Читать книгу "Фиктивная свадьба"

– 10 Арман -

Ну, я подозревал, что просто с Леной не будет. Но не рассчитывал, что она будет настолько царапучей.

Одна ее попытка сбежать чего стоит. Внутри все аж вскипело. Я не рвался жениться – не считал это необходимым по жизни. Но если уж впаялся в эту авантюру, совершенно точно не собирался позволять меня кидать.

А ведь она собиралась. Я точно видел в ее взгляде панику, когда услышал про “можно поцеловать невесту”.

Друзья, кстати, держались неплохо. Если Роберт еще был морально готов после моей просьбы, то Таир откровенно офигевал от происходящего. Ну и ладно. После обсудим детали моей жизни.

Если бы Лена меньше шипела, я бы объяснил ей банальные вещи – отец ее рано или поздно наведет справки. И если ее бабские загоны, что никого на свадьбе не будет, еще можно списать на женские капризы, то вот тот факт, что моих близких друзей и партнеров не было на церемонии, он точно заметит.

Мила, конечно, не вовремя нарисовалась. Хорошая девка, кажется. Даже не помню, сколько раз зависал с ней, если вообще это было. Но судя по тому, как она вцепилась в меня, было. Опять же – теперь пойдут сплетни еще и с этой стороны. Так что под ковер замести наше бракосочетание точно не выйдет.

Но Лена…

Она будто специально выводит меня. Эти ее демонстративные холодность и равнодушие выбешивают так, что я срываюсь. Тащу наверх, в номер, который заранее забронировал. Помнил это ее – “наш брак будет фиктивным”. Да только черта с два, детка.

Я хочу тебя. А я всегда получаю то, что хочу.

И при взгляде на нее, стоящую посреди номера для новобрачных, меня одолевает только одно желание – закинуть на плечо и оттащить к огромной кровати, где…

– Арман, мне правда надо уехать, – продолжает бесить моя женушка.

Я делаю шаг, она – отступает на два. Да еще и губы облизывает, зараза такая. Ни за что не поверю, что не понимает, как действует на меня.

– После того как вышла замуж? – хриплю. – Серьезно? Я думал, у тебя с мозгами получше, детка.

Ее взгляд вспыхивает злостью. А я кайфую от того, что сейчас нет той гребаной маски холодной стервы.

Черт, она все-таки зажигалочка. Да такая, что аж член ломит от желания заняться делом прямо сейчас. Но я пусть с трудом, но держусь.

– Ты вроде сама хотела правдоподобности, так?

Лена моргает растерянно. И на краткий миг во мне вскидывает голову забытая нежность. На считанные секунды она становится уязвимой, но почти сразу закрывается.

– Возможно, ты прав. Но не стоило меня тащить сюда. А что касается легенды – твои бабы вряд ли добавят реальности нашему браку, если будут виснуть на тебе посреди одного из топовых ресторанов города.

– А твои мужики? – бросаю ей в ответ. – Что, думала я правда не заметил, как ты пялилась на того пузана в пиджаке? Он трахает тебя?

Ее глаза округляются, и я чувствую, как меня слегка отпускает. Может, я и слишком самонадеян, но этот хрен с горы явно не тусуется у нее между ног. Но тогда что?

– Ты… Ты… Да ты… – Лена бормочет что-то невнятное, а у меня прямо крышу рвет от того, как охеренно она смотрится в этом платье.

Никогда у меня не было фетиша на невест, но… Но, походу, теперь будет.

И ведь ничего такого! Но как же чертовски я ее сейчас хочу.

Пока она придумывает, как мне ответить, подхожу ближе и не даю возможности ускользнуть – буквально втрамбовываю в стенку и кайфую от шока в ее глазах.

Да, милая. У нас все будет по-взрослому. Я же помню, какая ты можешь быть. И помню, что тебе нравится пожестче.

– Я, детка, я, – довольно ухмыляюсь, ставлю руки по обе стороны от ее лица, загоняя добычу в капкан. – Впрочем, ты права – разговоры у нас как-то не очень. Займемся другими вещами.

– Даже не смей! – шипит как разъяренная кошка. – Тащись к своим бабам, Нечаев!

– Эй, полегче, – фыркаю, наслаждаясь ее реакцией. – Вообще-торади твоей затеи я всех баб послал куда подальше и собираюсь хранить тебе верность, дорогая жена.

Лена хмурится, смотрит на меня недоверчиво.

– Ты что, серьезно собрался… – Она замолкает, и я ловлю себя на мысли, что это задевает – неужели правда думает, что я не способен обуздать свои желания? Еще как! Просто нужна мотивация. – Ты реально будешь хранить верность фиктивной жене? – расплывается она в едкой усмешке.

– Считаешь, не выйдет? – наклоняюсь ниже, и тут эта нахалка резко дергает коленом, едва не попадая по стратегически важным местам. Буквально считанные миллиметры спасают меня от членовредительства.

– Эй, это запрещенный прием! – возмущаюсь, наваливаясь так, что теперь мы стоим уже вплотную, и больше у Лены нет возможности заниматься ерундой.

– Зато действенный, – мрачно отзывается она. – И вообще стоило бы догадаться, что такой самовлюбленный и эгоистичный мудак, как ты, наплюет на всех кроме себя.

– Поясни, – требую, охреневая от заявочки.

– Что пояснять? – надменно заявляет женушка. – Тебе же плевать на все мои просьбы – сделал так, как захотелось его величеству. И все мои слова о том, что не надо устраивать шоу, ты пропустил мимо ушей.

– Ты просила правдоподобности!

– Я просила о помощи, Арман, – устало возражает она, отводя взгляд. – Помощи в том виде, в котором она была нужна мне. Но чтобы это понять, нужно опуститься с высоты своего раздутого эго и услышать простых смертных.

– Вот, значит, как ты считаешь…

Она равнодушно пожимает плечами, по-прежнему не глядя на меня.

– Да, я была о тебе лучшего мнения.

Пожалуй, это становится последней каплей. Чувствую, что либо я свалю подальше, либо что-то сделаю с ней. Причем нехорошее и очень-очень развратное. А у меня был план, что Лена сама придет и попросит.

Отталкиваюсь от стены, едва сдерживая злость и раздражение вкупе с желанием как следует проучить молодую жену.

– У тебя будет время подумать над тем, что ты тут вывалила, – мрачно обещаю, а затем выхожу из номера, закрывая тот на ключ.

К черту. Пусть посидит и покумекает, как надо с мужиком обращаться. Совсем уже – бросать мне такое в лицо!

Лучшего мнения она, видите ли, была. Да кто бы ей помог с ее папашей-то?!

Таир и Роберт все еще в зале, куда я спускаюсь, взвинченный до предела. Оба вопросительно смотрят на меня, а я подзываю официанта и заказываю бутылку вискаря.

– Однако, – замечает Салманов. – А невеста?

– Жена, – обрубаю. – Отдыхает. Переволновалась.

Сам не понимаю, зачем вношу эти детали – уж перед мужиками точно не надо оправдываться. И я прекрасно знаю – ни один из них меня не осудит. И все равно для чего-то тут распинаюсь.

Официант приносит бутылку отличного вискаря и три бокала. А еще следом и остальной заказ. То, что предназначается Лене, так и остается сиротливо стоять на столе.

– Голодной оставишь? – спрашивает Таир. – Жену свою.

Внутри шевелится чувство вины, но я отмахиваюсь и разливаю виски по бокалам.

– И за что пьем? – иронично интересуется Роб. – Отмечаем новую ячейку общества, или у нас похороны?

Бросаю на него мрачный взгляд.

Молча чокаемся. Ну, хоть так.

– Похороны моей холостяцкой жизни, я так понимаю? – хмуро уточняю у друга. Тот усмехается, но не отвечает. Впрочем, я и так все понимаю.

Алкоголь вообще не успокаивает. Только наоборот – подливает масла в огонь. Хочется пойти и высказать жене некоторые моменты. Например, где, черт подери, ее благодарность? Можно подумать, это мне надо было устраивать весь этот балаган, чтобы ее папаша-идиот поверил в это шоу!

– Ну, может, поделишься теперь – с чего такие перемены? – осторожно спрашивает Салманов спустя, наверное, минут десять общего молчания.

Галстук-бабочка давит так, что в итоге я резко стаскиваю его. Идиот, думал, она оценит.

Вообще чего ждал? Ясно же – избалованная сучка. Стоило мне тогда свалить и задержаться чуть дольше, как все, усвистала, и даже не вспомнила все красивые слова, что заливала мне.

Друзья переглядываются, и Таир пристально смотрит уже на Роберта:

– Я так понимаю, ты в курсе?

– В общих чертах, – пожимает тот плечами.

– Давайте лучше выпьем, ага?

Они снова переглядываются.

– Так и где вы, говоришь, познакомились? – спрашивает Таир.

– А что? Тебе уже наскучила жена? – скалюсь на его интерес. – Свежей крови захотелось?

Салманов неуловимо меняется в лице, а я тут же жалею, что ляпнул, задев его Аишу. Девочка-то хорошая. Слишком правильная, на мой вкус, да. Но в целом она совершенно не заслуживала подобных выпадов. Тем более что я еще и накосячил с ней как-то жутко. Хотя там не моя вина была – сучка одна опоила и подставила.

– Извини, – бурчу, снова наливая виски. – Лишнее сморозил.

Повисает тяжелое молчание. Неуютное. Вот вроде с друзьями сижу, а все равно чувство, что не то все. Что зря затеял.

Кое-как разделываемся с едой. Пьем, конечно, тоже. В основном я – парни так, чутка.

– Ладно, ребят, зря я вас дернул, – в итоге выдаю. – Так было надо.

– Может, все же объяснишь? – не выдерживает Роберт.

– Потом, ага? Сейчас прогуляться надо.

Расплачиваюсь, прощаюсь с друзьями, которые пытаются отговорить меня от идеи куда-то идти, напоминают про жену, а я хоть и подостыл немного, все равно зол на нее.

Заказываю ей в номер ужин, надеясь, что Лене хватит ума никуда не рвать когти. Завтра у меня еще по плану фееричное появление перед ее папашей. Сегодня собирался сообщить, но вышло как-то дерьмово все.

В итоге еду в один из знакомых клубов, собираясь снять ВИП-кабинку и пару отвязных девочек. Все что мне сейчас надо – качественно потрахаться. Ну, и соблюсти инкогнито. В этом плане заведение приличное.

Сейчас мои слова про верность, брошенные в запале, кажутся такой дичью. Зачем ляпнул? Ясно же, что жена моя ничего подобного не оценит. Да и зачем мучиться от неудовлетворенного желания?

Долг я свой выполнил – фиктивный брак ей организовал. А то, что она мои предложения не приняла…

Глухое раздражение клокочет где-то в глотке. Знаю, что здесь полно красивых девчат, способных удовлетворить самую смелую фантазию. И я битый час сижу, пью и пытаюсь выбрать ту, что отжахаю по полной, спустив пар и злость на бывшую, которая засела в башке.

Но почему-то ни одна из девиц меня не вставляет. Стоит только определиться с одной, как перед глазами встает пылающий взгляд Лены, и все. Отрезает.

После очередной стопки водки перед глазами начинает плыть сильнее, а ко мне заходит стройная брюнетка в кожаной портупее.

Тело – охереть и не встать. Бесконечные ноги, торчащие сиськи, которые, наверное, красиво будут трястись, когда она будет скакать на мне. Вот только в башке вместо желания действовать странное отупение.

– Привет, милый, – мурлычет она и усаживается ко мне на колени. – Я твой подарочек от заведения.

Она соблазнительно улыбается, наклоняется ближе, а я едва не задыхаюсь от ее приторных духов.

– 11 Лена -

Разговор с Нечаевым обнажает мою уязвимость перед ним. Муж уходит, а я буквально сползаю по стеночки на пол и кое-как перевожу дыхание.

Казалось бы, я справилась. Не поддалась его магии, хотя это было очень сложно. Физиология. Это просто физиология. Мне просто нужно не реагировать.

А ведь я думала, что все, сломана физически. Что внимание мужчин для меня – не просто табу, а что-то мерзкое. Спасибо отцу за очередной урок, следы от которого навсегда останутся на моей спине.

Но Арману удалось разбудить во мне женское начало, даже не прикладывая особых усилий. Просто потому что это он!

Вся эта затея с фиктивным браком вот-вот грозит обернуться катастрофой. Мое больное прошлое выползает из темных углов благодаря настойчивости Армана. Я же смирилась, научилась жить, поставив крест на себе как на женщине, приняла, что любое мужское прикосновение вызывает отвращение.

Остается надеяться, что Инга не подведет. Тогда у нас будет реальный шанс сбежать.

Как же сложно выдержать еще день-другой…

Сидя на полу прямо так, в платье, прокручиваю в голове всю церемонию. Не понимаю, зачем Арман устроил это все? Он совершенно точно не из тех, кто любит подобное. Я была уверена, что для него фиктивный брак и штамп – простое неудобство. Но он словно вознамерился мне за что-то отомстить.

Но за что? Это он уехал и забыл про меня, наплевав на все обещания. Не я.

Я как дурочка ждала, считала дни, пока не…

Да к черту! Еще вспоминать и лить слезы по тому, как цинично мне разбили сердце.

Хватит. Поднимаюсь на ноги и решительно иду к двери. В конце концов, миссия выполнена – я замужем. Горячев не сможет на мне жениться второй раз.

Однако тут меня ждет сюрприз – дверь заперта. И как я ни пытаюсь, открыть не выходит. Только спустя пару минут до меня доходит – ключ-то был только у Армана. Так что получается, этот гад меня закрыл!

В порыве злости бью ногой по двери, ойкаю и сажусь обратно на пол. Благо везде мягкий ковер.

Внутри аж все клокочет. То есть мало того, что этот идиот сделал все по-своему, хотя я неоднократно просила не устраивать шоу, так он еще и запер меня! А сам, кстати, свалил развлекаться со своими друзьями!

В принципе можно позвонить на ресепшн, и мне принесут ключ. Скажу, что дверь захлопнулась, дел-то.

Однако…

Посмотрев на себя, я понимаю две вещи – во-первых, моя сменная одежда осталась в машине, которая на парковке возле ЗАГСа. Куда ее пригонят, еще вопрос. Во-вторых, я подозреваю, что кто-то из людей отца присматривает за камерами в моем подъезде. Иначе как объяснить, что он был в курсе моих поездок и командировок?

И если я заявлюсь домой в таком виде, ему тут же донесут.

Шила в мешке не утаить, конечно. Но мне нужна всего лишь пара дней – не факт, что отцу донесут про нашу с Арманом свадьбу уже сегодня.

Поэтому что остается? Сидеть и ждать, когда фиктивный муж наблукается?

Несмотря на то, что мне должно быть плевать на его похождения, внутри все равно появляется горечь от понимания, что он пойдет кого-то жахать на стороне.

Наверное, это иррациональное желание, чтобы его слова про верность оказались не пустыми обещаниями. Зачем? Зачем мне это, если я не планирую строить с ним отношения?

Наверное, во мне говорит обида за прошлое. Я же влюбилась так, что забыла про себя. Мне казалось, мы идеально с ним подходим друг другу. Он был для меня целым миром, и когда Арман уехал, было очень сложно. Потом у меня случилась задержка, и я ждала любимого, чтобы поделиться этой новостью. А потом… Потом я узнала, что он не придет, так как и без того весело проводит время с другими бабами.

Вот и все. Конец розовой сказке.

С трудом вынырнув из прошлого, которое до сих пор вызывает боль, достаю мобильный, решив закрыть вопрос хотя бы с работой. Однако в лаборатории, где я работаю, оказывается, все в курсе, что у меня небольшой отпуск по семейным обстоятельствам, и очень удивлены моему звонку. Новая волна злости на Нечаева захлестывает меня с головой.

Когда дверь номера открывается, и ко мне заходит официант с тележкой, на которой стоит поднос с едой, я готова убивать. Мелькает шальная мысль сбежать и послать мужа куда подальше, но…

Но я вспоминаю о том, что у меня есть Надя. Любой мой опрометчивый шаг может ударить по ней. Сдержанно благодарю официанта, который, к слову, номер не запирает – так что уйти я могу в любой момент. Вот только у меня все больше проступает осознание, что Арман может сыграть и против меня. Учитывая то, как он нагло и эгоистично ведет себя, я не имею права подпускать его к ребенку.

Что он ей может дать? Будет качать права и давить через нее на меня, чтобы я выполняла его хотелки?

Уныло ковыряю свой ужин – то, что успела заказать до того, как муж утащил меня наверх, в номер. Чем больше думаю, тем сильнее убеждаюсь, что моя затея с фиктивным браком оказалась идиотской.

Ну, как можно было решиться на такое безумство? Как можно было рассчитывать на человека, который запудрил мне мозг? Меня оправдывает лишь то, что я была в отчаянии в тот момент. А ведь стоило лишь чуть-чуть подождать, и предложение Инги решило бы все мои проблемы – документы она бы принесла, сбережения у меня появились за это время. Я долго и очень осторожно не просто откладывала, но и снимала деньги, чтобы при случае отец не смог отследить меня по карточке.

Теперь кроме отца еще и Нечаев может командовать мной как хочет. Просто он пока не понимает, как далеко может зайти его власть надо мной.

Не покидает жуткое ощущение, что я снова ошиблась и свернула не туда. Но плакать и страдать нет времени – нужно придумать, как выпутаться.

Весь вечер я строю планы один сложнее другого. Уже и сама не верю, что справлюсь, иду в ванную, чтобы приготовиться ко сну, когда щелкает дверь номера. Следом слышу приглушенные мужские голоса. Осторожно выглядываю из ванной комнаты и вижу обалденную картину…

На пороге стоят друзья мужа, а тот между ними, но судя по его состоянию – вообще не в адеквате.

– Лен, помоги уложить этого борова, – просит Роберт.

– Ага, – киваю на автомате, расстилаю кровать, и Таир с другом доводят Нечаева до постели. Тот постоянно что-то невнятное бормочет и пьяно фыркает на попытку Таира подтянуть его тело повыше.

– Я все решу сам… без этой… пусть дальше… сама…

– Что с ним? – спрашиваю наших свидетелей.

Роберт задумчиво смотрит на друга, который уже вовсю храпит, лежа на постели, на которой еще остались лепестки роз.

– Напился. Ну и…

– От него разит женскими духами, – замечаю, а потом понимаю, как это прозвучало.

– Ничего не было, Лен, – вмешивается Таир. – Если тебе это, конечно, интересно.

Я молчу, потому что понятия не имею, как много Арман выболтал своим друзьям. Не хотелось бы подрывать нашу легенду, если ему хватило ума промолчать на этот счет.

– Проспится – расскажет, – философски изрекает Роберт. – И на утро желательно бы ему таблетку хорошую, – добавляет. – Еще раз поздравляем.

Я не успеваю как-то отреагировать – оба разворачиваются и выходят. Тоже, кстати, явно навеселе оба. Отмечали, что ли, на троих?

Перевожу взгляд на мужа. Хорошая компания у них, конечно. В номере так и витает аромат, который с собой принесли эти трое. Тусили в клубе? Наклоняюсь и понимаю, что не показалось – на щеке у Армана действительно след от помады.

Игнорирую горечь, которая опять разливается где-то под сердцем.

Плевать. Мне на все плевать.

Сейчас Нечаев в таком состоянии, что его и пушкой не разбудишь. Так что я спокойно отправляюсь в ванную – благо отель этот такого уровня, что здесь не только есть все что нужно для душа, но и пара замечательных пушистых халатов, полотенца и даже тапочки.

Приведя себя в порядок, чувствую себя уже лучше. Очень хочется позвонить Любаше, но я опасаюсь – вдруг муж что-то услышит? Он пусть и пьяный, все равно рисковать не стоит. Поэтому сегодня ограничиваюсь только сообщениями.

Скучаю по дочери безумно. Но осталось потерпеть совсем недолго, и мы с ней будем вместе каждый день. Только эта надежда и дает мне силы последние два года.

В номере кроме огромной кровати есть еще пара кресел и небольшая тахта. Дополнительные спальные места здесь не предусмотрены.

Я, конечно, пробую на этой тахте устроиться, Но уже спустя полчаса понимаю, что не усну так, и, сдавшись, иду на кровать.

Она таких размеров, что здесь и вчетвером можно спокойно поместиться. А так как Армана его друзья очень удачно положили с одного края, то я занимаю противоположный. Таким образом, между нами приличное расстояние, и я оказываюсь в полной безопасности.

Несмотря на то, что мыслей и переживаний в голове у меня очень много, засыпаю я быстро.

Мне снится дочь, ее улыбка и смех. Снится, что мы с ней идем по улице за ручку, и нам не надо прятаться или озираться по сторонам.

Кажется, невозможно быть счастливее. Но в этот раз кое-что меняется – сзади к нам подходит мужчина, обнимает меня, и я позволяю ему это. Расслабляюсь в крепких руках, наслаждаюсь этой близостью. Дочка убегает дальше по дорожке, а ощущение тела, прижимающего ко мне сзади, становится настолько реальным, словно это и не сон.

А затем я слышу хриплое:

– Малыш, хочу тебя. Порадуй меня с утра – пососи, а?

– 12 Лена -

Я просто столбенею от такого заявления. Даже на вдох приходится потратить усилия – настолько я в шоке от услышанного.

Проблема в том, что пока прихожу в себя, наглая рука уже у меня на бедре и двигается в том направлении, что еще немного, и…

– Ты совсем охренел?! – взвизгиваю, отпихивая руку мужа. А для надежности еще и локтем его толкаю.

– Что ты так орешь? – сипит тот. – И дерешься!

Чувствую, как Арман отстраняется, и уже расслабляюсь. Разворачиваюсь, но тут же понимаю, что рано. Потому что оказывается, этот нахал без одежды!

– Ты что, голый? – выдыхаю ошарашенно.

– Какие-то проблемы? – фыркает Нечаев. Сонный, помятый. Но со стоящим членом! – Ну, ты же помнишь, что я так и сплю.

– Когда ты успел?

Арман нахально ухмыляется, многозначительно двигая бровями, и чуть подается вперед, а я на автомате отстраняюсь.

– Ночью проснулся и чувствую – что-то не так – вот, пришлось раздеваться самому. Могла бы вообще-то и позаботиться. Ты ведь помнишь, как мне нравится.

Нечаев резко наклоняется ко мне, я дергаюсь и в итоге сваливаюсь в кровати.

Вскрикиваю – удар приходится на спину, и меня простреливает неприятными ощущениями.

– Черт, Лен, ты как?

Муж смотрит на меня виновато, а мне просто до слез обидно.

– Давай, иди сюда, я тебе…

– Пошел ты! – кричу и отползаю подальше. – Пошел к черту, ясно?!

Вот теперь Арман мгновенно меняется в лице – испуг, чувство вины и намек на улыбку пропадают. Он хмурится, смотрит колюче и тихо хмыкает.

– Пойду, – медленно кивает на мои слова. – Промою тебе рот с мылом, жена. Если еще раз позволишь себе подобное.

От возмущения я готова лопнуть! А уж когда этот хам встает с постели, совершенно не стесняясь своей наготы, чаша моего терпения переполняется.

– Прикройся, слышишь?

Нечаев тормозит уже возле двери ванной, лениво оборачивается и припечатывает:

– Выйду, поговорим. И не вздумай свалить по-тихому, если не хочешь, чтобы я спровоцировал твоего папашу на что-то интересное.

А после он скрывается за дверью.

Злые слезы выступают на глазах, и я едва сдерживаюсь, чтобы не начать громить все подряд.

Я снова в ловушке. Но теперь сама же в нее и шагнула! Поторопилась, испугалась и совершила роковую ошибку!

Напыщенный, самовлюбленный идиот! Придурок! Козел! Хам!

Как? Ну, вот как я могла им очароваться и увлечься?

Вытираю слезы и, встав с пола, начинаю переодеваться. Белое платье раздражает до чертиков. Будь у меня выбор, я бы выбросила его в ведро прямо здесь!

Тошнит от белого цвета. Фата, аккуратно лежащая на кресле, тоже бесит.

Бессильно сжимаю кулаки. Нельзя сдаваться. Просто нельзя.

Если я сдамся, то проиграет и Надя. А я в ответе за мою крошку.

Моя надежда – Инга. Я должна протянуть до момента, когда она отдаст мне документы. Набираю ее номер, но ответа нет. Впрочем, еще довольно рано, а она редко встает в это время.

Поправив одежду и приведя себя в порядок, собираюсь уже уйти, но тут дверь ванной открывается.

Арман выходит в одном полотенце на бедрах. Волосы влажные, а на груди – капли воды. Меня буквально сразу швыряет туда, в наше прошлое. Когда он вот точно так же вышел в коридор, и я…

Прикрываю глаза, стараясь скрыть свою позорную реакцию.

– Мне пора, – тараторю, собираясь проскочить мимо Нечаева, но тот ловит меня за локоть. Его близость действует на меня катастрофически – сейчас от Армана пахнет морозной свежестью и чистотой. Никаких посторонних запахов.

Мне приходится приложить усилия, чтобы отмахнуться от ненужных образов.

– Пусти, – прошу его. – Мне надо ехать.

– Сначала мы поговорим, Лена.

– Не о чем нам с тобой говорить, – стараюсь успокоиться, но все-таки отвожу взгляд. Так мне проще.

– Ты меня не поняла?

Не знаю, как это у него выходит, но я на каком-то животном уровне ощущаю исходящую от него угрозу. И это странно. Для меня Нечаев был балагуром, бабником, но никак не ассоциировался с опасным зверем.

Сейчас же он словно показывает свою вторую сущность.

Резко дергаю руку и освобождаюсь от его хватки.

– Почему же? Поняла. Но мне неинтересно вести с тобой беседы – у меня другие заботы, Арман.

Чувствую его пристальный взгляд. Кажется, я с точностью могу сказать, куда именно он сейчас смотрит – потому что кожу в этом месте начинает покалывать.

– То есть, тебе неинтересно, как мы сообщим твоем отцу о нашем браке?

– Рассчитываешь меня шантажировать? – едко бросаю ему в ответ.

Нечаев опасно прищуривается, а у меня мурашки по спине пробегают. Может, зря я его дразню?

– Мы с тобой в одной лодке, Лена. Муж и жена – сама понимаешь. Ты ведь хотела правдоподобности, так что надо будет постараться.

Я не понимаю его заинтересованности. Затевая весь этот фиктивный брак, я была уверена, что Армана придется уговаривать подыграть мне и сделать так, чтобы отец поверил. Но сейчас выходит с точностью до наоборот.

– Поздновато ты об этом вспомнил – после того, как засветился с другими бабами.

– Ревнуешь? – нахально усмехается он, подходит ближе, но я тут же шагаю в сторону.

– Не трогай меня.

– Почему? Почему нет, Лена? Ты ведь помнишь – нам было хорошо вместе. Почему бы не совместить приятное с полезным?

В этот момент у меня оживает телефон – достаю тот и вижу сообщение от мачехи.

Завтра… Документы уже завтра…

В этот момент мне даже дышать становится легче.

– Потому что я больше не нуждаюсь в твоей помощи, – заявляю мужу и, развернувшись, иду к выходу. Но Нечаев тут же ловит меня и возвращает к себе.

– А ну-ка повтори, – требует он.

– Так напился, что слух повредил? – ухмыляюсь, отступая к дверям спиной.

Только благодаря этому успеваю среагировать, когда Арман бросается ко мне за считанные мгновения.

И снова у меня дежавю – я прижата спиной к стене, а он нависает надо мной. Смотрим друг другу глаза в глаза, и кажется, воздух вот-вот начнет трещать от напряжения между нами.

– Я так понимаю, рот придется помыть, – глубокомысленно заключает муж.

– Даже не думай, – предупреждаю его.

– Придется заняться твоим воспитанием, детка.

Прикусываю язык, чтобы не послать его куда подальше. Провоцировать мужчину сейчас – последнее дело. Мне нужно уйти и постараться продержаться всего день-два.

– Ты, наверное, забыл, но я напомню – у нас фиктивный брак. Мы договаривались об этом. И я искренне считала, что ты человек слова, Арман.

Мои слова его злят, это видно. Он стискивает зубы, но не торопится мне возражать.

– Поэтому я прошу отпустить меня. Ты и так уже наворотил всего, что можно.

– Я всего лишь позаботился о правдоподобности нашей легенды, – цедит он.

– Ты только лишь снова сделал так, как решил сам, не озаботившись хотя бы тем, чтобы предупредить меня заранее. Ничего не меняется – ты по-прежнему уверен, что все крутится вокруг тебя и твоих желаний.

– Какие интересные выводы от той, кто живет и развлекается за счет богатого папочки, а когда тот решает пристроить ее попку, вдруг ищет обходные пути.

Можно ли сделать мне больнее? У Нечаева это получается отлично. Он разбил мне сердце три года назад, но сейчас продолжает безжалостно топтаться на его осколках.

Натянуто улыбаюсь.

– Очевидно, что пара из нас все равно бы не получилась.

Отталкиваю его, и, что удивительно, Арман поддается. Позволяет мне покинуть номер, а я едва держусь. Часть меня, та девочка, что когда-то полностью очаровалась этим мужчиной, бьется в истерике – потому что наивно верила, что он все исправит, найдет нужные слова и все объяснит.

Домой я добираюсь на такси – машину свою придется забирать вечером. До работы у меня времени в обрез. Я едва успеваю переодеться и накраситься, чтобы скрыть бледность и синие круги под глазами, как у меня звонит мобильный. Я бросаюсь к нему в надежде, что Инга передумала, и документы я смогу получить уже сегодня.

Вот только на дисплее высвечивается номер отца.