столешницу.

Только этого мне не хватало.

– Это, конечно, не мое дело, – улыбнулась она, выставляя ладони вперед в оборонительном жесте. – Просто мама…

– Маме придется это принять, – я завершил речь за сестру.

– Ну и правильно, – одобрительно кивнула она. Сестра сделала замечание своим детям, разносящим гостиную в пух и прах, а затем снова посмотрела на меня. – Мне тоже эта девушка не нравится.

Хорошо, что Маша не лезла ко мне со своими нравоучениями, в отличие от мамы.

– Она просто мечтает провести свадьбу обоих сыновей в один день, – протянула она нежели себе, чем мне с издевкой, и мое тело напряглось.

Свадьба Сергея и Олеси. Меня уже столько дней после прибытия в Москву мучал один и тот же вопрос, витающий в воздухе даже прошлым вечером в том ирландском пабе. Почему Олеся решила выйти за моего брата? Она действительно влюблена в него?

– Милаша, поставь на место! – прокричала сестра дочке.

Я не сразу обратил внимание на предмет раздора между матерью и ребёнком, пока мой глаз не упал на фотоаппарат – подарок Олеси, который Милана сжимала крепко в своих руках. Девочка захныкала, стоило Маше повысить на нее голос и предпринять попытку отобрать дорогую мне, вещицу из рук дочери.

По позвоночнику прошелся колючий жар от растерянности и нарастающего гнева. При других обстоятельствах я бы подарил фотоаппарат девочке, но не сейчас. Маша ловко отобрала камеру из рук Миланы, и отчитав дочь, поставила устройство на столешницу.

– Какая крутая, – успокоившись, выдохнула сестра, бросая свой взор на фотоаппарат, ютившийся на столе. – В Лондоне взял?

Мне казалось, что Маше известно о том, что это подарок Олеси. Я думал, девчонки советовались между собой, когда выбирали, какое фото распечатать и приложить к устройству, но все оказалось не так. Интерес Маши к вещице пропал через секунду, стоило ее сыну позвать ее в гостиную. А после чего она и вовсе позабыла о своем вопросе.

И я тихо схватил свой подарок со стола и аккуратно убрал его в верхний, пустующий ящик кухни подальше от посторонних глаз.

– Ты же там в спортзал собирался, – протянула Маша, надевая ветровку на свою дочь. Девочка все еще хныкала, недовольно скрещивая руки перед собой. – Мы с тобой выйдем из дома.

Почесав затылок, я ринулся к себе в спальню, чтобы переодеться и взять с собой сумку со спортивной формой. Сердце немного забилось в предвкушении встречи с Лесей. Она говорила, что работает в зале по понедельникам, средам и пятницам, а в другие дни тренируется сама.

Признаться, весь вечер я отсчитывал минуты до момента, когда решусь поехать в спортзал и мое нервозное состояние не скрылось от глаз старшей сестры. Мы сели в машину и тронулись в путь: включив музыку, я выехал на трассу в сторону жилищного комплекса, где располагалась квартира моей сестры. Шел слабый дождь, и я нервно закатил глаза подумав о том, что погода нынешней Москвы ничем не отличалась от лондонской.

– В какой зал ходишь? – в диалог первой вступила Маша.

– В «Атлетику», – бессознательно ответил я. Возможно, не стоило говорить об этом сестре. Крепко сжав руль, заметил боковым зрением, как глаза Маши округлились.

– К Олесе?

Я молча кивнул.

– Хорошо, – сестра одобрительно выдохнула. – У нее тяжелый период, поддержка друзей для нее сейчас особенно важна.

Мы снова притормозили в пробке. Ее речь оказала на меня двоякое впечатление, вопросы застыли на моих губах, а горло стянуло проволокой.

– Ее мать доводит, – Маша сама ответила на мой немой вопрос, брезгливо морща нос. – Ей пришлось переехать к ней после смерти отца в позапрошлом году.

– Почему?

– У них же была еще одна квартира, – говорила сестра, набирая сообщение на телефоне. Кивнул, с силой делая вид, что меня не сильно интересует происходящий диалог, а у самого заныло за грудиной. – Отцовская, которая в наследство ей досталась после развода родителей. Она продала ее, чтобы лечение отца оплатить. А тут еще и у матери что-то с сердцем, вот Леся и перебралась к ней, – с громким вздохом добавила сестра. – До свадьбы с Сережей, разумеется.

– Почему вы ее не поддержали? – огрызнулся я, едва сдерживая свой гнев в узде.

Мои ладони сжались в кулаки от злости. Дети попросили включить печку в машине, так как становилось потихоньку прохладно. Отвлекся ненадолго, хотя стучащее сердце не давало покоя.

– Ну у нас у всех свои проблемы, – оправдывалась Маша. Сестра не придала значения моей внезапной вспышке гнева, за что я был ей благодарен. – Мы с Антоном были в отъезде, – объяснила она. – Сережа-то был с ней рядом.

Он был с ней рядом.

Может быть, поэтому она выходит за него замуж? Из благодарности. Спросить напрямую у сестры я не рискнул. Да и глупо, возможно они действительно влюблены, и я зря мучился над этим вопросом столько дней. Почему меня вообще это так сильно волнует?

Мои внутренние органы скрутились в шар, стоило переступить порог спортивного комплекса. Судорожно втянул ртом воздух: мое сердце заколотилось так, что его стук отдавался в висках.

В холле, озираясь по сторонам в поисках своей подруги детства, я досадливо выдохнул и направился в мужскую раздевалку. Быстро переоделся и пересек расстояние до тренировочного зала. Десятки потных, взмокших тел теснились между рядами со спортивным инвентарём, гул от неразборчивой музыки и различных голосов заполнил помещение.

Но ее не было. Она так и не появилась до самого, глубокого вечера, и я даже подумал о том, что мы с девушкой просто разминулись. Леденящий душу холод прошелся по позвоночнику. Недолго думая, отчаянный, я отправил сообщение Олесе с вопросом.

«Я сегодня занята», – поступил короткий ответ.

Расстроенный до чертиков, я завалился спать, утыкаясь лицом в подушку. Настроение упало ниже плинтуса: взяв в руки телефон, посмотрел на часы – время близилось к двум часам ночи. Мои наивные надежды увидеть ее сегодня разбились как волны о скалы. Стоило об этом подумать, как по рукам и груди пробежали мурашки – ночная прохлада просачивалась через открытое нараспашку, окно моей спальни.

Открыв свою страницу в инстаграм, я подумал о том, что не был подписан на Олесю. Стал пролистывать страницу Маши в поисках аккаунта подруги и спустя минуту довольно улыбнулся. Правда улыбка исчезла с моего лица сразу, стоило долистать ее аккаунт до самого начала регистрации – фотографий почти не было.

Уснуть было сложно. Голову разрывали мысли о ней и о том разговоре с Машей. Лесе нужна была поддержка, а меня не было рядом. Но разве я смог бы ей чем-то помочь?

И почему мы с ней никогда не переписывались?

Глава 7

Олеся

– Твоя виза еще сколько действует? – спросила Таня.

– До конца года, – ответила машинально.

Я понимала, к чему ведет коллега, но ехать с ней в Европу не хотела. Таня любила работать в команде со мной больше, нежели с руководителем моего отдела. И сейчас, она искала повод, чтобы избавить себя от компании Лидии Смирновой в командировке в Чехию.

– Поедешь в Прагу со мной, – тоном без возражений изрекла она, вкладывая в мою ладонь буклет с планом фотосессии. – Я со Смирновой сама договорюсь.

– У меня свадьба на носу, – откровенно солгала.

Нужно было изначально сообщить о том, что никакой визы у меня нет. Но виза была, и Таня рано или поздно бы об этом узнала, стоило спросить саму Лидию Смирнову.

– Почему ты не хочешь ехать?

– Да потому что я устала, – выдохнула отчаянно. – Хотела хоть пару дней после показа отдохнуть. У меня уже восьмая суббота рабочая, – объяснила тактично.

– В Праге отдохнешь, – Таня бросила реплику, похожую на ультиматум. – Воспринимай это как отпуск.

Работать в Европе в режиме нон-стоп и отпуск – понятия нетождественные. Да, съемочной группе бывало комфортнее в моей компании, так же, как и PR-отделу, но это, со стороны Тани, уже попахивало превышением полномочий.

– Ну пожалуйста, – попросила она, заметив мое недовольство. Выражение лица Тани смягчилось, девушка сложила руки в молитвенном жесте. – Нытье Лиды я не выдержу.

– Я же сказала, – настаивала я. – Мне нужно ресторан и платье уже выбрать.

Стыдно, ужасно стыдно лгать коллеге, почти подруге, когда дело касается собственной свадьбы. Я прикусила язык, проклиная себя за ложь.

– Да брось, – поморщилась коллега. Таня бросила журнал Vogue на мой стол, а сама развалилась в кресле отсутствующей коллеги. – Твой жених не какой-то там бедный работяга из среднего класса как у нас, – укоризненно протянула она и из-за ее слов я почувствовала себя мерзко, словно меня окатили водой.

Конечно я знала, что коллеги обсуждают мои отношения с Сергеем Каминским у меня за спиной в не самом выгодном свете. «Стерва, охомутавшая богача», – это самое безобидное из всего того, что мне довелось услышать из разговоров из уст третьих лиц. Открыто мне в лицо никто бы не осмелился сказать такое, но от этого не становилось легче.

– Ты не абы за кого выходишь, – Таня повторила громко. – А за мажора, – добавила она, обнажая откровенную зависть в своем предложении. – Тебе так повезло. Каминский сам организует все, как надо. Не тебе париться из-за таких мелочей. Я бросила злобный взгляд в сторону своей коллеги. Она сказала это с неприкрытой иронией, издевкой, хотя знала, как сильно меня огорчали подобные разговоры.

– Прости, – и она опустила голову, виновато вздыхая. – Мой язык мой враг, – и она похлопала себя ладонью по губам, – Все проблемы навалились в кучу.

Отложив разговор с командировкой в недолгий ящик, я отправилась на обед в кофейню, где меня ждал Сергей. Мы не виделись несколько дней в частности из-за несостыковки графиков наших работ. Я несколько раз предлагала ему ходить в мой зал, чтобы мы виделись чаще. Думала, это сможет нас сблизить, но мужчина отнекивался, считая, что это мне стоит бросить работу, а не ему ехать через весь город в «потный» и «непрезентабельный» зал у черта на рогах несколько раз в неделю.

– Нам уже давно пора что-то со свадьбой делать, – сделав глоток черного кофе, серьёзным тоном проговорил Сергей. – Чем быстрее, тем лучше.

– У меня сейчас много работы, – отмахнулась, солгав так же, как и делала этим утром в разговоре с Таней. – Показ на носу, потом командировка.

Я даже не давала согласие на перелет, да и не хотела, но уже мысленно была в Праге. Лишь бы деликатнее отсрочить решение по поводу даты свадьбы.

– Какая еще командировка?! – возмутился жених, слабо ударяя по столу. – Ой, Олесь, как же меня это достало. После свадьбы я заберу тебя с этой работы.

– Сереж, ты можешь поехать со мной, – сказала первое, что мне пришло на ум, чтобы как-нибудь «сгладить» углы в нашей ситуации. И закрыть глаза на его вечные недовольства.

– Этого мне еще не хватало, – огорошив меня своим отказом, отрезал он.

Едва не изогнула брови в недоумении, ведь я была уверена в том, что Сергей согласится на этот перелет. Я не горела желанием брать его с собой, но решила поступить как «мудрая женщина» и предложить побыть рядом со мной.

– У меня много работы, – ответил он с сарказмом. – Сама знаешь, что скоро я отцовский пост займу, – проговорил он высокомерно. – Я реальными делами в отличии от вашей конторы занимаюсь.

Обесценивание. Как же меня это достало.

– У меня серьезная работа, – я разозлилась, реагируя негативно на его слова.

Мне захотелось сразу же встать и уйти из кафе, но выдохнув сквозь зубы, сдержалась, чтобы не устраивать сцен. Если мы будем жить с ним вместе, как желал Сергей и моя мама – то на моей карьере можно будет поставить крест. Потому что Сергею в принципе не хотелось, чтобы я бывала где-то, кроме дома.

– Думаю, на днях нам стоит уже поехать к родителям, – игнорируя мои слова, продолжил он как ни в чем ни бывало. Чувство унижения и беспомощности подтолкнуло вязкую тошноту к горлу. – Мама мне намекнула, что хочет Руслана тоже женить в ближайшее время. Может его свадьба будет с нами в один день, – и он ухмыльнулся, допивая свой кофе.

Сергей говорил эти речи с каким-то упованием, будто не замечал в словах матери никакого подвоха. Будущая свекровь желала сыграть свадьбы сыновей в один день только лишь для того, чтобы в прессе перетянуть одеяло, сместить фокус внимания с нас в сторону будущей невесты Руслана с «безупречной» в кругу московского бомонда, репутацией. Чтобы завтра, повсюду, судачили о том, какой прекрасный выбор сделала семья Каминских. А не потому, что она желала счастья детям.

Мне неприятно. Я все подбирала слова, чтобы сказать Сергею о том, что мы поспешили со свадьбой. Не получалось, отчего я все чаще и сильнее чувствовала себя незрелой идиоткой, лишенной собственного мнения. Он ведь столько сил и денежных средств вложил в то время, когда мой папа боролся с онкологией. И пусть все оказалось бесполезно, разве я могу поступить так с человеком, который помог мне в трудную минуту и оказался рядом?

Он неожиданно сделал мне предложение, и я согласилась. Мне никогда не везло с мужчинами, и я подумала, что Сергей, возможно, тот самый, особенный. Думала, что полюблю его, так же, как и он меня. Смогу засунуть гордость, принципы в одно место и быть достойной его, женщиной. Ведь так говорили мне все вокруг, начиная с моей мамы.

«Нужно быть мудрее». «Женщина должна вдохновлять и радовать своего мужчину». «Нужно ставить его интересы и ценности превыше своих».

И самое ужасное: «Как же тебе повезло». Но с каждым днем статус невесты завидного холостяка, мажора нависал надо мной как дамоклов меч. И разрастающееся чувство одиночества увеличивалось в моей груди все сильнее.

Что будет, если я ему откажу?

– Лесь, ты меня слышишь? – громче повторил Сергей, когда задумавшись, я уставилась на свой нетронутый, остывший кофе, размешивая серебряной ложкой, давно растворившийся в нем сахар.

– Извини, отвлеклась…

– Я сказал, что нужно что-то со свадьбой уже решать, – настаивал он. – И что мама хочет побыстрее обе свадьбы сыграть.

Свадьба Руслана. Внезапно пришло осознание того, что мой милый мальчик с чистой душой тоже скоро женится. Он всегда был белой вороной в их семье. Теперь же, его ждала ожидаемая участь наследника: получение доли в семейном бизнесе, место в совете директоров компании и женитьба на богатой наследнице.

И мне, каждый раз, напоминание об этом делало больно. Понятия не имею, почему.

Руслан так отличался от брата и как бы скверно мне не было думать об этом – я все равно думала.

– Наконец-то пацан за ум взялся, – Сергей нелестно высказался о своем младшем брате. Мы только вскользь затронули тему стажировки Руслана в Газпроме и я уже пожалела о том, что завела эту тему. – Может получится из него что-нибудь путное.

– Почему ты так несправедлив к нему? – покачала головой, прищуриваясь. И почему-то принимая слова Сергея лично в свой адрес.

– Ой, завязывай его защищать, – брезгливо и с издевкой протянул жених. – Тоже мне мать Тереза. Хорош ему уже сопли подтирать, – добавил он, а я сжала кулаки под столом. Была бы возможность ударить его по физиономии – я бы ею воспользовалась. – Если бы отец ему мозги не вставил вовремя в его башку, посмотрел бы я, что из него выросло, – озираясь по сторонам, добавил он чуть тише: – Разгильдяем или уголовником бы стал уж точно.

Я поперхнулась холодным кофе.

– Знаешь, мой обеденный перерыв уже завершился, – глядя на часы на запястье, процедила я, не желая вступать с Сергеем в словесный поединок.

Все равно из него победителем вышел бы он, а не я. Тем не менее, Руслан такого отношения со стороны родного брата совсем не заслуживал.

С поникшим настроением, донельзя расстроенная, я вернулась в офис. Плюхнувшись в свое кресло, по привычке сняла кремовые лодочки со своих уставших ступней, и выпрямившись, приступила к бумажной работе перед съемками для каталога.

Чуть позже, мы разместились в студии этажом ниже, где Алексей – наш штатный фотограф, проводил фотосессию.

– Леш, сегодня до вечера все нужно завершить, – отдав распоряжение, я вернулась напротив циклорамы. Таня и другие коллеги были в бешенстве из-за неорганизованности моделей. Атмосфера накалялась с каждой секундой и даже кондиционеры не могли решить проблему с нереальной жарой в помещении.

– Ты же летишь со мной? – спросила запыхавшаяся Таня. Я молча кивнула, направляя потоки воздуха в свою сторону при помощи импровизированного веера из старого выпуска GQ.

Вероятно, смена обстановки и несколько дней заграницей мне действительно пошли бы на пользу. Да и я мысленно ликовала, думая о том, что выражу таким образом протест Сергею.

– Модели какие-то вялые, – поморщилась Таня.

Костюмеры за этот ее цинизм и прямолинейность откровенно ненавидели, но ей было все равно. Как и сейчас, когда она без лести и угрызений совести отчитывала моделей-мужчин. Акула PR в сфере модного бизнеса, не иначе.

– Где вы их набрали? – она обратилась к костюмерше Инге. – Вы хоть понимаете, кто наша целевая аудитория?!

Инга раздражённо выдохнула, нехотя соглашаясь с пиарщицей.

– Мы позиционируем себя как бренд для успешных молодых мужчин и женщин, – отчитывала она съемочную группу. – По-вашему, это, – она указала жестом на ребят, – Похоже на то, что нам нужно?

Позади послышалось улюлюканье и тихие смешки. Коллега нервно закатила глаза, а затем стала проводить свой собственный «отбор» для съемки среди моделей.

– Ведущую модель тоже замените, – пробурчала она, на что Инга стала возмущаться и пожимать плечами. – Слишком он слащавый.

Меня все это понемногу стало забавлять. К счастью, ко мне это не имело отношения – свой блок работы я почти выполнила и планировала вернуться в офис.

– Позвоните в агентство, – Таня передала визитку знакомого модельного агентства костюмерам, а сама вернулась ко мне. – Пусть отправят портфолио до вечера. Живо! – приказным тоном добавила она.

– Тебе в местах, столь отдаленных нужно работать надзирателем, – подшутила я, надкусывая кончик карандаша.

Через несколько часов у меня намечалась спасительная персональная тренировка, мысли о которой скрашивали сложнейший понедельник.

– Они вообще ничего не понимают, – возмутилась девушка. – Им же ясно объяснили, что нам нужно, – продолжила она. – Если бы я лично не проконтролировала, был бы трындец, – и она с шумом выдохнула, потирая уставшие глаза.

– Слушай, у меня есть мальчик знакомый, – бессознательно произнесла я, вспомнив тот пятничный разговор с Русланом насчет его подработки моделью. – Может, посмотришь, как раз на него, – заметив заинтересованное лицо подруги, продолжила я. – Светленький, зеленоглазый, – улыбнулась, подумав о том, что описывала парня как товар. – Симпатичный, но не слащавый. Как раз, как ты хочешь. Под необходимый образ отлично подходит.