Читать книгу "Бабник"

Глава 5

– Ты должна выйти замуж за одного молодого человека, – строго хмурит брови папа, – Я выбрал тебе мужа!

– А что не за двоих, почему за одного? – нервный смешок вырывается из меня. Неудачное время для шуток, согласна, – Нет, папа.

– Да, Машуня, – сердится отец, – Я подыскал тебе замечательного кандидата: из хорошей семьи, увлекается хоккеем, спортом, богат, образован, красив, – воодушевленно перечисляет качества будущего мужа.

– Папа, нет, – повторяю я, но он меня не слышит.

– Я уже все продумал, – оживляется папа и даже садится на кровати, довольно потирая руки, – Его семья, наши партнеры из Санкт-Петербурга. Сам молодой человек усердно работает у нас в офисе, зарекомендовал себя хорошим архитектором. Вам будет, о чем поговорить, общие интересы и тому подобное, а для семьи это самое главное.

– Я не выйду замуж только ради того, что две семьи должны объединиться! – возмущаюсь я.

– Ой, что-то плохо, – хватается папа за правую сторону, – Умру, внуков не увижу.

– Папа, у тебя есть уже трое.

– Внуков двое, – недовольно ворчит отец, – У Егора семья, а у тебя что?

– Но это не значит, что я должна выйти замуж за первого встречного?!

– Почему это первый встречный, я давно его семью знаю. Мы с его отцом вместе учились в университете.

– Я не готова к семейной жизни. На первом месте карьера, потом все остальное и давай закончим этот разговор.

– Маша, дай старику спокойно умереть, хочу твоих детей увидеть и уйти с выполненным долгом.

– Тогда я еще долго замуж не выйду, – хмыкаю я, – Да и если ты одной ногой в могиле, все равно уже не успею. Пока свадьба, пока рожу, год тебе точно прожить придется.

– Ничего, я потерплю, год точно подожду.

– Папа, мне кажется, ты меня обманываешь.

– Да что ты, дочь, как можно! – возмущается отец, а я все больше убеждаюсь, что тут не все в порядке.

– Можно я сама выберу себе мужа? – иду на хитрость.

– Два месяца, я дам тебе только два, – качает головой папа, – Скоро я тебя познакомлю с этим молодым человеком и думаю, что он тебе понравится.

– Сомневаюсь в этом, – качаю головой.

– Вы с ним будете вместе работать, так что все в твоих руках.

– Ты уже определил меня?

– Да, в отдел к Егору, он тебе поможет адаптироваться.

Еще какое-то время обсуждаем с папой рабочие моменты, и я выхожу из комнаты, мягко прикрыв дверь. Мама ждет меня в гостиной, пока Егор увел близнецов на улицу. Сажусь рядом с мамой на диван и сворачиваюсь клубочком, кладу голову ей на колени, как в детстве. Вот, я снова маленькая любимая дочка и мама ласково гладит меня по голове.

– Мам, что папа придумал? – дую губы, надеясь, что мама признается, – Он меня сосватал кому-то.

– Ох, Машуня, ты же знаешь, если папе, что втемяшилось в голову, то все бесполезно, – вздыхает мама, – Одно я могу сказать, если молодой человек тебе не понравится, никто насильно тебя замуж не заставит выйти.

– И на том спасибо, – облегченно вздыхаю, думая, что точно не выйду за этого Питерского мажора, хоть будь он трижды раскрасавцем и умницей.

Ночую у родителей и просто душевно отдыхаю, сплю, как убитая. Утром мама приносит в комнату завтрак, мои любимые блинчики с джемом и черный кофе, все, как я люблю.

– Машуня, квартиру будешь искать? Мы с папой подумали и решили, что выбирай любую, это наш подарок тебе к возвращению. А то живи с нами, я только рада буду.

– Нет, мама. Я хочу свое жилье, да и не в том я возрасте, чтобы с вами жить, – вежливо отклоняю предложение, наслаждаясь блинчиками. Прощай диета, пока у родителей живу. Дома мой завтрак был бы намного скромнее, кофе и все, остальное на работе. Когда работаю над проектом практически вообще перестаю питаться, забывая про еду.

– Что делаешь сегодня? Пройдемся по магазинам? – предлагает мама.

– Нет, позвоню подругам, Фиска даже не знает, что я вернулась, – хмыкаю, вспоминая свою лучшую подругу еще со школы.

– Бурмистровы новый дом купили, рядом с Рублевкой, улыбается мама, – Конечно, тебе нужно встретиться с Анфисой, а я позвоню Егору, он обещал помочь с выбором квартиры.

На том и заканчиваем завтрак, мама уходит, а я набираю номер лучшей подруги. Вместе учились в элитной гимназии, потом меня отправили в Англию, а Фиска осталась здесь. Ее отец ни за что не захотел отпускать единственную наследницу от себя. Да и учебу заграницей она бы не потянула. Анфиса мягкая, нежная, но немного глупенькая, оправдывает свое предназначение блондинистой куклы. Но верная подруга, всегда поможет и всегда встанет на твою сторону, чтобы ни случилось.

– Алеу, – тянет Фиска в трубку, а я тихо посмеиваюсь, думая, чтобы учудить. Подруга, как обычно, даже не смотрит на номер, кто звонит.

– Здравствуйте, нам завезли просто уникальный шампунь для вашей собачки, супер пушистость, блестки, гладкость, безвыпадаемость шерсти, – несу полный бред.

– Беру, – завывает в телефон Анфиса, – А то у моего Пупсика шерсть последнее время слишком тусклая, – чуть не плачет.

– Фиска, ты не исправима, – уже смеюсь открыто.

– Мари! – визжит подруга, что приходится отстранить трубку от уха, – Как Лондон, как мужчины?

– Я в Москве, – сообщаю ей и слушаю тишину, Анфисе нужно пару секунд, чтобы понять фразу.

– А почему я об этом не знаю? – тут же тянет обиженно, но мгновенно забывает, – Так мы что, встретиться с тобой можем? – снова визжит от радости.

– Можем, – подтверждаю я, – Зови куда хочешь, я оплачу.

– Я и сама могу, – фыркает Фиска, – Сейчас, позвоню одной секретарше и скажу тебе название клуба.

– А причем тут секретарша? – удивляюсь я, но слышу лишь короткие гудки, Фиска уже отключилась.

Клуб так клуб, я не против.

Глава 6

Офис мне понравился. Большой Деловой центр, хром, стекло, сталь. Все в стиле хай-тек с широкими коридорами и быстрыми лифтами. Пропуск на охране уже был заказан, и я поднялся на 32 этаж, чтобы предстать перед очами Завьялова Валерьяна Тимофеевича, друга моего отца и президента «СтройМаш».

– Вы, молодой человек, немного опоздали, – демонстративно смотрит на часы секретарь Завьялова. Этакая грымза лет пятидесяти. И зачем таких старперов берут в секретариат, все же лицо компании. Хотя, выглядит неплохо для своего возраста: серый костюм, блузочка белая, расстегнута до приличной глубины, на ногах кремовые лодочки на невысоком каблучке. Такие женщины меня любят, я для них, как сыночек маленький. Просыпается инстинкт оберегать и воспитать дитятко. Поэтому включаю свою самую обаятельную улыбку и вперед, на амбразуру. Расположение секретаря главного человека компании мне не помешает.

– Думаю, первый день простить можно, немного заблудился в вашем городе, – улыбаюсь, присаживаюсь на угол ее стола.

Брови хмурятся, губы сжимаются, не прокатило что ли?

– Как бы ваш первый день не стал последним, – огрызается грымза, черт, не поддается.

– Могу я узнать имя, такой обворожительной работницы этого замечательного места?

– Для вас, Тамара Алексеевна, – рычит грымза, – И слезьте с моего стола, пожалуйста. Тут вам не клуб для развлечений. Пройдите в кабинет к Егору Валерьяновичу. Его самого нет, но вас примет его помощница, Вера Аркадьевна. Она – то уж знает, что делать с таким, как вы, – фыркает грымза и я слезаю со стола, поправляю дорогие часы, прическу.

– Премного благодарен, надеюсь сработаться, – давлю улыбу напоследок, стреляя в нее контрольным взглядом, но не пробивает, никак.

– Надеюсь, что вы к нам ненадолго, – слышу уже у порога.

– А я-то как этого хочу, – ворчу себе под нос, направляясь в кабинет к заместителю президента. Что там еще за Вера какая, Аркадьевна, еще одна милая старушенция?

Открываю дверь в приемную заместителя президента компании и удивленно оглядываю пустой стол секретаря. Где тут эта помощница обитает? Дверь в кабинет открыта, прохожу туда. Замираю на пороге, вглядываясь в чудесное создание. Ко мне спиной стоит женщина, чья фигура просто захватывает дух, вызывая томление внизу живота. Она оборачивается, и я убеждаюсь, что женщина еще и красива к тому же. Стреляю взглядом на правую руку и вижу обручальное кольцо. Черт, у меня принцип не связываться с замужними, но больно хороша.

Синее платье без рукавов огибает все изгибы, волосы подняты вверх и открывают длинную шею с ниткой жемчуга. Не блондинка, как я люблю, но женщина притягивает, словно магнит. Вижу, как хмурятся красивые брови, затем появляется обворожительная улыбка.

– Вы ко мне? – чарующий голос заставляет улыбнуться в ответ, сверкая зубами и сделать шаг навстречу. Беру ее тонкую руку, целую аккуратно, чтобы не спугнуть.

– Матвей, покорен, убит, почти не дышу, – выдаю красотке, восхищенно сталкиваясь с ее синим взглядом, – Готов отвести вас в ресторан, кино, к себе…

– У вас спермотоксикоз? – выдает волшебное создание.

Что? Она что мне сказала? Чувствую, как вытягивается мое лицо, а улыбка словно замороженная остается на губах. Поперхнулся, закашлялся. Ничего себе, дамочка.

– Я не болен, – выдавливаю из себя, отпуская ладошку из рук.

– Жаль, был бы повод уволить, – сердито выдает женщина и проходит к столу, усаживаясь в кресло заместителя, – Присаживайтесь, Матвей.

Делаю шаг в ее сторону, недоуменно всматриваясь в женщину. Что со мной сегодня не так, почему на меня в этом офисе нет никакой реакции. Я не привык к такому, черт побери. Вторая женщина, что встретил в этом Деловом центре и снова мимо.

– Мое имя, Вера Аркадьевна Завьялова, я жена Егора Валерьяновича, его помощник и непосредственный ваш начальник. Но… – она поднимает свой красивый пальчик и рассматривает меня, как какое-то насекомое. Хмурится, поджимает губки, – Вы, нам не подходите.

– Как это? – пугаюсь, вспоминая утренний разговор с отцом, да он с меня шкуру спустит, если меня выгонят в первый же день отсюда, – С чего такие скоропалительные и печальные для меня выводы?

– Не с того начали, – просто отвечает Вера Аркадьевна, – Мне позвонила Тамара и рассказала, кто вы такой. Я вижу, что ее впечатление было верным. Нам нужен толковый архитектор, а не бабник.

– Вот как, – расслабляюсь, сажусь, закинув ногу на ногу, – И почему вы решили, что я такой, как меня только что назвали?

– Я ошиблась? – приподнимает бровь женщина.

– Да, – говорю твердо, внутреннее давая себе зарок, не приближаться здесь больше ни к одной женщине ближе, чем на два метра. Даже в лифт не зайду, если там будет кто-то моложе пятидесяти, да и шестидесяти тоже.

– Хмм, – Вера стучит ногтем с нюдовым оттенком по столу и вдруг улыбается, как-то хитро, – Что же, думаю, вам можно дать шанс.

– Еще как можно, – оживляюсь, поправляя свою идеальную прическу, – Я готов работать здесь, не отвлекаясь на … Соблазны.

– Тогда оставьте эту вашу улыбку за дверью кабинета, – строго говорит Вера Аркадьевна.

– Будет сделано, – моментально убираю, делая серьезное выражение лица.

– Вас направляют в архитектурный отдел и ждем туда еще одного нового архитектора.

– Женщина? – тут же расцветаю я.

– Даа, – задумчиво тянет помощница, рассматривая меня, как букашку под микроскопом, – Но на нее особое табу от главного.

– Жаль, – притворно расстраиваюсь я, – Но я обещал, что буду паинькой, а обещания свои я держу.

– Надеюсь, – ворчит Вера Аркадьевна, – И еще, Матвей…

– Слушаю и повинуюсь, – отвешиваю поклон, вставая с кресла. Прием у начальства, как я понимаю, закончился.

– Еще одно опоздание и можете просто не приходить больше в нашу компанию.

Вот так начинается рабочая жизнь и кончается свобода. Я в шоке.

Глава 7

– Ой, Димочка, а я тебя ищу, – вижу, как Фиска остановилась напротив какого-то брутального мужика, похожего на викинга. Бородатый, высокий, широкоплечий, довольно симпатичный.

Мы пришли в этот клуб десять минут назад и ждали столик, который должен был освободиться. Теперь пробираемся сквозь толпу танцующих и вот, такая встреча. Оказывается, подруга не зря выбрала этот клуб, все уши мне прожужжала о своей любви. И вот он стоит перед нами, хмурит брови, разглядывая яркую Фиску.

То, что она яркая – это не то слово, подруга сверкает своими стразами и блестками на коже, как новогодняя елка. На ней белая кожаная юбка по самое не хочу, с полосками страз по бокам, алый топик с надписью на груди по-английски «Секс бомб». Норковую белоснежную шубку та небрежно держит в руке. Да там от шубки тридцать сантиметров, даже до талии не достает. На ногах черные колготки в мелкую сетку тоже с блестками и серебристые сапоги-чулки выше колен.

Декольте щедро усыпано пудрой с крупным блеском, черные стрелки на глазах, алые губы. Я правда, от нее тоже не отстаю, но не такая блестящая. Короткое ярко-красное платье с открытой спиной, тонкие черные чулки с широкой кружевной резинкой и лаковые черные сапоги до колена. Волосы платинового оттенка до плеч уложены в короткое взлохмаченное в живописном беспорядке каре.

– Мари, познакомься – это мой Димочка, – представляет нас с викингом друг другу Фиска, пытаясь переорать музыку.

– Маша, – протягиваю руку бруталу и тот вместо поцелуя, пожимает ее мне, как мужику.

– Дима, мне пора, – представляется нам и спешит скрыться в толпе, но Фиска не дает.

Обиженно дует губы, удерживая викинга за лапищу.

– Димочка, уже уходишь, а как же мы?

– Ща, – чешет задумчиво голову брутал и тащит нас сквозь толпу, схватив сразу обеих в охапку.

Выныриваем около небольшого подиума, где стоят столики с диванчиками в зоне VIP. Дима нас почти заталкивает за стол, где уже сидят двое парней с девушками.

– Вот, Анфиса, еще кто-то, а это Женек и забыл, как звать, – сообщает сидящим за столом Дима, – А я пошел.

Тут же разворачивается, намереваясь скрыться, но Фиска виснет на его шее.

– Димочка, куда, любимый? – стонет она, но тот сдергивает ее руки с себя.

– У меня тут это, дела, – моментом скрывается в толпе, оставляя надутую Фиску.

– Опять сбежал, гад, – топает она ножкой и плюхается на диван из красного бархата, – Садись, Машунь, хотя бы место нашли.

– Девочки, что будете пить, угощаю, – улыбается нам парень с длинной черной челкой и выбритым левым виском.

– Виски с колой, – ворчит Фиска, а я завожу к потолку глаза, началось.

– Кто это такой, что нас сюда привел, ты чего так расстроилась? – спрашиваю подругу, когда приносят коктейли.

– Да я уже год пытаюсь добиться его внимания, скользкий как рыба. Нравится мне Димочка, не могу прямо, – чуть не плачет Фиска, залпом выпивая свой бокал и требуя еще.

– Да и забудь его, что парня не найдешь? – удивляюсь, делая глоток «Секса на пляже».

– Не могу, – ноет подруга.

– Девочки, прекрасные розы, как вас зовут? – подсаживается к нам другой парень, спихивая со своих колен девушку, – Мое имя, Матвей.

– Зовут собаку, гулять, – фыркаю я, посматриваю прищурившись на парня. Хорош, зараза.

Блондинчик, упакованный в кожаный пиджак, черную рубашку и джинсы Армани. Просчитываю прикид и фыркаю, обычный мажор без работы, живущий на деньги папы. Красивый, накачанный, был бы в моем вкусе, если бы не слишком самоуверенная в своей неотразимости улыбка.

– Какая сердитая барышня, – мило улыбается мне мажорчик, – Потанцуем?

– Позже, – отмахиваюсь от его ухаживаний, заказывая второй коктейль.

– Мотя, пошли танцевать, – тянет своего ухажера девица, что до этого полновластно сидела у этого самого Моти на коленях.

– Конечно, Викуля, пойдем, а то тут скоро льдом все покроется, – соглашается Матвей, а я фыркаю им вслед. Красивая пара, вот пусть и идут подальше.

Выпиваю третий коктейль и мне становится фиолетово, что тут и кто, с кем. Иду на танцпол, получить свою порцию драйва. Рядом пристраиваются сразу несколько парней, стреляют в меня красноречивыми взглядами, топчутся на месте сжав кулаки. Осматриваю их на предмет привлекательности, когда чья-то властная рука обхватывает меня за талию, разворачивая к себе. Вдыхаю легкий аромат мяты и лимона, поднимая взгляд. Снова этот мажор, смотрит улыбаясь, прижимаясь всем телом.

– Девочка не скажет свое имя? – танцует со мной, не выпуская из объятий, – Или девочка такая строгая, что не пожалеет бедного парня с разбитым сердцем?

– Твое сердце отсутствует напрочь, – шиплю ему в ответ, но решаю поддержать игру. Поднимаю руки и обвиваю его за шею.

Так и двигаемся какое-то время. Руки парня гладят мою голую спину, глаза сверкают пламенем. А он знает толк в ухаживании. Вроде не напирает, но касается довольно смело, возбуждающе. Чувствую, как его пальцы проходят вдоль моего позвоночника, вызывая томление внизу живота.

– Сколько? – касается своими губами уголка моих губ, ведет поцелуй на шею. Невольно откидываю немного голову, позволяя ему порезвиться.

– Что сколько? – выдыхаю, прикрыв глаза.

– За ночь сколько берешь?

Вот как, значит, меня приняли за девицу для съема. Интересный вариант, даже хочется подыграть. Никогда еще меня не снимали на ночь, обычно я сама выбираю с кем мне спать. Причем не плачу за это, а тут такой вариант. Мне не нужны деньги, но сам процесс съема вносит разнообразие в мою сексуальную жизнь. Появляется азарт и хочется узнать, что будет дальше.

– Две тысячи, – чуть прикусываю его шею зубками и зализываю языком.

– Нормально, беру, – улыбается тот, проводя рукой по изгибу моей талии и обхватывая грудь.

– Евро, – хрипло произношу ему в ухо.

– Ого, – опускает взгляд на мои губы, словно думает, оценивает, – Договорились, полчаса сидим и сматываемся.

– Годится, деньги вперед.

– Ээ, нет, – смеется он, – На квартире отдам.

– Без денег не пойду, – чуть приоткрываю рот и скольжу кончиком языка по губкам.

– Хорошо, – неохотно соглашается Матвей, – Но только отработаешь по высшему уровню, за такие бабки.

– Все, что захочешь, – выгибаюсь в его руках, чувствуя, как ладони сжимаю мои ягодицы.

– Чертовка, – загорается Матвей и мы возвращаемся к столу, где я заказываю еще себе пару коктейлей. Что же, вечер обещает быть интересным, однако.

Глава 8

Через час все уже изрядно навеселе, Фиска ушла за соседний столик, где обнаружила своих друзей, я оказываюсь на коленях Матвея. Сама не замечаю, как наши милые заигрывания перерастают в поцелуи, от которых мы оба не можем оторваться. Целуется парень отпад, даже зацепил чем-то. Если бы не его манера покрасоваться, точно бы провела с ним неплохую ночь.

– Поехали отсюда? – отрывается от моих губ Матвей, – Мне кажется, что мы оба уже созрели, чтобы перенести наши игры в горизонтальное положение.

– Мне и здесь нравится, – дую губы, решая наказать парня или получить горячее удовольствие, – Ты так уверен, что любую можно купить?

– Не купить, так соблазнить, – проводит губами по моей шее Матвей, – Еще ни одна женщина не отказала мне, – улыбается как победитель.

– Тогда почему за ночь со мной решил заплатить?

– Я же вижу, что ты за этим сюда пришла. Понимаю, бедная студентка скорее всего, нужно на что-то жить, – усмехается он.

– У меня вид бедной студентки? – ахаю я, вот уж не думала, что произвожу такое впечатление.

– Ну, явно не девочки на ночь за две тысячи евро.

– Вот как, – огрызаюсь я, – Что же, поехали. Покажу тебе, что может девочка за такие деньги.

Встаем из-за стола, подхожу к Фиске, которая увлеченно болтает с какой-то девчонкой, говорю, что уезжаю.

– С ним? – кивает Фиска на Матвея, что стоит чуть в стороне и улыбается рядом танцующим девчонкам, – Он же явный бабник, – недовольно морщит носик подруга.

– Мне такой и нужен, – усмехаюсь я, – Хочу немного проучить самоуверенного мажорчика.

– Смотри, Мари, всякие попадаются, – осторожничает Фиска.

– Я тебя умоляю и не с такими справлялись, – показываю ей на убойный перцовый баллончик в моей сумочке, – Пусть только попробует.

– Ну, не знаю. Ты вроде как сама согласилась, зачем баллончик.

– А чтобы спесь маленько сбить, – хитро улыбаюсь и иду на выход, цепляя за локоть Матвея, что уже почти передвинулся на танцпол за новой юбкой.

Берем в баре бутылку шампанского и выходим из клуба. Матвей ловит такси и называет адрес, который я слушаю в пол уха. Сама проверяю свой запас средств на экстренный случай, думаю, что было бы лучше для моего самоуверенного любителя девушек.

– Сегодня, ты поймешь, что значит настоящий мужчина, – наклоняется к моему уху Матвей, целуя, чуть покусывая кожу на шее.

– Ффф, – ворчу в ответ, да тут не только самоуверенность, а целое воспетое самим собой непомерное эго, – Уверен, что меня есть чем удивить?

– Конечно, я буду любить тебя всю ночь, – отзывается Матвей, ныряя руками под мое платье.

Умело проводит по бедрам, касаясь края чулок, сжимает легко бедра, поглаживая пальцами. Черт, а он знает, что делает. Убеждаюсь, когда чувствую, что начинаю заводиться. Может ну его, это перевоспитание, хотя нет, таких самоуверенных в своей неотразимости надо наказывать.

– Деньги, – открываю ладошку, сжимая и разжимая, – Вперед.

– Какая меркантильная, – лыбится мажорчик и достает из кармана пиджака портмоне, отсчитывает четыре купюры по пятьсот евро. С хитрой улыбочкой сворачивает трубочкой и засовывает мне в декольте, – Получите и распишитесь.

– Вот еще, – фыркаю, перекладывая купюры в сумочку.

– Все, теперь можно? – обнимает, притягивая к себе на колени.

– Не здесь, – отклоняюсь от его рук и слышу недовольное ворчание.

Водитель останавливается у крутого таунхауса, и Матвей выходит, открывает мне дверь.

– Прошу в мой дворец, – рассчитывается с водителем и приобняв меня за талию ведет к отдельному входу.

В квартире полный минимализм. Хороший ремонт в стиле хай-тек, но всего минимум: кровать в огромной спальне, комод, белый пушистый ковер на полу, огромный телевизор. Гостиная с угловым диваном, снова телевизор и кухня с необходимым оборудованием.

Матвей сразу тянет меня в спальню, но я отбрыкиваюсь.

– Может глоток шампанского? – призывно облизываю губы и мажор ведется.

Идет на кухню, откуда скоро возвращается с двумя фужерами. Разливает прохладный напиток.

– Принеси что-нибудь закусить, – предлагаю я и когда он уходит, достаю из сумочки маленький пакетик с сильным снотворным. Щедро сыплю ему в фужер и тут же принимаю вид, словно разглядываю комнату.

Матвей возвращается с нарезкой сыра и виноградом в тарелке, включает тихую музыку. Чокаемся, выпиваем.

– Первый до дна, – говорю ему, – За знакомство.

– Отлично, ты необыкновенная девушка, – допивает шампанское Матвей, – Иди ко мне, моя красота, – сгребает к себе в объятия, забирая в плен мои губы.

Целуемся как-то жадно, хаотично, оставляя влажные мазки на коже. С меня мигом слетает платье, с него рубашка. Я забываю зачем вообще здесь, отдаюсь этому эротичному танцу чувств. Матвей умело ласкает мою грудь, сдернув и зашвырнув куда-то лифчик, я стягиваю с него джинсы, оставляя одни белоснежные боксеры. Рукой веду по толстому и каменному орудию, невольно загораясь. Хорошие такие размеры, этому мажору есть чем похвалиться.

Его руки и губы везде, полностью подчиняют меня, заставляя выгибаться и стонать, чувственно прикусывая нижнюю губку. Голова ныряет мне между ног и касается чувствительного бугорка, ловким и горячим языком, словно простреливая желанием. Отдаюсь на волю его языку, чувствуя, что еще немного и получу сегодня свой первый оргазм. Невольно вырывается громкий стон, как вдруг голова Матвея падает мне аккурат между ног и застывает. Через секунду слышу храп, который разрастается, вибрирует.

– Черт, – откидываюсь на подушку, пылая от болезненных спазмов неутоленного желания. Не мог уснуть чуть позже, я даже удовольствие не успела получить, – Сама виновата, – ворчу, выбираясь из-под тела, которое придавило мои ноги, как каменная стена.

И вот что мне приспичило его проучить, так все хорошо начиналось. С сожалением смотрю на спящего без задних ног Матвея и огорченно вздыхаю. Натягиваю на себя платье, махнув на лифчик, который не смогла найти, так же, как и трусики. Отыскиваю шубку и сумочку. Исчезаю из квартиры под звуки храпа, ругая сама себя. Такую ночь упустила, черт.