Текст книги "Леди, берегитесь!"
![](/books_files/covers/thumbs_240/ledi-beregites-267551.jpg)
Автор книги: Джо Беверли
Жанр: Современные любовные романы, Любовные романы
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 6 (всего у книги 22 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Глава 12
Украдкой брошенный взгляд подтвердил, что Алесия права: Дариен действительно беседовал с четой Вандеймен. Если родители заметят их, то непременно подойдут.
Все трое выглядели вполне довольными, но даже в толпе вокруг них образовалось небольшое пространство пустоты. И этот человек рассчитывал, что она будет стоять рядом с ним в такой опасной изоляции?
– Его называют «Канем Кейв», – шепотом сказала Алесия. – Это означает «Бешеный Пес».
– Нет, не так. Самый близкий по смыслу перевод «Берегись собаки!».
– Не будь так педантична, Тея: это практически одно и то же. У меня от одного его вида бегут мурашки по телу. О боже! Он смотрит в нашу сторону.
Тея совершила ошибку, обернувшись, и взгляды их встретились.
– Тогда просто не оглядывайся, – посоветовала она юной леди. – Я должна идти…
Но тут к ним присоединились сестры Фортескью.
– Мерзкого виконта обсуждаете? – шепотом спросила Сесили.
– Ужас, правда? – добавила Кассандра, глаза которой сияли от возбуждения. – Мы не станем придумывать причину, а просто подойдем к ним.
– Подойдем? – ахнула Алесия. – Да его вышвырнуть отсюда нужно!
– Но он вместе с Вандейменами, – возразила Кассандра. – Леди Недерхолт не станет оскорблять их.
– Он выглядит лучше, – заметила Алесия. – А вот леди Вандеймен…
Тея прервала ее холодно:
– Должно быть, мне стоит напомнить вам, что Мария Вандеймен моя родственница.
Алесия залилась краской.
– Я должна идти, – заявила Тея, чтобы поскорее избавиться от этой грязи. – Мои родители собираются уходить.
Если еще не собрались, то соберутся скоро. Этот человек опасен. Из-за него может пострадасть репутация Марии, он стал причиной размолвки Теи с подругами.
Кассандра Фортескью остановила ее.
– Куда вы дальше собираетесь?
Она обернулась.
– К леди Рейберн. А вы?
За сестру ответила Сесили:
– А мы к леди Лессингтон.
Махнув на прощание рукой, Тея нашла глазами мать. Та стояла невдалеке, обмахиваясь огромным веером из шелковых перьев, лицо ее было красным.
– Какая здесь жара! – заметила герцогиня. – Но Пенелопа Недерхолт будет в восторге от такой давки. А вон и твой отец. Давайте-ка уйдем отсюда.
Пока они двигались в потоке покидавших вечер гостей, Тея поблагодарила Небо за то, что уходит, но поняла: присутствие этого человека не оставляло ее.
Со всех сторон только и слышалось:
– Дариен…
– Кейв…
– Уилмот…
По напряженной улыбке матери было понятно, что она тоже слышит это бормотание, но людской поток нес их к лестнице. Когда они уже были у цели, вдруг послышалось:
– Герцог! Герцогиня! Вы тоже уходите?
Родители обернулись, и ей пришлось последовать их примеру. У них за спиной, практически впритык, стоял Дариен. Ему это удалось, потому что гости, расступаясь, пропускали его вперед, или, вернее, старались избежать с ним контакта. Если он это и заметил, то не подал виду.
– Такая толкотня, – с улыбкой заметил Дариен. – Вечер у Рейбернов станет большим облегчением.
– Вы тоже собираетесь туда, виконт? Давайте поедем вместе в нашем экипаже.
Тее хотелось зажать матери рот рукой. Но как этот изгой смог получить приглашение на раут?
– Да стоит ли? Это всего в нескольких улицах… – заколебался Дариен.
– Можете прогуляться, конечно. Только ночные улицы очень небезопасны. – Герцогиня говорила немного громче, чем необходимо, в полной уверенности, что те, кто находился вокруг них, услышат, даже игриво пару раз стукнула Дариена по руке веером. – Впрочем, вам ли переживать из-за этого после участия в стольких сражениях.
– Напротив, герцогиня. Пережить Наполеона и пострадать от руки уличного разбойника было бы нелепо.
Герцогиня засмеялась, даже герцог улыбнулся. Тея не могла определить, сколько народу слышало их обмен репликами, но каждый мог бы оценить хороший юмор и, возможно, засомневаться в своем отношении к виконту.
– Не думаю, что вы знакомы с моей дочерью, – тепло улыбнулась герцогиня. – Тея, это виконт Дариен, тот самый, что был так добр к Дари. Дариен, это леди Теодосия.
Девушка почувствовала себя так, словно споткнулась в танце, и, слегка запоздав с реверансом, неловко улыбнулась.
У него замерцали искорки в глазах: он явно наслаждался ее замешательством, – затем ситуация стала еще хуже. Когда они спускались по лестнице, им пришлось разделиться на пары, и оказалось, что она пойдет рука об руку с единственным мужчиной в Лондоне, которого ей отчаянно не хотелось видеть. Дариен предложил руку, и ей пришлось опереться на нее. Она не могла понять, что хуже – чувствовать исходившую от него силу или испытывать совершенно новые ощущения, когда все общество пялилось на нее с ужасом в глазах.
Тея старалась улыбаться и держаться свободно, насколько это было возможно.
– Рейберны пригласили выступить хор мальчиков из аббатства, милорд. Вы уверены, что такая музыка вам придется по сердцу?
– Непристойные пьяные песни подойдут мне больше. Вы это хотите сказать?
Она бросила взгляд в его сторону.
– Или опера, учитывая вашу итальянскую кровь.
– Какая постыдная штука – итальянская кровь.
Тея почувствовала, как у нее загорелись щеки: именно это она и имела в виду, – но удовольствия не испытала.
– Мне не довелось часто бывать в опере, а вот балет посещал и высоко ценил балерин.
– Не сомневаюсь в вашей искренности, милорд, но только эта не та тема, которую джентльмен может затрагивать в компании леди.
– Леди Теодосия, вы намекаете на то, что я не джентльмен?
Это было сказано очень мягким тоном, и сердце у Теи неистово заколотилось.
– Конечно, нет. Мама хочет помочь вам войти в общество, только и всего, поэтому я и решила дать вам легкую подсказку.
– Полагаете, что мне неизвестно, как вести себя в обществе?
– Явно нет, – заметила она сердито, продолжая улыбаться, – если вы упоминаете балерин в разговоре с леди.
– С леди, которой известно, кто они такие, замечу я.
– Это…
– Не уверен, что мне понравится это в моей невесте.
Тея так встревожилась, что совершенно выпустила из виду, что они дошли до конца ступенек, и споткнулась, а когда сильная рука подхватила ее, инстинктивно напряглась, пытаясь вырваться. Дариен отпустил ее в тот же миг, как она обрела равновесие, но ее охватила дрожь, словно она кубарем скатилась сверху до самого низа лестницы.
– Все в порядке, Тея? – встревожилась герцогиня, пристально глядя на дочь.
– Да, конечно.
Она освободилась от его руки, а Дариен не сделал попытки ее удержать.
Потом Дариен с герцогом заговорили об охоте, предоставив ей возможность прийти в себя. Если бы она только могла!
Виконт рассчитывает, что она сдержит свое обещание, и может заговорить об этом с ее родителями в любой момент.
– Сара! – раздался громкий шепот, и Тея чуть не подпрыгнула, а обернувшись, увидела толстую миссис Анструдер, которая почти вплотную наклонилась к герцогине.
При этом ее дочери-близняшки стояли рядом и выглядели как испуганные кролики.
– Ты знаешь, кто идет за тобой следом? – Лицо у миссис Анструдер было багровым.
Герцогиня сделала вид, что слегка сконфузилась.
– Как кто? А, ты имеешь в виду виконта Дариена, Энн? Он старый друг и сослуживец моего сына, к тому же герой войны, знаешь ли.
Миссис Анструдер поджала губы.
– Не всех галантных офицеров принимают в наших гостиных, Сара, а также представляют нашим дочерям. Ты не в праве забывать, что случилось с Мэри Уилмот.
– Разумеется, нет, но будет весьма прискорбно, если мы начнем страдать за грехи наших братьев.
Тея прикусила губу. Всем было прекрасно известно, что брат Энн Анструдер жутко развратный тип.
Дама с видом оскорбленной невинности величественно выпрямилась.
– Мой брат никого не убивал, твой сын – тоже. Ты, Сара, как всегда, мягкосердечна, но это переходит все границы. Пойдемте, девочки.
И она увела дочерей подальше от опасности. На щеках герцогини выступили красные пятна. И хотя Дариен и герцог продолжали беседу, словно ничего не случилось, они, должно быть, слышали все.
– Возмутительно! – Глаза герцогини метали молнии.
– В том, что она сказала, был смысл, мама, – заметила Тея, и глаза, полные воинственного огня, обратились на нее.
– Мы делаем то, что правильно, дорогая, и я буду недовольна – очень недовольна! – если замечу какие-нибудь колебания и сомнения с твоей стороны. Мы должны отдать лорду Дариену дань благодарности, и мне будет стыдно – стыдно, я сказала! – если кто-то из членов моей семьи не захочет этого делать.
Теперь запылали щеки у Теи за нагоняй, какой уже давно не получала, но заслужила даже в большей мере, чем мать могла себе представить.
Ладно. Она дала обещание, и сдержит его, раз должна, но если у Дариена есть хоть чуточку сострадания или просто здравого смысла, она уговорит его выйти из их соглашения. Может, даже этим вечером, если появится такая возможность.
Подошла горничная с тяжелой шелковой шалью Теи. Не отвлекаясь от беседы, Дариен, однако, заметил это, и забрав шаль, развернул ее. Тея заставила себя изобразить улыбку, потом повернулась к нему спиной, и шаль легла ей на плечи. Она ощутила взгляды, устремленные на нее, и общее возбуждение. Мать была права: высший свет вел себя самым возмутительным образом. Все эти люди, словно школьники, которые нацелились на изгоя, чтобы дразнить, пока тот не даст сдачи. Но стоило его рукам коснуться ее голых плеч, жалости как небывало. Она вспомнила их первую встречу.
Виконт Дариен не был изнеженным ребенком. Этот сильный и беспощадный мужчина мог за себя постоять и дать достойный отпор кому угодно. Это ей надо защитить себя от него, в особенности тогда, когда он оказывает такое физическое воздействие на ее волю.
Не принимая его руки, Тея заторопилась, чтобы догнать родителей, и быстро поднялась в карету, словно скрываясь в убежище.
Конечно, Дариен поднялся следом. Они с отцом заняли места спиной к движению, так что ей по крайней мере не пришлось сидеть рядом с ним, касаясь друг друга. Однако когда карета тронулась, Тея поняла, что теперь ей придется смотреть на него. Дариен сидел напротив, а она не могла все время смотреть в окно. Тея ожидала, что подвергнется атаке насмешливых или даже похотливых взглядов искоса, но он, казалось, был полностью сосредоточен на вопросах матери.
– Когда вы ушли в армию, Дариен?
– В шестнадцать, герцогиня.
– Вы же были тогда ребенком, всего-навсего!
– Уверяю вас, я так не думал.
Герцог и герцогиня тихо рассмеялись.
– И вы прослужили всю кампанию на полуострове, – сказал герцог, – а потом Франция и Ватерлоо.
– Меня удостоили такой чести.
– Тогда почему ушли? – спросила герцогиня.
Дариен замялся всего на миг, но Тея это заметила и подумала: «Так значит, у вас есть секреты, лорд Дариен? Смогу ли я воспользоваться ими, чтобы обезопасить себя?»
– Вы это не одобряете, герцогиня? – ответил он вопросом на вопрос.
– Нет. Но мне кажется, вы поступили так против желания.
– Война закончилась, и другие дела потребовали моего участия.
– Наверное, ваши поместья, – заметил герцог. – Ведь там нужно приложить немало трудов. Не думаю, чтобы ваш отец уделял им особое внимание.
– Хорошо хоть в руины не превратил, и за это спасибо. Конечно, нынешняя экономическая неразбериха сильно все усложняет.
Двое мужчин продолжали разговор о сельском хозяйстве, промышленности и торговле до тех пор, пока карета не остановилась на подъездной дорожке перед особняком Рейбернов. Тея мало что понимала во всем этом, но складывалось впечатление, что Дариен хорошо информирован и готов принять любой совет. Это был еще один бал в его пользу или в пользу задуманной им интриги.
В любом случае он оказался грозным противником.
Первыми из кареты спустились Дариен и герцог, чтобы помочь дамам. Сходя вниз, Тея оперлась на руку Дариена, но потом мать заявила, что сама проводит его в дом.
В недоумении Тея оперлась на руку отца, но когда они вошли в дом и объявили их имена, увидела застывшее выражение лица молодой виконтессы Рейберн и все поняла.
Конечно, никакого приглашения он не получал. Дариен был непрошеным гостем, но леди Рейберн не могла закрыть перед ним дверь, потому что он прибыл в сопровождении герцогини Йовил.
Глава 13
Коварный негодяй! Он подслушал их с Кассандрой разговор о том, что всей семьей они собираются сюда, а потом заявил, что тоже приглашен на этот светский раут. Мать, должно быть, догадалась, как дела обстоят на самом деле, но вместо того чтобы высадить его из кареты, поддержала его вторжение.
Понимает ли Дариен, какого успеха неожиданно добился? Присутствие на этом мероприятии для избранных подразумевало, что его принимает не только ее семья. Гости леди Рейберн могли предположить, что он получил приглашение, и поэтому были обязаны держаться с ним по меньшей мере любезно, чтобы не оскорбить хозяев дома.
Тея оглянулась в поисках графа Рейберна. Ей стало интересно, вмешается ли он и решится ли настоять на том, чтобы Дариен убрался прочь. Это будет катастрофой. Или всей семьей тоже придется уехать.
Похоже, граф правильно оценил ситуацию и воспринял ее с полным спокойствием. Значит, он ничего не может предпринять, чтобы предотвратить потрясение в обществе. Тем не менее она была вне себя от злости из-за того, что Дариен поставил ее семью в такое положение.
Зачем? Как может общественное одобрение стоить всего этого? Когда они смешались с остальными, люди реагировали на них с разной степенью тревоги, прикрытой улыбками. Не важно, насколько толстокожим он был, это все равно должно было восприниматься как страшная неловкость. Может, все ее дикие страхи имеют основание? Может, это такая сложносочиненная попытка скомпрометировать ее семью?
Если так, подумала Тея, то он промахнулся. Беспрекословный авторитет ее родителей основывался на высоком социальном статусе и богатстве и опирался на истинное благородство. Они оба работали не покладая рук ради своей страны и равных себе по положению людей. Все любили, даже обожали их, и ни она, ни братья ничем не опорочили имя своей семьи.
Да, Дебенхеймы могли привести в замешательство своими отношениями с Кейвом, в особенности если Дариен проявит себя как откровенный негодяй, чем отличалась его родня. Но ее семья от этого не пострадает. Общество лишь посетует, что великодушное сердце леди Сары Йовил опять завело ее куда-то не туда, и выразит надежду, что уж на этот раз она вынесет урок.
Тее пришлось поздороваться с подругами и знакомыми так, словно ничего особенного не происходит, но надо быть начеку. Да, Дариен, несомненно, умен: представление гостям принимал с вежливой сдержанностью, уважительно, без фамильярности, не пытался навязываться или задерживаться возле кого-нибудь, напротив, вместе с ее родителями переходил от одной беспомощной жертвы к другой.
Вслед ему люди шептались, обменивались озадаченными и вопросительными взглядами, а самообладание очаровательной леди Рейберн начало давать сбой. В конце концов, ей было немногим больше двадцати, и она не заслужила, чтобы такой удар обрушился на нее.
– Удивительно, как леди Рейберн могла его пригласить. – Услышала Тея и, обернувшись, увидела Авонфорта.
– Он приехал с моими родителями.
– О господи! Зачем?
– Он высказался в поддержку Дари на нашем балу.
– Это всего лишь его долг, и совсем не обязательно было привозить его сюда.
После разноса, который устроила ей мать, Тея должна была поддержать Дариена.
– Он не такой плохой, как о нем говорят. Калли служил с ним и обожает его.
– Армейская солидарность, – отмахнулся Авонфорт.
– Легко ерничать, когда пережил войну дома, в тепле, – возмутилась Тея.
Он вспыхнул.
– У меня были обязательства, требовавшие исполнения.
– Ну конечно, я не тебя имела в виду. Но мы должны учитывать это, Авонфорт.
– Только до некоторой степени. У меня в поместье бывший солдат вернулся с войны полностью свихнувшимся и попытался убить собственную мать. Ему показалось, что он все еще на поле боя. Вот этот, наверное, дойдет до того же самого. У таких это в крови.
От столь откровенной несправедливости Тее стало по-настоящему грустно.
– Только одного из семейства Кейв признали виновным в убийстве.
– Был еще один поколение назад, – возразил Аванфорт, но заметив, что в ней нарастает раздражение, добавил с улыбкой: – Как это характерно для тебя – проявлять добросердечие, Тея. Одна из твоих добродетелей, которые я обожаю.
Она почувствовала, что Авонфорт готов разразиться очередным предложением, и сказала:
– Тогда пойдем, я представлю тебя ему.
Это заставило джентльмена, пробормотав извинение, быстро удалиться. Так, теперь Дариен лишил ее и главного воздыхателя.
Затем она увидела, как граф Рейберн направился к ее родителям и Кейву, и ею овладела тревога. Рядом с графом шагал крепкий офицер с рыжеватыми волосами – чтобы помочь хозяину избавиться от непрошеного визитера? Тея заторопилась к ним, хотя что она могла сделать, чтобы предотвратить катастрофу? Ничего не приходило в голову.
Но тут офицер улыбнулся Дариену и представил его графу, который поздоровался с ним тепло и любезно.
Армейская солидарность, подумала она. Сердце забилось ровнее. «Господи, благодарю тебя за нее!»
– Какого чудесного пса ты привела сюда на поводке! – Вздрогнув, Тея оглянулась и увидела стоявших рядом Мэдди и тетю Маргарет.
Мэдди не сводила с Дариена восторженных глаз.
– Обязательно познакомь меня с ним.
– Нет. Псы кусаются.
Засмеявшись, Мэдди потянула мать в сторону Дариена. Та неохотно последовала за ней. И уже скоро Мэдди отчаянно флиртовала с катастрофой, а катастрофа отвечала ей тем же. В это время люди вокруг исподтишка наблюдали за ними и обсуждали увиденное. Тея присоединилась к этой группе, пусть ей и страшно не хотелось.
Объявили начало концерта. Она заметила, что Мэдди вознамерилась слушать музыку вместе с Дариеном. Тея была бы счастлива, случись это, но тут вмешалась тетя Маргарет, которая подвела дочь к офицеру с рыжеватыми волосами – майору Киле, брату лорда Рейберна.
Повернувшись к Тее, Дариен подал ей руку, она приняла ее, и пара последовала за другими в гостиную.
– Ваша кузина сплошное очарование, – заметил Дариен.
– И куда невиннее, чем кажется.
Тея знала, что такое предостережение – полная чепуха. Она не думала, что кузина перейдет черту, но невинной Мэдди не была.
– У меня голова пошла кругом от такого обилия красавиц. Наверное, это неправильно – восхвалять одну леди в присутствии другой? Тем более что другая – моя нареченная.
– Мы пока не помолвлены, – тихо, но решительно возразила Тея.
– И когда же это произойдет?
– Надо поговорить об этом.
– Данное слово так мало значит для вас?
– Нет, но…
– Но?
Это был вызов, произнесенный ровным голосом, что означало: милости не жди!
– Нас совсем недавно представили друг другу, чтобы в помолвку можно было поверить.
– Я полон рвения познакомиться поближе.
– Нам надо поговорить, – повторила Тея, улыбаясь, когда они вошли в огромную гостиную, заставленную рядами стульев.
– Когда и где пожелаете, леди Теодосия. Всегда в вашем распоряжении, – заверил ее Кейв, прежде чем исчезнуть в клубах дыма.
Не говоря больше ни слова, Тея заняла свое место.
Однако он хочет поговорить. Именно этого хотела и она. Но им потребуется спокойное уединенное место. Может, это удастся сделать сегодня? Чем скорее, тем лучше для ее издерганных нервов.
В гостиную шеренгами вошли мальчики, чистенькие, причесанные, одетые в стихари, и скоро божественные звуки полились по залу, наполнили души, отставляя на потом все мелкие заботы. Тея расслабилась и предалась наслаждению.
Зал взорвался аплодисментами по окончании первой вещи, и она искоса взглянула на Дариена, почти не сомневаясь, что тот зевает.
Духовная музыка должна была обратить виконта Кейва в прах, но он, оказывается, тоже хлопал, причем с энтузиазмом. Снова запели ангельские голоса, но теперь Тея исподтишка наблюдала за своим соседом, пытаясь определить, действительно ли ему нравится музыка или он искусно притворяется. Ей показалось, что Дариен искренне увлекся.
Глядя на него сбоку, она вдруг поняла, что такой профиль мог бы принадлежать совершенно другому человеку. Никаких дефектов заметно не было: ни искривления носа, ни шрама, который приподнимал бы губу, – а вот кое-что другое она увидела – лоснящийся шрам вдоль линии подбородка, полускрытый воротником. Наверняка ожог, и, должно быть, было больно.
Словно встревожившись, Дариен посмотрел на нее. Она не отвела взгляд, не желая проявлять слабость, и он сделал это первым, хоть и после долгой паузы, сосредоточив внимание на хоре.
Тея последовала его примеру, но теперь соло флейты напомнило ей веселый рождественский гимн. Она так остро чувствовала присутствие Дариена рядом, как будто от него исходил жар, и обжигающие воспоминания всколыхнули ее. Если бы они были здесь одни, Тея прижалась бы к нему, а когда оказалась в его объятиях, поцеловала бы, как в прошлый раз.
И в этот момент – о боже! – его палец погладил ее руку.
Даже через перчатку ее словно обожгло, по телу пробежала дрожь.
Устремив взор на поющий хор, Тея убрала левую руку и положила на колени. И как только могла ее рука оказаться настолько далеко слева, почти между ними?
Немного успокоившись, она искоса посмотрела на Дариена. Его руки лежали на коленях, и казалось, что весь он погрузился в музыку. Тея постаралась тоже сосредоточиться на пении и вплоть до того момента, когда в финале зазвучал высокий аккорд, не сводила глаз с поющих. Когда она испугалась, что мозг ее не выдержит столь высоких нот и разлетится на куски, наконец наступила тишина, в вслед за ней раздались аплодисменты. А потом гости стали подниматься со своих мест, зал наполнился звуками голосов, словно ничего экстраординарного не случилось. И только она чувствовала себя совершенно разбитой. Ей казалось, что она может просто рассыпаться, если тотчас не уедет отсюда.
Леди Рейберн объявила, как можно заполнить антракт: где предлагают прохладительные напитки, где расположены карточные столы, а где можно послушать лекцию об острове Святой Елены, месте заточения Наполеона.
Когда Тея поднялась и вслед за остальными направилась к выходу из зала, Дариен спросил:
– Вам понравилось, леди Теодосия?
Он явно говорил не о музыке, но она предпочла сделать вид, что не поняла этого.
– Мальчики поют как ангелы, а что касается солиста, это вообще что-то сверхъестественное. Голос потрясающий!
– Жаль, что очень скоро все изменится: у них поломаются голоса, и не все потом смогут петь. Увы, кастратов больше не производят.
Тея заметила, посмотрев на него без всякого выражения:
– Еще одна тема, которую больше не затрагивают в приличном обществе.
– Похоже, мы, бедные итальянцы, настолько испорчены, что нет никакой надежды на исправление, я прав?
Его глаза были так порочны, что на нее волной наплывало жаркое искушение, и слабость ее придавала ему куражу. Одному богу известно, что у него на уме, так что никаких личных разговоров с ним сегодня. Она просто не сможет выдержать такое напряжение, если останется с ним наедине.
Тея отошла и присоединилась к Мэдди, Калли и нескольким молодым людям, и всей компанией они отправились в буфетную, где предлагали прохладительные напитки. Стакан ледяного лимонада ей точно не повредит, как и отсутствие Кейва! Тея не стала оглядываться, но про себя молилась, чтобы он не пошел следом.
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?