Читать книгу "В его власти"

– 6 Таня -

О том, что тень, которая меня напугала, это Семен, я догадываюсь не сразу. Только почувствовав, как меня хватают и силой вытаскиют из сугроба. Продолжаю верещать и пытаться отбиваться. Но к этому момент руки слушаются плохо – я банально замерзла.

– А ну, заткнись, – гаркает Терехов. И что удивительно, это срабатывает. Я действительно замолкаю. Смотрю на его пугающе темное лицо. И мне кажется, что он сам дьявол, который явился за моими душой и телом.

– В ушах звенит от твоего ора, – добавляет презрительно.

– Да пошел ты! – тут же огрызаюсь, приходя в себя от его манеры разговаривать. Пытаюсь вырваться, но хватка у этого огромного мужика крепкая. Выходит пустое барахтанье. Но я же Воронцова. Я не имею права сдаваться.

– У тебя два варианта, лапуля, – хрипло смеется он на мои попытки. Настороженно смотрю на него, жду продолжения, которое вряд ли мне понравится. Прямо чую это. – Можешь перестать брыкаться и как следует отработать свое спасение. Ртом и не только.

– Да пошел ты! – повторяю и снова пробую вырваться.

– Либо можешь сдохнуть в снегу, – лениво добавляет Техеорв.

– Да я лучше здесь останусь! Понял? – запальчиво выкрикиваю. – Да отпусти же!

Семен слушается и разжимается свою ручищу аккурат, когда я предпринимаю очередную попытку. В итоге я оказываюсь лежащей в сугробе. Снег снова набивается за шиворот. Ног я почти не чувствую. А обида во мне становится настолько концентрированной, что я готова голыми руками придушить Терехова!

– В общем, выбор за тобой, Татьяна.

– Я под тебя не лягу. Никогда, – мрачно отвечаю, пытаясь выбраться из сугроба.

Руки трясутся, но упрямо поднимаюсь.

– Твое право, – легко соглашается он. – Тогда копай.

– Что?

– Яму себе копай. Так и быть – прикопаю живьем прямо тут.

– Да ты в конце охерел?!

– А вот за это я тебе еще и рот с мылом прополоскаю, – с каким-то мрачным удовлетворением в голосе обещает Семен.

– Мечтай! – храбрюсь, хотя у самой почти нет сил. Мне слишком холодно. И страшно. После его-то слов!

– Сама попросишь.

– Мечтай!

– Я про яму. Удовольствие, когда тебя заживо сожрет зверье, еще хуже, – ухмыляется мужик. – Или ты из любителей острых ощущений?

Мне становится по-настоящему страшно. Очень-очень-очень страшно.

Конечно, я очень хочу держать лицо и быть смелой, как папа. Но еще я хочу выжить. И очень не хочу умирать.

Да никто не хочет!

И, кажется, сейчас моя гордость падет жертвой банального выживания.

– Ну так что? – глумится Терехов. – Готова остаться здесь навсегда, лапуля?

– Ты об этом еще пожалеешь, – мрачно обещаю. – Даже если ты вынудишь меня сделать все, что тебе захочется, я вернусь и отомщу.

Он делает ко мне шаг, а я интуитивно отшатываюсь и почти заваливаюсь обратно на спину, но Семен успевает схватить меня за куртку и удержать.

Между нашими лицами едва ли несколько сантиметров. Освещение тут, прямо скажем, не очень. Но даже в таком полумраке я отчетливо вижу холодное удовлетворение в его взгляде. И от того, что оно выверено до миллиметра, мне еще страшнее.

– Нет, Та-ня, это я отомщу тебе. Поверь, я долго этого ждал. И теперь получу с тебя все сполна…

Считав мою реакцию и победно ухмыльнувшись, мужчина резко отстраняется, а затем так же резко подхватывает и закидывает к себе на плечо.

– Тебе предстоит много работать, – многообещающе заявляет и со всей дури припечатывает своей огромной лапищей меня по попе. – Отдыхай пока.

А затем куда-то несет…Продолжение завтра

– 7 Таня -

Висеть вниз головой – то еще удовольствие. Но вместе с этим мне не нужно самой продираться по этим сугробам – а это несомненный плюс. Вдобавок мы, судя по всему, возвращаемся к домику, где будет тепло.

На этом положительные моменты заканчиваются.

Я так замерзла, что соображаю слегка обрывочно. И потому никак не могу ухватить мысль – что там за месть планировал Терехов? Узнал, что это я сдала те документы? Но как? Мне обещали, что никто не будет в курсе. А выходит, что кто-то слил?

И если Семен все это время продумывал месть мне, то дело становится куда хуже. Хотя… Он – беглый преступник! Куда еще хуже?!

Я, кажется, совсем перестаю чувствовать ноги. Голова становится тяжелой, от постоянного висения ею вниз. А еще мне холодно.

Все, что я вижу – снег, ветки и ноги. Ноги Терехова.

Черт, ну, вот почему он? Почему именно он оказался таким вот беспринципным гадом? Ведь красивый же мужик. Харизматичный.

Когда я увидела его впервые, аж дух захватило.

Большой, широкоплечий, с таким взглядом, что… Подруги когда-то что-то болтали про то, что трусики там от кого-то мокнут.

Вот у меня от него намокли. Я и согласилась-то отчасти именно потому, что это был шанс побыть рядом. Потрогать, почувствовать.

Обещала себе, что только одним глазком, что попаду в квартиру, опою и сбегу вовремя.

А вышло…

Вышло, что он стал моим первым и единственным мужчиной.

Да таким, что я больше ни на кого смотреть не могла. Помнила эти его руки, голос хриплый, как он говорил мне всякие грязные словечки, от которых щеки заливало жаром, а между ног становилось еще мокрее.

Я до сих пор помню, какой была та ночь.

Единственная. И самая лучшая…

Если бы не одно, сука, “но”! Мужчина это был преступником.

Даже если бы я по какому-то нелепому стечению обстоятельств вдруг решила закрыть на это глаза, отец бы не одобрил и… Ну, в общем, плохо бы это закончилось.

Вот! Отец! Точно. Надо этом и надо сосредоточиться. Главное добраться до связи. Наверняка у Терехова есть мобильный, и он здесь ловит. Не стал бы он сидеть вообще без возможности связаться с людьми. Значит, надо найти и позвонить папе.

Люлей я, конечно, отхвачу, но, по крайней мере, выберусь отсюда живой.

Пока я строю свои грандиозные планы, мы, наконец, добираемся до дома. Правда, почему-то Семен не останавливается, точнее, не заходит в него, а почему-то обходит стороной.

– Эй! Я замерзла! – возмущенно пыхчу, пытаясь приподняться и заявить о своих правах. За что тут же получаю по многострадальной попе еще один шлепок.

– Не дергайся! – рявкает Семен. А затем куда-то меня заносит.

Что это за место я понимаю не сразу.

Он ставит меня на ноги. Тут гораздо теплее, чем на улице, и я начинаю понемногу оттаивать. Пока состояние такое, что бежать куда-то я попросту не могу. Да и куда? В лес? Спасибо, я там уже была. Остается только дом.

Оглядываюсь по сторонам и до меня доходит, что это, похоже, именно баня.

– Раздевайся, – доносится очередной приказ.

Я, естественно, сейчас заторможенная. Пальцы не слушаются, ноги так вообще окоченели.

Терехов чертыхается, матерится, но в итоге помогает мне с курткой.

Джинсы я кое-как стягиваю сама. Сейчас мое чувство стыда притуплено морозом и снегом. Мне очень хочется туда, где тепло. А тепло там, за дверью. Когда он  только успел протопить баню?

Да плевать.

Кошусь на дверь и замечаю довольную ухмылку Семена.

– Готова?

– Думаешь, вениками не умею работать?

– Ты, лапуля, сегодня не вениками работать будешь, – скалится как дикарь. И открывает дверь.

Тепло мгновенно  окутывает меня, и я, наплевав на все правила приличия и прочее, забегаю туда и сажусь на нижний полок, довольно жмурясь от тепла.

Кожу неприятно покалывает, но это обязательно пройдет. Главное, что я больше не на морозе. Ну, и остается надеяться, что я не успела отморозить себе что-то важное.

– Отличный выбор, – комментирует Терехов.

Его голос так не вовремя врывается в мое блаженство, и я решаю не реагировать. По-прежнему сижу, наслаждаясь теплом. Но в итоге сдаюсь и открываю глаза.

А лучше бы так и продолжала сидеть, делая вид, что это не мне было сказано. Потому что мужчина стоит прямо передо мной. Он тоже успел раздеться. На нем даже кофты нет – один штаны. И те расстегнуты. А трусы приспущены. Зато член стоит колом. Прямо перед моим лицом.

– Приступай, – командует Семен, глядя на меня сверху вниз. И судя по тону его голоса, он совершенно не сомневается в том, что я соглашусь и выполняю все его прихоти от и до…

Наивный.

– 8 Таня -

Черт, он правда рассчитывает на это?

В ту ночь, что мы провели вместе, у нас, естественно, был секс. И учитывая габариты Терехова ниже пояса, это было весьма непросто, но… Я не помню, чтобы его член был настолько большой!

Да, было немного больно, но это быстро забылось, и потом было очень-очень хорошо. В сексуальном плане Семен оказался очень умелым. И я из-под него, прямо скажем, едва выползла. Да и то, потому что снотворное подействовало. Не знаю, иначе отпустил бы он меня так быстро.

Сейчас же Семен явно ждет от меня определенных действий. А я ведь  никогда… В тот раз мы не добрались до такого рода ласк. Опять же – он уснул!