Читать книгу "Недотрога для бандита"

Глава 9

– Девушка, ну подожди! Куда ты так торопишься?

– Да она работает, не видишь? Шкура местная.

– Сколько за час берешь, сладкая? Не бойся, не обидим. Деньги у нас есть.

От его акцента меня пробирает дрожь и я вперяю взгляд на дорогу, в сотый раз уже жалея, что вообще пошла в этот клуб. Одна, без девчонок, а одногруппники все куда-то слились в один миг.

Надо было домой, надо было вообще не приходить сюда!

– Девушка! Садись, подвезем. Куда тебе надо?

– Смотри, она потерялась. Ты домашняя леди, да?

Едут за мной и ржут как кони, а у меня уже почти истерика, ведь вскоре их машина останавливается и оттуда выходит пять человек.

Они окружают меня в два счета, я так надеюсь успеть добежать до ближайшей остановки, но они оказываются быстрее.

Страшные бородатые мужики. От них воняет потом и какими-то специями. Их пытливые глазенки ощупывают меня с ног до головы.

– Что вам надо? Отойдите от меня!

– Чего ты такая пугливая? Да мы нормальные, познакомиться хотим. Я вот, Джамал. Это Анвар, Амад, Асад, Махмуд. А как тебя зовут, красавица? Ты что, потерялась?

И вот, вроде он беспокоиться, спрашивает меня, а у самого улыбка страшная сияет на лице. Победоносная. Они медленно наступают на меня, загоняют ближе к темной стене.

– Дайте пройти! У меня нет денег!

– Да зачем нам твои деньги, сладкая? Смотри, какие у нее волосы! Блондинка натуральная. Пойдем, покатаемся с нами. Пойдем! Я тебе шашлык приготовлю.

Этот Джамал тянет ко мне свои толстые руки и я вскрикиваю. Громко, истошно, задыхаясь от истерики:

– Брандо! Брандо! САША!

Честно говоря, я не знаю, почему зову именно его. Даже там в лесу, когда я однажды убежала и меня окружила стая волков, я тоже звала его. Истошно, со всех просто сил.

– Сука, завяжи ей рот! Здесь давайте разложим, не будем ехать.

Их руки. Жадные, цепкие, противные. Они прижимают меня к стене, один хватает за плечи, второй тянется к платью.

В этот момент я слышу выстрел и тот, кто ко мне прикоснулся, замертво падает вниз.

У него в голове дыра. Прямо по центру лба дырка от пули!

– А-а! – вскрикиваю, а после вижу, как остальные орут и набрасываются на подошедшего Брандо.

Их пятеро, он один. Довольно быстро они выбивают у Александра из руки пистолет, а после заваливают его на дорогу и начинать бить. Руками, ногами, тогда как я стою и просто пошевелиться не могу. Слезы текут ручьем, меня всю просто колотит.

– Не надо. Не надо… не надо! Боже!

Никакой помощи нет, они его просто убивают, но после я вижу, как в свете фонаря что-то сверкнуло в руке Брандо.

Это скальпель. Брандо всегда его носит с собой и сейчас он быстро хватает одного из нападавших за волосы и делает резкий выпад рукой.

– А-а-а! А-а-а, сука!

Улицу пронзает истошный вопль, в руке Брандо остается срезанный скальп одного из нападавших.

– Пизда тебе! Ты убил Джамала!

– Я и вас порешу сейчас. Ко мне, суки! КО МНЕ! Я Фараон!

– Это же брат Фари. Валим, валим!

И пока один убит, второй орет, истекая кровью, трое остальных просто садятся в машину и бьют по газам.

Я же стою едва живая. Тело дрожит, вижу только, как Брандо поднимается с колен, прижимая к себе руку, из которой тонким ручейком кровь стекает на дорогу.

– В машину села. Живо.

Спорить я не решаюсь и быстро усаживаясь в машину к своему врагу или спасителю. Сама уже не знаю.

***

Свет фар, лед на асфальте и такая длинная ночь. Мы едем в машине, Брандо одной рукой держится за руль, а вторая у него так и продолжает истекать кровью.

– У вас кровь. Вам очень больно?

– Не трогай меня!

Зарычал так жестко, что я вжалась в сиденье и больше не проронила ни звука. К этому моменту алкоголь окончательно выветрился из меня и я понимаю, что оказалась в одной машине со своим злейшим врагом, с тем, кто меня похитил, а теперь везет непонятно куда.

Быстро становится страшно, я одна, точно также как и тогда, только теперь все иначе. Или нет? Ненавидит ли все еще меня Брандо? Тогда он обвинял Дашу в гибели своего брата Фари, а теперь, когда правда всплыла, осталась ли у него еще ненависть персонально ко мне?

Я не знаю, я просто смотрю на его сердитый профиль, на его кровь, на руку, которую он прижимает к себе и понимаю, что я сделала сегодня ошибку. Не надо было мне идти в этот клуб, не надо было мне нарываться и шастать одной по ночным улицам. Я же сделала по-своему, и вот он результат.

– Вы один против пятерых пошли. Вам не было страшно?

– Нет.

– Почему вы помогли мне сегодня?

– Потому что тебе это было нужно.

– Вы не были обязаны! Да и они ничего бы не сделали со мной…

Пытаюсь оправдаться, хотя сама понимаю, как же жалко это звучит.

– Ты понятия не имеешь, что бы они с тобой сделали! И ты не хочешь этого знать!

Прогремел и вдавил в педаль газа сильнее, а я затихла.

Вероятно, Александр теперь хочет мести за свою сломанную руку, судя по тому, насколько сильно злится на меня.

Ненавидит все же. Все также, ничего не изменилось. Я все такая же проблема для него, какой и была.

Остаток пути мы ехали молча. В какой-то момент мне стало дурно, от страха я вжалась в сиденье и прикрыла глаза.

Если эти мужики не сделали со мной ничего плохого, то Брандо может сделать. Думаю, потому он и везет теперь меня в неизвестном направлении.

Глава 10

Я помню ту хижину в лесу, наш быт, если так можно выразится. Помню как Брандо пришел и принес тогда мне еду. Жареное мясо и сосиски. Я не ела ни первого ни второго. Я вообще мясо не ем, мне жалко животных.

Когда я впервые не притронулась к еде, он не обратил внимания, но когда спустя два дня не съела ни крошки, бандит разозлился. Ему это не нравилось, а я поняла, что это мой козырь.

Единственный, пожалуй, и конечно же, я им пользовалась. Я объявила Брандо голодовку, если он не вернет меня домой и продержалась ровно трое с половиной суток, прежде чем у меня закружилась голова.

Помню, как тогда Александр отпаивал меня сладким малиновым чаем и притащил целый пакет всякой зелени, орехи, фрукты и овощи. Он сам готовил мне салаты, потому что у меня не было сил. Ха, думаю, он просто не хотел, чтобы я померла с голоду. Я тогда ему была нужна живой.

Так мы и жили. Ели всегда вместе. Я лопала свои овощи, а он ел жареное на костре мясо дичи, грыз его, точно дикий зверь.

Этот лес, он был таким необычным. Там жили десятки белочек. Они совсем не боялись рук. Были зайцы и птички, даже лисы. А еще однажды я поймала ежика возле хижины и притащила его в дом. Брандо тогда не было целых три дня подряд и я испугалась. Я замерзла, пыталась впервые в жизни растопить печку, но у меня ничего не вышло. Хижина задымилась, я едва не сделала пожар.

Помню, что Брандо тогда пришел, потушил все и отпустил моего любимого ежа на волю. Мне назло, сто процентов! Он так меня наказал, отобрал моего друга, а я расплакалась и впервые сказала, что ненавижу его. Он ответил мне тем же.

Так мы и жили в нашей обоюдной ненависти. В лесу, среди зайцев и ежей, мы после того случая целую неделю не разговаривали.

У меня за это время дико просто спутались волосы, они быстро превратились в колтуны. Я пыталась пальцами их распутать, но тщетно. Когда же я проснулась следующим утром, то увидела на столе деревянный гребень и прекрасную заколку с розовыми камнями. Это Волк мне их принес. И я взяла. Не потому, что была не гордой, а потому что не хотела терять волосы из-за этого бандита.

Когда же Брандо вернулся в хижину и увидел эту заколку в моих волосах, на его лице красовалась самодовольная ухмылка.

Ох, как же я ее ненавидела! Она всегда означала, что Бемби слабая, а Волк силен.

***

Я трясусь от страха, но Брандо привозит меня к моему подъезду. Уже рассвело, светло стало, Александр глушит мотор и наклоняется вперед, опираясь на руль лбом. И все, он молчит, а не знаю, что делать.

Что сказать в свое оправдание, но я не просила его помогать мне.

Его шелковые черные волосы красиво уложены назад. На виске капелька пота, он тяжело дышит, словно ему больно, хотя я сомневаюсь, что этот бандит способен чувствовать боль.

Осторожно протягиваю руку, словно к зверю дикому подхожу, я ни разу сама к нему не прикасалась.

– Вам плохо?

– Да – басит, не поворачивается даже ко мне.

Попала так попала. Что делать? Позвонить Даше? О нет, тогда мне не то что в клуб, мне вообще всякие прогулки будут запрещены на веки.

– Вы можете умыться у меня в квартире.

Не знаю, чего это я стала такой доброй, но он защитил меня. И это у него сейчас из руки стекает кровь.

– Незнакомых нельзя пускать дом, девочка.

– Я вас знаю. И помню.

В этот момент Брандо блеснул за меня своими янтарными глазами, а я тут же пожалела, что сама пригласила его в квартиру. Сама же.

Спустя пять минут мы уже у двери. Я запоздало понимаю, что проворонила даже ключи и тогда Александр достает ключ из своего кармана и он подходит! Его ключ подходит к моему замку. Это как…

– У вас ключ от моей квартиры. Откуда?

Поднимаю голову, встречаюсь с его взглядом. Потемневшим сейчас и злым.

– От верблюда.

Боже, узнаю свой брелок на этом ключе. Ах да, это мой!

Отлегло от сердца, потому что мысль о том, что Саша все это время мог спокойно проникнуть в мое жилье, провоцирует дрожь.

Мы входим, тут же топаю на кухню, достаю аптечку.

Брандо идет в ванную. Сразу и уверенно. Так, словно знает, где она находится (он не может знать, у него ведь нет ключей от моей квартиры, да)?

Сама быстро плескаю воду себе в лицо. Я продрогла, испугалась и это все неправильно.

Ставлю чайник чисто по привычке. Выгружаю из аптечки бинт и активированный уголь, собственно, на этом аптечка закончилась.

– Где у тебя полотенца?

– Э-э… сейчас.

Блин, блин, блин! Я не ждала гостей как-то, а Брандо не ждала никогда. И никогда бы не пустила его к себе в дом, если бы, ну если бы не экстренная ситуация, как сегодня.

Открываю шкаф, достаю свое полотенце. Иду к ванной, стучу. Дверь распахивается, Брандо быстро хватает полотенце, а после выходит и я едва не выпускаю чашку из рук, когда он входит на кухню в одних только брюках.

– Хм, вообще-то, я тут!

– Я тоже “тут”.

Закатываю глаза. Александр снял рубашку, держит ее сейчас в руке, хотя рубашкой это назвать сложно. От нее остались одни лишь тряпки, которые он сейчас демонстративно показывает мне.

– Я дам вам что-то надеть.

– Аптечку лучше дай.

Протягиваю ему небольшую коробку. Брандо роется в ней, а после его лицо искажает недовольство.

– И это все?!

– Ну да.

– Где жгут?

– Нет его. Я же не сдаю кровь на дому.

Он недовольно поджимает губы, а после садится на стул и кладет свою руку. Я же не могу спокойно смотреть на нее, там точно перелом. И кость. Боже, она же торчит сейчас из раны, образуя огромную гематому!

– Иди, помоги мне.

– Я не могу. Не могу смотреть туда!

Боже, это кошмар. Я не могу, это слишком.

– Алиса, мать твою, иди сюда!

– Мне станет плохо! Я не выношу вида крови!

– А когда я тут подохну, лучше станет?!

Тяжелый вдох, подхожу к нему ближе.

– Ты мне помогаешь?

– Ага…

– А как ты можешь мне помогать с закрытыми глазами?! Бемби, глаза открой! Давай, я сам не справлюсь!

Сглатываю, распахиваю глаза. А там эта кость сияет, Александр тяжело дышит, как он еще не орет от боли, ума не приложу.

– Водка есть?

– Нет конечно.

– А что есть? Спирт, коньяк, что угодно!

– Средство для снятия лака. Дать?

– Епт…Не надо!

Глаза закатывает, взмахивает своими длинными черными ресницами. Опасный злой волк. И он у меня сейчас дома. Как мне сложно в это поверить, а еще мне сложно не смотреть на его голый торс, который я вижу сейчас впервые в жизни.

Боже, господи, помоги. Мы тогда в хижине ночевали каждый в своем углу, Брандо даже ширму протянул. Чтобы меня, такую ненавистную ему, не видеть.

Теперь же я вижу его во всей красе, да красе, потому что он очень красивый. Он такой, что мне почему-то хочется прикоснуться к его груди, к каменному торсу.

– Алиса, дай бинт.

Кожа смуглая, отливает бронзой, грудь покрыта черными волосами, опасной дорожкой спускающейся вниз под его ремень. И кубики пресса у него. Раз, два, три, четыре… Стоп. Алиса, перестань.

А что там ниже? Ну так, чисто теоретически интересно, мы тоже должны на курсе рисовать ню.

– Бемби, ку-ку!

Боже, я засмотрелась на Александра, а теперь прихожу в себя, когда он щелкает пальцами у меня перед глазами.

– Что?

– Бинт подай. И книжку какую-то.

– Какую? У меня тут есть Гюго или вы не очень классику?

– Любую! Блядь… да любую! Быстрее!

Делаю как велит, Брандо делает нечто вроде шины, пытается остановить кровь, которая за это время успела натечь целую лужу, а после поднимает руки.

– Сними с меня ремень.

Кажется, мне это послышалось, но нет.

– Что, простите?

– Блядь, да чего ты мне выкаешь?! Я тебе не Савелий.

– Извините. Извини.

– Ремень с меня сними, недотрога. Я жду!

Сказать, что я удивлена – это ничего не сказать. Смотрю на Брандо, на его ремень, голый торс и после снова на Брандо.

Это же надо его коснутся, а я не могу.

– Зачем мне снимать с вас ремень? С тебя, то есть.

– Хочешь, чтобы я прямо здесь ноги протянул от потери крови? Или ты меня боишься, Бемби?

Поднимает бровь, и ему, вроде как, больно же должно быть, но больно почему-то мне. Смотреть на его сломанную руку.

– Я тебя не боюсь. Еще чего.

Хмурюсь и преодолевая вселенский стыд вперемешку со стеклянным страхом, подхожу ближе к Александру и это. Ну, ремень с него снимаю. Пытаюсь, точнее, снять. А он, как назло, не поддается.

Дергаю там внизу пряжку у его паха, становится жарко и холодно одновременно. У него там это, что-то сильно выпирать при этом начинает.

– Ну что ты там возишься… Быстрее!

Саша тяжело вздыхает, почему-то он раздражен.

Хм, и что ему не нравится, ума не приложу.

Глава 11

Дергаю пряжку его ремня, аж жарко уже стало.

– Я стараюсь!

– Старайся лучше!

Хм, чего-то Александр совсем злым стал, аж побледнел, но наконец, застежка мне поддается. Я снимаю с него ремень, затягиваю им шину на его руке.

– Сильнее. Да. Так.

Напрягаюсь, живот становится каменным. Брандо так близко. Невольно улавливаю его запах. Кружится голова, мне приятен этот аромат. Я очень чуткая, обычно все тут же улавливаю, и мне нравится его запах, как бы странно это не звучало.

Эта нехитрая манипуляция длиться недолго и наконец, шину мы все же накладываем. Мне приходится прикасаться к Александру. Не то, чтобы я была трусихой и все такое, просто прикосновение к нему вызывает у меня непонятное волнение и трепет.

А еще у него кровь. И рана так плохо выглядит.

Брандо, похоже, тут и помрет. Прямо в моей квартире.

И что я Даше скажу? Как он сюда попал? И почему его ремень отдельно.

– Бемби, проснись.

У меня в квартире полуголый мужчина, как мне это обосновать? Я же сама его пустила!

– Алиса!

Перед глазами что-то щелкает и я просыпаюсь. У меня бывает так, когда я вся в себе, в своих мыслях где-то летаю.

– Что?

– Кровь уберешь сама?

– Да.

Быстро киваю, Александр набрасывает куртку прямо на голое тело и идет к двери.

– Подожди!

Догоняю его, вопрос так и вертиться на языке. Мне это важно.

– Что?

– Вы…ты все еще ненавидишь меня? Как и тогда в лесу?

Сердце быстрее стучит в груди, дурочка, зачем вообще такое спрашивать, но я хочу знать. Что-то изменилось за это время или…

– Нет. Дверь закрой.

Ответил коротко и вышел, глухо хлопнула дверь.

Не знаю, почему, но глупая улыбка расцветает на лице. Мне так лучше, аж от сердца отлегло.

Нет, конечно, я знаю, что Даша не была ни в чем виновата, ее подставили, из-за чего брат Брандо Фари погиб, но все равно. Я лично хотела услышать, что Александр отказался от своей мести, ведь я прекрасно помню, как он кричал на меня, как говорил, что ненавидит и что если Даша не придет, то прольется моя кровь вместо ее.

Помню, как я тогда расплакалась, как боялась расправы, но тогда все обошлось. Савелий забрал меня из лесу и я вернулась к прежней жизни, но даже сейчас, несмотря ни на что, у меня все еще остается ощущение, что эта история незакончилась, потому что я помню.

Один единственный звонок Александра своим каким-то дальним родственником. Он сказал, что я у него. И что я буду расплачиваться за грехи своей семьи.

Это въелось в меня намертво, а теперь, вроде как, опасности нет больше, но все равно.

Я не могу взять и забыть то, что Алесандр меня тогда похитил. Не из-за шутки, не понарошку, нет. Он забрал меня из дома, угрожая заряженным пистолетом. Я была его заложницей достаточно времени для того, чтобы на всю жизнь запомнить это странное время, которое я провела в лесу. С ним.

***

Ранее на дне рождении Крутого

Савелий и Брандо

– Брандо, ты меня уже достал. Тебя вечно нет, когда ты нужен!

Снова вычитывает, включил начальника, тогда как раньше это все делал за него мой брат.

– Вообще-то, ты больше не инвалид, чтобы я выполнял твою работу.

– Вообще-то, у нас общее дело, у тебя есть зарплата и работаем мы все сообща. У каждого свои задачи, и у тебя они тоже имеются. И мне не нравится, что ты пропадаешь по своему желанию и отсутствуешь столько, сколько сам того хочешь.

– Это называется свободный график.

– Нет, это называется несерьезность. Почему ты трубку не берешь? Мы что, почтового голубя должны каждый раз посылать за тобой?!

– Да что случилось, я так и не понял? Что за кипиш, Фарах мне уже весь телефон оборвал.

– Во-первых, у нас пропал товар. Дважды. Гафар упустил его.

– Ну, значит, это проблемы Гафара. Ко мне какие вопросы.

Встаю, спина уже болит, чувствую себя школьником, которого приставили к доске и вычитывает директор лично.

– Я пошел.

– Сел на место!

– Полегче, я тебе не пацан на побегушках!

– Как раз таки пацан! У тебя нет ни опыта, ни хрена! Я держал тебя здесь только ради Фари, только ради него!

– Моего брата вальнули из-за твоей женушки-крысы!

– Заткнись. Еще хоть слово – пожалеешь. Ты знаешь прекрасно, что Даша ни в чем не виновата и мы это сто раз уже обсуждали! Брандо, в память о Фарти, я прошу тебя: думай что делаешь. Думай, что и кому говоришь. Сейчас не время и не место показывать свой характер.

Усмехаюсь. Вот это Крутой дает. Смешно даже.

– Кто бы говорил. Может, еще пособие по коммуникации напишешь? Да за тебя все время Фари обо всем и со всеми договаривался! Ты только и мог что скандалить да упираться рогом, Савва!

– А теперь договариваться со всеми приходится мне и я не вывожу один. Значит так, Саня: или ты вливаешься или я ищу тебе замену. Никакого процента больше ты получать не будешь.

А вот это уже интересно и даже очень.

Закуриваю, этот именинник меня уже достал. Вечный контроль, расслабиться нормально не позволяет.

– Это и мой бизнес тоже. Моя доля, доля Фари там есть! Не забывай про Монику и их сына.

– Никто не забыт, но мне не нужен человек просто для галочки! Деньги сами себя не сделают и чтобы зарабатывать, нужно шевелиться!

– Вообще-то, я только это и делал, пока ты зализывал раны или ты забыл мой вклад? Пока ты сопли жевал, я работал без продыху и именно поэтому империя все еще жива!

– Так не дай ей погибнуть! Это труды твоего брата, мы всегда работали сообща. Брандо, сейчас тяжелое время, кресло Гафара качается, скоро перевыборы и нам надо удержаться на плаву. Надеюсь, ты меня услышал.

Сцепляю зубы, вот же докопался, но перечить я не могу. Крутой теперь у руля. Мне просто невыгодно с ним препираться.

– Что-то еще?

Савелий закуривает, отходит к окну и я быстро понимаю, что не поэтому он меня позвал. Совсем не поэтому.

– Что случилось? Можешь нормально сказать?

Он нервничает и это вообще непохоже на Крутого. Он может психовать, только если дело будет касаться лично его либо его семьи.

– Саня, скажи мне, когда ты Алису похищал, что ты напиздел своим родственникам?

– Каким еще родственникам?

Сглатываю, предвидя неладное.

– Дурака не включай. Своим родственникам! Чезаре.

– А что?

– А то, что они мимо тебя на связь вышли и очень недовольны, что у нас тут происходит. Они думают, что Фари погиб из-за моей жены и Алисы. Так вот скажи, Саша, какого хуя они вообще проснулись, точнее, зачем ты их разбудил?

– Не реагируй.

– Да как мне на этот пиздец не реагировать?! Мы работали спокойно, их не трогали, не выходили за пределы города, а теперь они хотят забрать Алису.

– Что? Почему?

– Потому что они все еще верят, что это ее семья погубила Фари! Как я могу на это не реагировать, как блядь, Брандо?!

Глава 12

– Не знаю. Мне надо подумать.

– Думай. Пока ты на связь не выходил, Гафар впрягся и послал к ним своего гонца, так как я лично в это встревать не намерен.

Сцепляю зубы. Я не предвидел, я вообще об этом тогда не думал. После смерти Фари у меня просто почва из-под ног ушла, Крутой сразу же забрал Дашу, а я хотел возмездия. И я разбудил Чезаре. Своих влиятельных родственников, потому что я знал, что они точно помогут. Они сила, против которой нет щита.

– Я наберу им завтра.

– Нет, сегодня! Ты наберешь им сегодня и скажешь, что мы уже сами во всем разобрались! Что опасности нет, что у нас тут все нормально и нам не нужны никакие проблемы. Это понятно?

– Понятно.

– Я очень надеюсь, что на этом вопрос будет закрыт. Брандо, я не шучу. Алиса сестра Даши, а значит, это уже касается меня и наших детей. Если я учую хоть малейшую опасность от твоих родственников, я сам тебя закопаю, понял?

– Аха. Ну попробуй! Рискни.

Фыркаю и тушу сигарету, выхожу из его кабинета. Мне не понравился этот разговор, но перечить Крутому я не стал.

Ничего серьезного, пол года ведь уже прошло. Какого черта Чезаре активизировались, не знаю, но лучше бы я их не трогал, потому что это не те родственники, к которым ты едешь на лето отдыхать.