Читать книгу "Рожденные не для успеха"

Глава 10

Спустя три дня Егор гор умер. Из-за кровоизлияния в мозг пошло осложнение, нарастание отека мозга. Врачи были бессильны, они сделали все что было в их силах. Он умер без страданий, без мучений, он ушел молча, никому не сказав и слова. Я с ним не попрощался, не успел сказать важные слова. Помню, мы часто представляли как в старости, сидя на лавочке и наблюдая как играют наши внуки, мы будем вспоминать, как вместе создавали свою судьбу, как вместе преодолевая проблемы, достигали побед. Видимо, мы были рождены не для успеха.

Егора похоронили в родной деревне. В тот день было много слез, много воспоминаний и прощаний. Попрощаться с Егором пришло много знакомых, близких. Для меня, это был самый тяжелый день в моей жизни, так больно мне никогда не было. Я не мог видеть как Егора… и убежал с кладбища. Я бежал что было сил, стараясь убежать как можно дальше, я пытался убежать от реальности. Выбежав в поле я упал и заплакал. Я знал, что далеко от всех, меня никто не видит и по этому, я не старался сдержать слез. Я ненавидел себя, ведь это я не остановил его, позволил выйти на ринг, теперь моего друга нет.

Домой я вернулся только вечером. Мама пыталась меня как-то поддержать, но у ее это совсем не получалось, эта боль уходит сама, либо совсем не уходит, и приходится с этим жить.

Позже выяснилось, что во время боя со Зверем, у меня было сломано несколько костей на правой руке, по этому на чемпионат России я не поехал, даже если бы рука и была цела, вряд ли бы я поехал.

Много дней я провел дома, не выходя на улицу. Не хотелось ни с кем разговаривать. Иногда нужно побыть одному, разобраться в своих мыслях. Говорят же что: «время лечит», так и есть, становится легче, но я не уверен что именно так как хочется. Принятие, осознание того что уже никогда не будет того, что имел раньше, вот что дает время. Я начинаю соглашаться с мыслью, что друга больше нет, но боль которая внутри не проходит. Ты принял это, принял боль что внутри, и кажется, будто груз стал легче. Груз тот-же, просто ты —сильнее. Так что время дает набраться сил, нести эту боль.

Мне нужно было поговорить, с кем-нибудь, кто мог бы подобрать нужные слова, я думаю Иван Николаевич давно меня ждет.

Вечером я направился к нему:

– Здравствуйте тренер, – улыбнувшись сказал я.

– Здравствуй Димка, – ответил Иван Николаевич и по родному обнял меня, я обнял его в ответ.

Мы зашли в дом. Иван Николаевич поставил чайник и стал делать чай.

– Как поживают родители? – спросил Иван Николаевич.

– как и обычно, ничего не изменилось, отец только стал чаще выпивать, – ответил я пытаясь весело сказать.

– таков твой отец, только пример с его не бери.

– Этого не случиться.

Мы немного поболтали о семье, я рассказал чем в Москве занимались. Иван Николаевич как раз приготовил чай.

– тогда на похоронах, – нерешительно начал я, – я убежал не попрощавшись с Егором, не мог видеть как его опускают в могилу, думаю нужно сходить и попрощаться с другом.

– Тебе не за что стыдиться, либо перед кем-то оправдываться. Если все же и существует другая жизнь, то он будет рад с тобой поговорить, или хотя бы выслушать.

– Жизнь так коротка, не знаю что ждет меня завтра.

– Жизнь коротка, когда есть для кого жить. Поверь, когда ты одинок, она кажется вечной. Ты и Егорка снова дали мне вспомнить о том, что она действительно коротка.

– Знаете, здесь все так поменялось, то есть все так же, но вот воспринимается все по другому, дом, улицы, все кажется чужим, хотя недавно я любил эти места.

– Ты знаешь, это как летние каникулы. Ты их обожаешь, каждый год ждешь их, друзья, игры до поздней ночи, прогулки под луной с первой любовью. И вот лето проходит, и ты снова ждешь его с нетерпением. Но когда ты их дожидаешься, понимаешь, что уже не так весело, нет твоей первой любви, тех друзей, старые игры уже не так интересны. И тогда понимаешь, что лучшие годы, самые яркие и беззаботные уже не вернуть, как прежде уже никогда не будет.

– Да….

– Я знаю, тебе не хватает Егора. Ты сходи, поговори с ним, тебе станет легче. И ко мне заходи почаще, радуй иногда старика, – произнес Иван Николаевич, положив руку мне на плечи и улыбнулся.

– Хорошо Иван Николаевич, я зайду к вам на днях.

Уходя от Ивана Николаевича, на улице было еще светло, и я все-таки набрался смелости и решил сходить на могилу, мне нужно было с ним поговорить, попрощаться со своим лучшим другом.

От других могил, могила Егора отличалась. Она была чистая и вся усыпана цветами. На надгробии было написано его имя, годы жизни и слова: «любящий сын и друг». Дрожь и горечь прошла по всему телу, но мне казалось, что чувствую его присутствие. Я сел на землю рядом с могилой и попытался хоть немного поговорить:

– Привет брат. Не знаю слышишь ли ты меня, но я хочу верить, что ты слышишь. Сегодня я ходил в гости к нашему тренеру, знаешь, он все такой же бодрый старик. Мы много говорили о тебе, это он мне посоветовал прийти сюда. Я видел Кристину, она еще красивее стала, зря ты ее бросил, она тебя любила, да…. Мне тебя не хватает друг. Я прохожу по нашим любимым местам и понимаю, что они мне уже не родные, внутри теплее не становится. Да, знаю, жизнь продолжается, у меня есть Ангелина, родители, но, без тебя тут так скучно, ты не представляешь как тут без тебя скучно. Ты всегда был весельчак, вокруг тебя всегда было шумно. Помнишь, как мы с тобой в 9-м классе первый раз напились, ты тогда так накидался, так смешно было. Я с тобой всю ночь просидел, а потом еще домой вел, что б не заметили твои родители, мама твоя правда услышала, как мы с тобой вошли в дом, разведчики с нас так себе.

Ты сдержал брат клятву, ты не сдался, не дал себе проиграть. Для меня ты чемпион брат, ты им всегда будешь и я бы хотел с тобой встретиться, но… не сегодня брат, мы с тобой встретимся, но не сегодня, я поживу еще а потом все тебе подробно расскажу. Ты сдержал клятву, я тоже сдержу. Когда мне будут присуждать титул чемпиона и попросят сказать пару слов, я скажу следующее: «Я бы не стал чемпионом мира, если бы не мой друг, я дал ему клятву, что стану уважаемым человеком, и я не мог не сдержать ее, ведь он ее сдержал».

– Я иногда буду заходить к тебе брат, буду рассказывать как у меня дела, – я улыбнулся и смахнул слезы, – а пока отдыхай брат, и ни о чем не беспокойся.