Текст книги "Двадцать два"
![](/books_files/covers/thumbs_240/dvadcatdva-275166.jpg)
Автор книги: Дмитрий Курильский
Жанр: Современная русская литература, Современная проза
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 1 (всего у книги 3 страниц)
Двадцать два
Дмитрий Валентинович Курильский
© Дмитрий Валентинович Курильский, 2023
ISBN 978-5-0060-8511-4
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
«Книга не пропагандирует употребление наркотиков, психотропных веществ или каких бы то ни было других запрещенных веществ. Автор категорически осуждает производство, распространение, употребление, рекламу и пропаганду запрещенных веществ. Наркотики – это плохо!»
«Двадцать два» 22
ТАКАЯ ГЛУБОКАЯ И УЮТНАЯ ТИШИНА, КАЗАЛОСЬ, УЖЕ НИКТО НЕ СМОЖЕТ ЕЕ НАРУШИТЬ, ОНА НАСТОЛЬКО ГЛУБОКАЯ, ЧТО ДАЖЕ МЫСЛИ ЗАВИСАЮТ ГДЕ-ТО ДАЛЕКО И УЛЕТУЧИВАЮТСЯ В ЭТОЙ ТИШИНЕ. В ЭТО ЖЕ ВРЕМЯ ТИШИНУ ПРОНЗАЕТ НЕПРЕРЫВНО ЗВЕНЯЩИЙ ТЕЛЕФОН. Я С КАКОЙ-ТО СТРАННОЙ ТРЕВОГОЙ ПОНИМАЮ, ЧТО НЕ ТОЛЬКО НЕ ХОЧУ НИКОГО ВИДЕТЬ, НО И СОВЕРШЕННО НЕ ХОЧУ НИКОГО СЛЫШАТЬ. НЕ ХОЧУ НИ С КЕМ ГОВОРИТЬ, ХОТЯ И ЛЮБЛЮ, ПОРОЙ МЕНЯ СОВСЕМ НЕЛЬЗЯ ОСТАНОВИТЬ. НО ВСЕ ЖЕ КТО-ТО УПОРНО ПЫТАЕТСЯ ДО МЕНЯ ДОЗВОНИТЬСЯ. И ЕСЛИ ТАК НАСТОЙЧИВО, ЗНАЧИТ, Я КОМУ-ТО НУЖЕН, НО ТОЛЬКО У МЕНЯ ПОЧЕМУ-ТО НЕТ ЖЕЛАНИЯ УДОВЛЕТВОРЯТЬ ЧЬЮ-ТО ПОТРЕБНОСТЬ ВО МНЕ. ВООБЩЕ Я НЕ ОТКЛЮЧАЮ ТЕЛЕФОН, ДАЖЕ НОЧЬЮ, КОГДА ЗАНИМАЮСЬ СЕКСОМ. В ДЕВЯНОСТА ПРОЦЕНТАХ СЛУЧАЕВ Я, СКОРЕЕ, ПОДНИМУ ТРУБКУ, А СЕЙЧАС НЕТ… НЕТ И ВСЕ! МНЕ НИКТО НЕ НУЖЕН, МНЕ СТРАШНО, У МЕНЯ ДЕПРЕССИЯ, И ЭТО НЕПОНЯТНОЕ, СМЕШАННОЕ ЧУВСТВО СВЕРБИТ ВО МНЕ, СЛОВНО ХОЧЕТ ВЗОРВАТЬСЯ. ГЛЯДЯ НА КРИЧАЩИЙ ТЕЛЕФОН БЕЗУМНЫМ ВЗГЛЯДОМ, Я ЗАТЫКАЮ УШИ ЛАДОНЯМИ И ПЫТАЮСЬ ВЕРНУТЬСЯ В СВОЮ УЮТНУЮ ТИШИНУ. НО ТЕЛЕФОН НЕ ЗАМОЛКАЕТ, ОТ ВИБРАЦИИ ОН КРУТИТСЯ ПО СТЕКЛЯННОМУ КНИЖНОМУ СТОЛИКУ И ЗВОНИТ КАК БУДТО БЫ ЕЩЕ ГРОМЧЕ. НЕ ВЫДЕРЖАВ, Я ХВАТАЮ ТРУБКУ, БРОСАЮ НА НЕ ЗАСТЕЛЕННЫЙ ДИВАН И ЗАКРЫВАЮ ЕГО ПОДУШКОЙ.
Да, первые дни отпуска начались довольно бурно, и я начал судорожно вспоминать вчерашний день.
Проснулся в полпервого дня от того, что меня разбудил все тот же телефон, который все продолжал звонить монотонной, но очень раздражающей мелодией. Звонил Крот. На самом деле его зовут Андрей, просто все называют его Кротом за то, что он постоянно что-то роет, под кого-то копает, ищет чьи-то слабые точки. Одним словом, Крот – шпион. Он предложил отметить мой отпуск в каком-нибудь баре. Я в свою очередь был полностью за. Мы набрались виски, и я оказался во власти алкоголя. Дальше, я помню, Крот предложил поехать к какому-то шаману или колдуну, который может купить душу по очень высокой цене, бред, но мы все же поехали. Помню дом, старый, где-то загородом… и вот… дальше как обрубило, ничего не помню. Странно, обычно я все помню, а сейчас.… Нет, не помню.
Не выдержав, я накинул на себя серую кожаную куртку, и, пулей вылетев из своего дома, направился прямо к реке. Добежав до обрыва, я сел на самый краешек и тупо устремил свой взгляд в самую нижнюю его точку.
Где-то там, позади меня, остался мой дом, который был для меня порой тихим убежищем, дом, где я так любил скрываться от чужих, чересчур любопытных, совершенно безжалостных глаз; школа, в которой я учился, надеясь на то, что вся моя жизнь будет поистине счастливой, как детство, воплощение вечной радости, наслаждения и беззаботного будущего. Но, к сожалению, в моей жизни нет ни радости, ни вечной любви, не говоря уж о наслаждении. А только так… временное пребывание этих явлений в моей жизни и всё.
Я оглянулся назад и посмотрел на те места, где осталось моё счастливое прошлое. Хотя я не люблю оборачиваться назад и смотреть в прошлое, потому что оно кажется мне пропастью, из которой можно и не выбраться. Я всегда чувствую страх, когда смотрю в пропасть прошлого и поэтому пытаюсь больше не вспоминать, то, что было вчера. Но оно как-то само лезет в меня и поглощает каждую клеточку моего тела. Я еще в подростковом возрасте понял, что жизнь– это дорога с односторонним движением: Ты не можешь пойти в обратную сторону, иначе ты нарушаешь правила и можешь попасть в аварию.
Крыша школы ярко сверкала под солнцем и всячески напоминала о детстве: первый звонок, друзья, улыбки, не омраченные жизнью. Я резко повернул голову в обратную сторону и понял, что совершенно не хочу оглядываться на прошлое. Наверное, я боюсь прошлого, просто боюсь и все. Хотя в школе говорили, что оно обогащает. Поняв, что я больше не хочу вспоминать о своем прошлом, и, поджав под себя ноги, я опять уткнулся в нижнюю точку обрыва. Если бы меня кто-то сейчас увидел, то посчитал бы, что я сумасшедший. Хотя я и впрямь всегда был слегка сумасшедший, шутил и думал как-то иначе, не так, как принято. Да, я такой, и мне тяжело справиться с собой, ничего не могу с этим поделать. Иногда я менял своих женщин как перчатки, просто взбредет в голову и все тут, отставка, без каких-либо причин, а если меня бросали за борт, спокойно мирился с этим и плыл к другой лодке. Я никогда не ощущал себя красавцем, просто мог себя красиво преподнести и заставить других поверить, что я ничего. А ведь в детстве я боялся подходить к зеркалу, когда собирались с друзьями на танцы, это был просто кошмар, что надеть, как причесаться, ну прям как девочка. Зеркало меня не радовало, и я старался обходить его стороной. Я даже считал, что с моей внешностью у меня вообще нет никаких перспектив на удачные отношения. Но со временем я начал понимать, чтоб стать красивым, нужно всего-навсего полюбить себя самого, просто полюбить себя таким, какой я есть.
– Стасик, ты чего, топиться, что ли, собрался? Сидишь прямо на земле, на самом краю. Ты чего надумал-то? Я уже весь телефон оборвала…
Я поднял голову и улыбнулся. Передо мной стояла высокая девушка и смотрела на меня перепуганным взглядом.
– Даша, ты? Как ты меня нашла?
Она села передо мной на корточки и провела вспотевшей ладонью по моим волосам. Даша – моя девушка, ну или, скорее, я её парень. Она во всем доминирует, и порой мне кажется: зачем вообще я ей нужен!? Она высокая с ярко-зелеными глазами, светлыми длинными волосами. У нее высоко стоящая грудь, а ноги – просто идеальные, как говорят, растущие от ушей.
– Ты же знаешь, что я всегда тебя найду. Я тебя чувствую, – она засмеялась. – Стас, когда тебе хреново, ты всегда сюда идешь.
– Чувствуешь?
– Конечно, глупенький, за пару лет я тебя изучила. Так что, и вправду топиться собрался? – и снова засмеялась, будто пытаясь меня зацепить.
– Я? Топиться? Зачем?
– Мало ли… Может надумал чего, я знаю тебя – влезет в голову какая-нибудь фигня и все тут, конец света, ни секса, ни поговорить. Как мышь в угол забьешься, и нет тебя два дня. А потом резко бац – и снова все хорошо. Странный ты, но я тебя, дурака, люблю, – и она поцеловала меня в губы.
– Нет. Просто хотел побыть один.
– Ну вот, я и говорю, как мышь в угол забьется и сидит.
– Да нет же, все отлично. Садись рядом.
Даша бросила беглый взгляд вниз, покрутила губами и отошла.
– Может лучше в кафе или ко мне пойдем? Пойдем, а то я проголодалась.
– Давай тут посидим. Тебе что, своё платье жалко?
– При чем тут моё платье? Я не хочу тут, мне не нравится это место.
– Потерпишь! – огрызнулся я, хотя обычно командует она. Но не сегодня.
Вообще сегодня все не как всегда, и река, и воздух, Даша не такая красивая, да и сам я – не я. Посмотрев на неё пристальным взглядом, я слегка отодвинулся в сторону, освобождая для неё место. Даша слегка покраснела и со словами «Была не была» села рядом со мной, отводя от меня взгляд.
– Мне так приятно с тобой, – сказала она, будто бы это были её последние слова.
– Приятно? Почему?
– Приятно чувствовать рядом с собой мужское плечо. То, на которое можно опереться.
– Ты хочешь сказать, что ты можешь всегда опереться на моё плечо?
– Могу. Конечно, могу! А разве нет?
После этих слов я как бы очнулся после зимней спячки. Значит, я все-таки нужен и все хорошо! Всё моё тело вздрогнуло, побежали мурашки, и впервые за этот день я улыбнулся.
– Можешь. Конечно, можешь, – с гордостью ответил я, и как только моя ладонь оказалась на ее плече, Дашу тут же начала бить дрожь. Затем рука заскользила по ее нежной коже лица, по ее волосам…
– Я хочу тебя, – шепчет мне девушка прямо в шею.
Я крепко её обнимаю и глажу по спине. Я благодарен ей за то, что она отдает мне часть себя, а может просто пользуется мной для реализации своих сексуальных фантазий, но мне все равно приятно.
Опираясь на локоть, Даша гладит мои волосы и как-то очень задорно улыбается.
– Подумать только лежим тут как школьники… прямо у обрыва, как будто у нас нет дома…
Повисла пауза…
– Стас, а ты меня любишь?
Когда я слышу ритуальные слова про любовь, то всегда улыбаюсь. Я ненавижу эти слова, они меня просто бесят. Я вижу, как она ждет моего ответа, и пытаюсь быстрее её успокоить.
– Конечно. Конечно, люблю.
В моем понятии любовь – это всего лишь привычка. Любовь можно сравнить с чем угодно, с сигаретами, например: куришь, куришь, а потом бац – и бросил. Тебе тяжело, ломает, хочется сделать хоть одну затяжку, но ты терпишь. И вот результат: спустя время они тебе уже и не нужны, эти сигареты. Но бывают тяжелые моменты, и ты снова вспоминаешь про вредную привычку. Сигарета, сейчас затянусь – и все пройдет. Вот и любовь.… Любишь, любишь человека, а потом вдруг вы с ним расстались, и начинает ломать: как там она, хоть бы глазком увидеть, обнять, поцеловать, но нет. Спустя время все проходит, и думаешь: а зачем переживал? И без неё хорошо. Любовь – привычка не вредная, но и пользу большую она не несет.
– А почему ты меня любишь?
– Все, хватит, люблю, потому что люблю, – слегка резко, но с улыбкой ответил я и закрыл на мгновение глаза. Возможно, для того, чтобы не видеть её реакции.
– Мне кажется, Стасик, что ты просто боишься любить. Ты сам создаешь тот душевный ад, в котором живешь.
Я не дал Даше договорить и закрыл её рот своим поцелуем. Уже несколько лет мы встречаемся, иногда ругаемся и потом месяц не звоним друг другу. Затем, как вулкан, взрываемся и не отходим друг от друга ни на шаг, все время вместе, но из этого никогда не получается ничего путного. Нам просто хорошо вместе и всё. С Дашей я чувствую себя мужчиной. Она хвалит меня и всячески возвышает. Но это не значит, что был бы счастлив, если бы был женат на ней. Даше было бы трудно со мной, я часто живу в своём мире, а она открыта и в основном предсказуема, как ребенок. Во мне слишком переменные чувства и настроение, я всегда думаю как-то по-другому. Меня собственные родители не всегда могли понять. Признаться честно, я и сам не понимаю свою сущность. Она видеться мне комком противоречий, то белая, то черная. Даша говорит, что во мне есть, что-то такое, за что меня нельзя не любить. Может, я подчёркиваю Дашину исключительность, находясь рядом с ней, я простой, а она шикарна. Не знаю и поэтому я не пытаюсь думать о будущем.
Снова повисла пауза, и я резко поднялся с земли.
– Хочешь меня!? Так чего сидим?!
– Ой, ну лев, просто хищник, я тебя таким и не помню, – с радостным удивлением сказала Даша и тоже поднялась. Отряхнув платье, она взяла меня за руку, и мы заторопились в направлении её дома.
– Давай зайдем в магазин и купим выпить, – предложила Даша, потянув меня за куртку.
– Да, конечно, а то с Кротом вчера так набрались, что, чувствую, надо похмелиться, – с ухмылкой сказал я, так как Даша не знала, где я был вчера.
– Я знаю, Крот мне звонил, искал тебя.
– Что говорил?
– Просто хотел узнать, где ты. Но по голосу я поняла: он в жутком похмелье.
– Да, Крот такой, пьянь ещё та.
Даша, не спрашивая подробностей наших с Кротом гуляний, открыла дверь в магазин, и повела меня в отдел алкогольной продукции.
– Стасик, что будем, может шампанского?
– Эээ.
– Давай, давай шампанского, – как маленький ребенок, который хочет игрушку, сказала Даша, глядя мне прямо в лицо и обеими руками теребя меня за плечо.
– Ну ладно, давай шампусика, – я медленно потянул руку за бутылкой «Советского шампанского».
– Две давай, бери две, – возбужденным голосом завопила Даша.
– Хорошо, хоть три.
– Вот и отлично, бери три.
Я взял три бутылки шампанского, и мы направились к кассе.
Сзади я почувствовал резкое, но нежное прикосновение Дашиной руки. Она держала меня за «пятую точку» и пыталась прижаться ко мне всем телом.
– Я хочу тебя, прямо здесь, – шепнула на ухо Даша и жадно поцеловала меня в шею с отчетливым звуком «чмок»
– Конечно, неплохо бы, но мы тут не одни, – ответил я также шепотом с видом, словно и у меня в голове была такая же идея. Но на самом деле я бы никогда этого не делал здесь, и вообще я в принципе скромный.
– Трус, – уже в полный голос произнесла Даша.
– Ой, ой, ой, можно подумать, ты, вот так сейчас ляжешь на прилавок, ноги раздвинешь, и давай, мол, Стасик доставай свой, и люби меня, люби! – с насмешкой произнес я. Расплатившись, я взял пакет с бутылками и направился к выходу.
– Вечно тебе надо всё испортить! – с обидой произнесла Даша мне вслед.
– Ладно, Котя, пойдем.
Даша глубоко вздохнула, опустила глаза в пол и подошла ко мне, взяла меня за руку и мы пошли к ней домой.
В коридоре у Даши стоял, как всегда, аромат цветов, так как её мать работает флористом в цветочном магазине. Цветы в их квартире были всегда. Кошка Марта спала на табурете у зеркала, тихо, мирно, не реагируя на нас. Сняв обувь и куртку, я надел тапочки, и направился в комнату, где стоял компьютер. Я всегда первым делом смотрю почту. Интернет стал моей неотъемлемой частью, да, в принципе, как всех молодых людей нашей огромной планеты.
– Солнце, я в ванную, – крикнула из другой комнаты Даша и хлопнула дверью.
В этот момент я подумал: вот как она меня хочет, даже не позвала с собой, ну да ладно, день и так не задался, и заёрзал мышкой. Открыл папку с не прочитанными письмами, и первое было от Даши.
Отправитель Дарья Крутеева:
«Стасик, пока ты смотришь в монитор, я в ванной, полностью голая и очень возбуждена, ты где?»
Да, откровенно говоря, я бы точно до такого не додумался. Даша всегда любила что-то придумывать. И ведь знала, что найдет меня, мы пойдем к ней, и я первым делом залезу в инет. Да, умница.
Я не стал смотреть остальные непрочитанные письма, открыл шампанское, снял майку и, хлопая тапочками, зашагал в нужном направлении. Медленно открыв дверь, я проник в ванную. Стоял легкий пар, и запах эфирных масел проник в мои легкие.
– Малыш, я жду, – послышался нежный голос из-за шторы.
– Эк ты придумала, ну иду, иду.
Я отхлебнул шампанского из бутылки – поперла пена и слегка облила меня, затем я обнажился и уже в возбужденном состоянии приоткрыл штору.
– Ку-ку, – взволнованно сказал я и послал Даше воздушный поцелуй. Она сидела, поджав ноги к груди, и как-то робко смотрела на меня.
– Можно? – с ухмылкой произнес я и, не дожидаясь ответа, стал медленно погружаться в пену. Я сел напротив неё, протянул руку на пол, взял бутылку и дал её Даше.
– Будешь?
– Буду!
Она взяла бутылку обеими руками и сделала пару глотков. Посидев в неподвижном состоянии пару секунд, она выпила ещё из бутылки и протянула её мне. Зеленые глаза Даши впились в меня, словно шипы, и рвали на мелкие кусочки. Я даже на мгновение почувствовал дрожь в коленях, но не подал виду и как настоящий мачо улыбнулся. Даша встала на колени, опираясь одной рукой о стенку, а второй нежно, но крепко обхватила мой член.
– Мммм… – я начал издавать звуки наслаждения и, хотя не получал того удовольствия, которое я так усердно пытался изображать, все же продолжал мурлыкать словно кошка. Даша придвинулась ещё ближе ко мне и начала меня целовать, можно сказать, даже облизывать. Её рука тоже не дремала и забавлялась с моим «органом любви». Я аккуратно поставил бутылку на пол и тоже встал на колени. Конечно, это не самое удобное положение, но в этот момент было уже совершенно всё равно. Мы скользили друг по другу руками, целовали шею, грудь, губы и повторяли это много раз. Словно сговорившись, мы встали в полный рост, глядя друг другу глаза в глаза. Я сильно схватил Дашу за талию и повернул спиной к себе. Она оперлась руками о стену, слегка раздвинула ноги, опустила голову вниз и начала вилять бедрами, тем самым как бы заманивая меня. Я вошел в неё резким движением и, не сбавляя темпа, продолжал работать телом. Брызги пены, стоны, все это продолжалось недолго, минуту, а может быть две. Мне становилось труднее дышать, горячий пар сбивал дыхание, да и Даша постоянно сползала вниз по мокрым стенам, и мне приходилось все время её поддерживать и держать её и своё равновесие. Так же резко я вышел из неё и шагнул на пол. Даша вздрогнула и замерла, сделала глубокий вдох и повернулась ко мне лицом. Я быстро обтер руки полотенцем, крепко взял Дашу за руку и потянул на себя. Поднял ее на руки и толкнул ногой дверь. Мокрыми босыми ногами я шел по коридору, аккуратно проходя все углы, и повороты. И вот мы в зале. Небрежно, но с расчетом, чтоб она не ударилась, я бросил ее на диван. Дышалось просто замечательно. От наших тел исходил пар, а на волосах Даши ещё осталась пена. Постель вмиг стала мокрой, но это нам не мешало заниматься сексом, а скорее наоборот, придавало некий шарм и некий эротизм. В порыве страсти мы упали на пол и, как клубок змей, катались по ковру захлебываясь поцелуями и тяжелым дыханием. Дашу тяжело понять кончила или нет, так как она всегда в таком состоянии в момент любви. Я успел уже её изучить, и мне показалось, что пару раз уже было это женское чудо и партнерша вполне довольна всем происходящим. Я тоже доволен собой, и с чувством собственного достоинства моё тело начало кульминационный момент всего этого порносценария.
Откинув простыню до пояса, Даша положила свою голову мне на грудь и видимо пыталась услышать, бьется моё сердце или нет. Как ни странно, но оно у меня билось. Она прислонилась ко мне обнаженной грудью, и уже я отчетливо услышал биение ее сердца. В этот момент она взяла меня за голову притянула к себе и жадно поцеловала в губы. Я схватил ее за обнаженную грудь и тоже стал целовать ее. Целовал чересчур властно и даже грубо. Мне показалось, что она перестала меня целовать и начала покусывать мои губы, дабы отбиться от меня. А самое главное, что во всех наших поцелуях, не было ни любви, ни страсти. В них было, что-то животное, злобное, и до неприличия жесткое. Даша вырвалась из моих объятий и прыгнула на меня сверху.
– Ты что, дурак!?
– Да ладно тебе, я просто хотел посмотреть на твою реакцию, – с ехидной улыбкой сказал я и начал накручивать ее волосы на палец.
Я и сам не мог понять, что это было, какое-то молниеносное помешательство.
– Посмотрел? Не делай так, понял!
– Хорошо, – уже с нежностью ответил я и заморгал.
Я молча лежал и смотрел на ее грудь. Увидев мой пристальный взгляд, Даша, засмущавшись, сказала.
– Ты куда смотришь?
– На сиськи!
– Что, женской груди не видел?
– Такой нет!
– Дурак! – Даша улыбнулась, залезла под простыню и обняла меня, – дурашек мой любимый, дурашек.
– Угу, – ответил я и уставился в потолок.
– Стас, а ты детей хочешь?
«О нет, началось, – подумал я. – Почему женщинам только одно и надо?»
– Хочу, но рано пока, – ответил сухим и глухим голосом, словно кость в горле застряла.
– А я хочу!
– Даша, ну родим мы ребенка. Он вырастет не наркоманом, не убийцей, и вроде все у него будет хорошо, а потом бах: он приходит к нам домой, и ты видишь, что у него залысины и морщины. Вчера ты его в школу водила за руку, а сегодня он уже лысый, понимаешь? Не готов я к началу вот такого конца! – сказал я, как отрезал, ну или словно вынес приговор.
– Вот у моего брата двое детей, – начала она, и я воспринял эту реплику как одобрительную.
– Вот двое детей у брата твоего, а счастья нет. Нам для себя ещё надо пожить. Помнишь, как мы с тобой год назад в Испанию собирались? Барселона, и всё такое.
– Так мы же не съездили до сих пор!
– Вот и я об этом, не съездили. С парашютом не прыгнули, на сафари не побывали, этого не видели, того не пробовали. Не жили ещё. Хотя могли бы. А как появятся дети? Прощай, Испания, здравствуй дача.
– Можно и с детьми побывать и попробовать всё, – с глубокой грустью промычала Даша.
– Ага, мы такие миллионеры, и детей вырасти и по миру гуляй, в общем, всё так просто, – уже со злостью ответил я.
– Злой ты!
– Я не злой, я здраво смотрю на жизнь. Вот был бы у меня миллион долларов, тогда, пожалуйста, и дети, и веселье, живи – не хочу.
– Зайка, ты же знаешь, стоит только захотеть – и всё.
– Я уже который месяц прошу у твоей Вселенной миллион, а мне еще даже отпускные не дали, – с обидой произнес я и повернулся на бок.
Даша прижалась ко мне, поцеловала в шею и начала теребить мою ладонь.
– Вот смотри, ты заказываешь блюдо в хорошем ресторане, ты делаешь свой заказ, так беззаботно и без всяких негативных мыслей. Именно таким образом ты заказываешь и события в своей жизни, как и саму жизнь. Чётко знаешь, чего ты хочешь, и нет сомнений в дальнейшем. Не беспокоишь свой дух просьбами, посмотреть, получил ли повар заказ, и не думаешь давать указания, как лучше приготовить блюдо. В этом и заключается один из принципов Вселенной, твоё смирение, твой заказ. И ты знаешь, что твой заказ принят и будет подан на стол. Стасик, так и с миллионом тоже, попросил, жди, но искренне жди, как и блюдо в ресторане. Ты ж ведь знаешь, что тебе его принесут, и миллион появится, – она замолчала и ещё сильнее прижалась ко мне.
– Да, на блюдечке принесут, все у тебя так просто и дети, и миллион. Да ну тебя!
Нет, конечно, я верю в эту метафизику, но как-то все тревожно, просто захотел, а взамен ничего. Так не бывает. Хотя почему нет? Как в умных книжках пишут, если глянуть в микроскоп, то, что я, что пепельница, состоим из одного. Атомы, молекулы, электроны, протоны, а в итоге энергия. Значит и весь мир – это энергия, а раз весь мир, то я -неотъемлемая часть мира, всей Вселенной и вообще, я– это все, а все – это я. Интересно, Бог тоже Вселенная? Выходит, я тоже часть Бога, а он часть меня, в принципе получается, что я – Бог! Вот блин. Мысли в голове. И я словно увидел приведение, настолько сильно меня начали пожирать мысли о моей сущности.
– Даша, а такое может быть, что я – Бог?! – с серьезным видом, как перед судьей, четко произнес я. И стал ждать, что ответит моя проповедница.
– Ого, ну и мысли у тебя! Я не знаю, конечно, но, по сути, оно так и есть. Только не Бог, а богиня! Нет, ты не думай, я не смеюсь, просто все произошло от женского начала, и ты тоже появился на свет из женщины, правда из кошки, но она ведь женского пола. Вы мужчины, ну или Боги, слабее женщин-Богинь, так как мужчины закрыли в себе чувства ещё пять тысяч лет назад, чтобы получить опыт лидерства на планете. Воевать, убивать и доминировать над всем, вот вы и отделились от чувств. А когда не чувствуешь жизнь, тогда и не ценишь. Женщина приносит жизнь на планету, и поэтому она является носительницей чувств, так как невозможно принести жизнь на планету и ничего не чувствовать. Я про что и говорю, женщины давно согласились умалчивать о своих способностях к магии, к интуиции и физиологическим знаниям мужчины и женщины. Мужчины ничего не чувствуют, и даже нет такого понятия сильный и чувственный мужчина. Вам необходимо найти форму женского начала внутри самих себя там, где Создатель встречается с созидательницей, понять это и почувствовать. И это не просто мои слова, об этом писали великие философы прошлых столетий.
– Даша, где ты этого набралась? Может это и так, но ты не ответила на мой вопрос. И вообще, почему это вы круче нас? – удивленный её рассказом, я замер и стал ждать продолжения.
– Где, где, в Караганде. Посмотри сам, сейчас все возвращается на свои места, что и пять тысяч лет назад, а вы только слабеть начинаете. Сам знаешь, у женщин и интуиция развита лучше, да и деньги мы зарабатываем те же, а в сексе вон у тебя эрогенных зон одна или две и обчёлся, а у женщин все тело – эрогенная зона. Что это значит, Стасик?
Повисла пауза…
– А то и значит, что мы, женщины, гораздо чувственнее мужчин, и организм наш намного совершеннее вашего. Мы доминируем над вами, только вы не замечаете этого и думаете, что все под вашим контролем, – импульсивно и с улыбкой во весь рот Даша говорила мне про женщин и их божественную силу, а я медленно, но верно уходил в себя, загружаясь темой, что и впрямь я Бог.
– Эй, Бог, чего грустишь, давай ещё раз, мне так хорошо сегодня с тобой, как никогда раньше, – Даша резко поднялась и стала прыгать по дивану, как на батуте. Смеялась, махала руками и издавала странные звуки наподобие ржания коня. Но меня так сильно зацепил этот разговор, что я, никак не мог очнуться от чувства, что, что-то должно произойти, либо хорошее, либо плохое, но непременно что-то должно случиться.
– Нет, я домой.
– Какое домой?
– Я устал, я хочу спать, да и мать твоя скоро придет.
– Стас, ты чего? Что случилось? Я тебя чем-то обидела?
– Нет, просто устал и хочу спать.
– Пойдем к тебе и ляжем спать.
– Нет!
Я встал с дивана и начал не спеша одеваться. Даша бегала вокруг меня и уговаривала взять её с собой. Я и сам не мог понять, почему, но меня, с какой-то магнетической силой тянуло домой. Словно и впрямь дома меня ждет миллион долларов.
– Всё я пошел, созвонимся.
– Стас, я на тебя обижусь!
– Даш, перестань, я высплюсь, и мы встретимся.
Я поцеловал ее в губы и вышел из квартиры, Даша стояла неподвижно, на ее лице был написан страх раненной птицы, просящей о помощи. Ничего не сказав, я закрыл дверь и побежал вниз по ступенькам.
Небо чистое, без единого облачка, слабый ветер гоняет по двору обрывки газет, мимо проезжают машины, и все кажется настолько банальным, что даже как-то не хватает чрезвычайной ситуации, стресса. Всю дорогу я шел и повторял: хочу миллион, хочу миллион, я – Бог, мне все можно, я заслуживаю всего, я – часть Вселенной и так далее. На горизонте уже виднеется школа, а за ней и мой дом. Вот он, но почему меня туда так тянет, ведь там ничего нет. У меня даже цветов дома нет. С каждым шагом чувство какого-то волнения накатывают на меня, и я начинаю нервно бить рукой себя по ноге. Вот он, мой старый добрый подъезд, лестница, которая ведет к лифту, затертые перила и замок, такой специфический, но родной.
– Хромов, это вы из 240 квартиры? – громко спросила меня консьержка. Хромов – это моя фамилия, друзья, естественно, меня называют Хромой.
– Я!
– К вам тут какой-то мужчина целый день ходит, сказал, что скоро ещё придет.
– А что он хочет?
– А мне почем знать, солидно выглядит, говорит, то ли юрист, то ли из банка какого– то.… Ай, черт их знает, ходят тут, покоя от них никакого! – отчиталась мне вахтерша, и, развалившись в старом затертом кресле, продолжила читать книгу.
Странно, кто бы это мог быть? Может, ошиблись, а может мы вчера с Кротом чего натворили и нас ищут. Нет, вряд ли, скорее все-таки ошибка какая-то, кому я на хрен нужен. Кредитов нет, за квартиру плачу – из банка точно не ко мне.
Я зашел домой и почувствовал резкий запах – о да, требуется генеральная уборочка. Грязная посуда, вещи на полу, на стульях и вообще, не дом, а свалка, какая-то. Не успел я включить компьютер, как раздался звонок в дверь.
– Кого уже принесло, – бормоча себе под нос, я направился к двери. – Кто там?
– Здравствуйте, меня зовут Валерий Евгеньевич, я юрист Р-банка, на ваше имя сделан денежный перевод, можно войти? – четким, довольно звонким голосом сказал человек из-за двери.
Открыв дверь, я увидел человека среднего роста, в костюме, с дипломатом и черными, как ночь, глазами.
– Вы точно ко мне? Никто никаких денег мне не должен, вы, наверное, ошиблись?
– Вы Хромов Станислав Васильевич, дом 11, квартира 240, улица Маяковского?
– Ну да, это я! – в жутком волнении ответил я на вопрос.
– Значит это вам. Давайте пройдемте к столу, подпишем кое-какие документы, и я пойду, дел много! – спокойно произнес юрист и достал из кармана очки.
Мы зашли в кухню, я спешно собрал со стола кружки, тарелки, весь хлам, накопившийся далеко не за один день.
– Станислав Васильевич, ознакомьтесь с документами, подпишите, на ваш счет поступил один миллион долларов. Вот ваша банковская карточка N, конверт, в нем пин-код, пользуйтесь на здоровье, – он произнес все с таким спокойствием, словно спросил который час, сел на стул и уставился на меня, – давайте читайте, подписывайте. Некогда мне!
Я стоял словно статуя, из меня пробивался наружу то холодный, то горячий пот, затряслись ноги, и, казалось, что вот-вот я потеряю сознание. Я сел, опершись локтями о стол, и уставился в бумаги. Невозможно было прочитать ни одной строчки, так как они расплывались, будто в тумане. Немного придя в себя, я поднял голову на юриста.
– Можно еще раз? Какой миллион? От кого? Точно мне? Может однофамильцу? – дрожащим еле слышным голосом я обратился к человеку, сидевшему напротив меня.
– Молодой человек, наш банк уже не одно десятилетие работает и ни разу еще не ошибся, так что это вам. Миллион поступил на ваше имя из африканского банка-S без всяких оговорок и условий, все налоги и расходы за доставку оплатил также банк-S. Стаснислав Васильевич, расписывайтесь, и я пошел. Радоваться надо, может, и ошиблись, но вот все документы, а значит он ваш. Вот карта-N, введите пин-код, и в течение десяти минут, она активируется. А уж потом вы – миллионер, – с улыбкой, размахивая руками, словно показывая моё счастье, человек с черными глазами придвинул ко мне бумаги и дал ручку. Пробежав глазами по документам, не думая ни о чем, я расписался там, где надо, и отодвинул все то, что лежало на столе, юристу.
– Вот и чудно. Держи N – конверт и твой экземпляр документов в получении карты – N. Всё, мне пора, смотри сразу все не потрать, – с издевкой произнес этот загадочный для меня человек и, не дожидаясь, пока я его провожу к выходу, он ушел сам.
Я остался сидеть за столом, недоумевая от всего происходящего.
– Карта, деньги, конверт, может, действительно, Вселенная услышала меня? Я захотел – и вот он, миллион! Ведь бывает такое: люди находят клад или просто кучу денег. Вот и я хотел и получил. Кто-то может и впрямь ошибся, а у меня теперь миллион. Миллион! Миллион! Миллион долларов! У меня миллион баксов! – я просто кричал от радости. Я встал, открыл кухонный шкаф, взял сигареты и закурил, хотя я не курю, просто остались от кого-то. Я нервно суетился по кухне, бегал из комнаты в комнату, выходил на балкон и снова садился за стол, разглядывая карту-N и документы. Надо позвонить Даше, нет, Кроту, нет, Даше, нет, надо сходить к банкомату и проверить, а вдруг мне все это снится? Нет, не снится. Это явь, и у меня есть миллион, я не сплю, о Боже! я богат! ура! Ура!
Я разговаривал сам с собой, как душевнобольной. Несмотря на то, что одна часть меня противилась этому, а вторая, напротив, кричала всему моему «Я»: «Да, ты богат. Вперед, действуй, живи, Стас, у тебя получилось!»
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?