Читать книгу "Эра скорпиона. Том 2"

– Мина, как себя чувствует Кей? Рана не беспокоит?

И снова ее волнение выглядело чрезмерным. Ну неужели дочери короля не вбивали с детства в голову, что нельзя влюбляться в кого попало? Даже мне вбивали, а ее должны были воспитывать в сто раз строже! Я недовольно ответила:

– Все с ним отлично. На брате все заживает как на волке.

– Обычно говорят «как на собаке», – бездумно поправила она.

– Обычно пусть говорят про обычных людей, а мы сейчас обсуждаем Кея, – пробурчала я.

К счастью, мы уже достигли края полигона, поэтому я могла попрощаться и отделаться от дальнейших разговоров. Почему меня так злит романтический интерес Иристины? Может, не стоит вмешиваться – сами разберутся? Да вот только мой дорогой брат понятия не имеет, кто на него глаз положил и чем будет чревато подобное для него самого. Принцессе только пальчиком погрозят, а вот Кей потом и не докажет, что это вовсе не он первым гонялся за вниманием ее высочества.

***

Засыпали мы обычно за две минуты, и сон наш был крепким – каждый день был физически тяжелым и изматывающим, силы оставались лишь на быстрый душ и скоростную пробежку до кровати. Двери запирались – Гельту хватило ума понять, какое общество живет под его крылом и что до банального воровства большинству надо не опускаться, а подниматься. Поэтому проникновение в наше сонное царство и потрясло так сильно – а в особенности то, что даже Кей не успел ничего понять. Брат крепко спал, когда тихо-тихо скрипнула створка окна, и сразу же, без малейшей паузы и предупреждения, мне зажали ладонью рот и дернули в пространстве. Каким образом нападавший вместе со мной в руках проскользнул в узкую щелку приоткрытого окна, уму непостижимо. Но едва под ногами появилась твердая земля, я пошатнулась и с трудом удержалась на ногах, поскольку похититель сразу меня отпустил.

– Лиам?!

– Кого-то другого ждала? – меланхолично отозвался парень. – Ири настойчиво попросила с тобой позаниматься. Ты же сама ее об этом умоляла, так отчего удивляешься?

Я завопила еще громче:

– Сейчас?!

– Ну, выбрал удобное время для себя. К тому же не пришлось объясняться с твоим братом – куда пошли, зачем пошли, почему вдвоем пошли, когда можно было пойти сразу впятером. Чувствую, он меня недолюбливает – наверное, все еще не простил мне свое поражение.

Пару раз глубоко вдохнув, я заговорила спокойнее:

– А мою одежду ты не захотел вместе со мной прихватить?

На мне было только черное нижнее белье, которое выдавали всем женщинам. Стеснительностью я переболела еще в казарме, и сейчас меня смущала только прохлада – летняя ночь была теплой, но все-таки не для такого изысканного туалета. Лиам осмотрел меня безразличным взглядом, словно только сейчас об этом подумал, затем нехотя стянул пиджак и протянул мне. Сразу указал на скамью под фонарем неподалеку – дескать, там будет удобнее. Пиджак мне едва прикрывал бедра, а ноги оставались босыми. Галантности моего недосводного брата можно только позавидовать. Я все равно надела и застегнула на все пуговицы, осматривая темные окна нашего общежития. Спальня на третьем этаже Лиам на своем условном пятом ранге умеет летать или настолько высоко подпрыгивать?

Придя в себя, я вспомнила о важных темах, которые обязательно нужно было поднять. И начала с важнейшей – касающейся Кея:

– Для начала, я не умоляла Ири мне помогать. Просто косвенно речь зашла, когда сегодня она меня провожала до нашей территории. А провожала она меня лично только потому, что ей не терпелось узнать о самочувствии моего брата. В связи с чем вопрос: тебе не кажется, что Кей Иристине уж слишком небезразличен? Это не впервые происходит, но теперь я практически уверена. Кто-нибудь из друзей ей напомнит, какое у Кея общественное положение? Наш капитан нередко нас и рабами обзывает.

Я села на скамью рядом с ним, подтянула голые ноги и запихнула колени под пиджак. Лиам посмотрел на меня с интересом, но его любопытство не было связано с моей странной позой:

– Судя по тому, как ты ее назвала, тебе известна и ее фамилия.

Да, действительно, я допустила оговорку – в академии никто при мне ни разу не называл принцессу полным именем. Но я без лишних эмоций вернула:

– Судя по тому, что ты готов ей хоть тапочки в зубах носить, тебе тоже.

Лиам усмехнулся. Хотя я-то знала, откуда ему информация о принце и принцессе стала известна – Шелла много интриговала, чтобы пристроить единственного сына в правильную компанию. Но как бы об этом узнала какая-то там шахтерка? Наверное, это и сподвигло парня задать вопрос:

– Все хотел спросить, за какое преступление ты попала в это новое подразделение?

– Убила одного ублюдка, – нейтрально объяснила я.

– А твой брат?

– Примерно за то же самое. Просто у него это вышло несколько раз. Он вообще во всех делах успешнее меня.

– Ясно. – Лиам задумался. – Хотя на самом деле ничего не ясно, особенно ваше с братом образование – оно легко угадывается даже в построении фраз. Но вряд ли ты обязана со мной откровенничать. Тогда об Иристине. Да, ее интерес заметила не только ты, но лично я не считаю себя вправе вмешиваться в такие вопросы. Когда-нибудь она выйдет замуж, и тогда уже можно будет подумать о фаворитах, но никак не раньше. Да и тогда не имею представления, как ей выкупить Кея из шахтеров и дать ему хоть какой-нибудь статус. Но женскому сердцу не прикажешь. Повлиять на ее мог бы только Ристиан, но как раз ему никто не докладывает. Принц в лучшем случае вызовет твоего брата на дуэль и щадить уже не станет. Говорить про худший случай?

Я покачала головой. Дуэль – это еще какой-то шанс для Кея выжить. Но принц может просто сообщить нужным людям о проблеме, чтобы те ее устранили, а Иристина даже не догадается, куда пропал человек.

– Ладно, – произнесла я, заканчивая эту тему. – Наверное, нам всем и остается только не усугублять положение и терпеливо ждать, когда ее высочество одумается.

– Никуда не денется, – подтвердил он и мою надежду. – Кстати, а кто такой Аш, про которого возле шахты вопила странная женщина? Лекари оценивали ее состояние? Мне показалось, что эта пена изо рта – не совсем нормально.

Пришлось коротко пояснить:

– Оценивали, но не углублялись. Аш – ее сожитель, такой же чокнутый. Там столько людей погибло, но как раз о нем мы жалеть не станем. Он нам кучу проблем доставил только за то, что мы отказались присоединиться к его банде. Среди нас мало порядочных людей, но он и среди отребья выделялся.

– Тогда почти все понятно.

– Что тебе понятно? – удивилась я.

– Не важно. Это все твои вопросы по курсу общей магии, и я могу идти спать?

Ну уж нет, раз уж разбудил посреди ночи, то я использую шансы для всех острых моментов!

– Позже к учебе перейдем. А пока вспомним о том, как ты меня чуть не убил. Кажется, я даже поняла, для чего конкретно ты это сделал, но разве риск смерти того стоил?

– Я думал, что ты выживешь. Гляди, я угадал.

– Случайно! Ты понятия не имел, что я успела изучить и натренировать. И ты слишком хладнокровно принял такое опасное решение!

– Да как скажешь. – Лиам пожал плечами.

Поскольку он смотрел на меня, я тоже не отрывала прямого взгляда от его лица.

– Знаешь, Лиам Северт, что в тебе раздражает?

– Всё? – предположил он.

– В точку, – согласилась я. – Но больше всего то, что ты ничего не отрицаешь. Обвиняют – признаешься в чем угодно. Хотя в иных случаях лучше подошло бы простое объяснение.

После короткой паузы он проговорил:

– Не в моих привычках, но хорошо, настойчивая Мина Дорн. Я был уверен, что в самом неудачном случае ты сломаешь ноги. Но в таких вопросах сто процентной гарантии, конечно, нет. Возможно, роль сыграло мое плохое настроение – с тобой я разоткровенничался, это сначала принесло легкость, а потом бессилие. Или надо копать еще глубже – в моем сложном отношении к тебе конкретно. Будто если тебя не станет, то пропадет и эта сложность, хотя это путь для слабака. Но если ты будешь жить, то обязана стать настолько сильной, чтобы о тебе никогда не пришлось беспокоиться. Прорывы в магии не случаются без боли и риска – я это по себе знаю. И невольно начал мерить тебя своими мерками.

– Сложное отношение? – удивилась я, требуя больше конкретики: – Ко мне?

– Конечно. – Лиам отвел взгляд от моих глаз и устремил его в пустоту. – Связка – довольно редкое и ценное явление. И обязательно наступит момент чрезвычайной опасности – например, самой массовой атаки эртонцев – когда я не справлюсь. Тогда я обязательно с горечью вспомню о нашей связке, ведь она сама по себе настолько мощный козырь, который спас бы и меня, и всех солдат вокруг. Ведь не только я тебя усиливаю, ты меня тоже. Но притом я не принцесса Иристина – у меня вообще никакой возможности вытащить тебя из шахтеров и держать при себе. То есть я нашел самое мощное оружие против врагов, но вынужден бросить его на другом конце мира. Это не может не злить. И особенно сильно это разозлит, когда меня будут добивать. Лучше вообще не знать о подобных возможностях, чем знать, но не иметь шанса использовать. Сложное отношение – это когда я вроде бы должен тебя беречь как зеницу ока, но притом постоянно жалеть, что вообще тебя встретил.

Я поразмыслила над сказанным. Лиам довольно умен, в его голове роится миллион мыслей, а озвучивается в лучшем случае парочка. Поэтому я просто безразлично заметила:

– Ты не выглядишь злым. Ты вообще почти никак не отреагировал, когда узнал о нашей связке.

– Наверное, мы в чем-то похожи с твоим братом? – предположил Лиам, неожиданно улыбнувшись. – Разве он когда-нибудь выглядит по-настоящему злым? Это и есть главный признак самых страшных людей.

Да, замечание верное, в каком-нибудь ином мире они наверняка стали бы самыми близкими друзьями – настолько похожи в подобных важных вещах. Но я с улыбкой поправила:

– Иногда Кей злится. Но только когда я совершаю фатальные ошибки, и он не может скрыть беспокойства.

– А какую фатальную ошибку ты совершила? – Лиам выхватил важное. – Дай мне руку – я смогу увидеть проблемы в твоем здоровье или работе магических каналов.

Одумавшись, я поспешила поскорее убрать от него все конечности. Еще не хватало, чтобы и Лиам был в курсе, что я поглотила неочищенный эфир! Ходячий индикатор любых нарушений, а они запросто уже могут быть, просто еще неощущаемые.

– Все еще прокаженный? – вскинув бровь, сыронизировал он.

– Просто неприлично незамужней даме хвататься за руки с каждым встречным, – отшутилась я. – Я все-таки боевая единица элитного подразделения министерства ресурсов, а не какая-нибудь легкомысленная особа! И пора уже переходить к делу. Итак, на лекциях закончили раздел разума, но у меня остались вопросы

То ли Лиам неукоснительно выполнял все распоряжения Иристины, то ли по ночам его нрав становится мягче, но он действительно проявил терпение и помог мне разобраться в тонкостях. С его советами я сумею довести контроль до того предела, который вообще доступен на первом курсе.

Когда мы закончили, уже светало. Пережить бы утреннюю тренировку, а отоспаться я смогу во время шахтерских уроков. Лиам вдруг вскинул голову и устремил взгляд в сторону.

– Да быть не может, – прошептал он. – Она меня по запаху чует? Это же ваша территория – что она тут потеряла ну, кроме меня? В общем, меня здесь не было.

Пока я разглядывала, что его насторожило, и узнавала в девичьей фигуре на полигоне Надалину, парень каким-то образом просто испарился. Правда, пиджак остался на мне. Я бы рассмеялась над несчастьем будущей баронессы, упустившей добычу прямо из-под носа, но вспомнила, в каком виде нахожусь и поспешила к своему корпусу. До общей побудки еще время есть, но каким образом я должна попасть в спальню, если даже ключа с собой не прихватила? Попробовать самостоятельно забраться через окно на третьем этаже? Ну, так у меня не пятый ранг, как у некоторых

Выбирать не пришлось. Кей ждал меня возле входа, а задал только один вопрос:

– Лиам Северт?

Пришлось пожать плечами и как-то отреагировать:

– А если я назову другое имя, ты поверишь?

– В то, что тебя кто-то еще мог вытащить из запертой комнаты, не разбудив даже меня? Вряд ли. Тогда спрошу для однозначности – романтика или учеба?

– Исключительно учеба за исключением какой-либо романтики, – заверила я. – И не смотри на мой вид – издержки обстоятельств. У меня есть еще хотя бы полчасика подремать?

Кей не ответил, но проводил меня хмурым взглядом. Он переживает, и это нормально. Но, к величайшему облегчению, он не в том статусе, как принц Ристиан, чтобы следить за каждым шагом своей сестры и карать всех причастных.

Глава 4

А ведь мне действительно выдали самую простую работу. Чтобы ее выполнить, достаточно было просто переодеться в форму, пойти к академическим зданиям во внеурочное время и, избегая знакомых старшекурсников, прогуляться. Возле центральных ворот вниманию учащихся представлялась полная карта, где были отмечены значками сразу несколько библиотек – я запомнила, хотя ставку на них и не делала. Скорее всего, метод очищения эфира не хранится в общем доступе. Или же он требует таких ресурсных затрат, что его хоть на фонарных столбах вывешивай, все равно никто не повторит. Нас больше устроил бы первый вариант – хоть можно было уповать на таланты Руперта и Кея, а не биться головой о тот же фонарный столб из-за полной невозможности повторить технологию.

Поэтому я все-таки искала архив. И для того просто обратилась к проходящему мимо студенту с этим вопросом. Молодой человек остановился, нахмурился и уточнил:

– Архив? Какой еще архив? И что-то я раньше тебя здесь не видел.

Академия огромна! Вряд ли он мог запомнить вообще все лица – разве что дамский угодник, обращающий внимание на любую девушку. Я приплела самое очевидное объяснение:

– Я недавно поступила. Первый курс.

– А-а, понятненько. – Он сделал шаг в мою сторону. – Какая интересно ты заплетаешь волосы – похоже на крестьянскую косу, но все-таки иначе. И зачем понадобился архив столь любопытной первокурснице?

Точно, я угадала с определением, раз он тут же принялся то ли флиртовать, то ли искать зацепки для знакомства. Я вскинула подбородок и отчеканила:

– Я лучшая выпускница Ворданской школы магии, поступила сюда для повышения квалификации, невеста графа Перша и будущая придворная магесса! Двор об этом пока не осведомлен, но я в своих силах не сомневаюсь. Маркиз Дерчанский, между прочим, лично читал мои научные статьи и кивал – а его одобрения заслуживают только светила. И мне некогда лентяйничать, а обычные учебники я еще к одиннадцатилетнему возрасту изучила. Требую архив! Или хотя бы пару-тройку изданий для профессионалов, а не любителей, а то уже чувствую, как глупею, тратя время на этот разговор!

Я и начала-то на громкой ноте, а последние фразы вообще прорычала. Парень отступил – то ли счел меня истеричкой, то ли скучнейшей занудой. И даже не заметил, какую чушь я порола. Ворданская школа действительно существует, но не славится выдающимися учениками, а у нынешнего графа Перша нет никакой невесты, поскольку он уже лет пятьдесят женат, а похвастаться может только выводком дочерей. Маркиз Дерчанский, в принципе, всегда кивает – он глуховат на оба уха и, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания, выработал такую странную привычку. Но таких подробностей большинство людей не знает, и обычно, когда сыпешь именами и названиями, речь звучит более правдоподобно.

Молодой человек заторможенно ответил, словно неожиданно попал на допрос к расследователю и боялся утаить правду:

– Так нет же в академии архивов Только отдельные библиотеки для разных курсов. Но наш ректор гордится своей коллекцией редких изданий, у него в кабинете буквально приткнуться негде, повсюду шкафы и полки с книгами. Если наорешь на него точно так же, то наверняка выдаст тебе что-нибудь почитать от неожиданности.

Я подалась к нему грудью и гаркнула, добивая:

– Благодарю! Ты только что внес неоценимый вклад в прогресс магической науки в моем лице!

И гордо пошагала по аллее. К ректору я, конечно, не пойду, но моя задача выполнена и ближайшая цель намечена. Кстати говоря, опешивший парень напомнил мне об осторожности – волосы надо все-таки или распускать, или закалывать шпильками, в ином случае я слишком сильно выделяюсь на фоне прочих студенток. Просто в этот раз поторопилась сбегать туда и обратно, но отныне такой оплошности не допущу.

Передав Кею и Руперту информацию, я засела за упражнения по укреплению разума – рекомендации Лиама требовали немедленной практики. Брат обижался на меня за ночную отлучку, словно я была обязана при похищении его разбудить и все объяснить, а не являться под утро в мужском пиджаке, но его негодование разбилось о привычную заботу:

– Мина, не переусердствуй. Ты очень много тренировалась, твои каналы сильны, а контроль ты развила до предела. Но гнать лошадей ко второму рангу не нужно, иначе свалишься с ног от переутомления.

– Не переживай, мой дорогой, я хорошо себя чувствую, – заверила я, ничуть не солгав.

Вот только посреди ночи проснулась от нарастающих ощущений. Вначале решила, что простыла, так меня знобило. А потом внутри груди возник огненный комок – он начал разрастаться, вынуждая меня метаться по кровати от боли. Кей, конечно, проснулся первым и подбежал ко мне, хотя говорил сдержанно – он обычно в самых критических ситуациях не поддавался эмоциям:

– Что происходит?

– Не знаю, – просипела я. – Меня трясло, а потом

Он приложил ладонь к моему лбу и покачал головой в сторону. Там, оказывается, уже стояла полуголая Татья. Руперта тоже разбудили, он недовольно пробурчал, усаживаясь мне в ноги:

– Может, это просто переход в следующий магический ранг? Приятные, хотя и слишком острые ощущения, через пару минут пройдут.

Приятной я эту боль никак не могла назвать. Она уже распространилась из груди в горло и живот, а потом по каждому каналу потекла лавой. Меня будто заживо варили в кипятке, но я всеми силами пыталась не терять связи с реальностью. Татья суетливо накидывала одежду, говоря:

– Не отходите от нее, я за лекарем!

– Нет, – неожиданно сухо остановил ее Кей. – Это точно переход, у меня было так же – наверное, семейное.

Я знала, что он врет, но не понимала зачем. А Татья остолбенела:

– Ты сейчас издеваешься, или вы на самом деле родня?! И мне насрать, как было у тебя, если девчонка сейчас помрет только потому, что мы мешкали!

Кей секунду поразмыслив, кивнул, но все равно не позволил Татье уйти:

– Я сам отнесу Мину в лекарскую, так будет быстрее.

Он завернул меня в одеяло, вздернул на руки и побежал на выход. Но уже на улице свернул в противоположную сторону, за углом осел на землю и уложил меня к себе на колени. Снова прижал пальцы ко лбу, но промолчал. Наверное, не было никакой лихорадки или малейших внешних признаков болезни, однако внутри у меня пламя выжигало орган за органом, сосуд за сосудом. Я с трудом приоткрыла глаза и посмотрела на брата – хотела спросить, почему он не несет меня в здравницу, ведь дело действительно плохо, но не смогла выдавить ни слова. Кей просто угадал мои мысли:

– Нельзя. Держись, хорошая моя, просто держись. Это точно переход, просто какой-то другой. И я понял, почему так происходит – из-за грязной маны. Она сейчас или выгорит в тебе, или убьет Но если лекари узнают, то тебя сразу же устранит Гельт. Ему не нужны проблемы Понимаешь, сестренка? Я рискую твоей жизнью, чтобы дать тебе шанс выжить.

Я впервые видела, как он плачет, – бесшумно, без лишней мимики, даже не замечая того. Доводы до меня дошли, и значит, мне придется победить эту жуть самой. Он вынес меня из спальни подальше от Руперта и Татьи – им не стоит знать, ведь чем больше людей посвящены в тайну, тем сложнее ее сохранить. Я закрыла глаза, поскольку так утопать в невыносимой боли показалось проще. Кей целовал меня в щеку, в висок, оставляя мокрые следы слез на раскаленной коже, и постоянно подбадривал:

– Борись, сестренка. Ты очень сильная – ты сильнее всех на свете. Пожалуйста, я очень тебя прошу, не сдавайся

В итоге я то ли потеряла сознание, то ли уснула, но даже сквозь пелену продолжала ощущать невыносимый жар.

***

Открыла глаза утром в собственной постели. Кей тотчас подался ко мне – он сидел рядом с кроватью всю ночь и держал меня за руку, боясь пропустить момент пробуждения или окончательной трагедии.

– Как себя чувствуешь?

Я прошлась вниманием по всему телу. Удивительно, но у меня ничего не горело и даже не ныло, словно все страдания приснились в диком кошмаре. Резко сев, я подняла ладони и пошевелила пальцами, а затем и ногами, пытаясь отыскать хотя бы остатки дискомфорта.

– Отлично, – ответила я. – И это не шутка, Кей! Я чувствую себя лучше, чем вчера, когда укладывалась спать!

Руперт подал голос со своей кровати:

– Впервые радуюсь, что я не из вашей пропащей семейки. Ну их, такие сложные переходы. У нормальных людей это несколько минут блаженства, а она тут настоящий цирк устроила.

Татья тоже уже была совершенно спокойна:

– Ну и славно. Хотя меня до сих пор трясет от мысли, что лекарь просто выдал Мине снотворное и отправил обратно. А если бы не помогло? А если бы ситуация ухудшилась? Сразу ясно, что наши жизни здесь и медяка не стоят!

– До тебя это только сейчас дошло? – гоготнул Руперт.

Кей помог мне подняться и подал одежду, все еще постоянно косясь на мое лицо. Но в беспокойстве нужды не было – я действительно стала будто сильнее и легче. Никто не ожидал, что я так быстро достигну второго ранга, а я сумела! И сейчас в самом деле осознавала то, что Руперт и Кей на словах объяснить не могли. Интересно, а мой преждевременный переход не был ли спровоцирован поглощенным эфиром? Да, грязным, но в нем же и усиливающие свойства должны содержаться. И еще любопытнее – выгорели ли все примеси, раз я все-таки выжила? Или теперь каждый новый ранг мне будет даваться настолько же сложными ночами? Что ж поделать, один раз пережила и дальше справлюсь, ведь теперь понятно, что мучения конечны и в итоге принесут настоящий приз.

Ценность подарка стала понятна уже на ближайшей тренировке: я бежала быстрее, прыгала выше, без серьезных затруднений победила Вирнея в схватке, хотя ему же в прошлом месяце с треском проиграла. Я теперь маг второго ранга – и любой, кто пока на первом, слабее меня. А таких среди шахтеров – почти все. К сожалению, нам никто не докладывал о переходах других людей, но в любом случае таких явное меньшинство.

Заплетенная коса пока оружием не стала, но наконец-то начала проявлять характер – так же было прежде и с кнутом. Прямо во время физических упражнений она вдруг поднялась и загнулась полукругом над моей головой. Я со страхом сообразила, что прут пока лучше не вплетать – еще не хватало быть убитой собственными волосами! Вот это была бы шутка, которая рассмешит почти всех. Но пока смеялся только капитан Гельт:

– Младшая Дорн, тебе только яда на конец жала не хватает, чтобы окончательно превратиться в скорпиона! Ишь, как хвост уже заворачиваешь!

– Точно, яд! – Кей хлопнул себя по лбу, вмиг взяв удачную идею на заметку. – Отравленный наконечник копья или капсулу – потом придумаем, когда добудем отраву. Ох, сестренка, я буду не я, если не отращу тебе смертоносное жало!

А Гельт уже шагал дальше, чтобы встать в центр круга и огорошить нас очередным известием, которое вряд ли обрадует:

– Замрите, бездари, и послушайте! Вы все еще молодцы, что прошли шахту, но этого мало. Я принял решение: на ближайшем турнире мы будем участвовать в показательных выступлениях, поэтому встаем теперь на час раньше. К сожалению, дуэли пока не намечаются, но надо с чего-то начинать.

И вдруг вперед выступил Имиль и, покосившись в нашу сторону, произнес:

– Я вызываю на дуэль Мину Дорн!

Наша четверка недоуменно переглянулась, но без особых опасений – после подготовки я справлюсь и с этим здоровяком. Правда, убивать его мне очень не хотелось – я ведь почти-почти вписала его в нашу команду, то есть отношение изменила. Зато он, судя по всему, был настроен как раз на убийство – из его пустой головы быстро улетучилась наша кратковременная дружба. Кей ехидно поинтересовался у Имиля:

– Почему Мину-то? Если решил мстить мне – так и вызывай меня. И, кстати говоря, я твоего отца не убивал, иди и мсти в шахту той домарине.

Имиль не ответил, он гордо выпячивал грудь и ждал ответа Гельта. Зато Лодушка не удержалась:

– Потому что это не месть, если ты просто сдохнешь, Кей Дорн! Сначала надо убить твою сестру, потом всех твоих приятелей, и вот когда ты выть от одиночества начнешь – тогда и до тебя доберемся!

Вся их многочисленная братия закивала с угрожающими ухмылками. Понятно, то есть на место погибшего Аша встала полубезумная Лодушка? Они не разбежались из банды, а объединились теперь вокруг нее. Ну а Имиль – это просто Имиль. Все еще обычная дубина, которая без возражений бьет того, на кого старшие пальцем покажут.

Я тихо произнесла, обращаясь к брату:

– Удивляюсь, что они не напали на нас, а решили вызвать на открытую дуэль – что бы это могло значить?

Кей ответил шепотом:

– Что эта Лодушка далеко не так проста и неплохо строит прогнозы на далекое будущее. Она уверена, что Имиль тебя победит, а уж тот первый из шахтеров, кто победит на дуэли, сразу станет на хорошем счету у Гельта. Вся их группировка начнет обзаводиться влиянием. К тебе у нее претензий нет, но она использовала предлог и выбрала из нас самого слабого. Не исключаю, что именно для того так истошно возле шахты и вопила – сразу же начала готовить почву. Да никто в здравом уме не поверил бы в эту чушь. Разве что Имиль. И все, кому нужен был повод.

Я аж присвистнула. Кто бы мог подумать, что за этим обезображенным алкоголизмом лицом скрывается хитрая интриганка? Вероятно, мне надо согласиться и обязательно победить – пусть уж наша команда вырывается вперед. Тем временем Лодушка что-то нашептала Имилю на ухо, и здоровяк проговорил громче:

– Начальник, я вызываю на дуэль Мину Дорн! – послушал, что еще добавила Лодушка, и повторил: – За то, что ее брат убил моего отца и должен пережить такую же потерю!

– Идиот, – отозвался Гельт обреченно. – Нужны дуэли со студентами! Какой смысл, если вы друг друга будете молотить им на потеху?

На этот раз сама Лодушка и отреагировала:

– Имиль пытался вызвать какого-то придурка, гуляющего возле нашего полигона. Тот только расхохотался. Студенты не принимают нас всерьез!

Гельт всплеснул руками.

– Так и я бы расхохотался! Для дуэли нужен повод, а не прогулка по улице. Желательно не такой надуманный как тот, что Дорн прикончил его папашу, будто никто из вас в шахте не бывал и не знает, каково там. Но тут хотя бы за уши повод притянули.

– Капитан, – подала и я голос. – Я согласна с ним драться, если это хоть чем-то поможет всем шахтерам. Оружие пусть использует свое, как и я буду использовать свое.

Гельт обдумал и устало отмахнулся:

– Ладно, тогда подам заявку на дуэль после турнира. В конце концов, студенты же друг с другом дрались до нашего приезда, почему и нам нельзя? Только сделайте одолжение – не до смерти. Вы оба бесите, но на фоне других хотя бы перспективные.

Это он напрасно воздух сотрясал. Лодушке нужна победа – для статуса. Но Имилю требуется воплощение надуманной мести. Я невольно вздохнула – все-таки жаль, что так случилось. Имиль по природе беззлобный человек, просто жил в плохой среде и научен под нее подстраиваться. Попади он к хорошим людям – через год-другой и не узнали бы его, стал бы настоящим героем.

Кей развернулся, раз тренировка закончена, и взволнованным не выглядел.

– С сегодняшнего дня по вечерам будем готовиться. И не нужно нам белобрысых консультантов, – он скривился, вновь припомнив мой ночной урок с Лиамом. – Ты с этой тушей справишься. У Имиля только сила, у тебя – скорость, ловкость, второй ранг магии и готовый артефакт. Начну подкидывать тебе боевые заклинания – вряд ли пригодятся, но доведем уверенность до абсолюта.

Руперт зазудел:

– Ну, я бы для приличия посомневался! Мы тебе рассказывали, как этот дурак сожрал в шахте эфир? Я решил, что он прямо там и подохнет, но нет же. И до сих пор ведь не подох! То ли его желудок действительно что угодно переварит, то ли Имиль бессмертный.

Мы с Кеем молча переглянулись. Противный Руперт нередко бывает прав – по крайней мере недооценивать Имиля точно нельзя. Успокаивало, что он столько же времени, как я, не практиковался и курс общей магии не проходил. Значит, вряд ли тоже совершил переход. Но на всякий случай такую вероятность лучше не исключать.

***

Впервые я пропустила лекцию профессора Игмура по собственной воле, а еще вчера казалось, что такое невозможно. Но приоритеты – штука непостоянная. Я как раз шла на занятие, когда увидела возле центральных ворот скопление дилижансов. От любопытства сдала поближе, поскольку время еще было, и узнала не только знакомый транспорт, но и одного из мужчин. Кажется, он как раз выписывал пропуск, чтобы пройти на территорию. Нам «поводки» ослабили, но пока не было возможности прогуляться за этими стенами, поэтому сама процедура входа-выхода для меня оставалась загадкой – или же нас будут пропускать по каким-нибудь жетонам, как прочих учащихся?

Однако сейчас меня интересовало другое: этот самый худощавый старик в добротной одежде и стоял на обочине после того, как его кортеж перекрыл нашу колонну. Он кого-то высматривал, да и сейчас явился, очевидно, с той же целью. Раз Гельт на его просьбы не отреагировал, то можно попытаться прыгнуть через голову капитана – то есть идти сразу к ректору.