Читать книгу "Бывшие. Лада с прицепом"

Бывшие. Лада с прицепом

ПРОЛОГ

СЕМЬ ЛЕТ НАЗАД

Пять дней, как мы не виделись с Егором. Пять долгих дней

Так долго для меня. Соскучилась.

Он говорит, что занят, а я делаю вид, что верю.

Раньше каждый день, пусть даже ближе к ночи, хоть на пару минут, но он приезжал ко мне.

А сейчас наши встречи только по моей инициативе, и выглядит это так, словно я внимания выпрашиваю и напоминаю, что я всё ещё существую в его жизни.

Никогда не была навязчивой, а с ним отступаю от принципов и унижаюсь. Противно.

Гоню прочь мрачные мысли и заставляю себя взяться за учёбу. Однако буквы пляшут перед глазами, не желая складываться в слова.

Не могу запомнить материал, снова размышляя о собственных страхах, что я перестала быть ему интересной, но сопротивляюсь этой мысли.

– Привет

Мой голос звучит неуверенно.

Я нехотя переступаю через девичью гордость, ту самую, что всё это время шептала: «Не звони первой, не унижайся».

Но пальцы уже набрали номер, и сбрасывать звонок нет смысла.

– Привет, – отвечает он спокойно, а мне кажется, что равнодушно.

– Как дела? – спрашиваю, стараясь, чтобы голос не дрогнул.

– Норм.

Коротко. Без единой эмоции. Будто я не его девушка, а случайный знакомый.

– Ты приедешь сегодня?

Пауза на несколько секунд.

– Не знаю пока.

– А что так? Почему – нет?

– Я не говорил – нет, я сказал – не знаю, – поправляет меня. – Дел много.

Он говорит это уверенно, но чувствую, что это отговорка.

– Я скучаю – Слова вылетают с губ раньше, чем мозг успевает их остановить. – И поговорить хочу.

– О чём? – вздыхает.

– Егор– голос предательски дрожит. – Что-то не так?

– Норм всё, я же сказал! Ладно, – вздыхает, – заскочу вечером.

Ближе к ночи слышу звук подъезжающей машины и выскакиваю из дома.

Пробегаю мимо недовольного отца, и, открыв входную дверь, повисаю на любимом.

– Осторожнее, – отцепляет мои руки от себя. – Спина болит после тренировки, – ловит мой удивлённый взгляд и тут же пытается объяснить, почему так вышло.

Несколько минут сидим в машине молча.

Он ведёт себя так, словно не испытывает ко мне ни страсти, ни желания, ни любви.

– Егор всё нормально?

– Вполне, – кивает.

– Ты сегодня какой-то другой Не в духе, не в настроении. – Натяжно улыбаюсь.

– Эллада – замираю. Он никогда меня так не называл. Знает, что я ненавижу своё имя. – Я тащился к тебе через весь город. Кучу времени в пробках потратил, пока доехал. А тебя настроение моё не устраивает?

– Нет, но– Проглатываю обиду и всё равно тяну к нему руки. – Иди сюда, бука. Попробую поднять твоё настроение.

– Вряд ли получится. Зачем звала?

– Увидеть хотела.

– Скучно? Заняться нечем? Решила меня выдернуть?

Замираю. Раньше Егор никогда не разговаривал со мной так.

Да, он мог резко ответить другим, но со мной всегда был учтив и нежен.

Первая мысль – ответить тем же. Резко, колко, чтобы он тоже почувствовал, как это – получить в ответ ледяное равнодушие. Но я сдерживаюсь.

Воспитание? Привычка быть выше этого? Не знаю. Скорее, страх поссориться и потерять его.

Делаю последнюю попытку для разговора.

– Что-то изменилось – не задаю вопрос. Утверждаю. – Мы почти неделю не виделись, а теперь теперь я словно навязываюсь тебе.

– С чего ты так решила?

– Я не дура. Ты раньше ты почти каждый день ко мне приезжал. А теперь сторонишься.Чтото случилось между нами. Не понимаю, что именно, но это явно непросто совпадение. Я обидела тебя? – Ссора уже не имеет значения. Сейчас важнее всего правда.

– Сказал же, дела. Времени нет, – отворачивает лицо, равнодушно бросает фразы.

– А раньше было

Молчит, уставился в окно.

– Не отворачивайся! Посмотри мне в глаза и говори как есть – настаиваю.

– Не понравится тебе правда, Лада, – вздыхает.

– Говори!

– Ладно

– Да, – киваю, но понимаю, что за моим «да» последует ответ, который мне не понравится.

– Скучно мне с тобой стало, – бьёт наотмашь своей честностью и прямолинейностью.

Всё внутри замерло. Что он сказал? Скучно?

«Хотела правды? Ну вот, получи, Лада» – едва слышится мне в этом гробовом молчании собственный внутренний голос.

Егор смотрит за моей реакцией, словно ждёт её. Не моргает, с той противной ухмылкой, от которой по спине бегут мурашки.

– Ладно, пора мне, – заводит мотор. – Домой иди, – говорит равнодушным тоном, прерывая тяжёлую паузу.

Да, надо идти, но тело не слушается, мысли путаются, перемалывая его слова как жернова.

Минута. Две. Только тяжёлое дыхание и пронизывающая тишина.

А потом резкий щелчок ремня, скрип двери, и он выходит из машины, оставляя меня одну.

Через стекло вижу, как он вертит в пальцах сигарету, перекатывает её, прижимает к губам, но так и не поджигает.

Странно, не помню, чтобы он когда-нибудь курил при мне. А может, просто не замечала.

Выхожу следом, за рукав тяну его, поворачивая к себе.

– Посмотри на меня.

– Ну, смотрю, – в глазах холод, равнодушие.

– Скучно? – зачем-то переспрашиваю, словно не верю в то, что он сказал.

– Ну да, – кивает и зевает.

– Егор, – тянусь ладонью к его лицу, притронуться хочу, словно убедиться, что это действительно он. – Не надо так со мной. Ты хочешь расстаться? Если так, просто скажи правду, потому что я не никогда не стану выпрашивать.

На самом деле мне страшно услышать, что он остыл ко мне.

Я вижу, как равнодушно мой отец относится к маме, и всю свою сознательную жизнь боюсь, что мой мужчина будет также относиться ко мне.

– Да, хочу. Так будет лучше, – кивает.

– Для кого?

– Странный вопрос. Меня, естественно! – пожимает плечами. – Человек ведь эгоистичная зараза, разве ты не знала? Каждый только о себе думает, и в своём интересе.

– Не верю. Так быстро – цепляюсь за причины и объяснения. – Но, почему? И какой у тебя интерес? – смахиваю слёзы.

Тот, кто совершенно недавно был нежен и ласков, кто шептал о любви, кто показал мир взрослой любви, теперь стоит передо мной совершенно чужой и равнодушный.

– Опять правду?

– Да!

– Мой интерес – это разнообразие. Я просто сравнил.

– Не понимаю. Что сравнил?

– Не что, а кого.

– Хорошо. Кого? – практически шёпотом, смахивая тяжёлые капли слёз, которые катятся по щекам, перемещаясь к губам и на подбородок.

– Тебя с другими.

– Как это? Как это, сравнил? Не понимаю! Ты изменил мне?

– Слушай, не заставляй меня обижать тебя! Ты же как фиалка, мать твою! Нежная, хрупкая! Скажи слово лишнее, слёзы лить начнёшь. А я сопли эти не переношу, сама знаешь! – всё-таки срывается.

Замечаю, как брови сходятся на переносице, желваки ходят ходуном.

Он злится, но пока сдерживается, чтобы не нагрубить мне.

Но теперь почему? Если я ему чужая, если плевать на меня, зачем себя держать в рамках? Руби, раз уж начал

– Значит, всё?

– Вот ведь упёртая – говорит себе под нос раздражённо, но я всё равно слышу. – Да, всё. Неинтересно мне с тобой.

И снова после жестоких откровений между нами повисает тишина.

Мы смотрим друг на друга и у нас идёт зрительная борьба. Кто первый отведёт взгляд?

Егор не выдерживает и отворачивается. Трус!

Сказать бы что-то ещё, но больше не хочется. Разворачиваюсь и ухожу. Не предъявляя претензий, не высказывая ему, какой он урод.

А зачем? Какой в этом смысл?

Я не вижу его лица, но, чувствую, как его взгляд прожигает мою спину.

Сдерживая открытые рыдания, закрываю входную дверь.

Только оказавшись дома, сползаю по двери и прикрываю рот ладошкой.

Мне больно и плохо, и кажется, что сейчас умру.

– Доченька, что с тобой? – пытается поднять меня мама. – Не сиди здесь, холодно! Застудишься!

– Ну и пусть! Мамочка, мне так плохо, – нахожу в себе силы, чтобы подняться и обнять её. – Мамочка, как я теперь Как без него?

– Да что случилось? – мама уже не скрывает своего волнения.

Отец стоит чуть поодаль, засунув руки в карманы, и просто молча наблюдает за нами.

Он всегда такой: молчаливый и суровый. Ему плевать на мои чувства. Впрочем, как и на мамины тоже.

– Он бросил меня, – говорю ей, но смотрю на отца.

Мне так хочется увидеть его реакцию на эти слова.

И я её вижу. Отец ухмыляется уголком губ. Доволен.

Он был прав В который раз в жизни

– Ты рад? Он же тебе никогда не нравился, – обращаюсь к нему.

– Не нравился. А чем может нравиться этот нищеброд? Симпатичной рожей, да накаченным телом? Надеюсь, ты не спала с ним? – на мой вопрос не отвечает.

– Миша! – одёргивает отца мама.

– Спала, – признаюсь родителям, и мне даже ни капли не стыдно, ведь я очень любила Егора. – И не жалею об этом ни капли!

– Ну и дура! – рявкает отец. – Делай выводы! А я тебе говорил, что ты ему только в койке нужна была. Ну и плюс деньги мои. Вот и подумай, как сильно он тебя любил! Что нужно получил, развлёкся и послал!

– Это не так!

– Разве? А не ты ли сейчас наматываешь сопли на кулак из-за него? Не слушала отца, значит, страдай. Так тебе и надо.

Отец добивает меня словами, правдой, которую постоянно твердил. А затем уходит и громко хлопает дверью.

– Вставай, доченька. – Пытается поднять меня мама.

– Не могу.

– Нужно встать ... и жить дальше.

Глава 1

НАСТОЯЩЕЕ ВРЕМЯ.

«Когда тебя ждать домой?» – пишу СМС мужу.

«Ложись. Не жди. Много работы» – прилетает короткий, сухой ответ.

– Отлично, – говорю себе тихо.

Выяснять отношения или выпытывать, говорит ли он правду – нет никакого желания.

Напротив, чем реже он дома, тем лучше для моего спокойствия.

К сожалению, теперь, всё чаще, когда мы оказываемся в четырёх стенах вместе, воздух между нами буквально искрит от неприязни. А любые попытки поговорить неизбежно заканчиваются ссорой.

Если до декрета у нас были надежды на будущее в семейной жизни, то сейчас шансы равны нулю.

Всё изменилось с рождением дочери. Она перевернула наш мир, но для каждого по-своему.

Для меня она стала центром вселенной, а для мужа – досадной помехой и вечным источником раздражения.

Теперь уже я и не помню, когда мой муж не смотрел на Алису с любовью. Всё чаще он смотрит на неё как на пустое место.

И неважно, что это родная дочь. Главное, чтобы не крутилась под ногами!

Глядя на его отношение к семье, я думаю, что для нас самым лучшим решением проблем будет развод.

Один только вопрос, который сковывает меня кандалами: куда идти с маленьким ребёнком на руках.

Эта квартира принадлежит моему супругу. К родителям не вернусь. А ключ от подаренного, якобы мне жилья у отца в сейфе под замком.

Была бы одна, ушла бы не раздумывая. А с малышкой страха больше, чем решительности.

Смотрю на свою дочь и в сердце разливается нежность.

Моя дочь только недавно заснула, и я тороплюсь прилечь с ней рядом.

Не успеваю, потому что тут же слышу настойчивый стук в дверь.

Сначала он тихий, потом громче, а дальше и вовсе, кажется, с той стороны долбят кулаком без всякого стеснения.

С раздражением резко распахиваю дверь.

– Прекратите так ломиться! Я всё слышу, я не глухая! – С ходу бросаю недовольную фразу, даже не разглядев, кто стоит на пороге.

– Добрый день, – расплывается в добродушной улыбке незнакомец.

Передо мной высокий, подтянутый мужчина лет сорока в строгом тёмно-синем костюме, с аккуратно завязанным галстуком.

Он не выглядит испуганным или смущённым моим резким тоном, скорее, он словно привычен для него.

– Добрый день, – отвечаю сухо, пробегаясь по нему взглядом.

Его улыбка слегка смягчает моё настроение, но настороженность остаётся.

– Здесь проживает Зотов Илья Аркадьевич?

– Да. Но его сейчас нет.

– А будет когда? – Я слегка напрягаюсь, понимая, что он не просто так пришёл к нам домой.

Не понимаю только, кто этот человек. Коллега? Друг? Знакомый?

– А в чём, собственно, дело?

– А, вы, простите

– Зотова Лада Михайловна, его жена.

– Меня зовут Решетников Иван Григорьевич. Я представитель банка, – протягивает мне удостоверение и начинает кашлять.

– Прошу вас, тише, – шиплю на него, – у меня ребёнок спит. Только уложила.

– Извините. Бронхит замучил, а на больничный не уйти. Позвольте войти?

Не дожидаясь ответа, слегка отодвигая меня в сторону, он заходит в коридор.

– Подождите, подождите. Остановитесь. Куда вы прёте! – моя воспитанность растворяется в возмущении. – Вы кто? Вы что себе позволяете?

– Я же вам сказал: я представитель банка, – монотонно, как робот разговаривает со мной. – Пришёл задать ему пару вопросов. Не смог найти его на работе, а значит, пока поговорю с вами.

Это хам, смотрит на меня ещё несколько секунд, а затем переводит глаза в сторону квартиру.

Не стесняясь, разглядывает обстановку, пробегаясь глазами по технике, мебели.

– В чём дело?

– А вы сами не догадываетесь – почему я здесь? – без приглашения прямо в грязных ботинках проходит на кухню.

– Если бы догадывалась, не задавала бы эти вопросы, – моё раздражение растёт, потому что я считаю, что он ведёт себя слишком нагло. – Что вам надо?

Мужчина садится на стул и открывает портфель. Достаёт несколько папок с документами и раскладывает их на столе.

– А! Вот она! – вытаскивает нужный файл с документами и протягивает мне какой-то договор и график с цифрами. – Смотрите сами, – тычет чуть ли не в нос, – ваш муж взял большую сумму денег в банке. Вы в курсе этого?

– Нет.

– А я вот вам не верю! Я думаю, вы в курсе, просто прикидываетесь... простите, дурочкой, делая вид, что не знаете об этом.

– Но зачем он взял эти деньги? – пропускаю мимо ушей его выводы обо мне.

– Он взял деньги в банке под залог имущества. А точнее, машины.

Как только мужчина говорит про машину, я сразу же понимаю, о чём она. Всё мгновенно встаёт на свои места.

– А, это – следом вспоминаю наш разговор с Ильёй.

Да, про эти деньги, я, конечно же, знала...

И хоть я сопротивлялась этому кредиту, но тем не менее он всё равно пошёл, и без моего согласия оформил его.

– Я Простите – словно хочу оправдаться перед незнакомцем из банка. – Да, я вспомнила. Он действительно брал кредит. А что с ним не так? Мы же исправно платим. Я, правда, не слежу за переводами, но Илья обещал контролировать всё самостоятельно. – Тараторю в волнении, словно оправдываясь.

– Он вас обманул! – Зло говорит представитель банка. – Впрочем, как и банк. Ваш муж не возвращает денежные средства уже больше чем пару месяцев. А вы знаете, что это означает?

– Нет.

– Это означает, что проценты начали капать, а долг расти в геометрической прогрессии. Математику изучали? Понимаете смысл этой фразы?

Когда он говорит мне эти слова, кажется, ещё вот-вот, и он ядом начнёт брызгать. Столько в его поведении негатива, столько сарказма!

Поворачиваю голову в сторону спальни и радуюсь, что дочь не просыпается.

– Я прошу говорить вас тише! – строгим тоном отвечаю мужчине. – Я у вас денег в долг не брала, поэтому прекратите говорить со мной так, словно я вам что-то должна! Кто брал, с того и спрос. А должника вашего нет дома. Вы можете поговорить с ним, например, на его рабочем месте. Извините, мне пора.

Отхожу к двери, встаю возле неё и складываю руки на груди.

Жду, когда он поймёт, что ему пора на выход. Но он словно не слышит, что я ему сказала.

– Вы его жена. Конечно, в случае если бы сумма была не очень большой, я бы никогда не пришёл к вам лично. Но при условии того, что сумма довольно приличная, и проценты только увеличиваются, в интересах банка не выносить сор из избы и поговорить с должником лично. Ну, или его семьёй. Это даёт шанс вернуть деньги и закрыть дело миром.

– Я вам не верю.

– Почему? – искренне удивляется.

– Потому что представители банка не приходят домой к клиентам.

– Согласен, – вздыхает тяжело, снова начиная кашлять, но потом вспоминая, что в доме ребёнок, старается сдержаться. – Ладно, скажу, как есть. Я работаю в службе безопасности и лично прошляпил пару моментов, на которые стоило обратить внимание. Моему руководству всё это не понравилось, и теперь мне грозит увольнение. Однако я сделаю всё, чтобы меня не уволили. И если надо, направляю взыскание против вас!

– Меня? – теперь я совсем его перестаю понимать. Он свихнулся?!

– Да! Знайте: не платит он, платите вы. Кредит ляжет на всю вашу семью. В том числе и на вас! – мужчина довольно задирает подбородок.

– Как это?

– Так! Если не хотите нам помогать, пойдём другим, более жёстким путём. Но законным, естественно. Пока без коллекторов, – а теперь ехидно улыбается. – А там кто знает

– Но я-то здесь при чём? – возмущаюсь, не веря, в то, что такое возможно.

– Вы жена, а значит – его семья.

– С меня взять нечего.

– Найдём! Для начала арестуем машину. Только как вы понимаете, долг всё равно большой и вряд ли закроет все долговые вопросы. Если этого будет мало, опишем имущество. Потом, когда из декрета выйдете, до вашей зарплаты дойдём, – кивает в сторону спальни дочери.

– Хватит мне угрожать! Я не должна отвечать за его долги.

– Ох, – мужчина больше не спорит. Только тяжело вздыхает и снова роется в своём портфеле. Достаёт какую-то книжку синего цвета. – Ну что же вы такие все непросвещённые. Вот как только приходишь к вам и начинаешь требовать, чтобы вернули то, что принадлежит банку, вы все начинаете громко орать о своих правах. Хорошо, я объясню вам ситуацию. Итак, открываем Семейный Кодекс Российской Федерации. Знаете такую книжку? – машет перед моим лицом.

– Нет, зачем она мне.

– Ну, значит, придётся узнать. Сами прочитаете или мне? – протягивает мне её.

– Сама прочитаю. У меня ребёнок спит, и я не хочу её разбудить лишними разговорами.

– Хорошо, читайте, – протягивает мне и указывает на нужную статью.

Пробегаю глазами и понимаю, что я попала по полной.

– Всё поняли? – снисходительно спрашивает меня.

– У меня есть высшее образование, я вполне неплохо соображаю.

– Ну и отлично! Главное вы поняли, что если не ответит он, ответите вы. Услышьте главное: если супруг покупает в браке автомобиль, значит он распоряжается деньгами с вашего согласия. Если вы не согласны с этим, оспорьте. Если не смогли, значит, и бремя возврата также на вас. Закон на стороне банка, а значит, отказаться от уплаты долгов не получится.

Молчу. Мне нечего ему больше сказать. Глупо начинать спорить с ним и сопротивляться с очевидному.

– Ну что, может, всё-таки поговорите с ним?

– Да, я попробую.

– Сколько времени вам нужно для разговора?

– А сколько вы готовы подождать?

Глава 2

– Готов подождать максимум неделю. Но на всякий случай наберите ему сейчас. Я, когда пытался дозвониться, не смог. Он сбрасывает и с незнакомых номеров не берёт.

Звоню мужу.

– Алло, Илья, пару минут есть?

– Да, говори.

– К нам пришли представители банка.

– Чего им надо? – меняет тон с равнодушного на агрессивный.

– Ты почему не платишь долг за машину? И ничего мне не сказал. У нас какие-то проблемы с деньгами? Ты кредит возвращать собираешься?

В душе всё клокочет от возмущения, но при чужом человеке я сдерживаюсь.

– Собираюсь, только какого они домой ко мне пришли? Кто их звал!?

– Я – не успеваю закончить фразу, как мужик, стоящий рядом, вырывает у меня из рук телефон.

– Добрый день, меня зовут – пересказывает ему то же самое, что говорил мне несколько минут назад.

Он быстро объясняет ситуацию, напоминает про долг, а затем слушает ответы Ильи и хмурится.

По его физиономии понимаю, что разговора не получается.

Он зол, это сложно не заметить.

– Слушай ты, – голос представителя банка становится грубым и агрессивным, – я с тобой так ласков, потому что сам недоглядел, как ты с косяком сдал документы! Но это не даёт тебе права теперь кидать банк. Я не позволю! Я за себя перед руководством отвечу, но и с тебя не слезу. А выпендриваться будешь, ещё мошенничество впаяют. Я об этом позабочусь!

Илья что-то говорит ему в ответ, но мужчина уже не слушает и сильнее сжимает телефон.

Я вижу, как белеют костяшки на его руке, и понимаю, что ещё немного и он взорвётся окончательно.

– Короче, месяц тебе на то, чтобы начать платить долг. С учётом прошлых платежей, естественно! В другом случае пеняй на себя. Не я его с тебя выбью, так банк это сделает. Не банк, так суд. Мало того что машину вернёшь, ещё кучу штрафов заплатишь. А если приставы не помогут, лично прослежу, чтобы коллекторы к тебе пожаловали. А уж они-то, друг мой, точно тебя с голой жопой оставят!

– Как вы смеете мне угрожать? – слышу возмущённый крик мужа.

– Я не угрожаю. Я предупреждаю. Если тебе на себя плевать, о жене и дочери подумай! Всё, я закончил! Время пошло!

Мужчина сбрасывает разговор, отдаёт мне телефон и тяжело вздыхает.

– Извините. Надеюсь, что вашу дочку не разбудил. – Меняет тон на более спокойный и смотрит в сторону спальни. – Я понимаю, что вы ни в чём не виноваты, но в браке люди отвечают совместно

– Помню, – киваю, – вы только что говорили мне об этом. У вас тоже будут проблемы?

Понимая, что Илья подставил этого человека, и теперь ему действительно грозят увольнением, я вдруг испытываю к нему сочувствие.

Он хамил мне не потому, что он хам, а потому что переживает. Теперь я это отчётливо вижу в его поведении.

– Если говорить обо мне, скорее всего, получу глобальную взбучку. И премии годовой лишат. А мне тоже семью кормить надо. Поэтому я и пришёл к вам. Сумма долга большая, руководство недовольно.

– Но разве ваши убытки не застрахованы? Заберите у него машину, и как там у вас говорят – пустите с молотка!

– Так-то оно так, заберём. Но по закону это долгая процедура. Не завтра и не послезавтра получится. Всё равно бюрократия превыше скорости. Будет претензия в ваш адрес. Ну точнее, не в ваш, а вашего мужа. Дальше суд. И так далее. Только пока всё это происходит, машина теряет товарный вид, а значит, дешевеет на глазах. В общем, – встаёт с места, убирает обратно книгу и документы в портфель, – в вашем интересе убедить его не ссориться с банком. Будет только хуже. Если ваш муж надумает убежать, скажите ему, что не стоит этого делать. Я ребят подключу, всё равно найдут. И тогда – не договаривает.

– Хорошо.

– Думайте, уважаемая, как его убедить, думайте. Пусть не занимается ерундой! Вы же всё-таки жена.

– Этот человек уже давно никого не слушает. Он за последний год как с цепи сорвался. Ему вдруг захотелось красиво пожить, – даже не знаю, зачем говорю это. Видимо, так проявляется моё отчаянье.

– Ну, это вы уж сами разбирайтесь. Я вас обо всём предупредил. Счастливо оставаться. Не болейте! – бросает глупую фразу на выходе, и неожиданно очень сочувствующе смотрит на меня. – Эллада, такие поступки, как этот, совершают люди, которым нечего терять. А у вашего мужа семья, маленький ребёнок. Подумайте об этом на досуге. Может, ему всё равно на вас?

Закрываю дверь за представителем банка и снова пытаюсь звонить мужу. Он не отвечает. Но и я не сдаюсь. Пишу сообщение, но и оно остаётся без ответа.

Ну ладно, не хочет так, значит, поеду на работу. Пусть позорится.

– Мам, привет. Посиди с Алисой, – набираю маме.

– Не могу, прости.

– Ясно.

Теперь я сжимаю трубку телефона в руке и пытаюсь успокоиться.

Ладно, сейчас я связана, и не могу выйти из дома, но он ведь всё равно приедет! А я дождусь, как бы поздно он не появился!

Ближе к вечеру укладываю дочь спать и сажусь к телевизору.

Щёлкаю пультом, глазами нахожусь в экране, а мыслями где-то далеко. Там, где началось наше с ним совместное будущее.

После того как меня бросил Смирнов, я почти четыре месяца не выходила из дома.

Кроме университета, естественно. Закончить его для меня было делом чести.

Я училась на бесплатном факультете назло своему отцу, и не хотела просить у него ни копейки.

Расставание с Егором, как мне тогда казалось, забрало из меня все жизненные силы.

Первая, и такая сильная любовь размазала меня и собрать себя в кучу никак не удавалось.

Именно этим, как я понимаю сейчас, воспользовались мой отец и Илья.

Тот период я вспоминаю как самую большую ошибку в своей жизни.

Отец начал убеждать меня, что пора забыть Смирнова и продолжить жить среди «своих».

– Этот нищеброд тебе не нужен! Тебе нужны другие ребята!

– И кто же? – без всякого интереса спрашивала я.

– Илья – лучшая партия для брака.

Не знаю, совпадение это или нет, но этот парень действительно зачастил к нам в гости.

Он приезжал каждый день и словно не видел моего равнодушия по отношению к нему.

Я говорила ему, что люблю другого, а он отвечал: моей любви хватит на двоих.

В итоге я сдалась

Первые три года брака мы жили вполне неплохо. Но после того как мой отец доверил Илье управлением филиалом, всё полетело кувырком.

Мой муж вдруг решил: раз он руководитель серьёзного филиала, значит, у него всё должно быть «по статусу».