Читать книгу "Жестокий. Его игрушка"

4 Надя

Я далеко не сразу понимаю, что оглушающим он мне кажется только потому, что я слишком растеряна. Алиев уже поднимается с дивана, когда хлопает входная дверь.

Я так и сижу на полу, пытаясь побороть шум в ушах.

На пороге гостиной появляется мужчина. Он в одной рубашке цвета хаки и такого же цвета штанах карго.

– Малой пострелял, – коротко произносит, глядя на Алиева. – Парни уже поймали его.

Тот лишь кивает. А затем взгляд незнакомца переходит на меня.

– Ты закончил? – спрашивает он, не глядя на Ратмира.

Я тут же прикрываюсь. Подтягиваю к себе плащ и кутаюсь в него. Страшно подумать, как я сейчас выгляжу всего того, что сделал со мной Алиев.

– Хочешь присоединиться? – вдруг ухмыляется тот. – Попользовать мой подроак?

Мужчина озадаченно хмыкает и смотрит на Ратмира.

– И кто устроил подгон?

Чувствую, как теперь оба смотрят на меня. И снова у меня жуткое чувство, что плащ совершенно не защищает. Будто я все равно на виду – обиженная и униженная.

– Борисов, – медленно отвечает Алиев, внимательно глядя мне в лицо.

Так Борисов это он? Тот старик, купивший меня?

– Щедро, – ухмыляется второй мужчина. – Сладкая девочка. Понравилась?

– Не умеет ни черта, – равнодушно отвечает Ратмир. Смотрит при этом на меня так безразлично, как будто это не он только что трахал меня довольно рьяно.

Стискиваю зубы, чтобы не ляпнуть ничего. Кошусь на диван – пистолета уже нет.

– Оставишь? – наконец, спрашивает второй.

От того, что они вот так обсуждают меня – как вещь, которая не может их слышать – внутри разливается что-то жгучее и ядовитое. Никогда не была мстительной, но кажется все бывает впервые.

– Сойдет, чтобы сбросить напряжение, – отвечает Алиев. Снова бросает на меня холодный взгляд. Тут у него звонит телефон, и Ратмир отвлекается.

А вот его друг или подчиненный – никак не пойму – наоборот, так и смотрит. Словно ищет что-то у меня во взгляде.

– Да, Артур со мной., – слышу приглушенный голос Алиева, доносящийся из коридора. – Хорошо, сейчас будем.

Проходит всего пара секунд, как он заглядывает в комнату.

– Поехали, Тихомиров уже в аэропорту.

Артур, наконец, отворачивается от меня, и я могу дышать свободнее.

– А как же я? – спрашиваю, когда оба мужчины уже покидают гостиную.

Не особо верю, что хоть один из них отреагирует. Но на удивление Ратмир возвращается. Снова его давящий хищный взгляд отравляет воздух в гостиной. Пусть между нами несколько метров, но я вновь испытываю животный страх.

– Твое место – здесь, – чеканит он. – Будешь нужна – за тобой придут.

Они уходят, а я сижу, оглушенная словами – за тобой придут.

Придут? Это значит… Господи, он что, правда отдаст меня охране?!

Несколько минут я пытаюсь представить, что будет дальше. В итоге вскакиваю и бегу в ванную. Сначала я тщательно умываюсь. Потом снова ищу хоть что-то, что поможет. Понимаю, что против охранников я мало что могу. Видела того же Олега. Высокий, сильный, накачанный. Да он так смотрел, что ясно было – поймает, повалит и руки заломит. И плевать ему будет, что я вообще-то девушка.

Но и просто сидеть ждать, пока меня отдадут другим…

Это очень странно, но ступор, в котором я пребывала рядом с Алиевым, сменяется жаждой деятельности.

Внутри горит потребность хотя бы попытаться отбиться. Даже если это будет последнее, что я сделаю.

Всхлипываю, вспоминая бабушку, и по третьему разу обхожу домик. И только тут попадаю на кухню, да и то случайно. Дверь в нее была заперта. Но я, отчаявшаяся и готовая биться в истерике, начала дергать ручку, и та поддалась.

Замерев на пороге, я сначала не верю своей удаче. Оглядываюсь – судя по всему здесь мало кто бывает. Комната хорошо если метров семь квадратных будет. Вроде чисто, но пусто. Подхожу к столу, дергаю ящики – один за другим. Почти ничего нет. Пара пакетов, поварешка. Трубочки для коктейлей.

А потом мне наконец везет – я нахожу вилки, ложки и… нож. Пусть всего один и не очень острый, но это хоть что-то.

Сжимаю рукоять пальцами. Меня трясет. Медленно выдыхаю. Боюсь представить, что будет дальше, но так мне чуть спокойнее. Я уже собираюсь закрыть ящик, как вдруг чувствую, как мне в спину утыкается что-то твердое.

И холодное.

Раньше я бы ни за что не поняла, но после того, как еще недавно Алиев ткнул мне пистолет в висок, я уже интуитивно догадываюсь, что это такое.

– Ку-ку, – раздается тихий голос позади.

Медленно оборачиваясь, я ожидаю увидеть кого-то из охраны или даже самого Ратмира. Но уж точно не мальчишку, держащего в руках пистолет.

Так и стою застыв, глядя на него через плечо, пока тот не делает шаг назад и не взмахивает пистолетом, давая понять, чтобы я развернулась к нему полностью.

Медленно выполняю его требование. В голове – полный штиль. Я не просто растеряна. Я в шоке!

– А ты кто такая? – спрашивает он, продажная держать меня на мушке. При этом во взгляде – чистейшее любопытство. И я бы, наверное, даже нашла, что ответить, но не под дулом пистолета.

Так и зависаю, глядя на оружие в руках мальчика. Сглатываю, невольно вспоминая, как Алиев буквально недавно угрожал мне им же.

Пока я борюсь со своим страхом, мальчик вздыхает как-то расстроенно и опускает пистолет.

– Он не заряжен.

– Точно? – невольно вырывается у меня вопрос.

Тот неуверенно кивает, затем смотрит на пистолет в своей руке. Вращает рукой так, словно у него затекло запястье, а я аккуратно стараюсь сместиться в сторону, чтобы не попасть под случайный выстрел.

– Точно, – кивает он. – Слишком легкий.

Он произносит это таким уверенным тоном, что мне окончательно становится не по себе. Что это за место такое, что подросток вроде него умеет обращаться с огнестрельным оружием?!

– Так кто ты? – возвращается мальчик к своему вопросу.

– А ты?

– Я – Арсен, – важным тоном отвечает он. И смотрит так, что я невольно вспоминаю Алиева. Они похожи с ним. Не копия, конечно. Но в глазах неуловимое сходство – те же темные глаза, В чертах лица тоже есть что-то общее. И еще непослушные чуть кудрявые черные волосы. У Алиева они зачесаны назад, но сдается мне, если так же сделать и мальчику, выйдет что-то такое же.

– Я Надя, – осторожно отвечаю, когда молчание затягивается, а парнишка по-прежнему пытливо смотрит на меня, явно не собираясь отставать.

Сейчас, когда пистолет не направлен на меня, чуть спокойнее. Но тем не менее я стараюсь держаться на чеку.

– А ты почему здесь? – задает он вполне логичный вопрос.

– Так решил хозяин дома, – развожу руками.

Вроде моей вины в случившемся ноль, но мне сейчас жутко стыдно за то, что я, получается, здесь как какая-то девочка по вызову сижу жду, когда понадоблюсь хозяину.

– Дядя Ратмир? – уточняет Арсен.

– Так вы знакомы?

На лице мальчишки появляется снисходительная усмешка. Видно, что он старается держаться по-взрослому, но и мимика, и то, как он держится, выдает в нем ребенка.

– С моим дядей? – фыркает он. – Конечно! Вообще-то я его любимый племянник, – заявляет он с гордостью.

– И дядя разрешает любимому племяннику играть с огнестрельным оружием? – спрашиваю, кивая в сторону его руки, в которой по-прежнему пистолет.

Мальчик тут же тушуется, и вся его бравада мгновенно слетает. Он бросает на меня взгляд исподлобья и довольно резко огрызается:

– Я достаточно взрослый! Мне скоро будет двенадцать!

Непонимающе смотрю на него. Это что, вроде как оправдание?

– В четырнадцать я получу знак семьи! – запальчиво добавляет он. – А еще я уже сейчас отлично стреляю!

Меня шокирует то, с какой уверенностью ребенок заявляет о том, что считает нормальным играть с настоящим оружием. Теперь к портрету Алиева добавляется еще пару мазков, и честно говоря, он становится только страшнее и хуже для меня.

– То есть твой дядя не против, – бормочу, ужасаясь тому, куда попало. Какой-то кошмар, честное слово!

Замечаю, как Арсен снова теряется и отводит взгляд, а затем ведет плечом и неохотно сознается:

– Нет, он запрещает, – вздыхает расстроенно. – Но ведь я большой и могу стрелять, куда надо!

В его голосе столько детского отчаяния, что мне кажется, дело не просто в желании побегать с пушкой, как многие мальчишки в его возрасте.

– Я же должен уметь себя защищать. Вот ты даже не услышала, как я зашел в дом! – победно добавляет он.

– Кстати как ты это сделал? – запоздало спрашиваю. – Дверь вроде заперта.

Арсен хитро улыбается, снова преображаясь. Удивительный ребенок.

– У меня есть свои секреты, – с гордостью заявляет он, словно это и правда придает ему значимости. – Заметил свет в доме, решил проверить, кто здесь.

Киваю, мысленно отмечая, что было бы неплохо узнать про эту самую возможность выйти из дома иначе. Пока бежать некуда, но как знать.

– А зачем тебе нож? – вдруг спрашивает Арсен, и я только тут вспоминаю, что до сих пор держу его в руках. – Надя, ты разве не знаешь, что нож не поможет против пистолета? – добавляет он тоном знатока.

– Ты застал меня врасплох, – сознаюсь растерянно.

Мальчик кивает с важным видом, а затем, шагнув к столу, кладет на него пистолет. Он подходит ко мне ближе и пытается забрать нож. Я тут же отвожу руку в сторону и поднимаю выше, чтобы он не достал.

– Эй, ты чего это удумал?

– Покажу, как надо с ним обращаться, – самоуверенно заявляет ребенок.

Я тут же отхожу на пару шагов и мотаю головой.

– Ты откуда вообще такого понабрался?

Арсен замирает, а затем очень сильно выдает:

– Мужчина должен быть сильным. Тогда я буду полезным дяде, и он не отправит меня закрытый пансион.

Я вижу, что он храбрится, но на последних словах его голос все же дрожит. А в глазах мелькает что-то такое, что у меня появляется иррациональное желание помочь.

– А где твои родители? – осторожно спрашиваю.

Вот тут выражение лица Арсена неуловимо меняется – он чуть бледнеет, а в глазах застывает боль. Это настолько дико смотрится, учитывая, что ребенку нет и двенадцати, что я вздрагиваю.

– Умерли, – тихо отвечает он и опускает взгляд. – Их убили.

Не знаю, что именно меня толкает на такой поступок, но отложив нож, я делаю шаг к мальчику и осторожно сжимаю его за плечо.

– Мне очень жаль, – искренне говорю, желая поддержать ребенка.

Он настороженно смотрит на меня исподлобья. Я уже собираюсь аккуратно расспросить его про Алиева, как слышу хлопок входной двери.

И вот тут Арсен вновь преображается, но теперь в его взгляде откровенный страх.

– Это кто-то из охраны или дядя, – сдавленно шепчет он. – Не выдавай меня!

Он вцепляется в мою руку.

– Если меня найдут, то отправят в пансион!

Слышу приближающиеся шаги – на решение у меня всего пара мгновений. И, поколебавшись, я все же киваю. А после решительно выхожу из кухни – и как раз вовремя, чтобы успеть заметить мужской силуэт.

5 Надя

Мне требуется несколько секунд, чтобы узнать Олега. В первый момент мне показалось, что это Алиев вернулся.

Охранник проходится по мне суровым тяжелым взглядом. А я на автомате поплотнее запахиваю халат. Пусть я и не улавливаю в глазах Олега мужского интереса, провоцировать не хочу.

К тому же Ратмир упомянул, что когда я понадоблюсь за мной придут.

– Одна? – сухо спрашивает мужчина.

Растерянно киваю.

– Ратмир ушел, – говорю, прикрывая шею ладонью.

Я жутко нервничаю под пристальным взглядом охранника. Он так смотрит, словно точно знает, что на кухне – Арсен.

И наверное, логичнее было бы сознаться, что ребенок прячется в доме. Но что-то в его взгляде и том, как он говорил про пансион, как сильно испугался, как только услышал, что кто-то пришел, задело меня.

Я понятия не имею, какие порядки у Алиева, и как накажут мальчика за непослушание. И уж точно не хочу быть причиной того, что его найдут.

Олег хмурится, смотрит мне за спину.

– Нашла кухню, думала хотя бы воды попить, – добавляю, надеясь переключить внимание мужчины.

Вообще в мыслях сейчас бардак, и меня слегка потряхивает – ведь если охранник найдет Арсена, скорее всего, об этом узнает Алиев. И что еще он придумает, сложно предсказать.

– Еду принесут чуть позже, – наконец, неохотно бросает он и отступает.

Я до последнего боясь пошевелиться – вдруг это какая-то ловушка. Только когда в коридор выглядеывает Арсен, отмираю и прихожу в себя.

– Ушел, – тихо восторгается ребенок. – Ты правда не выдала меня? – он удивленно смотрит на меня – словно я совершила какой-то странный поступок.

– Ну, я так поняла, тебе попадет, если найдут?

Мальчик виновато отводит взгляд и пожимает плечами.

– Дядя запрещает брать оружие, – неохоте признается он. – А я сегодня нашел пару. Один припрятал, из второго пошел мишени опробовать. Думал, дяди Ратмира нет.

Теперь мне становится более понятно, о ком говорил Алиев со своим другом.

– Отругали?

Арсен вздыхает – ловлю его взгляд полный злости и разочарования.

– Сказали, еще раз, и поеду в пансион на месяц раньше, – зло бросает он. – А я не хочу! Я должен за маму отомстить!

Столько злости и отчаяния в его голосе, что я даже слов не нахожу в ответ.

– Так может если ты не хочешь в пансион, то стоит сказать об этом Ратмиру? – предлагаю, чуть подумав.

Вообще у меня не сложилось впечатления, что Алиев – человек, с которым можно договориться. Но может быть со своими близкими он не такой сухарь и циник?

Арсен в ответ тихо хмыкает – так горестно, что мне ответ становится ясен без слов.

– Я пока живу у него, но дядя Амир обещал меня забрать. И тогда уже отдать после нового года в пансион для мальчиков.

– А дядя Амир это?

– Брат моего отца. И он считает, что я должен жить с ним, но дядя Ратмир меня забрал после похорон родителей.

Мысленно раскладываю эти хитросплетения.

– Получается, что Ратмир – твоя дядя по отцовской линии?

– Нет, по маминой, – тихо отвечает мальчик.

Он вроде старается выглядеть взрослым и сильным, но в его детских глазах мелькает тоска каждый раз, когда он упоминает мать.

И это резонирует с моими чувствами. Я ведь тоже лишилась мамы. Потеряла ее еще девчонкой, осталась только с бабушкой.

Которая теперь с ума сойдет…

Эта мысль, вспыхнув, мгновенно отравляет собой все. Липкое отчаяние снова завладевает мною.

– Надя, а ты почему плачешь? – непонимающе смотрит на меня ребенок. Тут же стираю слезы со щек – даже не поняла, как они пролились.

– Просто чувствую себя не очень.

Арсен хмурится, и как назло в этот момент мой желудок начинает урчать. Да так громко, что я готова от стыда провалиться сквозь землю.

– Ты голодная, – озвучивает он очевидное.

– Не успела поесть.

Мальчишка тут же воодушевляется.

– Я принесу тебе вкусное! На кухне у бабы Раи есть такие блинчики! Пальчики оближешь, точно тебе говорю!

Он разворачивается и торопится обратно в кухню, а когда я иду за ним, вдруг резко тормозит.

– А ты не подсматривай – я пока не готов тебе показать, как пришел.

И говорит он это тоном, прямо как взрослый. Еще и смотрит так, что я улавливаю схожесть с Алиевым.

Поднимаю ладони вверх, сдаваясь. Подхожу к столу и, забрав нож, выхожу в коридор. Прикрываю за собой дверь, надеясь, что Арсен забудет про пистолет. Тогда это будет мой шанс.

Но когда я буквально через пару минут возвращаюсь, приходится признать, что Арсен – слишком смышленый и внимательный мальчик. Оружие он забрал. Надеюсь, оно действительно не заряжено, и он не навредит себе.

Осматриваю кухню, начиная с окна. Первая мысль, что он банально забрался на подоконник. Но ничего подобного. Окно плотно закрыто и снаружи не открывается.

Оглядываю шкафы по очереди. Но тоже ничего.

Да куда же он подевался?

Так и не найдя ответа, я ухожу обратно в гостиную. Жду, что Арсен вернется, и думаю, как бы его разговорить. Но время идет, а мальчика все нет. За окном окончательно темнеет. Устав ждать, я укладываюсь на диван. Усталость сказывается, и я почти не думаю о том, что здесь еще недавно сидел Ратмир.

Сама не замечаю, как проваливаюсь в тягучий вязкий сон. Куда-то бегу, кричу, пытаясь вырваться.

Нет четких образов, но меня преследует ощущение, что я в плену и должна выбраться.

Просыпаюсь в холодном поту – резко, словно рубильник внутри включили.

Спросонья я не сразу понимаю, что в комнате не одна – на пороге гостиной стоит Алиев. Возвышается словно палач, который пришел исполнить приговор.

6 Надя

Утренний свет едва пробивается через шторы, но его хватает, чтобы понять – взгляд у мужчины тяжелый и давящий.

Медленно поднимаюсь, натягивая на себя плед повыше. Пусть я сейчас в халате и укрыта, все равно ощущение, что голая перед Ратмиром.

Он медленно проходит, окидывает меня взглядом, затем комнату. А после молча выходит в коридор.

Я ничего не понимаю. Растираю лицо руками, чтобы окончательно проснуться.

И когда снова открываю глаза, вижу Алиева. А еще стул посреди комнаты, который он принес из кухни.

– Садись, – сухо приказывает он, кивнув на него.

Мне жутко неуютно под его холодным взглядом. Ощущение, что у меня петля на шее, которая давит, напоминая о моем положении. Я даже поправляя ворот халата, невольно касаюсь шеи, чтобы убедиться, что это лишь фантомное ощущение.

Тяжело сглотнув ком в горле, я все же встаю с дивана и пересаживаюсь на стул. Спиной к опасному мужчине.

– Руки на колени, – звучит еще один приказ.

Не просьба, а именно приказ. Как собаке.

Меня передергивает от сравнения, пришедшего в голову, но я терплю. Стиснув зубы, выполняю требуемое. В голове мелькает мысль, что Арсен так и не вернулся, получается.

Остается надеяться, что он не попался на своей попытке принести мне еды. Не хотелось бы, чтобы у него были проблемы с дядей.

С трудом разбираю какой-то шелест за спиной, а в следующее мгновение чувствую что-то на своей шее.

Я не успеваю даже вскрикнуть, как приходит понимание – петля затягивается. Я могу дышать, но лишь потому, что давление пока не настолько сильное.

Паника прокатывается ледяной волной по телу. А в следующее мгновение меня бросает в жар, и тысячи иголочек ужаса впиваются в мое тело.

Вскидываю руки к шее и тут же слышу:

– Руки!

Алиев не повышает голос, но одного слова достаточно, чтобы я замерла, боясь пошевелиться.

– На колени, – добавляет он.

Мне приходится опустить руки. Петля на шее, похоже, от ремня. Я не могу быть уверена – может, Ратмир принес с собой удавку. Такой как он – может.

В голове мелькают мысли одна страшней другой. Он подумал, что я бесполезна? Решил, что тот мерзкий старик меня нанял для чего-то? Или Артур что-то наболтал, и…

– О чем ты говорила с Арсеном? – спрашивает Ратмир. Его ладонь ложится мне на затылок, наматывая мои волосы на кулак.

Я и так напряжена до предела, так еще и это.

– С кем? – задушенно сиплю. Мысли скачут в голове – я не понимаю, как быть. Признаться? Поможет ли это? Или усугубит ситуацию? Или, может, мальчишку накажут, как только Ратмир найдет доказательства, что тот пробрался ко мне в домик?

Петля стягивает шею, пугая и загоняя в ловушку. Наплевав на приказ Алиева, я цепляюсь пальцами за ремень, мешающий дышать. Чувствую, как хватка в волосах становится более жесткой.

– Я повторю один раз, и если ты продолжишь играть в идиотку, жизнь твоя закончится. О чем ты говорила с Арсеном?

– Я… П-прос… то… Не… могу…

Давление ослабевает, и у меня выходит вдохнуть воздух. Легкие жжет. Но не от недостатка кислорода – это дикий ужас выжигает во мне все дотла.

– О чем?

– Об оружие, – сиплю, дрожа всем телом. – Он сказал, что хорошо стреляет.

– Как он оказался в доме?

– Я не знаю. Он застал меня врасплох. Как зашел, не ответил.

Я отвечаю максимально быстро, боясь, что Алиев повторит пытку ремнем.

– Что еще он говорил?

Голос Ратмира звучит холодно и отстраненно, но мне кажется, что атмосфера в гостиной пропитана его яростью. Обжигающе ледяной. И дикой.

Я не вижу лица мужчины, но чувствую, что любое неверное слово может стать приговором.

И мне страшно. Мне до чертиков страшно! Настолько, что я перестаю чувствовать кончики пальцев.

– Что он племянник, и что не хочет, чтобы от него избавлялись.

Хватка в волосах становится жестче.

– Избавлялись? – в голосе Алиева проскальзывают странные нотки. Будто что-то человеческое. Я молчу, подбирая слова. И пока раздумываю, Ратмир отпускает мои волосы, обходит и встает так, что теперь смотрит мне прямо в глаза.

– Он так сказал?

Его вопрос толкает меня на безумие, и потом я обязательно пожалею о своем порыве. Но в этот момент я просто озвучиваю то, что думаю:

– Нет, по другому. Но судя по тому, что рассказал ребенок, он не хочет в пансион, куда ты его сплавишь, чтобы не напрягаться.

Взгляд мужчины вспыхивает раздражением. Я понимаю, как сильно сглупила, но уже поздно. И смысла отнекиваться нет.

– Мальчик просто не понимает, что рядом с таким, как ты, ему будет еще хуже!

Мгновение, и Ратмир подается ко мне. До боли сжимает пальцами щеки, лишая возможности говорить.

– А ты, видимо, до черта разбираешься в воспитании детей? Смелая продажная шкура, которая решила поучить меня, как управляться с племянником?!

Он не повысил голос, но от этого эффект получается лишь более пугающий. Я не могу выдавить ни слова – и дело не в ремне на шее.Петля ослаблена, и я могу полноценно дышать. Но то, как смотрит на меня Ратмир…

Он будто прожигает во мне дыру – злость клокочет на дне его темных глаз. Внешне он спокоен, но я остро чувствую, насколько он взбешен моими словами.

– Он просто ребенок, который потерял родителей, и не хочет остаться один.

На эту фразу уходит вся моя смелость. И если сейчас Алиев припугнет меня сильнее, то это будут мои последние слова.

– Для простой подстилки ты знаешь слишком много, – медленно произносит он. Отпускает лицо, но затем его ладонь сползает ниже и ловко перехватывает конец ремня у меня за спиной.

В этот момент умирают остатки надежды, что все обойдется.

Я почти готова, что Алиев снова перекроет мне возможность дышать. Но вместо этого чувствую, как пропадет с шеи ремень. Да и сам мужчина отходит в сторону. Я не вижу, скорее, слышу это.

– Попробуешь его использовать, пожалеешь, – хлестко бросает Алиев. – Твое дело – раздвигать ноги. На большее ты не годишься.

Хлопок двери кажется мне оглушающе громким, но я даже не вздрагиваю. Так и сижу, глядя в одну точку, и не веря, что все закончилось.

У меня даже слез нет в этот момент – меня просто слегка потряхивает от пережитого.

Не знаю, сколько проходит времени, нет сил даже просто встать и добраться хотя бы до ванной. Ощущение, что Алиев своим допросом высосал у меня все силы.

До донышка.

Прихожу в себя только, когда слышу как хлопает дверь. Опять.

Внутренне напрягаюсь до предела, но на пороге появляется один из охранников – кажется, я его видела вчера.

Он молча ставит два пакета у порога и бросает сухо:

– Одежда и еда. К вечеру будь готова.

Мужчина уходит, а я далеко не сразу нахожу силы проверить, что же он принес.

В первом и правда еда, судя по всему из ресторана. На кухне я видела микроволновку, так что разогреть не станет проблемой. Другое дело, что я до сих пор не чувствую голода.

Во втором пакете оказывается платье. Ярко красное. Ультракороткое. Такое, что если я надену, то не останется никаких сомнений, в качестве кого меня буду воспринимать.

К платью прилагаются туфли на высоком каблуке и… крошечные трусики.

И, собственно, все.

Меня начинает мутить только от мысли, куда в таком виде придется идти. Но я слишком хорошо помню взгляд Алиева, чтоб пытаться отказаться.

Время до вечера тянется как резина. Я успеваю поесть и смириться с тем, что придется облачиться в это красное безобразие.

Арсен больше ко мне не заглядывает, и остается только гадать – наказал ли Ратмир несчастного ребенка.

К моменту, когда щелкает замок на входной двери, я уже настолько напряжена и нервничаю, что кажется готова ко всему.

Почему-то я была уверена, что Алиев придет лично. Поэтому когда вижу Олега, слегка теряюсь.

Тот проходится по мне сканирующим взглядом и вроде остается удовлетворен.

– На выход, – командует он.

Туфли жутко неудобные – напоминаю те, в которых мне пришлось подниматься на сцену во время аукциона. Да и вообще я не настолько опытна в ношении высоких каблуков.

Замечаю, как по лицу Олега мелькает кривая ухмылка. Становится гадко. Представляю, что он обо мне думает. И ведь ему плевать, что я здесь фактически против воли.

У дверей он набрасывает мне на плечи тот же плащ. Толкает дверь и выходит первым.

На улице никого. Оглядываюсь по сторонам, и только когда охранник веско напоминает: ”топай давай”, тороплюсь вслед за ним.

Мы приходим не к воротам, а к гаражу, возле которого уже стоит одна машина, явно подготовленная к выезду.

– Садись, – командует Олег, направляясь к месту водителя.

В салоне прохладно и пахнет хвоей. Ежусь от неприятных ощущений – все-таки в коротком платье и легком плаще пройти даже пара десятков метров в такую погоду – плохая затея.

– А куда мы едем? – осторожно спрашиваю у охранника. Тот не удостаивает меня ответом. Только когда я повторяю вопрос, скупо бросает:

– К боссу.

Мерзко от того, что я реально как девочка по вызову. Захотел Алиев – и меня доставили в красивой упаковке.

Неосознанно тру ладонью шею. Следов не осталось, но я до сих пор как будто чувствую петлю из ремня. Не сомневаюсь, Ратмир мог бы довести дело до конца. Просто потому что так решил.

Через полчаса машина тормозит у ночного клуба “Грация”. Я наслышана о нем – среди девочек ходили слухи, что это одно из элитных заведений, где можно было поиграть в азартные игры. Да и вообще слава у этого места ходила разная. Сама я ни разу не бывала в подобных клубах. Поэтому стоит мне оказаться в холле, как меня буквально сносит атмосферой богатства и роскоши. Но не той вычурной, которую можно видеть в фильмах.

Скорее тут царит опасность, вседозволенность и порок. Темные тона, в которых выполнен дизайн, внушают определенное настроение.

Черный и золотой – основные цвета, которые присутствуют во всем – и в отделке, и на стенах, да даже в ковровом покрытии.

– К боссу, – коротко бросает Олег одному из охранников.

Тот скользит по мне взглядом и смещается вправо, давая возможность пройти внутрь.

Я торможу, но тут же чувствую, как Олег подталкивает меня вперед. Едва не падаю на каблуках, но мой сопровождающий ловко поддерживает меня.

– Поменьше фокусов, – сухо бросает он и направляет влево – в сторону коридора.

Основной зал представляет собой множество столов, вокруг которых не стулья, а своего рода диванчики.

Но оглядеться как следует я не успеваю – Олег буквально силой тащит меня вперед.

Мы проходим метров пятнадцать, и оказываемся перед портьерой из темного бархата.

Охранник смело отодвигает ее и вынуждает меня зайти первой.

Стоит мне сделать пару шагов, как я оказываюсь под прицелом трех взглядов.

Помимо Алиева, сидящего на черном кожаном диване, здесь его друг, тот самый Артур, который так пренебрежительно говорил обо мне. Сидит на диване напротив.

Еще один мужчина занял кожаное кресло слева. Тоже черное. Внешне он чуть старше Ратмира. Тоже с темными волосами и аккуратно подстриженной бородой и цепким тяжелым взглядом.

– …доставил, – доносится до меня голос Олега.

– Свободен, – коротко кивает Алиев. Затем, наконец, сосредотачивается на мне.

Я стою, не зная, куда бежать. Мне совершенно не нравится, что я в этом безобразно откровенном платье оказываюсь наедине с тремя взрослыми и очень опасными мужчинами.

– Ну, что встала, проходи, – скалится Артур. – Порадуй нас, куколка.