Книга: Курс. Разговоры со студентами - Дмитрий Крымов

Вот он даёт задание: взять кусок бумаги, не А4, не стандартной прямоугольной формы, а любой кусок неровной бумаги (да хоть от обоев оторви) — чтобы прочувствовать свободу выражения. И написать три ассоциации, без которой вы не можете обойтись, чтобы воплотить свою мысль, идею, задумку. И так во всём. Крымов экспериментирует со всем на свете, но одновременно даёт важные и фундаментальные советы.

«Человек, у которого ничего не болит, — не художник, не надо себя обманывать»

Сын знаменитого режиссёра Анатолия Эфроса и театрального критика Натальи Крымовой, московский интеллигент и человек начитанный, поставивший десятки спектаклей как сценограф и снискавший славу как режиссёр уже после 40 лет. Дмитрий Анатольевич предельно просто и доступно говорит с молодыми студентами о сложных вещах. И зачастую ты чувствуешь в его разговорах удивление или недоумение (порой разочарование) от того, как мало студенты знают, как мало они читали, а берутся за классику — за Толстого и Пушкина, за Лермонтова и Булгакова...

«Чтобы это было ваше — это надо любить. Если вы это любите, вы хотите это оставить, вы хотите это передать. Это и есть передача собственной любви. Передача собственной любви, выраженной в чем-то изобразительном»

Получилась книга не о театре, не о художнике, не о постановке того или иного спектакля, а о расширении кругозора, о поиске своего взгляда, о своём творческом пути и самовыражении. Так ярко, так живо, так точно и предельно откровенно. Этот живой голос Дмитрия Крымова, звучащий в твоих ушах, переносит сразу и в театр, и в мастерскую художника, и в саму задумку, план, проект... Во всё, что может чем-то стать, во что-то реальное и настоящее воплотиться, зажить своей жизнью.

«И не бояться, правилами заведуют бездари. Правила — это спасительные круги бездарей. Без правил они никто»

А ещё здесь много про писателей и поэтов, про их время, в котором они жили и творили, про ассоциации, которые возникают от соединения творчества и жизни. И великость (с покушением на божественность) Толстого, и лёгкость Пушкина, и одинокость Гоголя, и невероятность Мандельштама... В этих лекциях ты ловишь себя на мысли: ведь действительно, вот оно, на поверхности... А как интересно про детскую книжку «Малыш и Карлсон» Астрид Линдгрен! Да в этих лекциях помещается столько всего, столько книг, истории нашей, писателей...

«Профессионализм без ответа «зачем» — это пошлость»

Недаром Крымова прозвали «кудесником сюрреалистического театра». Он добивается того, чтобы игра захватывала, чтобы образы были поняты, чтобы глубинное вышло на поверхность и коснулось зрителя.

Помещаю книгу в лучшее и советую послушать. Особенно тем, кто интересуется театром, а также всем, кто хочет посмотреть на знакомые вещи с неожиданных сторон. Такая книга учит фантазировать, думать и удивляться всё новым и новым смыслам и образам в уже знакомом и когда-то прочитанном.

Ну да, бог им судья. Не я.

А он — талантливый. Однозначно. Спектакли его соврать не дадут. И студенты. Мне кажется, что ученики его обожали. Местами ненавидели, плакали от него, но обожали.

Кажется. Что-то мне сегодня много кажется... Заразилась еврейской ноткой Крымова?

Я ведь про него тут. Про Дмитрия Крымова. Точнее, про его «Курс. Разговоры со студентами». Который оценить как книгу трудно, практически невозможно. Это просто озвученный монолог. Говорит только Крымов, о словах учеников догадываешься по контексту.

Крепанулась я, оценила: 4 из 5. Балл снизила чисто субъективно. За оскоминное еврейство — Улицкую перестала читать из-за него, и не только её. ИМХО, конечно, но даже у настоящих, географических евреев нет столько «еврейских страданий», сколько у наших советских, постсоветских и совсем свежих.