Читать книгу "Левиафан"

Вот только девчонка будто и не собиралась этого делать. Она вообще больше не собиралась бежать. Она просто стояла у решетки, согнувшись, уперев ладони в колени и тяжело дыша.

– Нормально побегали. – произнес я, чувствуя себя явно не в пример лучше, чем она. – Жаль только недолго. Я думал, ты более вынослива.

– Мне… И не нужно… – в перерывах между вдохами выдавила она, и наконец выпрямилась. – Быть выносливой. Мне ээто не нужно.

– Согласен. – я сделал еще шаг по направлению к ней. – Тебе совсем не нужно быть выносливой. Если бы ты была выносливее, может, я бы тебя так и не поймал.

– А ты меня еще и не поймал. – усмехнулась она, окончательно восстановив дыхание. – Или, может, ты хочешь сказать, что поймал меня? Держишь меня?

– Я уж думал, ты не спросишь! – ухмыльнулся я, протянул руку и ухватил ее за запястье.

Но за мгновение до этого девушка коснулась указательным пальцем большого, и моя рука… просто прошла насквозь через ее запястье! Как будто она была объемной голограммой, а не живым человеком!

– Я же говорила. – с ноткой превосходства в голосе произнесла она. – Ты еще меня не поймал. И уже не поймаешь.

И, пристально глядя мне в глаза, она сделала два шага назад…

И просочилась сквозь стальную решетку, как туман…

Как призрак…

Глава 5

Я потянулся, пытаясь ухватить девчонку за руку еще раз, но тщетно – пальцы снова провалились в пустоту, которая только выглядела как замотанная в черное девушка. А сама она уже окончательно просочилась сквозь решетку, и оказалась с другой стороны.

Чтоб мне в пучину морскую провалиться прямо на этом месте, если это тоже не системный навык! Ничем иным это не может быть никак, даже в этом странном мире! Потому она и перчатку с руки сбросила – чтобы иметь возможность коснуться системной метки на пальце, зачем же еще? Не знаю, для чего конкретно ей это понадобилось, ведь навыки можно активировать и без этого, но зачем-то явно понадобилось!

Да еще этот навык… Если «рывок» еще худо-бедно укладывался в рамки моего понимания специализации «Пехота», то вот этот «призрак», или как его назвать – уже точно нет. Даже представить себе не могу, как можно это использовать в бою. Разве что пропустить удар противника «сквозь» себя, но возникает резонный вопрос – а что тогда с твоим собственным оружием будет происходить? Выпадет из руки или что, как?

И если просто с наличием системы у девчонки я еще худо-бедно готов был смириться, то вот если окажется, что я прав, и девчонка обладает ультра-системой… Вот это уже туши свет, натурально! Чтобы уличная воровка обладала ультрамарином!.. Ну, либо мне все вокруг врали все это время обо всем, что касается системы вообще… Либо этот мир уже нахрен сошел с ума!

– Я же сказала. – не без гордости в голосе произнесла девчонка с той стороны решетки. – Ты меня еще не поймал.

– Не торопись радоваться. Наши пути еще пересекутся. – заверил я девчонку, и она согласно кивнула:

– Не сомневаюсь. Я сегодня узнала кое-что новое благодаря тебе, так что… Надеюсь, и в будущем не разочаруешь меня тоже! Спасибо за отличную вечернюю пробежку! Спать сегодня буду, как убитая! А теперь – пока-пока! До новых встреч!

Она шутливо приложила палец к шарфу, словно к губам, вытянула его в мою сторону, подмигнула, развернулась и неспешной трусцой побежала прочь. Совсем никуда уже не торопясь и ни от кого не убегая.

Я проводил ее взглядом, еще раз посмотрел на цифры отката «Рывка», убедился, что он никак не успеет откатиться за то время, что девчонка скроется из виду, развернулся и тоже пошел прочь.

Не знаю, как у нее, а у меня время ограничено. Мне еще искать путь назад и надеяться, что я правильно запомнил все повороты и ответвления.

Повороты и ответвления я запомнил правильно. Сперва вышел к тому каналу, через который переносился «Рывком» и снова применил навык для того, чтобы перебраться обратно – он как раз откатился к этому времени.

После этого один раз свернув не туда, вышел на рыночную площадь, где все уже было закрыто, и никого не было. Один лишь только пес лежал у мясного лотка и грыз какую-то кость, но на меня он не обратил внимания. Лишь проводил взглядом и глухо заворчал, намекая на то, что лучше бы мне не пытаться отнять у него заслуженно добытый ужин.

Мне его ужин нахрен был не нужен, поэтому я просто прошел мимо, потыкался во все переулки, что вливались в площадь, нашел тот, что был больше всего похож на то, что отложилось в моей памяти, и пошел вперед по нему.

Память не подвела – через пять минут я уже просачивался в окошко стены, в которое совсем недавно впрыгивал как лосось, стремящийся на нерест вверх по течению. В ту сторону это почему-то получалось в разы сложнее, чем в эту – то ли я умудрился парадоксально разжиреть за время погони, то ли окошко волшебным образом уменьшилось в размерах… Хрен разберешь, но, когда я в него в итоге все же пролез, то оказалось, что у меня теперь не один бок расцарапан, а оба.

Ладно, это не смертельно, в конце концов. Заживет.

Дальше пошло легче. Я уже без труда узнавал знакомые места и ускорил шаг, чтобы не явиться в Академию совсем уж по темноте. Меня и так, скорее всего, там обыскались уже, но пока еще есть шанс спустить все на тормозах.

И через пятнадцать минут я уже стоял возле прикрытой двери кабака, оглядываясь по сторонам на случай, если кто-то за мной подглядывает. Никого рядом не было, поэтому я быстро дернул дверь, нырнул внутрь и закрыл ее за собой на засов. После этого быстро, буквально за минуту, переоделся, покидал одежду в сундук, и прыгнул в подземный ход.

По тоннелю я не бежал, но все равно двигался быстро – самым быстрым шагом, который еще только можно было называть «шагом». Еще десять минут – и я стою возле сплошной стены, которая явно закрылась за моей спиной в тот же момент, как только я шагнул в тоннель.

Я пошарил взглядом по всем окружающим стенам, потом нагнулся и посмотрел возле пола тоже, и наконец нашел. Точно такой же слегка выпирающий из стены камень, как и с той стороны. Недолго думая, я потянул за него, сразу в правильную сторону, и дверь пошла вверх, впуская меня в подвал Академии.

К счастью, тут по-прежнему никого не было. Лорд Крукс и Довлатов, как пить дать, уже давно ушли, но зато вместо них могли вернуться какие-нибудь повара, или, чем черт не шутит, сама Валентина, а на глаза ей попадаться не очень хотелось.

Поэтому, дождавшись, когда за мной закроется потайная дверь, я полез вверх по лестнице, но не вылез из люка сразу, а сперва надавил на крышку, чтобы слегка приподнять ее, присмотрелся и прислушался.

На кухне было темно. Темно и тихо, как может быть только в двух случаях. Первый – никого нет. Второй – кто-то есть, но он очень хочет, чтобы я думал, что его нет.

Так как вероятность второго варианта стремилась к нулю, я все же поднял крышку люка, выбрался наружу, и прикрыл его за собой. Даже бочки затащил поверх, как и было, когда я только сюда пришел.

Все это пришлось делать наполовину на ощупь, потому что на кухне царила кромешная тьма, которую слегка разгонял только слабый свет, пробивающийся через окошко под потолком. Отсюда даже невозможно было разглядеть, что дает этот свет – то ли уличный фонарь, то ли еще не севшее до конца солнце, то ли уже начавшая выкатываться из-за линии горизонта луна…

По кухне я тоже продвигался практически на ощупь, но с этим проблем не было – она была небольшая, и заблудиться в ней было крайне проблематично.

Проблемы начались, когда я выбрался из кухни в зал. Потому что в нем было точно так же темно, только в этой темноте меня поджидали многочисленные столы с перевернутыми вверх ногами стульями. Врежешься в такой – грохоту будет! Даже мертвых разбудит! Поэтому я сперва нашел ближайшую стену, а потом, держась за нее рукой, отправился искать выход.

И нашел его. Быстро нашел, буквально через минуту. Вот только была одна проблема – он, конечно же, был закрыт. Я пошарил рукой в том месте, где у дверей обычно находится замок, и нащупал его – плоский барашек, который тут же и повернул по наитию пальцами.

И замок щелкнул и открылся! Дверь ощутимо подалась от меня, но я придержал ее и сперва прислушался, не слышно ли снаружи каких-то звуков. Какие-то голоса вдалеке не в счет – они слишком далеко, ничего не заметят.

Убедившись в безопасности, я выскользнул за дверь, бросив по пути короткий взгляд на язычок замка – ну да, так я и думал! Самый обыкновенный самозащелкивающийся замок со скошенным запорным элементом! Изнутри открывается поворотом рукоятки, защелкивается сам собой, если закрыть дверь, а пот снаружи можно открыть только ключом! Возможно, это вообще самый лучший вариант для столовой и кухни Академии – изнутри-то никому закрываться в ней не нужно! Только сделать так, чтобы снаружи голодные студенты не ломились и не воровали сыр и сосиски!

Я глянул на часы – уже девять вечера! – спрятал их под рукавом формы и заспешил в спальню. Курсанты уже начинали готовиться ко сну, особенно те, кому сегодня с утра достался ледяной душ – все еще выжимали свои простыни и тихонько ругались на «психопата Стукова».

Несмотря на то, что все были заняты, мое появление не прошло незамеченным. Антон проводил меня долгим внимательным взглядом (который был бы вдвое дольше и внимательнее, если бы его сестра была с ним, а не собиралась отойти ко сну в соседней спальне), а Аристарх Волков и вовсе подскочил ко мне и уставился на меня с любопытством, как на диковинку.

Несколько секунд мы стояли в дверях спальни, глядя друг на друга.

– Что? – наконец не выдержал я. – У меня что-то на лице?

– Это называется нос. – ответил Аристарх и сам улыбнулся своей шутке. – А где ты был?

– Бегал. – на автомате совершенно честно ответил я, почему-то ожидая следом вопросов, почему у меня футболка сухая и совсем не пахнет.

– Бегал? – Аристарх удивленно вскинул брови. – Зачем?

– Тренировка такая, знаешь… – я поднял ладонь и покачал ею. – Бегать. Тренироваться. Дыхание прокачивать. Всякое такое. Не слыхал?

– Слыхал. – Аристарх кивнул. – Но не практикую.

– Рад за тебя. Хотел-то что?

– Да просто про тебя тут спрашивали… – Аристарх пожал плечами.

Я слегка напрягся:

– Кто?

– Сперва адмирал, потом почему-то этот… Довлатов.

– И что они услышали?

– Правду. – Аристарх пожал плечами. – Что мы тебя с ужина не видели. Время-то у всех свободное, каждый занимается, чем хочет.

– Это точно. – вздохнул я, вспоминая девчонку-воровку. – Каждый занимается чем хочет. Кстати говоря! Аристарх… Ты же из знатного рода, правильно?

– Ну… В какой-то степени. – уклончиво ответил тот. – А что?

– Ну у тебя, как я понимаю, с системой все нормально, да? – я решил зайти издалека. – Ультрамарин, да еще небось прокачанный под самую крышечку, да?

– Ну как сказать… – Аристарх явственно чуть приподнял нос. – Да, у меня ультрамарин, и некоторые ветки прокачаны полностью. Например, животноводство – одиннадцатый уровень.

– Животноводство? – я не поверил своим ушам. – Зачем оно тебе?!

– Как понять? – Волков не понял меня точно так же, как я не понял его. – А как мне, члену семьи Волковых, без животноводства?

– Я не в курсе. – я развел руками. – Можешь пояснить?

– А, ты не знаешь про семью Волковых! – Аристарх махнул рукой. – Мы занимаемся животноводством. Весь наш бизнес, весь наш род на этом построен. У нас много ферм, где выращиваются сельскохозяйственные животные, мы обеспечиваем мясом почти половину Вентры, если уж на то пошло! Мясом, яйцами, молоком – в общем, продуктами животного происхождения! Живительным белком, если угодно!

А, вот оно что. Теперь понятно, почему на завтраке Аристарх так заумно бубнил про состав блюд. Это не просто потому что он умный и занудный, а еще и потому, что он с детства растет в атмосфере всех этих белков, жиров и углеводов. Он просто банально привык.

– Но самая главная наша продукция – это, конечно, рысаки! – с явной гордостью в голосе заявил Волков. – Мы выращиваем лучших лошадей во всей Ланкире! Одна из наших пород – самые быстрые, другая – самые выносливые, а третья… Ну, они просто самые красивые… Так что да, нам, Волковым, без животноводства никак! Не было никаких гарантий, что я смогу попасть в Морскую Стражу, поэтому пришлось сначала изучать нашу фамильную, так сказать, специализацию.

Животноводство, садоводство, огородничество… Что там вообще может быть такого, для чего может понадобиться система? Какие там могут быть навыки, ради которых есть смысл тратить время на прокачку этой специализации?

Этот вопрос я и задал. Во-первых, чтобы еще больше усыпить бдительность Волкова, который на самом деле неглупый парень, и мог что-то заподозрить, а во-вторых… Ну правда интересно же!

– О, друг мой, тебя ждет множество чудных открытий! – протянул Волков, глядя на меня с интересом. – В специализации «животноводство» на самом деле есть множество навыков, которые не просто облегчают обращение с животными, и их выращивание – они буквально делают их другими! Вот например есть навык «иммунитет», который на двенадцать часов защищает любое животное от любой болезни, правда, к сожалению, не лечит те болезни, которыми животное уже болеет. Но зато очень удобно защищаться от эпидемий, хотя откат у навыка целых три часа. Еще есть интересный навык «импринтинг» – позволяет завоевать доверие у любого животного, даже у самого агрессивного. Работает правда только с травоядными и всеядными, с чистыми хищниками не работает, увы. Но зато любой, даже самый темпераментный рысак, при применении «импринтинга» становится послушным и игривым, как маленький жеребенок! А вот есть еще навык «диета» – его применяешь уже не к животному, а к корму, и он становится вполовину сытнее. Животное в полтора раза дольше остается сытым, получая при этом полуторную порцию витаминов, минералов и всех нужных микроэлементов!

– Ага, классная специализация, без дураков. – я поспешил оборвать этот монолог, рискующий превратиться в лекцию. – А какие еще специализации у тебя прокачана?

– Химия, четыре уровня. – принялся перечислять Аристарх, загибая пальцы. – Кулинария, два уровня. Фармакология – три уровня. Садоводство – два уровня.

– А «пехота»? – не выдержал я. – «Пехоту» ты что, не прокачивал? Даже когда узнал, что тебя возьмут в Академию?

– Нет, а зачем? – Аристарх пожал плечами. – Я изучил навык, который требовался для поступления, и все. Зачем мне заранее изучать все то, чему мы и так будем учиться в Академии?

Звучало резонно, но, получается, мне с моим вопросом Аристарх помочь не мог.

– Значит, получается, про другие специализации ты ничего не знаешь… – так и сказал я, задумчиво оглядывая спальню в поисках того, к кому можно обратиться еще. Взгляд сам собой, конечно, сполз на робота системы Антон Агатов, и я уже собрался было попрощаться с Аристархом и направиться к нему, как вдруг…

– Почему же не знаю? – спокойно спросил Аристарх. – Я знаю все навык из всех специализаций. Я же должен был как-то выбрать, что мне изучать после того, как я полностью прокачаю животноводством. Вот и выбирал.

– Знаешь все навыки всей специализаций? – я снова вернул взгляд к лицу Аристарха. – Тогда скажи, «рывок» где-то повторяется? В какой-то еще специализации есть этот навык?

– Нет, «рывок» нигде не повторяется. – Аристарх покачал головой. – Да и вообще навыки не повторяются. Каждый навык уникален, и принадлежит только своей специализации.

– Ага… – глубокомысленно произнес я, запоминая этот момент. – Тогда второй вопрос. На каком уровне развития «пехоты» откроется навык проходить сквозь стены?

– Проходить сквозь стены? – Аристарх улыбнулся. – Кто тебе сказал, что это «пехота»?

– А что, не пехота? – я мягко подтолкнул Аристарха в правильное русло.

– Конечно, нет! – еще шире улыбнулся он. – Это навык из специализации «Тактика», называется «Эфир». И доступен он только на самом последнем уровне прокачки!

Ну, разумеется…

Разве могло быть просто? Нет, конечно, не могло.

Глава 6

Итак, мир официально сошел с ума. В смысле, еще больше, чем я думал до этого. Девчонка не просто обладает системой, она обладает улучшенной версией этой системы. Именно поэтому она сбросила перчатку с руки – ей нужно было коснуться системной метки и вызвать меню, чтобы на бегу выбрать ветку с нужной способностью. Как я выяснил от Аристарха, это работало именно так – навыки разных специализаций не могли существовать одновременно, между ними нужно было постоянно переключаться при желании использовать что-то новое. Мне это еще только предстояло освоить, потому что у меня-то еще ни одна специализация не была прокачана даже до середины, а вот девчонка явно обращалась с системой как с детской игрушкой – прямо на лету переключаясь туда-сюда и используя навыки разных веток.

Вот только вопрос остается все тот же – откуда у простой уличной воровки доступ к ультра-системе? Он же есть только у богатых и известных жителей Вентры… И у меня. Ну я вообще особый случай, вне классификации так сказать.

Остается одно из двух.

Или вытягивание тощих кошельков у не самых богатых жителей рабочего района приносит такие хорошие деньги, что воровка может себе позволить кучу марина для прокачки системы…

Или уличная воровка имела эту систему заранее. Возможно, еще даже до того, как начала воровать тощие кошельки.

Даже не знаю, какой из этих вариантов мне нравится больше. Первый намекал на то, что этот мир еще более сумасшедший, чем я о нем думаю, второй…

Второй просто не давал никаких ответов, а лишь вызывал дополнительные вопросы.

До отбоя оставалось всего ничего, а нужно было еще так много дел, кажется, переделать, что решительно неясно было, как их все уместить в этот крошечный временной промежуток. И, когда очевидно стало, что никак – пришлось выбирать.

И я выбрал почистить винтовку. Потому что пороховой нагар плюс время это второй по верности способ убить ствол. Первый – если в этот список добавить еще и воды, тогда все произойдет вообще мгновенно. Но даже если не добавлять, нагар прекрасно натянет влаги из воздуха и сам по себе, и ствол пойдет ржавчиной, даже если качественно хромирован.

Поэтому я потратил оставшееся до отбоя время, чтобы привести оружие в порядок. В массивном деревянном прикладе обнаружилось все необходимое для чистки, включая крошечную масленку, и ерши. Не было только ткани, которую можно было бы пустить на финальную протирку ствола, но я быстро вышел из положения, нарвав на маленькие клочки ту рубашку, что пожертвовал мне капитан «Бекаса» – после боя с пиратами она все равно уже мало на что годилась.

Оторвав от нее несколько полосок, я отложил их в сторону, а все, что осталось, разложил перед своей кроватью прямо на полу и принялся разбирать винтовку, укладывая детали ровно в рядочек. Собственно, разбирать-то там было почти нечего, это же не автомат и даже не самозарядка, в которой есть что-то сложное. Повернуть и вынуть затвор, извлечь из него ударник – и, собственно, всё. Можно еще разобрать ударно-спусковой механизм, благо, он тут простой как три рубля, в смысле, орена – две детали и одна пружина, – но, посмотрев его на свет, я решил, что сегодняшнее занятие не настолько его загрязнило, чтобы выколачивать пины и потом пытаться вколотить их обратно.

Нагар из ствола я довольно быстро убрал при помощи медного ерша и составного шомпола, который хранился все в том же прикладе. Не самое удобное расположение, да и необходимость сборки перед использованием напрягала, но, видимо, в этом мире не так часто сталкиваются с необходимостью выбивать раздутую гильзу из патронника через ствол.

Ну и, конечно же, этот шомпол не имел ручки на подшипнике, и, как следствие, не умел вращаться по нарезам, как хороший качественный инструмент. Впрочем, сомневаюсь, что в этом мире вообще кто-то такое использует.

Вычистив основной нагар, я скрутил ерш с шомпола, заменил его кусочком бывшей рубашки и принялся проталкивать его через ствол от патронника до дульного среза. Когда кусок ткани вышел черным, я щелчком сбил его, вытащил шомпол, нацепил новый кусок, и повторил процедуру.

Именно за этим меня и застал Антон Агатов. Он бесшумно подошел со стороны и встал рядом, внимательно наблюдая за моими действиями.

– А что ты делаешь? – через несколько секунд спросил он, не отводя взгляда.

– На барабанах играю. – серьезным тоном ответил я. – Разве не видно?

– Не очень. Палочка только одна. – так же серьезно ответил Антон. – Чтобы играть на барабанах, нужно две.

Я посмотрел на парня совсем новыми глазами – оказывается, этот биоробот даже шутить умеет! По-своему, правда, по-роботному, но все же приятно знать, что юмор ему не чужд!

– Честно говоря, даже не знаю, что тебе и ответить. – признался я, сбрасывая с шомпола очередной патч и цепляя новый. – Я думал, что аристократы вроде тебя знают, что такое стрельба из оружия и что с нею связано.

– Я знаю, что такое стрельба из оружия. – кивнул Антон. – Мой уровень стрельбы можно оценить как «чуть выше среднего», полагаю. Но то, что ты делаешь сейчас, не относится к стрельбе.

– Так, это не смешно. – я положил инструменты и взглянул в глаза Антону. – Ты правда не понимаешь, что такое чистка оружия?

– Я правда не понимаю, что такое «чистка оружия». – эхом отозвался Антон. – Я никогда этого не делал.

– А после стрельбы ты что делал с оружием? – я развел руками.

– Отдавал слугам. – ответил Антон таким тоном, словно это само собой разумеется.

Впрочем, для него это действительно само собой разумеется. Он пострелял, а грязную работу типа чистки, смазки и так далее пусть выполняют слуги. Барину не пристало чистить оружие точно так же, как не пристало например чистить лошадей после конной прогулки или менять масло в машине после поездки.

Чертовы местные условности, все время забываю, что меня окружают детишки, родившиеся с мариновым кристаллом в заднице… Хотя оно даже и к лучшему – Академия это такое место, которое роняет зазнаек с небес и беспощадно втаптывает их в камень. Ну, судя по тому, что я уже успел узнать.

– Ну тогда слушай внимательно.

И я прочитал Антону короткую лекцию о том, что остается в оружии после стрельбы и чем чревато, если не будешь это оттуда убирать. Начиная от простых проблем с закрытием затвора при досылании нового патрона и заканчивая натурально застреванием пули в канале ствола и последующим разрывом оружия к хренам собачьим.

Антон слушал внимательно, и не он один – буквально через минуту после того, как я начал рассказ, к нам стали подходить и другие курсанты. В основном, простолюдины, конечно, но и некоторые аристократы тоже – Аристарх, Крис и еще парочка других, с которыми я еще не успел толком познакомиться. Остальные же дети местной знати скучковались в стороне, во главе с Довлатовым, и недовольно зыркали оттуда на нас, словно мы им всю малину испортили.

– Херня все это. – заявил Довлатов, явно пытаясь придать своему голосу уверенности, хотя и получалось у него так себе. – Оружием должны заниматься слуги! Вот увидите, все эти усилия никому окажутся не нужны!

Я не обращал на них внимания, и просто продолжал чистить оружие, одновременно поясняя всем собравшимся, что и почему я делаю. Пояснил, почему маленькая масленка разделена на две половины, в каждой из которых плещется что-то свое, показал, как и до какой степени правильно смазывать оружие, и, конечно же, собрал винтовку после чистки обратно в изначальное состояние.

И, как только предохранитель занял свое законное безопасное положение, показывая, что чистка завершена, перед глазами появилась неожиданная, но очень приятная надпись:

Получено 3 очка опыта в специализации «Пехота»

Охренеть, целых три! За что?! За простую и банальную чистку?! Или за то, что я единственный из всех сам додумался до этой чистки?!

Или, чем черт не шутит, за то, что я объяснил остальным, как это делать?! Взял на себя, так сказать, роль учителя?

Ох, система ультрамарин, что ты такое… Как ты работаешь? Как тебя понять? Как тобой пользоваться?

– И что, вот так каждый раз? – тоскливо спросил один из простолюдинов, и я отвлекся от созерцания приятных очков опыта. – После каждой стрельбы?

– В идеальном мире – да. – я кивнул. – Но ничего идеального, как известно, не существует, поэтому надо запомнить так – чистить оружие надо при первой возможности. Особенно, если учесть, что нам в будущем предстоит работать на море. Соленая вода – это вообще лучший друг коррозии, если вы не знали, так что там придется чистить или хотя бы смазывать оружие вдвое чаще.

– Кошмар. – вздохнул паренек и отошел, думая что-то про себя.

Остальные разошлись тоже, живо обсуждая полученные знания, и я не без удовольствия заметил, что некоторые сразу же взялись за свое оружие и принялись чистить его тоже. Крис, Антон, Аристарх – этой троице я даже не удивился, но вот к парочке других ребят, которые последовали их примеру на всякий случай присмотрелся. Может статься, что из них тоже выйдет толк.

До сигнала отбоя никто из парней не успел привести оружие в состояние «муха не сидела», поэтому им пришлось бросать дело на половине пути и собирать винтовки обратно, чтобы это не пришлось делать на ощупь в полной темноте после того, как в спальне выключат свет.

– Херня все это. – снова уверенно заявил Довлатов, уже лежащий в своей кровати и наблюдающий за суетой оттуда. – Вот увидите. Полная херня.

Парни успели прямо в последнюю секунду – как только Аристарх спрятал свое оружие в надкроватный рундук, по Академии прокатился удар колокола и свет в спальне погас, так что пришлось Волкову укладываться наощупь.

Перед сном я снова прогнал в голове сегодняшнюю погоню за девчонкой, тщательно и внимательно «просматривая» ее в памяти, как фильм. Пока воспоминания были свежи, пока их не исказило, был шанс обнаружить что-то, чего я не смог подметить сразу, в азарте и адреналине погони. Надо только внимательно вспомнить все, что я видел.

И я вспомнил. Когда пес оторвал кусок штанины девчонки, в дыре на мгновение мелькнуло что-то темное, ярко контрастирующее с бледной кожей. То ли татуировка, то ли родимое пятно – так и не поймешь. Да к тому же и форму его разглядеть я не смог, только расположение – точно под правой ягодицей, на задней поверхности бедра.

Не то чтобы это сильно помогло мне идентифицировать девчонку, но это явно деталь, которую следует запомнить. Мало ли как она еще успеет сыграть в будущем.

Больше ничего подобного мне не вспомнилось, поэтому, прогнав погоню в голове еще раз, я повернулся на бок, закрыл глаза и моментально уснул.

А с утра мы все выяснили, что в Академии считается херней, а что – нет.

Спойлер – чистка оружия считается не-херней.

И капитан Стуков практически прямым текстом заявил об этом, когда, вместо того, чтобы снова втащить за собой пожарный рукав и устроить соням холодный душ, прямо с порога заявил:

– Курсанты, подъем! Оружие к осмотру!

Полусонные пацаны повскакивали с коек, не вполне понимая, что от них требуется, но повторная команда все же заставила мозги шевелиться, и винтовки были извлечены на свет.

– Что ж, начнем. – зловеще произнес Стуков, пробегая глазами по курсантам. – Спрут! Ты первый!

Он подошел ко мне и вытянул перед собой руки, в которые я и вложил оружие. Капитан тут же щелкнул предохранителем, оттянул затвор, провел пальцами по его зеркалу, потом – по патроннику, и, судя по лицу, остался доволен:

– А я говорил! – загадочно произнес он, закрывая затвор и возвращая винтовку мне в руки. – Отличный результат, курсант! Следующий… Вы, Волков!

Волков не успел дочистить винтовку, поэтому некоторое количество жирной черной пыли Стуков все же выскреб из затвора, о чем и сообщил испуганно вжавшему голову в плечи Волкову.

– Тем не менее! – добавил он. – Отрадно видеть, что вы хотя бы пытались! Это уже достойно похвалы!

Такие же вердикты он вынес всем, кто «хотя бы пытался».

А вот те, кто забил на чистку оружия, получили на орехи по полной программе. Довлатов и его компашка, а также все те, кто решил последовать их примеру и не заморачиваться, стояли перед Стуковым, понурив головы, а он их разносил на чем свет стоит:

– Это ваше оружие! Ваша личная винтовка! Таких винтовок много, но эти – ваши личные! Вы – ничто без своего оружия! В любой момент может оказаться так, что винтовка будет единственным, на что вы будете надеяться, пытаясь спасти свою жизнь! И при всем этом вы даже не удосужились почистить оружие, чтобы оно было в надлежащем состоянии?!

– Нам никто не сказал, что надо самим чистить! – огрызнулся Довлатов, не поднимая взгляда.

– Так никому никто не сказал! – Стуков развел руками. – И, тем не менее, некоторые как-то догадались! Хотя им тоже никто ничего не говорил! И не просто догадались, а почистили оружие, приведя его пусть не в надлежащее, но хотя бы не в ужасное состояние! Морская Стража это не та организация, в которой нужны те, кто делает лишь то, что ему велят делать! Надо уметь думать, господа, думать! Головой желательно!

С одной стороны, Стукова можно понять – он, как я успел удостовериться, относился к тем немногим представителям персонала Академии, которые всем сердцем были преданы Морской Страже и всеми силами старались удержать ее репутацию на том же уровне, на котором она была раньше. И для этого, Стуков прав, – необходимы не просто болванчики, которые будут без сомнений и без вопросов выполнять приказы. Для этого в первую очередь необходимы те, кто эти приказы будет отдавать. Те, кто будет проявлять инициативу и не бояться брать на себя ответственность за то, что эта инициатива претворяется в жизнь.

С другой стороны, Стуков сейчас живо напоминал старшину, который строит духов по надуманной причине. Старшину, который доколебется в любом случае, сделал ты что-то или не делал. Если сделал – то кто разрешил. Если не сделал – то почему не додумался сделать? Тупой, что ли?

Судя по взгляду Довлатову, набыченному, исподлобья, примерно в этом ключе он сейчас и думал.

– Берите пример с остальных – они хотя бы попытались, а умение придет с опытом! – не успокаивался Стуков. – А еще лучше – берите пример со Спрута – оружие идеально чистое, как будто он вчера и не стрелял вовсе!

– Еще я с выскочки безродной пример не брал. – Довлатов не удержался и вскинул подбородок. – Нельзя наказывать за то, о чем мы не знали!

– А я и не собирался никого наказывать. – спокойно ответил ему Стуков. – До тех пор, пока вы, Довлатов, не позволили себе это высказывание. Я полагал, что все уже поняли, что в Академии все курсанты находятся на равных правах, независимо от того, из какого они рода и какой системой обладают. Но, видимо, я ошибался. И, раз так, до для закрепления это факта в памяти, я выношу всем, кто не почистил вчера свое оружие, по предупреждению. Три предупреждения – внеочередной наряд. Можете сказать спасибо Довлатову.