Текст книги "Черный маркиз"
![](/books_files/covers/thumbs_240/chernyy-markiz-7098.jpg)
Автор книги: Джо Беверли
Жанр: Зарубежные любовные романы, Любовные романы
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 19 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Глава 5
В этот вечер за обеденным столом сидели четырнадцать человек: взрослые Маллорены, Роза, Диана, ее мать и несколько домочадцев. При этом маркиз занимал место, которое Диана уготовила для него, – на противоположном конце стола, по правую руку от матери.
И все же незримая нить продолжала связывать Родгара и Диану.
Она постоянно заставляла себя даже не смотреть на него и старалась сосредоточить свое внимание на других мужчинах – лорде Стине и лорде Брэнде.
За столом завязалась оживленная беседа. Маркиз не вступал в споры и лишь иногда позволял себе замечания, причем довольно остроумные. Диана, несмотря на свои намерения, все-таки поглядывала на него украдкой, продолжая поддерживать разговор с женщинами.
Маркиз, будучи частью большой семьи, заметно отличался от своих родных. Весь вечер Диана ловила себя на мысли, что он скорее походил на отца, чем на брата, хотя по возрасту был ненамного старше лорда Брайта.
– Вы хорошо себя чувствуете, леди Аррадейл? – спросил лорд Стин.
Диана улыбнулась через силу и положила себе на тарелку кусочек пирога.
– Да, конечно, милорд. Прошу прощения, немного задумалась. – Затем отважилась спросить:
– Наверное, хорошо быть членом семейства Маллорен?
Он слегка скривил губы:
– По-моему, хорошо наслаждаться жизнью в уединенном местечке Девоншира.
Диана усмехнулась и перевела разговор на другую тему, но при этом не выпускала из поля зрения маркиза.
Он был элегантен, учтив, приятен в общении, и скорее всего многие любили его. И тем не менее что-то в нем вызывало неприязнь.
В конце концов она поняла, в чем дело.
Маркиз старался держаться особняком. К тому времени когда дамы оставили джентльменов, чтобы насладиться женским обществом за бокалом вина, Диана поняла, что Родгар, должно быть, очень одинок, как и она. Вероятно, это была та самая нить, которая связывала их и в то же время представляла собой некую угрозу.
За чаем Диана болтала с леди Элф и Розой, и через полчаса пикантных и забавных сплетен о светской жизни в Лондоне Элф попросила называть ее просто по имени. Диана почувствовала, что обретает новую подругу, и уже начала жалеть, что визит продлится всего три дня. Она бы не возражала, если бы мужчины подольше задержались, наслаждаясь бренди и нюхательным табаком, однако они вскоре присоединились к дамам. Диана предложила сыграть в карты, а леди Стин принялась музицировать на арфе.
Вскоре Роза села за клавесин, и лорд Брэнд присоединился к ней, чтобы поиграть в четыре руки, хотя не обладал такими же способностями, как его невеста. Слушая льющиеся звуки, видя их склоненные друг к другу фигуры и выразительные взгляды, Диана почувствовала глубокую зависть. Раньше она не представляла, насколько точным может быть выражение «красноречивые взгляды». Она тяжело вздохнула и оглядела присутствующих.
Всем ли довольны гости?
Держится ли маркиз все так же особняком?
Смотрит ли на нее мрачным взглядом, замышляя месть?
Ничего подобного. Он играл в вист с лордом Брайтом, Элф и лордом Уолгрейвом. Интересно, что партнером лорда Уолгрейва был маркиз, а не леди Уолгрейв.
Диана понаблюдала за игрой и, поскольку сама хорошо играла в карты, вскоре заметила, что лорд Брайт и маркиз обладали незаурядным мастерством. Несомненно, в семье им не позволяли быть партнерами.
Когда закончилась партия, маркиз поднял голову:
– Не хотите ли сыграть, леди Аррадейл?
Он начал подниматься из-за стола, но она стала возражать. Тогда поднялся лорд Уолгрейв.
– Пожалуйста, дорогая леди, выручайте меня. Я выгляжу цыпленком среди этих тигров.
Его жена засмеялась и обратилась к Диане:
– В самом деле, это было бы очень любезно с вашей стороны. У мужа нет инстинкта самосохранения, иначе он не стал бы играть.
Поскольку лорд Уолгрейв уже заговорил с лордом Сти-ном, бестактно было возражать. Диана заняла его место напротив маркиза.
Теперь между ней и Родгаром появилась еще одна связующая ниточка. Что это, случайность или преднамеренный сговор? Она отбросила последнее. Ведь она сама подошла к столу, и никто не мог знать об их стремлении сохранять независимость, так же как не мог заранее замыслить сделать их партнерами.
– Я не знала, что вист может быть опасным, – сказала с улыбкой Диана, пока Элф сдавала карты.
– Вы даже не спросили, какие у нас ставки в игре, – заметил маркиз, испытующе глядя на нее.
Она слегка пожала плечами. Никогда еще Диана и маркиз не были в более интимной ситуации, чем сейчас, сидя в непосредственной близости друг к другу.
– Так какие же у нас будут ставки, милорд? – спросила она, раскрывая веером свои карты.
– Мы играем не на деньги.
Диана удивленно подняла голову;
– Мы только ведем счет, – пояснила Элф. – Мой брат не разрешает играть на деньги в семье.
Диана посмотрела на маркиза – незримая нить между ними продолжала крепнуть.
– Разве рискованно играть в семье на деньги?
– Нисколько. Однако посмотрим, чем нам ответят, – сказал он, кладя карту, – у меня червонный туз.
Диана сделала свой ход, после того как соперники сбросили мелкие карты.
– А червонного короля у вас не найдется? – с улыбкой спросила она, забирая взятку.
– Найдется, – сказал маркиз, выкладывая карту.
Диана посмотрела на него:
– Может быть, скажете, что у вас есть еще и валет, милорд?
Его губы тронула легкая улыбка.
– Да, но только позже.
Ход снова перешел к ней. Маркиз не мог знать, что у нее на руках дама, пока она не пошла ею. Это была последняя червонная карта, и, похоже, он как бы принудил Диану выложить ее. Она также ловила на себе заинтересованные взгляды брата и сестры маркиза.
Кажется, он опять флиртует с ней! Но зачем? Каковы бы ни были его мотивы, к черту эти нелепые попытки. Она взяла последнюю взятку и спокойно улыбнулась маркизу:
– Партия наша, будь то на деньги или нет.
Маркиз собрал карты и начал тасовать их проворными длинными пальцами, на одном из которых сверкал большой рубин. Глядя на них, Диана внезапно подумала, каким было бы ее ощущение от их прикосновения, затем посмотрела на свои пальцы, унизанные кольцами.
Он начал сдавать карты.
– Я вовсе не настаиваю на своих правилах в вашем доме, леди Аррадейл. Если вы предпочитаете играть на деньги… Она встретилась с ним взглядом и снова улыбнулась:
– Вовсе нет, милорд. Игра интересна сама по себе. Главное – мастерство.
– Я тоже так думаю, миледи, – сказал он, – и должен заметить, вы прекрасно играете.
Сердце Дианы вдруг бешено заколотилось, и она опустила глаза, сосредоточившись на своих картах. Кажется, она тоже кокетничает с ним.
Впрочем, надо продержаться всего три дня.
Она и маркиз снова одержали убедительную победу. Им явно везло в карты, хотя первую скрипку здесь играли мастерство и способность понимать друг друга. Она заметила, как Элф и лорд Брайт многозначительно переглянулись, и хотела запротестовать: «Это ничего не значит. Это только игра».
Однако Диана не была уверена, так ли это на самом деле, и к тому времени, когда она отправилась спать, ее волнение по поводу спальни маркиза достигло наивысшей степени. Но ведь это обычная комната, и кто-то должен спать в ней, тем не менее, когда служанка приготовилась раздевать ее, она посмотрела на дверь в смежную комнату, испытывая желание заглянуть в нее.
Диана повернула ключ в замке и постучалась.
Затем открыла дверь и увидела его стоящим без камзола. С повязанным галстуком, застегнутым на все пуговицы жилетом он тем не менее выглядел немного растерянным.
И был явно удивлен.
Диана, скрывая волнение, улыбнулась с видом заботливой хозяйки.
– Я боялась потревожить вас, милорд, но мне хотелось убедиться, что у вас есть все необходимое.
Его взгляд на мгновение задержался на ней, затем скользнул дальше, где, как она поняла, он мог видеть ее кровать из черного дерева, прочную и явно предназначенную для мужчины. Он же был окружен интерьером, выполненным в белых, розовых и золотистых тонах. При этом маркиз в темно-серой одежде, придававшей ему демонический вид, странно выделялся на светлом, немного легкомысленном фоне.
– Гостеприимство Аррадейлов, как всегда, выше всяких похвал, миледи.
Кажется, она совершила явную глупость и теперь была готова провалиться сквозь землю, но убежать и захлопнуть дверь было бы еще хуже.
– Мы вынуждены использовать каждую комнату, милорд. Надеюсь, вы не испытываете неловкости в такой обстановке.
Он удивленно приподнял брови.
– Мне и раньше приходилось спать в подобных будуарах.
Диана покраснела и поспешно пояснила:
– Это была комната моей матери до кончины отца. Конечно, следовало бы переделать ее в более нейтральном стиле.
– Почему бы вам не подождать и не позволить будущему мужу самому выбрать оформление?
Диана решительно вздернула подбородок:
– Вы прекрасно знаете, у меня нет ни малейшего намерения выходить замуж.
– О да. – Он не сводил с нее глаз. – В таком случае вам самой следует поменять обстановку в этой комнате, как, впрочем, и в вашей.
– В моей? – Она оглянулась, как будто в ее комнате внезапно мог возникнуть беспорядок.
– У вас ведь не такой вкус, как у отца. Отделайте ее заново и тогда оставайтесь там.
Она снова повернулась к нему и обнаружила, что маркиз приказал своему слуге подвинуть большое зеркало так, что оно оказалось прямо перед ней. Неожиданно Диана увидела свое отражение на фоне разукрашенной белой двери. В своем палевом платье с кремовыми кружевами, в жемчугах, она была под стать его комнате и резко контрастировала со своей комнатой позади нее.
– Я не хочу иметь спальню в бело-розовых тонах, – сказала Диана в большей степени самой себе.
– У вас и богатство, и власть, и никто не мешает вам сделать свой выбор.
Диана продолжала стоять, глядя на свое отражение в неподходящем интерьере – словно светлое пятно на темном фоне.
– Полагаю, вам, как хозяйке, больше не о чем беспокоиться, леди Аррадейл. Боюсь, завтра нам придется подняться рано утром: начнутся свадебные торжества, – заверил ее маркиз.
– Да, конечно, – отозвалась она. – Спокойной ночи, милорд.
Он поклонился. Это был обычный поклон, но ей показалось, что в него вложили особый смысл.
– Спокойной ночи, леди Аррадейл, Хотя обстановка в вашей комнате довольно мрачная, пусть ваши сны будут светлыми.
Он закрыл за ней дверь.
Она повернула ключ.
«А ваши – темными, черт вас возьми!» При этом она почему-то не испытывала злости, и глубоко в душе у нее вдруг шевельнулась мысль, не оставить ли дверь незапертой.
Безумство. Полное безумство! Разве она не решила держаться от него подальше?
Тем не менее, когда платье было снято, а затем и корсет, Диана не могла отделаться от безумных мыслей.
Дверь оставлена незапертой.
Ночью лорд Родгар входит в ее спальню.
Ложится в ее постель, прикасается к ней своими длинными умелыми пальцами.
Наверное, он будет, как всегда, холоден и невозмутим. Не проявит пыла или даже поддельной страсти. От этих мыслей по телу Дианы пробежала дрожь. Дрожь желания.
Вполне возможно, она могла бы уступить. Поддаться соблазну и в конце концов познать тайну физической близости мужчины и женщины, не теряя достоинства и выдержки.
Она снова вздрогнула и накинула на себя плед, который ей подала горничная. Надо выбросить из головы эти безнравственные, опасные мысли, пока они не погубили ее.
И все же они не покидали ее, продолжая волновать, оттого что ей хотелось видеть этого необычного мужчину в своей постели.
Глава 6
Свадебные торжества прошли превосходно, несмотря на то что после обручения прием был устроен в доме родителей Розы. Диана тревожилась, так как Конистон-Холл был простым сельским домом. Он принадлежал процветающему фермеру и был достаточно большим, хотя и без просторных комнат для приема гостей, тем более знатных.
Она предложила Аррадейл-Хаус, но все отказались. Главным доводом послужило то, что благородная семья Маллоренов должна принять новых родственников такими, какие они есть.
И Маллорены согласились. По случаю свадьбы местные фермеры принарядились, и вскоре приехавшие гости смешались с ними, чувствуя себя вполне непринужденно. Они даже присоединились к сельским танцам в вычищенном и украшенном амбаре. Диана тоже танцевала – сначала с приходским священником, затем со сквайром Хобвиком, деверем Розы Гарольдом Давенпортом, а также с управляющим своего поместья. Все это время она с нетерпением ожидала, что вот-вот появится маркиз и тоже пригласит ее на танец.
Однако он не появился, и когда Диана, желая утолить жажду, вернулась в дом, где царила суматоха, она увидела маркиза сидящим в гостиной с местными почтенными джентльменами. У нее появилось дерзкое желание вызволить его из этого общества и увести туда, где развлекалась молодежь. Ведь он еще пока не старик.
Диана отбросила это нелепое намерение – надо перестать все время думать о нем! – и присоединилась к дамам в другом конце гостиной, где служанка разносила приправленный имбирем лимонад.
Ледяной напиток оказался очень кстати. Диана сделала глоток и прислушалась к разговору дам, не переставая наблюдать за лордом Родгаром.
Маркиз нисколько не пытался казаться своим среди местных жителей. Разумеется, нет смысла притворяться. Его окружала некая аура отчужденности, и все знали его высокое положение и могущество, хотя он не старался подчеркивать это.
Он выбрал довольно скромную одежду. Коричневый костюм из грубой оленьей кожи был, однако, скроен и сшит в Лондоне. Оборки на воротнике и рукавах были из полотна, а не из кружев. Даже простой наряд выделял его среди окружающих. Местные мужчины, надевшие все самое лучшее, отнюдь не выглядели лучше или естественнее.
Многие из них постоянно носили пудреные парики и, следуя давней моде, брили головы. Это было проще, чем следить за собственными длинными волосами и прятать их, когда с годами они редели. У лорда Родгара, как и у всех мужчин Маллоренов, были отличные волосы, и в данном случае он предпочел обойтись без парика и пудры, стремясь выглядеть естественно, и все же явно отличался от остальных мужчин.
Густые темные волосы маркиза были зачесаны назад над высоким лбом и аккуратно стянуты на затылке черной лентой. Если их распустить, они, наверное, будут пружинить под пальцами…
Диана отвернулась и попросила еще бокал лимонада. Она прижала его на мгновение к щеке, стараясь прогнать мысли о маркизе, но снова не смогла удержаться от взгляда украдкой. Ей трудно было отказаться от желания изучить его получше.
Строгие черты лица с изящными скулами говорили о сильной воле. Орлиный нос и темные брови вразлет придавали лицу нечто демоническое.
Глаза были посажены глубоко, отчего, вероятно, и создавалось ощущение властности. Темные ресницы также приковывали внимание. Рот мог показаться неприветливым, однако время от времени складки в уголках его губ выдавали сдержанную, но удивительно притягательную улыбку.
Мужская беседа внезапно перешла в спор между двумя фермерами, и маркиз посмотрел в ее сторону. Диана поспешно перевела взгляд на женщин, чувствуя, как лицо ее заливает краска. Случайно ли он так быстро повернулся или знал, что она наблюдает за ним? Кое-кто определенно заметил это. От кузины Розы не укрылось смущение подруги.
С бокалом в руке она подошла к Диане.
– Если ты будешь так смотреть на мужчину, наверняка поползут сплетни.
– Не говори глупости.
Роза увела ее в небольшую комнату подальше от посторонних глаз.
– Элф уже задавала мне несколько наводящих вопросов.
– Обо мне и маркизе? Странно.
Роза хорошо знала свою кузину и ее трудно было обмануть. Диана покинула вместе с ней комнату и направилась по коридору на свежий воздух.
– Он очень привлекательный мужчина, – сказала Роза, когда они вышли наружу. – Красивый… и хороший фехтовальщик.
Диана остановилась и повернулась к ней.
– Это несправедливо. У него есть много других достоинств, помимо этого. – Кузина удивленно подняла брови, и Диана мысленно выругала себя за свою несдержанность. – Черт возьми, Роза, я испытываю к нему только жалость.
– Жалость… – недоверчиво повторила Роза. – К маркизу Родгару?
– Ты, как и многие, плохо думаешь о нем! А ведь говорила, что именно он помог тебе. Ты должна быть благодарна ему.
– Да, но…
– Он великолепный, благородный мужчина и заботится об Англии, однако… – Зная, что потом будет жалеть о сказанном, Диана уже не могла остановиться. – Он одинок, Роза. Разве ты не видишь? Он создал прекрасную семью, но сам не стал ее частью…
– Он принадлежит нашей большой семье.
– Да, но не как родной брат, а болезнь матери не позволяет ему создать свою собственную семью. Мне близки его переживания. У меня ведь тоже никогда не будет своей семьи.
– Тебе ничто не мешает создать ее…
Диана не обратила внимания на эти слова.
– Его талант, его положение отдаляют его от остальных. Много ли найдется людей, чувствующих себя с ним наравне? И он тоже не позволяет себе беспечности.
Роза слушала ее, нахмурив брови.
– Но зато маркиз известен всей Англии. На улице его узнает каждый.
Диане тоже были хорошо известны все прелести такой популярности. Несомненно, его портреты, как, впрочем, и ее тоже, изображались даже на вывесках гостиниц. Действительно, один из ее портретов висел снаружи на гостинице «Графиня Аррадейл» в Рипоне. Изображение не имело полного сходства, но было достаточно близко к оригиналу: Она не могла спокойно путешествовать по северу.
Диана вспомнила, как ей пришлось прибегнуть к маскировке в прошлом году, когда она изображала прыщеватую служанку Розы. Тогда она впервые встретилась с маркизом Родгаром…
– Кто его самые ближайшие друзья?
«А мои?» – эхом отозвалось в ее голове, и она снова направилась в амбар, где продолжались танцы.
Да, у нее был широкий круг знакомых, и ее хорошо знали в этих местах, но кого можно считать настоящим другом? Только Розу, но с сегодняшнего дня у Розы начинается новая жизнь, которая полностью поглотит ее.
– У него есть великолепная любовница, – сказала Роза.
Сердце Дианы на мгновение замерло, но она быстро пришла в себя.
– Его не беспокоит, что через нее проявится его дурная наследственность?
– Поговаривают, она бесплодна.
– Это очень удобно. – Диана вдруг осознала, что снова оказалась поглощенной мыслями о маркизе и его любовных связях. Эти навязчивые мысли были похожи на тернистые дебри, которые вставали на ее пути, куда бы она ни шла.
– Она удивительная женщина, – продолжала Роза. – И одевается на иностранный манер.
Что-то вдруг кольнуло Диану.
– Ты говоришь, Маллорены представили ее тебе? Как даму полусвета?
– Конечно, нет. На самом деле мне не следовало называть ее любовницей. Есть только намек на это. Она ученый, поэтесса и держит несколько художественных салонов для избранных. Я была в одном из них с Брэндом.
Ученый и поэтесса. Хотя Диана тоже была хорошо образована, ни одним из этих достоинств она не обладала. К своему ужасу, она ощутила болезненный укол ревности.
Чрезмерное любопытство – плохая черта, но ревность гораздо хуже!
– Значит, она очень умна? – спросила Диана только для того, чтобы сказать что-нибудь. – Стало быть, это привлекает маркиза в женщинах.
Они подошли к распахнутым дверям, где их встретили звуки веселой музыки.
– У них, конечно, много общего, – продолжала Роза. – Элегантность. Интеллект. Они оба выглядят такими самоуверенными, как пушистые аристократические коты.
– Коты? – удивленно переспросила Диана. – Трудно представить, чтобы лорд Родгар устроился на чьих-либо коленях и мурлыкал.
Роза едва удержалась от смеха.
– Ну, не знаю. Возможно, порой ничто человеческое ему не чуждо.
Диана улыбнулась через силу и тут же залилась краской.
Мужчина на чьих-то коленях? И мурлыкает?
Неужели лорд Родгар способен на такое?
Диана не могла представить себе этого. Несмотря на прочитанные книги весьма откровенного содержания, она чувствовала себя несведущей в подобных делах, и подсказанные воображением картины не давали ей покоя…
Внутри амбара громко звучали флейта, скрипка и барабан; счастливые пары лихо скакали в танце. Некоторые сидели вдоль стен и болтали. Диана заметила, что несколько молодых пар устроились в укромных уголках и, улучив момент, обменивались любезностями или целовались. Один из деревенских парней даже потерся головой о голову своей подруги, ну совсем как это делают коты…
– Ну как? – спросила Роза.
– Мне все это не интересно, – поспешно возразила Диана, скрывая смущение. Наблюдая за стайкой ребятишек, она решила высказать еще одно замечание:
– Я видела маркиза со своим маленьким племянником.
– Удивительная картина, не правда ли? Весьма трогательная. Младенец в лапах тигра. Но кажется, он искренне любит детей.
В это время раскрасневшиеся дочери лорда Стина с сияющими глазами присоединились к танцующим взрослым, и Диана заметила, что даже малыш Артур притопывает ножкой в такт музыке вместе с другими маленькими детьми.
Рыжеволосый отпрыск лорда Брайта спал на руках матери, которая сидела с двумя местными матронами, как заправская жена фермера.
Одна из дам, миссис Ноулсворт, отвлеклась, глядя на маленькую девочку, которая подбежала к ней с жалобой.
Приплясывающий малыш, кажется, ребенок ее второй кузины, Сьюки, споткнулся и упал, но его тут же подняли и успокоили…
Это был другой мир.
Мир матерей и детей.
Не для нее.
И никогда не будет ее миром, так как она занимает высокое положение и имеет привилегии, какие существуют лишь для немногих женщин.
– Ты права, – решительно сказала Диана. – Маркизу следует жениться. Странно, что никто до сих пор не убедил его в этом.
– Даже несмотря на то что его мать сошла с ума?
– Все-таки стоит рискнуть.
– Кажется, лорд Брайт пытался сделать это не так давно. Думаю, это была не очень приятная миссия.
Диана хотела узнать подробности, но в это время в амбар вошел лорд Брэнд. У Дианы дух захватило при виде того, с каким выражением глаз он посмотрел на свою невесту.
– По-моему, твой муж горит нетерпением, Роза.
Роза повернулась – на ее раскрасневшемся от счастья лице засияла улыбка. Она рассмеялась и протянула руки навстречу мужу.
– Мы терпели почти год, не так ли, милорд?
Диана знала, что после короткой вспышки запретной страсти они согласились подождать до свадьбы.
Лорд Брэнд, едва сдерживая свой пыл, поднес обе ее руки к своим губам.
– За прошедший год, миледи, мое терпение окончательно истощилось.
Оба замерли на мгновение подобно статуям. Диана поняла, что оба горят пылким желанием. Может, стоит лишиться всего, чтобы мужчина смотрел на нее так?
Хотя бы раз в жизни.
– Мне пора, – сказала Роза, прильнув к мужу. Затем протянула Диане руку. – Спасибо за все, что ты сделала для меня. И… – Она оторвалась от Брэнда и крепко обняла свою кузину, – будь счастлива, Диана! Что бы ни случилось, будь счастлива. Видишь, это вполне реально. Счастье можно найти. Желаю тебе быть такой же счастливой, как я.
Диана тоже крепко обняла подругу, едва сдерживая слезы.
– Конечно, я буду счастливой! – сказала она. – Можно сказать, я уже счастлива. Ты же знаешь, наши вкусы часто не совпадали. Я получаю удовольствие от своей власти, управления делами и устройства больших приемов. Мне также нравится заниматься банковскими счетами и вопросами юриспруденции. – Она улыбнулась. – Я буду очень счастлива в роли великой госпожи севера, управляя своим миром.
Роза лишь покачала головой и поцеловала Диану в щеку. Затем она позволила мужу увести ее, и они направились к запряженным лошадям. До нового дома молодоженов в Уэнскоте было не так уж далеко.
Диана остановила музыку и попросила гостей приготовиться осыпать молодых зерном и цветами, а сама, приподняв юбки, побежала к дому. Вернувшись с приготовленной корзиной, она стала раздавать собравшимся цветы.
Она с улыбкой поднесла маркизу корзину, не надеясь, что он примет участие в старинном свадебном обряде, но, к ее удивлению, он обеими руками схватил охапку цветов и, подойдя к Брэнду и Розе – они прощались с родителями, – осыпал голову брата.
Брэнд повернулся к нему, смеясь, притворно выражая недовольство и смахивая лепестки со своих волос. Затем крепко обнял брата. Совершенно неожиданно, по крайней мере для Дианы, маркиз также крепко обнял Брэнда и, на мгновение склонив голову, прижался к его щеке.
Диана быстро двинулась дальше, предлагая цветы, едва сдерживая слезы. Что бы это значило? Она ничего не могла поделать с собой.
Диана взяла последнюю горсть цветов и бросила их на Розу, когда счастливая пара тронулась в путь. Внезапно она осознала, что прощается со своей ближайшей подругой.
– Вы воспринимаете свадьбу как трагедию, леди Аррадейл?
Диана повернулась и увидела рядом маркиза.
– Вовсе нет, милорд.
– Значит, это слезы счастья.
– Я не плачу, – сказала она, хотя к горлу подступил ком.
– Слезы не всегда бывают видны.
– Вы стали рассуждать как метафизик, милорд.
– Возможно, сущность нашего бытия имеет метафизический характер, миледи.
– Но если наша сущность недоступна нашему восприятию, мы – как пушинки на ветру.
– А разве вы никогда не чувствовали себя подобным образом?
Диана глубоко вздохнула: именно в таком состоянии она пребывала сейчас.
– А вы?
Это вырвалось у нее невольно. Хотя она могла видеть некоторые его слабости, ей трудно было представить, чтобы маркиза сдуло ветром. Даже ураганом.
– Нас ждут кареты, – сказал он, беря у нее из рук корзину. – Самое лучшее, что я мог сделать, так это привязать себя к скале, миледи, хотя порой даже скалы оказываются ненадежными. Думаю, вы только что потеряли кузину.
Она не осталась в долгу:
– А вы потеряли брата, – Кажется, она попала в точку. – Последнего брата, – продолжала Диана с неожиданным осознанием того, что произошло. – Теперь все ваши братья и сестры, за исключением вас, обручены, не так ли, милорд?
Если это и был удар для него, он быстро пришел в себя.
– Обручить их всех было крайне тяжелой задачей, но, как видите, вполне выполнимой.
– Кого же теперь вы будете сватать?
– Теперь все свое внимание уделю стране, дорогая леди.
– С кем же вы хотите посватать Британию?
– Хотя бы с миром. Разве длительный период мирного существования не кажется вам желанным? – Он передал корзину прислуге, но при этом достал что-то из нее. Это был красный цветок дикого мака. Мак способствовал спокойному сну или проявлению опасных наклонностей.
– Мир – это превосходно, – сказала Диана.
– Вы не жалеете о потере возможности захватить французские владения?
– А вы?
– Думаю, цена была бы слишком велика.
С легкой улыбкой маркиз вставил стебель цветка ей за корсаж, так что он, щекоча, проник глубоко в ложбинку между грудей, а сверху остались красные лепестки на фоне белых кружевных оборок.
Диана не воспротивилась.
Она заглянула в его глаза и заметила, что они были не темно-карими, а цвета темно-серой стали.
– Чего вы хотите от меня, милорд?
Он что-то тихо произнес по-гречески.
– Аристотель, – сказала Диана.
Он был приятно удивлен.
– Гораздо легче учить других, чем себя, – перевела Диана. – Более удобно судить поступки других, чем наши собственные.
Немного помолчав, маркиз сказал:
– Ну разумеется, имея единственную дочь, которая должна стать наследницей, ваш отец постарался дать вам мужское образование.
– И это было скучнейшим занятием. Впрочем, – весело добавила она, – иногда эти труды вознаграждаются.
Его губы тронула легкая улыбка.
– Вы напомнили мне, леди Аррадейл, что нельзя недооценивать женщин.
Они направились к каретам.
– Думаю, таким напоминанием могла бы служить поэтесса Сафо.
– Сафо – исключение. Я имел в виду обычных женщин.
Она удивленно повернулась к нему:
– Вы считаете меня обычной?
– Прошу прощения, я допустил бестактность. Так к какому же типу женщин вы себя относите, леди Аррадейл?
– Милорд, лучше направьте свой микроскоп на себя.
Диана резко повернулась и пошла прочь. Садясь в карету с помощью лакея, она порадовалась, что мужчины едут верхом и никто из них не стеснит ее и тетю Мэри. Она сама тоже с удовольствием поехала бы верхом, но, отправляясь на свадьбу, решила, что экипаж более соответствует положению титулованной аристократки на таком торжестве, и сейчас не жалела об этом.
«Обычная женщина?» – с обидой подумала Диана, устраиваясь рядом с тетушкой. По его мнению, она всегда занималась в основном хозяйственными делами, однако он наверняка не забыл рискованные события минувшего года, особенно когда она держала его на мушке пистолета.
Было бы намного легче перестать думать о нем, если бы она не испытывала волнующего чувства. Диана посмотрела на красный мак, который очень гармонировал с ее бледно-желтым платьем с кремовой отделкой, и дотронулась до ярких лепестков.
Довольно дерзкий поступок со стороны маркиза. Он должен что-то означать.
Но что?
Этот человек никогда ничего не делал без определенного умысла.
Да, лорд Родгар действительно был похож на кота. Но не на домашнего кота. Вовсе нет. Такие огромные хищные коты не лежат на коленях и не мурлыкают.
Они охотятся и пожирают свою добычу.
* * *
Родгар старался не обращать внимания на карету, которая, покачиваясь, двинулась по дороге в Аррадейл. Пожалуй, с его стороны было большой глупостью устраивать эту игру с цветком. Счастливые события часто делают человека беспечным, заставляют терять осмотрительность, особенно такие веселые деревенские свадьбы, как эта.
Он смотрел на улыбающиеся простые лица фермеров, на старых друзей, на близких родственников и на знакомых соседей. Это был другой мир, с которым он соприкасался, но никогда не принадлежал ему с самого рождения.
Этот мир был также не для Дианы, хотя она здесь выросла и воспитывалась.
Он пожал плечами и направился к стоящим наготове лошадям. Сегодняшний день оказался ненапрасным: он узнал кое-что новое о графине Аррадейл. Привлекательная, умная девушка и, по-видимому, вполне образованная. Ему удалось выяснить, что она не оставляет без внимания ни одно деревенское событие, и, хотя не всем это нравилось, никто не мог упрекнуть ее в недостатке энергичности или несправедливости.
И она постучалась в его дверь прошлой ночью.
Уже сидя в седле, он пришел к заключению, что леди Аррадейл гораздо опаснее, чем он думал, и что самое опасное – его влечение к этой женщине.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?